Глава 7 · РОДНЫЕ ЗЕМЛИ

Ар’риан

— Альфа, сильные волнения на северо-западе границы. Ишвиу снова разродились и жрут животных. — Страж стаи Брайдэн смотрел в пол, боясь поднять глаза на вожака. Который в последнюю неделю был слишком злым и нервным.

Ишвиу — насекомые-паразиты, которые внедряются под кожу животных и уничтожают изнутри, при этом сами растут и становятся сильнее. Падаль та еще. Если снова нашествие, то избавиться от этих тварей будет сложно. Лет десять назад подобное творилось. Весь лес тогда пришлось очищать, а потом завозить животных из ближайших, чтобы хоть как-то компенсировать урон.

А так как территория принадлежала стае Лиссарда, то и в ответе за нее был герцог Энбургский, который сидел за столом, пил виски и изучал документы. Лицо сосредоточенное, в глазах буйствовал волк, рыжие волосы убраны в конский хвост и перетянуты кожаным ремешком.

— Вызовите магического эксперта. Пусть даст оценку.

Воин кивнул и тихо вышел из кабинета, боясь даже дышать в сторону альфы.

Ар’риан был давно не в себе…

Двадцать лет и несколько месяцев назад сбежала его истинная пара. Она не пожелала остаться и быть с ним, предпочтя жить намного дальше.

Легко она отказалась от их счастья, от семьи, от принадлежности…

А он… Он легко поддался уговорам, закрепил сделку свадьбой и потерял самое дорогое, что могло у него быть. Семью.

Не пожелала выслушать, ударила под дых, скрылась и не показывала след так долго, что альфа и забыл, каков ее запах.

Словно глоток свежего воздуха с примесью дождя. Тот, в который хочется окунуться навсегда.

Только его девочки уже нет…

Точнее, она и не была его. Однако он очень надеялся, что будет. Еще тогда, давно, у альфы был план. Свадьба с Арьей не должна была стать помехой отношениям с Тэри. Просто она была бы его… Без обязательств перед стаей и двором… Просто его.

Риан помнил, как впервые осознал, что сестра его друга и беты стаи — та самая. Словно обухом по голове и прямо в сердце.

Запах, притяжение, рычание волка, желание заклеймить, быть с ней, быть в ней…

Но Тэри была слабой, она не потянула бы стаю, она не привнесла бы в нее столько, сколько сделали Арья и ее отец. Риан обязан был думать о своих волках, об их благе.

Этого не отнять… И Ар’риан чувствовал себя таким ничтожеством из-за того, что сделал неправильный выбор, не стал отстаивать свою жизнь…

Супруга была красивой, но стервозной. Какой и должна быть альфа-самка. Такой, чтобы все замирали при ее виде и боялись открыть рот. Страсти между Рианом и Арьей не было.

Лишь брачная ночь и горячка. Женщина встретила пару и решила, что с нее хватит довольствоваться малым, и теперь живет в столичном доме, который оплачивает Ар’риан.

— Удобно устроилась, — прорычал мужчина, зверь которого шевелился под кожей.

Еще плеснул себе виски и влил в себя, мечтая залатать ту дыру, которая разрасталась в его груди с каждой минутой.

На балу в честь рождения принцессы альфа обомлел. Он не мог связно мыслить, говорить… Увидел Тэриэнн. Такую красивую, счастливую… В голубом платье, которое выгодно подчеркивало ее физически развитую, но женственную фигуру. Глаза девушки сияли… Ар’риана подстегивали инстинкты — схватить, утащить в спальню и показать, чья она. И наказать… Наказать за годы мучений.

«Жива», — при первом взгляде подумал он и облегченно выдохнул.

Все эти годы он боялся, что она мертва, и со страхом ждал писем Виттору, которые приходили раз в год, в один и тот же день. Остервенело читал и перечитывал после.

Альфа искал девушку, и даже в Айсенланде. Арья тихо смеялась, что он помешался, а потом молчала… В глазах ее читалась жалость… Знать, что где-то есть половина души. И она целует не тебя, обнимает не тебя, живет не с тобой и проводит страстные ночи… с другим. А теперь и вовсе помолвлена.

Его девочка повзрослела. Риан усмехнулся:

— И перестала меня любить. Есть за что.

Снова плеснул янтарной жидкости в бокал и осушил.

Он разводится с Арьей, с ее семьей и приличной долей земли, что сохранял во время брака. Плодородная почва вернется семье герцогини, а стая снова станет пытаться удобрить имеющуюся. Ничего. Это тогда было тяжело со скотом, с сырьем… Сейчас дела обстоят намного лучше. И магия вышла на новый уровень.

Разводы в империи не приветствовались, но имели место быть. Есть несколько причин, по которым можно подать прошение. Ар’риану теперь предстояло только ждать.

Снова бокал наполнился доверху, и не успел оборотень поднести его к губам, как дверь кабинета распахнулась, стукнулась об стену… Влетела разъяренная герцогиня, глаза которой по-волчьи сверкали, вместо ногтей образовались когти.

— Как ты пос-с-смел!!! — Когтями впилась в край столешницы. — Мы договаривались!

— Я не могу ждать, — отчеканил Риан. — И убери руки, иначе придется это сделать мне.

Угрожающе зарычал. Арья не была дурой и сразу же выполнила приказ и выпрямилась. Ее муж не из тех, кто молча сносит обиды… А вот молча сносить головы он умеет мастерски. Талант! И ведь ее не пощадит, раз решился ради этой выскочки на такой шаг. Женщина его понимала. Все же от инстинктов не уйдешь. Ее Фэй был человеком, и она его любила. Сначала просто хотела, а сейчас… Только вот и титул и земли она обожала не меньше. И готова была жить без потомства, пока ее отец не умрет.

Все было обговорено. Всего-то надо было подождать…

— Ар’риан, подумай! Отец не простит этого, и начнется травля.

— Ничего не начнется. Земли перейдут обратно к нему, а ты родишь пару внуков.

Арья оскалилась:

— Ты ведь помнишь, как отец относится к Фэю?

Зейд Каллахен был вожаком стаи Мэдвина. Ему принадлежала земля в Лэнхоме, которую очень хотел Риан. Во-первых, она была плодородной. Во-вторых, обширной. Земля дала стае пропитание и неплохой старт для заработка в столице. Герцог был не слишком богатым, когда пришел на место вожака после своего отца. И договор с Зейдом был удобен и выгоден.

Но Каллахен не признавал полукровок, не признавал слабости. Был жестоким уродом, которого в стае боялись. И когда он узнал, что его дочь встретила пару среди людей, не раз покушался на жизнь Фэя.

— Если нужно будет, я его сам убью, — прошипел Риан, поддаваясь власти волка. — Но развод — единственный шанс вернуть мою женщину.

— Ой ли! — заливисто рассмеялась Арья. — Твою ли? У нее и жених имеется, и жизнь налажена…

— Ты предала меня! — Риан вскочил с кресла, перепрыгнул через стол и впился когтями в шею Арьи. — Позволила ей убежать! — зарычал ей на ухо. — Если бы только ты сказала мне… Тэри была бы здесь.

— Думаешь, каждая женщина мечтает быть подстилкой? — рявкнула волчица. — Очнись, Риан. Ты еще больший ублюдок, чем мой отец. Он хотя бы не скрывает своих помыслов. Говорит все прямо и начистоту. А ты? Знаешь, мне она не нравится, потому что мы в чем-то похожи. Но… — растянула губы в улыбке, — я с удовольствием посмотрю, как она размажет твои яйца по стене и вернется к жениху.

Альфа отпустил ее горло, ранки на котором затянулись. Арья сверкнула глазами и фыркнула:

— Ты привык, что все тебе подчиняются и все дается легко. Она готова была остаться, если бы ты только приласкал. Я! Я дала ей этот шанс на лучшую жизнь. Потому что с тобой она бы сдохла, если не от тоски, то от ревности. До встречи, муженек!

Волчица так же яростно ушла, как и пришла.

Вожак сел на край столешницы и запустил пятерню в волосы. Стягивающий ремешок полетел на пол. Ар’риан взъерошил гриву.

В горле стоял ком, сердце отбивало бешеный ритм.

Потянулся за бутылкой. Усмехнулся.

— Графиня Сеймур… Титул, звания, должность… Это уже не та девочка, которая смотрела мне в рот.

Он найдет к ней подход, доберется до сути, добьется. Она этого достойна. Всегда была… Просто он ее не заслужил.

Истинная пара — это лишь в сопливых романах романтично. А в жизни все иначе. Многое стоит на пути. Особенно у молодого волка, у которого амбиций было больше, чем мозгов.

Допил виски, поставил бутылку на стол и, спрыгнув, направился искать бету. И как только Вит еще не врезал ему… Ведь знал. Тэри рассказала. Как пить дать… Друг обходил тему отношений с сестрой, не желая обсуждать. Защищал, как и прежде…

— Виттор! — рыкнул Ар’риан.

Альфа чувствовал всех по стайной связи и знал, что бета внизу. Риан не любил, когда в его доме кто-то находился. Раньше здесь жили члены стаи. Но после побега Тэри и свадьбы… Вожак всех разогнал. Запирался в ее комнате и часами лежал на подушке, вдыхая еле ощутимый аромат.

— Да? — Бета поднялся на второй этаж и столкнулся с вожаком. — Я слышал про ишвиу.

— Предупреди Тэри, чтобы не бегала в лесах.

Виттор хохотнул:

— Мужик, ее называют «фон» не за красивые глазки. Но информацию донесу.

— Как она? — вырвалось у вожака.

— Прекрасно. Вся в работе. Риан, ты мой альфа и друг. Не вынуждай рваться на части. Я только что снова обрел сестру и буду на ее стороне. Какую бы ни приняла она.

— Истинность нельзя проигнорировать, — отрезал герцог. — Она будет моей. Но сначала я все подготовлю для этого.

Виттор лишь покачал головой:

— Она упертая.

— Я тоже, — просто ответил Риан. — Собери вечером всю стаю на улице.

Бета кивнул.

Дел всегда хватало.

Половина стаи работала на территории, кроме самок и детей, а остальные — в столице.

Нет, женщины тоже привносили свой вклад в клан. Стирали, убирали, готовили, собирали овощи и фрукты, шили.

Герцог вздохнул и перекинулся в волка. Тот желал оказаться рядом с парой, но Риан преодолел дикую тягу и побежал разгонять энергию. Хорошая пробежка всегда осветляет разум и открывает второе дыхание.

Тэриэнн

Следующее утро

— И что мы имеем? — стукнула я по столу. — Четыре обворованных дома, взрыв, два трупа и кучу работников, которые машут передо мной своими талантами и ровным счетом ничего не делают. Полдня прошло, а информации ноль!

Кай откашлялся:

— Фон Эрох, позвольте…

— Докладывайте, Шейл. — Я была зла, голодна и сильно хотелось спать.

— Опись мы произвели.

— У меня перед носом бумаги, Кайрэн. Я заметила, что вы проделали хорошую работу, и буду ее изучать. Но! Сегодня ночью, если преступники будут следовать статистике, то они вновь решат совершить свое жадное дело…

— Понял. Набросать поместья, куда они могут сунуться, — снова проявил активность Шейл.

— Вы меня не поняли. Не набросать, а выявить. И возьмите-ка себе гадалку, провидца и лоботряса.

— Лоботряса? — переспросил Кай, вздергивая густую бровь.

— Эрика. А то сидит тут бледной немощью, аж бесит…

Все начали расходиться. Шептались только:

— Видно, не выспалась совсем…

— Как бы не выкинула нас с работы…

— Стерва…

— Наверное, опять не поела…

Вот прям смотрели в корень!

Из меня преподаватель и руководитель, как из Иво — конюх.

Хотелось прибить всех. Я привыкла работать со своей командой, которую уже выдрессировали. А тут кучка дилетантов, которые якобы…

— Собирайся и пошли! — Гейб влетел в кабинет. — Быстро. Ну, что встала? Ноги в руки — и за мной.

Посмотрела не очень дружелюбно.

— А потом, так и быть, я тебя покормлю. Даже булочку куплю с корицей и плитку шоколада.

— Две. И кофе со сливками.

— Заметано, давай-давай, а то план рухнет… А меня посадят.

Я схватила кинжал.

Напарник ничего не говорил, но бежали мы приличное расстояние. Друг был взбудоражен и явно что-то придумал. Обычно идеи Гейба ничем хорошим не заканчивались.

— В двух словах расскажи…

— Сейчас проедет карета принцессы, на которую я поставил псевдоохранки. Начну стрелять магическими стрелами. Твоя задача — спасти ее высочество. Но лучше, чтобы я попал-таки в кого-нибудь. Для эффекта.

Хлопнула себя по лбу, качая головой.

— Все гениальное — просто! Тебе по-любому выкажут благодарность. Шанс наладить отношения с принцессой.

— Как скоро они должны проехать?

— Я слышал, к полудню.

Начала закипать.

— Так какого ж… ты меня выдернул так рано?!

— Когда ты злая и голодная, в тебе пороха больше. Так что ждем, а потом едим. А то размякнешь, спать захочешь…

Кто бы знал, как мне хочется его сейчас убить. Просто до невозможности.

— Детка, и рот прикрой, а то, не дай бог, птичка залетит и зубы выбьет. Представляешь, какая красота будет неземная? А-а-ай!!!

Не удержалась и врезала Гейбу в глаз. Как нас учили на боевой подготовке.

— За что?!

— За язык и за то, что я свою булочку и шоколадку получу нескоро!

Держать меня на голодном пайке — это в стиле Гейба. Он еще во времена нашей учебы умел наматывать мои нервы на кулак. А как он любил пожрать! Не поесть, не продегустировать, не подкрепиться, а пожрать! И ему было все равно, его это порция или моя.

Мы просидели в засаде до назначенного времени. Вот-вот должна проехать карета. За это время мой кристалл едва успевал проводить звонки. Подчиненные звонили по каждому поводу и спрашивали, спрашивали, спрашивали. Было бы в моем стиле наорать: «Тупые!» Но… Они не виноваты, что у императора чувство юмора хромает на обе ноги.

— Эри, готовься. — Гейб потер ладошки, которые зажглись магией, создавая стрелы.

— Когда-нибудь…

— Ты меня прибьешь. Ты так уже много лет говоришь, — закончил напарник.

Карета остановилась прямо перед нашим местом, к слову, находящимся на крыше здания музея.

Одетта любила историю, да так, что выезжала каждую неделю в выходной день. Правда, я считала, что она встречалась с ухажером. Ну нельзя смотреть на древние вещи с такой регулярностью! Особенно когда в твоих владениях целый дворец. И особенно когда поблизости нет ни единой живой души, а стражник — под убийственной дозой магии влияния.

Принюхалась…

Принцесса, кажется, вылила на себя целый флакон ароматной воды. Точно, конспирация!

Я сбежала с крыши, перепрыгивая выступы. Приземлилась на землю и спряталась за стеной.

— Ох, Дон! — жеманно вздохнула Одетта. — Невыносимо жарко! Пока я брожу среди стеллажей, возьми мне мороженое. Клубничное. Оно подходит к моим волосам.

Логики я не увидела, а ложь почувствовала сразу.

И тут началась игра теней. Точнее, стрел… Одна из них полетела в стражника, который увернулся, доставая меч, и побежал закрывать принцессу. Следующее орудие влепилось ему прямо в лоб, и мужчина просто-напросто свалился наземь, оставив жертву без прикрытия.

Принцесса ахнула и закричала:

— Коэ-э-э-э-э-эль! Нападение!

Что, и принц здесь тоже? А вот это неожиданно!

Из музея выбежал этот смазливый мерзавец. На стражника и внимания не обратил, заозирался.

Нет, принц, нас не учуешь и не поймаешь…

На плечо легла рука напарника.

Одетта кинулась в объятия брата, который лишь брезгливо поморщился:

— Успокойся. Вероятно, решили ограбить, но испугались меня.

Какой, однако, самоуверенный, да и гладит он ее по спине и ниже, не как старший брат…

У меня глаза на лоб полезли. Вот так новость!

— Не здесь же, — оскалилась девушка. — Отцу ничего не будем рассказывать. А то мало ли, вдруг еще парочку стражей приставит.

— Его долбанули парализующим заклятием. Он в отключке пробудет до утра. Так что у нас есть время сходить в музей.

— Ах, милый, я так соскучилась!

— Да я тоже, лепесток. Оди, внутрь. А я разберусь с кучером.

Рука Гейба вытянулась вперед, показывая маленький мигающий синий артефакт в виде шарика.

Повернулась и взглядом показала, что надо валить.

А когда оказались в таверне, нацепили купол тишины, и я громко и заливисто расхохоталась. Гейб широко улыбался.

— Ну ты и жук! Зато информация взрывная!

— Будешь говорить королю?

Кивнула:

— Безусловно, и надеюсь, он пересмотрит свои планы породниться с этой… И меня депортируют обратно!

Я действительно воодушевилась. И на радостях мы с другом налопались так, что хотелось просто лечь и сдохнуть.

— Ты булку обещал и шоколадку.

— Обещанного пять лет ждут, — махнул рукой Гейб. — Значит, связываемся с правителем, доносим информацию и решаем, что делать, по щелчку его пальцев.

— Так точно, — цокнула языком. — А пока у нас есть воры, убийство и взрыв. И это помимо всего.

— Я всегда тебя любил за точное описание проблем и за молниеносную порчу настроения. Вот зачем ты о работе? Знаешь, что говорят у нас, у барсов?

— Ну давай, удиви!

— «Не будешь работать — познакомишься с задницей волка в горячке».

— Ой дура-а-ак! — хлопнула себя по лбу. — И раз уж мы о пятых точках… С кем ты переспал во дворце?

Гейб отвел глаза:

— А можно…

— Нет, — отрезала. — Зная тебя — дамочка глубоко замужем.

— Это младшая сестра императрицы. Пухленькая такая, сочная… Мять — одно удовольствие.

Скривилась:

— Уволь меня от кошачьих подробностей. Самой хочется…

Оборотни издавна считались страстными натурами. И две недели без Иво, а также близость истинной пары заставляли волчицу метаться из угла в угол. Она тоже скучала по ректору и так же хотела познать телесную радость с парой.

— Нет! — рыкнула себе. — Мы сильнее этого. Когда-то давно справились и сейчас не пропадем.

— Да-а, а я не замечал, как тебя трясет от этой рыжей бестии с поганой мордой.

Я промолчала. А что можно ответить на правду? Годы тренировок не прошли даром, и я могу скрывать эмоции внешне, загонять их глубоко… Но именно эти не хотели меня отпускать.

И поэтому встала, отряхнулась от крошек…

— Работать!

Многие думают, что профессия дознавателя — это постоянные бои, противостояния, наслаждение чувством опасности. Да, это так… Но перед всем этим идет нудная, кропотливая работа. И я ее любила. Очень.

И вся моя команда — тоже…

Последний день недели стал для меня выходным. У начальников их в принципе не бывает, потому что всегда должен быть готов и вооружен. Но сегодня я послала весь департамент на четыре веселых буквы и «мягко» попросила не беспокоить.

Я давно не была в Лэнхоме, и мне просто хотелось погулять, зайти в пару музеев, поесть пахлаву, которая, помнится, так и таяла на языке, взрываясь ореховым вкусом.

Гейб также решил, что ему нужно развлечься. И я даже предположила, с кем…

Бешеный ритм жизни несколько меня утомил. Хотя и не такое бывало.

Утро началось с ароматного бодрящего кофе, выпечки из пекарни и свежего выпуска «желтухи».

Писали там всякое-разное и даже сделали заметку, что в городе появилась женщина-вояка со стальными бубенцами. Потешное издание, которое может когда-нибудь нарваться на кулак по своему раздувшемуся эго.

Тишина, трель птиц за окном, гогот подчиненных и лай собак.

Еще вчера я узнала, что Ар’риан целый день пробудет во дворце, а Виттор ждет меня для пробежки в родном лесу.

Сейчас я как раз туда и намыливалась, а потом уже отдых в столице и отчет его величеству.

Вчера мой мозг не мог даже оценить степень мерзости… Брат и сестра — любовники… Такое даже в страшном сне не приснится. Нет, для чистоты крови когда-то сочетались браком кузены, но не родные…

Зевнула. Поднялась в гардеробную, скинула с себя халат.

Подняла с пола грязные носки Гейба. Отнесла и кинула на его постель. Вот что за привычка? Неужели нельзя не разбрасывать?

Натянула брюки болотного цвета, легкую льняную рубаху, собрала волосы в высокий хвост.

Не забыла посмотреться в зеркало и скорчить рожицу.

До территории оборотней Лиссарда я доехала на лошади, которую мне любезно предоставили за пару монет. Не было смысла покупать, так как для постоянного пользования она и не нужна была.

У каменных врат меня встретил брат.

— Добро пожаловать домой, — распахнул он объятия, когда я спрыгнула с Вереска.

Я промолчала, не стала говорить, что это место давно выветрилось из моего сердца.

Мы прошли на территорию. Она была огромной. Ее опоясывала каменная стена, внутри которой образовался собственный городок.

— Я смотрю, жизнь кипит.

Мимо проходили волки, кивали Виттору и жадно рассматривали меня.

— Мы выращиваем фрукты, овощи, пшеницу. Чуть севернее стоит мельница и перемалывает зерновые культуры в муку. Потом это все отправляется на столичный базар, а также по заявкам. У нас постоянная клиентура, в том числе и императорский дворец. Дети, пока родители трудятся на благо стаи, пристроены в местные ясли. Под них выделена хижина. Идем в дом.

— А бег?

— Позже. Неужели не хочешь побывать в своей комнате и вернуться назад в прошлое?

По моему лицу было видно: не хочу.

— То есть у вас все при деле?

— Кто-то работает в городе. Риан не запрещает искать свой путь.

— Отстегивая при этом процент стае.

Вит пожал плечами:

— Риан дал им кров, защиту и принадлежность. Он не обязан кормить приживал. Каждый должен быть полезен.

Около главного дома толпились оборотни. Женщины, мужчины, подростки… Только детей не было. Я насчитала пятьдесят голов. Недовольных, к слову…

— Бета, а не твоя ли это блудная сестра? — выступила вперед одна женщина, в чертах которой я разглядела…

— Улья! — предупреждающе рыкнул Вит.

— Она, значит, шлялась двадцать лет, вы беспокоились, а сейчас…

— Да! Предателю нечего делать на этой земле, — поддакнул женщине какой-то мужчина.

— Прекратить! — рявкнул бета стаи, и все притихли. — Ты как? — повернулся ко мне.

— Ты думаешь, меня волнует мнение кучки бесполезного мяса? — Я растянула губы в улыбке. — У них на лицах написано, что они стадо. Одна корова замычала, и все за ней пошли.

— Я не корова! — взвизгнула Улья. — Тебе здесь не рады, — прошипела она. — Всегда своим жалким видом портила воздух.

Абсурдная ситуация… Та, которая меня обижала когда-то, сейчас пытается сделать то же самое. Не получается, а так хотелось выделиться за мой счет. А время ее подпортило. Улья стала худосочной оборотницей. У рта скопилась еле заметная желтизна.

— Знаешь, отчего у тебя случаются постоянные выкидыши? — прямо спросила у Ульи, которая резко утратила весь запал. — От поганого языка и характера. Боги видят, что такой дряни не стоит доверять детей. И они полностью правы. Предупреждаю всех, — чеканила я слова, — еще одно оскорбление в мою сторону — и будет дуэль. Насмерть.

— Тэри, — выдохнул Виттор, — не говори того, чего не сможешь сделать.

— Брат, не волнуйся. Если нужно будет показательно убить, я это сделаю.

— Мы все — оборотни…

— У меня иная иерархия, и ни за кого, кроме тебя, Вит, я здесь не впрягусь.

— Стерва, — выплюнула другая девушка. — Идемте или вы хотите с ней драться? С женщиной?

— В первую очередь, я — фон Эрох. Делайте выводы.

Некоторые из мужчин стушевались. Званиями так просто не разбрасываются.

«Стадо» разошлось, освобождая проход к дому.

— Не нужно было так с ними. — Вит вздохнул. — Они видели, как я волновался, как Риан сходил с ума, как Арья бесилась из-за равнодушия мужа.

— Я не позволю вытирать об себя свои грязные языки. Прошло время, когда я могла молча терпеть. Хотят говорить — пусть ожидают ответку. А сдачу меня научили давать наотмашь.

Виттор рассмеялся:

— Извини. До сих пор не могу принять тот факт, что ты самодостаточная и сильная.

— Иво тоже периодически забывает, как гонял меня на полигоне и заставлял отрабатывать нормативы, — хмыкнула я. — Покажи мне сначала портрет.

Мы поднялись по лестнице, открыли дверь, и я сглотнула.

Все здесь: каждая вещь, каждая крупица воздуха — наполнено его запахом, его присутствием… Меня словно ударили под дых, но я заставила себя улыбнуться.

— Каково это? — тихо спросил брат.

— Тогда — словно душу выскребли из тела и продолжали вертеть в ране ножом. Сейчас… Инстинкты. Но я умею держать себя в руках, есть вещи важнее первобытной похоти. Даже если боги, создавшие эту связь, так не считают.

— Связи можно сопротивляться… Ты это доказала.

— Расстояние и дисциплина творят чудеса. Только вот детей никогда не будет. Ни у него, ни у меня. Поганая мирская система. — Захотелось сплюнуть. — Проводи меня в комнату. Кажется, она находится… если идти вот по этому коридору… Картину перед выходом посмотрим.

Повернулась и направилась.

— Я помню, как бегала по нему. Чаще плакала… Потому что дети бывают жестокими. Особенно к тем, кто слаб. Хорошо, что родители этого не видят. Мой отъезд их убил бы.

— Я тоже лишился части души. Никто не идеален. И я прикрывался делами, чтобы не проводить время с младшей сестрой. Но мы одной крови. Так было, так есть и так будет.

Признание в любви, не иначе…

Я подошла к нужной двери. Пахло одним лишь альфой.

— Он никого сюда не впускал. Даже Арью.

— Размазня он, Виттор. Не такой мужчина мне нужен. — Толкнула дверь, и на голову обрушились воспоминания.

Одноместная кровать с вязаным пледом и вышитой на нем буквой «Т», занавески… Пыльные, грязные и далеко уже не белые… Подушка на кровати примята, и даже на стуле висит одна из рубах Риана.

— Знаешь, ничего не чувствую здесь, кроме тоски твоего альфы.

— Тебе никогда не хотелось вернуться?

Хмыкнула:

— И стать третьей в этой семейной идиллии? Нет, спасибо. Я, может, и была размазней, но гордость во мне еще осталась.

— Нет. Просто чтобы увидеться… Хотя бы со мной. Тэри, я ведь места не находил себе, из года в год ожидая вести. Чего тебе стоило приехать, назначить встречу?..

Лицо брата резко стало серьезным.

Я подошла к комоду и провела пальцем по вздувшейся деревянной пыльной поверхности.

— Ты не знала, как я себя поведу, так?

— Отчасти, — грустно улыбнулась, хмуря лоб. — Я боялась, что не справлюсь с собой.

— Но сейчас приехала…

— Я не могу идти против воли государя, — повернулась и едко ответила ему. — Если бы не приказ, ноги бы моей не было в Лиссарде. Я отказалась от стаи двадцать лет назад и жалею только о том, что иначе думала про тебя.

— Иди ко мне.

Мне действительно нужны были объятия. Я чуяла, что эта комната стала отголоском души Риана, и на секунду мне стало его жаль. И мне надоело, что мою комнату, хоть и бывшую, превратили в подобие усыпальницы или музея.

Призвала силу, закрыла глаза и стала щелкать пальцами.

Кровать разлетелась вдребезги, за ней стол, комод, стул…

— Тэри, перестань! — зарычал Вит.

Я закончила, когда вся мебель превратилась в щепки. И старый шкаф с моими платьями.

— Хватит ему жить прошлым. Толку от этого ноль.

Вышла с чувством удовлетворения. Словно отомстила за детские обиды.

— Он меня убьет, — прошептал Вит, идя за мной. — Ты ведь знаешь, что Риан не отличается сдержанностью?

— Я тоже. И вряд ли он, лежа на моей постели, думает о феях и цветах. — Я ехидно рассмеялась и поежилась.

— Откуда у тебя такая магия?

— Наследственность. Любой может развить в себе дар, если есть его крупица в крови. Мне было сложнее всего, потому что приходилось работать круглосуточно, чтобы добиться результата. Годы тренировок — и я могу делать разные фокусы.

Говорить о том, что на мне постоянно висит усилитель магии, не стала. Тронула мамин кулон, который уже давно служит мне верой и правдой.

Виттор привел меня к картине. Я там выглядела совсем юной, наивной. Я помню, как рисовали миниатюру, когда мне было пятнадцать. Сидеть пришлось долго.

Вит тогда велел надеть белое платье, распустить волосы и улыбаться так, словно я увидела нечто волшебное. Получилось красиво… Искренний взгляд, прямо сияющий… Блестящая от бликов кожа, и даже волосы сделали несколько иначе…

— Хорошая работа. Ладно, пусть висит. Идем бегать, у меня на сегодня много планов.

Ага, отдохнуть от всех… Хороший план. А потом получить нагоняй от короля. Хотя, может, обойдется…

— Ты могла бы всем тут заправлять.

Рассмеялась над жалкой попыткой брата немного склонить меня в сторону Риана и стаи. Обещал не лезть, но бета в нем сдохнет нескоро. Сам бы встретил пару — посмотрела бы…

— Милый, я невеста архимага, ректора военной академии. Он титулованный, богатый, властный… Чем не идеал?

— Я хотел бы понянчить племянников.

— Найди пару и занимайся своими детьми! — рыкнула я. — Виттор, прекращай или поссоримся.

Мы вышли из дома, и я выругалась.

— Ты сказал, что его тут не будет.

— Да, он собирался отлучиться до вечера, — пробормотал братец.

Улья нагло вешала на уши Риана лапшу, а тот ее смахивал, рыча на истеричную женщину. На меня смотрел голодным взглядом, слово на кусок мяса.

— Знаешь, Вит, перенесем пробежку на другой раз, хорошо?

Поравнялась с альфой и вздернула бровь.

— Ты угрожала стае, — ровно проговорил рыжий.

Сегодня он был одет по-простому. Когда-то мне хотелось запустить руки в его густые волосы, провести пальцем по двухдневной щетине, коснуться выемки на подбородке и поцеловать кончик носа. Сейчас во мне кипело одно желание: сломать его.

— Отстаивала права, — пожала плечами. — У твоих… оборотней слишком распущены языки. Забросил воспитание, раз женщины могут помыкать?

— Альфа! Она заявила, что я теряю детей, потому что боги наказали! — Улья тыкнула в меня пальцем, который я схватила и вывернула.

Женщина опустилась на колени, крича от боли.

— Я предупреждала, — прошипела я. — Еще одно действие против меня — и будете иметь дело с нехорошей моей стороной. Виттор, на связи. И альфа… Рыба гниет с головы. Вот скажи, на кой черт мне сдался такой, как ты?

— Мы поговорим. Скоро, — процедил Риан, глаза которого сверкали бешенством. — Отпусти ее.

— Пусть извинится… Хотя от этой мне бесполезное сотрясание воздуха не нужно. И наведи порядок в моей комнате, я несколько увлеклась.

Отпустила палец Ульи и с гордо поднятой головой пошла к выходу, тогда как Ар’риан побежал в дом, из которого послышался рык.

Отчаянный. Громкий. Надрывный.

И стоит того маленькая грязная комната?

Мужчины, однако, такие странные…