ГЛАВА 24

Алиса

Почему вдруг понадобилось моё присутствие стало ясно уже через несколько минут. Станислав Альбертович терпеливо выждал, когда кабинет покинут все посторонние, и, жестом предложив нам присесть, открыл злополучную папку.

Не сговариваясь, мы с Асланом сели на диван, и он тут же поймал мою руку и крепко сжал. Перевела на него затуманенный взгляд и, молча кивнув, ответила на рукопожатие. Наши пальцы переплелись, и, затаив дыхание, мы уставились на юриста, аккуратно раскладывающего на столе документы.

Дальнейшее ранило и отрезвляло одновременно. Станислав Альбертович скинул пиджак и, посмотрев на нас с Асланом, поджал губы. Ему происходящее нравилось не меньше нашего, но поручение Даниярова старшего для него являлось необсуждаемым приказом.

Просто работа, но…

Документы он читал заметно охрипшим голосом, делая перерывы, чтобы отпить воды, ослабить узел галстука, прерывисто вздохнуть или взъерошить волосы. Что угодно, лишь бы оттянуть главный момент.

– В случае наступления обстоятельств, повлёкших… – продолжил он и, кашлянув, снова потянулся к графину с водой.

Я даже зажмурилась, понимая, что даже если это не завещание, то как минимум последняя воля человека, уверенного в нависающей над ним смертельной опасности. Слова Миши о спланированном устранении в очередной раз подтвердились, и я не смогла сдержать слёз.

А мама? Как же мама и будущий малыш? Почему Мурат Гайдарович, зная об угрозе, потащил её в это путешествие. Сейчас я ненавидела отца Аслана всей душой. Если бы он любил маму, близко бы к ней не подошёл, не говоря уже об официальном браке и ребёнке.

– Оставляю своё имущество, счёта, сеть компаний и другие ценности, согласно приложению номер один своему сыну… – Аслан дёрнулся и, стиснув челюсти до скрипа зубов, прерывисто выдохнул.

– И Алисе… – услышав своё полное имя, я перевела шокированный взгляд на юриста, а потом на Аслана, но тот, замерев, смотрел в одну точку, не выпуская при этом мою руку.

– Управление бизнесом и имуществом распределить на вышеуказанных наследников равными долями в соответствии…

Я просто не выдержала. Вскочив, испепелила Станислава Альбертовича злым взглядом и, уперев руки в бока, зашипела:

– С меня хватит. Хватит, слышите? Не хочу! Я этого не просила! Уже смирились?

– Алиса, успокойся, – резко поднявшись, Аслан сделал ко мне шаг и протянул руку, но я отшатнулась.

– Успокойся?! – вскрикнула и закусила губу, чтобы сдержать рвущиеся наружу рыдания. – Я успокоюсь, «братец»! Успокоюсь, когда найду маму! Слышишь? Я поеду туда и буду её искать!

– Я не отпущу! – взревел Аслан и, кивнув на притихшего юриста, напомнил: – На нас теперь возложена большая ответственность, а там мы ничем не поможем. Если отца устранили, мы на очереди, и поехав туда, мы попадём в ловушку. Ты этого хочешь?!

– Я хочу… – зажмурившись, мотнула головой и, взяв себя в руки, повернулась к Станиславу Альбертовичу и уверенно отчеканила: – Я хочу отказаться от своей доли наследства в пользу Аслана. Вы же юрист. Оформляйте немедленно, а я всё подпишу и спокойно уеду. Не владея полномочиями, возложенными на меня Данияровым, я перестану быть целью. Верно?

– Не уверен, – покачал головой Станислав Альбертович, но Аслан его перебил.

– Слава, выйди. Ты же нам всё зачитал?

– Почти, – ответил мужчина и, собрав документы в папку, протянул Аслану. – Всё здесь. Надо будет подписать кое-какие документы и доверенности, но я не тороплю. Созвонимся.

Произнося всё это, он встал, накинул на себя пиджак, поправил галстук и, кивнув мне вместо прощания, быстро вышел из кабинета. Аслан попытался усадить меня на диван, но, когда я вновь отшатнулась, прицыкнул языком и покачал головой.

– Алис, ты же понимаешь, что это опасно. Тебе нельзя уезжать! Нам нельзя разделяться! Не отпущу!

– Не отпустишь?! Да пойми же… – от злости и бессилия даже ногой притопнула. Скрестила руки на груди и, вздёрнув подбородок, вполне прозрачно намекнула: – Если твоего отца преследовали из-за бизнеса, самое опасное место сейчас здесь.

– Здесь ты хотя бы под присмотром. Ты не понимаешь, что на меня могут надавить, используя тебя.

– Почему?! – взвизгнула я, но по взгляду Аслана поняла намного больше, чем он мог бы сказать словами.

– А ты не догадываешься? – посопев, он быстро подошёл ко мне и, стиснув мои предплечья, притянул к себе. Прожёг многозначительным взглядом и, склонив голову набок, тихо уточнил: – Правда не понимаешь?

– Нет, – покраснев, соврала я, но он лишь хмыкнул.

– Скоро поймёшь, – подытожил и, настойчиво подтолкнув меня к дивану, скомандовал: – Сядь, нам надо изучить документы.

– Не хочу я ничего изучать! Я не твоя игрушка, не жена, не подруга и даже не сестра. Или ты меня к батарее прикуёшь?

– Если понадобится, то прикую, – невозмутимо отозвался Аслан.

– Не имеешь право!

– Имею! – рявкнул он и, замерев напротив меня, пророкотал: – А будешь упираться, я немедленно расширю свои права.

– Почему ты решил, что меня могут использовать? – уточнила, поспешно меняя неуютную тему, провоцирующую перейти к выяснению наших взаимоотношений.

– Потому что ты для меня… Потому что мы… – подбирая слова, Аслан отвёл взгляд и, прерывисто выдохнув, отвернулся.

– Мы друг другу никто! – отчеканила я и, боясь услышать то, о чём мечтала два года назад, напала первой: – Жалею, что наши родители познакомились. Виню твоего отца за всё это, а за маму я его просто ненави…

Договорить он мне не дал. Подскочил, сгрёб в объятия и, встряхнул так, что мои зубы клацнули.

– Хватит! – взревел Аслан и, прищурившись, прорычал: – Хочешь войны, ты её получишь, но не забывай, что…

– Войны? – огрызнулась, глядя в любимые глаза и хохотнув в голос, заверила: – Всё, что я хочу, это никогда больше тебя не видеть.

– Не надейся, – поджав губы, рявкнул он и, грубо отпихнув меня, напомнил: – Нравится тебе или нет, но отныне мы связаны. У нас есть обязательства. Общие!

– Оставь себе, – фыркнула и, желая прекратить бесполезный спор, направилась на выход.

– Не выйдет, – прилетело мне в спину. – Забыла, что написано в завещании? Либо ввязываемся вместе, либо… Всё на двоих. Равными ДО-ЛЯ-МИ!

– Повторяю, оставь всё это себе, а меня отпусти!

Рванула к двери, но Аслан оказался быстрее. Я успела взяться за ручку, но на дверное полотно по обе стороны от меня легли его руки. Крутанувшись, уставилась в потемневшие глаза Аслана и, выставив руки вперёд, попыталась оттолкнуть.

– Отпусти… – прошептала отчаянно.

– Не могу… – придвинувшись вплотную, отозвался он хрипло.

– Я ни на что не претендую, подпишу любые документы и…

– Я претендую, – перебил Аслан и, посмотрев на мои губы, добавил: – Готов отказаться от всего, кроме тебя. Не отпущу… Можешь брыкаться, сопротивляться, выдумывать очередных ухажёров, но ты моя.

– Совсем сдурел? – уточнила тихо и, затаив дыхание, невольно перевела взгляд на его губы.

– Да. Я сдурел, – криво усмехнулся Аслан и, прежде чем накрыть мои губы поцелуем, прошептал: – Смирись… Я забираю тебя себе, Алиса.