Глава 46. Святой Грааль
Глава 46. Святой Грааль
Штаб по подготовке к свадьбе решено было организовать в театре в кабинете Ксении. Первое заседание штаба в составе Тамары, Гамлета, Жени, Камиля и тётушки Норы было назначено на два часа дня.
Тамара появилась первой. Намного раньше условленного времени. Влетела, как смерч, как ураган в 12 баллов по десятибалльной шкале. В таком диком возбуждении Ксюша её ещё не видела. Глаза горели как две компактные шаровые молнии, щёки пылали, грудь от учащённого дыхания ходила ходуном.
— Ну, вы даёте! Вот так да! — она помахала себе на лицо руками. — Перед своей свадьбой так не волновалась, как перед вашей.
— Тамара, это понарошковая свадьба, — Ксения попыталась умерить пыл самого скоростного члена штаба.
— Да-да, разумеется, — кивнула та, улыбаясь своим мыслям.
Тамара пришла не с пустыми руками. Из объёмной сумки на стол была вывалена целая куча рекламных буклетов — всё для свадебной церемонии. Ксения с любопытством начала разглядывать картинки. А там было на что посмотреть. Подвенечные платья на любой вкус: шикарные, кричаще дорогие и нежные изысканные. Красиво украшенные банкетные залы и свадебные кортежи. Изумительные цветочные композиции. Торты, которые смело можно причислять к произведениям искусства.
Ох, как всё душещипательно. На Ксению непроизвольно накатило волнение. От Тамары, что ли, заразилась? Пришлось напомнить себе, что вся эта кутерьма с подготовкой к свадьбе — просто спектакль.
— Чтобы всё успеть, думаю, надо распределить задания, — по-деловому заявила Тамара. — Окончательное добро, конечно, должны давать вы с Дэниэлем, но предварительную подготовку поручим помощникам. Гамлет будет ответственным за транспорт. Камиль пусть займётся музыкальным сопровождением. Евгения — декором банкетного зала. Мы с тобой — нарядом. У нас уже есть опыт, — хохотнула она. — А тётушке Норе можно доверить меню. Уж в чём, в чём, а в кулинарии она разбирается превосходно.
— И не только в кулинарии, — Ксении вдруг вспомнился рассказ Виваты. — Слышала, тётушка Нора спец по зельям.
— Есть у неё такое хобби, — ни капли не смутилась Тамара.
До этих её слов, Ксения с трудом верила, что детектив, который работал на принцессу, всё понял правильно. Не укладывалось в голове, что Нора могла рисковать здоровьем племянника.
— Это, правда? — Ксюша расстроилась. — Правда, что она готовила для Люсьены препарат и давала его даже, когда та была беременна?
— Значит, слухи уже доползли и до тебя, — Тамара перегнулась через столик к самому уху Ксении и прошептала: — Вообще-то, это не моя тайна, но теперь ты невеста Дэниэля, а, значит, имеешь право знать. Только никому.
Ксения не стала напоминать, что она не взаправдашняя невеста. Лишь кивнула, показывая, что будет хранить тайну.
— Все эти слухи о зелье — частично правда.
— Выходит, тётушка Нора таки давала сестре препарат? Но почему? Разве не боялась, что зелье может навредить ребёнку?
— Не боялась. Как может навредить отвар петрушки, базилика и мяты с капелькой лимонного сока?
— Мята и лимон?
— Да, это было плацебо. Освежающий витаминизированный чаёк, не больше. Но тётушка Нора выдавала его за зелье. Пыталась таким образом спасти сестру. Люсьена повсюду искала чудо-препарат, который, по слухам, делает актёра на сцене неотразимым. Естественно, она первым делом обратилась к сестре, которая увлекалась зельеварением. Нора знала рецепт — смесь трав с наркотическим действием. Они вызывают транс — игра актёра становится дьявольски прекрасной. Да только такой актёр быстро сгорает. Пару лет триумфа, а потом теряет рассудок или вообще отправляется к праотцам. Конечно, тётушка Нора не могла дать сестре такую отраву. Но она понимала, что если откажет, то Люсьена найдёт другого травника — из кожи вон вылезет, но препарат раздобудет. Она была одержима этой идеей. Вот и пришлось пойти на хитрость.
— Люсьена не заподозрила подвох?
— Поначалу нет. Она и без допинга была блестящей актрисой. Её пьянил восторг публики, а она полагала, что дурманит голову зелье. Она исступлённо отдавалась роли. Зрителей заводила эта её убийственно прекрасная игра, и не нужен был никакой мистический эффект препарата.
— Но если зелья не было, почему Дэниэль родился с разными глазами? У лимона и мяты нет таких побочных эффектов. Значит, эта особенность передалась ему по наследству от отца? Выходит, Реймонд — не родной?
— Тс-с, — Тамара прижала палец к губам и заговорила на пределе слышимости. — Тётушка Нора специально не пресекала слухи о зелье. Не хотела, чтобы о Реймонде судачили, как о неродном отце. Он и так устал от славы рогоносца. Постоянные романы Люсьены были у всех на виду. Зачем ему ещё одна боль? Тем более, Реймонд любил малыша, относился к нему трепетно. И Дэниэль тоже считал его родным. Думаю, до сих пор уверен в этом. Люсьена так и не рассказала сыну о его биологическом отце. Унесла эту тайну в могилу.
— Вы тоже не знаете, кто им был?
Тамара покачала головой:
— Никто не знает.
Лайза сидела возле туалетного столика и накладывала макияж. Она любила своё отражение в зеркале. Безупречная внешность. Природа не поскупилась. Не раз приходилось слышать от мужчин, что могли бы часами наслаждаться, просто глядя на её идеальные черты лица. Холодная неприступная красота — их это пугает и манит. Подари жертве мимолётную улыбку, и он уже в твоих сетях. Не давай ничего сразу. Пусть томится. Пусть бесится. Пусть надеется. Пусть ждёт. Пусть отчается, только тогда снова чуть приоткрой дверь.
Этот приём срабатывал. Всегда и на всех. Почему на Дэниэле дал сбой? Может, потому, что не воспринимала его, как жертву? Может, потому, что сама увлеклась?
Рука дрогнула. Макияжная кисточка мазнула мимо. Лайза с досадой поморщилась. Пришлось всё стереть и наносить заново. Ничего, время привести себя в порядок ещё есть. Реймонд приедет только через час. Они отправятся в торговый центр выбирать подарок для молодожёнов. Подарок… для молодожёнов… от этой мысли передёрнуло так, что мазок снова вышел кривым. Как девчонке удалось так быстро окрутить Дэниэля? Окрутить настолько, что тот готов под венец? (3303c)
Когда сегодня утром Реймонд рассказал новость о свадьбе сына, Лайза сначала не поверила. Решила, что готовится спектакль. Это слишком быстро, чтобы быть правдой. Но потом она вспомнила сценку у входа в ресторан. Дэниэль не позволил Ксении пройти несколько шагов под дождём — сбегал за курткой. Обыкновенная вежливость? Нет. Лайза достаточно хорошо знала язык жестов, чтобы ощутить, что чувствует Дэниэль. Он болен, одурманен и ослеплён. Именно в таком состоянии мужчины и соглашаются на брак.
А если речь о настоящей свадьбе, то у Лайзы страшный цейтнот — всего три дня. Не думала, что действовать придётся настолько поспешно. Но во всей этой ситуации есть огромный плюс. Перед самой свадьбой мужчины становятся особенно уязвимы. В них просыпаются страхи, обостряются сомнения: а та ли это, ради которой стоит потерять свободу? Лайза поможет Дэниэлю убедиться, что не та. Он должен узнать о своей «возлюбленной» много интересного. После такого видеть её не захочет, не то что жениться. Думает, её покорил его талант, ум, мужская привлекательность? Как бы не так. Его ждёт горькое разочарование. Девчонка позарилась совсем на другое.
Непреодолимое желание взглянуть на то, что поможет осуществить план, заставило Лайзу отложить маникюрную кисточку и встать. Она направилась в спальную комнату. Там, в потайном отделении платяного шкафа имелся сейф. Лайза аккуратно ввела восьмизначный код и открыла дверцу. В таких несгораемых ящичках люди обычно хранят деньги и драгоценности. Но Лайза сберегала тут кое-что другое — пухленькую синюю папку с документами. Пальцы коснулись гладкой пластиковой поверхности. Глаза закрылись. По телу пробежала дрожь, будто ладони лежат на святыне. Так и есть. Это её святой Грааль. То, что откроет путь к исполнению любого желания, любой прихоти.