Глава 31. Рубежи. Дом, милый дом
Ах, этот дивный вечер, когда солнышко еще не село, а ты спокойно можешь размять свои косточки. Обожаю такие моменты. Находясь всю дорогу в стесненных обстоятельствах, все тело становится мятым. А теперь можно вдохнуть полной грудью, стоя на улице в пробке из телег и повозок. Скосила глаза на грудь Марианны, потом на Мартынину. Мы с Весей прямо как подростки на их фоне. Завидую ли я? Возможно. Но, если мои верхние параметры подрастут, то ползать, прыгать и бегать будет неудобно.
— Мммееее! — раздалось из кустов.
Это что такое? Мы тут у ворот в город, стоим и ждем очередь на досмотр, а в кустах овцы?! Непорядок! Где хозяева? Где эти недобросовестные…
— Ну ммеее же! Олена, это я.
Апельсин мне в период обострившегося диатеза! Да это ж та самая бабуля с козами-невестами. Меня зовет? Ну как не пойти, там же ждут!
Боком я прошла к краю дороги. Вик что-то заподозрил и выгнув бровь внимательно проследил за моим передвижением. Послала ему воздушный поцелуй и начала махать руками и делать наклоны. Вроде как разминка. Тело-то и правда затекло. Веся присоединилась и тихо спросила, помахивая ногами:
— Официальный клиент или шабашка?
— Второе. — ответила, почти не размыкая губ.
— Я в деле и в доле.
Повозки наши уже начали двигаться в сторону ворот, а мы сделали вид будто в кустики бежим. По-быстрому. По-маленькому.
Бабка ждала нас не одна, а с дедкой. Оглянулась. Внучки, Жучки и прочих не наблюдается. Репки тоже нет. На романтик на природе не похоже.
— Был сигнал. — заговорщицки поведала я. — В чем дело, бабуля?
— Клиент созрел, милая. — прошептала бабуля. — Афанасий, проси.
Дед Афанасий взял и попросил. В ультимативной форме. Или мы за монету берёмся свести его свиней с хряком одной вредной дамочки с другого конца города или он нам антирекламу даст бесплатно. Столб позора ещё никто не отменял.
— Что за столб? — повернулась я к Весе, но уперлась носом в грудь мужа. — Ой. А мы тут беседы ведём. Высокоинтеллектуальные.
И как он так тихо подкрадывается? Даже подруга восхищена. Вон в сторонке пытается пройти тихо между ветками ивы. Подол не даёт пройти и цепляется за всё.
— На столбе весят тех, кто провинился сильно, но до тюрьмы и каторги вины не хватает. — просветил меня Вик.
— Как весят?! — оторопела я. — Я ж ничего не сделала!
— Портрет весят. — буркнула подруга, запутавшаяся косой в ветках. — Только сейчас он не используется по прямому назначению. Скорее это отхожее место около тюрьмы. Наш уборщик ругается сильно, когда двор метёт в том месте.
— А я повесю тебя, если ты не поможешь мне свести мою Фросеньку с хряком Янины. — помахал кулаком дед. — Сам моську твою нарисую и наклею. Ты ж моя последняя надежда!
Всё что я успела перед тем, как муж меня вывел обратно на дорогу, это назначить встречу с этими животноводами. Ну не могу я оставить нуждающихся. Тем более не хочу, чтобы мой портрет висел на столбе под которым сру… Ну понятно да?
Вик обиделся на меня. Я тут деньгу зарабатываю, а он обижается!
— Еще раз так исчезнешь и будешь ходить со мной на службу. В кандалах. — пригрозил он.
— Я согласна! — быстро ответила, пока он не передумал. — Мне Весенька сказала, что твои братья по оружию страдают прочерком в документе, где обозначено семейное положение. Очень надо им помочь побороть сей недуг. У меня вот одна прививка имеется под именем Мартына.
Вик забрал свои слова обратно. Понимает, что даже в самом скучном месте я найду интересное занятие. Еще и сказал, что братья его должны работать на работе, а не в облаках витать.
Тут мне интересно стало — а сам-то он не витает в этих самых облаках? И даже ни разу обо мне не вспоминает? Да как так можно?! Вот я всегда помню, что где-то там, под бюрократическими завалами, под гнетом вышестоящего руководства, в поте лица и не щадя ни себя ни окружающих трудится мой любименький. Да-да! Так и сказала ему. И вообще! Где мой и Димулькин портреты на рабочем столе? Надо заняться этим вопросом, кстати.
Первый рубеж на пути к дому был пройден. Клиенту назначено время в салоне (желательно без невест с пятачками), стража нас досмотрела (особо тщательно обходя Весеньку по широкой дуге), дорога освободилась (телеги уехали в сторону таверн, повозки по своим домам). Дом, милый дом! Я вернулась.
Мартыну я решила поселить у нас. Никак моя ответственность за невесту. Подругу домой увезла Марианна, предварительно выгрузив моих родственниц у их дома. Там им помог выгрузиться Велес Романович. И что за подозрительные взгляды в мою сторону он бросает?! Я ж только приехала!
Второй рубеж, в виде забора у нашего дома, насторожил. Не помню, чтобы у нас были такие щели. Досок не хватает между кирпичных столбиков. А это что за несанкционированное удобрение по всему участку? Батюшки! Да тут собачьего выхлопа на хороший такой мешок выйдет! Сколько ж тут работы…
— Участок нужно держать в порядке. — веско сказала Мартына, обходя кучку на дорожке. — Коли тут порядок будет, то и в голове тоже порядок настанет. А вот судя по вашему двору, Оленка, в голове твоей опилки.
— Да-да-да. — только и смогла сказать я.
Третий рубеж — дверь в дом. Я уже не хочу входить. Дикие вопли, доносящиеся изнутри, сковывают мою кровеносную систему и заставляют цепенеть. Вдох — выдох и мы опять играем в героев. Встряхнулась всем телом, сделала пару выпадов ногами, побоксировала, размяла шею…
— Вик, я готова. — решительно кивнула я мужу. — Открывай этот приют для демонов.
Муж, держа заснувшего еще на подъезде к городу Димку, вежливо стукнул ногой в дверь. Дверь распахнулась.
— Отец мой — ремонт капитальный! Что тут было?
Я так старалась создать уют! Да я тут так ругалась с бригадой ремонтников, что одуванчики вяли в радиусе трех метров! И все это ради стен, оббитых вагонкой и покрашенных в теплые цвета, сохраняя фактуру дерева. Мне-то предлагали окрашенными тканями их перетянуть, как в домах богатеев. А мне так не нравится! Меня к натуральному тянет! Дерево, земля, огород…
Сейчас все углы коридора были ободраны, а местами сожраны. Несколько вагонок торчали обломанными неровными краями. Опасно так. Кученька, мой волосатый мальчик, скребся где-то в подсобке. Чертик сидел и орал на столике под зеркалом. И в угол смотрел. Прямо как в фильмах ужасов, где показывали кошака, глядящего на призрака. Повернула голову и тихий сип вырвался из меня. Привидение! Белое и в углу под потолком. Все по канонам кинематографа.
— За животиной тоже следить нужно! — ледоколом растолкала нас Мартына и прошла в тот самый угол. — Довели Мурку, а она вона какая красивая и нежная.
Красивая и нежная Побелка была отодрана от стены вместе с еще одной вагонкой и прижата к груди. Деревяшка была бездушно откинута в сторону.
— Куда сесть можно, хозяева? — громыхнула Мартына.
Я отмерла и проводила ее в столовую к креслам. Вик уже унес Димку на второй этаж, уложил в кровать и спустился к нам. Чего-то не хватает. Оглянулась по сторонам, пробежалась по первому этажу, заглянула на кухню…
— Муж, — с тихим криком выскочила я — У нас Рому украли! По коням! Возможно криминал! Вызывайте Дукалиса…
— Стоять! — остановил он меня в дверях. — Рома попросился в отпуск на неделю. Весточку от него получил, когда стражники за артистами приезжали.
— А чего это он в отпуск собрался, когда Настасья… — тут я запнулась, потому как Настасью уже несколько дней не видела. — Настеньку украли?
— Она сюда уехала и да — они вместе уехали к родителям Романа. Знакомиться будут.
Эта весть меня обрадовала неимоверно. Я даже подпрыгнула и повисла на шее мужа. Вот так и застала нас целующихся Мартына. Чего-то говорила, спрашивала. Некогда нам тут. Заняты.
— Нашли где миловаться. — пробурчала Мартына. — Приборку сначала навести надо, а потом уже по углам обжиматься. Женатые люди, а все туда же.
Оторвались мы друг от друга, когда меня метлой по ногам отходили. Моя будущая клиентка, держа Побелку подмышкой, активно махала веником. Вик принялся отдирать опасные участки стен и выносить их во двор. Мне осталось только идти на кухню и печь затапливать. Целовашки-обнимашки — это прекрасно, но ужин должен поступать в организмы вовремя. Это детей умудрились покормить в дороге, а взрослые остались голодными.
Пока я кашеварила (в прямом смысле этого слова — на ужин гречневая каша на молоке), Вик и Мартына убрали следы преступления. Я позднее даже небольшую экспертизу провела. Следы когтей, а местами и зубов, принадлежали Кучу и Побелке. Кстати, песика моего выпустили из комнатного плена, когда были убраны с пола опасные щепки. Я проверила его, но никаких повреждений не нашла. Только жопная шерстка была сваляна в какулях.
— Любимый, вы можете уже садиться за стол, а я пока приведу задние бакенбарды Куча в порядок.
И я увела моего хорошего мальчика мыть попец. Сидя в ванне, Куч млел. Не часто я его балую помывочными ласками. А тут еще и с любимым ромашковым мылом.
— А теперь, мой хороший, береги бубенчики! — объявила я, взяв ножницы. — Стрижка будет под мартышку. Да не вертись ты! Ровняй хвостом горизонт. Вот! И здесь чуток. Если будешь сопротивляться, то оставлю твой зад квадратным! Пацаны на районе могут не понять. Загавкают тебя еще. Травму нанесут психологическую. А ты потом им физическую. А я вот еще не заработала, чтобы ущербы оплачивать.
Ужин меня дождался. Пока я уписывала кашу, Мартыну увел в свободную комнату Вик и показал что у нас где. Та восхищенно поцокала языком в туалете и долго смотрела на утекающую воду. Это хорошо, что у нас два туалета. Один может быть занят нашей гостьей в медитативных целях. Есть еще третий на улице, но он простой. Я его специально не разрешила сносить. Как память о селе. Почти памятник.
Укладывались спать уже ближе к полночи. Тогда я и узнала, что свекр мой за животными нашими следил в отсутствие нас и Ромы. Не уследил.
— Я тебе вопрос задам, а ты ответь честно. — серьезно заявил Вик, пеленая меня в одеяло.
— Я арестована? — высунула я нос наружу. — Требую звонок адвокату!
— Колокольчик на окне. — кивнул он на импровизированную "мелодию ветра". — Кто такой Дукалис? Будешь врать или отпираться от дачи показаний, то я буду вынужден применить особые методы добычи информации.
— Согласна на пытки. — кивнула я.
Пытки пытками, а кто такой Дукалис рассказать пришлось. Вик впечатлился. Даже предложил ребенка так назвать. Дукалис Викторович. Мне нравится. И пусть это фамилия! Тут все равно никто этого не знает. Осталось подумать о девочковых именах.