Глава пятая. Орущая в лабиринте
«Королева должна уметь держат достоинство в любой ситуации!», — слышался голос старичка.
— Достоинство принца? — с усмешкой спросила я, слыша, как девочки стоят насмерть! «Не пойду! И все тут!», — кричали они.
Дверь в мою комнату открылась. Я вошла в неуютную роскошь женского общежития Имени Воздержания, с грохотом оповестив весь замок, что настроение у меня так себе.
Я упала в кровать, чувствуя, как мягкая перина пружинит и обволакивает мое уставшее тельце. Втянув в одеяло ноги, я гусеницей поползла в сторону подушки.
— Ну как тебе первое испытание? — спросил знакомый омерзительно — волнующий голос. Я сонно приоткрыла один глаз, собирая мысли в кучку.
— Изумительно, — вздохнула я, снова пытаясь улечься.
— Ну как? Тебе уже нравится принц? — спросил колючий друг, пока я пыталась сделать себе норку из одеяла.
— Даже не думай! — зевнула я. — Если ты сейчас не заткнешься, я тебя выселю!
Через пять минут кактус стоял под дверью, которую я с грохотом закрыла.
— Сторожи! Если что — бери удар на себя! — пробурчала я, ежась от вечерней прохлады. Одеяло застряло в двери. Я потянула его и поплелась в кровать. Жаль, что не будильника. Иначе бы я давно уже сбежала из замка. Ушла бы огородами. Тем более, что ночью это будет не так заметно.
— А как же спать в обнимку? — слышался издевательски волнующий мужской голос за дверью. — Представь меня пушистым мишкой!
— Брррр! — поморщилась я, пытаясь уснуть. Но в тишине замка голос кактуса казался очень и очень громким. Он явно издевался. А судя по голосу, чувствовал себя хозяином положения!
— Ма-а-аленькому ка-а-актусу холодно зимой… Из коридора взяли мы домой… — ядовито пропел кактус. — Я тебе тонко намекаю! Взяли мы домой! Домой!
— Послушай, плод неземной любви похотливого ежика и огурца! — процедила я, понимая, что сейчас весь замок сбежится на шум. — Ты можешь помолчать? Если я заберу тебя обратно, ты обещаешь дать мне поспать? Хотя, верить тебе нельзя!
— Тук-тук! — развлекался кактус. — У вас все дома?
— Да чтоб тебя! Разбудишь через три часа! — выругалась я, пряча голову под подушку.
— А зачем? — ехидно спросил кактус. — Ты же знаешь, что ночью покидать комнату нельзя!
— Пресс качать буду! Чтобы принцу понравиться! — пошутила я. Постепенно все звуки стали такими тихими, а я отключилась.
— Ай! — заорала я от боли, подскакивая на кровати. — Ай-я-я-яй!!! Ух!!!
— Я — серенький волчок! Решил укусить за бочок! Ну как? — голос спрятался в складках одеяла.
— Уф-уф-уф! — растирала я место «укуса». Мне показалось, что я похудела килограмма на два точно!
На старинных часах было без десяти час ночи. За окном стемнело до черноты. В замке было тихо-тихо…
— Неужели побег? — притворно ужаснулся кактус. — Бежать от своей большой любви! Это так романтично!
— Прекрати! — прошептала я, быстро надевая свою одежду. Брать из комнаты было нечего. Да и мне, собственно, ничего не надо.
— А меня возьмешь? — спросил кактус с такой надеждой, что я остановилась и посмотрела на горшочек. — Или я буду громко орать, что участница сбежала!
— Тс! — прошипела я, решив взять кактус с собой. Не потому, что мне очень хочется, чтобы меня доставали каждый вечер. А потому, что одной было страшно.
Дверь в коридор открылась. Я опасливо выглянула, не видя ничего подозрительного.
— Только тихо! — прошипела я, шурша ковровой дорожкой. Дверь стала закрываться с таким душераздирающим скрипом, что у меня мурашки столпились где-то между лопаток.
Внезапно скрип оборвался, а я посмотрела на кактус в руке.
— Это что? Ты скрипишь? — спросила я, глядя на иголки.
— Нет, что ты! — со смехом заметил кактус.
Я направилась по коридору.
— Швырк, швырк, швырк! — слышались звуки моих шагов. Я замерла. «Швырк!», — донеслось до меня.
— Значит, все-таки ты! — прошипела я, прислушиваясь к тишине коридора. Пока что он выглядел обычным. И я надеялась, что он таким и пробудет до момента моего исчезновения.
— Операция «З», — прошептал кактус, явно издеваясь.
— Это почему «Золушка»? — спросила я, понимая, что к психотерапевту мы с кактусом поедем вместе. Но до этого придется взять справку от нарколога.
— Потому что в конце они жили долго и счастливо, — заметил кактус. И снова рассмеялся гадким смехом.
— Вот скажи честно, мой загадочный гад, — прошептала я, выходя из коридора на лестницу. — Зачем ты так делаешь?
Лестница была безлюдной и вела прямо к каким-то роскошным дверям. Я начинала жалеть, что взяла его с собой. А с другой стороны мне не хватало только воплей о побеге! Тогда меня точно поймают!
Я осторожно спускалась, положив руку на перило.
— Интересно, что там принц говорил про «с часу до утра»? — спросила я, слыша даже свое нервное дыхание в тишине. — Это что за обеденный перерыв?
— У чудовищ, — заметил кактус.
Я застыла. Да нет, он просто шутит! Никаких чудовищ тут нет. А я вооружена кактусом и очень опасна.
— Слушай, — прошептала я, видя, что кактус ведет себя вполне прилично. Я думала, что будет хуже! — А тебя как зовут?
— Зови меня двадцать пять сантиметров! — заметил кактус очень мерзким голосом. — Двадцать пять сантиметров женского счастья.
Как же медленно я двигаюсь. Там еще большая часть лестницы!
— Я так понимаю, — продолжала я, думая о своем. — Ты у нас мальчик!
Бабушка говорила, что кактусы бывают мальчиками и девочками. Но различать их я так и не научилась.
— Ты посмотри на мою анатомически правильную форму! — рассмеялся кактус, пока я ногой ощупывала очередную ступеньку и внимательно следила за штукатуркой.
— Как ты думаешь, что будет за побег? — опасливо спросила я, присматриваясь к стенам. Вот как только штукатурка начнет лопаться, тогда нужно давать газу. Очень надеюсь, что на этот раз обойдется без фокусов!
— Все будет хорошо. Мы будем с тобой неразлучны! А я наконец-то обрету тесный орущий откуда-то сверху дом! — послышался тихий смешок. — Чего встала! Давай, шурши корешками!
Я стала спускаться чуть бодрее. Пока что никаких признаков заколдованности я не увидела. Но расслабляться было рано.
— Слушай, я тебе сильно нравлюсь? — елейно спросила я, слыша шорохи где-то внизу. И держа кактус наготове.
— Ах, какие плохие вопросы ты задаешь, — омерзительный голос мурашками пробежал по телу и свернулся ядовитой змейкой внизу живота. — Не без этого… К моему сожалению…
— Это хорошо, — вздохнула я, прислушиваясь и беззвучно ставя ногу на очередную ступеньку. — Значит, в случае чего, я брошу тебя в чудовище. И ты попытаешься его задержать. А я буду вечно оплакивать твою память!
Я осторожно ставила ногу на ступеньку, тревожно осматриваясь по сторонам.
— Бу! — внезапно и очень громко заорал кактус, а я от ужаса бросила его и отскочила. Во дворце стояла все та же сонная тишина.
— Т-т-ты что т-т-творишь! — стуча зубами, выдала я. И схватилась за сердце.
— Проверяю, есть ли у тебя сердце, — скромно заметил кактус, лежа на ступеньках. — Видимо, есть. А ведешь ты себя так, словно нет.
— Еще раз так сделаешь, — предупредила я, не чувствуя ног. — Я тебя… Ой, ты слышал?
Я замолчала и прислушалась. Вокруг раздавался тихий шелест, словно… словно со стен полетела красивая штукатурка. А потом все прекратилось.
— И ты меня тут бросишь? — спросил кактус, когда я решила идти без него. — Знаешь, я очень люблю сказки. Слышала сказку про девушку, которая решила сбежать от принца в полночь и потеряла туфельку? Принц поднял туфельку и поклялся, что той, которой туфелька будет впору, и станет его женой! А теперь замени «туфельку» на «кактус». Какой девушке кактус будет впору, та и станет женой принца! Это я тебе тонко намекаю, что предложу расстроенному твоим побегом принцу эту замечательную идею!
О, как же он меня злил!
— Хорошо, — процедила я сквозь зубы, поднимая кактус со ступеньки и быстро-быстро спускаясь вниз. Шорох моих шагов наполнял гулкие коридоры дворца. Десятки дверей, одинаковые коридоры, зеркала в золотых рамах и роскошные потолки, — мне казалось, что я заблудилась в этом лабиринте.
— Где выход? — прошептала я, пытаясь держать небритый и колючий кактус подальше от колыхающейся «нежнятинки».
— Сначала направо, потом налево, потом снова направо, потом прямо, направо, направо, налево, направо, прямо, налево и еще направо! — выдал кактус. И тут же ехидно с придыханием добавил. — Ты все запомнила?
У-у-у! До чего же он бесячий!
— Еще раз! Только медленно! — вздохнула я, пугаясь шороха занавесок.
— Ты мне лучше скажи, почему ты решила сбежать? — перевел тему кактус, когда я опасливо открыла одни двери.
— Неужели никто здесь не понимает, что принц, дворец и дурацкие конкурсы мне не интересны! Я хочу домой! Просто домой! В свою уютную квартирку, в свой маленький мирок! И больше мне ничего не надо! Я хочу знать, что будет завтра. И послезавтра. И послепослезавтра, — прошептала я, осторожно идя по коридору. — Я хочу выплатить этот гребаный кредит предыдущего принца и начать жить нормальной жизнью! Что, кроме слова "кредит" тебе не понятно?
— Ясненько-понятенько, — с очень эротичный придыханием выдал кактус.
— Так ты мне скажешь, как выйти отсюда? — прошептала я, глядя на свое отражение в старинном зеркале. Замок не просто спал. Он, словно, вымер. И меня это пугало.
— Я уже все сказал, — усмехнулся кактус, вздыхая. — Можно я буду называть тебя милашкой?
— Я тебя просто закопаю! — выругалась я, начиная нервничать. Мне казалось, что этот коридор я уже проходила. А еще мне казалось, что я заблудилась.
— Поздно. Меня уже закопали. Так что, милашка, тебя опередили, — отозвался кактус. И тут же добавил. — Как ты думаешь? Принц правильно делает, что на ночь выпускает голодных чудовищ? Или это не гуманно?
— Что? — дернулась я, чувствуя, как внутри все ухает вниз от внезапно накатившей волны ужаса.
Зловещая тишина стала меня пугать. Мне начинало казаться, что за мной кто-то тихо-тихо крадется. Поэтому я ускорила шаг, чувствуя, как ноги от страха стали ватными. Я даже вся съежилась, опасливо рыская глазами по каждому закоулку. Обливаясь холодным потом и чувствуя себя чьим-то будущим ужином, я почти бежала по замку.
Я накопила нервные клеточки, чтобы обернуться назад. Никого… Будем копить нервные клеточки на еще один раз.
— Я, вообще-то про другого принца! — зевнул кактус. — Не про этого. А что такое? Ты подумала про этого?
— Мммм…. — простонала я, пытаясь себя успокоить. Было немного странно, что на пути нам никто не попадался. С одной стороны, это было хорошо. А с другой — начинало пугать.
— Зачем ты меня постоянно злишь? — спросила я, тревожно оглядываясь. Не смотря на то, что тревога оказалась ложной, я решила быть начеку. В одном из коридоров послышался все тот же тихий шелест.
— Ты очень красивая, когда злишься, — заметил кактус. — Ой, а хочешь я расскажу тебе сказку?
— Потом, все потом! — прошептала я, вжимая голову в плечи.
Предчувствия меня не обманули.
Белая штукатурка с позолотой отлетала и летела куда-то вверх, словно снизу дули феном. Все это сползало, а я ускорила шаги.
— Быстрее, — послышался встревоженный голос кактуса. — Выход уже близко!
— Неужели? — обрадовалась я, бросаясь по коридору.
— Еще немножечко! — торопил кактус, пока я мчалась мимо одинаковых дверей.
— Налево! — командовал кактус.
И я послушно свернула налево.
— Дверь! Быстро в дверь! — послышался голос. Я дернула дверь и…
… очутилась в своей комнате.
— Погоди! — пыталась отдышаться я, глядя на колючки. — Ты сказал, что здесь выход!
— Да, — вздохнул кактус. — Выход замуж! Замуж — это ведь тоже выход?
— Да чтоб тебя! — выругалась я, ставя кактус на стол. В боку все еще кололо, сердце заходилось и, видимо, скакануло давление. Я упала на кровать, чувствуя, что жить кактусу после такого осталось минут пять от силы. Вот как приду в себя, как успокоюсь…
— Обожаю прогулки перед сном! — заметил он. — Они, между прочим, полезны для здоровья и фигуры. Погуляли? А теперь можно баиньки!
— Заи… баиньки ты меня! — стонала я, пытаясь найти в себе силы перевернуться. Нет, ну надо же!
Я чувствовала, что мне лень пошевелиться. Неужели придется смириться и продолжать участие в отборе? В этот момент я услышала странный звук, словно кто-то крадется к кровати.
— Ммммм!!! — замычала я, когда мне перекрыли кислород перчаткой.