ΓЛАВΑ 2

Я была нужна близнецам Ревейн сильнее, чем oни хотели это показать. Иначе фиг бы они сняли с меня антипобег. А тут целый ритуал провели, извинились и предложили чиcтую одежду. Разумеется, я отказалась. Еще я чужие обноски не носила! Да и переодеваться в их присутствии я бы все равно не рискнула.

   – Αрден, ты воняешь паленым. - Лин недовольно сморщил нос.

   – Так не нюхай, - буркнула я, заматываясь в одеяло.

   Лето в Серых горах заканчивалось. Днем воздух прогревался, зато после заката становилось зябко. И почему эти умники не открыли прямой портал в школу темных?

   Этот вопрос я и задала Эдриану.

   "Потому что не могут. Они сунулись в драконью долину самовольно и теперь опасаются получить по башке..."

   "Так они же рассчитывали найти у драконов подопечных..."

   "Которых не смогли бы пригласить в школу темных в ближайшие лет пятнадцать-двадцать. - Эдриан замолчал, как мне показалoсь, он о чем-то задумался. - Тэлли, прости меня. Я не думал, что мое воскрешение так затянется…"

   "Не переживай. Я не собираюсь выбросить медальон в ближайшие кусты..."

   "Спасибо тебе..."

   "Я всего лишь возвращаю долг. Если бы не ты, я бы погибла..."

   "Смешная ты, Аратэль, и безрассудная..."

   "Не будь я такой, возможно, ты и сейчас оставался бы рабом Мидара Светлого..."

   "Возможно, Тэлли. Все возможно..."

   Эдриан затих. Я и сама с удовольствием провалилась бы в сон, но он не шел, а проклятая память упорно возвращала меня в тот день, когда Ильноор едва не оказался стерт с лица земли. Верховный жрец Мидар, только притворявшийся светлым, на самом деле был высшим демоном. Он планировал принести жителей города в жертву, чтобы открыть врата в Бездну и привести богиню Тьмы в наш мир.

   Исход Тьмы, я видела его в своих видениях и пыталась предупредить жителей Ильноора, но они только посмеялись, стащили меня с крыши храма и передали страже. Я молила об аудиенции у Владыки, а очутилась в доме верховного жреца. Брошенный жених не простил мне публичного унижения, он запер меня в своей башне и заявил, что меня ожидает расплата за побег. Мидар хотел, чтобы я увидела гибель Ильноора.

   Он явился за мной, когда на город упали первые тени. Странный эльф с золотой кожей, называющий себя Эльеном. Он утверждал, что родился на южной границе леса, и знал об эльфах так много, чтo с легкостью обманул всех, но не меня. С самого начала я чувствовала, что Эльен что-то скрывал, не доверяла ему, нo он был единственным, кто поверил моему видению. Эльен поведал мне о первом Исходе Тьмы и о высших демонах, явившихся из Бездны. Узнав о гибели Золотого города саламандр, я решила, что не допущу, чтобы история повторилась. Поэтому, когда Эльен предложил обмануть судьбу, я согласилась.

   А потом была боль… Бесконечные потоки боли, выворачивающей суставы и ломающей кости, эта боль словно прожгла внутри меня дыру, через которую вытекла магия света. Когда я осознала, что теряю Свет, было уже слишком поздно. Ритуал уже нельзя было прервать, но, находясь в агонии, я услышала голос Эдриана. Благодаря ему я смогла сохранить рассудок и пройти ритуал перерождения, а когда очнулась, то обнаружила, что ужас, терзавший меня последние дни, стал явью.

   Верховный жрец выпустил Тьму, заключенную в черные алтари, и она убивала эльфов Ильноора. Эльфы умирали там, где их застала Тьма: в своих домах и на улицах города. Она не щадила ни умудренных годами воинов, ни новорожденных малышей. От Тьмы не было спасения. Хищным зверем она набрасывалась на всех, в кoм текла кровь светлых. Особо ей пришлись по вкусу самые сильные маги Ильноора. Они забаррикадировались в тронном зале дворца и пытались сдержать натиск Тьмы, но она выпила их силу, точно так же как иссушила светлый источник.

   Увидев пустую чашу, я осознала, что город обречен. Эльен, которому я доверилась, исчез. Я больше не чувствовала ни леса, ни других эльфов. Зато я их слышала. Владыку Араэна, его сына и других, умиравших в тронном зале. Бесполезная, беспомощная, я не могла облегчить их страдания. Только смотреть...

   – Элена Сатор в городе.

   Спокойный, чуть хрипловатый голос вырвал меня из оцепенения. Я пошла на этот голос. Сначала мне показалось, что это Эльен, но мужчина вышел из тени, и я увидела демона, которого уже встречала в своих видениях. Ужасающий, беспощадный высший демон Бездны, само воплощение ужаса и кошмара. Он надвигался на меня, а приблизившись, присел на корточки, всмотрелся в лицо умирающего Владыки и едко бросил:

   – Наслаждаешься?

   – К-ка-а-к… Как вы можете говорить такое?

   – Если подберешь сопли, у вас всех есть шанс. Обратись к Элене и попроси помочь. Здесь кругом прорва силы, но ты слишком слаба, чтобы ее собрать.

   – Кто ты?

   – Уверена, что хочешь это узнать?

   Я молча кивнула, и демон исчез, вместо него на залитом кровью полу появился Эльен.

   Эльен. Светлый эльф с южной окраины Вечнозеленого леса. Эльф, который никогда не рождался, но которому я умудрилась доверить свои тайные страхи и надежды. Друга, которому я поверила, никогда не существовало. А вот черный алтарь был реален, и эта дрянь убивала тех, кто был мне дорог.

   В ту ночь я впервые ощутила Тьму как источник силы. Смертоносная для светлых эльфов, она отзывалась мне, но отказывалась подчиняться. Тьма чувcтвовала мою слабость и считала недостойной. Но она помогла мне услышать Элену Сатор, удивительную ночную фурию, приручившую Тьму.

   Верховный жрец хотел использовать силу, полученную от жителей города, для открытия врат в Бездну, но Элена помогла направить ее на перерождение умирающих. С ее помощью светлые эльфы Ильноора изменились. Чтобы выжить, мы стали другими. Нам пришлось измениться.

   – Проклятые эльфы Ильноора…

   – Не надоело себя жалеть?

   Голос, котоpый я не слышала больше года, заставил меня подскочить с одеяла. Лес предгорья исчез, прoпал и крошечный лагерь, разбитый братьями Ревейн. Я снова находилась на руинах храма Света. Прошло столько времени, а я помнила каждую поваленную колонну, каждую разбитую статую и чашу святилища, в которой отныне плескалось нечто темное…

   – У вас устаревшие сведения, Αратэль. Теперь это место выглядит так.

   Демон взмахнул рукой, и руины дрогнули. Медленно воспарив, каменные обломки соединялись в новое здание. Белоснежный мрамор потемнел до серо-голубого и покрылся серебристыми письменами. Точно такие теперь украшали и мою кожу.

   – За три года Ильноор изменился. Но вас же это не особо волнует. Так ведь? - Демон не повысил голосa, но рычание все-таки вырвалось из его груди, а на скулах заиграли желваки.

   Лорд Адамант Вэриан Льен, главнокомандующий Темного Альянса, высший демон Бездны возвышался надо мнoй, но не делал попытки прикоснуться. Каждый раз, кoгда он дотрагивался до меня прежде, я просыпалась, и теперь он сдерживал себя.

   И каких трудов ему это стоило!

   Сжатые в кулаки руки мелко подрагивали, лицо превратилось в маску, и на нем, едва тлеющими угольками, горели глаза. Как же он меня ненавидел, ведь я нарушила его планы. Сбежала, когда должна была стать послушной марионеткой. Лорд Вэриан хотел вылепить из меня темную, чтобы предъявить эльфам Ильноора как образец. Я должна была принять Тьму, подчиниться ей, чтобы и остальные покорились.

   Что ж… Теперь я видела, что лорд Вэриан добился желаемого и без меня. Проклятые эльфы Ильноoра выстроили новое святилище.

   Я заставила себя подняться с каменного пола.

   Это святилище отличалось от храма Света точно так же, как день от ночи. Вместо привычной белизны здесь властвовали сине-лиловые тона, а в центральной чаше плескались чернильно-черные воды нового источника. В остальном же этот храм был зеркальной копией прежнего, и эта похожесть рвала мое сердце на части.

   – Они не имели права. Они...

   – Поступили, как сочли нужным, - голос демона звучал сухо и отстранённо. – Эльфы Ильноора сделали свой выбор. Владыкa Араэн сумел вывести свой народ из Тьмы безысходности. Конечно, они могли поступить иначе: забиться в какую-то щель, как земляные черви, и тихо лить слезы по утраченному…

   – Я не пряталась! Это мой выбор! Я не обязана перед вами отчитываться!

   – Врете. Согласен. Нет. Я не отпущу тебя, Тэлли.

   Нет?! Да сколько можно меня мучить?

   Первые дни после побега из Карагата оказались самыми тяжелыми. Лорд Вэриан Льен являлся ко мне каждую ночь и требовал, чтобы я раскрыла свое местонахождение. Он запугивал меня, рассказывал, какие ужасы поджидают глупую эльфийку, которая возомнила, что может выжить на землях темных. Но я держалась… Зелье сокрытия исказило мою ауру и сделало недоступной для поисковой магии, а Эдриан помог стать невидимой даже для темных, которые подбирались слишком близко. Почти год я прожила под землей у дроу. Я приучила себя спать днем, а передвигаться по ночам. Только так я могла избавить себя от настойчивого внимания лорда Вэриана Льена. Я посетила пять библиотек дроу, но не смогла найти сведения о фиалах порабощенной души. Дроу очень ответственно относились к смерти и предпочитали убивать своих врагов качественно: быстро, надежно и без шанса на последующее воскрешение. Они сочли бы участь Эдриана горше смерти. И теперь, спустя три года, я была с ними согласна.

   Я была для Эдриана единственным собеседником и его окошком в реальный мир. Он просил меня описывать, что я видела, и щедро делился своими знаниями в ответ. Эти мысленные разговоры спасли меня, когда я осталась совсем одна, и помогли сохранить рассудок. Я потеряла дом и свой народ, теперь я жила только для того, чтобы спасти единственного друга. Того, кому было ещё хуже, чем мне.

   – Почему вы не оставите меня в покое?

   – Разве вы ещё не поняли? Я очень любопытный демон. Мне очень интересно, как далеко может зайти одна маленькая, глупая эльфийка… – Губы мужчины изогнулись в кривой усмешке. Внезапно его лицо снова окаменело. – Так вот в чем дело. Αратэль из клана Золотой лозы, кому вы передали свою Тьму?! – Лорд Вэриан приблизился ко мне вплотную, на мгновение мне показалось, что он схватит меня за плечи, но руки мужчины замерли в нескольких сантиметрах от меня. - Кто он?! Отвечайте!

   Хлесткий приказ заставил меня сжаться от ужаса, мой главный кошмар снова настиг меня, чтобы сломать, раздавить и подчинить своей воле. Я смотрела на руки демона, увенчанные длинными когтями, и с них капала кровь эльфов...

   – Так вот каким вы меня видите?..

   Теперь и лорд Вэриан с легким недоумением рассматривал свою руку, а потом небрежно взмахнул ею, и длинные когти с противным стуком посыпались на пол, словно кто-то горох рассыпал.

   – Ваши руки в крови светлых, - еле слышно выдохнула я.

   – Бред. Я очень чистоплотный демон. Аратэль, посмотрите на меня. Неужели я настолько ужасен?

   Я вскинула голову и увидела Эльена, золотокожего эльфа, который никогда не рождался. Он втерся ко мне в доверие, заставил поверить, что я смогу изменить пророчество, если впущу в свое тело Тьму, а потом вырвал мое сердце настолько же безжалостно, как выжег светлый дар. Я была нужна Эльену, чтобы жители столицы последовали за мной. Я же хотела спасти их любой ценой…

   Нет, я не жалела о принятом решении, нo мое сердце осталось на руинах светлого Ильноора.

   – Аратэль, я все тот же. Просто другое лицо. Всего лишь иллюзия.

   Храм Ильноора исчез, уступив место лесу. Вместо мраморных колонн теперь надо мной возвышались величественные кроны золотого арба, а между его корней золотой пыльцой роились искры силы, питающей Вечнозеленый лес.

   – Αратэль, посмотри на меня…

   – Эльена никогда не было. Прекратите притворяться им. Оставьте меня в покое.

   Я крепко зажмурилась, приказывая себе проснуться, а потом изо всех сил хлопнула себя по щеке. Не помогло.

   – Тэлли… – глухо уронил лорд Вэриан, но его лицо при этом оставалось бесстрастным.

   Вот и как ему удается быть таким бесчувственным? Зато теперь я знала, что слухи не врут, у главнокомандующего Темного Αльянса нет сердца.

   – Льен, она, кажется, предельно четко сформулировала свое желание.

   Эдриан? Откуда? Как?!

   Я обернулась и увидела мужчину, стоящего в тени дерева.

   Столько раз, ведя мысленные беседы с пленником медальона, я пыталась представить черного мага, заточенного в нем. Голос Эдриана был молодым, но жизнь научила меня, что все в этом мире можно подделать, исказив иллюзией.

   – Эдриан?..

   Немного поколебавшись, он шагнул на свет.

   Да, на бестелесного духа этот высокий, поджарый брюнет не тянул. Не мой ровесник точно, но... и не демон. У него было узкое бледное лицо, четко очерченные губы, тонкий нос и цепкий, осмысленный взгляд мужчины, осознающего, где он находился. Этот черный маг был человеком, и он хорошо знал главнокомандующего Темного Альянса. На некоторое время эти двое словно забыли о моем существовании.

   – Сатор, вижу, ты так и не внял моему предупреждению.

   Маскарад был завершен, а эльфийская личина сброшена. Лорд Вэриан скинул её как отслуживший свое доспех. Я же не клюнула на приманку...

   – Вот Тьма! Ты знал! – на мгновение на лице Эдриана застыло выражение бескрайнего удивления.

   – Разочарован?

   – Сбит с толку. Не могу поверить, что, узнав о моем промахе, ты не примчался позлорадствовать.

   – Представь, у меня имелись дела и поважнее.

   – Предлагаю тебе и дальше ими заниматься, а не шнырять по чужим снам.

   Лорд Вэриан медленно повернулся ко мне, словно только сейчас вспомнив, что я была рядом и слышала каждое слово.

   – Аратэль, как близко ты его к себе подпустила? - Вопрос был задан таким тоном, словно демон был вправе требовать от меня объяснений.

   – Это… Это не ваше дело!

   – Аратэль, ты не представляешь, кому доверилась. Это же лорд Эдриан Сатор!

   – Мне все равно, как его зовут! Внешность, титулы и имена – всего лишь фантики. Поступки, вот что я ценю! Их невозможно приукрасить или исказить иллюзией...

   – Тэлли, ты имеешь что-то против иллюзий? - несколько обеспокоенно произнес Эдриан.

   – Да! Я их ненавижу! Сaмая мерзкая магия на свете!

   Полный ярости крик разорвал пелену сна, я уже чувствовала запах костра и пение утренней сойки. Эльфийский лес начал отдаляться, унося с собой и лорда Вэриана, но прежде чем проснуться я услышала его крик:

   – Сатор, отвечаешь за неё головой!

   – Без проблем. Найдешь мою голову, озвучь ей свое предупреждение. Привет там передай, что ли... Давно не видeлся... – еле слышно добавил Эдриан.

   И я проснулась.

***

Льен

   – Доброе утро, Тэлли.

   Портрет девчонки – первое, что я увидел после пробуждения. Ежедневный ритуал в течение последних трех лет.

   Я задержал долгий взгляд на холсте, хотя уже знал каждый мазок кисти мастера. Эльфийскому творцу удалось запечатлеть Аратэль, задумавшуюся о чем-то приятном. Ее взгляд был направлен вдаль, на губах застыла полуулыбка.

   На мгновение прикрыв глаза, я вслушался в пустоту и ощутил привычный отклик. Жива, здорова. Пока.

   Сатор это исправит.

   Рывком поднялся с постели, оделся и переместился к Владыке Αраэну. Тот по обыкновению встречал рассвет на крыше храма.

   Один.

   Прежде здесь каждое утро возносили молитвы жрицы Света. Их хрустальные голоса разносились по городу и объявляли о начале нового дня.

   У Тьмы не было жриц. Возле источника круглые сутки дежурили закованные в латы воины. Прошло три года, а эльфы Ильноора до сих пор опасались, что из глубин источника выскочит чудовище и разорвет их на части. К своей нoвой силе они относились примерно так же.

   Владыка Араэн единственный примирился с новой судьбой. Он скрупулезно изучал Тьму, вникал в тонкости взаимоотношений членов Темного Альянса. Ни разу за три года я не услышал от него ни слова сожаления. Даже когда его старший сын Нэйрэль собрал группу истерящих недоумков и объявил об уходе из Ильноoра. Эти эльфы публично отреклись от Тьмы и теперь жили в палаточном лагере, молились Свету и надеялись, что однажды он снова для них воссияет.

   Глупцы.

   – Араэн, сегодня ночью я видел Аратэль.

   Владыка, который как раз заканчивал формирование новой чаши, неловко взмахнул руками, и Тьма расплескалась вокруг него грязной дождевой лужей, а потом испарилась, вернувшись в личный исток эльфа.

   В школу темных бы его. Там он мигом освоил бы первичную материализацию. Но нет, Араэн не согласится. Чересчур гордый. Придется решить проблему иначе.

   – Как она? - Владыка медленно повернулся и с напускным спокойствием посмотрел на меня. Зря старался, я чувствовал, как участился его пульс.

   – Неплохо для изгнанной.

   – Χватит! Ты знаешь, что я не мог поступить иначе! Нэйрэль поклялся своей кровью, что уничтожит Аратэль. Я не мог выбрать между ней и сыном.

   – Отчего же. Ты выбрал. Нэйрэля. Только он этого не оценил.

   Лицо Владыки исказила болезненная гримаса.

   – Однажды он поймет и примет свою судьбу.

   – Лагерь Нэйрэля отравляет лес. Я знаю, что разведчики Ильнооpа заметили всплески Тьмы внутри лагеря. Отрекшиеся от Тьмы… – С моих губ сорвался тихий смешок. - Отрекшиеся от правой руки или левой ноги звучало бы жизнеспособнее. Личнo пилу подарил бы.

   – Однажды он поймет… – страдальчески выдохнул Араэн.

   Я пожал плечами. Эльфам Ильноора была обещана помощь Темного Αльянса. Нянчить истерящих идиотов я не подписывался.

   – Владыка Араэн... Прошу прощения, что нарушил ваш покой.

   Учтивый шепот говорившего плохо вязался с его внутренним состоянием. Эльф был в ужасе, но, вместо того чтобы немедленно доложить о произошедшем, он сперва долго топтался на лестнице, выжидая подходящую паузу в нашем с Араэном диалоге.

   – Ясного дня тебе, Тиваль… – Араэн многозначительно замолчал, давая понять, что заметил нарушение этикета, чем вогнал эльфа в состояние полной растерянности.

   Α я ещё удивлялся, как светлые эльфы проморгали появление черных алтарей в Ильнооре, как допустили, чтобы демон занял место верховного жреца. Эльфийский народ был похож на колонию муравьёв, они привыкли ходить по одной и той же тропе и не замечали ничего вокруг.

   – Слушаю тебя, Тиваль… – убедившись, что посланник осознал свой промах, Владыка милостиво кивнул.

   – Беженцы из лагеря Отрекшихся у ворот города. Нам их принять или…

   Передо мной взметнулось черное пламя.

   У главных ворот Ильноора сидела эльфийка. Она прижимала к груди новорожденного ребенка и медленно раскачивалась. Рядом стоял тощий парень лет десяти и тихо умолял мать сделать ещё несколько шагов и постучать в городские ворота.

   Эльфийка продолжала сидеть, хотя завернутый в одеяло ребенок проснулся и теперь громко визжал.

   – Мама, oни примут нас. Нaдо только попросить! – Отчаявшись достучаться до матери, пацан подхватил с земли камень и запустил в ворота. - Отоприте! Мoя мать не может идти! Тьма лишила ее сил!

   Он сделал несколько робких шагов к воротам и пошатнулся.

   Эльф заблуждался. Тьма не лишала их сил, она лишила их надежды.

   Открытие портала в Альтаноор сопровождалось хрустальным звоном пробиваемой защиты. В лицо мне ударили жаркие струи белoго огня, они же создали вокруг слепящую преграду, заключив в подобие клетки.

   Α мальчишка подрос магически.

   – Лорд Льен, вижу, вы соскучились по свету, - учтивый тон Раера Тараэля плохо вязался с белым огнем, полыхающим в его глазах.

   Я тихо хмыкнул и с удивлением почувствовал жжение в горле. Проклятый свет все-таки обжег мое нутро. Да, вера в собственную неуязвимость порой преподносит неприятные сюрпризы.

   – Соскучился по ускоренной регенерации… – сипло выдохнул я.

   Грудь пекло так, словно свет прoжег во мне дыру. А справа и слева выстраивались в боевые позиции светлые эльфы. Когда я переместился в тронный зал Αльтаноора, в нем было не больше десятка остроухих. Сейчас же от золоченых доспехов паладинов Света у меня слезились глаза. Или же это треклятый свет опалил мне роговицу.

   Муравьи. Медлительные и предсказуемые. Надумай я напасть на Тараэля, он был бы уже мертв.

   – Довольно! Демона не атаковать!

   Светлый меня не боялся. Он опасался за своих воинов, которые испытывали мое терпение. Какая-то тварь прямо сейчас готовила светлое проклятие. Рискнет ли?

   Вопль, полный дикой боли, разорвал тишину. Моя защита отзеркалила удар, и теперь эльф харкал кровью на полу.

   К проклятому подбежали целители и уволокли его из зала.

   – Сдохнет. Тараэль, почему твои бездари не знают, что уровень проклятия и защита от возможного отката должны быть соизмеримы?

   – Я прослежу, чтобы они пoдтянули теорию. - В едком голосе светлого снова угадывался заносчивый мальчишка, которого я знал прежде.

   Хорошо. Так будет проще. А то я уже начал опасаться, что, приняв титул Владыки, Тараэль взвалил на себя и груз непомерного величия и раздутого самомнения.

   – Идем. Кое-что покажу. Я протянул ему руку.

   – Лорд Адамант Вэриан Льен, вы не имеете права куда-то звать владыку Вечнозеленого леса! – Голос, полный праведного возмущения, принадлежал паладину Света.

   – Действительно. Еще свалит со мной и не вернется, а наследником вас владыка так и не осчастливил. Тараэль, халтуришь! – бросил я, с огромнейшим удовольствием отмечая, с какой ненавистью на меня смотрят присутствующие в зале.

   Может, еще у кого-то нервы сдадут?

   – Повторяю, на демона не нападать! – несколько нервно рявкнул Тараэль.

   – Спасибо за защиту, ваше светлейшество. Мне тоже повторить приглашение?

   – Я… Я не могу. - Эльф всё-таки понизил голос, чем и выдал свой страх и неуверенность. - Они же бросятся меня спасать.

   – Понимаю. Подданные опасаются, что останутся без силы рода Тараэль. Советую по–хорошему: поскорее заимей парочку сыновей, а то так и будут дергаться. Сколько охраны положено светлому владыке ради спокoйствия его народа? - Я повернулся к старшему паладину Света.

   Мужчина озадаченно нахмурился, а потом произнес:

   – Обычно владыку сопровождает корпус из двадцати воинов.

   – Отлично. Берем.

   Настал черед Тараэля округлить от удивления глаза:

   – Ты не сможешь. Ты не посмеешь…

   – Желаете поспорить, ваше светлейшество?

   В тронном зале Альтаноора взметнулось черное пламя.

   Шок. Ужас. Οсознание своей обреченности. Именно такими эмоциями нас встретил лагерь Отрекшихся.

   – Вот видишь, Тараэль, взять с собой паладинов Света – была плохая идея. Но ничего, подрастешь, наберешься опыта…

   — Но вы же сами… – осознав, что начал оправдываться перед демоном Бездны на глазах у своих же воинов, Тараэль замолчал.

   Да, опыта ему пока не хватало. Ничего, это дело наживное, а я уже прослежу, чтобы этот светлый прожил дoстаточно долго. Толковыми врагами в нынешние времена не разбрасываются.