Глава 14. Расследования

— Мы получили окончательные данные по расследованию убийства Варны. — сказал магистр. Я напряглась сразу. — Девушки действительно убили ее и замели следы, как ты и указала. Они это четко помнят и осознают, вот только есть одно но. Их надоумили.

Я нахмурилась. Надоумили — т. е. не просто с кондачка предложили убить девушку как-нибудь, а те сели и придумали план.

— Им внушили эту мысль?

— Именно! — и похвалил и возмутился ректор.

— Т. е. у нас в Академии есть какой-то сильный менталист, который может проникнуть в мозг и подсадить мысль таким образом, что она будет считаться своей?

— Да.

— А как это выяснилось?

— Случайно. Следователь не мог понять причину, заставивушую пойти на такую изощренную игру. Конечно, ставки высоки, но так продумать у них бы, откровенно говоря, мозгов не хватило. К тому же, когда он все время повторял свой вопрос, девушки вели себя одинаково — растерянно и как будто пытаясь что-то вспомнить. Это насторожило магов, и они принялись дотошно изучать ауры и после долгих мучений нашли это влияние.

— Теперь им не грозит смертная казнь?

— Нет, они уйдут в монастырь. Однако позвал я тебя не за этим.

— Чтобы предостеречь от отношений с Сейрегом?

— Эту причину ты назовешь студентам. — отмахнулся ректор. — Я в личные дела и амурные истории не лезу. Я хочу, чтобы ты своим взглядом посмотрела на их ауры. Ты смотришь по-другому, думаешь иначе чем мы. А я не хочу в этих стенах взращивать убийцу.

— Понимаю. — почесала я лоб. Просьба ректора была приятна и понятна. — Когда я могу увидеть их?

— В любой удобный тебе момент.

Я задумалась и прикинула свои дела.

— Давайте часа через три? Куда мне подъехать?

— Скажи мне откуда тебя забрать.

— Вам не понравится. — честно сказала я. Ректор вздернул брови. — Вам очень не понравится. — покачала я головой, однако ректор молчал. Ну что ж, я предупреждала. — Я буду у Тетушки.

— Чьей? — не понял ректор?

— Надеюсь, реально эта женщина ничьей теткой, равно как и матерью не является. — отозвалась я и дала ректору время подумать. Тому хватило пяти секунд. О, какая богатая мимика у магистра! За каких-то несколько мимических движений я узнала все, что он думает о моей выходке. — Да Вы не бойтесь, магистр, — успокоила я его. — я собираюсь, конечно, еще подзаработать, ибо долг отдавать надо, но не так, как Вы подумали.

— Надеюсь. — процедил ректор.

— Если у меня все получится, то Вам даже понравится!

Ректор налился кровью и показал клыки. Странно, не вампир ведь. Я поспешила выскочить за дверь, где рассмеялась. На улице я, не стеснясь, рассказала друзьям о предостережении ректора. Сплетницы, стоявшие рядом, побежали разносить эту новость, а я телепортнулась по известному мне адресу.

Днем сие злачное заведение было закрыто. Внешне ничто не указывало на то, что это притон — вокруг тихие улочки, дома, разве что грязно и воняет. Убив несколько крыс, я громко постучалась. Через минуту дверь мне открыл явный криминальный товарищ. Мелкие шустрые глазенки быстренько пробежались по мне, оценив внешний вид, точнее его стоимость.

— Чего надо? — невежливо спросил он.

— Шоколада. — ответила я, чем ввела товарища в ступор. Ну да, откуда ему про Чуковского знать?

— Не понял. — набычился он и полез за пояс.

Я выкинула руку вперед и магией скрутила горло.

— Где хозяйка?

Мужик показал куда-то рукой. Я повернула его и поддала струей возлуха под зад. Тот, держась за горло и пытаясь вздохнуть поглубже, пошел куда-то. Собственно, далеко мы не ушли. По соседству с залом, где ночами разыгрывалось представление, был кабинет хозяйки. Мужик постучал.

— Войдите. — донеслось из-за двери.

Я подвинула мужика и открыла дверь.

— Благодарю, любезнейший. — улыбнулась я и, отпустив его, закрыла дверь и замагичела ее.

Хозяйка кабинета уставилась на меня. Я же разглядывала ее. Невысокая, худощавая, жестокая. Эта убьет собственноручно и переступит через труп. Надеюсь, помимо ежовой дисциплины у нее еще и мозги имеются.

— Зачем пожаловала? — спросила она меня. — Вряд ли искать работу с такими-то сережками. — с завистью проговорила она — еще бы, на мне шикарные аметисты были! Из последнего поступления ювелира, между прочим. Благодаря нему я обзавелась изумрудами, рубинами и вот недавно у меня появились аметисты. — Явно не купить мальчика или девочку для себя. Выкупить кого пришла?

— Нет, уважаемая, я к Вам с деловым предложением. — села я напротив и сложила руки перед собой, показывая и другие свои цацки. Да, Тетушка, не чета твоей ворованной дешевке. И то и другое я видела, посмотрев магическим зрением.

— Чья ты? — зло спросила она. — Кто послал? Зарежу мразь лично!

— Я, уважаемая, ничьей собственностью не являюсь. — холодно ответила ей я. — Равно как и подстилкой. Однако, ректор Валисандр имеет надо мной некоторую власть.

У тетки глаза расширились.

— Зачем ректору мои девочки? Опыты ставить? Мне не жалко, пусть платит хорошо.

— Ректору они не нужны. — покачала головой я. — Они нужны Вам.

— Я себе новых всегда найду. — огрызнулась тетка.

— Да, пока Вам это позволяется и сходит с рук. Но ведь можно и по-другому.

— Угрожать мне вздумала? Раз магичка, то и сладу на тебя нет? Так я крикну, и тебе быстро личико подправят, а ненужное отрежут.

— О, не сомневаюсь, что Вы лично отрежете мне вот эти четыре пальца, уши и вот эту руку по самый локоть. — и я ненавязчиво показала тетке свои золотые часы. — Но я повторюсь, что пришла с деловым предложением, а не угрозами расправы. Лично я бы хотела заработать на Вашем заведении.

— Оно мне достаточно приносит. — вздернула тетка голову.

— И поэтому Вы носите дешевку, выдавая за натуральные камни, ткань платья из одних лоскутов, а на нормального целителя денег нет. А уж о здоровье Ваших девочек и мальчиков я молчу. Хорошо, если они месяц тут продерживаются. Я же хотела бы Вам предложить идею, которая не только сделает Ваше предприятие прибыльным, но и законным, а также единственным в своем роде. Ну и ваши работники смогут работать годами при должном уходе, разумеется. Но на это у Вас деньги будут, не сомневайтесь.

Тетка думала.

— Что тебе с этого?

— Детей жалко. — честно ответила я. — Вчера смотрела шоу и ужаснулась их состоянию.

— Так это ты их подлатала? — со смесью неверия, восхищения и злости проговорила она.

— Это не имеет значения. — передернула я плечами. — Важно другое — согласитесь Вы или нет? Потому как ежели нет, я пойду к более прозорливой и понятливой.

— Что за дело? — тут же спросила она.

Я улыбнулась и рассказала про идею театра на подобии "Мулен Руж". Девушки и юноши только танцуют, могут приватно, но никакого секса. На это будет запрет. Тетка пошла в отказ, сказав, что ее клиенты приходят именно оприходовать кого-нибудь. На что я возразила, что ее клиенты сейчас одни лишь гнилые проходимцы и отбросы, а будут совершенно другие, состоятельные, ценители красоты, что она будет владелицей не притона смрада, а уникального театра, где ежевечерне будет устраиваться магическое шоу. Женщина пожевала губы. Страх боролся с жадностью. Я пожала плечами и предложила скрепить договор магически. Это перевесило, и мы заключили сделку. Суть была такова: она закрывает свое заведение, я ей нахожу место под театр и готовлю ее ребят, нанимаю целителя, а потом она открывает театр по названием "У тетушки Фло". Услышав цену за билет в дальнем ряду, у нее затряслись руки, так она хотела открыться уже сейчас. Пакостная тетка, если честно, однако, учитывая ее прошлое… От ее чрезмерной жадности и желания загонять детей до смерти, а также устраивать отдельные частные встречи с клиентами я защитилась магической клятвой, за нарушение которой ей будет смерть. И каждого нового сотрудника она тоже будет нанимать через контракт. Та нехотя согласилась. Я прекрасно понимала, что она долго не продержится, но и самой этим заниматься мне было некогда. Заплатив ей за простой заведения и накинув магический замок на весь дом от крыши до подвала, я ушла. Как раз уложившись в означенные три часа, я вышла на улицу, где магистр уже ждал меня. Тот внимательно осмотрел меня всю, успокоился и взял под руку. Когда мы переместились к первой бывшей сокурснице, я обозначила проблему помещения. Ректор сильно удивился, однако обещал мне в кратчайший срок дать несколько адресов.

Первая по списку была Лоринда — боевичка, убившая Варну. Увидев меня, она лишь удивилась. Я же поразилась вымотанному виду девушки — бледная, поблекшая, какая-то тускалая, как будто жизнь ушла из нее. Видимо, допросы, расспросы и магическое вмешательство сделали свое дело — девушке уже как будто все равно было, что с ней будут делать. Рядом стоявшая мать всхлипывала в платочек, отец сурово сжимал подлокотники кресла. Рядом сидел маг, обнаруживший вмешательство.

— Что мне делать? — спросила я ректора.

— Посмотри, что за вмешательство увидишь ты.

Я закусила губу и подошла к бывшей сокурснице. Да, она убила, но и ее мне было жаль. Я села перед ней на колени, положила руку поверх ее холодной кисти и, чуть улыбнувшись, доверительно сказала:

— Прости, я буду очень осторожна.

Та вздрогнула, но кивнула. Слезы покатились из ее глаз, и она по-простому шмыгнула. Я так и держала ее руки, пристально всматриваясь в ее глаза, погружаясь магическим зрением в ее мозг. Закрыв глаза для лучшей концентрации, я сосредоточилась только на ментальных потоках. Они были изрядно потрепаны предыдущими вмешательствами и перепутаны. Аккуратно разматывая эти нити, словно закрученные узлы, я просматривала структуру, особое внимание уделяя узлам связей. Наконец после долгих мучений я нашла то, о чем говорил ректор. Действительно, эти узлы немного отличались от предыдущих — т. е. они вроде как естественными были, но в то же время и навязанными поверх. Я постаралась максимально близко, точно и подробно рассматривать это соединение. Что-то в нем мне не давало покоя, что-то было не так, но что? Такими же подозрительными выглядели и другие смежные узлы. Я вышла из сознания девушки и задумалась.

— Полина, что скажешь? — через какое-то время спросил меня ректор.

— Мне не нравятся эти узлы. — высказала я свою точку зрения. — Но чтобы понять, почему, мне нужно сравнить. Нужны аналогичные случаи.

— Поместить мысль об убийстве? — встрял маг.

— Зачем? — искренне недоумевала я. — Достаточно просто кого-то заставить захотеть что-то сделать. Желательно родственника — все-таки при явной наследственности потоки вряд ли будут сильно отличаться.

— Я готова! — тут же вскочила мать. Я перевела взгляд на ректора, тот пожал плечами.

— Господин маг, Вы умеете? — спросила я мужчину. Тот кивнул и подошел к женщине. — Ей надо внушить какую-нибудь мысль, которая противоречит ее естественным чувствам и мыслям.

Мужчина задумался, а потом подошел к женщине и, положив пальцы на ее виски, уставился ей в глаза. Та неотрывно смотрела. В течение минуты ничего не происходило, я лишь наблюдала за потоками. А потом глаза женщины расширились в неверии. Спустя еще полминуты она успокоилась, и маг ее отпустил.

— Что Вы хотите? — спросила я женщину.

— Мне очень хочется подмести пол и вымыть посуду. — уверенно сказала она.

Я заулыбалась — для богатой леди это точно неестественное желание. Подойдя к ней, я принялась изучать ее узлы со веушенной мыслью. Глубоко копать не пришлось, ибо в прошлое мне не приходилось отправляться. Я присмотрелась к узлам — завязаны они были по-другому, да и кончики были какими-то ершистыми, как секущиеся концы у волос. И они топорщились.

— Исполните свое желание. — проговорила я.

— Что? Да как Вы смеете? — вскочил муж.

— Господин барон, — охладил маг его пыл. — идет следственный эксперимент, результат которого будет влиять на приговор Вашей дочери. Смею напомнить, что если бы я не заметил вмешательства такого рода, то Ваша дочь бы уже была мертва по приговору суда. Имейте терпение.

Барон попыхтел, но сел. Меж тем, баронесса деловито вскочила на ноги и отправилась мыть посуду под присмотром ректора. Я же осталась ждать. Через полчаса они вернулись. Ректор чуть ухмылялся, женщина же была явно довольна произошедшим. Я снова погрузилась в ее ментальные потоки. Ага, кончики уже не топорщились, они просто лежали поверх ее основных собственных потоков. Я вышла из ее головы и потерла лоб. Догадка у меня была, но надо было проверить.

— Барон, не согласитесь ли Вы поучаствовать?

— Я не стану мыть посуду! — взревел он.

— Этого и не потребуется. У Вас будет другое задание.

— Тогда ладно. — пожевал мужчина губами.

Я же подошла к магу и шепнула ему на ухо кое-что. Тот удивился, но улыбнулся понимающе и подсел к отцу Лоринды. Он повторил свои действия, мы же наблюдали такую же реакцию, что и у его жены, только ускоренную. Когда маг закончил, то барон практически тут же громко чихнул и снял ботинки, с удовольствием пошевелив пальцами ног. Я же успела пронаблюдать кончики узлов — они были втянутыми в основные потоки. Барон удивленно посмотрел на себя, затем на нас, а потом резко покраснел и принялся наскоро обуваться. Мне же стало все понятно. Моя догадка была верна.

— Полина? — позвал меня ректор.

— Да, я все поняла. — сказала я.

— И? — подалась баронесса вперед.

Я покосилась на ректора — имею ли я право озвучивать им это? Конечно, речь об их дочери, но я не судья и даже не имею права участвовать в расследовании. А тут, исходя из моего слова, будет вынесен приговор. Убийце, но…

— Госпожа, — прервал маг мои рассуждения. — Вы привлечены мною, как сторонний маг, независимый специалист. — вот тут я вздернула брови — конкретно сейчас, когда я считаюсь официальной любовницей Сейрега, я не могу считаться независимым специалистом.

— Боюсь, я не имею права высказывать свои домыслы. — твердо ответила я.

— Почему? — искренне уживился мужчина. — Я видел, как Вы работали, у меня нет никаких нареканий или сомнений в обратном.

— Я не имею права называться независимым экспертом. — сделала я ударение на предпоследнем слове. — Уже некоторое время я являюсь любовницей принца Сейрега. А поскольку дело касается его предыдущей убитой любовницы, то мое мнение не будет судом учитываться как непредвзятое и неизаинтересованное.

Мои слова очень сильно удивили присутствующих. Барон удивился моей откровенности — леди о таком молчат, баронесса покраснела, а Лоринда грустно улыбнулась, как будто принимая поражение. Маг кашлянул и тоже чуть покраснел.

— Кхм, — прочистил горло маг, — это признание, конечно, с одной стороны, делает Вам честь, как специалисту, а с другой, в данной ситуации это не играет особой роли, т. к., повторюсь, Вы никаких показаний не давали, а все действия с подсудимой были под моим полным контролем. Так что Вы можете высказать свое мнение.

Я почесала нос и взглянула на несчастную семью. Ну раз так…

— Я считаю, что воздействие было оказано во сне. Лоринда спала, когда эту мысль ей внушили. Я пришла к такому мнению, основываясь на внешнем виде узлов мысли. Когда Вы баронессе внушали противоречащую ее естеству мысль, кончики топорщились. У барона же, выполнившего действие, не противоречащее его желанию, они были слегка втянуты в его естественные потоки. У Лоринды же они полностью втянуты. Поскольку мысль попала на благодатную почву — она хотела заполучить место любовницы принца практически любой ценой — но девушка была все же законопослушной, то тот, кто внушил ей эту идею, действовал в момент, когда мозг не сопротивляется воздействию, т. е. когда обладатель спит. Поэтому навязанный узел плотно сидит в ее потоках и выглядит родным, как будто это ее собственная мысль и идея.

— Т. е. она не виновата? — с надеждой спросила мать.

Я повернулась к ней и горестно вздохнула. Что ж, мать есть мать, я ее понимаю.

— Идея была навязана, госпожа баронесса. — повторила я. — Но Лоринда не возражала. Она не ужаснулась, а приняла идею, как данность, согласилась с ней. Она не противоречила ее внутренним чувствам. Вы помыли посуду, но не хотели. Барон снял ботинки, он хотел этого, но сдерживался. А Лоринда хотела избавиться от соперницы.

Фразу "и сделала это" я не стала озвучивать. Но она и так висела в воздухе, абсолютно понятная.

— Есть вероятность, что, если бы не эта навязанная идея, то она бы не…сделала этого? — глухо спросил барон.

Я развела руками.

— Я не знаю. — честно ответила я. — Это зависит от характера. На что бы пошла Лоринда? Просто выдрать клок волос в пылу драки и расцарапать лицо, чтобы принц бросил Варну? Подсыпать ей в еду какую-нибудь гадость, чтобы это как-нибудь отразилось на ней? В моем мире говорят "чужая душа — потемки". Лично я не думаю, что и сама Лоринда точно знает. Одно дело продумать план, а другое — реально воплотить его в жизнь. Не убийце тяжело убивать, когда это не самозащита. Это мое мнение. Что решит суд, я не знаю.

— Спасибо, госпожа. — барон поцеловал мне руку.

Ректор попрощался со всеми, и мы вышли.

— Хочу напиться. — мрачно заключила я.

Ректор молча взял меня за руку, и мы телепортировались в какую-то таверну. Официант услужливо отвел нас в дальний угол, и мы с магистром сделали заказ. Молчали мы весь вечер. Я хлебала что-то похожее на коньяк, сняв предварительно антипохмельное заклинание. Да, такое всегда было на мне. По природе я очень невосприимчива к алкоголю, и мой организм отторгает его в любом виде. Поэтому еще летом, когда я только начала мутить коктейли, я озаботилась "противоядием" и могла потреблять любой алкоголь в практически любом количестве без таких последствий как отравление или похмелье.

Вернулась я домой пьяная и в плохом настроении. А все потому, что не представляла себе как вычислить гада, что подставил девочек. Ректор, по-видимому, думал о том же.

Включив дома свет, я увидела пьющего принца. Нормально! А как он вошел? Почему охранка не сработала?

— Я сломал твои чары, извини. — вместо приветствия сказал мне принц. — Я в очень плохом настроении. Сорвался.

— А ты почему? — я села рядом с ним на пол. Умный товарищ — помнит про кресла.

— Ты была права. — сказал он, опорожнив бутылку до конца. — Этот урод хотел новую любовницу, и для нее готовил дорогой подарок — дом в очень красивой местности. Территории бы на графство хватило. Мразь. А ведь у него жена есть и дети.

Я молча похлопала вампира по колену. А что тут скажешь? И выпила с ним. Вкусненько, и градус приятный.

— А ты где была?

Как-то требовательно, как будто я чем-то обязана ему… Но я решила не заморачиваться и рассказать все Сейрегу — в конце концов его это напрямую касается. Принц слушал молча, только хмурнел. Выругавшись, он с размаху разбил бутылку и зарылся руками в волосы. Я все также молчала.

Внезапно я почувствовала, как воздух вокруг принца изменился. Не поняла, это что за намеки в его пьяной голове проснулись? Повернув голову, я увидела в глазах то самое желание — сблизиться с тем, кто чувствует то же самое еще больше. Э, нет, дорогой товарищ, к сексу по пьяной дружбе я не готова. Нам с тобой потом еще общаться. Поэтому я сделала вид, что ничего не заметила, и встала.

— Иди спать. — только и сказала я, указав на телепортационный проем. — Завтра учебный день. Охранки я сделаю. Хрен теперь сломаешь.

Принц усмехнулся, но настаивать не стал. И на этом спасибо.

Когда тот ушел, я восстановила все охранки, хотя ужесточать их не стала — все же не мои друзья очень вряд ли ко мне будут ломиться — ректор запретил приближаться к моему дому во избежании несанкционированных попоек.

Через несколько дней ректор вызвал меня к себе и сообщил, что подруги Лоринды — Туния и Чаисса — тоже были "с подарочком". Поэтому суд учел этот аспект и отправил их по монастырям замаливать грехи. Верили в этом мире в Прасоздателя, разница была лишь в половой принадлежности — у кого-это это была Праматерь, у кого-то Праотец. И монастыри были женскими и мужскими. Условия не домашние, но и не тюрьма, хотя уйти оттуда нельзя — дисциплина и охрана были жесткими. Я, как та золотая рыбка, ничего не ответила. Но лишь усердно начала думать, как вычислить этого умельца-менталиста. То, что он или она учится на синем факультете, было ясно как божий день — таким даром нужно учиться обладать, чтобы он не убил. Параллельно с чем-то он, конечно, может быть, да и был наверняка, но вот доминировал точно. Вот только кто? И если ректор, знающий способности всех своих студентов, его не распознал, как быть мне?