Глава 23

— Лика, просыпайся соня.

Эти слова, сказанные любимым голосом и нежные поцелуи, вырвали меня из моего сна, в котором Роман называл меня Ангелом. И я не знала, как на это реагировать. Поэтому даже во сне я притворялась спящей.

И вот как определить спишь ты или уже нет?

Я не хотела, чтобы это была правда. Хватит того что я уже ранее настроила между нами барьеров, считая, что глава издательства его жена, а не сестра как оказалась. Даже во сне я перебирала, все наши разговоры. Действительно, ни разу ни он, ни я не упомянули слова «жена» или «супруга», кроме как фраз семья и ребёнок, и ведь он хотел рассказать мне о себе, а я его останавливала. Что он успел мне сказать, что у него отец живёт в Греции и занимается виноделием и там его семья? Дальше я не дала ему развить эту тему.

Поэтому сейчас ещё искать и находить в нём сходство с моим демоном, это снова рушить своё такое возможное счастье.

— Анжелика Руслановна, вы собираетесь просыпаться.

Я снова проигнорировала слова, сказанные наигранно грозным голосом любимого мужчины. Даже демонстративно перевернулась на живот и попыталась накрыть голову подушкой.

Но вот проигнорировать его ласки я не смогла. Потому что в этом положении, оставила уязвимым одно очень чувствительное место, но поздно это поняла.

Стоило мужчине убрать мои волосы в сторону, как я поняла свой промах, но было поздно, его губы и язык уже вырисовывали неведомые мне, но до безумия приятные моему телу знаки на моей шее вдоль позвонков. Иероглифы, письмена, руны, да как угодно их назовите, я же ощущала, что он просто привязывает меня к себе ими, как ставит клеймо на принадлежность ему.

Всю дрёму, как рукой сняло. И как будто не было безумной ночи, наполненной страстными объятиями и безудержными ласками, поцелуями и соитиями.

Я снова погружалась в мир желания.

Роман, знал мою ахиллесову пяту, и сейчас он играл не по правилам. Он лишь на мгновения отвлёкся от шеи, чтобы прошептать мне на ушко.

— К чёрту всё, у нас сегодня с тобой отгул. Я прав Лика.

В момент, когда его губы касались моего ушка, мою шею там, где только что были губу, ласкали пальцы, выводя новый рисунок.

— Лика, скажи «да» и я продолжу то что начал.

И возможно я и смогла бы воспротивиться его напору, если бы уже моё желание не захлёстывало меня с головой. Чему он уже нашёл подтверждение, ведь вторая его рука была там, где было уже горячо и влажно. А моё тело предательски, прогибается, чтобы дать ему больший доступ.

— Лика? — снова шёпот.

И губы скользят по шеи вдоль позвонков, а пальцы ласкают влажные лепестки и выводят круги вокруг клитора.

— Да — произношу ели слышно.

Но он услышал! Он знал, что услышит это!

И потом ещё много раз.

Завтракали уже ближе к обеду.

Тогда же выяснила, что об отгуле, за свой счёт, с моего телефона уже была отправлено сообщение, на телефон Уварова. Когда это вывело меня из себя, в оправдание, хотя нет, Роман даже не оправдывался, он просто сказал.

— Лика, ты и так уже проспала. Точнее мы проспали. Поэтому я отменил все свои дела на сегодня, и твои, когда зазвонил твой телефон, а следом пришло сообщение от твоего руководства. Ты спала, и просыпаться даже не собиралась.

— Ты мог меня разбудить, а не отправлять сообщение от моего имени, моему начальнику.

— Хорошо. Сейчас я позвоню ему со своего номера телефона, и скажу, что сегодня моя женщина не придёт на работу.

— Не смей снова пытаться манипулировать своим положением.

Это мы обсуждали, сидя за столом на моей кухне. Он ел куриные отбивные с молодым картофелем, а я овсянку. Я решила вернуться к нормальному питанию, раз это у меня завтрак, то и есть буду то что положено есть на завтрак. Каша, бутерброды с сыром и кофе. Вот нормальный мой завтрак в будний день. То же кушает и Злата, только у неё кофе мы заменяем либо на компот, либо на сок, по настроению и наличии оного в холодильнике.

Вот и сейчас мой кофе, как раз сварился, я встала из-за стола, чтобы налить себе кружку.

— Ты будешь? — спросила у Романа.

Он махнул головой в знак согласия. Разлила по кружкам кофе и направилась к столу. Роман взял свою кружку и, после того как я заняла место напротив него, продолжил разговор.

— За кофе спасибо. Но вопрос о том, что тебе придётся либо поменять работу, либо вообще не работать возник бы в любом случае.

— Роман, это не обсуждается. По какой причине я должна поменять работу?

— Ты моя женщина. Я не смогу постоянно находиться в этом городе.

— Ты же инвестируешь куда-то там свои деньги, здесь у нас в области, и это проект не на один день, как я поняла? — растерялась я.

Меня радовал тот факт, что он рассматривает наши отношения как долгосрочные, и он сам назвал меня своей женщиной, но к каким-то глобальным переменам в жизни я не была готова.

— Да в ближайшее время я буду здесь часто бывать, но это не единственный мой бизнес, и потом не забудь у меня тоже есть сын. Да я не могу быть с ним постоянно, как ты с дочерью.

— Да конечно, я понимаю.

— Лика, ты сама рассуди, даже если я буду часто приезжать, как ты объяснишь своей дочери, что ты, например, завтра и послезавтра не ночуешь дома, или что я ночую у вас, несколько дней в неделю, а потом могу не появляться несколько дней или недель?

В его словах была доля истины. Я как мать не собиралась давать своей дочери повод думать, что такие отношения между взрослыми это норма. Да у нас была неполная семья, но я всегда ставила в пример Злате дедушку с бабушкой, Люсю и Егора, её родителей. И приводить временного мужчину в дом я не собиралась.

— Нет, Злате я это никак не смогу объяснить — поняла я.

— Вот видишь, значит, нужно будет решать этот вопрос кардинально. Поэтому я и говорю, что с работы ты в скором времени уволишься. У вас же с Уваровым нет никакой договорённости, и ты сможешь в дальнейшем переехать. Надеюсь никаких подводных камней не выявиться, когда начнём оформлять документы?

Я аж кофе поперхнулась.

— Роман, ты о чём?

— Не хочу, чтобы потом возникли какие-то сложности при удочерении — спокойно доев завтрак-обед, ответил Роман, сделал первый глоток кофе, и оценил его — вкусный.

— Роман, ты сейчас о каком удочерении говоришь? — спросила и отставила свою наполовину ещё полную кружку.

— Лика, когда мы начнём жить вместе, а при условии, что у нас двое детей, по всем канонам, придётся пожениться. Соответственно я согласен стать отцом твоей дочери, если ты конечно согласна. Но так будет лучше. С Максимом я надеюсь они подружатся, как ни как почти ровесники, разница всего несколько месяцев. Уверен, ты полюбишь моего Макса. Он у меня классный пацан.

Теперь я хотя бы знала, что у него сын ровесник моей Златы и зовут его Макс.

В честь дедушки, наверное?

Но вот всё остальное, что он только что сказал, не укладывалось у меня в голове.

— Роман, зачем тебе всё это?

— Анжелика, не будь у нас с тобой детей, мы могли бы и дальше просто встречаться, но и это бы продлилось не долго. Расстояние — это большая помеха отношениям. А так это решает все возможные вопросы. Я уже обдумал все варианты. Согласись, что это лучшее решение?

Он допивал кофе и ждал мой ответ.

А я была в ауте. Может кто-то и может вот так, всё расставив по полочкам, решить, как, где и с кем ему жить. Но у меня в голове это не укладывалось. А как же чувства?

Хотя о чём я говорю?

Это в книжках мужчины умеют чувствовать, а в жизни они прагматики, за редким исключением. Увы Барский Роман Максимович, не относился к этим исключениям. Что я там раньше думала, о его самоуверенности и самовластии. Вот и получите в полном объёме!

Он «обдумал все варианты» и принял решение, за нас двоих.

Хотя нет даже за нас четверых. Ведь в этом будут участвовать ещё и Макс со Златой. Как-то Люся заметила, при написании одной из книг, что когда человек привык управлять и командовать на работе, он привыкает и в жизни принимать решения за других, чаще всего считая его единственно верным. Просто таким людям нельзя ошибаться, от них зависит большое количество других людей. Порой это уверенность, что они правы — это не истина в первой инстанции. Но пытаться им это доказать это пустое дело.

Мои размышления прервал звонок. Звонил телефон Романа. И скорее всего, звонок был важным, так как Роман встал и пошёл в спальню, именно оттуда и шёл звук.

Я занялась посудой. Мне требовалась чем-то занять руки. Потому что сейчас они чесались, и очень хотелось взять что-нибудь тяжёлое и стукнуть Барского по голове. Да так сильно, чтобы ему память отшибло, чтобы забыл всё, что только что мне тут наговорил.

Я успела убрать со стола и вымыть посуду, это немного меня успокоило. Когда вернулся Барский, я допивала кофе, стоя у окна. Мне показалось, что я увидела знакомую машину, заезжающую во двор. — Лика, прости, на сегодня у меня не получилось взять отгул на весь день. Мне сейчас придётся уехать — отвлёк меня Роман.

Он стоял в дверях кухни, уже полностью одетый.

— Я все понимаю, работа — казала и пошла с ним на выход.

Уже в дверях Роман спросил.

— Когда приезжают родные? Мне кажется, нам пора уже познакомиться.

— Роман, я пока не приняла решение. И скорее всего — я сделала паузу, собираясь с мыслями.

Когда моя пауза затянулась, Роман прижал меня к себе и поцеловал.

Поцелуй был долгим, властным, Роман как будто снова ставил на мне клеймо, подтверждая, что я принадлежу ему. Сначала я пыталась ему противостоять. Лаской и напором он добился того, чтобы я отвечала на поцелуй. Я сама льнула к его телу. Требовала продолжения.

Добившись желаемой страстной реакции, Романы отстранился и прошептал, глядя мне в глаза.

— Ангел, я слишком долго тебя искал, чтоб отпустить.

Вот сейчас мне точно это не послышалось и не померещилось.

Я смотрела ему в глаза и не понимала. Я не верила.

— Демон — только и смогла прошептать.

— Да, мой Ангел.

И снова губы. Его на моих губах, поглощают слово «нет».

Я пытаюсь вырваться. Это уже не кажется сном. Это кошмар наяву! Я пытаюсь оттолкнуть его. Но силы неравны. Он прижимает меня к стене. И снова пытается поцеловать. Я вырываюсь, как только могу. Голос срывается.

— Ты не мой демон! Ты не можешь быть им!

— Анжелика, успокойся. Это я. Я тебя нашёл. Теперь все будет по правильному.

— Нет, теперь ничего не будет. Уходи, больше не возвращайся.

В моей голове билась мысль, что это не может быть правдой.

— Анжелика. Лика, да послушай, ты! — Роман пытается остановить начинающуюся истерику.

Единственное решение, к которому он приходит это поцелуй. Он знает, какой властью обладает надо мной.

Он сильнее меня. Когда его губы находят мои, я не могу сопротивляться. В голове каша. Мысли путаются. А тело само льнёт к нему. Оно снова придаёт меня, отвечая на поцелуй.

Никто из нас не услышал, как несколько раз провернулся ключ в замке, как открылась дверь, как ахнула моя мама, как очень громко кашлянул мой отец.

Но вот громкий возглас моей дочери вернул меня на грешную землю.

— Мама.

Роман тоже это слышал и, отстранившись от меня, удивлённо смотрел на стоящих в дверях нежданных гостей — родителей и дочь.

Я прибывала в небольшом шоке. Что они здесь делают, я ждала их только вечером.

«— Что у неё с волосами?» — билась мысль в моей голове.

Роман, внимательно оглядев моего ребёнка, тихо сказал.

— Лиса

Я нервно поправляла халат, который отдела после душа и в котором завтракала? Роман поправил свой галстук. Ещё раз внимательно посмотрел на мою дочь. Потом перевёл взгляд на меня и спросил.

— Ангел мой, ты ничего не хочешь мне сказать?

Я все ещё непонимающе смотрела на моего ребёнка. По какой-то неведомой мне причине, её золотые волосы сейчас были черными.

— Анжелика. Ты не хочешь нас представить друг другу? — были слова моего отца.

Он стоял за спиной у мамы и держал в руках чемодан моей дочери, второй чемодан, тот, что большой. Первый чемодан такой же розовый, как у тёти Люси, но поменьше и с другой наклейкой, с изображением русалочки, Злата держала за ручку.

— Мамочка, а кто это? — задал вопрос мой ребёнок.

Я совсем растерялась. Сейчас, переводя взгляд с одного на другого, я пыталась собраться с мыслями и хоть что-то сказать. И снова мой взгляд, упал на черные волосы дочери.

— Злата, солнышко моё, что с волосами?

— Я теперь брюлетка! Тебе нравится мама? — с улыбкой сказал она.

— Доченька, ты не переживай — попыталась успокоить меня, мама — это все смоется, не переживай. Вчера твоя дочка немного поэкспериментировала. Как я не уследила сама не пойму. Прости.

— Анжелика, познакомь нас, пожалуйста, со своим … другом — перед словом «друг» папа сделал паузу, очень заметную паузу.

— Прости, пап. Это Роман Максимович Барский. Мои родители, мама Наташа и папа Руслан.

— Роман. А Роман он? — улыбаясь, спросила мама.

Пока я думала, как ответить на данный вопрос, уже обнимая своего ребёнка, Роман ответил за меня.

— Приятно познакомиться, Роман Барский, ваш будущий зять и отец вашей внучки.

На окончании данной фразы я зажала уши своей дочери. Чтобы она этого не услышала.

— Это ещё не факт — сказала я, встретившись взглядом с Романом.

— Мы обсудим это позже, сейчас, извините, пожалуйста, мне нужно будет уйти — обращался Роман к моим родителям, пропуская их внутрь квартиры.

— Да, да, конечно, Роман, увидимся позже — радости моей мамы не было конца и края.

Папа пожал Романа руку и прошёл вместе с мамой в комнату.

— Обсудим всё вечером — сказал Роман, собираюсь уже уходить.

— Нам нечего обсуждать. Я не сказала, да.

— Теперь мне не требуется твоё согласие. Ты потеряла такую возможность. Теперь я всё решу сам. Так что Анжелика Руслановна готовьтесь к переезду. И скорой смене фамилии.

— Я не сказала, да — повторила я.

— Ангел мой, ты не хочешь же, чтобы я сделал это через суд? Поэтому все будет так, как я скажу. До вечера.