Глава 1. Метка

Глава 1. Метка

Двадцать восемь лет назад.

За окнами родильного дома уже давно наступила глубокая ночь.

Сегодня в здании, где появляется новая жизнь, было на удивление тихо. И только из одной палаты доносился душераздирающий громкий плач новорождённого ребёнка. Он распространялся по всему помещению родильного отделения, оглушая рядом находившихся врачей, акушерку и несколько медицинских сестер.

Недалеко от кричащего ребёнка лежала его мама. Её бездыханное тело не подавало признаков жизни.

— Ну надо же так… — вздохнул один из присутствующих врачей.

— Нужно сообщить их родственникам, — сказал другой врач акушер-гинеколог, с грустью посмотрел на новорождённого ребёнка и вышел в коридор.

Девочка продолжала истошно кричать.

К ней подошла акушерка и взяла этот крошечный кулëк с младенцем в свои руки. По возрасту она годилась ребёнку в бабушки. На её выцветших голубых глазах проступили слезы. Морщинистой рукой она поправила девочке съехавший чепчик на крошечной головке с жиденькими светлыми волосиками. В это время девочка каким-то образом вытащила свою маленькую ручку из пелëнки и схватила акушерку за большой палец правой руки. Женщина удивленно приподняла седые брови вверх и по-доброму улыбнулась этой крошке.

Ребёнок почти сразу перестал плакать. Морщил пухленькое личико, кряхтел и пытался открыть опухшие заплаканные глазки, при этом крепко сжимая в своём кулачке палец женщины.

Акушерка легонько прижала к себе новорождëнную девочку и бережно погладила её маленькую головку.

После чего наклонилась к ней и тихо прошептала:

— Арина, будь сильной, девочка! Ты красавица, малышка! У тебя всё будет хорошо! Ты обязательно будешь счастливой, несмотря ни на что! Только держись! Слышишь, милая? Никогда не сдавайся!

Наши дни.

Какое чудесное летнее утро! Жмурясь, лёжа на кровати, я сладостно потянулась звёздочкой. Солнышко через окно ласкает меня, сонную, облизывая неприкрытые ночнушкой части тела. Потянувшись, я улыбнулась и протянула руку к рядом развалившемуся рыжему коту.

Я подобрала Рыжика на улице около года назад, когда однажды вечером, возвращаясь домой, услышала жалобное мяуканье между припаркованных автомобилей. Оттуда выпрыгнуло ярко-рыжее облачко и засеменило за мной. А я, сбавив темп ходьбы, постоянно оборачиваясь к нему, продолжала двигаться к своему дому. А потом спросила вслух у котёнка — «Откуда он такой и чей? Возможно потерялся. Или выкинули?», — подумала я с горечью. Но разве можно такого чудесного малыша выкинуть? Он же с ладошку! Совсем ещё крошка.

Пока я размышляла и задавала ему вопросы, котёнок молча продолжал бежать уже рядом со мной. Пройдя еще шагов десять, я остановилась перед своим домом, обернулась к нему и увидела, что малыш немного отстал от меня и смотрел куда-то в сторону.

— Рыжик! — позвала его.

Он обернулся и со всех лап помчался ко мне. Смешно так — неловко проскакал с задранным вверх рыжим хвостом, в виде лучика солнца. Я обрадовалась, присела на корточки, а он тут же запрыгнул ко мне на колени.

— Ты Рыжик, да? — улыбаясь, я погладила его маленькое пушистое тельце.

На ощупь он был очень мягким, воздушным, словно пушок на голове младенца.

— Ты, наверное, мой? — спросила я, подняв его мордочку и заглядывая в большие круглые глаза.

В ответ он замурчал и довольно зажмурился.

— Да, точно мой, — ответила вслух сама себе, обняла котёнка и нежно прижала к своей груди.

Под его усердное милое мурчание, напоминающее тарахтение мини-трактора, я улыбнулась от переполняющей меня радости и зашла в подъезд.

Вот так и появился у меня этот маленький пушистый друг. Но тогда он был совсем ещё крошка. А сейчас эта «наглая рыжая морда» стал настоящим пушистым красавцем, которого я просто обожала!

— Мррр? — Рыжик посмотрел на меня большими янтарными глазами, сладко потянулся, выгибая спинку и обнажая острые коготки.

— Ты опять спал со мной, наглец? — я зарылась рукой в его ярко-рыжую пушистую шерсть и почесала за ушком.

Кот довольно замурчал.

— Ладно, уговорил, пошли завтракать, — нехотя встала с постели и пошла на кухню ставить чайник.

Это у меня сегодня выходной, а этот засранец работает, как по будильнику — каждый день поднимает меня на завтрак в одно и то же время. Хорошо хоть его внутренние часы «синхронизированы» с моим будильником, который я ставлю на утро. С таким котом невозможно проспать на работу, даже если очень хочется и у тебя выходной!

Рыжик, не долго думая, спрыгнул с кровати и побежал за мной на кухню. Да, уговаривать его в этом точно не нужно.

— Мрр-мя-я-я! — он стал ходить вокруг меня и тереться о мои ноги, явно что-то там командуя и торопя меня, на своем кошачьем языке.

Я насыпала ему корма, налила свежей воды и ушла в душ.

После завтрака, собираясь на улицу, я подпевала и пританцовывала под песню, которая лилась из музыкального канала по телевизору.

Еще было только десять часов утра, а в Москве уже стояла жара.

Я надела свой светло-зелëный сарафанчик и осмотрела себя в зеркале в полный рост. Да, я не обладала модельной внешностью, но считала себя симпатичной девушкой, что подтверждалось достаточным вниманием мужского пола. У меня был средний рост, подтянутое тело, округлëнное в нужных местах, правильные, мягкие черты лица. Мне самой нравились: голубые доверчивые глаза, мягкие русые вьющиеся волосы и маленький носик. Сегодня я подняла прическу вверх, чтобы не было слишком жарко. Обула босоножки и, не забыв почесать Рыжего за ушком, вышла из квартиры.

Жила я в однушке на пятом этаже многоквартирного дома. Многие называют такие дома «муравейниками», но лично я — была довольна. Мне, в свое время, помогла приобрести эту квартирку моя бабушка. И я ей очень благодарна за это.

Моя бабушка Вера — единственная, кто у меня есть. По бабушкиным рассказам, отец исчез почти сразу, после того, как «запудрил мозги моей матери». А мама, выносив меня, умерла через несколько часов после родов.

Получается, по сути, я не знаю своих родителей. С одной стороны это плохо, нет и не было родительской любви и всего прочего, что имеют дети в полных семьях, или даже с одним родителем. Но хорошо то, что я не мучаюсь в болезненных воспоминаниях о них. К этому мнению я пришла сама уже в средних классах школы и не терзала себя лишними мыслями. Да, я умела находить плюсы, казалось бы там, где их вовсе не может быть. А любила я — свою бабушку Веру, которая меня вырастила и давала любовь за двоих родителей.

Выскочив из подъезда в прекрасном настроении, села в свой синий Nissan Juke на встречу с подругой, с которой мы подружились практически сразу после знакомства в наши учебные годы. И сегодня мы, наконец-то, договорились с ней прогуляться в парке, в мой редкий выходной.

Я была в хорошем настроении. И в дороге напевала песни. По радио сейчас играла «Tones and I» — Dance Monkey. А ещё, я радовалась своему новому «жучку», которого приобрела пять месяцев назад, в кредит, на своё двадцативосьмилетие.

Уже минут через двадцать, я подъезжала к назначенному месту. Припарковала машину и направилась к фонтану, возле которого была назначена наша встреча.

— Аринка-а-а!

— Мари-и-инка!

С радостными визгами мы кинулись обнимать друг друга.

— Неужели, ты нашла для меня время? — хитро прищуриваясь большими карими глазами, спросила подруга.

Мы с ней сдружились еще с колледжа. Марина — чуть полноватая задорная девчонка, с карими глазами и копной рыжих волос, всегда заряжала меня позитивом.

— Ну не ворчи, Марин, ты же знаешь, что я часто беру дополнительные смены на работе.

— Да, да, кредиты ещё никого до добра не довели!

— Ну, у меня ещё много уходит на лекарства бабушке, но ничего, мы справляемся! Если нужно, я ещё найду подработку. Но пока хватает.

— Совсем сдала баба Вера, да? — уже тише спросила подруга.

— Сидим на дорогих лекарствах, но врачи говорят, что поможет только операция на сердце. Они назвали такую сумму, что я даже не сказала об этом бабушке. Мы просто не потянем. Даже если продадим то, что у нас есть и возьмём кредиты… Этого будет всё равно недостаточно.

Марина грустно вздохнула.

— Может я смогу как-то помочь?

— Нет, спасибо, не получится, — крепко обняла Марину.

— Арина, но ты и до машины и лекарств пропадала на своей работе, м-м-м? — растянув пухленькие губки и прищурившись, произнесла хитрая рыжуля, с целью вернуть мне настроение.

Заразившись от неё улыбкой, кивнула в ответ.

— Ты же знаешь, это моя слабость, без животных не могу.

— Знаю, знаю, мамка всех ушастых, хвостатых и блохастых! — засмеялась подруга, взяла меня под локоть и потянула вглубь парка.

Работала я в ветеринарной лечебнице «Хатико». И сколько себя помню, с детства питала любовь ко всем животным. Носила в карманах еду для них и часто притаскивала кого-то домой. Я жила у бабушки, она сразу оформила на меня опеку, после моего рождения. А на моё поведение с животными, мудрая женщина лишь вздыхала и, понимая меня, улыбалась, но не ругалась, а помогала мне их вылечить и пристроить в добрые руки. Поэтому, думаю, моя будущая профессия была изначально предрешена.

Мы с подругой неспешно прогуливались по тропинке. В парке росло много разных деревьев, особенно сосновых, и я обожала этот свежий запах в нем. С Маринкой мы долго болтали о её новом парне, моей машине, о том, что надо бы меня вытащить в клуб, развеяться, иначе я так и буду жить только с котом.

Сидя на лавочке в теньке, мы глазели на мимо проходящих парочек и резвящихся неподалеку детей. Она, как и всегда, пыталась обращать моё внимание на симпатичных парней, чем вызывала во мне улыбку. Я не скажу, что была чрезмерно правильной и жеманной девушкой. У меня были парни. Но серьезно было лишь с одним. И увы, до свадьбы так и не дошло. Или не увы. Чем мы больше узнавали друг друга, тем чаще у нас начинались разногласия и недопонимания, после которых, в один из вечеров, мы сели за стол и за чашкой чая всё спокойно обсудили. Нас уже ничего не удерживало вместе и мы мирно разъехались. А все, что было с другими, не казалось мне настоящим. Отношения не заходили дальше поцелуев и ужимок. Я не хотела наступать «на одни и те же грабли», или просто быть с человеком, чтобы не быть одной. И при каждом знакомстве понимала, что не мой это человек и всё тут. Подруга меня не понимала, вечно ворчала — что же мне надо, когда ко мне клеились и красавцы и богатые. Но я лишь улыбалась и пожимала плечами. Мои внутренние струны молчали, не было щекотания и порхания бабочек в животе, как многие описывают в книгах. В общем, не моё.

— Всё, Аринка, пошли что-нибудь съедим!

На часах было уже час дня, и мы решили заглянуть в ближайшее кафе. Там заказали по салатику «Греческого» и кусочку пиццы с морепродуктами. Наевшись, решили остудить себя сливочным мороженым в рожке, с шоколадной крошкой.

— Ну как твои родители, Марин? Довольны отпуском？

— Ещё бы! Вчера только прилетели на Кипр, а мама уже набрала кучу экскурсий. Папа жалеет, что я не смогла поехать с ними из-за работы. Кажется, ему эти предстоящие две недели отпуска не получится спокойно полежать под зонтиком с бутылочкой пива! — расхохоталась подруга.

— О-о-о, да! У них будет, видимо, жаркая годовщина свадьбы! — заулыбалась я, облизывая нежное, мягкое мороженое.

— Катание на осликах? — артистично приподняв бровь, предположила Маринка.

И мы обе залились звонким смехом, удерживаясь руками за стол.

В очередной раз, лизнув мороженку, повернула голову направо и наткнулась на тяжёлый, буравящий меня взгляд. Тут же отвернулась и почувствовала неловкость. Мы с подругой продолжали обсуждать уже обыденные дела, и я вновь посмотрела в сторону. Холодные серые глаза продолжали бесцеремонно осматривать меня с ног до головы, словно породистую кобылу на выставке.

За столиком сидели двое мужчин в чёрных деловых костюмах. Перед ними лежали какие-то бумаги и стояли две чашки кофе. Мужчина, который чуть ниже ростом и с тëмными волосами, держал в руке лист бумаги и что-то рассказывал смотрящему на меня, светловолосому, с короткой стрижкой, статной фигурой и серьезным выражением лица, собеседнику. Тот спокойно отпил кофе, что-то ему ответил и продолжил меня разглядывать.

— Арина! — позвала меня Маринка.

— А? — повернувшись к ней, потеряно ответила и вновь принялась за своё мороженое.

— Ты здесь вообще? Кого ты там увидела？

— Да, вон за тем столиком, светлый дьявол уставился на меня и смотрит, не отворачиваясь, — показала направление лишь глазами, нервно ухмыльнувшись и покручивая в руке несчастное мороженое.

— О-о-о, подруга, ты что-то путаешь, там два красавца. А тот, что справа и правда на тебя пялится, — чуть наклонившись, прохихикала мне подруга. — Ну ладно тебе, может эта твоя любовь с первого взгляда, а ты пугаешься, сейчас опять закроешься в своей клинике с мохнатыми друзьями и всё — пропала девка! Может нам с ними познакомиться, м-м-м？И вечерком, как раз, в клуб？

Я закатила глаза. Марина неисправима.

— Ну, Марин, перестань! Со своими этими клубами и подколами, — шумно выдохнула.

Через несколько минут я снова повернула голову к мужчинам, и от затылка по спине у меня побежали мурашки.

«Смотрит. Зачем так уставился-то? Ой, да ладно, просто незнакомец, которого я вряд ли ещё увижу», — мысленно успокаивала я себя. — «Но симпатичный, зараза… Только вот глаза… Немного пугают своей строгостью или холодностью. Не могу разобраться, что не так в моих ощущениях. Чувствую себя, как нашкодивший ребёнок, с желанием опустить глаза в пол. Но при этом тут же тянет вернуться и броситься обратно в этот омут холодных глаз. Как будто он знает то, чего не знаю я и мне это очень нужно… Вот закрутила-то, а!», — удивилась своим странным мыслям.

Силой воли оторвала от незнакомца свой взгляд и во избежании соблазна вновь повернуться к нему, уставилась на стол прямо перед собой.

— Слушай, Марин, давай мороженое на улице доедим, а? А то, мне как-то тут не по себе.

— Ох, подруга, вот встретишь когда-нибудь своего парня, который тебя не отпустит, тогда и посмотрим, как запоëшь! А то посмотрите, какая скромница! Рыжику привет, кстати!

— Да иди ты! — рассмеялась, утыкаясь в мороженое.

— Ну, а что? Ты просто не понимаешь, Арин! Быть в паре — это же столько плюсов! Я вот, с Владиком, изменилась. Созваниваемся часто, цветы, подарки. А в клуб — только с ним теперь!

— Маринка, он у тебя шестой!

Расхохотавшись, мы взяли сумочки и направились к выходу из кафе. Подходя к двери на чуть ватных ногах, я продолжала чувствовать своей спиной и затылком его цепкий, изучающе-пожирающий взгляд.

Когда я попрощалась с подругой и возвращалась домой, образ сегодняшнего незнакомца постоянно стоял у меня перед глазами. Это мешало управлению автомобилем. Ладошки мои вспотели, а мысли путались.

Тряхнула головой и включила радио. Заиграла песня «Полная луна, укажет мне след», — Леша Свик.

«…Полная луна укажет мне след, —

Я тебя найду, найду хоть где…»

Раздраженно выключила звук, крепко сжала в руках руль и в полной тишине продолжила свой путь домой.