Прядь 42

В доме Микиль-Тролля вечерняя трапеза проходила при свете синего огня в очаге и не отличалась веселостью. Только Фьёр имел довольный вид и все ухмылялся про себя.

– Что ты смеешься? – упрекнул его Микиль-Тролль. – Твои родичи терпят одну неудачу за другой, а тебе все забавно!

– Я вовсе не хотел обидеть моего отца и… моего дорогого брата. – Фьёр бросил взгляд на угрюмого Хаки. – Проходил мимо домика Матушки Идис, зашел поглядеть, как она поживает. Старуха совсем выжила из ума! – Фьёр не выдержал и захохотал. – У нее на столе сидит белая жаба с вот такими глазищами! Старуха кормит ее молочной кашей из золотой миски и называет дочкой! Матушка Идис всегда была горазда на причуды, но чтобы такое…

– И ты думаешь, это смешно? – Микиль-Тролль переглянулся с Хаки.

Обоим сразу вспомнилась белая кошка, белая коза – облики, под которыми чары Матушки Идис прятали от них прекрасную Рагнхильд.

– Да вы бы ее видели! Она эту жабу чуть ли не целует! Наверное, на ночь кладет себе на подушку!

– У старой женщины могут быть ра-азные причуды! – деревянным голосом сказала Мальфрид. – Некрасиво над ней смеяться.

Микиль-Тролль и Хаки еще раз переглянулись…