Глава 22

* * *

— Два пончика с лесными ягодами, горячий шоколад и доппио, — проговариваю с улыбкой. — С собой, пожалуйста.

Девушка за прилавком старается быстро выполнить заказ, потому что за мной собирается приличная очередь. «Мармелад» стал популярным заведением за считанные месяцы с момента открытия. Здесь действительно вкусно и что немаловажно — всегда приветливый персонал.

Терпеливо жду и расплачиваюсь картой, после чего выхожу на морозную улицу. С трудом перебирая ногами, направляюсь в офис. Сегодня на мне высокие сапожки на каблуках, а асфальт сплошь покрыт тонкой коркой льда.

У нас с Натаном есть помощница, но я никогда не гоняю её по личным просьбам. Впрочем, чего греха таить — я люблю оставить рабочее место и прогуляться, чтобы подышать воздухом и заодно освежить голову.

Поднимаясь в лифте на нужный этаж, проверяю телефон. Ноль сообщений и уведомлений. Когда я вижу пустой экран, то даже успокаиваюсь. Паша не пишет, а значит что никакой встречи в пятницу не будет. Что же. Это к лучшему, ведь я весь день волнуюсь и не нахожу себе места с момента пробуждения.

— Лариса, Натан Давидович у себя? — спрашиваю, расстёгивая верхнюю одежду и оставляя её на вешалке.

Смотрю в зеркало, поправляю волосы. Щёки раскраснелись, а грудная клетка часто вздымается.

— Да, у себя. Вот только в его кабинете до сих пор находится Никонов. Тот, что из гоструда.

— О, чёрт. Сколько он там сидит?

— Вот уже два часа, — вздыхает помощница.

Оставив кофе у Ларисы, я тихо стучу в дверь и с разрешения мужа прохожу в кабинет. Едва я делаю это, как кожей ощущаю исходящие волны негатива, которые поднимает господин Никонов.

Он лысоват, полноват. Возрастом чуть старше нас. И я не знаю, чего он хочет, потому что ходит к нам в офис как к себе домой и торчит тут часами. Быть может, взятки. Возможно, правды или извинений.

Для «Евростроя» жизненно важно как можно скорее продолжить стройку замороженного объекта. Тем более, уже доказано, что групповой несчастный случай произошёл по вине работников, которые находились в состоянии алкогольного опьянения в тот злосчастный день.

Мы не подделывали справки, не платили медработникам. Действовали максимально честно.

Один из мужчин выписался и уже неделю находится дома. Со вторым ситуация чуть хуже, но он хотя бы пришёл в сознание и самостоятельно передвигается, пусть пока и с помощью костылей.

— О, Иван Георгиевич! — лучезарно улыбаюсь Никонову. — Добрый вечер!

— Не такой уж добрый, Владислава Сергеевна. Но здравствуйте.

— Я могу предложить вам чай или кофе? — участливо спрашиваю.

— Не отказался бы от чая.

Строгое лицо мужчины становится каплю приветливее. Натан же не скрывает заинтересованного взгляда и цепко осматривает меня с головы и до ног, словно мы утром не виделись.

— А пончики хотите? — спрашиваю мужчину. — С лесными ягодами и глазурью. Вы, наверное, проголодались?

— Был бы благодарен. Честно говоря да, голоден.

С сочувствием смотрю на Никонова, говорю о том, что у него адски сложная работа. За такой труд ему полагается, как минимум, огромная премия.

Мужчина расправляет плечи и с нетерпением ждёт, пока я заварю чай и сбегаю в приемную за купленными пончиками для нас с мужем.

Когда я выкладываю их на тарелку, желудок настойчиво урчит, а из груди рвётся грустный вздох. Ничего страшного — купим ещё. Лишь бы как можно скорее отделаться от навязчивого сотрудника гоструда.

Я возвращаюсь в кабинет и сажусь напротив Ивана Георгиевича. Он становится гораздо сговорчивее и мягче. Просто душка! Не перебивая, выслушиваю претензии по поводу наших минусов, не забывая при этом согласно кивать и качать головой. Зависит от ситуации.

В конце концов, выясняется, что да, для того чтобы Никонов поставил одну несчастную, но очень важную подпись, ему нужна некая благодарность. Из кабинета мужа мужчина выходит сытым и почти счастливым человеком.

— Выглядишь отвратительно, — заявляю Натану, запирая дверь на замок.

— Спасибо, я в курсе, — ухмыляется он. — А вот ты была неподражаема.

— В следующий раз будешь знать, что на подобные переговоры нужно приглашать и меня.

Я складываю руки на груди и чуть склоняю голову набок. Никонов — настоящий энергетический вампир. Мне хватило пятнадцати минут общения, чтобы почувствовать упадок сил. Я даже не представляю как Левицкий выдержал с ним два часа.

— Кстати, помимо того, что мы снова стали беднее — Никонов съел наши пончики.

— Вот блядь, — с усмешкой ругается муж.

Он расслабляется, откидывается на спинку кресла и отъезжает от рабочего стола. Жестом подзывает меня к себе.

Я иду медленно, соблазняя. Покачиваю бёдрами, расстёгиваю верхние пуговички на рубашке. Всю неделю Натан был жутко занят — с утра и до вечера в офисе. Мне приходилось уезжать домой без него и порой засыпать в одиночку. Он сам просил, потому что жалел меня.

Откидываю волосы за плечи, приближаюсь. Муж открыто и увлечённо меня рассматривает, отчего внутри моментально вспыхивает возбуждение.

Закрыв шторы, я разворачиваюсь к мужу и продолжаю обнажать грудь в тонком телесном бюстгальтере. Соски чувствительные, твёрдые. Нетерпеливо трутся о ткань.

Подойдя совсем близко, я опускаюсь на колени и смотрю в тёмные затуманенные глаза Натана. Сердцебиение ускоряется, а по венам проходит кипяток.

— Как насчёт правила: никогда не трахаться посреди рабочего дня? — изумлённо выгибает бровь муж.

Было такое. Правда было. Это правило мы создали после того, как нас чуть не застукали в кабинете. Кажется, это была Лариса. С тех пор секс в офисе — табу. Мы позволяем себе расслабиться лишь тогда, когда точно остаемся здесь один на один. Но сейчас я остро чувствую, что Натану нужно. И, судя по выпирающему бугру в штанах, я полностью права.

— Правила созданы, чтобы их нарушать. Разве нет? — спрашиваю тихо.

Расстёгиваю пряжку ремня и тяну вниз молнию. Натан рвано дышит и смотрит на меня порочным взглядом.

— Да, хуй с ними, — согласно кивает муж. — Не будь исключений — правила были бы невыполнимы.

Он опускает ладонь на мой затылок и этим же жестом просит продолжить. Нат слегка надавливает до тех пор, пока я не наклоняюсь ниже и не облизываю головку. Обожаю, когда он так делает — подчиняет и доминирует. И я целиком нахожусь в его власти, включаясь в игру.

Услышав сдавленный стон Натана, заряжаюсь уверенностью и действую смелее. Ему нужно, очень нужно. Точно, как и мне. Хочется получить разрядку после сложной рабочей недели таким вот примитивным способом.

Обхватываю член губами и скольжу ниже. Вбираю его настолько глубоко насколько могу — до тех пор, пока головка не упирается в заднюю стенку горла.

— Рукой приласкай, — хрипло произносит Натан.

Я выпускаю влажный от слюны член изо рта и обхватываю его ладонью. Сжимаю сильнее, двигаюсь быстрее. Под кожей накапливается мощный и неконтролируемый жар. Он жгучей лавой прокатывается от макушки до пят и концентрируется внизу живота.

Поднимаю голову, дрожу. Смотрю Натану в глаза и чувствую, как сильно его хочу. До такой степени, что приходится свести колени.

Как только муж просит прекратить, я поднимаюсь на ноги и ложусь животом на рабочий стол. Натан задирает мою юбку до самой талии и опускает вниз колготки и бельё. Он трогает влажные складочки, вводит в меня два пальца и почти тут же вторгается членом. Ахаю, отрываюсь от земли и лечу.

— Тише, моя девочка, тише, — шепчет Натан, толкаясь в меня бёдрами. — Мы в офисе, помнишь же?

— Д-да.

— Люблю тебя. А ты меня?

Толчок, затем ещё один. Муж трахает меня быстро и яростно. Не останавливаясь и не послабляя темп. И сейчас я точно знаю, что ни в моих мыслях, ни в его — никого кроме нас больше нет.

— Люблю. Безумно люблю, — отвечаю тут же.

Натан кончает одновременно со мной. Делает финальные движения, легонько шлёпает по ягодицам и наклоняется, чтобы поцеловать в губы. Я не сразу вспоминаю как нужно дышать — расслабленная, опустошенная. Отвечаю нежно, чувственно. Оргазм был настолько изматывающим, что я понятия не имею как дальше работать.

Из кабинета выхожу, когда полностью привожу себя в порядок. Забираю верхнюю одежду и благодарю Ларису за то, что она присмотрела за кофейными напитками, которые давно остыли.

Вздрагиваю, едва на телефон приходит сообщение от Скорикова. Хочу прочитать его, но меня отвлекает помощница:

— Владислава Сергеевна, наш юрист приглашает весь коллектив в боулинг!

— Правда? Не знала.

— Да, он буквально под вечер попросил меня всем передать.

Утром мы поздравили Матвея Леонидовича с именинами. Вручили ему торт, шампанское и пухлый конверт с премией. Накануне я распечатала грамоту с благодарностями вместо открытки. Юрист растерялся. Он, должно быть, не планировал столь масштабно отмечать с коллективом.

— Сейчас спрошу у Натана, — отвечаю Ларисе.

Возвращаюсь в кабинет, заставляю мужа оторваться от ноутбука.

— Юрист зовёт в боулинг. Идём или у тебя были планы?

— Да, давай пойдём. Почему нет?

Согласно киваю, закрываю дверь. Несколько минут смотрю на дисплей, где висит непрочитанное сообщение от Паши. Недолго думая, смахиваю его влево и не читаю до конца. Он начал с приветствия, а что было дальше — для меня загадка. Возможно, позже отвечу, если придумаю причину. В данный момент я выбираю то, что для меня по-настоящему важно. И это точно не Скориков.

— Лариса, мы тоже идём в боулинг, — сообщаю помощнице.

— Чудесно, — радуется женщина и окликает меня почти у самого выхода. — Владислава Сергеевна, кажется, у вас пошла «стрелка» на колготках.

Краснею от стыда и ощущаю, что пульс начинает стучать чаще.

— Спасибо, ничего страшного. По дороге куплю новые.