Глава 10.

Мирослава Королева

– Дамир, отпусти...

Рот сразу же запечатывает поцелуй. Сильный, властный, хищный поцелуй. Сводящий с ума. Безумный. Невероятный. Я кое-как от него отрываюсь.

– Дамир...

Не в силах совладать со своими мыслями, скачущими в черепной коробке в беспорядочном хаосе, держу его за руки и сжимаю их, но оттолкнуть просто не удаётся. Или я не хочу? Он целует, он не прекращает. Двигает меня ближе. Делает резкие движения бёдрами, отчего я чувствую всё его возбуждение. Я точно схожу с ума раз позволяю всё это проворачивать.

Дьявол проникает под мою кофту. Гладит мою спину, сжимает талию. Кладёт ладони на лифчик, оттягивает чашки прямо под одеждой. Грязно трогает. Изводит, а я хнычу.

– Дамир, не надо... Не надо, не надо.

– Мира... Моя Мира. Моя девочка. Моя. Я всё забуду. Забуду твоего этого парня. Всё отпущу. Только будь моей... Будь снова моей, малыш...

– Что?! Пошёл ты! – толкаю его в грудь со всей силы, одёргивая свою одежду. – Как ты смеешь, блин?! Это всё???? Ты бросил! Ты меня бросил!

– Блядь... Мира, у меня были причины, они были, но я тебя...

– Замолчи, замолчи, замолчи! Ни слышать, ни видеть не хочу! Ненавижу тебя! Не подходи ко мне больше.

В темноте уборной кое-как лечу на свет как полумёртвая бабочка. Ненавижу его. Сначала растоптал, а теперь хочет уничтожить то, что я с трудом выстроила. Нашла человека, который ко мне всей душой. Чёрт возьми!

Смотрю в большое зеркало на входе в зал. Поправляю волосы. И то губы выглядят так, будто их нещадно терзали. Покрасневшие и опухшие. Как же стыдно. А ещё хуже из-за того, что мне было так хорошо. Так приятно и невыносимо, блин!

Иду к Роме сдаваться. Как на смертную казнь. Сажусь, а он сгребает мою руку своей.

– Ты много пропустила. Очередь?

– Угу, – киваю я, а сама трясусь, словно увидела привидение.

– Мир? Ты чего, вся дрожишь. Иди сюда, – он обнимает. Целует в макушку. Греет.

А у меня внутри всё кипит. Не заслужила! Не заслужила его! Веду себя как подлая мразь!

– Там просто свет выключили. Немного испугалась. Но всё нормально.

– Ты моя то, трусишка. Но я здесь. Обнимаю. Не дам тебя в обиду.

– Я знаю, Ром.

Господи, как же мне стыдно... Ненавижу Дамира...

Но как он твердил это... Практически умолял. Глаз я не видела, но уверена, они блестели...

Как же это всё мучительно больно. Я никогда не думала, что чувства на это способны. Просто по щелчку пальца разносить тебя в щепки. Уничтожать...

Я не понимаю, почему он до сих пор значит для меня так много, если сломал меня. Полностью разрушил. До самого основания. Почему, когда он трогает... Обнимает... Я чувствую, как душа тянется к нему. Только к нему и никогда ни к кому другому. Словно мы связаны. Будто до сих пор есть та самая нить, которую он перерезал прямо на моих глазах.

До конца фильма я молчу. Выходим с Ромой из зала и видим рыдающую Юлю, которая сидит возле выхода.

– Что случилось???

– Он кинул меня! Твой брат меня кинул! Ушёл якобы в туалет и не вернулся! Я звонила, а он трубку сначала не брал, а потом вообще выключил!

– Господи, Юль, – хмурюсь я, присаживаясь рядом. Ну, вот как я могу ей рассказать теперь?

Она плачет, Рома смотрит на меня с недоверием. А я чувствую себя последней мразью. Лгу любимому парню, лгу единственной подруге. Господи, в кого я превратилась из-за него?! Он снова отравляет всё моё существование. – Успокойся, родная... Да, он такой... Такой вот... Гадкий и непостоянный.

– Он так подкатывал... Сказал, что у него на меня долгие планы. Был обходительным и добрым. И взял...

– Может случилось у него чё? – предполагает Рома. – Раз он выключен. Мало ли.

Блин... Рома у меня такой наивный. Такой добрый. «Долгие планы...».

«Будь моей Мира, я всё забуду, всё отпущу».

Какой же Дамир всё-таки козёл, а!

– Юль, не плачь, пожалуйста... Я не знаю, что у него на уме. Правда. Знала бы – предупредила.

– Он у тебя такой красивый... Я даже не знала, что у твоего Азхара сын... Ты не говорила, – шмыгает носом Юлька.

– Не думала о нём, вот и не говорила. Он бы не приехал, если бы не авария.

Я так грязно лгу, что ком подступает к горлу. Ненавижу врать. Чувствую себя отвратительно.

– Ладно, девчонки, поехали... Чего сидеть то тут? Не реви, Юлька. Найдёшь ещё своего принца.

– Ага, конечно! Такого точно не найду! Тут таких нет!

– Ой, всё, – психованно дёргаюсь я. – Поехали. Он тебе не нужен, ясно?! Он козёл и мудак! И он тебя не заслуживает! От таких как он надо держаться подальше, а лучше вообще за километр обходить! Не стоит твоего пальца, ни хрена не стоит! Дешёвый козлина!

Меня колотит. Я выплевываю всё это, задыхаясь, а они оба смотрят на меня ошалелыми глазами.

– Поехали, короче!

В машине сидим молча. От Юльки слышатся лишь всхлипывания. А я просто смотрю в окно. Чувствуя, как места, которых он касался... Пылают невыносимым жаром. Грудь. Губы. Шея... Всё это, как когда-то в первый раз... Когда я звала его. Когда мне казалось, что он – мой единственный. Всё закончилось так быстро. Можно сказать, мгновенно... А Дамир всё равно оставил в сердце особенный уродливый рубец.

– Всё, Юлька, давай, – прощается Рома, когда довозим её до дома. Она выходит, а Ромка прожигает меня взглядом. – Ты ничего мне сказать не хочешь?

– Что? – хмурюсь я и слышу, как сердце ускоряет ритм.

– Ты пришла из уборной вся напуганная и дрожала. А он вообще пропал. Я же не кретин. Чё между вами произошло?

Он спрашивает, и земля уходит у меня из-под ног окончательно...