Глава 21. Первое задание

Глава 21. Первое задание

Когда Дэниэль поравнялся с Виватой, та ринулась навстречу:

— Мне нужно с тобой поговорить.

Видно было, что принцесса старается выглядеть решительной и уверенной, но сбивающееся неровное дыхание выдавало её дикое волнение.

— Ты ещё здесь? — режиссёр даже не замедлил шага. — Немедленно возвращайся домой.

Вивата распоряжение проигнорировала, и попыталась вслед за Дэниэлем и Ксенией проскочить в кабинет:

— Мне нужно поговорить. Наедине, — она стрельнула испепеляющим взглядом в сторону спутницы режиссёра.

Дэниэль был непреклонен.

— Домой, — повторил строго. — Актрисы, не выполняющие распоряжения режиссёра, исключаются из театральной труппы. И для тебя поблажек не будет. Ещё раз покажешься в театре до того, как доктор отменит постельный режим, выгоню.

В глазах Виваты сверкнули слёзы, однако у неё хватило сил сдержать истерику. Она гордо вскинула голову и вышла из кабинета. Ксении стало жаль эту эмоциональную девочку, переживающую, похоже, первые в своей жизни чувства к мужчине. Искренние, трогательные и наивные.

— Сурово вы с ней, — она подошла к окну, возле которого стоял Дэниэль.

Ксения ощущала, как он раздражён — ситуация с Виватой его напрягала.

— Сурово? — режиссёр вскинул бровь. — Мне кажется, я сама деликатность.

— Разве не видите, она и так в шоке от последних новостей, а вы её ещё и отчитали. Хотя, да, это можно назвать деликатностью, ведь могли бы, вообще, устроить у неё на глазах демонстративный поцелуй.

Дэниэлю естественно не понравилось, что новая помощница, не успела вступить в должность, уже даёт советы, о которых её никто не просил. Его взгляд не предвещал ничего хорошего. Хотя на последней фразе выражение лица переменилось.

— Мог бы, — угрожающе заверил он. — Интересно, к чему вы это? Хотите поцелуй? — он демонстративно посмотрел на её губы и сделал шаг навстречу.

Ксения ни секунды не сомневалась, что эпатажному непредсказуемому режиссёру ничего не стоит воплотить свои наглые намерения в жизнь. Хотя, конечно, скорее всего, он собирался просто смутить её в отместку за непрошенное нравоучение. Ему это почти удалось. Ксения вспомнила ощущения от того, предыдущего, внезапного поцелуя, и почувствовала смятение. Она заставила себя отвести глаза от его губ, побороть эмоции и напомнить:

— В нашем договоре по этому поводу есть пункт. Я не лезу в ваше личное пространство, не задаю никаких вопросов, вы не пытаетесь повторить то, что однажды произошло.

Дэниэль остановился на полдороге:

— Я помню.

Выражение его лица снова поменялось. В нём уже не было агрессии.

— Не знаю. Может, вы и правы. Может, слегка перегнул палку. Никогда не умел обращаться с детьми, — в голосе чувствовалось раздражение.

— Ну, не такой уж она и ребёнок. Мне показалось, ей не меньше восемнадцати.

— Девятнадцать. Но по мне не разумнее пятилетнего.

Дэниэль продолжал стоять у окна. Не садился сам и не предлагал Ксении присесть. Впрочем, ей и не хотелось оказаться в мягких расслабляющих объятиях кресла.

— Может, расскажете, какие-то подробности ваших отношений, чтобы я знала, как себя с ней вести. Всё ж таки по легенде мы с вами встречаемся.

— Никаких отношений нет. Разве что в её воображении. Родители Виваты в длительной командировке. Попросили меня за ней присмотреть. Я перед ними в долгу, иначе бы ни за что не согласился на роль няньки.

Теперь картина для Ксении прояснилась. Дэниэль попал в непростую ситуацию. С одной стороны не может отмахнуться от Виваты, как отмахивается от навязчивых фанаток, но и опекать её тоже не может. Она влюблена и расценит любое проявление заботы, как ухаживание.

— А разве родители Виваты не знали, что у неё к вам… э… чувства? Логичнее было бы поручить присматривать за ней кому-то другому.

— Когда родители Виваты уезжали, ни о каких чувствах речи не шло. Принцесса, вообще, в штыки восприняла, что ей приставили надсмотрщика. Да. Она относилась ко мне именно как к надсмотрщику, — Дэниэль поднял уголок рта в усмешке, — люто ненавидела. Уж не знаю, что с ней потом произошло.

— От ненависти до любви один шаг, — констатировала Ксения.

— В обратную сторону — тоже, — мрачновато хмыкнул режиссёр. — Вот вам, кстати, первое задание. Вообще-то, хотел дать другое, но в свете сложившихся обстоятельств… Раз уж вы так яростно встали на защиту нежных чувств принцессы, поручаю вам опеку над ней.

Ксения аж опешила от такого поворота. Нет, она действительно искренне сочувствовала Вивате, но понятия не имела, чем может помочь.

— Опекать принцессу? Как?

— Сделайте так, чтобы она вернулась в прежнее состояние. Выбросила из головы весь этот свой юношеский бред и снова воспринимала меня как надсмотрщика. Даю вам на это пару дней — пока она болеет. Потому что, когда выздоровеет, ситуация усугубится.

Ксения ожидала какого угодно задания, но только не такого. Сказать по правде, слегка растерялась.

— Озадачены? Боитесь, что не справитесь? — Дэниэль глядел с иронией и вызовом. — Тут нужен нестандартный подход. Тамарины штучки. Мне показалось, она успела передать вам кое-что из своего арсенала.

— Справлюсь, — Ксения тоже поглядела выразительно. — Правда, не думала, что в обязанности помощницы режиссёра входит улаживание проблем с его девушками. Следующим заданием будет та, что в белом пальто, Лайза?

Глаза Дэниэля мгновенно потемнели. Ироничные искры потухли, вместо них вспыхнул гнев. Взгляд сделался тяжёлым и мрачным.

— Она вам не по зубам.