Глава 18

Закусив губу, я отворачиваюсь, давя подступающие слезы, вот только не хватало при Славе разрыдаться, чтобы он меня совсем дурочкой посчитал.

— Зато теперь я поняла, что имел в виду Зацепин, говоря о тебе и девушках, – перевожу тему, и Слава, чуть поглазев, слава богу, подхватывает ее.

— А ты, конечно, решила, что я успел переспать со всеми? Учиться было бы некогда тогда.

Я смеюсь.

— Теперь все будут думать, что я твоя девушка. Наверное, многие удивятся.

— Почему? – вскидывает он бровь.

Я пожимаю плечами. Объективно же: Слава и я – это почти как принц и Золушка на новый манер. Только Золушка была красавица вроде как.

— Я все забываю о твоих дурацких детских травмах, – усмехается Слава, теперь смотрю удивленно я. – Да, видимо, в школе тебя забулили конкретно так. Иди-как сюда.

Поднявшись, он манит меня жестом, и я неуверенно подхожу. Слава, положив руки мне на талию и тем самым моментально обезоружив, ставит перед собой напротив большого зеркала.

— Посмотри в зеркало, Регина, – его голос путается в моих растрепанных кудрявых волосах, странно волнуя. – Знаешь, кого я вижу? Охренительную девчонку. Да, может, не такую, как все, но какой кайф быть, как все? Штампованной красавицей с нарощенными ресницами, волосами, бровями и всем остальным, вроде твоей подружки Ленки? Посмотри на себя. У тебя красивое лицо, шикарное тело, бомбические ноги. Думаешь, мои приятели к тебе клеились из уважения ко мне? Леха вообще не любит бассейны, если что, а просидел с тобой там час. Пишет тебе?

— Пишет, – киваю я, с трудом выдавливая из себя слова.

В висках от сказанного Славой стучит слишком сильно, а внутри все дрожит, словно еще немного и, отделившись от тела, душа воспарит куда-то ввысь. Мне никто никогда такого не говорил. Никто не называл красивой, желанной. И тем более тот, кто мне нравится. А Слава, чего скрывать, мне очень нравится.

— Зовет на свиданку?

— Погулять, – поправляю я, он хмыкает.

— А ты?

— Пока съезжаю с темы.

Засмеявшись, Слава садится на кровать.

— А я предупреждал его, что ты та еще динамо.

— Что? – выпаливаю, обернувшись. – Ты так ему сказал?

— Из дружеских чувств.

— Да иди ты, – качаю головой с улыбкой. Просто доля истины в его словах есть, так что…

— Давай третий вопрос, и перейдем к более интересной части.

Ну вот что он за человек такой?

Честно говоря, третий вопрос я не придумала. То есть у меня много вопросов, которые я хотела бы ему задать, но надо выбрать один, потому что Слава отвечает далеко не всегда. Точнее, почти никогда.

— А ты когда-нибудь верил в любовь? – вырывается у меня само собой.

Слава, вздернув брови, разглядывает меня. Взгляд становится серьезным и недовольным. Словно он не хочет отвечать на вопрос. Надо же, даже про свою жизнь рассказал довольно легко, а тут...

— Когда-то верил, – наконец произносит он, и у меня из груди как будто выходит весь воздух.

Значит, все-таки верил, значит, просто разочаровался, закрылся. Но вдруг в глубине души для этого чувства в нем еще осталось место?

— С вопросами покончили, – улыбается Яров, и я мысленно подбираюсь. Особенно, когда Слава стягивает с себя футболку и бросает на кровать.

— Это было лишним, – говорю, сглатывая. Хочется закрыть глаза, потому что меня тянет смотреть на его голый торс.

— Иди сюда, – хрипловато произносит Слава, и я делаю на негнущихся ногах несколько шагов к кровати, на краю которой он сидит.

Яров не церемонится, подхватив меня под бедра, усаживает на себя сверху, и мое тело в одну секунду превращается в оголенный искрящий провод. Я кладу руки Славе на плечи, бормоча:

— Мы так не договаривались.

— Точно, – соглашается Слава, положив руки на мои бедра и надавив так, чтобы я вжалась в него. – Мы договаривались на поцелуй, а его все еще нет. Я жду.

Так, кажется, помогать мне Слава не собирается. Хочет, чтобы я сама его поцеловала. Боже, это ведь совсем-совсем другое, чем когда первый шаг делает он. Страшно до чертиков, но между тем, тело топит горячая волна от близости с парнем, она притупляет страх. Я обещала поцелуй, так что он неизбежно случится. Бойся-не бойся, не изменить ничего.

Аккуратно провожу по плечам к шее, Слава смотрит, подняв голову. Понять, что у него на уме, невозможно. Одно ясно: я ему нравлюсь. Обалдеть можно от того, что он мне говорил у зеркала. Наверное, осознание данного факта придает сил. Проведя пальцами по шершавой коже его щеки, с гулко бьющимся сердцем я наклоняюсь. Губы как будто немеют, когда чувствую на них дыхание Славы. А потом я осторожно целую его.

Он отвечает сразу, неторопливо, подстраиваясь под мои медленные неуверенные движения. Его руки давят сильнее, приподнимая и опуская, так что я трусь о его твердое тело, возбуждаясь еще сильнее. Вместо того, чтобы отстраниться, сама начинаю двигаться, не осознавая этого – так становится хоть немного легче терпеть возбуждение, правда, оно все равно растет и растет.

Слава углубляет поцелуй, добавляя язык, я крепко цепляюсь за его плечи. Мое тело податливое и мягкое, и хочет находиться к Славиному вплотную. В голове шумит, и я точно осознаю, что пора остановиться, но именно в этот момент Яров резко встает со мной на руках и, кинув на кровать, оказывается сверху. Вжимается между моих ног, и я чувствую, насколько сильно он уже возбужден. Нужно остановиться. Немедленно.

— Сла… – не успеваю договорить, потому что Яров затыкает меня поцелуем, сразу пробираясь своим языком в мой рот.

Он двигает бедрами, трется об меня, и внутри растет уже знакомое напряжение. Шов от обтягивающих джинсов давит дополнительно, лишая меня возможности урвать хоть несколько дополнительных секунд, оргазм надвигается с сокрушительной быстротой.

— Кончи для меня, Регина, – Славин шепот посылает по телу новую волну, Яров вжимается своим телом в мое, и меня накрывает. Снова трясет, выкручивает, я кричу, не в силах сдержать эмоции, хватаюсь руками за плечи Славы, царапая ему спину.

Когда затихаю, тяжело дыша, Яров целует меня в висок и встает. Он все еще сильно возбужден, когда идет из комнаты, я спрашиваю:

— Ты куда?

— В ванную, естественно. Благодаря тебе я скоро буду дрочить так же часто, как подросток.

Я краснею, садясь и сжимая ноги, которые все еще дрожат. Мы снова сделали это, как, ну как так вышло-то?

— Не хочешь присоединиться? – интересуется Слава уже у двери, я отчаянно мотаю головой, он усмехается. – Я так и подумал.

Как только в ванной включается вода, я позорно сбегаю в свою комнату. Мне жутко стыдно за то, что случилось, что я поддалась ему. Снова. Я слабовольная, и он этим пользуется. Боже, так реально дойдет до того, что мы с ним переспим. Нет. Нет, нет, нет.

Хотя, конечно, Слава прав: то, чем мы занимаемся – уже секс. Я закусываю губу, садясь на кровать. Ну переспим мы с ним, и что? Он ясно дал понять: ничего другого ему не нужно. Слава потеряет ко мне интерес и переключится на другой объект, вот и вся история. А я буду страдать и мучиться. Потому что он хоть и считает меня красивой, но я ему не нужна. А он мне нужен. Когда я успела так встрять-то, а? Мы ведь даже не общались толком. А я…

Сегодня только понедельник, а уже столько всего произошло. Такими темпами к возвращению родителей можно ожидать чего угодно. У меня не получится держаться от него дальше. Мы вместе живем, учимся, он даже после работы меня забирает теперь. Еще блог этот… Я тяжело вздыхаю, схватив пижаму, иду во вторую ванную. Я не должна идти у него на поводу. Нужно волей-неволей, но держать дистанцию. Это самое разумное решение.

Когда выхожу из ванной, Слава все еще там, но вода уже не шумит, потому я быстро ускользаю к себе, погасив свет, в темноте стаскиваю покрывало и забираюсь под одеяло. Пусть думает, что я уже сплю. Ну если вдруг он зачем-то захочет прийти.

Слышу, как Яров проходит к себе, и новых шагов не появляется, значит, ко мне не пошел. Вот и хорошо, вот и замечательно. Отмахиваюсь от непонятно откуда взявшейся досады. Не пришел – это хорошо, не надо выдумывать, что говорить и тому подобное. И вообще, уже ночь, а нам завтра вставать рано. Спать надо.

Я закрываю глаза. У меня был оргазм. Я и Слава снова занимались этим. С ума сойти!

Открываю глаза. Нет, так я точно не усну. Не думать о том, что произошло. Не думать. Закрываю глаза. Он считает меня красивой. Так смотрел на мое отражение, так говорил… Поверить не могу, что я вызываю у парня подобные эмоции.

Открыв глаза, тяжело выдыхаю. Как бы отключиться от всех мыслей вообще? Особенно о Славе. Буду считать овец, прыгающих через забор. Кто вообще до такого додумался?

Раз овца, два овца, три овца, четыре, пять, шесть, и все-таки вдруг он испытывает ко мне что-то? Рассказал же о разводе и о Зацепине, не захотел бы, так ничто ему не помешало бы молчать. А он поделился со мной…

Я накрываю лицо подушкой. Спать, блин!

Несмотря на короткую ночь, в которой я еще долго не могла уснуть, утром я полна сил. Проснувшись первой и собравшись, готовлю завтрак нам со Славой. Даже не слышу, как он встает, только вздрагиваю, когда по сторонам от меня на столешницу опускаются ладони.

— Доброе утро, – сонный голос снова путается в моих волосах, Слава громко тянет носом, словно вдыхая мой запах. Мурашки бегут от шеи вниз по всему телу.

— Доброе утро, – стараюсь не двигаться, чтобы не коснуться парня. Почти уверена, на нем ничего нет, кроме трусов. В лучшем случае он нацепил спортивные штаны. – Я завтрак готовлю.

— Отлично. Я в душ.

— Давай.

Короткий смешок, и становится легче дышать, я расслабляю мышцы, слыша, как Слава уходит. В последний момент все-таки оборачиваюсь. Ну так и есть: в одних трусах. Залипаю на ямочках на пояснице, а потом опускаюсь ниже, но парень уже скрывается за поворотом, оставляя меня с подгорающей яичницей наедине.

Чертыхнувшись, отставляю сковороду в сторону и потираю лоб. Что я там говорила? Держаться подальше? Ну да, ну да.

Слава появляется как раз вовремя, я сажусь за стол, поставив его порцию сбоку от себя.

— Как твой блог? – спрашивает он, начиная есть, я куксюсь.

— Вялотекуще.

— Когда у тебя выходной на работе?

— Сегодня.

— Отлично, значит, сегодня займемся блогом. Надо снять видео для рекламы в моем, я тебе рассказывал. Плюс тебе надо заняться своим. Если не успеваешь снимать сториз в течение дня, просто выдели для этого время, распиши сетку, что будешь транслировать, снимай несколько роликов дома в разных местах, а потом выкладывай. Тебе не надо делать много сториз, для начала хотя бы каждые три часа. Это вполне реально, – кивает на мой взгляд. – Ну ладно, я расскажу после учебы подробней. Что такое лицо сделала?

— Я не уверена, что у меня получится, – говорю честно. – Я плохо вещаю.

Слава искренне смеется, и я даже любуюсь им в этот момент. Он так редко даже улыбается по-доброму.

— Если не веришь, что получится, оно и не получится. Твоя задача – делать, что нужно, а там оно будет само складываться по кусочкам. Понятно, что сначала сложно, но все новое требует определенных усилий. В твоем случае это не просто блог тупой блондинки, а реальный профит хорошего заработка. Твои работы можно продавать, это я не пытаюсь тебе льстить, если что.

— А когда ты пытался, – ворчу я, и он снова посмеивается.

— В универе пока будешь сидеть со мной, пусть все думают, что мы встречаемся, – замечает Слава, когда мы уже идем с ним к машине.

Вспомнив вчерашний рассказ, я думаю, что, возможно, зря списала Богдана со счетов. У него может быть на Славу гораздо большая обида, чем кажется. И он может захотеть поквитаться, посчитав меня удобным вариантом. Надо бы быть с ним настороже, вот что.

Но сколько ни вылавливаю Зацепина взглядом, он на меня внимания не обращает, как и на Славу, впрочем. Сложно поверить, что внял словам Ярова и простил за то, что тот прилюдно ударил его. Скорее похоже, что Богдан затаился и ждет удобного случая. Мы не должны его давать.

— Знаешь, – говорю Славе, когда мы вместе идем после института на выход. – Может, нам лучше перестать делать вид, что мы пара?

— Почему? – дергает он бровью.

— Мне кажется, сейчас Зацепин только больше злится. Ну вроде как если мы расстанемся, то у него будет повод злорадствовать, и тогда он не будет мстить.

— Думаешь, он там вынашивает грозные планы? – хмыкает Яров, как по мне, беспечно.

— Учитывая, как ты описал его и ситуацию, да, я так думаю.

— Регина… – Слава не успевает продолжить, потому что возле его машины мы видим Лену. Я отчего-то замираю, ладони становятся липкими, словно меня поймали на лжи. И даже радуюсь, что сейчас мы просто шли и говорили, никакой двусмысленности не пришьешь.

— Привет, – Ленка широко улыбается, обнимая меня, а потом и Славу, который реагирует довольно холодно. Его взгляд затягивает уже знакомым мне льдом.

— А я подумала, может, захочешь погулять, – щебечет Ленка мне, то и дело поглядывая на парня. – Ты же выходная.

— Она не сможет, – отрезает Слава, – сегодня будем делать видео для моего блога.

— О! Здорово, Рэгги! Можно и мне с вами?

Я открываю рот, чтобы согласиться, но Слава коротко бросает:

— Нет, – и идет к водительской дверце, на соизволив объясниться. Меня бросает одновременно и в жар, и в холод. Я не знаю, как вести себя в такой ситуации.

— Прости, – говорю Ленке, – я-то не против…

— Да ладно, нормально, – выдавливает подруга улыбку. – Проще все снять, когда никто не мешает, я понимаю. Напиши потом, как прошло.

— Да, конечно…

— Поехали, Регина, – хмуро кидает Слава, спрятав глаза за солнечные очки.

— Пока, Слав, – Лена все еще пытается улыбаться, но выглядит это фальшиво.

Он кивает, кидая:

— Мише привет.

Глядя, как подруга краснеет и теряется, я сжимаю ее ладонь и, сочувственно посмотрев напоследок, сажусь в машину. Пока мы не уезжаем, так и не отвожу взгляда от окна, махая Ленке рукой.

— Ну зачем ты так? – поворачиваюсь наконец к Славе с упреком. Он только пожимает плечами.

— А на что она, собственно, надеялась? Что я буду с ней мутить после того, как она трахалась с моим другом и пыталась это скрыть? Максимум, на что годится твоя подруга – трахнуть ее разок и бросить, так что пусть радуется, что я этого не сделал.