29

После бурных ласк Ярик уснул. Хоть он и говорил, что никуда не отпустит меня, и даже запер дверь, которая не открывается без ключа, но я все равно уйду. Пока он спал, я осторожно сняла его руку с моей талии и подняла с пола одежду. В ванной комнате оделась и вышла в коридор. Пришлось проверить карманы Яра в поисках ключей, и в одном из них действительно их нашла.

Бросила взгляд на спящего парня и грустно улыбнулась. Не исключено, что я вижу его в последний раз. Снова набежали слезы. Но не время рыдать и проявлять слабость. Мне необходимо вернуться домой, чтобы не вызвать гнев и подозрений отца. Прикрыла дверь в комнату, чтобы Ярик не проснулся, когда щелкнет замок, и отперла дверь. Ключи вернула на место, а входную дверь просто прикрыла так, чтобы не было заметно, что она открыта.

Уже в подъезде вызвала такси и уехала домой. Едва переступила порог дома, как подъехала чёрная машина отца. Сердце ухнуло в пятки — боже, чуть не опоздала. Если бы вернулась на пять минут позже, вопросов и наказания было бы не избежать.

— Добрый вечер, — сказал он мне, когда вошёл в гостиную.

Я сидела на диване, делая вид, что ищу передачу на плазме, подперев подбородок рукой. Надеюсь, скучающий вид мне удалось отыграть отлично, хотя ещё минуту назад я остервенело снимала кроссовки и куртку.

— Добрый вечер, — подняла я взгляд на него.

Сразу в душу закрались недобрые подозрения. Если отец со мной поздоровался, значит, ему что-то от меня нужно. Просто так он на меня даже не взглянет.

— Была в больнице у Юлии? — спросил он, ослабив галстук, и налил из графина воды в стакан.

Значит, он продолжает слежку за мной. Даже с учётом, что я передвигаюсь пока на такси, он знает, где я была. Игра очень опасна, Ярик. Жаль, что ты до конца этого не осознаёшь. Мы бегаем по лезвию ножа…

— Да, — ответила я, стараясь тщательно скрыть волнение. — Хотела проведать, как она.

— И как она? — продолжил спрашивать отец

— Получше, — пожала я плечами. — Ей поставили капельницы. Кровотечение остановили. Ребёнок умер, если тебя интересует это.

Отец хмыкнул. Сыграть роль, будто его в самом деле интересует состояние жены, до которого он сам её же и довёл, у него не вышло.

— Понятно, — сказал он абсолютно равнодушно. Ему совсем не жаль. От этой мысли в горле зачесалось от вновь подступающих слез. Как можно быть таким бездушным иродом?! — Что рассказали врачам? И полиции.

Так вот, что его волновало больше всего! Конечно, репутация превыше всего. Его интересует, сдали ли мы его ли нет. И придётся ли снова кого-то за это избивать.

— Не волнуйся, пап, — ответила я, переборов слезы. — Мы сказали, что Юля упала с лестницы. Тебя не упоминали.

Он вдруг подошёл ближе и резко ухватил меня за горло. Заглянул в глаза. Меня сразу же заполнил до краёв страх. Ну, что я опять не так сделала? Господи, как же я его боюсь! Как же я его ненавижу! Ярик сказал, что с удовольствием бы пристрелил его. Да я и сама уже готова это сделать — пойти на грех, на душегубство. Хотя в данном случае — это спасение мира от страшной и бесчеловечной твари.

— Уверена, что ни ты, ни твоя мачеха не сказали ничего лишнего? — прошипел он мне в лицо, обжигая кожу мерзким дыханием.

— Пап, — дрожащими пальцами я вцепилась в его руку. — Мы все сказали, как тебе нужно. Правда.

Он отпустил меня. Машинально провела рукой по шее там, где все ещё осталось ощущение крепкого захвата. Как же это страшно….

— Вот и умницы. Наказывать вас снова не очень хочется.

Я промолчала и опустила глаза в пол. Кажется, на этот раз нас обеих пронесло. Но что будет дальше? Что будет, когда не пронесёт, как Юлию вчера?

— Почему на учёбу не ездила? — спросил он лениво, заглядывая в холодильник в поисках еды.

— У меня нос разбит, — ответила я.

— А, — поднял он вверх брови. Только что не засмеялся. — Точно. Посиди пока дома, недельку. Я тебе сделаю справку.

— Спасибо, пап.

Как благородно, черт возьми! Конечно, он не хочет, чтобы я в таком виде появлялась на людях. Всем сразу в голову придёт, что меня избивает отец. А ему этого, конечно же, не надо. Это подмочит репутацию.

Репутация.

Самое ценное для моего отца. Как бы это использовать против него? Есть у меня одна идея. Но страшно. Если ничего не выйдет, я — труп. Живой труп, закопанный в лесу.

— Раз этот щенок ушёл наконец из моего дома, тебя снова будет возить в университет водитель.

Ещё больше контроля. Теперь я точно не смогу никуда уехать, только в университет и обратно. Петля на шее затягивается все уже. Я кивнула в ответ, показывая, что слышу. Всё равно моё мнение тут мало будет учитываться.

— В пятницу привезут платье, туфли, всякую прочую лабуду. Оденешься красиво, у нас будут гости.

— Кто? — спросила я, боясь услышать ответ.

— Сергей вернулся из штатов. Хочет тебя увидеть. Обсудим последние приготовления к свадьбе.

Фу. Мерзость. А я вот его видеть совершенно не хочу. Платье уже куплено и висит на манекене в одной из комнат. Я выбирала его без энтузиазма, хоть и стоило оно очень дорого. На свадьбу "мой жених" не скупился, но легче мне от этого не становится… Эта роскошь мне не нужна, я к ней не привыкла. И Сергей мне не нужен. Мне нужен Ярик. Но, видно, не дано нам быть вместе…

— Хорошо, пап, я поняла, — ответила я, больше не сдерживая слез. Просто не смогла.

— Не рыдай, — грубо одернул он меня. — Тем более при Прокопове. Всё было оговорено давным-давно. Ты знала, что это твоё будущее.

— Да, пап, я постараюсь, — хлюпнула в ответ носом.

Довольный моим ответом, он ушёл в свой кабинет.

* * *

Все дни до пятницы я ходила как в воду опущенная. Сидела в четырёх стенах, и меня это угнетало. Я не могла даже в университет съездить. Какая-никакая, но все же прогулка и проветривание мозгов. Уже просто начинала сходить с ума и бродила из угла в угол. Голова пухла от поисков решения, но за все пять дней я его так и не нашла.

Наступил четверг. Уже завтра свидание с Сергеем, а через неделю свадьба. Ситуация казалась безнадёжной. А если отец решил позволить своему другу воспользоваться мной уже сейчас, до ЗАГСа? Иначе к чему это свидание… Всё равно всё давно решено. Я очень боялась этого… Но повлиять на ситуацию я не могу.

Юлия спустя несколько дней вернулась домой и после непродолжительных раздумий приняла решение выйти на работу. Ей, конечно, было сложно смотреть на счастливые лица беременных или узнавших о беременности, а кроме того она переживала вместе с теми, кто ребёнка потерял — так же, как и она. Но Юля любит свою работу, и она отвлекает её от грустных мыслей. Как она сказала, ей становится легче, когда видит, что помогла очередной мамочке сохранить беременность, а значит, сделала мир чуточку лучше.

Вечером, когда отец, как обычно, закрылся в своём кабинете, я подошла к Юлии. Она пила чай, поглядывая в телевизор на стене кухни.

— Добрый вечер, — сказала я ей.

— Привет, — ответила она и указала на соседний стул. — Садись, попьём чаю.

Я присела рядом. Никак не решалась завести разговор о своей проблеме. Но сейчас мне нужна её компетенция как специалиста. Больше я не знаю к кому обратиться. Она налила в чашку ароматного зелёного чая и подвинула ближе ко мне.

— Сахар положить?

— Да.

— Один кубик, два?

— Два, — отвечала я на автомате.

Очень волновалась. Вообще-то, зелёный чай я пью без сахара.

— Нинуша, ты бледная такая, — вгляделась она в моё лицо. — Что-то случилось?

— Скажите, а можно попросить вас… Осмотреть меня? — решилась я задать вопрос. — Просто мне нужен гинеколог, наверное… А я ни разу не была. Вам как-то больше доверяю.

— Конечно, можно, — кивнула она и ещё более внимательно уставилась на меня. Но задавать вопросы прямо в доме мудро не стала. — Приходи завтра, часов в одиннадцать. У меня там окно, и все обсудим.

* * *

Спала плохо. Всё боялась того, что скажет мне мама Ярика. Кажется, проблем у нас всех может стать больше… Но пока я в этом не уверена, потому что слишком мало имею в этом опыта. Но страхи так и не давали мне уснуть до рассвета.

Утром ходила по дому как разбитая. Ничем не могла себя занять. Ярик звонил, но я не брала трубку и не отвечала на смс. Всё читала и снова рыдала над его сообщениями. Заблокировать его рука не поднялась.

Вот опять вибрирует телефон. Сообщение в социальной сети.

Ярик.

"Я люблю тебя, заучка. Я буду любить тебя, что бы ни случилось. Даже если ты меня бросила. Всё равно люблю /сердечки /".

Отложила телефон и разрыдалась. Господи, ну за что так больно?! Ну почему так все сложилось? Лучше бы он не заметил меня. Не было бы наших сладких ночей, которые я вспоминаю и трепещу, горю изнутри, словно ощущая наяву его касания и ласки, не было бы этих нежных поцелуев и признаний в любви. И не было бы так всё больно… Но время вспять оборачивать я не умею.

Да, Ярик. Я тебя бросила. Чтобы ты мог жить спокойно. Без меня. А я… Как-нибудь справлюсь. Наверное…

Уже половина одиннадцатого. Мне пора ехать к Юлии. Утерла слезы и стала собираться. Я впервые иду к гинекологу, но на всякий случай оделась удобно, так, чтобы можно было легко и быстро снять вещи и надеть их обратно.

С колотящимся сердцем вошла внутрь консультации. В смс Юля сообщила, в каком кабинете ждёт меня, и попросила взять с собой документы, чтобы завести в регистратуре карту пациента. Когда женщина в белом халате за стойкой оформила необходимые бланки, она вручила мне карту и отправила к доктору. Дошла до нужного кабинета и снова остановилась в нерешительности. Посетило глупое желание взять и убежать. Нет, мне нужно знать точно. Я не должна трусить!

— Можно? — постучала я и заглянула внутрь.

— Да-да, заходи, — пригласила меня Юлия.

Я плотно прикрыла дверь и прошла к столу. Села напротив неё. Мать Ярика в белом халате смотрела на меня в ожидании, а я не знала, с чего начать.

— Так что беспокоит, Нинуш? — спросила она.

После истории с отцом она стала относиться ко мне более приветливо и ласково. Впрочем, мне это даже приятно.

— Да, в общем, ничего, — ответила я. — У меня деликатный вопрос.

Я замолчала, не зная, как решиться продолжить.

— Ну же, смелее, — улыбнулась женщина. — В этих стенах какие только вопросы я не слышала. Не удивишь, думаю.

— А можно вернуть девственность? — выпалила я на одном дыхании.

Юлия изогнула бровь. Всё же мой вопрос немного ввёл её в ступор. Вряд ли она ожидала именно такого.

— Можно, — ответила она. — Но я такие операции не делаю, и к тому же это недешёвое удовольствие.

— А может быть… Вы знаете тех, кто делает?

— Ну, допустим, я найду такого специалиста, — задумчиво постучала мама Ярика ногтями по столу. — А деньги?

— Деньги будут.

У меня есть небольшой счёт от мамы, доступа к которому отец не имеет. И когда мне исполнилось восемнадцать лет, я получила право им распоряжаться. Там не очень большая сумма, но цены на подобную операцию я мониторила вчера в интернете. Должно хватить.

— У тебя свадьба не за горами. А ты лишилась девственности, Нин? — спросила осторожно она. — Извини, что спрашиваю, но я должна знать, как тебе помочь и ради чего ты это делаешь.

— Да, — ответила я. — Иначе зачем мне понадобилась бы операция?

— Ну, ладно, — потёрла она ладони друг о друга. — Я подумаю, что можно сделать для тебя. Для начала позволь, я осмотрю тебя в кресле. Вдруг какие-то инфекции имеются, тогда твой жених не поверит в твою девственность. Раздевайся и ложись.

Я сделала, как велела Юлия, и послушно легла на кресло. Очень стеснялась, но сейчас не до смущения. Вопрос слишком серьёзный. Мама Яра надела перчатки и начала меня осматривать. Ощущения были не из приятных, но я стойко терпела. Юлия осматривала меня довольно долго и почему-то хмыкала.

Потом её лицо показалось прямо надо мной, и оно было растерянным.

— Нинуш, так ты беременна, девочка.