Глава 27.

Мирослава Королёва

Он остаётся со мной. И это буквально всё, что мне нужно. Естественно, на завтраке все удивлены его видеть. Азхар сидит с надутым выражением лица. А мама накрывает на стол, пока я держу на руках Марата.

При ребёнке все сдерживаются и помалкивают.

– Дамир, ты остаёшься? – спрашивает мама, и он нехотя кивает. – Хорошо... Спасибо.

Мама слегка задевает его плечо, сжимая на нём пальцы. А он просто молчит. Понимаю, что ему неприятно. Да и мне не особо круто за всем этим наблюдать. Но лучше с ним здесь, чем порознь.

Кладу Марата в манеж и сажусь за стол. Беру Дамира за руку, сгребая его пальцы.

– Мы будем в комнате, мам, – оповещаю заранее, потому что вряд ли он захочет наслаждаться обществом отца.

– Как скажете.

Завтрак в тишине – странно. Но, похоже, все готовы это терпеть. Лишь бы знать, что никто посторонний не проникнет в нашу семью и не начнёт плести чушь, чтобы запороть карьеру отчима.

– Спасибо, Ольга.

Дамир резко встаёт из-за стола и идёт на улицу, а я подрываюсь за ним.

– Дамир, куда ты???

– Покурить, зайчонок. Не нервничай. Я же обещал – сегодня здесь. Не волнуйся. Сейчас вернусь. Иди за стол.

Я хмурюсь, но слушаюсь. Под гнётом его тёмного сердитого взгляда возвращаюсь обратно под ещё один такой же. Господи, как же они похожи в такие моменты. Страсть так и хлещет.

– Потерпи, Мира, он отойдёт, – с уверенностью добавляет Азхар.

– Я бы не была так уверена...

– Вода камень точит, – добавляет мама, взяв меня за руку. – И Дамир успокоится.

– Надеюсь, мам... Я пойду дождусь его, и мы пойдём. Посуду помою после.

– Я сама помою. Иди.

Выхожу из-за стола и караулю Дамира возле окна. Он снова с кем-то разговаривает по телефону и курит. Естественно, я ревную. Особенно после этой ночи. Думаю только о том, что он был там с какой-то девушкой. Хоть он и говорит, что нет.

– Ты чего?

– Ничего... Жду тебя. Идём?

– Идём, ладно.

Мы поднимаемся наверх и идём в мою комнату.

– С кем ты говорил? Там...

Дамир оборачивается и вопросительно смотрит.

– А... По работе.

– Ясно...

– Заревновала что ли? Зайчонок?

– Немного... Да, – признаюсь, опустив взгляд. Ненавижу ревность. Особенно сейчас. Когда мы только помирились...

– Не надо, малыш. Я не изменял. Реально по работе.

Дамир притягивает меня и целует в макушку.

– Знаешь, я вчера охренел, какие сейчас девчонки одинаковые... Безвкусные. Безобразные. Не натуральные и сделанные.

– Ага, – якобы соглашаюсь я.

– Да я серьёзно, – смеётся он. – Все как клоны. Смотреть тошно. Но я и не собирался. О тебе думал.

– Правда?

– Конечно правда, – Дамир нежно поправляет мои волосы. Гладит лицо своими шероховатыми тёплыми пальцами. Склоняется к шее и целует.

– Ты у меня одна такая... На все восемь миллиардов, – шепчет в ухо, вызывая дрожь. Низ живота всё ещё ноет. Я пока не готова к такому...

– Дамир, я пока... У меня живот болит.

– Я же ничего не делал, – хохочет он, обнимая. – Глупый зайчонок... Испугалась?

– Угу, очень, – улыбаюсь. – Ты даже сейчас... Горишь. Касаюсь твоей кожи и кипяток.

– Мне кажется, моя температура всегда чуть выше твоей, поэтому тебе непривычно...

– Возможно... У меня же вечно проблемы со здоровьем... Я бледная и худая как килька, – смеюсь я, вспоминая слова врача.

– Полежи немного. Я таблетку тебе принесу. К примеру.

– Нет. Не уходи. Будь со мной, пожалуйста... Не надо таблеток.

– Мир, да я здесь. С тобой. И никуда я не уйду. Я же сам и сказал. Буду рядом этот день. И похер мне на него.

Я тяну его на себя, завалив на кровать, а он громко гогочет. Мы начинаем целоваться. Далеко не без подтекста. А слишком уж страстно и горячо. Он не жалеет меня. Гладит спину. Попу... Переходит с поцелуями на шею. Опаляет горячим дыханием. И я всхлипываю.

– Тсссс, – шепчет тихонько. – Мир...

Дамир берёт мою ладонь и кладёт на своё окаменевшее достоинство. Его член так и завывает. Огромный, твёрдый, горячий.

– Ого...

– Ага... Не мучай, ладно?

– Ладно... Милый...

– М?

– Давай я... Поглажу...

– Погладишь? Ты хотела сказать подрочишь мне? – отшучивается он, а я вся краснею. Наверное, именно это я и хотела сказать... Но лучше, пожалуй, просто кивну. Не знаю почему он до сих пор получает от меня эти реакции. С Ромой такого не было. С ним я просто не хотела... Боялась. А с Дамиром получаю кайф от стеснения. А он, судя по всему, от моего поведения.

– Малыш, ну, подрочи. Я против не буду. Чувствуешь ведь, как на тебя... Дымится моя шашка.

Боже, я начинаю ржать. Не просто смеяться, а реально ржать и хрюкать, катаясь по кровати.

– Чтооо??? Ну, что тебя так развеселило? Моя шашка?

– Прекраааатиии, – смеюсь, а он вдобавок начинает щекотать, и тогда я визжу на весь дом, а он останавливается.

– Вот видишь... Ну и срать мне. Хотел всё это слышать? Пусть. Я скупиться на чувства не намерен. Мира, я тебя люблю. Малышка.

– И я тебя, Дамир...

Лезу к нему рукой и целую. Стаскиваю трусы вниз, сжимаю твёрдую возбужденную плоть, а он громко выдыхает на всю спальню под моим натиском.

– Так?

– Можно жёстче. Крепче обхвати.

– Хорошо...

Боже, с ним я творю какие-то ужасные бессовестные вещи. Но и остановиться сродни пытки, когда любишь свою вторую половину настолько, что не представляешь без него своей жизни...