ГЛАВА 11. На мели

Через несколько дней отец меня обрадовал, что возвращается из деловой поездки и может заглянуть ко мне, если приглашение в гости ещё в силе. Я подтвердила, предупредила Игоря и, закупив продукты, приготовила ужин. На стол в гостиной накрывал Игорь, пока я в своей комнате наводила красоту и делала внушение Гочи, чтобы та вела себя прилично. Перед встречей я немного волновалась, до последнего переживая, как выгляжу, понравится ли квартира, вкусно ли приготовила и угадала ли с меню. Надеть брюки с блузкой или всё же сарафан? Браслет оповестил о том, что с парковки ко мне спускается посетитель, и я, второпях накрасив губы блеском и прицепив к ошейнику довольной жизнью Гочи бантик, пошла открывать входную дверь, на ходу поправляя юбку сарафана. Конечно, можно было бы дать команду с браслета, но мне хотелось лично встретить отца, да и было любопытно посмотреть на его реакцию при виде моей питомицы. Отец шагнул через порог, держа в руках пакет c какими-то гостинцами, следом вплыл деловой портфель на воздушной подушке. Хм, мне, наверное, тоже стоит такой приобрести, удобная вещь. Я с улыбкой поприветствовала отца, а после познакомила с тихонько стоящим за моей спиной Игорем. Они уже видели друг друга, но формально представлены не были. Игорь кивнул, забрал у отца пакеты, так как мои руки были заняты, и унёс их на кухню. А отец озадаченно разглядывал Гочи на моих руках, собака в ответ виляла хвостом и с любопытством смотрела на гостя, высунув язык и наклонив голову на бок. – Это что ещё такое? – недоумённо поинтересовался отец. – А это собака, Гочи, и она теперь живёт со мной, – поделилась я новостью и отпустила питомца на пол. – Хочешь посмотреть квартиру? – Буду рад. Юля, а откуда такой зверь взялся? – хмыкнул он, глядя, как собака с опаской нюхает его ботинки. – Мне Стас, знакомый первый, подарил, – пожала я плечами и кивнула Игорю, расставлявшему на столе печенье и торт от отца. Я провела экскурсию, и отец удивился царящему вокруг порядку. – Это у вас всегда так? Надеюсь, не к моему приходу старались? А то прямо неудобно, – шутливо посмотрел он на меня. – Нет, что ты, у нас всегда так. Игорь за всем следит, – вздохнула я, позволяю отцу заглянуть в свою спальню. Внутрь он деликатно не пошёл, только отметил, что эта комната единственная похожа на жилую, а в остальных помещениях «чисто так, что аж неуютно». – Только Игорю это не говори, а то обидится, – улыбнулась я отцу и пригласила его за стол. Третий, окинув цепким взглядом стол и убедившись, что всё в порядке, вилки лежат строго перпендикулярно краю стола, бокалы выровнены, тарелки идеально чисты, а по краю блюд с салатами и горячим нет ни капли соуса, собирался уйти, но отец его остановил: – А ты что же, не будешь обедать? – Я уже поел, спасибо, – вежливо ответил третий. – И что, даже не посидишь с нами? Игорь, что-то прикинув и оглянувшись на меня, остался. Отец его расспрашивал о прошлой жизни, о работе в Союзе, о том, как ему живётся на Светлом Будущем, потом мы втроём обсудили модели ИТС, третий с отцом поспорили по поводу программ управления. К этому времени мы уже все наелись и Игорь, быстро убрав со стола тарелки, всё же ушёл к себе, извинившись и сославшись на работу. Когда дверь комнаты третьего тихо пикнула, известив, что хозяин закрылся и просит не беспокоить, я вопросительно посмотрела на отца. – Ну, должен же я знать, с кем в одной квартире живёт моя дочь, – правильно истолковал он мой взгляд. – Он к тебе не пристаёт? – нахмурился отец. – Не-а, – отмахнулась я, поздно спохватившись, что в моём голосе прозвучало сожаление. Надеюсь, отец не заметил. – Юля, а твоя собака в порядке? Она, случайно, не сломалась? – осторожно уточнил отец. Я проследила за его взглядом и фыркнула. – Нет, это для неё нормально. Гочи ещё маленькая, она так играет, пытается в шутку поймать свой хвост. – Ага, – многозначительно потянул отец и о чём-то задумался. – К слову, мне на днях пришёл запрос на осмотр ИТС, которое покупали не у нашей фирмы. Посмотри, это случайно не от твоего поклонника? – поинтересовался отец и открыл вирт-окно. – Он не поклонник, просто приятель, – вздохнула я. – Но это тот самый первый, который Гочи подарил, если ты об этом спрашиваешь. Я ему немножко порекламировала твой салон. Ничего? – Ну у тебя и знакомства, дочка. Он же заводила в своей компании, да ещё у их семьи монополия на бизнес домашних животных, корма и всё прочее. Хм. И что мне с ним сделать? Подержать в очереди подольше или поставить на вип-обслуживание? – хитро посмотрел на меня отец. – Он тебе понравился? Не обижал? – Ну что ты! Он неплохой парень, приглашал меня на свидание, я хорошо провела с ним время, – пожала я плечами. – Ага, значит, всё же вип, – кивнул своим мыслям отец. – А за рекламу спасибо, ещё несколько таких гостей, и, глядишь, войдём на рынок молодёжных авто, а то у нас больше солидные господа закупаются, которым безопасность важнее пафоса. – Точно всё хорошо? – Безусловно! – улыбнулся отец. Мы с ним посидели ещё немного, попивая чай и кофе и хрустя печеньем. Ох, чувствую, Игорь не обрадуется крошкам на диване и полу, опять будет с маниакальным блеском в глазах делать уборку во всей комнате, а то и в квартире! Хорошо, что он хоть ко мне больше не заходит, а то бы его успокоительным пришлось отпаивать. У меня вечно то кровать не заправлена, то книги на одеяле, то одежда на спинке. – Совсем забыл, – спохватился отец. – Я же тебе Леночкину шкатулку привёз, думаю, давно нужно было отдать. Вот, – и отец достал из подплывшего по команде браслета портфеля деревянную шкатулку. Я только охнула. Какая редкость! Я почему-то ни секунды не сомневалась, что отец не стал бы дарить моей маме пластиковую имитацию, и передо мной именно деревянная вещь. Я провела кончиками пальцев по тёплой шершавой поверхности, с трепетом приоткрыла и заглянула внутрь. Подвески, цепочки, серёжки и колечки лежали в единственном отделении, и я поняла, что прежде чем смогу их примерить, нужно будет оставить все украшения хотя бы на ночь в моей шкатулке, чтобы они очистились. Увы, такие вещи со временем теряют блеск. Я перебирала содержимое шкатулки, когда голос отца отвлёк от мыслей о матери: – Что это у тебя? Я, сама того не замечая, вертела в руках подвеску, которую до того выпутала из вороха цепочек: металлический стержень, на одном конце которого было приплюснутое кольцо, наверное, чтобы вешать на цепочку, а другой край щерился отростками, которые расходились в разные стороны, но в одной плоскости. – Да это же ключ! Помню, Лена часто вертела его в руках, вот как ты сейчас, – тепло улыбнулся отец. – Ключ? А что он открывает? – заинтересовалась я, разглядывая странный предмет. – Не знаю, по правде говоря. Это что-то из тех вещей, что понимают третьи, но нам, первым, это невдомёк, – пожал он плечами. – Третьи, говоришь… – задумчиво пробормотала и набрала на браслете вызов Игорю. А что, раз ему можно мне среди ночи звонить в другую комнату, то и я буду звонить, ибо идти и стучать в дверь лениво. Я вкратце обрисовала ситуацию третьему, и через минуту он стоял рядом, разглядывая ключ в моих руках. – Знаешь, мне кажется, я видел что-то подходящее в магазине. Проверим? Снедаемые любопытством, мы вчетвером – я, отец, Игорь и Гочи, – отправились к моему магазинчику. Досуг мелькал под отцовским ИТС огнями круглосуточных центров, но улица, где мы приземлились, радовала тишиной. – Леночка хотела магазин в тихом районе, никогда не понимала ночных тусовок, – прокомментировал это отец. Я только пожала плечами, вероятно, этой чертой характера я пошла не в маму. Что плохого в танцах и встречах с друзьями? И так ли уж важно, когда именно проходят эти встречи? Магазин приветственно распахнул двери, и минут десять мы бродили по комнатам, ища, куда бы воткнуть ключ. Игорь объяснил мне технологию, и я честно тыкала украшением, к которым я всё ещё относила сей странный предмет, во все дырки и щели. Он даже вошёл в дырку в офисном ящике, но поворачиваться куда-либо отказался. – Юля, иди сюда. Попробуй открыть сейф! С третьей попытки я поняла, как вставлять ключ и куда поворачивать, и тихий щелчок стал ответом на мои усилия. Переглянувшись с остальными, я потянула дверцу на себя. Даже Гочи сидела возле нас, смешно вытягивая шею и пытаясь понять, почему мы все сгрудились возле этого железного ящика. Миг и… – Тут пусто, – разочарованно потянула я, разглядывая железное дно и стены. Отец заглянул через моё плечо, покачал головой и сочувствующе прокомментировал: – Ну, не страшно. Зато вы теперь можете пользоваться сейфом, раз ключ есть. Игорь захлопнул тяжёлую дверцу, как и было. Уже дома, ворочаясь в кровати и почёсывая пузико разомлевшей Гочи, я подумала, что вечер прошёл не так уж и плохо. Жалко только, что завтра рано вставать на работу, прибывает корабль из дальнего рейса. И, конечно, я считала, что в сейфе должно хоть что-то лежать. Иначе для чего держать такую махину в магазине? Хоть бы микро-флешка, или список поставщиков, или особо важный товар, в конце концов. Ну, ладно, значит, я ошиблась. Однако чувство, что я что-то упускаю, не хотело уходить. С разрешения Марины я стала брать Гочи с собой на работу. Занятия с тренером научили её прибегать ко мне по первой команде, не гадить нигде кроме своего лотка и не гавкать на прохожих. Но вот моё отсутствие и даже очень короткую разлуку переживала она плохо и если не портила полы, то грызла мебель, или отказывалась кушать, или придумывала новые коварные способы показать, как ей тоскливо одной. Первый день, когда я взяла собаку на работу, я очень переживала об её поведении, но Гочи, довольная тем, что её не оставили дома, вела себя смирно, и либо бегала за мной хвостиком, либо дремала в корзинке-переноске, поглядывая, чтобы я оставалась в поле зрения. У детей животное вызвало огромный интерес, они даже перестали капризничать, что очень порадовало их родителей и нас с Мариной. Малыши столпились вокруг корзинки, и мне оставалось только присматривать, чтобы их интерес не причинял неудобство моей Гочи. Но, судя по откликам её ошейника, собака наслаждалась вниманием и вовсю играла, не забывая следить, чтобы я никуда без неё не уходила. В конце смены Марина даже похвалила мою питомицу и пригласила брать её с собой снова, если пожелаю. Конечно, пожелаю! Вот прям завтра и начну желать! Целая мебель и полы, смирные дети – отличное решение. Когда я в следующий раз поехала с Гочи на её курсы, то столкнулась со Стасом. Тот вежливо поинтересовался, как поживает его подарок, хорошо ли себя ведёт, слушается ли. В итоге он составил нам компанию во время прогулки на этаже для выгула, а в следующий раз после занятий мы посидели в кафе. И как-то так незаметно повелось, что мы не назначали специально свиданий, но то и дело сталкивались где-нибудь и вместе шли гулять или обедать. И, признаться, я стала ждать этих встреч. Стас не позволял себе лишнего, но ясно давал понять, что я ему симпатична, и хорошо ладил с Гочи. О первом провальном свидании мы не говорили, и я постепенно перестала смущаться. Также я съездила в гости к отцу. Сказать, что его дом меня поразил – не сказать ничего. И дело даже не в том, что ему принадлежал отдельный небоскрёб. Конечно, целиком занимать такую площадь одному человеку не под силу, и жилыми были только три этажа, а остальное пространство занимали служебные помещения, квартирки подопечных третьих и нанятой прислуги, отдельные этажи были отданы лучшим сотрудникам отцовских фирм с семьями, оказалась очень развита инфраструктура. Целый мини-город в одном здании. Сама отцовская квартира была оборудована и обставлена чуть отставая от моды, но очень уютно и функционально. И здесь были предметы не только из пластика разной степени «ума», но и стекла, металла, камня и дерева. Отец, видя мой восторг, предложил перебраться в его башню, как он прозвал своё жилище, но я отказалась. Как-то уже привыкла к своей квартирке, где я сама себе хозяйка, могу приходить и уходить когда хочу и ни перед кем не отчитываюсь. А в башне наверняка система охраны будет докладывать отцу обо всех моих передвижениях, да и вообще, я привыкла быть одна, ну, теперь ещё с Игорем и Гочи, меня пока всё устраивает. Отец ввел мои данные в систему башни, чтобы я могла беспрепятственно пользоваться парковкой, любыми службами и приходить в гости в любое время. Отец опять улетел на какое-то совещание, Стас пригласил меня на обед, Гочи училась послушанию, Игорь, если верить отчётам, исправно посещал свои курсы и спортзал, даже взял какие-то факультативные уроки по программированию. Я в этом не разбиралась, а потому не придала значения, до тех пор, пока за эти занятия мне не выставили счёт. И всё бы ничего, Игорь столько помогал мне в магазине, что я была не против оплатить ему какие-нибудь занятия, вот только сумма заставила меня подавиться чаем, и, икая и стараясь не ругаться вслух, я пошла разбираться с третьим. Еле дождалась, когда он вернётся из спортзала, и с порога налетела на него роботом-сборщиком налогов. Игорь сперва не понял проблемы, пообещал возместить, но, услышав сумму, споткнулся и повёл меня на кухню – успокаивать общие нервы свежесваренным кофе и разбираться. Оказалось, он подписался на курсы, посчитав, что сможет сам оплатить эти расходы, и сумма, которую ему озвучили, была в десять раз меньше. Я заставила Игоря поднять архивы и с трудом, но мы всё же выудили из памяти его браслета подписанный не глядя договор. Пробежав глазами текст, а после перечитав ещё раз, более внимательно, я тяжело вздохнула. Озвученная Игорю сумма действительно была в десять раз меньше, так как это была стоимость одного урока. Но поскольку он посетил десять занятий, то… Игорь выглядел растерянным, виноватым и пришибленным, и смотрел на меня жалостливее Гочи, когда той хотелось угощения. Ничего не сказав, я перевела требуемую сумму со счёта магазина, предварительно списав деньги на своё имя. Теперь у нас не осталось сбережений. Потерев переносицу, я ушла к себе в комнату, прихватив потяжелевшую Гочи, и допоздна слушала аудиокнигу. Вот где, скажите, где авторы берут таких умных, внимательных, заботливых и со всех сторон идеальных героев? Мне в жизни они ни разу ещё не встречались. Но с кого-то ведь их пишут… Вероятно, есть некий рок, так как в день зарплаты мне пришли стандартные уведомления о предстоящих платных мероприятиях. Список состоял из семи или восьми позиций, я пробежала его глазами, отметив, что кроме стандартных пунктов вроде квартплаты были и новые. Мне в следующем месяце надлежало посетить стоматолога, Гочи необходима стрижка и осмотр у ветеринара – нужно проверить и почистить зубки и подстричь когти; далее следовали прочие ежемесячные траты. Прикинув примерную стоимость всех этих мероприятий, я схватилась за голову. Это же ужас! Как всё не вовремя! Игорь ходил мрачнее тучи, огрызался, а после того, как я мимоходом обмолвилась, что встречаюсь со Стасом, мы с третьим и вовсе едва не поругались. Он упрекнул меня, что оставила грязную кружку в гостиной, на что я ответила, что мне она не мешает, его убирать я не просила, и вообще, это моя квартира, что хочу, то и делаю. Скандал не вышел из-за Гочи – малышка начала бегать вокруг нас и громко лаять, не понимая, что это мы кричим. Бросив друг на дружку виноватые взгляды, мы с Игорем разошлись. Я отправилась с Гочи на курсы, а третий сел работать. Стасу я обмолвилась, что, наверное, гулять после занятий мы не сможем. Первый нахмурился, и слово за слово вытянул, что оплатить Гочи курсы на следующий месяц не смогу. Стас предложил оплатить за меня занятия, аргументируя, что моей малышке ещё рано прекращать тренировки, она пока не готова, но я была категорически против таких "подарков". Ещё чего не хватало! Тогда первый потащил меня к стойке администратора и попросил оформить договор отсрочки платежа. Внимательно изучив текст, я поблагодарила первого и поставила свою подпись. Потом, конечно, придётся внести сумму с учётом процентов, но эти занятия были пока ещё нужны Гочи. И, признаться, было приятно, что Стас не хочет прекращать наших встреч. Нужно срочно найти, где взять деньги. Конечно, был вариант занять у отца, он это сам предложил и даже без возврата, но мне это претило. Я столько лет отвечала за себя и свои поступки сама, и из сложившейся ситуации тоже должна была выйти сама. Если только совсем другого варианта не останется, а пока я собиралась побороться. Первым делом взяла несколько дополнительных смен в космопорту, но большой прибавки это не даст. А после разговора с Мариной поехала в магазин, распечатала новую партию визиток, благо, бумага была куплена заранее, и принялась методично писать всем покупателям, которые были внесены в базу, предлагая скидки и подарки за покупку. Игорю пришлось дежурить в магазине одному, пока я отрабатывала часы в космопорту и заодно раздавала визитки вновь прибывшим. Я вписала в карточки, что у нас закупается сама Дельфина, а потому они вызывали гораздо больше внимания, чем раньше. И, наконец, я, скрепя сердце, отправила Дельфинаре несколько товаров в подарок, поздравив с удачным началом выступлений. Дельфина умела быть благодарной, и на ближайшем интервью появилась в подаренных от магазина фенечках, в другой раз словно невзначай поправила причёску, глядя в карманное зеркальце, потом заколола кудри гребешком… Количество покупателей возросло. Я внесла половину стоимости уроков за Гочи и потребовала с Игоря обещание, что больше никакие договоры, не посоветовавшись со мной, он подписывать не будет. А потом, под его хмурым взглядом, ещё и внесла в установки его браслета необходимость моего согласования на любые контракты и покупки свыше оговоренной суммы. Я не собиралась обижать или ограничивать третьего, просто моё образование позволяло мне разбираться в тонкостях и хитросплетениях договоров, терминов и прочих нюансах юридически значимых сделок, а у Игоря пока не было достаточного опыта в этой сфере отношений Союза. Он это понимал, хоть и выглядел по-прежнему хмурым. А в конце месяца, когда мы сидели в гостиной, занимаясь своими делами, он попросил реквизиты моего счёта и перевёл половину оплаченной за его уроки суммы. На закономерный вопрос ответил, что он тоже брал дополнительную работу. Я не стала спорить, всё же он мужчина, и всю эту ситуацию переносит хуже, чем я. Но я миролюбиво предложила, чтобы вторую половину суммы он мне пока не отдавал, а вернул позже. И всё бы ничего, казалось, кризис миновал, как посреди рабочего дня раздался требовательный вызов браслета. Я как раз консультировала аборигена с планеты Серой Грязи и сбросила звонок, но он тут же раздался вновь. Извинившись, я отошла в сторонку, и была почти оглушена возмущённым криком, переходящим в злобное шипение, незнакомого мужчины. Я сперва опешила, со мной сто лет так не разговаривали, да ещё странный вид звонившего не давал сосредоточиться. Только через минуту я поняла, что мужчина, вероятно, родом с планет дальнего кольца, где более низкое притяжение, потому он так странно выглядит. Потом заметила форму пилотов-дальнобойщиков с капитанскими нашивками, и, сделав выводы, рявкнула на капитана на эсперанто, который принят для общения между пилотами разных планет: – Прекратите истерику! Коротко и по существу. У вас две минуты. Слушаю! Капитан опешил, потом в его взгляде мелькнуло понимание и уважение, и он, взяв себя в руки, продолжил уже на всеобщем, а не на смеси вульгарного языка пьяного механика, родного наречия и междометий Союза. Мысленно фыркнув, я порадовалась, что в своё время, ещё в институте, записалась на курс эсперанто. Правда, познания мои были скудными, но, как выяснилось, и пары заученных фраз порой бывает достаточно. Интересно, сколько грамматических ошибок я допустила? Тем временем капитан, коверкая слова и пугая жутким акцентом, поведал, что он добросовестно выполнил заказ, как и было оговорено, и даже отдал вчера груз роботу, но плату так и не получил. И что ему стоило огромного труда найти мой номер, так как в договоре было указано только название магазина. Тут я насторожилась и попросила капитана выслать мне копию договора, пообещав, что обязательно во всём разберусь. Мужчина нахмурился и заявил, что завтра он собирается вылетать, и если до утра он не получит оплаты, то подаст на меня в суд. Как я знала, за отказ оплатить добросовестно выполненную работу полагается штраф в размере ста процентов от оговоренной изначально суммы. То есть, если капитан докажет, что заключил договор с моим магазином, от имени магазина прибыл робот и забрал груз, а оплаты не последовало, то мне придётся оплатить всю стоимость заказа в двойном размере, плюс судебные издержки. Абсурд! Под недовольным взглядом Марины я, понурив голову, подошла к ней отпрашиваться. Пообещав отработать оставшиеся от смены часы на следующий день, я подхватила Гочи и поспешила в магазин. Игорь дежурил за стойкой, объясняя покупателю, как пользоваться каким-то прибором, а я прошла прямиком в офис. Проверив, что настройки магазина по-прежнему не выпустят Гочи наружу, открыла малышке дверцу переноски и развернула на большом вирт-окне присланный незнакомым мужчиной договор. С каждым прочитанным словом я мрачнела всё больше, а внутри скреблось неприятное чувство, страх вкупе с недоумением и раздражением. Договор был составлен по всей форме. По той форме, которую я лично придумывала и составляла для своего магазина, даже эмблема и внутренний «шифр безопасности» были на месте. И сам заказ, в приложении к договору, был заверен электронной подписью, доступ к которой был только с моего браслета. Потерев переносицу, я выглянула в зал и, убедившись, что покупателей нет, закрыла магазин «на переучёт». – Что ты делаешь? – не понял моих действий Игорь. – У нас в системе вирус, – оповестила я третьего. – Быть такого не может. Я поставил собственную защиту, и утром всё функционировало нормально, – нахмурился парень. Я же, ни на миг не усомнившись, что третий может быть как-то причастен к случившемуся, повела Игоря в офис и продемонстрировала вирт-окно. Текст договора третьего мало интересовал, он сразу принялся проверять все уровни защиты. Через полчаса я заказала обед, а когда, забрав заказ у робота, я вернулась в офис, Игорь подскочил и неожиданно вцепился мне в руку. – Эй! – я с возмущением уставилась на третьего, который уже достал из моего браслета какое-то вирт-окно и упоённо в нём щёлкал. Из моего браслета! Да это невозможно, чужие браслеты не реагируют ни на кого, кроме своего владельца! – Вирус не в магазине, вирус в твоём браслете, – в очередной раз огорошил меня Игорь. – Что? – Вспоминай, где ты ходила за последние две недели, не активировала ли его в необычных местах? – поднял на меня серьёзный взгляд Игорь. Я молча подошла к столу, сгрузила на него коробки с обедом и села в кресло. Задумчиво потеребила браслет. – Где я только ни была, – грустно вздохнула и принялась перечислять. – В космопорту, в магазине, в спортзале, в нескольких кафе, у отца в гостях, на курсах с Гочи, где ещё, сейчас уже и не вспомню, – развела я руками. – Ясно. Все места не проверить, да и наверняка источник вируса уже затёрли. Ладно, давай я почищу систему, и будем просто отслеживать… – Как это – ты почистишь? Вмешательство в систему браслета – уголовное преступление с лишением свободы до восьми лет! Это недопустимо! – Послушай, – как-то устало посмотрел на меня Игорь и опустился в кресло напротив. – Я не собираюсь вмешиваться в настройки твоего браслета, я лишь удалю вирус, это никак не повлияет на его обычную работу. Хочешь сделать это официально – пожалуйста, все программисты Солнечного округа в твоём распоряжении. Сколько времени это займёт и сколько объяснительных тебе придётся написать, не говоря уж о пошлине за официальное обращение, я не знаю. Ну, так что ты решаешь? Я виновато посмотрела на третьего и протянула ему руку. Через несколько минут, намного быстрее, чем я думала, он меня отпустил и потянул на себя одну из коробок с обедом: – Что тут у нас… Я же разочарованно потёрла запястье. У Игоря тёплые руки, с чуть грубоватой кожей. Он так осторожно держал мою ладонь, что я готова была растаять, как лёд, забытый в стакане. И так сосредоточенно копался в вирт-окне, что это было даже обидно. Ни разу не поднял взгляд, не посмотрел на меня. – А ты что не ешь? – поднял взгляд от тарелки Игорь. – Хотя понимаю, по сравнению с твоими блюдами это то ещё безобразие, – фыркнул он и вернулся к еде. Я же, почувствовав, как краска приливает к щекам, а внутри нова потеплело, потянулась за своей порцией. Внимательно перечитав договор в очередной раз, я вздохнула. Он был действительно составлен от имени магазина, и не оставалось иного выбора, кроме как перевести требуемую сумму капитану. Он-то ни в чём не виноват и свою работу выполнил честно. Поставка была большая, пять коробок, и мне пришлось занять у отца, чтобы оплатить долг. На обещание вернуть отец усмехнулся и ответил, что вместо денег берёт с меня обещание раз в неделю несколько часов проводить в его офисе. Раз уж я его наследница и мне предстоит когда-нибудь управлять всем бизнесом самостоятельно, то он собирается вводить меня в курс дела. Я согласилась, и озадаченно внесла ближайшую встречу в своё электронное расписание. С одной стороны, было жутко любопытно, а с другой – у меня и так ни на что не хватает времени! Проведя оплату, я набрала капитана, чтобы убедиться, что средства к нему поступили, и предупредить, что все товары для магазина мы с помощником забираем лично, никаких роботов. – Мне это не есть интерес! Я не есть сотрудничать маленький фирмы дальше! Корпорация лучше! – на этой оптимистичной ноте капитан отключился, а я пошла открывать магазин. Может, ещё хоть один покупатель забредёт до конца рабочего дня. Вечером угрюмую меня Игорь «обрадовал» ещё одной новостью – сайт мошенники как-то сумели разблокировать и теперь, обновив название и указав мои данные как владельца, вовсю торговали. Я сверила список товаров с тем, что прилагался к оплаченному буквально несколько часов назад договору – всё сошлось. В бессильной злобе я попинала диван, накричала на Гочи за погрызенную ножку стола и, бросив угрожающий расправой взгляд на Игоря, отправилась на кухню – заливать нервы вином. После первого бокала я попросила Игоря подготовить все улики, которые у нас есть, для подачи заявления в службу охраны правопорядка. Я им налоги плачу, и немалые, вот путь разбираются, кому мой магазин не угодил! Что не пытаются навредить мне лично, я была уверена, ведь неприятности начались только после получения магазина. Прихватив бутылку и тарелку с закуской, я заперлась в комнате и принялась звонить подругам, дабы поплакаться. И закралось запоздалое подозрение – а вдруг это сам Игорь мне вредит? Разве я его хорошо знаю? Он так свободно получает доступ ко всем уровням безопасности магазина, к управлению квартирой, к моему браслету, в конце концов. Это не должны уметь обычные программисты, это что-то неправильное. Девочки меня выслушали, и Кристина, покачав головой, неуверенно ответила, что Игорь меня уже несколько раз выручал, от робота спас. Но Света её перебила, заявив, что мы не можем знать, спасал он меня от робота или, напротив, науськивал и направлял того на меня, так что мои подозрения вполне оправданы. Браслет мигнул, оповещая, что алкоголя с меня хватит, да и бутылка почти опустела, потому я без сожалений отставила её в сторону. Всё равно забыться не получается, слишком тревожные мысли, слишком непонятные. Кому можно верить? Одна только Гочи предана мне беззаветно. Собака чихнула, потрясла головой и попятилась, учуяв алкогольное амбре своей хозяйки. Ну вот, даже она меня не любит! Поглощённая думами о вселенском одиночестве и ничтожности отдельно взятого индивида в огромном, необъятном механизме Союза, я и уснула, обнимая подушку.