Глава 67. Соблазн 18+

- Я же чувствую, как ты хочешь меня. Как тянешься ко мне. Скажешь, это не так?

Наши лица находились так близко, что я могла разглядеть золотистые вкрапления в его жёлтых глазах, похожие на солнечные блики в янтаре. Его дыхание, тёплое и неровное, обжигало мои губы, а пульс на шее отчаянно стучал, выдавая волнение. Я видела, как его зрачки расширились, как дрогнули длинные пепельные ресницы, когда он, преодолевая внутреннюю борьбу, наконец кивнул.

- Тогда давай договоримся, - прошептала я, пальцы скользнули по шелковистой ткани его рубашки, под расстёгнутым изящным камзолом с серебряной вышивкой. Мои ногти едва касались его кожи, оставляя мурашки на своём пути. – Дай себе расслабиться сейчас. Немного. Забудь, что было. Просто чувствуй.

Он, тяжело дыша, кивнул.

Я закрыла расстояние между нами, притянув его губы к своим. Первый поцелуй был нежным, почти вопросительным – лёгкое прикосновение, проверка реакции. Но когда его дыхание смешалось с моим, я почувствовала, как он буквально тает в моих руках.

Его ладони, до этого сжимавшие подлокотники кресла до побеления костяшек, разжались и впились в мои бёдра, пальцы впились в бархат платья. Я углубила поцелуй, мой язык скользнул вдоль его нижней губы, ощущая её мягкость и лёгкий привкус вина, а пальцы тем временем методично расстёгивали одну перламутровую пуговицу за другой, обнажая гладкую, горячую кожу его груди.

- Ты так красив, Кайс, - выдохнула я, касаясь губами его шеи, чувствуя под ними пульсацию крови. Мои губы скользили вниз, оставляя влажный след по линии ключицы, а язык ловил солоноватый вкус его кожи, смешанный с тонким ароматом древесных духов.

Он зажмурился, когда мои ладони легли на его грудь – твёрдую, с чётко очерченными мышцами, покрытую лёгким слоем перламутровых веснушек. Мои пальцы скользнули вниз, нащупав тугой, розовый сосок, и я почувствовала, как он напрягся под моим прикосновением.

- Не знаю, кто там что тебе говорил раньше, - продолжала, опускаясь ниже и оставляя цепочку влажных поцелуев по пути к его соску, - но ты безумно красив. Аж дух захватывает.

Я обхватила его губами, мой язык сделал медленное круговое движение, а затем лёгкий, игривый укус.

- Ах, - его стон прозвучал так неожиданно хрипло, что по моей спине пробежали мурашки. Его тело выгнулось навстречу моему рту, пальцы впились в мои бёдра так сильно, что я и сама вздрогнула, почувствовав, как намокает ткань трусиков.

Не прекращая ласк, я опустила ладонь ниже, к ширинке его брюк, чувствуя под пальцами твёрдый, горячий бугорок.

- Я безумно хочу тебя. Но это не похоть.

Расстёгивая пуговицу на брюках, я услышала, как его дыхание участилось, почувствовала, как он напрягся, но не остановил меня. Ткань брюк расступилась, и мои пальцы скользнули под эластичный край трусов.

- Я влюбилась в тебя.

Его глаза расширились, зрачки стали огромными, почти полностью поглотившими радужку. Он замер, словно не веря своим ушам, но я уже освобождала его от ткани, выпуская на свободу его возбуждение. Он был твёрдым, как сталь, и горячим, как расплавленный металл, с лёгким изгибом вверх и каплей прозрачной влаги на кончике, блестящей в мерцающем свете свечей.

- Просто дай мне показать, насколько ты красив и как желанен мной, - прошептала я, опускаясь перед ним на колени, чувствуя, как мягкий ковёр вдавливается в кожу колен.

Его пальцы снова впились в подлокотники, суставы побелели от напряжения, но он не сопротивлялся.

Я провела ладонью по всей длине, от основания к кончику, ощущая под пальцами каждую пульсацию, каждую прожилку. Большим пальцем я собрала каплю его возбуждения, а затем медленно облизала её, не отрывая взгляда от его лица, наслаждаясь его реакцией.

- Черт, - он задохнулся, произнеся услышанное ранее из моих уст слово.

Его грудь вздымалась чаще, а в глазах читалась смесь шока, неверия и неутолимого желания. Я убрала рыжие пряди за ухо, чтобы они не мешали, и опустила голову.

Первое прикосновение моих губ к его головке - горячая, бархатистая плоть слегка подрагивала под моим прикосновением. Он резко дёрнулся, его бёдра непроизвольно приподнялись, а пальцы впились в подлокотники кресла, оставляя вмятины на дорогой ткани. Я медленно обхватила его губами, ощущая, как напряжённая кожа скользит по моему языку, втягивая его в себя сантиметр за сантиметром. Его тело дрожало, как натянутая струна, а по ногам пробегали мелкие судороги.

Когда мой язык скользнул по чувствительной уздечке, исследуя каждый миллиметр, он застонал так громко и протяжно, что эхо разнеслось по комнате. Его голова запрокинулась назад, обнажая мускулистую шею, где пульсировала жилка и лиафрит, резко и ярко вспыхнувший на его коже.

- А-алисса... – его голос звучал хрипло, срываясь на полутонах.

Я взяла его глубже, чувствуя, как он заполняет мой рот. Одной рукой я сжала основание, ощущая под пальцами пульсирующие вены, другой скользила по его животу, где мышцы напрягались, как стальные тросы. Он был солёным, с лёгким привкусом кожи и чего-то неуловимо мужского. Каждый его стон, каждый прерывистый вдох, когда он пытался сдержаться, только подстёгивали меня.

Когда я опустилась до самого основания, его пальцы впились в мои рыжие волосы - не направляя, не требуя, просто цепляясь за них, как утопающий за соломинку.

Я отстранилась, оставив во рту лишь кончик, и посмотрела вверх, встречаясь с его взглядом. Его глаза были тёмными, почти чёрными от возбуждения, с расширенными зрачками, в которых отражалось моё лицо.

- Ты нравишься мне, - прошептала я, ощущая, как мои губы скользят по его влажной коже.

Снова взяв его в рот, я пустила в ход обе руки - одна ритмично сжимала ствол, другая ласкала яйца, чувствуя, как они напряглись, стали тяжелее. Его дыхание стало прерывистым, низ живота дрожал, хвост подрагивал. На лбу выступили капли пота, блестящие в свете свечей, а лиафрит пульсировал в такт его сердцу.

- Алиса... я... – он попытался отстраниться, но я лишь сильнее сжала губы, ускоряя движения, мой язык работал быстрее, скользя по чувствительной головке.

Он вздрогнул всем телом, выгнулся дугой, и я почувствовала, как он пульсирует у меня на языке, заполняя рот тёплой, солоноватой жидкостью. Я не отпускала его, пока последние спазмы не прошли, смакуя каждый стон, вырывавшийся из его груди.

Убрав его плоть обратно под ткань трусов и брюк, медленно поднявшись, я облизала губы, наблюдая, как его глаза, всё ещё полные невероятного изумления, следят за каждым моим движением. Его грудь вздымалась, а на щеках играл румянец, как и на кончиках ушей.

- Ты... – он попытался что-то сказать, но слова застряли в пересохшем горле.

Я улыбнулась и прижалась к его груди, слушая, как его сердце колотится, как кровь пульсирует в жилах.

- Теперь ты понял? – прошептала я, целуя его потную кожу. – Это не клетка. Это – я. И я безумно не хочу тебя отпускать. Теперь все зависит только от тебя.

Я замерла, глядя, как Кайс медленно поднимается с кресла. Его обычно такие уверенные жёлтые глаза сейчас смотрели растерянно, почти по-детски. Он провёл рукой по лицу, и я заметила, как дрожат его пальцы.

Неужели испугался? После всего, что только что было...

Он сделал шаг назад, к двери. Я почувствовала, как у меня внутри всё сжалось.

- Мне... мне… надо, - его голос звучал хрипло, словно он бежал марафон.

Я открыла рот, но слова застряли в горле. И тогда он внезапно развернулся у двери, стремительно закрыл расстояние между нами и схватил меня за подбородок. Его поцелуй был жёстким, властным, будто хотел поставить печать, пометить меня. А потом... просто отпустил и ушёл.

Я стояла, ощущая, как мои губы ещё горят от его прикосновения, а внизу живота тупая, ноющая пустота.

Что, чёрт возьми, это только что было?

Плюхнувшись на диван, я застонала, закатив глаза. Всё тело ещё дрожало от неудовлетворённого возбуждения, кожа горела.

Я закусила губу, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Он испугался? Я наверно переборщила.

Эта мысль пронеслась внезапно. Но он поцеловал меня перед уходом. И что это значило? Он в итоге что-то решил или как?

Закрыла глаза, вспоминая его взгляд перед тем, как он вышел. Кажется, в его глазах было немного паники.

- Я определенно лоханулась, - подвела итог, тяжело вздыхая.

Но я не сдамся. Посмотрим, что он скажет завтра.