25. В гимназии

Наши дни

Директриса гимназии, где Насте предстояло учиться ближайшие три месяца, не сразу смогла их принять. Был первый учебный день после зимних каникул, и, вероятно, дела захватили её с головой, поэтому Андрей с дочерью добрых полчаса просидели в приёмной, дожидаясь аудиенции.

— Насть, а когда у тебя день рождения? — внезапно спросил он. Заполняя многочисленные бумажки, связанные с Настей, он, конечно, не раз переписывал её дату рождения из паспорта, но делал это практически на автопилоте, не задумываясь, потому совершенно забыл.

— Пятого января, — отозвалась она.

У Андрея перехватило дыхание.

— Что, правда?!

— А что не так?

— Да нет, всё так, просто мы с Никой… с твоей мамой, — поправился он, — познакомились именно пятого января. Забавно… — и вдруг спохватился:

— Так, погоди — получается, что твой день рождения был несколько дней назад?!

— Ну да, — Настя отвела взгляд. — И что теперь?

— Но… почему ты мне ничего не сказала?

Она пожала плечами.

— Ну, во-первых, я отмечала ДР дома, с бабушкой и своими подругами, а во-вторых… зачем это вам?

— Ну, не знаю, — он растерялся. — Я тебе даже никакого подарка не приготовил.

— Перебьюсь, — Настя небрежно отмахнулась. — Я от вас ничего и не ждала.

Андрей понял, что, пока она в таком настроении, будет бесполезно выпытывать, что она любит и чего хочет, поэтому решил сам порыскать в интернете и разузнать, что обычно дарят на день рождения девочке-подростку.

— Почему вы с мамой не поженились? — Настя была мастером задавать достаточно деликатные вопросы прямо в лоб.

Андрей задумался, не зная, как лучше сформулировать, чтобы не задеть Настиных чувств.

— Понимаешь, Ника не видела меня своим мужем. Я казался ей совершенно неподходящей кандидатурой. Моя профессия, мой образ жизни…

— Вы ей изменяли? — снова залепила она.

Андрей закашлялся от неожиданности.

— Как бы тебе сказать…

— Скажите, как есть, — требовательно приказала Настя.

— Мы с ней то сходились, то расходились. В тот период, когда мы снова расставались… всякое, конечно, бывало, — неловко признался он.

— А если вы были вместе?

Андрей хотел было сказать, что не изменял, но вспомнил ту ночь, когда Пятанова впервые затащила его в свою постель, и прикусил язык.

— Ясно, — Настя поняла всё по его лицу и разочарованно вздохнула. — Значит, изменяли.

— Насть, всё не так однозначно… — путаясь и сбиваясь, заговорил он. — У нас вообще не было классических отношений, как у обычных, нормальных пар. Всё было очень неровно и шатко.

Настя изобразила скучающую физиономию:

— Это я уже слышала.

— Так ещё послушай. Я не оправдываю себя, но… твоя мама ведь тоже не была ангелом. Я не знаю, что она тебе говорила обо мне, но…

— Ничего она не говорила, — сердито перебила Настя. — Она не скрывала, что вы мой отец, но не объясняла, почему вы не вместе. Просто “не сложилось”.

Не сложилось… Какие ничтожные слова, которые не могли выразить и сотой доли всей гаммы эмоций и палитры чувств, применимых к их с Никой странному роману.

— Понятно, — тем не менее, сказал он. — Мама не настраивала тебя против меня и вообще ничего не рассказывала, но то, чего ты не знала — лихо домыслила сама. Как это говорится? Сама придумала — сама обиделась. Так, кажется?

— Ничего я не обиделась, — Настя поджала губы.

— Тем не менее, я в твоих глазах — прямо-таки враг народа.

— Ничего и не враг народа.

— Ничего не говорила, ничего не обиделась, ничего не враг, — не выдержав, Андрей передразнил её. — Тебя заклинило на слове “ничего”?

— Ничего и не закли… — Настя осеклась на полуслове и сама засмеялась. — Просто не знаю, что ещё сказать, — призналась она и тут же сменила тему. — Почему я должна учиться именно в этой школе?

— Ну, во-первых, это престижная гимназия…

— Пафосная, — с невозмутимым видом поправила его Настя. — Здесь же все, типа, такие крутые. Мажоры! — она презрительно скривила губы.

— Во-вторых, она удобно расположена, десять минут пешком от моего дома. Ты не заблудишься и спокойно можешь добираться сама.

— Я бы и так сама добиралась, — фыркнула Настя. — В Питере, вообще-то, мне в школу на метро приходилось ездить…

— А в-третьих, — спокойно завершил он, — мой знакомый, Тим Солнцев[10], замолвил за тебя словечко перед директрисой по моей просьбе.

— Тот самый Тим Солнцев? — со значением уточнила Настя.

— Тот самый, — кивнул Андрей. — У него здесь тоже дочка учится.

— Что, прямо здесь?! — Настя обалдело уставилась на него. — В этой самой гимназии?

— Да, только она чуть постарше, в десятом. А что тебя так удивило? Ты что-то о ней слышала?

Настя посмотрела на него даже с какой-то снисходительной жалостью — мол, ничего-то ты, папенька, не знаешь.

— Диана Солнцева — прошлогодняя победительница первенства России среди юниоров по фигурному катанию, — назидательно изрекла она.

Теперь настал черёд удивляться Андрею.

— Серьёзно? Я, видимо, очень далёк от фигурного катания. Даже не слышал, что она так знаменита… А Тим парень скромный, не хвастается дочерью направо и налево.

— “Парень”, — засмеялась Настя. — Ему, наверное, тоже лет сорок — сорок пять, как и вам.

— Ты так говоришь, как будто это не сорок, а сто, — он не выдержал и громко расхохотался, за что получил укоризненный взгляд и замечание от секретарши:

— Потише, пожалуйста.

— Простите, — смутился Андрей, прикрывая рот ладонью. Они с Настей переглянулись, как заговорщики, продолжая тихонько хихикать.

В этот момент дверь директорского кабинета наконец распахнулась, и оттуда вывалился какой-то старшеклассник, явно только что получивший выволочку. Вид у него был довольно потрёпанный, но глаза при этом смеялись.

— Живой, Егоров? — с сочувствием спросила его секретарша.

— А куда ж я денусь, Марина Викторовна, — весело отрапортовал тот и скользнул взглядом сначала по Андрею, а затем (видимо, не узнав его) тут же перевёл глаза на Настю.

Андрей почти физически ощутил, как она напряглась рядом с ним на стуле, неестественно выпрямилась и с деланным равнодушием отвернулась к окну, словно не замечая взгляда парнишки.

— Иди, иди, — поторопила его секретарша, — урок уже начался.

Егоров медленно прошествовал к выходу, но напоследок не выдержал и ещё раз оглянулся на Настю, а затем вышел за дверь.

— Что, понравился? — поддел её Андрей. — Ничего такой пацан, симпатяга. Глазастенький.

Девчонка залилась краской до кончиков ушей.

— Кто, этот? Да я на него вообще внимания не обратила, — сказала она ненатуральным тоном.

К счастью для Насти, неловкую ситуацию разрешила директриса: она лично приоткрыла дверь своего кабинета и царственным кивком пригласила их обоих войти.