Глава 30

Со словами "Мы вас покинем", Александр притянул девушку.

Подхватывая на руки, шагнул в серебристую дымку.

Эля не слышала дальнейший горячий спор. Обоюдные обвинения. И сдавленные стоны отчаяния матери.

Она упивалась долгожданной близостью.

Каждая клеточка тела откликалась на прикосновения Темного, подпитываясь таким необходимым для нее теплом.

— Я не знаю как тебе помочь. Твое сердце бьется словно сумасшедшее. Боль… Как вы ее выносите?

— Никак, — Эля испытывала чувство благодарности и облегчения, осматриваясь в знакомой квартире. Она не смогла бы вынести еще и пяти минут в доме, выслушивая очередные предупреждения или упреки. — Ждем когда притупится. Ты, наверное, и не рад, что встретил меня? — девушке было жизненно необходимо услышать обратное, и князь не разочаровал.

— Большей глупости не слышал за всю свою жизнь. Я жаждал тебя найти, — подхватив, пересадил Элю себе на бедра. Желая хоть как-то унять боль, произнес: — Я не привык и не умею оказывать человеческую поддержку. Но хочу помочь…

Тонкие пальчики коснулись твердых губ, в просьбе замолчать.

Легкие движения коснулись скул и очертили темные брови.

Вампир сидел неподвижно, упиваясь нежными прикосновениями.

— Мне достаточно твоего присутствия.

Необыкновенное чувство комфорта, легкости, целостности, заполняли душу, вытесняя обиды, горечь обмана, непонимание и смятение.

Расстегнув верхние пуговицы мужской рубашки, приложила ладонь к обнаженной груди.

— Ты тоже чувствуешь? — в местах соприкосновения пробегали крохотные электрические разряды, впитываясь и разливаясь негой.

— Да. Каждый раз, когда касаюсь тебя. Каждый раз, когда целую, — притянув девушку за бедра, сократил расстояние. Взгляд Александра метался по лицу, задерживаясь на манящих губах. Приоткрытых, рвано вбирающих воздух.

Он ожидал. Бездействовал. Жаждал ощутить их вкус, но продолжал наблюдать.

Нервно облизав верхнюю губку, Эля подалась вперед,

Темный уже чувствовал ее дыхание. Ничтожные миллиметры… стоит чуть выпрямить спину и сможет коснуться.

Но Александр хотел получить ее поцелуй. Возможно, несмелый и мимолетный.

Как же он был удивлен.

— Помоги мне, — прошептала с мольбой.

Острые зубки прихватили с силой нижнюю губу, вымещая боль, наказывая за время проведенное в разлуке. Горячий язычок прошелся по месту укуса, извиняясь и бесцеремонно ворвался.

Не разрывая поцелуя, девичьи пальчики с силой тянули полы мужской рубашки. Потеряв терпение, Эля с досадой дернула за пуговку, вырывая клочок ткани.

— Я сама! — настойчиво убрала мужские руки и стягивала сорочку. Ладошки прошлись по мужскому торсу, запоминая каждую литую мышцу. А острый язычок повторял рельеф жгутов под кожей.

Губы оставляли влажные поцелуи на его груди. Мягкие, дразнящие.

Эля отстранилась, желая убедиться, нравятся ли ее действия Александру.

— Хочешь, чтобы я продолжил? — бархатистый голос ворвался в разум.

Мужские пальцы прогуливались вдоль бедер, собирая кружевную ткань платья все выше.

— Нет. Сама, — повторила, чуть отстраняясь. Александр придерживал девушку за поясницу. С первой попытки Элеоноре не удалось справиться с ремнем, пальцы не слушались, выдавая волнение. Быстрым движением, помогая, Темный вытянул кожаную полоску.

Девичьи пальчики смело подцепили собачку на молнии брюк и медленно потянули вниз, освобождая тугой член.

— И белье с меня снимешь? — шептал искуситель. — Позволишь мне? — заметив замешательство, торопливыми, но ловкими движениями освободился от одежды.

Потянул девушку на себя, жадно целуя податливые губы.

Ладони ласкали нежную кожу бедер, подавляя стеснение.

Подцепив кружевную ткань насквозь пропитанную желанием, скользил пальцами, срывая низкие стоны, заставляя метаться, желать большего, впиваться острыми ноготками в мужские плечи.

Придерживая на весу, не разрывая взгляда, подался бедрами вверх.

— И теперь сама? — Александру стоило немалых усилий, сдерживать себя.

— Да.

Прикосновение горячей влажной плоти к налитому члену, прошлось мелкой дрожью по телу вампира.

Эля задержалась на мгновение, привыкая к чувству наполненности.

Мужские пальцы легли на разгоряченные бедра и помогли сделать первое плавное движение. Еще одно и еще, и девушка уже уверенно двигалась сама, поймав нужный ритм. Вбирая и наслаждаясь.

В плавных движениях появилась агрессия, с припухших губ все чаще и чаще срывались громкие стоны, девичьи пальцы порхали по мужской груди, шее, животу. Прихватывали жесткие волосы на затылке, оттягивая до боли.

— Моя навечно. Я никогда не пожалею о нашей встрече, — грубые, встречные движения бедрами и хриплые слова признания накрыли Элю волной наслаждения.