ГЛАВА 45

Алиса

Долгий перелёт прошёл как в тумане, но вовсе не от усталости. Прижимаясь к Аслану, я улыбалась и, чувствуя его невесомые поцелуи, жмурилась как сытая кошка.

Первая ночь моего замужества прошла над облаками, но моя душа парила намного выше. Растворяясь в предрассветной дымке, меня отпускали страхи, переживания и последние сомнения в том, что всё будет хорошо.

В роскошное бунгало, расположенное в паре шагов от потрясающе красивого пляжа, Аслан внёс меня на руках. Оглянулся на сотрудника, помогающего с нашими вещами, и едва дверь закрылась, и мы остались одни, хрипло позвал:

– Алиса…

– Да…

– Я тебя люблю.

Ответить я не успела. Аслан поставил меня на ноги и, прижав к себе, накрыл губы горячим, жадным поцелуем. Голова резко закружилась, и в крышесносном урагане я даже не заметила, как мы оказались в ванной. Не успела отследить, куда улетела моя одежда, и когда Аслан умудрился ловко избавиться от своей и оказался абсолютно голым.

Истерзав мои губы, муж подтолкнул меня в душевую нишу и, развернув лицом к стене, прижался сзади. На голову и плечи хлынули струи тропического ливня, и распалённая кожа покрылась мурашками. Запрокинув голову, я подставила шею под поцелуи и, закусив губу, прикрыла глаза.

Аслан не торопился… Его руки скользили по моему телу, распределяя гель для душа, массируя, расслабляя и лаская. Я чувствовала попой его набрякший член, но совсем не боялась, полностью доверившись любимому.

– Иди ко мне, – прошептал Аслан и, развернув меня к себе, посмотрел в глаза, тихо добавив: – Трогай меня, изучай, привыкай.

Гулко сглотнув, я кивнула и, налив на руки ароматный гель, робко прикоснулась к литым мышцам его груди. Осторожно погладила, чувствуя, как под пальцами напрягаются мускулы, скользнула по плечам, шее, перешла на расчерченный кубиками живот и замерла. Муж застонал и, стиснув зубы, прерывисто выдохнул.

– Боишься? – спросил с улыбкой, опустив взгляд на мои руки, не смеющие скользнуть ниже.

– Нет, – отозвалась я тихо и, покраснев, отвела взгляд.

– Это мы ещё успеем, – поймав мою руку, усмехнулся Аслан и, подхватив меня на руки, добавил: – Вся жизнь впереди.

Занёс меня в спальню и, уложив на большую кровать, навис сверху, удерживая вес на вытянутых руках. Жадно осмотрел моё тело и, склонившись, поцеловал в шею. Я судорожно выдохнула и, вцепившись ему в плечи, попыталась притянуть ближе.

Не торопясь поддаваться, Аслан заурчал и, спустившись дорожкой поцелуев к груди, куснул за сосок, вынудив меня выгнуться и застонать. Наблюдая за моими эмоциями, довольно хмыкнул и, стиснув грудь рукой, обвёл ореолу языком и втянул сосок в рот.

Ласкал и дразнил муж меня очень долго, и я упустила момент, когда он лёг, устраиваясь между ног и настойчиво расталкивая мои бёдра шире. Даже когда, раздвинув пальцами влажные складки, начал осторожно проникать членом в лоно, я ещё нежилась в мареве возбуждения.

А потом Аслан запечатал мой рот своим и толкнулся, проникая на всю длину. Охнув, я впилась ногтями в его плечи и, зажмурившись, почувствовала, как по щекам стекают слезинки.

Муж ненадолго замер, позволяя мне привыкнуть к новым распирающим ощущениям и, зацеловывая моё лицо, прошептал:

– Теперь абсолютно моя.

Поначалу он двигался осторожно, но продолжая отвлекать меня от боли поцелуями и ласками, постепенно перешёл на резкие и глубокие толчки, распаляя почти утихшее возбуждение. Присваивая, завоёвывая совсем на другом уровне, заявляя и подтверждая своё право.

Чуть позже я лежала на груди мужа и, слушая его размеренное дыхание, водила пальцами по разгорячённой смуглой коже. Я была благодарна Аслану за то, что совсем недавно он не воспользовался моей слабостью, отложив нашу первую близость.

Шаг за шагом, он исполнял мои мечты. Даже те, о которых я не догадывалась. И пусть наш путь к друг другу занял два года, и пусть порой этот путь напоминал кошмар наяву, пусть я прошла через боль потерь, смертельную опасность и отчаяние, – это того стоило.

Теперь я не сомневалась в наших чувствах и полной, безоговорочной принадлежности. Я доверилась Аслану, в сотый раз убедившись, что моё сердце не ошиблось.

Мы нежились в объятия друг друга до самого заката, а вечером, когда на веранде нам устроили романтический ужин, по видеосвязи позвонила мама.

– Не отвлекаем? – поинтересовалась она вкрадчиво и, улыбнувшись, дополнила: – Ужинаете? Может, позже позвонить?

– Мам, мы так и не поговорили, – прицыкнув языком, вздохнула я.

Аслан приобнял меня со спины и прижав к себе, чмокнул в висок. Мама тихо захихикала, а в кадр тут же вклинился Мурат Гайдарович.

– Говорил же, пока их не дёргать, – заворчал он, притискивая маму за плечи. Свёл брови на переносице и притворно строго произнёс: – Им сейчас не до нас. Пусть отдохнут и…

– Пап, пора всё рассказать, – перебив, вмешался Аслан, а его отец мгновенно посерьёзнел.

– Мур прав, – прерывая неудобный момент, засуетилась мама и, послав нам воздушный поцелуй, пожелала: – Отдыхайте, а серьёзные разговоры отложим на потом.

– Я тоже жду объяснений, – покачав головой, возразила я и, протяжно вздохнув, перечислила: – Мы места себе не находили, занимались расследованием, рисковали и… Надеюсь, мы заслуживаем знать правду.

Родители переглянулись, и я решила, что они перенесут разговор под любым предлогом, но отец Аслана взял мою маму за руку и, легонько сжав её пальцы, одобряюще кивнул. Ранее обдумывая всё случившееся, я была уверена, что ситуацией больше владеет Мурат Гайдарович, но заговорила почему-то мама.

– Алиса, ты помнишь, когда Максим уехал на учёбу, мы с папой часто ссорились? – тихо уточнила она. Я кивнула, а она и, помрачнев, продолжила: – Серёжа убеждал меня, что образование за рубежом намного лучше, да и перспектив больше, но я была против. Максим тоже не особо рвался расставаться с друзьями и жить вдали от дома несколько лет.

– Но? – поторопила я, когда она замолкла и прерывисто вздохнула.

– Тогда я ещё не знала об угрозе. Понятия не имела, что так он пытался спасти Максима, держа его подальше от эпицентра проблем.