ГЛАВА 30

Алиса

Поначалу его поцелуй был нежным, осторожным, чувственным. Словно Аслан искал грань, где я взбрыкну, вырвусь и снова сбегу.

Но я так устала убегать, в первую очередь от самой себя. Когда его язык, раздвигая мои губы и зубы, настойчиво проник глубже, – я всхлипнула. Положив ладони на его голую грудь, не оттолкнула… Скользнула пальцами по широким плечам, и мышцы Аслана напряглись, а сам он низко зарычал, притискивая меня ещё ближе.

Провела руками по его шее, вплела пальцы в короткие волоски на затылке и, застонав, обняла, прижавшись всем телом. Даже не заметила, как Аслан вклинился между моих раздвинутых ног и, придвинув меня ближе к краю стула, впечатался напряжённым пахом в промежность.

Мы задрожали и застонали одновременно. По кухне уже плыл запах горелого мяса, а Аслан даже не пытался прервать поцелуй, отнимающий у нас дыхание и остатки воли.

Не собиралась я больше бороться, не хотела терять того, кто не покидал моё сердце все два года разлуки. Мысленно отпустив себя, доверилась сильным рукам, и стоило решиться на всё, что он собирался сделать, стало невероятно легко. Даже глаза зажгло, а из-под опущенных ресниц покатились слезинки.

Прервав поцелуй, Аслан посмотрел на меня потемневшим взглядом и, впечатавшись лбом в мой лоб, хрипло прошептал:

– Моя Алиска, моя своенравная женщина. Даже не надейся, что будет иначе.

Я нахмурилась больше по привычке, облизнула вдруг пересохшие губы, и сама потянулась за поцелуем. Произнести вслух то, на что только что решилась, я не смогла, но Аслан всё понял. Вновь впился в мой рот жадным поцелуем, сразу же проникая языком внутрь.

Его руки подцепили край моей футболки и потянули вверх. Рука легла на мою спину, прижимая к горячему торсу уже кожа к коже, и я содрогнулась, будто от удара током. Кожу обсыпало мурашками, но Аслан вдруг резко отстранился.

– Алиса, да ты вся горишь.

– Я не… – густо покраснев, не знала, как сказать, что от его напора я не только горю, но ещё и трусики успели промокнуть насквозь.

– Подожди, – он нахмурился и, приложив руку к моему лбу, тихо выругался: – Чёрт, да у тебя же температура.

– Разве? – отозвалась я хрипло и, поёжившись под его обеспокоенным взглядом, скрестила руки, прикрывая грудь.

– Чёрт! Почему молчала? – заворчал Аслан и, глянув мне за спину, охнул. Отойдя в сторону, выключил гриль и, вернувшись ко мне, потребовал: – Алиса, что с тобой? Где болит? Голова? Горло?

– Немного, – сглотнув, я поморщилась, но расспросов больше не последовало.

– Иди ко мне, – нацепив на меня футболку, Аслан подхватил меня на руки и быстро понёс к выходу из кухни, а потом и к лестнице.

Поднявшись на второй этаж, занёс в свою комнату и, не слушая моё бессвязное лепетание, уложил в кровать. Укутал в одеяло, устроил на подушках, закрыл окно и, схватив телефон, сел рядом.

– Лежи, сейчас вызову врача, – сообщил, набирая номер.

Я попыталась возразить, но он шикнул и, нахмурившись, отчеканил в трубку мои симптомы, возраст и адрес. Отшвырнув телефон, лёг рядом и подгрёб меня прямо в коконе одеяла. Прижал к себе и, уткнувшись губами в шею, прерывисто вздохнул.

– Как ты? – прошептал едва слышно, а я закрыла глаза, чувствуя, как щёки заливает румянцем.

– Пойду к себе, – отозвалась, пытаясь выбраться из его объятий, но, когда он прицыкнул языком и усилил хватку, капризно захныкала: – Аслан, ты же заразишься.

– В болезни и здравии, – усмехнулся он, а я смирилась, что сбежать не получится.

Уже не очень-то и хотелось. В кольце его сильных рук было тепло и спокойно, а случившееся на кухне уже казалось чем-то естественным. Даже не сомневалась, что всё закончилось бы близостью, если бы не температура и…

Прислушавшись к себе, мысленно чертыхнулось. В горле стоял колючий ком, при каждом сглатывании царапающий слизистую. Тело ломило, и несмотря на одеяло и живую грелку в виде Аслана, меня немного морозило и трясло.

Пока ждали врача, я задремала, а проснувшись от странных звуков, почувствовала себя совсем разбитой. Аслана в комнате не было, но в изголовье кровати тускло горел ночник. На первом этаже дома слышался приглушённый разговор, а потом чьи-то шаги.

В комнату вошла незнакомая женщина с большой сумкой, а следом хмурый Аслан.

– Невеста, говорите? Чем лечились? Как давно температурит? Измеряли? – женщина продолжала засыпать его вопросами, и, поздоровавшись, вынула из сумки стетоскоп, градусник и тонометр.

– Нет у нас пока что градусника, – взъерошив волосы, виноватым тоном проговорил Аслан и, присев на край кровати, добавил: – Но я всё куплю. Вы только напишите список и…

– Погодите, может быть, придётся в больницу везти, – перебила его женщина и, сунув мне градусник, приступила к осмотру.

– В больницу? – почти в унисон выпалили мы с Асланом и, переглянувшись, также в унисон добавили: – Не надо в больницу.

– Сразу видно, что влюблённые, – тихо рассмеялась женщина и, вставив в уши капли наушников стетоскопа, шикнула на возмущённо сопящего Аслана. – Тише, жених, дай послушать.

Для осмотра и других манипуляций пришлось выпутываться из тёплого одеяла и снимать футболку. Я старалась не смотреть на Аслана, но под его пристальным взглядом постоянно краснела и закусывала нижнюю губу.

– У-у, тридцать девять, – забрав градусник, протянула доктор и, посмотрев в упор, осторожно намекнула: – Алиса, может, всё же в больничку прокатимся, а?

– Не хочу, – кутаясь по самый нос, буркнула я и, протяжно вздохнув, пискнула: – Может укольчик какой или…

– Ну, укольчик я тебе и так пропишу, причём не один, – покачав головой, кивнула она и, достав из сумки рецептурные бланки, профессиональным тоном поинтересовалась: – Аллергией страдаете? Если да, то на что? Какие препараты принимаете? Беременность есть?

– Нет, – слишком поспешно выпалила я и, смутившись, тихо повторила: – Нет беременности.

– Уверены? – доктор просканировала меня прищуренным взглядом, потом глянула на Аслана, но он почему-то помогать мне не торопился.

Пожав плечами, улыбнулся и, выжидательно посмотрев на меня, поиграл бровями. Захотелось швырнуть в него подушку, но сил на это не было.

– Да, уверена, – пискнула я совсем тихо, но доктора мой ответ явно не устроил.

– Алиса, не стоит скрывать, – чуть строже проговорила она. – Я собираюсь назначить вам сильные препараты, которые могут негативно сказаться на плоде, и если вы хоть немного сомневаетесь, то…

– Я всё ещё девственница, – смирившись с неизбежным, проворчала я и, заметив, как Аслан расплылся в довольной улыбке, спрятала лицо в ладонях.