Глава 52. Прощание

Вовремя политый и предоставленный солнышку фикус подобрел, позеленел, расправил листья и приготовился встречать новую жизнь, полную заботы и счастья.

Мне было жаль с ним расставаться. В один из вечеров старушка Метинос это заметила и разрешила взять цветок с собой.

– В добрый путь, – прощалась она, вверив мне в руки еще и варенье из чернослива.

– Не стоит, госпожа…

– Стоит-стоит, Симочка. Будет, с чем чай пить в первое время. Переезд – дело тяжелое, по себе знаю. В молодости где только не побывала.

– В Фогфорте тоже бывали?

– Маленький городок на острове в Море Туманов? Бывала. Через Фогфорт проплывают корабли, показывают туристам местные достопримечательности. Дурманящие скалы, коралловый риф. Интересное место, но жить там я бы не хотела. Сердце хватит – а ты посреди моря и до ближайшей крупной больницы добираться полдня.

– Мне этот город показался подходящим.

– Подходящим для чего, Симочка?

Я промолчала.

Сбежать?

От себя или от него?

Колесики чемодана скрипнули. Я зря дома не сидела, успела накупить всякой всячины. Одежду, средства гигиены, вместительную кожаную сумку. Котелок и расходники для зелий. Качественный заварник и несколько баночек сушеных трав для первых клиентов. Ароматный чай – всё, что мне хорошо удавалось и никому не приносило вреда. Отношения, любовь, сводничество – в прошлом. Не уверена, что смогу смотреть на счастливые пары так же бесстрастно, как раньше. С искренней радостью, без толики зависти и тоски.

Теперь это будет.. больно.

Я подхватила переноску с котом, кожаную сумку с добром. Выкатила чемодан и повернулась, чтобы спустить его с крыльца.

– Уезжаешь? – раздалось в спину.

Сердце пропустило удар. А потом забилось быстро-быстро.

Бриар Грейден стоял на лужайке перед домом госпожи Метинос живой и здоровый, в ослепляющем серебряном пальто.

– М-м-м, угу, – щеки вспыхнули, я спрятала лицо за волосами.

– Давай помогу.

В момент он лишил меня единственного повода не смотреть на него, с легкостью спустил чемодан на дорогу и приготовился что-то сказать.

Зачем он пришел? Мы же всё решили!

Спокойно, Сима. Наверняка есть другая причина.

Ладошки вспотели, когда я поняла, что причина его визита действительно была. Банальная и простая.

– Мы задержали их всех по твоей наводке. Братия благодарит тебя, Сима, и приносит извинения. Вот компенсация за моральный ущерб, – он протянул мешок с монетами, – эти деньги помогут тебе начать жизнь с чистого листа.

Я внимательно посмотрела на того, кто еще несколько дней назад был готов убить за меня. Но его речь снова была суха, а выражение лица – по-деловому равнодушно.

– Спасибо, пригодится.

Переняла мешок и отвернулась к чемодану.

– Снова займешься чаем?

– Ну, это мне удавалось лучше всего.

– Это не так, Сима, – тон его голоса изменился. – Ты очень красива, отлично готовишь, завариваешь самый вкусный чай в мире. Хорошо чувствуешь людей и их настроение. Умеешь находить подход даже к самым черствым дуракам. Тебе удалось выболтать важные сведения у Праведного. Удалось договориться с Белым кардиналом, этого не получалось даже у меня. Ты прекрасна, и тебя ждет счастливая жизнь. Без меня.

– Без тебя, – повторила эхом.

– Так будет правильно. Так пророчили нам предки.

– Я знаю.

Повисло неловкое молчание. В переноске заскребся Каспер. Похоже, сейчас будет неприятность.

– Я сделал предложение Селесте. Мы женимся через два месяца.

– Хорошая новость! – расплылась в фальшивой улыбке.

– Моя помолвка стала гарантом для братии. Главным аргументом, что я подчинил разум и преодолел связь суженых.

В горле застыл комок.

– Прекрасно. Мы ведь так и планировали.

– Да, отличный был план.

Заметила, как руки Бриара сжались в кулаки. Нестерпимо захотелось помочь ему расслабиться, успокоить, дать понять, что я не держу на него зла и всё понимаю.

Невинный порыв.

Легкий поцелуй в щеку – и вот я отстраняюсь, подхватываю вещи и бегу по тротуару.

Я вложила в поцелуй слова прощания, ведь так и не смогла их сказать. Вложила чувства, которые одолевали: грусть, тоску, решимость. И заветное желание, чтобы у него всё сложилось, чтобы он в самом деле был счастлив.

Руки Бриара обессиленно разжались.