Глава 44. Гриша

Ну, врать не буду — происходила какая-то дичь.

В чём она заключалась?

Да в том, что с Леркой у нас продолжались вялотекущие дружеские отношения, и я уже чётко знал, что они именно дружеские и никакие другие. Но при этом все иные девчонки по непонятной причине резко прекратили меня волновать.

Нет, классные экземпляры продолжали попадаться, как в реале, так в виртуале. Но не торкало меня от них. И это, кстати, был серьёзный звоночек, на который я не горел желанием обращать внимание.

Почему?

Потому что мне и так в целом было нормально. Во всём. Кроме одного — секса.

Я как-то давно уже привык, что секса в моей жизни много. Он довольно беспорядочен. Но количество покрывало качество, и меня также всё совершенно устраивало. Однако теперь что-то изменилось.

Может, я бы даже обрадовался, если бы вместе с общим интересом к девушкам, зов природы тоже немного подистёрся. Но с ним как раз всё оставалось по-прежнему. Беда была в том, что как только пытался представить, что сейчас должен буду куда-то идти, с кем-то общаться, как-то шутить, изголяться и очаровывать, а потом трахать безразличное мне тело, меня сразу кривило от острого нежелания.

С Лерой всё было просто. Мы постоянно болтали — то на балконе, то у кого-нибудь дома, прикалывались — у нас появились общие шутки, что-то смотрели — хоть тех же «Друзей» или что-то подобное, и мне это нравилось. И ещё я её хотел. Нормально так, чисто по-мужски, жутко хотел её завалить и сделать всё, что обычно делают взрослые люди без одежды и присутствия посторонних лиц. Но этой части наша дружба не предполагала.

В общем, попал я в пресловутую френдзону, но не очень-то торопился её покинуть. А зачем? Лера уже продемонстрировала, насколько ей важен я, и насколько ей интересны свидания с другими парнями. И с Матвеем она кстати, вела себя куда более флиртово.

Однако и там я старался спустить всё на тормозах, чтобы лишний раз не провоцировать, в первую очередь — себя.

Но однажды я всё-таки не выдержал.

Дело было поздним вечером. Мы с Лерой, как это часто уже бывало, встретились на балконе, поговорили ни о чём и разошлись каждый в свою конуру. Мне показалось, она была чем-то расстроена, но делиться своими мыслями на этот счёт она явно не желала.

Я забрался в кровать, и меня тут же накрыло чудовищной немедленной потребностью совокупиться хоть с кем-нибудь. Хоть с подушкой, хоть с собственной рукой. И эта самая рука как-то незаметно сама потянулась к чату с Леркой в «Мамбе».

Матвей: «Добрый вечер. Уже готовишься ко сну?»

Отправив сообщение, я замер, прикидывая, а что стану делать дальше? Ну, ответит она мне. Ну, может, намекну ей на что-то пикантное, а потом?..

Лера: «Привет. Нет, мне совсем не спится»

Матвей: «Почему? Что-то плохое произошло?»

Ну, вот зачем я об этом спросил? Собирался же как-то немного пофлиртовать. Хоть какое-то утешение моему уже крепко стоящему члену, который буквально зудел от необходимости срочно сделать хорошо знакомые поступательные движения.

Лера: «Совсем нет. Просто знаешь… Бывает такое настроение… Даже не знаю, как объяснить. Как будто-то чего-то очень не хватает…»

Матвей: «О, да, я тебя очень понимаю! У меня ровно то же самое сейчас, сам никак не усну»

Лера: «У тебя же сейчас разгар дня»

Блять!..

Надо было как-то выпутываться. А что я сделаю? У меня уже значительная часть крови отлила от мозгов. Это всё равно что наполовину отупеть.

Матвей: «Да я как раз хотел сделать небольшой перерыв и поспать полчаса. Это полезно — дневной сон. Перезагружает мозг. Но уснуть вообще не выходит.»

Лера: «Мысли одолевают?»

Матвей: «Да, мысли…»

Ну, не мог же я ей реально сказать, что у меня просто стоит, а засыпать со стояком такое себе удовольствие.

Лера: «И о чём ты думаешь?»

Матвей: «О тебе»

Вот тут я вообще не наврал ни разу. И правда же именно о ней думал. И именно она не давала мне покоя.

Лера: «Хочу подробностей *смайл*, *смайл*»

Матвей: «Ты хочешь узнать краткий вариант или развёрнутый?»

Лера: «Развёрнутый *подмигивающий смайл*»

А вот это уже была интересная заявка.

Я улёгся поудобнее, взял телефон в одну руку, второй обхватил свой нетерпеливо торчащий член и приготовился изобразить в виде текста всё, что имел в мыслях — во всех, так сказать, плоскостях…