Глава 2

Из двух зол можно выбирать, только если оба зла не выбрали тебя.

Я бежала, не оглядываясь, перепрыгивая на ходу мелкие и не очень препятствия в виде коряг, сухих веток и непонятно откуда взявшихся в лесу камней, а в перерывах между пыхтением и ругательствами думала о том, что у меня очередное дежавю. Круглый валун, отдаленно напоминавший череп, треснул под ногой и, издав мерзкий звук, разлетелся ошметками красно-белой глины. Воспоминания нахлынули ударной волной, едва не сбив с выбранного темпа. Попав в этот мир, я точно так же неслась в непонятном направлении, не помня саму себя от страха. Только вместо леса была пустошь, а вместо древесного мусора и глиняных муляжей – настоящие камни и останки погибших попаданок-невест. Таких же идиоток, как я, которые повелись на уловки призрачного кота и переступили сквозь невидимую грань портала. Очередной шмат горной породы, маскирующийся под булыжник, смачно чавкнул, оставив следы на моей заскользившей по нему туфле. Не упала я только чудом, пролетев еще пару метров буквально по инерции. С трудом сохранив равновесие, повыше подхватила пышную юбку изрядно потрепанного платья и рванула прочь. Ведь топот за спиной и громкое повизгивание огромной чешуйчатой твари – отличный стимул для того, чтобы не тормозить по пустякам. Тогда, на равнине, прозванной «кладбищем невест», за мной тоже гнались подобные существа, а я, как и сейчас, била спринтерские рекорды в крайне неудобном для этих целей платье – белом с длинным шлейфом! В прошлый раз забег от маануков сорвал мою свадьбу, в этот – был близок к тому, чтобы сорвать день рождения.

А ведь все так хорошо начиналось… Утро, завтрак и два могущественных мага, готовых исполнить любую мою прихоть. Размечталась! Прихоть они, конечно, исполнили… в честь праздника, так сказать. Но каким именно образом! Я всего-то попросила немного поучить меня самообороне, как было обещано. Вот и училась теперь… выживанию в экстремальных условиях! Одна радость, что бегущий сзади ящер слишком крупный для лесных троп и недостаточно поворотливый, чтоб протиснуться между тех деревьев и кустов, через которые удавалось проскользнуть мне. Зато эта туша массой берет, а я… а меня… а, да пропади оно все пропадом! Достало!

Первой мыслью было – рухнуть прямо тут и, зажмурившись, ждать, что будет дальше. Очень уж ценна моя шкурка для одного из проклятых магов, а для другого важен растущий в моем чреве плод. Так что эти «гениальные тренеры» убить меня маануку точно не позволят, но потрепать как следует вполне могут дать. Воображение тут же подкинуло картинку, как не успевший вовремя остановиться ящер наступает на мое распластанное по земле тело и… Дальше думать не хотелось, зато снова подмывало бежать. А потом возникло страстное желание влезть куда повыше и, обхватив руками и ногами ствол, плюнуть сверху как на тупую башку чешуйчатого преследователя, так и на не менее тупую – его повелителя. Это ж надо было такое придумать! Увеличить мою скорость и выносливость за счет введения в игру нового участника – маанука, местного аналога динозавра.

– У-у-у, хитрый, мерзкий, белобрысый гад! – шипела я, карабкаясь на дерево. Хотя, если честно, у меня этот изверг, призвавший ящера поучаствовать в нашем забеге, больше ассоциировался не со змеем, а с лисом. Хитрым, изворотливым и белым… Да, тем самым, арктическим, который если уж приходит, то все… кранты!

«И второй не лучше, – продолжала я возмущаться уже мысленно, ибо на то, чтобы произносить слова вслух, просто не было сил. – Нет чтоб остановить балаган, а он мало того, что оградил защитной сетью „полигон“, так еще и похожих на черепушки „камушков“ насоздавал. Тоже мне… кудесник-авангардист! Гад зелен… гм… зеленопатлый, что ли? А-а-а, просто гад! Оба гады… Ну или другие какие-то мерзкие твари, причем как в прямом, так и в переносном смысле! Ибо ни стыда у обоих, ни совести».

Подошвы мягких туфель, больше похожих на балетки, скользили по грубой коре, ветки царапали руки, пышная юбка, порванная в нескольких местах, путалась в ногах и мешала двигаться, а растрепанные волосы закрывали обзор. Сдувая с глаз непокорные пряди, я упорно лезла вверх, сопела, пыхтела и продолжала костерить про себя своих… Хм… даже не знаю, кем они мне приходятся, учитывая тот безумный комок кровно-магических уз, что успел связать нас троих за эти несколько дней. Моих мучителей, вот! Воистину подходящее слово. Маанук же как нельзя кстати застрял в колючих зарослях какого-то чересчур прилипчивого куста, потому и не мешал мне штурмовать дерево. Странно, что эта ходячая махина в чешуйчатой броне не смела несчастную растительность своей массой. А может, причиной временной заминки в преследовании был телепатический приказ его незримого хозяина? Наверняка.

– Пф… все! – выдохнула, забравшись с ногами на толстую ветвь, берущую начало чуть выше середины ствола. Прикинула расстояние до земли и покрепче вцепилась в свой «насест». – Теперь не достанут, – добавила, думая как о ящере, так и об обоих магах. – То есть достанут, но не сразу, – исправилась, прижавшись спиной к шершавой коре спасительного дерева, с которого чуть не свалилась, услышав сверху одобрительное «кар-р-р».

Подняла голову, встретилась взглядом с зеленоглазым вороном и снова вздохнула, на этот раз тоскливо. Однажды эта меняющая размеры птичка спасла мне жизнь в зачарованном городе, сейчас же она, по всей видимости, выполняла роль наблюдателя, отправленного на дело моим вторым учителем-мучителем, тем, который зеленопатлый. Каас – как звали ворона – был одним из двух посланников Сэн. Второй же – черный кот с зелеными глазами – в гонке с препятствиями, вероятно, не участвовал. Хотя кто знает этих дивных зверушек, способных менять не только размеры, но и плотность. Может, завис где-нибудь в кустах в образе полупрозрачного фантома и тоже наслаждается представлением под названием «Загнать именинницу».

Пока я предавалась размышлениям, сидя на дереве, маанук вырвался из цепких объятий лианоподобной растительности и, радостно подпрыгивая, поскакал ко мне. Дерево задрожало. В такт шагов ящера ветка, приютившая меня, стала мерно сотрясаться, и я, сидевшая на ней, проникшись общим настроением, принялась непроизвольно подлетать.

– Ки-и-и-ир! – взвыла, понимая, что еще немного – и просто рухну вниз с высоты четырех-пяти метров, не меньше.

Черт, вот уж правду говорят, что у страха глаза велики! Как только залезть так высоко успела, да еще и в платье? Покосившись на подол, мысленно исправилась – в бывшем платье. Ибо костюм оборванки, собранный из черно-серо-непонятного оттенка лоскутов, мало походил на тот чудесный наряд цвета вороньего крыла, что Кир-Кули мне недавно сшил. Вернее, собрал из кусков материи с помощью принятой у них здесь технологии сращивания тканей. Естественно, магического сращивания! Чудный мир, дивный мир… И почему я не радуюсь, что в него угодила?

Обдумать это самое «почему» возможности не представилось, ибо с облюбованного места я все-таки рухнула, причем аккурат на голову радостно скалившемуся маануку. Совсем еще малышу, как поведал мне белокожий маг. Метра четыре с гаком «крошка», с большой плоской головой, покрытой скользкой чешуей. Вот по ней-то я и прокатилась, когда ящер рефлекторно склонил шею и мотнул башкой, скидывая живую ношу.

– Ки-и-и-и… – Вопль мой быстро перешел в визг, от которого зазвенело в ушах. На букву «р» в конце имени чокнутого мага просто не хватало сил, зато на истошное «и-и-и» – очень даже.

– Да тут я, тут, айка, – легко поймав меня на руки, сказал тот самый маг.

– …ир! – Проглотив последние буквы своего вдохновенного вопля, я закрыла рот.

Где именно мужчина прятался до этого момента – история умалчивает. Наверняка заклинанием отвода глаз прикрылся и спокойненько следовал за нами, любуясь деяниями рук своих. Р-р-р! Именно этот тип превратил обещанное им занятие по самообороне в такой вот бодрый кросс наперегонки с маануком. Ящер стоял в шаге от нас и, по-собачьи виляя длинным хвостом, преданно смотрел на своего хозяина. Подчинять животных для аше-аров, которым и являлся мой белокожий спаситель – он же мучитель-учитель номер раз, – было делом обычным, как, к примеру, для нас, цивилизованных землян, чистить зубы по утрам или ходить в магазин.

– Признаться, твое восхождение на это дерево меня весьма… м-м-м… впечатлило, – с легкой улыбкой сказал Кир-Кули.

– Ты псих! – ответила я, как только сердце перестало выпрыгивать из груди, а сбивающееся на хрипы дыхание позволило выговорить хоть что-то.

– Я знаю, принцесса. Ты мне часто об этом напоминаешь. – Улыбка мужчины стала шире, и между белыми как мел губами мелькнули острые иглы клыков.

Вот так всегда: то я для него айка, то принцесса… и ни разу Зоя. Мое имя он упорно не желал произносить, предпочитая звать по-своему. Я, устав спорить, смирилась, учитывая, что айка в мире, откуда был родом аше-ар, – тот же котенок, только длинноухий, а принцесса – ну-у… просто ассоциация, возникшая у него, когда он счел меня слишком нежной и беспомощной для этой жуткой планеты.

– Ты маньяк! – добавила, покрепче вцепившись в его плечи. Потом подумала и мертвой хваткой обняла мага за шею, чтобы, не приведи боги, не решил отправить меня тренироваться по второму кругу. Еще один такой забег мое изрядно побитое и поцарапанное тело вряд ли выдержит. Хотя… Если эта творческая личность придумает парочку чешуйчатых стимулов, есть шанс, что второе дыхание откроется даже у такой бледной немочи, как я. Ну или я просто сдохну, чем сорву обоим магам их далеко идущие планы.

О! Вариант!

– Маньяк? – Кир-Кули насмешливо фыркнул мне в волосы. – Это что-то новенькое и забавное. Да! Я псих, маньяк и твой личный телохранитель…

– …который чуть не убил меня пару минут назад… лично! – закончила за него. – И это все, несмотря на мою беременность. Да ты в своем уме, братец? – Я начала заводиться, но держалась за него по-прежнему крепко.

– Беременности твоей, сестрица, – произнес мужчина нарочито спокойным тоном, выделив интонацией обращение, – как, впрочем, и тебе самой будет куда лучше, если в случае опасности ты сможешь пусть не защитить себя, но хотя бы убежать и забраться на дерево, как сделала это только что.

«Братом крови» и «сестрой крови», как мы порой называли друг друга, к родственным связям никакого отношения не имело, а вот к магическим – очень даже.

– Согласна, – проворчала я, уткнувшись носом в его шею. Немного поерзала, устраиваясь поудобней, с тайной целью выпачкать и этого умника в безупречно-белой одежде. А что? Пусть маленькая, но все же месть. – Помню-помню, что ты говорил о моем интересном во всех смыслах положении. – Избавиться от необычного плода раньше срока можно было только через собственную смерть, так что экспериментировать на заданную тему мне не хотелось. А вот Кир-Кули, похоже, решил-таки проверить все опытным путем, раз заставил меня бегать по лесу, да еще и в день рождения! – Но дело не в этом. Неужели нельзя было начать с чего-нибудь… попроще, что ли? Зачем ты устроил цирк с маануком? Скучно стало? Решил повеселиться, издеваясь надо мной?! – Я поджала губы, испытав неприятный укол обиды.

– Э-э, – судя по выражению белого лица, мужчину моя фраза озадачила, – ты же сама попросила, – сказал наконец он.

– Урок самообор-р-роны! – прорычала, начиная раздражаться, и недобро так покосилась на острое белое ухо с кучей вдетых в него мелких колец. Жуть как цапнуть хотелось! Не смущало даже то, что этот аше-ар – убийца со стажем, маг с высшим уровнем силы и просто мужчина, по сравнению с которым я смотрелась, как мелкий задохлик. Адреналин, знаете ли, страш-ш-шная вещь!

– Так это и была разминка перед уроком, – невозмутимо ответил Кир-Кули, игнорируя мои кровожадные взгляды. – Сейчас вот пойдем и…

– Что?! – Я округлила глаза. – Нет уж! Хватит с меня и разминки, – заявила решительно и, опустив голову ему на грудь, все-таки цапнула… не за ухо, конечно, а за ворот белоснежной рубашки, на которой уже кое-где отпечатались серо-бурые разводы от моего «боевого» наряда. – Изгадил мне весь праздник, – проворчала себе под нос, покачиваясь в сильных руках белокожего мужчины, который легко нес меня по лесу к берегу озера. Там в метре над поверхностью воды временно парил шарту, его летающий дом. Детеныш маанука, отслужив свою службу, припустил в противоположную от нас сторону, вероятно, получив на то ментальный приказ хозяина.

– Не обижайся, – примирительно проговорил Кир-Кули, – у меня для тебя есть сюрприз.

– А-а, – «глубокомысленно» выдала я и обреченно вздохнула, понимая, что погорячилась. То, что здесь творилось ранее, – только «цветочки». А «ягодки» этот псих, видимо, приберег на десерт. Кстати, о еде… – Кир?

– Что?

– А шашлык у нас сегодня будет? Ты обещал вчера…

– Будет приготовленное на костре мясо с приправами. Уж не знаю, насколько это соответствует твоему шашли… шаш… короче, тому блюду, о котором ты говорила. Но, надеюсь, тебе понравится.

– Это и есть сюрприз? – чуть отстранившись, чтобы посмотреть ему в глаза, спросила я.

– Нет. Это просто еда.

Просто… Кабы хоть что-то с этим белокожим «демоном» было просто!

Еда появилась спустя пять минут после того, как аше-ар донес меня до берега, усадил на обломок старого дерева, заправил за уши пряди растрепанных волос, аккуратно огладил подол порванного платья… После чего с очаровательной улыбкой сказал:

– Смотри и учись, принцесса!

Я вся подобралась, сцепила в замок пальцы и, сглотнув, уставилась на пушистого зверька темно-лилового окраса, который, выбравшись из зарослей высокой травы, подергал четырьмя длинными ушками, прислушиваясь, а потом прилежно засеменил к белому магу. Вернее, к небольшому пеньку, возле которого тот стоял. Кир-Кули не без удовольствия достал из ножен длинный изогнутый кинжал и, клыкасто улыбнувшись, подмигнул мне.

– Как думаешь, одного нам хватит для приготовления праздничного обеда на природе? А, айка? – Я сглотнула опять, и вовсе не от предвкушения сытного блюда. Блондин же продолжал рассуждать, как бы невзначай водя заточенным до блеска лезвием над покорным животным-самоубийцей, добровольно положившим голову на тот самый пень. – Или еще парочку вызвать? Тут где-то целое семейство барусков шастало.

– К-кир, – выдавила, заикаясь. Аппетит скончался, как говориться, на подходе. – А может, обойдемся чем-нибудь… не мясным? Грибочки там пойдем пособираем, ягодки, а? Или пусть лучше твой шарту нам поесть приготовит. – При таком раскладе я хотя бы не знаю, из чего и как он это делает, зато сервировка и вкус у блюд, которыми нас уже кормил «живой» дом, весьма приятные. – Я, конечно, понимаю, что в процессе обезглавливания несчастного «кролика» есть на что посмотреть, но… Чему ты собираешься меня научить при этом?

– Как чему? – Аше-ар вперил взор в мою скромную персону, как фанатичный препод в глупую студентку, не желающую вникать в суть его предмета. – Как правильно убить, обескровить, освежевать, отделить мясо от костей, нашинковать его, приправить и запечь так, чтобы не сгорело. Уверен, ты ничего подобного не умеешь, «девочка, выращенная во дворце», – хмыкнул он, вспомнив определение, которое дал мне при второй нашей встрече. – А если жизнь заставит и меня рядом не окажется…

– А давай ты окажешься рядом, а? – Я встала, полная решимости прервать этот кулинарный ужастик.

Сначала тренировка, больше похожая на дрессировку, теперь живая еда, готовая сама прыгнуть под нож… Фееричный девятнадцатый день рождения у меня! И что дальше по программе? Сюрприз, да? Может, лучше сразу пойти в озере утопиться, чтобы не окочуриться от ожидания? Хотя… кто ж мне позволит!

– Айка, это тоже урок, – сказал мужчина, подвинув застывшую в позе смертника лиловую тушку носком мягкого полусапожка. – Я же о тебе забочусь.

– Тогда перенеси свою заботу на завтра, пожалуйста. А сейчас мне надо искупаться, – я демонстративно соскребла ногтем грязь с коленки, торчащей в неровном разрезе платья, – причесаться, – дернула себя за спутанную прядь волос, с которых посыпались обрывки листьев и какой-то древесной шелухи, – и переодеться! Только вот не знаю – во что? Ты случайно еще одно платье мне ночью не сделал? – спросила гораздо мягче, даже с некоторой долей заискивания. А потом решила – наглеть так наглеть – и продолжила: – Я была бы безумно рада такому подарку на свой день рождения. А еще больше порадовалась бы штанам и рубашке. А…

– Держи. – Голос, раздавшийся за моей спиной, заставил вздрогнуть. Сэн, как и его посланники, умел передвигаться совершенно бесшумно. Вот и сейчас маг подошел сзади, а я даже не заметила его присутствия.

На корягу, где я только что сидела, опустилась его большая дорожная сумка. Он расстегнул ее и предложил мне самой достать то, что лежало внутри. Там был комплект одежды и – о чудо! – ботинки! Небольшие, мягкие, с крепкими шнурками и квадратными каблуками сантиметра два высотой.

– Ух ты-ы-ы! – только и смогла выдохнуть я и запустила руки в недра предложенной сумы. – Это мне?! Спасибо! Но откуда? – бормотала, разбирая новые вещи.

– Из города, – коротко ответил мужчина. Его темные волосы в лучах местной звезды Мелирис отливали зеленью, этот же цвет главенствовал сейчас в чуть прищуренных глазах.

– Хочешь сказать, что взял вещи с собой, когда пошел нас искать? – Я оторвалась от разглядывания кожаной жилетки с кучей застежек и парой карманов.

– Не вас, – он сделал паузу, выразительно посмотрев на Кир-Кули, который стоял напротив и, казалось, любовался тем, как свет играет на гладкой поверхности его кинжала, – тебя, Зоя.

– Значит, походный комплект одежды для сейлин собрал. Интересно, зачем? – Маг сверкнул голубыми, как само небо, глазами из-под неровной челки и хитро ухмыльнулся. – А вообще… дай сам угадаю! Собирался ломать комедию и дальше, убеждая девочку в том, что гай Светлоликий и наместник Сэн – разные личности? – Слушая его, я замерла, на время позабыв о подаренных шмотках. – А что?! Отличный план, – продолжал разглагольствовать мой братец крови. – Освободил пленницу из лап своей лучезарной ипостаси – герой! А это подразумевает благодарность и доверие спасенной к своему избавителю. Препроводил бы ее потом в какое-нибудь безопасное место за пределами города и жили б вы там с ней долго и счастливо… ближайшие девять месяцев. После чего остались бы сущие пустяки: прикопать под кустом мертвое тело разродившейся девчонки, забрать новорожденного и отправиться на все четыре стороны. Так? Или я упустил какие-нибудь детали? – поинтересовался он, насмешливо выгнув пепельного цвета бровь.

Я так и сидела, сжимая в руках несчастную жилетку. В голове сам собой стал складываться пазл, характеризующий хозяина зачарованного города, для которого этот самый город был вынужденной тюрьмой, а моя беременность – путевкой на свободу. Так вот почему гай Светлоликий так высокомерно вел себя со мной! А Сэн… хм… эта маска темноволосого мага была ко мне благосклонна, если не сказать заботлива. В меру, конечно. Видимо, чтоб не вызвать подозрений излишней добротой. Ну-ну, кукловод чертов, актер погорелого театра… точнее заколдованного!

– Нравится? – отвлек меня от мрачных мыслей брюнет, кивнув на жилет. – Я заказывал все у лучшего портного, тебе должно быть впору. – Затем он обернулся к моему братцу крови и с не менее хищной, чем у того, улыбкой – хотя у Сэн клыков не было – сказал: – По себе судишь, эйсард? Ты бы наверняка именно так и поступил на моем месте.

Я тоже посмотрела на блондина, а он, пожав плечами, развел руки в стороны и честно ответил:

– Почему бы и нет, сильнейший? – Потом подумал и исправился: – Хотя я бы нашел подход к девушке куда быстрее. Регулярное общение с противоположным полом дает, знаешь ли, свои преимущества, – не без ехидства пояснил он. – А многолетнее воздержание приводит к полному непониманию женщин. Не зря же айка от происшествия в карете мало что запомнила…

– Так. С меня хватит! – оборвала его я, резко вскочив на ноги. Вытащив из сумки всю одежду вместе с ботинками и одарив мрачным взглядом сначала Сэн, а потом и Кира, проговорила: – В озере никакие монстры не водятся? Хочу смыть с себя пот и грязь после тренировки.

– В озере много всего водится, а в купальне для тебя уже подогрета вода.

Ну надо же! И это предусмотрел, лис-с-с… хотя приятно, конечно, чего уж говорить.

– У тебя есть купальня? – не столько удивилась, сколько спросила для того, чтоб хоть что-то спросить и окончательно увести разговор от щекотливых тем.

Исследовать все помещения серебристо-белого шарту, парящего над гладью водоема, у меня пока времени не было. Да и не очень-то это прилично – ломиться в закрытые комнаты чужого дома. К тому же жилища, тасовавшего двери по усмотрению хозяина и меняющего планировку в зависимости от его же желания. Сегодня купальня тут, завтра в конце коридора, послезавтра и коридора не будет – не здание, а замок ужасов! Особенно если вспомнить, что в нем обитают коврики, поглощающие остатки еды, и мебель, умеющая обниматься. Бр-р-р, куда я попала, а?

– И купальня есть, и многое другое, – уклончиво ответил блондин и, с сожалением взглянув на оставшийся «голодным» клинок, убрал его обратно в ножны. – Оружейная, к примеру. Как приведешь себя в порядок, покажу. – От этой информации я загорелась предвкушением. – Там как раз и хранится обещанный тебе сюрприз. – А после такого дополнения насторожилась. Тренировка, занятие по кулинарии… Сюрприз в оружейной, значит? И что там: пыточная установка, что ли? Для того чтобы обучить такую слабую меня переносить боль… А что? Вполне в духе Кира: то наряжает меня как куклу и ласково волосы перебирает, то вынуждает бегать кросс по лесу и лазить по деревьям. – Не надо кукситься, принцесса, – щелкнув меня по носу, сказал мужчина. – У тебя же сегодня праздник, наслаждайся!

– Я-то наслаждаюсь, – покивала в ответ, стараясь не прижимать к себе стопку чистой одежды, чтоб не испачкать. – Знал бы ты как! – пробормотала, обходя по длинной дуге Сэн, присевшего на корягу рядом с полупустой сумкой.

Взгляд его я чувствовала спиной, но оглянуться не решилась. Более того, ускорила шаг, идя следом за блондином к воде, на которую, отделившись от шарту, уже опустилась небольшая платформа, призванная доставить нас на порог летающего дома. Наместник, Светлоликий, сильнейший… этот бессмертный колдун меня пугал и завораживал одновременно. И все же из двух зол я выбрала меньшее – то есть Кир-Кули. Он хоть и такая же сволочь, как его временный компаньон, но… С Киром мы связаны в жизни и смерти, и его волнует моя целостность и сохранность как своя собственная, Сэн же нужен только наш с ним ребенок. И вовсе не из-за отцовских инстинктов.

Хозяин дома, как и обещал, отвел меня в увитую цветами белую комнату с встроенным в пол круглым бассейном, ограниченным с двух сторон невысокими, но довольно широкими бортиками, на которых я заметила несколько флаконов из темного стекла. Указав мне на пару из них, аше-ар убрал остальные на стеллаж у стены, сказав, что их содержимое не для женщин. Потом выдал белое полотенце размером с простыню и отошел к двери, едва не наступив при этом на прошмыгнувшего внутрь кота. Развернувшись, он попытался поймать Тааса, однако тот спрятался за меня и принялся, мурлыча, тереться о мои ноги. Кир-Кули нахмурился, а я примирительно улыбнулась и, погладив посланника Сэн, попросила:

– Пусть останется, вдвоем веселее будет купаться.

Кот фыркнул, явно не согласный с тем, что купаться мы будем вдвоем, а белолицый маг вкрадчиво так произнес, глядя мне в глаза:

– Вторым может быть и не он. Спинку тебе этот мохнатый проныра не потрет, а я…

– С-с-спасибо, Кир, не надо, – прошипела, выразительно поглядывая на дверь. Мужчина не сдвинулся с места, я всплеснула руками и с какой-то обреченностью взвыла: – Да не смущай ты меня, а? Уйди уже!

На этот раз блондин не стал упираться. Странно улыбнувшись, он едва заметно кивнул и вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. Мы же с Таасом переглянулись и… занялись каждый своим делом. Кот вальяжно разлегся на одном из полукруглых бортов, а я, присев на другой, принялась потихоньку стягивать с себя опостылевшие лохмотья. Полностью обнажаться, конечно, не собиралась, ведь зеленоглазый зверь – посланник Сэн, его «глаза и уши», и как именно он передает информацию своему господину – неизвестно. Вдруг картинку телепатически транслирует? И хотя маг уже не раз видел меня в костюме Евы, радовать его очередной картинкой в стиле ню желания не было.

Оборвав неровные лоскуты, бывшие недавно пышной юбкой, попробовала разобрать пальцами свои спутанные лохмы. Не скажу, что сильно спешила. Оставшись одна, то есть почти одна, почувствовала себя невероятно вымотанной. Тело ныло от чрезмерной нагрузки, которую правильней было бы называть перегрузкой, а в голове теснились, сбивая друг друга, разные мысли. Разные, да… но все на одну тему, вернее на две. А еще точнее, о двух «динозаврах» в человеческой… или человекоподобной шкуре. Их возраст, измеряемый тысячелетиями, вводил меня в состояние, близкое к прострации. Потому, наверное, я старалась о нем не думать. Ведь тех, кого видела перед собой, сложно было назвать ходячими древностями.

Кир-Кули выглядел лет на тридцать, максимум на тридцать три, Сэн же, если не брать в расчет его некоторую неопрятность, я бы дала не больше сорока. А уж в помытом, побритом и подстриженном виде – и того меньше. Странный оттенок волос брюнета и нереальный – кожи блондина – все это лишь добавляло им чуждости, непохожести на привычных мне людей. Они казались персонажами из сказки, из очень страшной и жестокой сказки, которая сцапала меня в свои жадные лапы прямо у свадебного алтаря. Так что принять к сведению прожитые годы магов и накопленный за них опыт я вполне могла, а вот осмыслить все это – выходило с трудом. Да и стоило ли мучиться? «Динозавры» – они и есть динозавры: хитрые, хищные, расчетливые, корыстные. И раз уж мне предстоит жить с ними бок о бок как минимум до рождения моего первенца, что ж… постараюсь принимать их такими, какие есть. Тем более выбор не велик. Моим мнением в нашем вынужденном трио интересуются в последнюю очередь. Если вообще интересуются.

Они сильные, всезнающие «ферзи», просчитывающие многоходовые комбинации на поле затеянной ими игры. Я же… маленькая пешка, единственным козырем которой является трехдневная беременность, о которой свидетельствует странный рисунок у меня на спине, похожий на черно-белую татуировку. И пока этот козырь со мной, защита и комфорт мне гарантированы, чем в общем-то и пользуюсь.

Сижу вот, болтаю босыми ногами в теплом бассейне, по поверхности которого плавают крупные листья с сиреневыми цветами, напоминавшими лилии, и думаю, думаю, думаю… Мозг в отличие от мышц явно не устал в процессе утренней тренировки. Раздевшись до нижнего белья, верхнюю часть которого заменил ободранный лиф платья, медленно, чтоб не обрызгать Тааса, сползла в неглубокую купальню и, приняв полулежачее положение, блаженно прикрыла глаза. Спасибо блондину, угодил: и температура кристально чистой воды в бассейне, и нежный аромат, исходивший от «лилий», оказались выше всяких похвал. Желание дальше обдумывать ситуацию, в которой нахожусь, пропало, его вытеснили нахлынувшие воспоминания, полные судьбоносных образов и картин.

Кир-Кули… или, если произносить его имя с расшифровкой, Кир из рода Кули. Наемник из белокожей расы аше-аров. Расы, о которой я практически ничего не знаю – если не считать того, что слово «аше-ар» жители Неронга используют в качестве ругательства, такого, как у нас «черт» или «демон». Впрочем, и про самого мага мне известно немного. Этот белолицый тип с пышной шапкой коротких на макушке волос, бритыми висками и длинным хвостом на затылке был первым инопланетянином – хотя применительно к здешней реальности, скорее, иномирянином, – которого мне посчастливилось встретить после памятного появления на «кладбище невест». Если бы не блондин, я бы погибла от клыков маануков или стала жертвой других аше-аров, в чьи обязанности вменялась охрана зачарованного города от любых визитеров. Особенно от таких, как я: в свадебном наряде, но не венчанных, а заодно и от природы лишенных любых магических талантов.

Пустышка, сосуд, марионетка… Расходный материал, который должен был послужить благой цели – снятию проклятия с Неронга. Ха! Трижды ха-ха! На деле-то и проклятия не было, лишь складная «лапша» на уши тысячелетних горожан, застрявших в магическом плену вместе со своим повелителем.

Мне не понравился этот странный город, когда я под ропот собравшейся толпы вошла на его территорию. Он напоминал гнилую конфету в красивой обертке. Его жители – нарядные, молодые, приветливые – вызывали странную неприязнь, а у детей были совсем не детские глаза. Город живых мертвецов, жаждущих свободы за чужой счет. И нет чтобы радоваться вечной молодости, так им ко всему прочему подавай еще и прогулки в другие миры. Противно.

А уж про уготованную мне в этом балагане роль сейлин вообще молчу! И хотела бы отказаться, да разве кто спрашивал? Ведь только добравшись до заветных ворот, я могла выжить. Смерть или свободная вакансия местной избранной… думаю, выбор понятен? А Кир-Кули – белокожий всадник на крылатом ящере – дал мне шанс на выживание, пропустив на второй уровень закадровой игры – той, которую, как впоследствии выяснилось, затеяли они с Сэн.

Сэн… или, если вспомнить про вторую ипостась темноволосого мага, гай Светлоликий – хозяин запертого под магическим куполом города-острова, бессмертное существо, на которое нашли управу его же бывшие соратники. Того, кого нельзя убить, но, как оказалось, вполне можно пленить. Пытаясь вырваться из ловушки, Сэн сначала вызвал какую-то непонятную аномалию, сделавшую возможным открытие спонтанных порталов в другие миры, а потом заключил и некий тайный договор с эйсардом, предводителем аше-аров, охранявших Неронг от посторонних. В результате первой я угодила в этот мир, а в результате второго – добралась до городских ворот живой и относительно невредимой. Хотя за невредимость стоило сказать большое спасибо Эвану…

Вспомнив о последнем, я невольно всхлипнула. Нет, слезы не потекли ручьями по щекам, лишь тупая боль, неприятная и тягучая, заворочалась где-то в груди. Наверное, именно так ноет душа, оплакивая потерю близких. Принц – а Эван был именно принцем, если отца его, Светлолкикого, можно считать королем Неронга – встретил меня в горах, обработал раны, накормил, одел и… препроводил в руки своего сая – наместника по имени Сэн. Ни я, ни Эван тогда не знали, что этот мрачный маг и гай Светлоликий – две стороны одной медали. Мне довелось услышать истину вчера, а Эвану…

Одинокая слеза все-таки скатилась из-под моих ресниц. Парень так и не узнал правды. Он погиб от стрел аше-аров, пытаясь вызволить меня из плена. Якобы плена! На деле мне практически ничего не угрожало под защитой эйсарда, но принц же этого не знал. Как сейчас помнила то ужасное утро, когда Кир-Кули одним быстрым ударом отсек кудрявую голову парня, к кому я успела так сильно привязаться за эти дни. Потом аше-ар сказал, что столь радикальным образом он якобы избавил Эвана от мучительной и позорной смерти из-за отравленных стрел, не имеющих противоядия.

И я поверила. Как не поверить в благие намерения мужчины, с которым из-за наших ритуальных заморочек мне теперь придется жить долго-долго… если выживу при родах, конечно. Чем только я не связана отныне с этим блондином! Желая заполучить будущий источник энергии в лице сейлин – а значит, в моем, – он мало того что провел обряд Эо, гарантируя мне тем самым выживание – ведь если умру я, умрет и он, – так этот чертов маг еще и рабское клеймо на мою грудь поставил под предлогом необходимой части ритуала. Хитрый белый лис… умный, изворотливый, беспринципный и целеустремленный. Этот пойдет по трупам… Нет, не так! Этот идет по трупам к намеченной цели. И он ее получит. Вернее, уже получил: и меня, и все связанные с моей новой сущностью сейлин проблемы. Он счастлив, развлекается.

Сэн же, напротив, после вчерашнего разбора полетов молчалив, задумчив и хмур. Он и его посланники тоже несколько раз спасали мне жизнь, и с этим чародеем мы тоже связаны ритуалом… Ритуалом, в результате которого я беременна, а он относительно свободен от Неронга. Зато накрепко привязан ко мне, точнее, к тому комку клеток, что зреет в моем чреве. Ребенок с душой древнего – это пропуск гая Светлоликого в другие миры. Главное, держать малыша при себе, и можно перемещаться куда захочется. Для меня же этот странный плод – потенциальный будущий убийца. И, несмотря на обещание Кир-Кули, что я выживу, все равно страшно. А еще как-то мерзко и тоскливо оттого, что через девять месяцев мне придется отдать младенца Сэн, помахать им ручкой и остаться в полном распоряжении Кира в качестве энергетической кормушки.

Оба мага – такие удивительные и невероятные, сильные и виртуозные, жестокие и расчетливые… И для обоих я лишь инструмент для достижения желаемого. В этом мире ко мне по-человечески относился лишь Эван. Милый и добрый принц, мечта любой девушки. Но… нет его больше, увы. И с этим придется смириться.