Глава 2

– Илька-а-а… – Нет. – Если бы преподы хотели тебя убить, то сделали бы это сразу. А так даже не издевались особенно. – Потому что с пьянью бесполезно разговаривать. Сегодня я трезвая и вменяемая. Самое время устроить расправу. – Ой, да брось! Если и будут выговаривать, то мне, – отмахнулась Белка, но я точно знала – не будут. Она, конечно, умненькая, но абсолютно безответственная. Там хоть ругайся, хоть не ругайся – итог один. Другое дело – я. Мастер Роук еще ни разу не упустил возможности пройтись по моей совести. Так что да – я не хотела идти на пары. Оттягивала всеми силами, подумывая притвориться больной, но… Найдут ведь! Затем поволокут к целителям и после их издевательств вернут на пары. Даже не знаю, что страшнее. – Так, Солнечная, вставай! Проблемы нужно встречать лицом к лицу! – Тебе нужно, ты и встречай. – За прогулы влетит еще сильней. Лучше явиться с повинной и покаяться. А то глядишь, преподы и вовсе забудут про случившееся! – Такая большая, а в сказки веришь, – буркнула я на подругу и ушла в душ. – В этот солнечный день в академии Солнечного Ветра у студентки Солнечной все должно быть замечательно! Я не стала комментировать подколки Белинды, захлопнув дверь перед жизнеутверждающим носом. Моя фамилия уже не единожды становилась поводом для студенческих острот. А мне она нравилась. Приют, куда меня отдали, находился на севере. Жестокий и холодный край, большую часть года существующий в серой сырости. Даже летом солнце редко гостило в наших землях. Когда проснулся дар – слабенькая магия света, – я посчитала это знаком. В голове выстроился четкий план: побег, поступление в академию, новая счастливая жизнь. И тогда же решила: буду следовать за солнцем. Солнечная фамилия, солнечная академия и такая же яркая и теплая жизнь. Пока все шло по плану, за исключением некоторых нюансов в лице блондинистой особы. За завтраком я отмалчивалась, морально готовясь к встрече с мастером Роуком и магистром Дэяром. А на первой паре по проклятиям старалась не отрывать взгляд от стола, потому что да – стыдно. О появлении магистра узнала по воцарившейся тишине и дружному приветствию. – Доброе утро, студенты. Отложите учебники и конспекты на край. Сегодня у нас с вами будет большая проверочная работа. Дружный стон был преподавателю ответом. – Если кому-то что-то не нравится – можете сменить направление. Канцелярские сотрудники всегда в почете. Угу, и в поп… С очень маленькой зарплатой. Так что больше желающих страдать не нашлось. Зашелестела бумага – по рядам начали передавать задания. Получив свой экземпляр – я впечатлилась. Проверка планировалась не за прошедшие два месяца, как подумалось вначале, а за два курса и еще сверху всякая всячина! Кажется, магистр на нас из-за чего-то зол. Или из-за кого-то. Даже догадываюсь, как зовут виновника. – Напоминаю, что за попытку списать вы тут же получаете «неуд» без права пересдачи. А отрабатывать будете в конце семестра. Очень интересно и весело отрабатывать. Вопросы? Вопросов не имелось. – Приступайте. У вас два часа. Набрав в грудь побольше воздуха, я подтянула листы с заданиями, карандаш и… понеслось. Схемы, пояснения, снова схемы. У проклятийника должна быть идеальная память. Хотя бы на базу. Именно на ее основе строятся все заклинания с последующими добавлениями в зависимости от рода проклятия и его направленности. Если не знаешь основ – считай, что не знаешь ничего. В группу проклятийников я попала случайно. Не самое популярное направление именно из-за количества зубрежки, зато с самым низким проходным баллом. А мне с моими зачатками светлой магии о других факультетах даже мечтать не стоило. Это в прошлом году в результате одной случайности все изменилось, и я стала желанной студенткой на любом потоке, но… к тому времени уже втянулась в изучение проклятий и решила учиться дальше. Закончив, я пододвинула листы на край стола и огляделась. Как и всегда – шестая. Четыре парня – потомственные проклятийники, Эвилина – умница и красавица, затем я – мелкая заучка. Белинда все еще вырисовывала схемы, иногда закусывая нижнюю губу и потерянно глядя по сторонам. – Время! – Голос магистра прозвучал резко, заставляя вздрогнуть. – Сдайте работы. Шелест передаваемых листков потонул в звуке звонка. – Кстати, забыл сказать. Лучший из вас отправится вместе со мной на практику. От этой новости я не выдержала и посмотрела на преподавателя. Первое, что бросилось в глаза, – лицо без следов побоев. Магистр Дэяр выглядел бодро и свежо, как и всегда чаруя студенток своей невозмутимостью. Даже принцесса драконов, учащаяся на смежном факультете, была в него влюблена. Короткие медные волосы с редкими нитями седины. Внимательный взгляд сапфировых глаз. Высокий, подтянутый. Сильный некромант и опытный проклятийник. А еще отличный наставник, что было ценнее всего. Девочки часто спорили относительно его возраста. На вид не больше тридцати, но… в его глазах я видела усталость прожитых лет. Словно их было не три десятка, а три сотни. А еще никто не мог понять, как столь сильного мага отпустили с военной службы преподавать в академии. Пожалуй, я одна из немногих знала, что не отпустили. Он успешно совмещал обучение и спасение мира. – Хорошего дня, адепты. Попрощавшись, мы высыпали в коридор и поспешили на следующее занятие. Словесность, затем теория магии, легкий обед, высшая математика и… боевка. На нее я шла с еще более несчастным лицом, точно зная, что от мастера Роука мне влетит. – Вот сейчас можешь притвориться больной и не идти, – предложила Белка, участливо погладив меня по голове. – Хуже будет, – тряхнула я волосами, стараясь не поддаться соблазну. – Это да… Но не переживай, ты точно выживешь. Не прибьет же он свою любимую ученицу? – Физически – доведет до крайности. Морально – размажет. Это же мастер Роук. – Илька, прости меня… Я же не думала, что все так выйдет. Если бы не эти наемники! – Чего уж теперь, – отмахнулась от извинений. – Так ты не злишься? – Нет. Сама виновата. – Здорово! Пойдем в пятницу к Понти? Мне птичка напела, что принц… – Белка! Убью! – Ладно, поняла. Спрошу в следующий раз. Я только устало покачала головой и ускорилась. Ведь прибью ее, дурынду любимую. Не со зла, а просто чтоб не мучилась в этом большом и жестоком мире со своей наивностью. Так что нужно срочно выпустить пар и прочистить голову. Переодевшись в спортивный костюм, я встала в конце строя и замерла, ожидая начала издевательств. Мастер, как и всегда, появился бесшумно. Скользнул в центр зала, мазнул по стройному ряду внимательным взглядом и остановился на мне. Тонкие губы растянулись в предвкушающей улыбке, и я поняла – все, конец. И без того узкие глаза превратились в две щелочки. Ехидные такие, обещающие. – Двадцать кругов. Затем стандартная разминка. После делитесь на пары для спарринга. – Мастер, нас двадцать три, – рискнул напомнить староста. – Знаю. Солнечную не занимать. На сегодня она моя. Поймав на себе сочувственные взгляды, я понуро опустила голову, а после команды побежала. Кажется, пора снова запасаться обезболивающими зельями и восстанавливающими мазями. Побегали. Попрыгали. Размялись. Я разминалась особенно тщательно, оттягивая момент спарринга, но вечно это длиться не могло. – Ну, здравствуй, моя радость. Начинай, – с улыбкой маньяка заявил мастер, жестом предлагая выбрать оружие. С самым виноватым видом взяла тренировочный шест и встала в боевую стойку. – Что начинать? – Каяться, как дошла до жизни такой. – Мастер, я не специально! – Что именно? Выпила, хотя я просил этого не делать? Или полезла в драку? Хотя и это я просил не делать! – Они напали на Белку. – Белка твоя сама допрыгалась, за что еще получит, – шикнул мастер и сделал выпад, от которого я успешно увернулась. – Ты зачем к ним полезла? – Они собирались бить наших! – Они собирались уходить. У твоего молодого человека, в отличие от тебя, язык подвешен отменно. Вот скажи, моя радость, как в тебе уживается усидчивый проклятийник и взбалмошная баба? Третий год я пытаюсь привить тебе терпение и дисциплину. И что вижу? Как моя ученица прыгает на здорового мужика с кулаками! – А как надо было? – На расстоянии, Солнечная! На расстоянии. Ты мелкая и хилая – они зашибут и не заметят. Надо работать на скорость и не подпускать врага близко! – Но, мастер, я ведь смогла вывести их из строя, и меня никто даже не задел. Преподаватель замер, смерив взглядом черных глаз, в которых явно читалось сомнение в моих умственных способностях. – Что? – Тебя никто не тронул, потому что не успевали. Мы вырубали их раньше. Замечу, что в драку пришлось ввязаться даже принцу. – Ой, как будто он был сильно против… – Солнечная! – Простите, – пискнула виновато и пригнулась, чтобы не огрести палкой по хребту. – Но все это мелочи, Илианна, по сравнению с главным: мы не нападаем, мы защищаем. Студенты академии Солнечного Ветра вступают в бой, только если нет иного выхода. – Я помню, мастер. – За это стало особенно стыдно. Сколько уже раз корила свою горячность, но снова и снова на те же грабли! – В общем, радость моя, если еще хоть раз увижу в нетрезвом виде, зачета тебе не видать. Будешь до конца дней на третьем курсе, снова и снова пересдавать боевку. Все ясно? – Да, мастер! – Отлично. А теперь – нападай! После выматывающей пары идти на ужин не осталось сил. Белинда, чувствуя свою вину, пообещала добыть вкусняшек, а точнее морковок, и самоотверженно пронести в женское общежитие. Я слабо верила в успех предприятия – мимо коменданта еще никто не проходил, но пожелала удачи. Кое-как прогрев под душем ноющие мышцы, я села за домашнюю работу, поминая мастера Роука недобрыми словами. Стук в дверь отвлек от истории и заставил нахмуриться: кто мог прийти в такой час? Поднявшись, затянула потуже халат, накинутый поверх пижамы, и открыла. – Эрик? Ты что здесь делаешь? – Пришел спасать прекрасную возлюбленную от голодной и мучительной смерти. – Почему от голодной – это понятно. А мучительной? – Наслышан о твоем спарринге с мастером. – А-а-а, это да. Но как ты прошел мимо коменданта? – Дал взятку, – улыбнулся мой большой и заботливый парень. – Позволишь войти или так и будем беседовать в коридоре? – Ой, прости. Заходи! За все годы нашего общения в женское общежитие боевик явился впервые. Обычно я к нему бегала, засиживаясь допоздна за совместным чтением книг или уроками. А тут… Приятно! – А что ты принес? – Здесь – еда, а здесь – лекарства. Предлагаю начать с лечения. Затем поешь и ляжешь спать. – Я еще не всю домашку сделала… – попыталась отказаться от помощи. – Утром закончишь. Освобождай спину и ложись. – Обычно я играю роль целительницы, а ты – непослушного пациента, – хмыкнула я, вспоминая, сколько раз обрабатывала раны упрямого боевика и разминала натруженные мышцы. – Все когда-нибудь бывает в первый раз, – философски заметил он и принялся доставать из пакетика разные склянки с мазями и маслами. – Эрик, не надо, я сама. Правда, все не так страшно. Улыбка вышла фальшивой, но на большее я была неспособна. Спина для меня… очень личное. Я до сих пор помню выражение ужаса на лице Белки, когда она увидела. А демонстрировать это любимому парню… Нет, не могу. – Илианна, – Эрик медленно подошел и нежно приподнял мой подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза, – если переживаешь, что я буду приставать, то зря. Мы вроде бы уже решили, что все будет только после свадьбы. – Не в этом дело, – произнесла хрипло, зажмурившись. – Стесняешься? – Да, – ответила односложно, не желая озвучивать, чего именно. – Родная, я люблю тебя любую – сонную и лохматую, хмурую и задумчивую, веселую и чуть взбалмошную. Не надо стесняться. Не меня. – Я знаю, но… – Как ему рассказать? Как объяснить? Мне самой было противно смотреть на себя в зеркало, а тут… – Для меня ты само совершенство. Со всеми родинками, курносым носом… – Эй, он не курносый! Меня чмокнули в обозначенную часть тела и ласково погладили по щекам. – Главное, чтобы ты была здорова. – Знаю, но… – Я упрямо сжала губы, не в силах подобрать слова. – Я очень надеюсь, что однажды ты сможешь мне довериться, родная, – вздохнул мой чудесный и понимающий молодой человек. – Ты сам поел? Эрик понял, что я пытаюсь сменить тему, и не стал противиться. – Перехватил по дороге. Ясно, ничего он не ел. Собирал для меня лекарства и вкусности, чтобы порадовать. Какой же он все-таки замечательный! – Садись, нам тут обоим хватит. – Илианна, я не… – Садись, иначе лишу сладкого! Хмыкнув, он опустился на стул. Я же быстро сгребла со стола свои конспекты и достала источающие невероятный аромат блюда. Жаркое, салат и пирожки – защитнику. А мне – любимый супчик и морковка. Пока ели, я пересказывала свой день и жаловалась на угрозы мастера Роука. Эрик слушал внимательно, не перебивая. А когда мы закончили с ужином, перетащил к себе на колени. Я подалась вперед, целуя чуть колючий подбородок, затем уголок губ, а после и сами губы, награждая и себя и его сладким десертом. Чуть позже, отдышавшись от головокружительных поцелуев, прижалась к могучей груди. Вслушивалась в мерный стук родного сердца, постепенно уплывая в сон. Так хорошо… Жаль, это был последний вечер нашей спокойной жизни. Следующий день изменил все.