17. Арни

Летар ушел к Лее, а я остался в комнате у рабов. Но разговор не клеился, они ничего не спрашивали и я не знал, что сказать. Так и сидели молча какое-то время, потом я поднялся и пошел к нашей с Леей комнате. Так и стоял у дверей пока не почувствовал, что Тень Леи стала просачиваться из-под двери. Я сразу понял, что это не к добру, поэтому мне ничего не оставалась, как вбежать внутрь и попытаться пробиться к ней, чтобы остановить ее распространение. Когда попал внутрь, то увидел Лею, стоящую в плотном коконе серой дымки, и Летара на коленях у бархатной стены. Он был придавленного этой дымкой так, что вены на шее вздулись, а сжатые кулаки побелели от напряжения. Я подлетел и стал кричать на него:

— Что ты сделал? Почему Лея от тебя защищалась? — он молчал. Видя, что ответа от него не добьюсь, я бросился уже к Лее и начал пробираясь через ее Тень, стал гладить ее по плечам, волосам и звать:

— Леечка, успокойся, все хорошо, угрозы нет. Лея, убери Тень. Леечка, расслабься, давай, разожми кулаки. Убирай Тени. Лея, — все звал я, не прекращая гладить, пытался разжать ее сжатые напряжением кулаки, пока не услышал слабое:

— Арни…

Она уцепилась за мои руки и стала расслабляться, Тень ее — развеиваться, и все вокруг стало проясняться. Когда все закончилась и от магии не осталось и следа, Летар отстал от стены и тоже расслабился. Лея пошатнулась. Он хотел было ее поддержать, но вовремя убрал руки.

Мы еще так немного постояли, пока состояние не стабилизировалось, а потом Лея обратилась к рабу, все еще стоящему на коленях:

— Летар, что я говорила про прикосновения ко мне? — устало спросила она.

— Простите, госпожа, я виноват, — сказал он и опустил голову.

— На первый раз прощаю, но если про мою магию узнают остальные, ты пожалеешь об этом, — уже злобно проговорила Лея. — Понял меня? — он кивнул. — Свободен.

Раб вышел, а она обняла меня и расплакалась. Она рыдала у меня на плече и бессвязно бормотала:

— Что же делать? Это так больно. Ему так больно и мне больно. Как дальше жить? Как с этим справиться? Арни, я так устала быть сильной. Я же не такая.

Что я мог на это ей сказать? Не знал, как ей помочь. Все бы отдал, чтобы разделить с ней ее бремя.

Только мне она могла доверять и только моих прикосновений не боялась и не реагировала на них неконтролируемым выбросом Тени, а все потому что не видела во мне угрозу. Считала меня братом, другом, только не мужчиной. Да я и сам видел в ней сестру, ангела, спустившегося ко мне с небес, чтобы помочь.