Глава 4

Я испуганно хлопала ресницами, таращась на Соколова, который сейчас стоял передо мной неким подобием привидения. Покрывало, упавшее на него с верхней полки шкафа, успело скрыть пёструю одежду, но итак было понятно, что Ян точно не спать собирался.

Да и его скрытное поведение говорило в пользу моим догадкам. Он надеялся, что я уйду и не замечу его в темноте, поэтому не отзывался.

- Что ты забыла в моей комнате?

Его обманчиво спокойный тон не ввёл меня в заблуждение. Стоило заглянуть в темные провалы глаз, которые горели недобрым огнём, и всё становилось на свои места.

Я поёжилась и тряхнула волосами, сбрасывая охватившее меня напряжение, прежде чем ответить.

- Искала тебя, чтобы поговорить. Ты так быстро сбежал. Даже родителей нормально не поздравил. Они расстроились. - я старалась, чтобы в моем голосе не прозвучал упрек.

Ян пропустил мимо ушей то, что я сказала и продолжил гнуть свою линию.

- Я имел ввиду, какого черта ты вообще сюда вошла? – "любезно" пояснил брюнет, выразительно глядя на меня в ожидании ответа. - А если бы я любил спать голым?

После его слов мои щеки вмиг запылали, как маков цвет. Воображение тут же в красках нарисовало Яна, сопящего на кровати. Его растрепанные черные волосы в хаотичном беспорядке разметались по подушке, а на лице застыло беззащитное выражение.

Но, самое главное, я будто вживую представила обнаженный рельефный торс с темной дорожкой волос от пупка, ведущих к...

Так, Ева! Остановись сейчас же! Что с тобой вообще происходит?!

Я сама не знала, зачем вообще ступила на дьявольскую территорию. Но, признаться, не сдержалась.

Сначала меня охватило какое-то нездоровое любопытство, а когда я поняла, что творю и захотела сбежать, Ян решил, что пора принарядиться в приведение, чем жутко напугал меня. Я ведь уже успела твердо увериться в том, что в комнате никого нет.

- Прости, я не должна была входить. – согласилась с ним, и пристыженно отвела взгляд.

Уж слишком взвинчено выглядел парень. Словно балансировал на грани. Не хотелось нарываться на грубости, но моё извинение как раз таки и взбесило его.

Скинув с себя покрывало на пол, он в два шага преодолел расстояние между нами и навис грозовой тучей. Его глаза гневно сверкали, ноздри раздувались, губы сжались в тонкую линию, а на скулах играли желваки, заостряя и без того квадратную челюсть.

Реакция парня вогнала меня в ступор. Я абсолютно не понимала, почему он так реагирует на любые мои слова и попытки с ним нормально поговорить.

- Не строй из себя святошу! Хватит притворяться! – прошипел парень. Наши лица разделяли жалкие тридцать сантиметров. И меня вновь захлестнула волна его личного запаха, одурманивая. – Ты вошла сюда не просто так. Что тебе от меня нужно?! Говори!

Воздух между нами наэлектризовался. Сгустился. Трещал, поднимая мелкие волоски на коже.

Я еле собрала мысли в кучу, с трудом вспоминая то, что хотела сказать. Запах дождя и свежести сводил с ума, заставляя неотрывно глядеть в эти черные провалы глаз, которые затягивали, подобно омуту.

– Поговорить о том, что произошло внизу. Я ведь уже сказала! - взвинтилась я. - Почему ты всегда ищешь скрытый смысл в моих словах и действиях?!

- Потому что ты - прекрасная актриса. И верить в бескорыстность твоих слов и поступков – себя не уважать. Поищи другого идиота.

Его низкий бас вибрировал в воздухе, резонируя в грудной клетке. А у меня в животе скручивался тугой узел не то от страха, не то ещё от чего… И пока я не могла дать точного описания тому, что испытывала, когда он находился так близко ко мне.

- Вот и поищу! – внезапно даже для себя, сорвалось с моих губ.

Ян на мгновение растерял весь свой запал. Открыл было рот, чтобы что-то сказать, да так и закрыл его обратно. И медленно отстранился, отступив на шаг назад. На его лице застыло нечитаемое выражение.

- Я больше не собираюсь ничего с тобой обсуждать. – скрестил руки на груди и отвёл взгляд в сторону, прожигая им стену, а не меня. - Проваливай.

Я была безмерно рада, что в этот момент за меня страдает стена. Ибо выдерживать долго презрительный и полный ненависти взгляд очень тяжело.

- А мне кажется, что нам есть, что обсудить. - отступать не в моих правилах, поэтому решила стоять на своем до конца. Не просто так же я сюда шла. - Мне не понятны причины твоего поведения и злости, да и вряд ли ты мне о них расскажешь, даже если попрошу... - я замялась на мгновение, раздумывая, продолжать дальше или нет. Но всё же продолжила. - Поэтому хочу предложить тебе сделку.

Я, наконец, разглядела, во что был одет Ян. Белая куртка с яркими сине-красными полосками и какими-то непонятными надписями, и такие же штаны. Очень похоже на мотоциклетную экипировку.

Но я ни разу не видела, чтобы он ездил на мотоцикле. Да и в гараже не замечала двухколесный транспорт.

Странно...

- Сделку? – темные глаза впились в меня. В них сквозило сомнение, но в то же время интерес. - Чего и стоило от тебя ожидать, ведьма. – он неожиданно расслабленно хмыкнул. – Смотри, свою душу оставлять в залог я не собираюсь.

Я проглотила едкий комментарий по поводу его бездушности, вертевшийся на кончике языка, и сосредоточилась на главном.

- Ты будешь слушать или так и продолжишь язвить по поводу и без?

- Говори. – нехотя согласился брюнет. Улыбка стерлась с его губ, словно кто-то мазнул по ней ластиком.

- Ты даешь маме шанс доказать, что её чувства, как и чувства Николая Владимировича, настоящие. И что маме не нужны его деньги. А взамен я обещаю не стучать на тебя отцу.

Ха! Съел?

Судя по вытянувшемуся выражению лица, брюнет считал, что мне нечем было бить его козыри. И был прав, потому что я откровенно блефовала, не рассчитывая что Ян поведется на такой детский развод.

Но в то же время, я внимательно следила за ним там, внизу, во время разговора с отчимом. И если бы Яну было всё равно на отца и его чувства, он бы уже давно высказал своё «фи». Но он почему-то молчал…

А это могло означать только одно – братцу важно, чтобы его отец был счастлив. Так же, как и мне важно счастье матери. Поэтому я и пошла ва-банк, предложив ему такую провокационную сделку.

На самом деле я бы не стала ябедничать при любых условиях. Но раз уж выгляжу в его глазах хитрой стервой, то грех этим не воспользоваться. Пусть считает, что для меня нажаловаться на него родителям - сущий пустяк, потому что я, по его мнению, не думаю ни о ком, кроме себя любимой.

Ян сцепил зубы и молча смотрел на меня, не сводя глаз, около минуты. Раздумывал, видимо. Прикидывал все за и против. Я прямо-таки видела, как в его голове крутятся шестеренки. А ещё – на каких догадках обо мне он поставил рядом жирные галочки.

Эх… Теперь точно не отмыться от его «ведьмочки». Но пусть лучше так. Пусть ненавидит меня и считает кем угодно, чем мама заметит истинное отношение Яна к ней и ко мне. После чего она соберет вещи и оставит Николая Владимировича, жертвуя своей обретенной любовью и счастьем, в пользу эгоизма братца и простого нежелания раскрыть, наконец, глаза.

- Так и думал, что ты - дрянь. – выдал он, скривив губы.

Я дернулась назад, словно от удара. В груди неприятно сжалось, но я не подала вида. Только судорожно вздохнула, сглатывая горечь, появившуюся во рту после его небрежно брошенной фразы.

- Так как? – выдавила из себя заплетающимся языком.

- Хорошо.

- Ты согласен? – не поверила своим ушам. Не могло всё быть так легко!

- Мне что, нужно расписаться собственной кровью в каком-то ведьмовском договоре, чтобы ты поверила? – саркастично процедил Ян.

Я закатила глаза.

- Нет, достаточно просто произнести пару фраз на латыни при свете полной луны. – не удержалась от ехидства.

На удивление, брюнет улыбнулся. Не как обычно злобно или с долей иронии, а просто потому, что ему пришелся по вкусу мой ответ.

- Если это всё, то выход там. – указал на дверь, и выудив из кармана штанов спортивные перчатки, он принялся натягивать их на руки.

- И куда это ты собрался на ночь глядя? – выгнула бровь и скрестила руки на груди, повторяя его недавнюю позу и вопрос, заданный мне накануне вечером.

- Туда, куда я собрался, маленьким девчушкам вход заказан. – в его голосе сквозило притворное сожаление.

Разведя руками, мол, ничего не поделаешь, Ян направился в сторону окна.

- То говоришь, что я - ведьма. Теперь маленькая девочка. Ты уж определись. – ехидно протянула я, следуя за ним.

- Ах, да. – наигранно обернулся так, будто забыл что-то сказать. – Скажешь отцу или своей матери, что я не ночевал сегодня дома – сделке конец.

Я расплылась в приторной ухмылочке. Благо не успела ещё переодеться в пижаму, и решила сразу зайти к братцу. Как чуяла…

Хитро прищурив глаза, схватила парня за край куртки, не давая ему вылезти в открытое окно. Дождавшись, когда он удостоит меня вниманием, с наглой интонацией озвучила идею, пришедшую мне в голову:

- Отлично. Тогда я иду с тобой, чтобы ты лично убедился, что эта информация точно не дойдет сегодня до твоего отца.

Тот воззрился на меня, как на душевнобольную.

- Ты же пошутила, верно?

И он с самым серьезным видом ждал, пока я рассмеюсь и заверю его, что это не более чем шутка. Блажь девчонки. Но я лишь молча смотрела на него, скрестив руки на груди и топая ногой от нетерпения.

- Ева, лучше возвращайся в свою комнату и ложись спать, как и положено хорошей девочке. – выразительно посмотрел на меня.

- Ну, я ведь нехорошая, - настал мой черёд смотреть на него, а-ля «ты же понимаешь, о чём я», - так что тут больше нечего обсуждать.

Ян уже вылез из окна и стоял на крыше. В его глазах читалось самое настоящее сомнение, что я действительно собираюсь за ним увязаться, а не просто треплю нервы. Как он мне.

Плотнее укутавшись в кардиган, я перекинула ногу через карниз, прогнулась, и в следующую секунду меня уже обдувал прохладный осенний ветерок.

- Куда дальше? – я была полна энтузиазма. Видимо, на это повлияло то, что мы с Яном поменялись ролями. Теперь я его бесила, а не он меня.

- Ты – обратно в комнату, и ложишься баиньки. А я иду по своим мужским делам, в которых всяким мелким не место. – Ян бесцеремонно ухватил меня за плечи, развернул к окну и подтолкнул, чтобы я лезла обратно в дом.

- Эй! – строго посмотрела на него, скинув руки со своих плеч. – Ты так сильно хочешь, чтобы я прямо сейчас пошла и рассказала обо всём отцу?

- Отцу? – у него вырвался нервный смешок. – Уже отец… Не будь прилипалой и не веди себя, как моя младшая сестренка.

- Я и есть твоя младшая сестренка с тех самых пор, как в паспорте наших родителей появился штамп. – упрямо вздернула нос. – Так что я иду с тобой, так или иначе. Имей ввиду.

Ян вытаращился на меня, а его руки дрогнули, словно он хотел насильно запихнуть меня в окно, но сдержался неимоверными усилиями.

- Хорошо, - процедил парень, - ступай за мной. Только тихо и аккуратно. Мы будем проходить мимо спальни отца, она как раз выходит на эту сторону.

Я несколько раз кивнула, обрадовавшись. Чуть в ладоши не захлопала. Меня охватило чувство авантюризма. Я ещё никогда в жизни не сбегала из дома посреди ночи. Да ещё и с парнем, который явно собрался нарушать закон.

Топая за братцем чуть ли не шаг в шаг, смотрела на его широкую спину, обтянутую белой курткой, и тихонько хихикала своим мыслям. Мы похожи на двух подростков из американских фильмов. Кто бы мог подумать...

Когда мы подобрались к окну Николая Владимировича, Ян низко пригнулся и, прислонившись спиной к стене, уверенными, словно заученными давным-давно шагами, пересёк «опасную» зону.

- Пошли. – шепотом поторопил меня брюнет, когда я не осмелилась сразу же повторить его трюк.

- Мне страшно. – призналась, смотря вниз. И пусть высота была небольшая, но покатая крыша намекала неуклюжей по жизни мне, что я могу съехать по ней вниз, если допущу хотя бы одну ошибку.

- Страшно – поворачивай назад. – его довольная злодейская ухмылочка вмиг придала мне сил.

Сцепив зубы, я решительно прислонилась к стене и осторожно поползла боком, стараясь в точности повторить телодвижения Яна. И выдохнула, как только смогла, наконец, выпрямиться.

- Что? – спросила, заметив, что братец едва сдерживает смех.

- Обезьянка. – хохотнул он, и тут же зажал себе рот рукой, чтобы не заржать ещё громче. – Видела бы ты своё лицо. Писаный шедевр, я тебе скажу. Достойно полотна Да Винчи.

- Заткнись и иди вперёд! – шикнула на него, замахнувшись. Ян ловко увернулся, показав мне язык.

Остаток пути мы преодолели довольно-таки быстро. Вот только на спуске возникли проблемы. Если брюнету было не впервой лазать по крышам и также успешно с них спрыгивать, то вот у меня с этим возникли проблемы.

- Быстрее, Ева. – рыкнул Ян, то и дело косясь в сторону горящего окна отчима, который явно ещё не торопился предаваться объятиям Морфея.

- Сейчас, - сделала судорожный вдох, собираясь с духом.

Не думала, что могу бояться высоты. Но особняк Соколовых отстроен по индивидуальной планировке, и высота стен нестандартная. От крыши, на которой сидела я, до земли было около двух метров точно. Как бы не больше.

- Если ты не поторопишься, отец заметит тебя. – припугнул братец. И это подействовало.

Я закусила губу, свесив ноги с крыши. Что-то разглядев в моём выражении лица, Ян обреченно вздохнул и вдруг поднял руки вверх. Рукава его куртки натянулись, обнажая предплечье, и я впервые обратила внимание на темные линии татуировок, которые раньше прятались под одеждой.

- Прыгай, чего ждешь? Я тебя поймаю.

- А ты точно поймаешь и удержишь? – с сомнением переспросила я.

Почему-то я была уверена, что, как минимум, расплющу братца своей тушкой. И больше некому будет мстить за то, что коварные ведьмы позарились на деньги Соколовых...

- Не беси меня, ведьма. - словно в ответ на мои мысли, пробасил Ян. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. - Иначе точно передумаю! – растерял всякое терпение, заметив, что я никак не реагирую на угрозы.

Что ж, в игре с огнём, главное, вовремя остановиться...

В последний раз глубоко вдохнув и выдохнув, я оттолкнулась от крыши, спрыгивая. Глаза закрылись сами собой. Я едва сдержала визг, почувствовав ветер в волосах, и поняв, что падение длится дольше, чем рассчитывала.

А потом я ощутила горячие ладони, перехватившие меня за талию. Так уверенно и бережно. Но этого не хватило. Видимо, Ян позабыл про силу инерции и вес моего тела, или переоценил свои способности ловца, поэтому уже в следующую секунду мы полетели вниз на мягкий газон.

Ну, точнее, для меня он был мягким, потому что приземлилась я прямиком на Яна. А вот судя по не совсем приличной ругани парня, слетевшей с его губ, для него падение не было столь же комфортным, как моё.

Я лежала на нём, всеми органами чувств ощущая твердость мужского тела. Лицо залила краска, и я была рада, что от братца его скрывали волосы. Запах весны поутру окутал меня с ног до головы. И я с наслаждением вдохнула его, даже не осознавая, что делаю.

- Может, слезешь с меня?! – прошипел брюнет, отплевываясь от моих длинных прядей, и сильнее впиваясь пальцами в мою талию, чтобы стащить с себя.

Возмущенный тон Яна привёл меня в чувство. Я резко опрянула от брюнета, испугавшись своих собственных эмоций.

- Что ты, как девственница, ей богу. – скрывая дикое смущение за сарказмом, произнесла я. – Можно подумать, первый раз кто-то сидит на тебе сверху.

- Не первый. Но ты – последний человек, которого бы я усадил на себя.

- Ой, не зарекайся. А то ещё понравится после сегодняшнего. Потом просить будешь.

Сама не зная, что несу, едва успела прикусить язык. А то бы понесло дальше...

Ян как-то странно на меня покосился, отряхиваясь от травинок и комьев земли. Я же сидела рядом с ним, и просто наблюдала, понимая, что мою одежду, в отличие от его, ничего уже не спасет. Надеюсь, что в темноте не будет видно пятен…

До машины Соколова мы добрались без происшествий. Я оглядела автомобиль, и поинтересовалась:

- А ты разве не на мотоцикле гонять собрался?

- Я что, похож на самоубийцу? – при этом он состряпал такую морду кирпичом, что не передать словами.

Я поджала губы и неопределенно повела плечами.

- Кто тебя знает. – сделала небольшую паузу, усаживаясь на пассажирское сиденье. - Так значит, ты автогонщик? Поэтому ездишь, как долбанный шумахер?

- Ох, Евочка. Твой язык точно до добра не доведет.

- Меня твои угрозы не пугают. Лучше смотри, чтобы тебя не поймали. – кивнула в сторону дома. Но больше всего на данный момент меня волновало другое. – А разве Николай Владимирович не услышит звук мотора? Не увидит по камерам?

Ян скривился так, будто я несмышленный ребенок, который спрашивает про очевидные вещи.

- Стены и окна дома построены с учетом шумопоглощения и звукоизоляции. Я не впервые так сбегаю.

- Я заметила. – братец повернул ключ зажигания и завёл мотор. Нажал кнопку на пульте и перед нами открылись подъемные ворота гаража. – Что насчет камер?

- Если бы у дома были охранники, тогда бы это было проблематично. А так камеры снимают в режиме реального времени. Вряд ли отец сейчас будет палить в них. А до утра записи волшебным образом сотрутся. – сверкнул белоснежным оскалом брюнет. – Так что пусть спит спокойно.

Я вздохнула, удивляясь его предусмотрительности и сообразительности. Мне казалось, что Ян не настолько умный, раз строит козни девчонке, будучи твердо уверенным в том, что этот гениальный план поможет ему.

Когда особняк Соколовых остался позади, я уставилась в окно, и смотрела в него всю дорогу, задаваясь одним лишь вопросом:

«Зачем я вообще увязалась за Яном и почему не осталась сидеть дома?»