12

Это утро было одним из лучших. Я нежилась в сильных объятиях, чувствовала себя защищенной и нужной. Дарила свою любовь этому мужчине, принимала его поцелуи и мечтала, чтобы эти минуты длились вечность.

Но к сожалению, мало что в этой жизни тянется так долго. Потому Саша вскоре посмотрел на часы, тяжело вздохнул и предпринял первую попытку встать.

– Надо, Полин, – выдохнул он мне в губы, когда я потянулась еще за одним поцелуем. – Кофе будешь?

– Буду, – я с трудом оторвалась от Саши и, потянувшись, встала.

Поплескавшись несколько минут в раковине, я согласилась с тем, что нельзя столько времени проводить в кровати, и вышла в коридор. Из кухни плыл соблазнительный аромат поджаренных кофейных зерен. Саша в одних штанах разливал бодрящий напиток по чашкам и говорил с кем-то по телефону.

– Да, я все понимаю. Да, конечно. Какие сроки? А что говорит Зиновьев? С ума сошли! Нет, я не кричу. Хорошо, – тяжёлый вздох, – я все понял. Неделю терпит? Вернусь из командировки, тогда поговорим. Да. Хорошего дня.

– Ты уезжаешь? – спросила я, опустившись за стол из светлого дерева.

– Да, надо кое-что уладить, – расплывчато отозвался он.

– Это как-то связано с моим… моей…

– Полин, забудь об этом, – выдохнул Саша, присаживаясь напротив меня.

– Ответь, пожалуйста.

Мужчина на мгновение прикрыл глаза, а потом кивнул:

– Да. Мне нужно получить в одном месте деньги, которыми мы закроем образовавшуюся дыру.

– Это… Это безопасно?

Он хитро улыбнулся, перехватил мою руку:

– Мне кажется, или ты беспокоишься?

– Конечно, я беспокоюсь!

– Это так мило, – не сдержался Саша и совершенно беззлобно рассмеялся. – Не смотри так на меня! Просто сколько живу, никто и никогда не проявлял такой заботы.

– А родители? – полюбопытствовала я и тут же осеклась, напоровшись на хмурый взгляд любимого начальника.

– Родители были заняты становлением бизнеса, – пожал он плечами и отвернулся к окну. – Когда я ходил в детский сад, отцу важнее было падают или растут акции, чем падаю я с велосипеда или научился, наконец, ездить. Ну да ладно! Чего уж ворошить? – Он встал из-за стола, залпом допил свой кофе. – Надо собираться. Подкину тебя до офиса, а потом поеду. Обещай не скучать.

– Такого я пообещать не могу, – рассмеялась я.

– Я слишком жесток? – с наигранной серьезностью уточнил Саша.

– О, да! Самый настоящий тиран!

Выдержав паузу, мы расхохотались.

А дальше все произошло так, как он и сказал. Собравшись, меня подвезли до работы, сладко поцеловали и, взяв обещание быть паинькой, уехали.

Саша обещал вернуться дней через пять. А я еще сидя рядом с ним в машине уже начинала скучать.

Но понимала, что он едет решать ошибку, которую допустила я. Ступила. Сглупила. До этого никогда не имела работы с такими оборотами, повела себя так, как в других фирмах. Надо было вызвать такси, а не спускаться в метро.

Не подумала. Но Саша не винил меня. И это… это подкупало.

Рабочие дни потекли медленной занудной рекой. Я просматривала все глаза в мониторе, изредка ходила на обед вместе с Инессой Павловной и весело проводила вечера с Ленкой. Считала дни, мысленно зачеркивая их на календаре и наслаждалась медленно наступающим теплом.

Спокойствие закончилось на третий день после того, как уехал Саша.

Я как раз разговаривала с представителем налоговой, уточняла сроки, когда мобильник завибрировал.

– Да, конечно, – прощебетала я в трубку. – Спасибо большое за консультацию. Да. Хорошего дня.

Выдохнув, сбросила вызов и стерла с лица приторную улыбку. Помассировала виски и взяла в руки мобильный, надеясь, что сообщение пришло от мужчины, по которому я так скучала.

Но реальность оказалась куда жестче и злее.

«Привет, Принцесса. Ну что, уже продумала пути возвращения?»

Я с секунду смотрела на это сообщение, не до конца веря своим глазам. А смартфон дернулся, и на его экране появилось следующее послание:

«Предлагаю сегодня встретиться. Нам есть что обсудить. Ты же хочешь погасить долг…»

– Долг? – выдохнула я, так сжимая в руках телефон, что пластик надсадно заскрипел. – О каком именно долге ты говоришь, Волошин?!

– Полина, – в дверь постучала Инесса Павловна и заглянула в кабинет, – я кофе сварила. Будете?

– Да, – слишком резко отозвалась я. – Через минуту приду.

Женщина как-то странно на меня покосилась, но больше ничего не сказала. А я отложила телефон в сторону и, сделав несколько кругов по небольшой комнатке, вышла к секретарю и помощнице Александра Андреевича.

– Что-то вы сегодня не в духе, Полина, – поделилась своими наблюдениями она. – Хотите шоколадку?

– Не откажусь, – улыбнулась я в ответ, надеясь, что выгляжу не самой закостенелой истеричкой в ее глазах.

– Вот, угощайтесь, – Инесса Павловна открыла сладость и пододвинула ко мне. Помялась, а потом спросила: – Полина Ярославовна, а вы не против будете, если я сегодня уйду пораньше? Или будут поручения?

Я не помнила, когда в последний раз поручала ей какие-то дела. Максимум, сахар просила подать или лифт придержать. Потому пожала плечами и сказала, что пока начальника нет на месте, она может уходить пораньше.

Инесса Павловна тут же расцвела, разулыбалась и, допив со мной кофе, улетела по своим делам.

Я еще долго вглядывалась в кофейную гущу на дней белоснежной чашечки, а потом поплелась мыть посуду. Возвращаться к рабочему месту не хотелось. И дело было не столько в делах, сколько в мобильном телефоне, который, я уверена, еще несколько раз за это время вибрировал.

Уговаривать себя пришлось минут десять. Потом я все же вернулась к компьютеру и даже на какие-то жалкие полчаса смогла с головой уйти в работу.

Тишину офиса разорвала мелодия звонка.

Телефон я взяла двумя пальцами, будто был он из ядовитого вещества. Хотя это оказалось не так уж и далеко от правды.

На экране высветилось имя человека, которого я хотела бы забыть.

Понятия не имею как он смог дозвониться, ведь номер уже давно внесен в черный список. И этот. И многие другие. Но я уже ничему не удивлялась. Всегда знала, что Волошин может больше, чем обычный человек. Раньше мне это нравилось. А сейчас только пугало.

Мобильник звенел у меня в руках, не желая заткнуться. И только мелодия обрывалась, только на экране загорался значок пропущенного звонка, как новая трель разрезала тишину офиса.

Выключив звук, я не стала отвечать, попыталась вернуться к работе. Но ничего не вышло. Все валилось из рук, буквы и цифры плыли перед глазами.

Сдалась я где-то через час. Именно столько времени мне понадобилось, чтобы принять тот факт, что день сегодня не располагает к продуктивной работе. Выпив кофе, я попробовала еще раз открыть почту, а потом махнула рукой и начала собираться.

Раз начальства нет, то можно не только Инессу Павловну отпустить. Приеду завтра на час раньше, успею чуточку больше сделать.

Именно с такими мыслями я допивала ароматный напиток, выключая свет. Последним делом подошла к окну в своем небольшом кабинете. Хотела закрыть жалюзи, да так и замерла на месте.

Из-за того что в комнате сейчас было темно, меня никто не мог видеть. А вот я видела все, что происходило на улице под большим ярким фонарем. Видела, как черная кошка притаилась за мусорным контейнером и собирается запрыгнуть на голубя. Видела, как спешит куда-то парочка. И видела темную машину с курящим возле нее мужчиной.

Он поднял голову, выдохнул из легких дым. А я отскочила от окна, будто бы он мог меня увидеть.

Черт!

– Черт-черт-черт…

Руслан припарковался у главного входа в офисный центр. Ох, мать моя женщина, сколько шансов, что он тут не из-за меня?!

Кровь молотками стучала по вискам. Я потянулась за телефоном и судорожно выдохнула, найдя на экране больше двадцати сообщений о пропущенных вызовах. С разных номеров.

Но явно от одного человека.

Шансов нет никаких. Именно меня он ожидает внизу.

Но как узнал?! Чего хочет?!

Руки затряслись, паника ледяной ладонью ударила по спине. Чувствуя себя загнанной в угол мышью, заметалась по офису. Схватилась за ножницы, степлер, дырокол. Мысленно отругав себя, взяла в руки телефон и открыла список номеров.

Прижала смартфон к уху, слушая длинные протяжные гудки.

– Саша, возьми трубку, – зашептала я, пританцовывая на месте от страха. Поглядывала в окно через жалюзи. Надеялась, что Рус уедет. Но он стоял все на том же самом месте и все так же курил.

А Саша не отвечал на звонок. Гудки уже давно перестали тонкой трелью отдавать мне в ухо. Я нажала на кнопку повторного набора, но исход был точно таким же.

Через мгновение телефон зазвонил. Но слышать меня хотел вовсе не Александр Андреевич.

Запаниковав окончательно, я выключила его, закинула в сумку и поспешила накинуть куртку. Лифт проигнорировала, слетела на первый этаж по лестнице. Дрожащими руками спрятала ключи от офиса в сумку и свернула к черному ходу.

Консьерж (он же охранник за пультом) проводил меня удивленным взглядом, но ничего не спросил. Я же спешила по длинному виляющему коридору, по обе стороны которого тянулись двери в съемные офисные комнаты. Сердце стучало где-то под горлом. Мне было до безумия страшно.

Я не знала, чего ждать от этого человека. Понятия не имела, чего он от меня хочет. И боялась даже представить, чем может закончиться наша встреча, если только я ее не избегу.

 Черный ход оказался закрыт на большую железную щеколду, которую я смогла открыть только с пятого раза. Сломала два ногтя, но сочла это достойной платой за свою безопасность. А потом, сжав в кармане куртки электрошок, накинула капюшон и, ссутулившись, побежала на остановку.

Можно было бы вызвать такси, объяснить где остановиться. Но я не хотела привлекать внимание Волошина машиной с шашечкой. Он бы заметил такси, заезжающее в торец здания.

И пусть тут работает множество людей… Рисковать я не хотела.

Миновав офисное здание, не удержалась и обернулась. Машина Руслана стояла все еще на месте, а вот ее владельца поблизости я не наблюдала. Только стеклянные двери главного входа сошлись вместе.

К автобусной остановке я припустила что было мочи. И молила все высшие силы только об одном – пусть я приеду домой, а у подъезда не будет его машины. Пожалуйста.

Не знаю, что мне помогло. Эти молитвы или охранник, который не сообщил Русу ничего обо мне. Но у подъезда никого не оказалось. Даже привычные бабушки-соседки отсутствовали. Видимо, сочли этот безветренный вечер не таким уж и теплым, как все предыдущие.

В квартиру я буквально ввалилась. Захлопнула тяжелую дверь, привалилась к ней спиной и тихонечко сползла вниз. Понимала, что могла и сама себя напугать и накрутить. Но легче от этого не становилось.

Он все еще не желал исчезнуть из моей жизни. Не хотел оставить в покое. И я понятия не имела, как помочь самой себе.

Ленка вышла в коридор на звук закрывшейся двери. Нахмурилась и поспешила ко мне.

– Полин, все хорошо?

Я заикающимся голосом рассказала ей все, что произошло. Она помогла подняться, отправила умываться в ванную, а сама пошла ставить чайник. На кухне меня ждала открытая бутылка коньяка и ароматный чай.

Смешав это в пропорции один к одному, Лена пододвинула ко мне чашку и заставила выпить.

– Вот, ты уже хотя бы не дрожишь, – выдохнула сестра, разливая по тарелкам суп. – Ты Саше звонила?

– Трубку не берет.

Ленка покачала головой, а я не стала говорить ей, что это из-за меня его сейчас нет в городе. И это я виновата, что он не смог находиться рядом.

– Слушай, может в полицию заявление напишешь? Он ведь как маньяк, преследует и угрожает…

– Лен, – я отодвинула от себя «зелье здравомыслия», приготовленное сестрой из подручных средств, и покачала головой. – Сама подумай, сколько у человека должно быть связей и денег, чтобы проворачивать подобные махинации? Думаешь, что он не сможет прикрыть одно заявление? Да и к тому же, разве ты не знаешь, как это обычно бывает? Кто там что делать будет, пока меня не прирежут в подворотне?

Она покачала головой, явно осуждая тот тон, которым я это сказала. Но спорить не стала. Опустилась за стол рядом и поставила передо мной тарелку с еще теплым супом.

Ели мы в тишине. И обе, скорее всего, думали о том, как выкручиваться из всего происходящего.

***

Саша.

В город я вернулся спустя пять дней. Уставший и задолбанный. Голова раскалывалась круглосуточно, но я уладил все проблемы. Что бы там ни думала Полина, виноват в случившимся я и только я. Благодарил высшие силы за то, что ее не тронули. А деньги — это просто деньги. Вернуть их не составило большого труда.

После этого случая я нанял машину и водителя, специально, чтобы Полина могла ездить по “точкам” за выручкой. Созвонился со старым другом, в котором был уверен даже больше, чем в себе. Я — полнейший дурак, что рисковал ею. Что позволил рисковать, не подумал…

Больше такого не повторится.

Выключенный на время моей командировки телефон то и дело сообщал писком о пропущенных вызовах. И от Полины их больше всего. Я уже вбил ее номер по памяти, но на кнопку вызова нажать не успел.

Отец набрал меня раньше.

Я выдохнул, понимая, что за время своего отсутствия мог пропустить слишком много, и ответил.

– Привет, – сухо, как и всегда поприветствовал меня он, – сможешь подъехать через полчаса в офис?

Сверившись с часами, ответил:

– Смогу, если встреча не займет больше часа.

– Думаю, что даже меньше, – с небольшой заминкой отозвался он. – Ты знаешь, о чем речь. Надеюсь на тебя.

Такими фразами он бросался довольно редко. И это не обещало для меня сегодня ничего хорошего. Последний раз, когда я слышал от него нечто подобное, меня затянули в строительный бизнес, поставив крест на собственных мечтах.

Мой отец самый настоящий карьерист, что и мешало нашим хорошим отношениям. Но да что там! Я и сам медленно превращался в такого же человека. Оставалось надеяться только на то, что я не забуду за всей этой работой о важных для меня людях…

Мысленно осекся и бросил взгляд на телефон, который лежал на соседнем сидении.

Полине я так и не перезвонил.

Обязательно наберу ее после встречи с отцом. Он обещал, что это продлится недолго. А завтра уже выделю день, чтобы провести его с женщиной, которую люблю.

Да, признаться в этом я не стеснялся. Все командировку ловил себя на том, что все мысли занимает только она. Но правилами «командировки» были запрещены любые звонки и сообщения. Потому пришлось подчиниться. Наверное, стоило бы заранее ее об этом предупредить. Но тогда пришлось бы рассказывать, куда именно я еду и что собираюсь делать.

За всеми этими мыслями я не заметил, как пролетела дорога до отцовского офиса. Я не воспринимал это своей работой и вряд ли когда смогу.

В кабинет меня пропустили без лишних вопросов. Только секретарь отца стрельнула в мою сторону подведенными глазками и соблазнительно закусила губу. Я знал, что она очень давно поглядывает на моего отца. Но не имел на малейшего понятия, есть ли между ними отношения.

Хотя, если честно, то и не хотел знать.

– Спасибо, что нашел время прийти, – первым заговорил отец, поднявшись с места и пожав мне руку. – Чай или кофе? Может виски?

– Я за рулем. И лучше сразу к делу, – произнес я, опускаясь в кресло у окна.

– Хорошо, как скажешь, – Он взлохматил идеально уложенные волосы пятерней, затем одумался и пригладил их. – Если помнишь, мы поднимали этот разговор год назад…

Он говорил, повторял слова, которые уже выветрились из моей памяти. А я слушал и с каждым произнесенным словом все больше жалел, что отказался от виски. Думал, что все эти проблемы давно рассосались.

– Ты сошел с ума? – уточнил я, когда он закончил. – Какой договорной брак? Какое расширение бизнеса? Куда тебе еще расширяться?

– Саш, я понимаю тебя, – сочувственно покивал головой отец. – Ты любишь другую. Полина сама по себе девочка неплохая. И я совершенно ничего не имею против нее. Но нам это нужно. Если мы скрепим договор браком наследника нашей компании и…

– Ты рехнулся! – я встал с места и шагнул в сторону выхода. – Я не согласен на это. И никогда не соглашусь жертвовать личной жизнью во благо бизнеса. Это я тебе сказал еще год назад, когда ты предложил подобное развитие событий в шутку. Я думал, что это шуткой и останется! Работа — это только небольшая часть нашей жизни! Пойми ты это уже наконец!

Папа прикрыл глаза, вытащил из пачки сигарету и закурил. Насколько я знал, эту привычку он бросил лет пятнадцать назад. И вот опять начал.

– Если тебе так нужны деньги и расширение бизнеса, мы можем разработать несколько…

– Сын!

– Что?

– Это была не моя идея, если тебе от этого станет проще. Не я предложил поженить наших детей для совместного расширения. И договор я еще не подписывал. Крайний срок после составления два года. И они истекают завтра. Я должен был его подписать вместо тебя, но не стал. Все же это не мой брачный договор, хоть на подделанную подпись и закрыли бы глаза…

– Еще не подписывал?! Брачный договор!

– Да, еще, – он затянулся сигаретным дымом, выпустил облачко в потолок. Пожарная сигнализация предупреждающего замигала красной лампочкой. – У тебя еще есть возможность отказаться. Но это уже решать буду не я. А ты и Алиса.

Услышав это имя в пятый раз за сегодня, меня пробило злостью.

– Как я могу с ней встретиться?

Отец передал мне визитку, на которой вензелеобразным шрифтом значилось имя и фамилия младшей дочери миллиардера.

Как уговаривать и отговаривать ее от задумки, придуманной ее отцом, я не имел ни малейшего понятия.

Но поехал по адресу. Просто плюнул на все и доверился судьбе. Той самой судьбе, которая спасла нас с Полиной в аварии. Которая свела в том состоянии, которое я помнил как самый яркий сон. Той самой судьбе, что позволила нам быть вместе.

Я не верил, что теперь судьба так легко позволит нам разойтись. Потому поехал к Альвиной Алисе Мерхаловне с полной уверенность в том, что сегодня что-то да будет решено.

И очень хорошо, если решение будет на моей стороне.

Адрес, указанный на визитке, привел меня в центр города. В один из самых роскошных салонов красоты. Было бы странно, если бы дочь МерхалаАльвина не стала работать на бизнес.

Откинувшись на спинку кресла, вытащил мобильник и набрал номер, выбитый золотыми символами на плотной бумаге. Трубку долго небрали. Потом длинный гудок смилостивился и оборвался.

– Слушаю.

Голос по ту сторону оказался милым и певучим. А его хозяйка явно не любила ждать, потому что через мгновение к тишине прибавилось постукивание ноготками по столешнице.

– Добрый день, Алиса. Мое имя Александр. Соколов Александр Андреевич.

– О! А мне сказали, что вы не в городе.

– Только вернулся. Хотел бы с вами встретиться.

– Я сейчас на работе, – неуверенно протянула она.

– А я у вас под салоном стою.

После недолгой паузы Алиса со вздохом ответила:

– Хорошо, Александр. Проходите, я скажу, чтобы вас провели.

– Спасибо.

Сбросив вызов, вышел на улицу и направился к покрытым золотистым напылением дверям. Внутри пахло розами и корицей, девушка за стеклянной стойкой на меня странно покосилась, а потом ответила на звонок по внутренней связи.

– Да. Сейчас объясню. Конечно.

Тут же на ее лице проступила слащавая улыбка:

– Александр Андреевич, приветствуем вас в «Афродите». Вас ждут на третьем этаже. Кабинет под номером восемь, в конце коридора.

Сухо поблагодарив ее, поднялся на нужный этаж и, спустя небольшую заминку, постучал.

– Входите.

Светлый просторный кабинет, мебель из белого дерева, легкие гардины на окнах. И худощавая брюнетка в приталенном брючном костюме розового цвета. Смуглая кожа, нос с небольшой горбинкой, пухлые губы и большие карие глаза.

Она определенно красива. Но не привлекала меня как женщина.

– Приветствую, Александр, – она удобнее расположилась на своем месте и жестом указала мне на кресло напротив. – Чай или кофе?

– Кофе.

Алиса подалась вперед, нажала на кнопку вызова помощника и быстро отдала распоряжения. Напитки мы ждали в полной тишине, только аквариум с яркими рыбками журчал в углу кабинета.

– Могли бы мы перейти на «ты»? – спросила она, когда передо мной появилась чашка с кофе, пахнущий корицей и медом. А перед ней высокий стакан с зеленым чаем.

– Да, конечно.

– Хорошо, – она выдохнула. – Саша, ты ведь тут для того, чтобы обсудить условия контракта наших отцов…

– Я…

– Нет, пожалуйста, дай мне договорить, – попросила Алиса, закусив пухлую губу. – Я не хочу этого брака. Нет, дело не в тебе или том, что Соколов невыгодный партнер для моего отца. Просто… Просто я люблю другого, – она произнесла это, глядя мне прямо в глаза. А я в который раз поверил в судьбу. – Я не хочу ломать ни ему, ни себе жизнь. Вот. Я сказала.

Она выдохнула и опустила взгляд, будто бы силы в ней закончились на этом.

– Я тут за тем же.

Девушка удивленно стрельнула в меня взглядом и дрожащими руками обхватила стакан с чаем:

– Правда? Ты не хочешь… этого договорного брака?

– Мне это напоминает средние века, когда принцесс выдавали замуж за принцев, а после объединяли государства, – хмыкнул я. – Но если мы воспротивимся, что на это ответит твой отец?

Алиса прикрыла глаза, встала из-за стола. Подойдя к окну, она оперлась на него ладонями и заговорила.

Говорила о том, что если мы не можем расторгнуть договор, который еще даже не составили. Отцы оставили это нам, как взрослым и разумным. Какая-то бумажка существует, но она не заверена и не имеет подписей, а значит, и не имеет никакой силы. Впрочем, она в любом случае не имеет никакой силы. Мы можем просто ничего не подписывать и не составлять.

– Если Соколов согласен на такой исход, – проговорила Алиса, – то своего я уговорить смогу. Инвестирую несколько миллионов в его новое дело и на том сойдемся. Сомневаюсь, что он без меня не обойдется, но будет это неким откупом…

– Кто из них это предложил?

Девушка хмыкнула, вытащила из пачки тонкую сигарету и закурила. В воздухе запахло мятой:

– А ты не знаешь? Наши отцы давно и часто играют в покер. Чье-то желание…

– Какая глупость! – я только через мгновение осознал, что вскочил на ноги.

– У богатых свои забавы, – развела руками Алиса. А потом резко перевела тему. – Спасибо. Не знаю, что бы я делала, если бы ты не был такого же мнения.

– Да…

В кармане завибрировал телефон, я не глядя сбросил вызов. Видимо, отец. Потом ему перезвоню.

– Нет, Саша, спасибо, – неправильно истолковала мою заминку Алиса и, шагнув вперед, обняла. Будто бы мы знакомы сто лет. – Ты спас меня, правда. И я даже жалею, что ты не мой муж. А мог бы им стать. Только представь: длинный черный лимузин, много игристого вина, полумрак спальни…

Она хитро рассмеялась, выпуская меня из объятий. Отступила на шаг, забирая с собой запах табака и сладкого парфюма. В ее словах и взгляде читалась только шутка, и я не воспринял их всерьез.

Тоже рассмеялся, а потом проговорил:

– Главное быть счастливыми.

– Это точно, – Алиса бросила взгляд на часы. – Все это безумно радостно и хорошо, но я должна закончить эту встречу раньше времени, мой несостоявшийся жених. У меня через пятнадцать минут другая встреча.

– Конечно, – я пожал протянутую руку. – Рад, что мы смогли решить этот вопрос.

– Точно! – она хлопнула себя ладонью по бедру. Выхватила свой телефон и набрала номер. – Алло, пап! Да, привет. Такое дело, у меня сейчас Соколов младший. Да. Свадьбы не будет. Мы отказываемся. Да. Поговорим об этом дома. Нет. Даже не обсуждается. Выкуплю акции «Солюшена», если перестанешь на меня орать. Вот и хорошо. Завтра все документы будут у тебя на столе. Хорошего дня.

Она сбросила вызов, затянулась сигаретным дымом, пепел упал на пол.

– Вот и все, – она снова улыбнулась, хотя еще мгновение назад у нее дергался глаз. – Теперь точно все. Была проблема и нет. Стоило это еще несколько лет назад решить.

Мы перебросились еще несколькими фразами и разошлись. Алиса показалась мне приятной и простой девушкой, несмотря на свое состояние и происхождение.

Слишком легко решившаяся проблема ударила в голову легким опьянением от счастья. Но вместе с тем, мне хотелось высказать отцу все, что я думаю касательно игр в покер на странные желания.

Он ведь как раз мне звонил…

Вытащив свой телефон, разблокировал и открыл журнал звонков.

Верхним высветился слишком знакомый номер. Не отцовский. Подсвечено имя Полины. Но и этот вызов оказался не отклонен. Рядом с именем шло время разговора.

Чуть меньше минуты…