15 глава

2 дня спустя.

Матвей попросил несколько дней, чтобы обдумать все возможные варианты развития событий и разработать план действий на тот случай, если наши родители выступят против наших отношений.

Он полон решимости рассказать им правду о том, что мы вместе. «Сводные брат и сестра влюбились друг в друга», — звучит как завязка для клишированного романа, но на деле это пугающая реальность, которая может разрушить все, что нам дорого.

Сейчас в моей голове царит хаос. Я пытаюсь проанализировать каждый возможный исход, представить лица родителей, их реакцию на новость, которая перевернет мир с ног на голову. Будут ли они в ярости? Или постараются понять? Смогут ли они принять нашу любовь, несмотря на все предрассудки и нормы морали? Вопросы, на которые у меня нет ответов, терзают меня, не давая покоя.

За это время мы прячемся в доме, как преступники. Украдкой целуемся, чтобы нас никто не увидел, глубокой ночью Мотя перебирается ко мне в комнату, а рано утром уходит, чтобы моя мама случайно нас не застала.

Иногда мне кажется, что он слишком оптимистичен. Но я благодарна ему за это. Его оптимизм — это тот луч света, который пробивается сквозь густую тьму страха.

— Альбина, ты тут? — слышу стук в дверь, а после она открывается, являя передо мной маму.

— Да, отдыхаю, — подкладываю еще одну подушку под голову, удобнее устраиваясь.

— Как твои дела? Мы давно не общались, — она проходит и садится на край кровати.

— Все нормально, — пожимаю плечами и не понимаю, что с мамой.

— Может, устроим девичник? Погуляем, поболтаем, может, отправимся в спа? — произносит она с улыбкой на лице.

А я понимаю, что это будем мой шанс спокойно поговорить с мамой. Пора уже все рассказать, иначе терзаниями я себе сделаю только хуже.

Сердце бешено колотится в груди. Девичник… раньше я мечтала об этом, но сейчас это кажется не просто развлечением, а скорее экзаменом, решающим мою дальнейшую судьбу. Взгляд мамы, полный тепла и заботы, прожигает меня насквозь. Она почувствует неладное, стоит мне хоть немного слукавить.

— Мам, я согласна, — произношу я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Это отличная идея, — натягиваю улыбку на лицо, чтобы не начались сейчас расспросы.

— Завтра с утра отправимся, хорошо?

— Договорились.

Она выходит из комнаты, а я бросаюсь к телефону, чтобы написать Матвею и сообщить, что завтра все расскажу маме, а ему придется объясниться с отцом, чтобы они узнали вместе.

Мотя читает сообщение, несколько минут сидит онлайн, а после выходит из сети, не ответив мне.

Хмурюсь и злюсь. Неужели он струсил? Неужели вся его решимость и оптимизм были лишь маской? И все это ради чего? Чтобы залететь ко мне в трусы?

— Черт! — хватаю подушку и кидаю ее в дверь, а она в этот момент открывается и снаряд попадает прямо в Матвея.

Он вскидывает брови, а после заходит и поворачивает замок.

— Ты чего злишься, зеленоглазка? — он садится на кровать рядом.

— Почему не ответил? Я тебе тут душу изливаю, а ты игноришь! — тараторю я.

— Притормози, — он усмехается и хватает мои руки, которыми я активно жестикулировала, пока возмущалась. — Не ответил, но пришел, — говорит он с улыбкой, а после подносит мою руку к лицу и целует запястье. — Успокоилась?

Молча киваю, наблюдая, как Матвей нежно касается губами моей кожи.

— Отлично, — он отпускает мои руки и достает из кармана небольшую бархатную коробочку. — Пока ты тут злилась, я выбирал, как лучше преподнести этот скромный подарок, — он открывает коробочку, и я вижу тонкое кольцо из белого золота с маленьким зеленым камнем.

— Это… это мне? — шепчу я, зачарованная.

— Конечно, тебе, зеленоглазка. В знак того, что я никуда не денусь. Что бы ни случилось завтра, я буду рядом, — он берет мою ладонь и надевает кольцо на безымянный палец. Камень нежно поблескивает в свете настольной лампы. — Как раз.

Внутри меня все переворачивается. Слезы подступают к глазам, но я сдерживаю их. Не хочу казаться слабой, но в то же время меня переполняет благодарность за его поддержку. Он действительно готов бороться за нас, несмотря ни на что.

— Спасибо, — говорю я, с трудом выдавливая слова. — Но, стоп, — восклицаю, понимая, на какой палец Мотя надел кольцо. — Это…это же не предложение?

— Как легко тебя застать в смятении, — он смеется, — просто кольцо, — подмигивает и наклоняется к моему лицу.

Его губы находят мои, и я забываю обо всем на свете. Поцелуи Матвея действуют на меня как волшебное зелье. Все тревоги и сомнения отступают на второй план, оставляя лишь тепло и желание быть рядом с ним.

— Я тоже поговорю завтра с отцом, и у меня есть несколько вариантов развития событий, — оторвавшись от моих губ, довольно произносит Мотя.

— Расскажи, — требую я.

— Первый — самый оптимистичный, — он загибает палец, — родители принимают нас, желают счастья и предлагают сыграть свадьбу.

Я не сдерживаюсь и хихикаю, это звучит как сказка. Такого точно никогда не будет.

— Второй — нейтральный, — загибает следующий палец, — они в шоке, им нужно время подумать, но в целом они готовы принять наши отношения, если мы будем вести себя прилично.

Это более менее похоже на реальный вариант, но все равно маловероятно, что так может случиться.

— Третий — пессимистичный, — загибает еще палец, — нас отправляют по разным городам, запрещают общаться и пытаются делать все, чтобы мы забыли друг друга, как страшный сон. И четвертый — самый безумный, — он задумывается, — сбегаем в Вегас и женимся там.

— Ты точно ненормальный, — закрываю рот ладошкой и смеюсь.

Матвей притягивает меня к себе и шепчет на ухо:

— А ты хотела бы сбежать со мной в Вегас? — от его слов по телу пробегает приятная дрожь.

— Перестань, — толкаю его в плечо, хоть и понимаю, что мне нравится эта безумная идея. — Нам нужно быть реалистами и готовиться к худшему.

— Скучно, — тянет он и целует меня в шею. — Зеленоглазка, — Мотя берет аккуратно мою ладонь и кладет себе на ширинку бридж, — от близости с тобой я с ума схожу, — шепчет порочно, меняя тон нашего разговора, — я так хочу тебя, — прикусывает мочку и сжимает мою ладонь. — Пошли в ванную? Примем душ вместе и кончим одновременно. Мы быстро, ну, я постараюсь.

Дыхание сбивается. От его прикосновений и шепота по телу разливается жар, а внизу живота завязывается узел желания.

— Не сопротивляйся.

Слова Матвея звучат как вызов, как обещание чего-то запретного и невероятно желанного. Я знаю, что должна остановиться, что завтра важный день и мне нужно быть в здравом уме. Но его близость, его взгляд, полный обожания и похоти, лишают меня воли. Я тону в нем, в его прикосновениях, в его запахе.

— Хорошо, — шепчу я в ответ, и он победно ухмыляется. — Чертов соблазнитель!

Мотя подхватывает меня на руки и несет в ванную комнату. Одежда быстро слетает с наших тел, и мы оказываемся в душевой кабине.

Вода обжигает кожу, но мне нравится это покалывание, словно пробуждение ото сна. Пар клубится вокруг, обволакивая нас обоих пеленой тайны и чувственности. Его руки скользят по моей спине, нежно очерчивая контуры позвонков, и я вздрагиваю от каждого прикосновения. Горячие струи стекают по его волосам, слизывая пену с лица, и я вижу, как в глазах пляшут чертята предвкушения.

Он шепчет что-то на ухо, слова тонут в шуме воды, но я чувствую смысл каждой фразы кожей. Он говорит о том, как долго ждал этого момента, как мечтал обо мне, о моих прикосновениях, о нашей близости. И я верю ему, потому что вижу это в его глазах, в каждом движении его тела.

Отвечаю ему тем же. Слова не нужны, достаточно взглядов, прикосновений, стонов. Я обвиваю его шею руками, притягивая ближе, и наши губы сливаются в жадном поцелуе. В нем вся страсть, вся тоска, все безудержное желание.

Он отстраняется на мгновение, чтобы посмотреть мне в глаза. Я вижу в них целую вселенную — мою вселенную.

Он берет мое лицо в ладони и шепчет:

— Ты — моя.

И в этих словах — вся суть. Я его, он мой.

После он разворачивает меня спиной, руками скользит по изгибам, сжимает ягодицы. Чуть расставляет пошире мои ноги и устроившись между, входит в меня.

Первый толчок пронзает насквозь, вызывая вздох, смешанный с тихим стоном. Горячая вода льется на наши тела, смывая все лишнее, оставляя лишь чистое, первобытное влечение. Каждый толчок отзывается во мне волной наслаждения, и я отвечаю ему движениями бедер, стремясь навстречу.

Напряжение нарастает с каждой секундой, и я чувствую, как приближается пик. Мои мышцы напрягаются, тело дрожит от восторга. И вот он наступает — взрыв, ослепительный и всепоглощающий.

Прикусываю губу, чтобы не закричать от удовольствия.

Волна за волной прокатывается по телу, оставляя после себя лишь приятную истому и слабость. Он замирает внутри меня, тяжело дыша, и я чувствую, как его сердце колотится в унисон с моим. Мы стоим так, прижавшись друг к другу, пока вода продолжает литься на наши уставшие тела, смывая остатки напряжения и унося с собой все тревоги.

Постепенно дыхание выравнивается, и он начинает медленно двигаться во мне, словно не желая расставаться с этим моментом. Легкие толчки будят новую волну наслаждения, более мягкую и нежную, чем предыдущая.

Он целует меня в шею, и я откидываю голову назад, позволяя ему делать со мной все, что он пожелает. В этот момент я полностью принадлежу ему, без остатка.

— Надо выходить, пока мы кому-нибудь не понадобились, — шепчу, остатками здравого смысла.

Он послушно отстраняется, и я чувствую легкий укол разочарования. Мне хочется, чтобы этот момент длился вечно, чтобы мы никогда не покидали место, где время остановилось и остались только мы вдвоем. Но реальность неумолима, и нам пора возвращаться в мир, где есть правила, запреты и ожидания.