Своей судьбы хозяйка. Игры богов

(Вторая часть)

Оглавление

Своей судьбы хозяйка. Игры богов

ГЛАВА ПЕРВАЯ. БОГИ ДАЮТ НАМ НЕ ТО, ЧТО МЫ У НИХ ПРОСИМ, А ТО, ЧТО СЧИТАЮТ НУЖНЫМ

ГЛАВА ВТОРАЯ. ОТКУДА БЕРУТСЯ СТРОПТИВЫЕ ЖЕНЫ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ЧЕМ ДАЛЬШЕ, ТЕМ ЛЮБОПЫТСТВЕНННЕЕ…

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. СЛУЧАЙНОСТИ НЕ СЛУЧАЙНЫ

ГЛАВА ПЯТАЯ. МЫ ПРЕДПОЛАГАЕМ, А БОГИ РАСПОЛАГАЮТ…

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ЧТОБЫ НЕ СЛУЧИЛОСЬ — ДЕЛАЙ ВИД, ЧТО ТАК И ДОЛЖНО БЫТЬ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. НЕ ВЕРЬ, НЕ БОЙСЯ, НЕ ПРОСИ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ПОДМЕНА

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ПРОБЛЕМОЙ МЕНЬШЕ, НЕПРИЯТНОСТЯМИ БОЛЬШЕ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ. НЕТ НЕРАЗРЕШИМЫХ ПРОБЛЕМ, ЕСТЬ НЕПРИЯТНЫЕ РЕШЕНИЯ

ГЛАВА ОДИНАДЦАТАЯ. НЕ МОЖЕШЬ ОСТАНОВИТЬ — ВОЗГЛАВЬ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ. С ЧЕМ ПИРОГИ? С СУРПРИЗОМ…

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ. ЖИЗНЬ — ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ НЕСКОНЧАЕМЫЙ РЯД СЧАСТЛИВЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ ВЫЖИТЬ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ. ПЕРЕД ТЕМ КАК МСТИТЬ — ВЫРОЙ ДВЕ МОГИЛЫ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ. ЗА ДОБРО ПЛАТИ — ДОБРОМ, А ЗА ЗЛО — ПО СПРАВЕДЛИВОСТИ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ. КАЖДЫЙ ОХОТНИК ЖЕЛАЕТ ЗНАТЬ…

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ. ЛОВУШКА

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. И ДАЖЕ СМЕРТЬ НЕ РАЗЛУЧИТ НАС

ЭПИЛОГ

ГЛАВА ПЕРВАЯ. БОГИ ДАЮТ НАМ НЕ ТО, ЧТО МЫ У НИХ ПРОСИМ, А ТО, ЧТО СЧИТАЮТ НУЖНЫМ

Отчего мне так плохо? Потемнение в глазах, потеря ориентации в пространстве, показалось даже, что я на мгновение потеряла сознание. Но чья-то сильная и такая теплая рука на талии не дала упасть, мягко поддержав буквально на весу.

Удивилась.

Мне показалось, что его светлость скорее меня прибьёт, чем окажет помощь. И остро пожалела, что сорвалась. Не стоило показывать свою слабость и что меня так сильно задело это нелепое бракосочетание.

Но как говорится, гены пальцем не раздавишь. Уж чего стоило мне в прошлой жизни сдерживать свой темперамент — вспомнить срашно. А здесь вроде и мир другой, и тело другое, а сдерживаться всё так же удаётся с трудом.Но мной в этот мгновение двигали отчаяние и чувство безысходности. Ощущение бессилия и невозможность хоть как-то повлиять на ситуацию. Давно я не ощущала подобное. Когда тебя и за человека не считают. И было обидно. Думала ли о каре небесной, выражая протест против божественной воли? Даже в голову не пришло. А вот пар спустить, покричать, разломать что-нибудь, покрушить — с удовольствием. Совершенно из головы вылетело, что боги этого мира реальны. И даже иногда отвечают. Что ж.… поздно себя ругать, когда всё, что можно и что нельзя — уже случилось. Но обида на герцога отравляла сознание и продолжала грызть душу. Ведь мог же, гад, хотя бы сделать вид, что я его как человек заинтересовала, поухаживать, попытаться очаровать? А он, как неандерталец какой, образно говоря, дубиной по голове и за волосы в пещеру! Почему-то больше всего меня зацепило это его нежелание со мной возиться. Правильно его прокляли! Конечно, малышку было чисто по-человечески жаль, но её папаша заслужил наказание.

— Как вы, дорогая? — интимный шёпот на ухо искользнывшее по щеке чьё-то теплое дыхание вызвали табуны мурашек в разных интересных местах. Я вздрогнула от неожиданности, всё же — одно дело, когда тебя просто поддерживают, и совсем другое — вот такой вот шепот, рука на талии и вторая, обнимающая за плечи. Что, черт возьми, происходит⁈

Я вдруг осознала, что стою с закрытыми глазами, а крепкие объятия не дают упасть, хотя ноги подкашиваются от слабости и сильно кружится голова. С чего бы это?

И всё таже жгучие боль и обида. Я помнила всё до мельчайших мгновений: как переступила порог Храма, торжествующий взгляд Рейрина Гатаррского и мой гнев. За что со мной так несправедливо? Чем я провинилась?

— Потерпите, дорогая Лея. Уже недолго осталось. Сейчас жрец спросит о согласии и мы с вами, обменяемся брачными клятвами. Помните, о чём мы с вами договаривались?

— Ох уж эти трясущиеся от ужаса невинные девицы! — пробасил справа над ухом смутно знакомый голос. — Зря ты эту трясущуюся овечку на воспитание в монастырь отдавал. Надо было при дворе оставить, глядишь, давно постелька была бы согрета.

— Да он и так не бедствует, — хмыкнул слева кто-то ещё.

— Заткнитесь оба! — зло шикнул на говорунов как я понимаю тот, в чьих объятиях я пребывала. Голова шла кругом от происходящего. Что за бред? Какой жрец, какие клятвы и монастырь? И кто здесь невинная трясущаяся овечка? Я, что ли? В каком месте? Захотелось вмешаться в разговор и с хохмить что-нибудь этакое. Про овечек. Я не выдержала и всё же попыталась открыть глаза. Самое интересное, что мои трепыхания были замечены.

— Всё же держи покрепче, а то сбежит, — снова пробасил тот, что справа.

Да я бы с радостью, только вот ноги как ватные. Слабость сильнейшая и дезориентация. И хоровод мыслей в голове. Кто и с кем договаривался? Судя по тому, что обращались ко мне, ответ мне не понравится. Какие клятвы, когда боги уже связали нас нерушимыми узами? Я замерла в недоумении, пытаясь соскрести мозги в кучу, мобилизоваться и открыть наконец-то глаза. Пошатнулась, едва удержавшись на ногах. И не смогла сдержать испуганный крик.

Это был другой храм! Полный толпы разряженных гостей, замерших в ожидании и пожирающих глазами, происходящее у алтаря действо. Ярко горели свечи, пахло ладаном и миррой и ещё чем-то специфическим, но на удивление приятным. Я растеряно оглянулась, натолкнувшись взглядом на осторожно поддерживающего меня мужчину. И пережила шок. Меня в объятиях держал его младшее высочество принц Альд Шесский. Тот самый, с которого и началась вся эта история с проклятием. И тут сознание милосердно решило покинуть меня, бросив в пучину обморока.

— Дерзкая смертная!

Вокруг царило белое Ничто. И я в явно бестелесном виде болталась среди этого белого нечто, не понимая, как я здесь в очередной раз оказалась. И голос… От него у меня не то, что мурашки по не существующему телу, и волосы дыбом, от него душа норовила сжаться в комок и куда-нибудь заныкаться.

— Кто вы? — осмелилась подуть голос, хотя инстинкты вопили спрятаться и не отсвечивать.

— Смелая…

Смелая? Скорее, дура, потому что в очередной раз вляпалась в какую-то дурно пахнущую субстанцию.

— Мы обещали выбор…

Голос… нет, голоса. Несколько, но звучали так, что я не сразу разобралась, что со мной говорит не одно существо. Явно не человек. У людей таких голосов не бывает. И я так сходу не могла понять кому он принадлежит: мужчине или женщине. Боги! Вот же! До меня как-то сразу дошло, что могло произойти и почему.

Внезапно накатило какое-то неправильное спокойствие. Умом я понимала, что так быть не должно, только вот эмоции кто-то выключил. Хотя голова при этом работала чётко и ясно, как никогда.

— Готова слушать? — опять со всех сторон прогремел этот невероятный голос.

Даже, если и не готова, деваться мне всё равно некуда. Как там правильно следует обращаться к творцам? Упасть ниц? Молить о снисхождении? Умом я понимала, что именно так и следует, но что-то глубоко в душе продолжало сопротивляться.

— Не старайся… мы читаем души…

— Э… я не хотела…

Смешок…

— Ложь! Хотела…

Я замерла, не решаясь лишний раз пошевелиться. За какую-то минуту мне вывернули наизнанку душу и теперь собираются её препарировать.

— Слишком много душ ушло на перерождение раньше времени. Даже мы, боги, не можем отменить наложенное проклятие, но можем ослабить. Или изменить.

«Смухлевать», сделала я вывод.

— Ты дерзкая, но при этом умеешь держать себя в руках. Смелая, но не безрассудная. Ты сможешь… — гремело отовсюду.

— Что смогу? -пискнула, едва шевеля от страха губами.

— Выбор… ты можешь стать женой Рейрина Адальберта, родить ему сына и умереть от проклятия, тем самым его сняв. Душа уйдёт на перерождение. А можешь отправиться в прошлое и попытаться не допустить, чтобы этого проклятия вообще появилось. Выбирай!

— Как я могу не допустить наложения проклятия?

— Займешь место Лейлады. Своё место. У тебя будет второй шанс прожить её жизнь, раз в первый раз не смогла. Просто выживи.

— Вы предлагаете мне второй раз прожить жизнь Лейлады полностью? А, если я не хочу себе такой судьбы? Если я хотела начать сначала без этого чертового предопределения? Сама выбрать с кем жить, как жить, от кого детей рожать и рожать ли вообще!

Смешок…

— Ты действительно полагаешь, что все твои действия были следствием твоей свободы выбирать? Всё предопределено. Но сейчас ты можешь выбрать.

— Так нечестно! Несправедливо! Этот ваш выбор больше похоже на наказание! За что?

— Награда… сможешь вернуться туда, откуда мы тебя забрали… Выбирай!

Я не сразу осознала, чем меня собрались осчастливить. А когда осознала, подумала, что ослышалась. Куда там меня собрались вернуть? В наш мир умирать от приступа аллергии? Или под венец, только тремя веками позже?

Чтобы я не выбрала — результат мне не понравится.

— Глупая смертная…

«Была бы умной — не влипла бы в эту историю», — проворчала я себе под нос, крутясь вокруг собственной оси и пытаясь разглядеть, кто прячется в тумане. Пространство вокруг бурлило, постоянно меняясь и вызывая какой-то неконтролируемый ужас. Мне казалось, что там в этом кипящем облаке что-то есть или кто-то. И смотрит сейчас на меня нечеловеческим взглядом, изучает. Как говорящую букашку.

Жутко.

Я пыталась осмыслить полученное предложение. Что будет, если я не просто отменю проклятие, но изменю прошлое? А я ведь действительно его изменю. Уже начала. Эффект бабочки уже запущен,а своего мотылька, по ходу, я уже раздавила во время брачной церемонии. Ведь изначально Лея стоически вытерпела весь долгий ритуал, с трудом превозмогая слабость, отстояла службу в храме. А после, когда стало возможным покинуть празднество, с радостью ускользнула в свои покои, где благополучно уснула, выпив немного вина, с растворённым в нём снотворным.

Жаловаться девчонка не привыкла, стоически сносила все свои беды и трудности. А когда поутру проснувшись, осознала, что вместо того, чтобы ждать молодого супруга, спала как сурок. И испытала стыд и неловкость. Потом долго краснела и смущалась. И поделилась причинами со своими приближенными. Тем самым превратившись в объект насмешек и шуток.

Я хмыкнула, представив какой облом ждёт местных гадюк. Потом в красках представила своё возращение, и немного повеселела. Может, не всё так плохо, как показалось сначала?

Пространство вокруг меня вдруг пришло в движение, замерцало, забурило и схлопнулось. И в следующее мгновение я осознала, что меня шлепают по лицу и суют под нос какой-то вонючий пузырёк, отчего спазмом перехватило горло и начался кашель.

«Нюхательные соли», — услужливо сообщил внутренний голос. — «Продирай глаза, пока какая-нибудь „добрая“ душа не решилась ещё водичкой сверху полить».

Я дернулась, представив как буду выглядеть на фоне расфуфыренных гостей. Не то, чтобы меня сильно волновало, но лучше не давать повода для насмешек. Тем более, мне эту публику еще приручать и подчинять. А авторитет и уважение на ровном месте не возникают.

Но какие же местные боги интриганы и обманщики! Мне только сейчас пришло в голову, что всё со мной произошедшее было не случайно. Не случайно после ритуала Гэри во мне проснулась память о прежних перерождениях, всё остальное тоже оказалось срежисировано. Зачем? Снять проклятие с герцогского рода? Я вас умоляю! Захотели — сняли бы! Такая силища в руках. Тогда, зачем? Позабавиться?

— Лея! Пригласите лекаря! — Его высочество Альд Шесский устроил разнос ближайшему окружению.

Внезапно выяснилось, что невеста ещё с самого утра жаловалась на плохое самочувствие. Но кто бы её слушал? Списали на предсвадебное волнение. А то, что сейчас уже время (откуда-то у меня эта информация появилась) ближе к вечеру, а у меня во рту даже хлебной крошки не было, тоже никому не было дела. Лекарь был бы кстати. Но не сейчас.

А мне вот прямо сейчас нужно закончить этот свадебный фарс. Вот прям срочно! Кушать хочется, кажется сейчас бы слона съела. Молодых здесь положено кормить? Я поднапрягла память и чуть не взвыла от разочарования. Кормили за свадебным столом только жениха. А невесте полагалось выпить пару глотков специального ритуального вина, после чего её провожали в покои новобрачных.

— Что случилось, ваше высочество? — очередной голос из прошлого. Господина Нарьена я знала очень хорошо. Личный целитель Альда, он наблюдал за течением беременности у Лейлады (никак не могу принять, что Лейлада это я и есть), и постоянно потчевал её укрепляющими настоями.

— Леди стало плохо. Проверьте, Норман. Я подозреваю отравление, — голос принца звучал жестко. От того улыбчивого шалопая, каким он представлялся ещё несколько минут назад, не осталось и следа.

— Разойдитесь! Положите леди вот сюда!

Я ощутила, как меня подхватили и куда-то перенесли. Под спиной ощущалась твёрдая ровная поверхность. Под головой чей-то камзол. Подозреваю, что его пожертвовал сам Альд.

— Так-так, — лекарь взялся считать пульс, потом попытался оттянуть веко, но я сначала зажмурилась, потом всё же попыталась, собравшись с силами, открыть глаза. Общение с богами высосало из меня всё, что было накоплено.

— Не нужно. Я сейчас встану.

— Лежите! — тут же встрял Альд, не давая возможности мне даже приподняться.— -Норман⁈

— Истощение, — неодобрительным тоном поставил диагноз лекарь. — Физическое и душевное. Я сейчас волью в леди немного сил, и дам укрепляющие капли. На несколько часов хватит.

— Пригласите приехать матушку Леонику! — тут же среагировал на услышанное Альд. — Я хочу с ней побеседовать. Дорогая Лея, как вы себя чувствуете?

Теперь внимание принца оказалось обращено на меня и, волей-неволей, пришлось собираться с силами и отвечать.

— Сносно. Встать смогу, но лучше вам ускорить это всё действо, — решилась высказаться я, вызвав удивлённые взгляды со стороны двух приятелей Альда -здоровяка Мара Коулда, графа Алесского, и утончённого красавчика Чезаре Торено. Ну ещё бы, в прежней жизни Лейлада была тихой боязливой мышкой, лишний раз голос боялась подать. Наверняка, они справки навели, что собой представляет наследница Готарры. Но я не собираюсь играть чужую роль, тем более что в прошлый раз вышло всё очень плохо. Я буду поступать так, как посчитаю нужным. У кого-то случится разрыв шаблона. Но мне по фиг.

— Вы уверены? — нахмурившись, осведомился будущий муж, с неодобрением поглядывая на мои неуклюжие попытки подняться.

— Вы же всё равно не отцепитесь, — фыркнула в ответ я, и скривилась, как от зубной боли, глядя на раз наряженных гостей, жадно ловящих каждый долетающий до них звук. — Я вам зачем-то нужна. А вот им, — тут я кивнула в сторону жадно внимающих придворных, — им нужно зрелище и очередная сплетня, чтобы приехав домой, с радостью перемыть нам кости.

Альд хмыкнул, продолжая внимательно следить за мной и действиями лекаря. После выпитой микстуры стало реально легче. Я ощутила, как меня с ног до головы окатило жаром. К зеркалу не ходи — щеки красные и в глазах появился блеск. Что я, себя не знаю? Ах, да… Тело то, чужое. Другое, совсем юное и реакции у него немного другие. Я снова скривилась. Это что же мне уготовано в ближайшее время? Подростковые прыщи и гормональный бунт? Хотя нет, кожа у Леи была чистая, а вот гормоны реально бунтовали.

Справлюсь.

— Вы не перестаёте меня удивлять, дорогая невеста, — взгляд Альда Шесского в очередной раз изменил выражение. Я только усмехнулась про себя, думая, что дальше будет ещё удивительнее. Дайте только мне время, я с силами соберусь и вот тогда…

ГЛАВА ВТОРАЯ. ОТКУДА БЕРУТСЯ СТРОПТИВЫЕ ЖЕНЫ

Приятный холодок шелковой ночной рубашки скользнул по телу. Под рукой я ощутила тонкую ткань простыни, мягкая кровать манила провести в ней ещё некоторое время. Я осмотрелась. Над головой кружевное облако балдахина. Чуть в стороне виднелся краешек туалетного столика и дверь, судя по всему — на выход. Я знала, что где— то, с другой стороны, должны быть ещё две: в гардеробную и умывальню. И та и другая были замаскированы так, что невнимательный человек вряд ли сразу смог бы их обнаружить. Светло персиковые тона стен вкупе развешанными на них картинами, удачно маскировали не только двери, но небольшой тайник.

В памяти тут же всплыла картинка: эта же комната, только почему— то совершенно в других тонах — зелень и слоновая кость. Или не эта? Покои, в которых я нынче очнулась, от тех, которые, когда-то были отведены герцогине Лейладе Онории Готарской, отличались лишь цветовой гаммой.

Я задумалась, пытаясь восстановить в памяти всё, что когда— то там всплыло после проведённого Гэри ритуала. Тогда я едва не сошла с ума, пытаясь упорядочить в голове знания о своих прошлых четырёх перерождениях. Жуткая мешанина получилась. Хорошо, что я сразу смогла отодвинуть в сторону то, что посчитала незначительным или неважным. И приказала себе забыть о нём. Как о кошмарном сне. Единственное, что хорошо отложилось в памяти — это воспоминания о жизни Леи. Потому что я и была ею, когда-то очень давно. Именно с неё началось то проклятие, которое поразило герцогский род на долгие три века. А заодно зацепило ещё несколько человек. Одним из которых и оказался Гэри. И сейчас меня очень встревожило то, что картинка из памяти не совпадала с реальностью. Я что— то перепутала, не так запомнила? Или изменилось прошлое, а для меня нынче, настоящее?

— Дорогая, что вас так озаботило, что у вас на лбу появились эти некрасивые складочки? Не нужно хмурить свой прелестный лобик, вы же не хотите, чтобы там со временем появились морщинки? — знакомый низкий голос, чуть хрипловатый ото сна с едва слышимыми игривыми нотками, быстро выдернул меня из состояния задумчивости.

Та— аак… А слона то я и не заметила!

Дернулась от неожиданности, попытавшись крутануться в нужную сторону и упала в подушки, утянутая туда сильной рукой. Теперь вместо балдахина над головой маячила физиономия новоявленного мужа.

Замерла, сама себе напоминая кролика, застывшего под взглядом удава, даже дыхание затаила. Утренний Альд был невероятно притягателен. Глаза невольно скользнули от взлохмаченной после сна шевелюры — а его высочество предпочитал носить волосы длиной чуть ниже плеч и забирал их в низкий хвост — по обнажённым плечам и ниже, отмечая и напрягшиеся мускулы рук, упёршихся по обе стороны от моей головы, и грудные пластины мышц, кубики пресса… Дальше я не рискнула смотреть, предпочтя зажмуриться. Он что здесь… совсем голый? И слегка поёрзав, пытаясь выбраться из — под придавившего меня тяжёлого тела, услышала тихий довольный смех.

Вот же гад, точно, голый!

Сказать, что я раньше голых мужчин не видела? Пф! Видела, разумеется. Один Скворцов чего стоил. Но в данном случае я почему— то ощутила неловкость от всей этой ситуации. Не то, чтобы меня подмывало глянуть повнимательнее, а как оно там выглядит лично у этого бессовестного типа — любопытство, разумеется, присутствовало, ведь в прошлой жизни Лейлады была только миссионерская поза и секс в темноте — но я прекрасно отдавала себе отчет, насколько двусмысленно выглядит данная ситуация.

Я снова поёрзала, стараясь не встречаться взглядом с довольным Альдом. Пусть себе потешит самолюбие. Помнится, к прежней Лее он явился консумировать брак только на второй день. Первый день праздновал, как я понимаю сейчас, с любовницей. А после задурил девчонке голову, влюбив в себя. А убедившись, что молодая жена понесла, переключился на свою прежнюю пассию и придворных дам.

Я не настолько наивна, чтобы полагать, что мужик может дожить до тридцати шести лет и у него баб не было. Но, если ты заводишь семью, с прежними развлечениями следует завязать. Или сделать так, чтобы никто ничего не знал.

Интересно, сколько времени прошло со дня венчания? Неужели я провалялась в кровати двое суток? Чем меня так приложило, не капельками ли лекаря Нарьена? Не должно было, но я теперь уже ни в чём не была уверена.

Я снова приоткрыла глаза, встретив довольный смеющийся взгляд, который по— хозяйски осматривал доставшуюся ему добычу. Ага, счаз!

— Какой сегодня день? — буркнула, отводя взгляд в сторону от наклонившейся надо мной Альда. Чёрт! Какой же он… и ведь знает гад, как действует на женский пол! И все ж таки когда-то я — Лея этого мужчину любила. Нет, нужно что-то делать! Брать, растаявшие под жарким взглядом Альда, мозги под контроль и что-то делать.

— Утро после нашей свадьбы, — заявил зеленоглазый гад, наклоняясь ещё ниже и предприняв попытку поцеловать. Я в очередной раз замерла, сконцентрировавшись на своих ощущениях: сердце трепетало, в животе бились крылышками бабочки, и какая-то сладкая истома пробежала по всему телу, дойдя до самых кончиков пальцев.

Не поняла, меня опоили? Не может быть, чтобы я вот так растаяла от пары взглядов и поцелуя. Точно, опоили!

И я разозлилась, переборов состояние розовых грёз, от души куснула за нижнюю губу этого оружия массового поражения для местных баб.

— Слезь с меня! И руки убери! Никакой консумации брака в ближайшее время не будет! — прошипела, собравшись с силами, и отпихнула в сторону, нависшего сверху Альда. Который, свалившись, вдруг отчего-то рассмеялся.

— И нечего ржать как конь! Не вижу ничего смешного!

На самом деле он вовсе не ржал, а всего лишь усмехался так понимающе ехидненько. И эта усмешка выбесила меня окончательно. Неприятно, когда над тобой смеются, а ты не понимаешь причину веселья. Первая мысль, естественно, о собственной внешности, всё ли с ней в порядке? А потом начинаешь вспоминать, где и как ты успела накосячить.

— Лея, вы когда злитесь, похожи на такого милого ежика — фырчите и иголки в разные стороны, — выдал растянувшийся на кровати Альд. Он ещё для удобства, руку под голову подложил. И теперь с интересом наблюдал за моими метаниями. Как есть, гад! Ёжик ему!

Захотелось выдернуть подушку из-под головы и со всего маху треснуть по довольной физиономии. Я даже было потянулась, но вовремя проснувшаяся осторожность остановила. Что я собираюсь делать и зачем? Что за эмоциональные качели со мной приключились и почему я совершенно не помню вчерашний вечер? С чего это я решила податься эмоциям и дать себя вовлечь в провокацию? Да и головная боль начала усиливаться. Если добавить к ней жуткий сушняк и ощущение, что во рту нагадили мыши — даже думать не хочу, что всё это означает.

Появилось желание зарыться с головой под подушку и ещё немного подремать. Умом я понимала, что не стоит этого делать, а вот организм был не согласен. И память подозрительно помалкивала. Гордость не позволила расспросить Альда о том, что же всё— таки вчера случилось, и почему моё сегодняшнее утреннее состояние подозрительно напоминает похмелье?

Поэтому я попыталась сфокусировать взгляд на стоящем в отдалении кувшине. Пить хотелось зверски. Даже губы пересохли, отчего их время от времени приходилось их облизывать. Встать и налить себе воды я не могла — рубашка на мне была слишком откровенной и коротенькой, а позвать горничную не получалось. Колокольчик для вызова слуг находился неподалеку от кувшина.

Когда я в очередной раз сглотнула ком в горле и облизала губы, Альд шумно вздохнул и едва слышно выругался, потом, ничуть не стесняясь собственной наготы поднялся. На столике стоял кувшин с каким-то питьём. Вот его-то и налил Альд в стекляный кубок, чтобы тут же принести мне. То, что это не вода, стало сразу же понятно по цвету. У воды не бывает такого насыщенного ядовито— зелёного оттенка.

— Пейте!

Настой мне подсунули к самому носу. Я невольно вдохнула тонкий аромат трав.

— Что это? — пить непонятное зелье не хотелось. Я с подозрением уставилась на плескавшееся в кубке нечто, потом кинула вопросительный взгляд на Альда, натолкнувшись в очередной раз на идеально вылепленную фигуру, смутилась. Нет, так не пойдёт! Нужно срочно брать себя в руки! Что я тут трясусь и краснею, словно девственница на заклании? Последняя мысль заставила задуматься, а я всё ещё или уже нет? Взгляд сам собой метнулся в сторону откинутого одеяла, где виднелся шёлк простыней. Вроде ничего не видно. А себя ощупывать не станешь, тем более на глазах Альда.

С большим трудом, но удалось взять себя в руки. Даже усмехнуться в ответ, насмешливо поинтересовавшись:

— И что вы, ваше высочество, делаете в моей постели? Я ведь сказала, никакой консумации брака не будет! Наверное, я сказала это слишком тихо, и вы не расслышали? Или, может, у вас проблемы со слухом и следует пригласить целителя? Или моё мнение не в счёт? Насиловать будете?

Высказалась и замерла, притихла, ожидая ответной реакции. А то, что она будет, я вот ни капельки не сомневалась.

— Пейте!

Видимо Альд страдает избирательной глухотой, раз сделал вид, что меня не услышал. Зато снова попытался всучить кубок с неизвестным питьём. Впрочем, пахло оно великолепно — чем-то освежающим с нотками лайма, каких-то ягод и мяты.

— Я распорядился приготовить для вас мятный джулеп на основе ягодного кирша. Должно помочь. После вчерашнего у вас наверняка болит голова и мучает жажда. Вы вчера по случайности приняли два взаимоисключающих друг друга снадобья, и даже я не знаю, как они могли на вас подействовать.

Это когда же я сподобилась-то? Не помню!

Название напитка показалось знакомым, да и запах так и манил попробовать. Так что, артачится я не стала. Тем более, что пить всё равно хотелось. Однако обострившаяся паранойя настоятельно требовала проверить питьё на посторонние примеси.

— Сначала вы! — я отодвинула от себя кубок, из-под ресниц следя за тем, как хмыкнувший Альд делает большой глоток.

Полегчало минут через пять. Даже в мозгах прояснилось. И не только. Внезапно всплыли в памяти некоторые сценки из вчерашнего вечера. И стало стыдно, отчего жар в очередной раз опалил щеки. Внимательно наблюдавший за мной Альд снова хмыкнул.

— Если бы не знал, что вы воспитывались в монастыре, решил бы, что вы уже имеете некий опыт общения с мужчинами. Слишком смело смотрите, оценивающе так. С другой стороны, моя дорогая, вы так мило краснеете по поводу и без, что я усомнился, ваш ли это острый язычок наговорил мне вчера дерзостей.

— Я ничего не помню, — попыталась от всего откреститься я. Хотя кое-что в памяти всплыло, отчего меня сейчас кидало в жар.

— Удобная позиция, — рассмеялся его высочество. — Однако, я напомню. Не далее, как вчера вечером, вы поклялись, что скорее небо упадёт на землю, чем переходящее знамя в моём лице окажется с вами в одной постели. Так, кажется, прозвучало? И мы заключили пари, что если я всё же в вашей постели окажусь, то вы откроете мне доступ к родовому хранилищу и Хранителю рода. Ваша опекунша, матушка Леоника должна была вам объяснить, что первейшая обязанность любой женщины быть поддержкой и опорой супругу, и продолжить его род. Не понимаю, отчего вы артачитесь!

— А может я брезгливая и не пользуюсь подержанными вещами? — вякнула я, закутываясь в одеяло как в кокон, тем самым лишая Альда хоть какого-то прикрытия. Впрочем, на собственную наготу он плевать хотел. Привыкший, видимо. А вот взгляд полыхнул гневом, и я тут же пожалела, что вообще рот открыла.

— Это в монастыре такому научили? — гневно прошипел принц, вытаскивая меня из одеяльного кокона. — У меня к матушке Леонике возникает всё больше и больше вопросов!

А уж сколько вопросов по поводу вчерашнего было у меня, только вот кажется мне, что Альд теперь хрен поделится информацией. А мне она необходима, как воздух! Вот спрашивается, кто за язык тянул?

— А я от пари не отказываюсь.

— Вы уже, проиграли, леди! — процедил Альд, откидывая в сторону одеяло и оставляя меня совсем без прикрытия. Надетая на мне рубашечка была весьма фривольной на вид — тонкий шёлк и кружева. И почти ничего не скрывала. Пришлось делать хорошую мину при плохой игре — притвориться, что меня это не волнует.

— Это когда я успела?

— Только что! Вы поклялись, что не разделите со мной постель, — самодовольно заявил этот… индюк, достав откуда-то нож и надрезая собственную ладонь. Красные капли скатились по кисти вниз, раскрашивая тонкий шелк простыни алой россыпью. М-да… кто кого хочет обмануть?

— Это не так выглядит, — снова влезла я, натолкнувшись на очередной изучающий взгляд и хмыканье. — К тому же, я с вами постель не делила — вы сами в неё влезли, воспользовавшись моим беспомощным состоянием.

Воистину, когда боги кого-то хотят наказать — они его лишают разума и наделяют длинным языком. Я точно сдурела, раз постоянно пререкаюсь. С другой стороны — терять мне уже особо и нечего.

— А вы знаете, как это выглядит? Может даже расскажете откуда?

Кажется, я только что потопталась по чьему-то самолюбию и самооценке. И теперь напротив меня стоял очень злой мужчина, точнее, мужчина, приближающийся к стадии бешенства. Оё-й! Что сейчас будет!

— Так значит я переходящее знамя и поддержанный товар, а кто же тогда вы⁉ — прошипел Альд, медленно приближаясь ко мне. К этому моменту он уже где-то раздобыл повязку на руку и успел накинуть халат. А мне стало страшно. Я даже попятилась в сторону выхода.

— Вы меня неправильно поняли… я всего лишь хотела сказать, что в книжках описывают по-другому…

— В книжках! В монастыре есть книжки, где пишут о том, как выглядит простыня после потери девственности⁈ И учат взламывать чужие шкафы и пить вино с приворотным?

Зеленые глаза полыхнули гневом, мне даже показалось, что там красные огоньки мелькнули. Мамочка! Ну я и дура! Совершенно забыла, что принц огненный маг. Сейчас как полыхнёт, от нас обоих только угольки останутся. А я, между прочим, жить хочу!

Попытка сбежать закончилась неудачей. Стремительный бросок со стороны Альда, и мы оба валимся на кровать. А потом всё же слегка полыхнуло. И тут я не выдержала и завопила:

— Пожар! Горим!

Дверь под напором страждущих помочь рухнула внутрь. Самый сообразительный метнулся к двери в умывальню и вывалился обратно с тазиком с водой. Общими усилиями вспыхнувший балдахин оказался потушен. Усыпанная пеплом, мокрая простыня с окровавленными разводами, унесена слугами куда— то прочь. А мы с его высочеством попали в цепкие руки слуг, попытавшихся привести своих хозяев в порядок в кротчайшие сроки.

* * *

Альда буквально вынесло из комнаты. Злость в груди распирала, грозя на что-нибудь выплеснуться. И тогда спалёнными занавесями дело не ограничится.

Недавно всё выглядело простым и понятным. Воспитанная в обители Пресветлой дочь Элвеи станет его женой и, тем самым узаконит захват герцогства и его права. Тринадцать лет назад девчонка обещала превзойти в красоте мать, а уж леди Элвея слыла первой красавицей не только среди Орминских дам, но и в Шесской империи. Но это было полтора десятка лет назад, до того, как вдовая герцогиня заперла себя в монастыре. И хотя ходили слухи, что леди Элвею заперли по его приказу, Альд их не оспаривал, надеясь, что со временем леди смягчится, а эта история слегка позабудется. На тот случай, если Элвея смирится со своим новым статусом и согласится покинуть монастырь, держали наготове в одной из горных долин дом. Специально для леди — её вдовая часть. Но леди из года в год продолжала демонстрировать воистину железный характер, отказываясь от милостей нового владетеля Готарры и не давая согласия на его брак с юной наследницей. И теперь уже он, младший принц Шесской империи начал считать нахождение леди Элвеи в монастыре весьма удачным стечением обстоятельств.

Особенно когда увидел дочь Элвеи, выходящей из простой дорожной кареты. Сердце при взгляде на юное создание тревожно ёкнуло, а потом взволновано забилось. Из дормеза выскользнула фея и одним своим взглядом лишила его покоя.

После было знакомство, и его фея, мило краснела и лепетала глупости. Воспитанная в строгости девчонка была рада любым знакам внимания. Всё было понятно и предсказуемо. И никаких сюрпризов в обозримом будущем. Наивные, восторженные шестнадцатилетние леди падки на комплименты и подарки. Он подобрал для избранницы фрейлин, дал поручение подготовить наряды и украшения, и покои рядом с собой.

В какой момент всё изменилось? Не тогда ли, когда стоящая рядом хрупкая фигурка вдруг сомлела и упала в обморок? Или тогда, когда он обнаружил свою юную невесту, сидящую в обнимку с пузатой бутылкой в кресле в его спальне и приговаривавшую, что ей срочно нужно снять стресс. Что такое стресс и для чего он нужен, он не понял. На девчонке никакого стресса он не обнаружил — обычные женские одёжки: тонкая шелковая рубашечка, чуть выше колен, корсет и облако кружевных юбок. Как она вообще попала в его комнату, если ей отвели смежные покои? Потом до него дошло, что прислуга, видимо, оставила открытыми соединяющие их спальни двери.

Почему ей не помогли лечь в постель, оставили одну? На эти вопросы ответы можно было получить и утром. А в тот момент было совершенно ясно, что показывать Лею кому-нибудь в таком виде нельзя. Потом слухов не оберешься. Пришлось взять на себя роль и горничной, и лекаря.

— Лея, что вы делаете? — вопрос прозвучал глупо. Итак, было видно, чем занималась леди. Правильнее было бы поинтересоваться, с чего она решила напиться? Испугалась первой брачной ночи? Не на это ли она пыталась ему намекнуть во время обряда? Но он растерялся.

— Лечусь, — буркнула Лейлада, пытаясь рассмотреть через мутное стекло, сколько там ещё осталось в бутылке. — Я хотела есть. Попросила принести чего-нибудь, что осталось на кухне. Сказали по обычаю невесте можно только ягоды и молоко. Я их съела, но они оказались чем-то таким политы. Я думала сироп какой-то. Меня… кажется… отравили. Ик… ик… Ой! Мне нехорошо…

Девушка испуганно округлила глаза и бросилась в сторону умывальни, буквально захлопнув перед его носом дверь. Кто-нибудь может себе представить, чтобы монастырская воспитанница пила как заправская пьяница? Вот и он тоже не смог. В голове не укладывалось. Лея вела себя странно. Говорила непонятные вещи. И меньше всего ему сейчас хотелось начинать разбирательство, но надо.

Альд, скользнув взглядом по комнате, обнаружил, что от рук леди пострадал только шкафчик с его коллекцией весьма специфических вин. Так уж бывает, что ему время от времени в вине пытаются подсунуть приворотное. И на что надеются? Огненный дар всё вредоносное выжигает. Но коллекция в спальне была припрятана. И с каждой бутылкой была связана своя особенная история. За более чем десять лет их накопилось достаточно. А Лея каким-то образом смогла этот шкафчик вскрыть. Зачем-то.

В смежной спальне царил небольшой беспорядок. На столике у окна стоял поднос с нетронутым стаканом судя по запаху, обильно сдобренного мёдом молока. И мисочка из-под ягод, от которой за версту разило чем-то приторно непонятным. Во всяком случае, ягоды асаи так не пахнут. Уж он то это знает точно. На кухне всегда держали приличный запас этих ягод специально для него.

Достать амулет связи и позвать Мара было делом одной минуты.

— Говорят, молодого супруга настолько заездили фрейлины, что он обессилел и не в состоянии лишить юную деву невинности? Гляди, тут много есть желающих заменить тебя в постели, — с порога начал хохмить друг.

— Посмотри, что это такое? — тут же подсунул ему под нос пустую посудину Альд. Не кривись, а лучше принюхайся. Чем пахнет?

— Ты дашь мне это в лабораторию? — тут же среагировал приятель, мгновенно протрезвев. — Откуда это у тебя?

— Бери. Лея захотела есть и ей принесли ягоды. Ненавижу эти дурацкие готаррские обычаи! Почему невесту накануне свадьбы нужно непременно морить голодом? Варвары!

— Где сейчас твоя жена?

— В умывальне, ей нехорошо.

— Возьми из своих запасов универсальное противоядие и дай ей. То самое, что варил для нас целитель Рамиус, — тут же полез с советами Мар.

— Сам знаю, — Альд недовольно поморщился. — Найди их. Кто это всё устроил. Только по-тихому. Не спугни. Я останусь здесь. И стражу поставь у двери. Чтобы сюда ни одна мышь не прошмыгнула.

Лея вышла из умывальни словно тень самой себя и снова усевшись в кресло, приложилась к бутылке.

— Вода не помогает, — пожаловалась девушка. — Чем больше я её пью, тем больше мне хочется. Я уже вот тут булькаю, — она кончиком указательного пальца показала себе на горло. — Скоро рыбки заведутся. Внутри всё равно печёт. Что со мной? Меня отравили?

Альд помялся. Признать, что в первую брачную ночь его молодой жене подсунули отраву — это расписаться в собственной несостоятельности как правителя. Но и промолчать тоже будет неправильно.

— Подозреваю, что это не яд, а одно редкое снадобье. Скорее всего над вами собирались подшутить.

— Хм… Но что-то явно пошло не так, — буркнула невеста, в очередной раз приложившись к бутылке. — А может я сплю и это всё мне снится? Или это у меня глюки такие красочные?

— Что такое глюки? — Альду непривычно было видеть леди, которая зная о подсунутой отраве, не билась в истерике, а вполне себя достойно держала. Хотя временами и заговаривалась. — Не бойтесь, я сейчас вам дам одно средство, оно непременно должно помочь. И я обязательно выясню, кто вам положил в ягоды эту гадость.

Альд решительно взялся за претворение своих намерений в жизнь. Только молодая жена никак не отреагировала на обещание помочь, только глубоко вздохнула и начала жаловаться:

— Я не хотела замуж. Что я в этом замуже не видела? Стать бесплатным приложением к мужчине? Взять его фамилию, рожать ему детей, которые тоже будут носить его фамилию. Вести его дом, работать, подчиняться, а потом окажется, что ты надоела, и тебе нашли более молодую или более красивую замену. Несправедливо. Боги несправедливы. Они меня вынудили. Я теперь ненавижу храмы. И богов ваших тоже ненавижу…

— Выпейте, — Альд заставил выпить из ложки противоядие. — Откуда вы знаете, что вам со мной будет плохо?

— Знаю и всё. Я знаю, что скоро умру, а потом буду как белка в колесе проходить один круг перерождений за другим. Ик…ик…

Интересно, это в монастыре таким страшилкам учат? Нужно будет всё же обстоятельно побеседовать с матушкой Леоникой. Но это будет через два дня, а пока…

— Лея, ты позволишь тебе помочь лечь в постель?

Только услышав слово постель, Лея упрямо насупилась и объявила, что скорее небо упадёт на землю, чем она разделит с ним брачное ложе. И умирать она не хочет, и рожать ей рано, и вообще, ей не нужен муж, который ходит по рукам, как переходное знамя.

Уязвлённое самолюбие требовало сатисфакции. Умом он понимал, что происходит нечто странное. Выпитое девушкой на голодный желудок вино с добавленным приворотом должно было уже давно подействовать и вызвать хотя бы лёгкую влюблённость. Но её не было. Подсыпанная в ягоды гадость нейтрализовала приворотный эффект? Или это действие противоядия? Непонятно. Возможно, утром Мар сможет пролить свет на случившееся. В любом случае, лично ему очень хочется найти виновника и свернуть ему шею. Потому что, никто! Не смеет! Покушаться! На его собственность! А по всем законам — мирским и небесным — жена принадлежит мужу.

— Лея, вы же понимаете, что всё равно окажетесь в моей постели, ну, или я в вашей, — намекнул Альд, наблюдая как девушка осторожно вдоль стенки идёт к себе.

— Насиловать будете? — обернулась Лея, отталкивая его взглядом. — Считается, если на тебя напали ни в коем случае нельзя звать на помощь. Люди трусливы и помогать не станут. А сопротивление только раззадоривает убийцу или насильника. Но я всё равно буду сопротивляться. И кричать очень громко. Знаете как?

И вдруг заорала:

— Пожар!

Он едва успел подскочить и приглушить звук ладонью. За что отделался довольно болезненным укусом. А потом был нелепый спор, в результате которого у каждого из них на запястье появилось по магической метке. И желание отыграться любой ценой.

* * *

Собственную глупость я осознала почти сразу же. И ведь никто за язык не тянул — всё сделала сама. А теперь придётся выкручиваться. Времени на раздумья практически не было. Придется действовать уже вот сейчас: где-то импровизировать на ходу, а где-то и откровенно врать. Я не актриса, чтобы сыграть то, чего на самом деле нет, но как говорится, хочешь жить и не так раскорячишься. Память снова услужливо подсунула несколько моментов из вчерашнего вечера, отчего мне едва не стало плохо, но уже от стыда. Как я умудрилась так вляпаться?

Появившиеся утром служанки выглядели какими-то пришибленными и молчаливыми. Я только и смогла выяснить, что одну из них зовут Магдой и она отныне будет моей личной горничной. Девушки споро засунули меня в отлитую из бронзы ванну и долго терли специальными варежками для купания. Добавленное в воду ароматическое масло действовало расслабляюще. Я едва не уснула во время водных процедур. С большим трудом удалось преодолеть сонливость и выбраться из водяного плена. Но не из цепких рук местной прислуги. По старой памяти я помнила, что часть горничных давно прикормлена леди Далией и исправно снабжает её информацией. Ну и выполняют разные поручения. И уж совсем неприятно было думать, что среди прислуживающих сегодня мне служанок были чьи-то глаза и уши. А ведь так и есть. Нужно срочно обзаводиться верными людьми!

Однако, это дело не одного дня. Придётся постараться, прежде чем получится выяснить, кому можно доверять, а кому не стоит.

Что же мы имеем? Дурочку, которая своим длинным болтливым языком вызвала много вопросов и подозрений на свой счёт. Теперь же нужно как-то повернуть всё так, чтобы мои недавние косяки выглядели простым недоразумением. Только как? И стоит ли мне вообще, что-то делать? Амсет сказала, что я должна изменить прошлое, сделать так, чтобы проклятие вообще не было произнесено. Может, мне просто сбежать куда подальше? В этом случае я точно изменю ход истории. Чем не выход?

Стоило только подумать об этом, как мне сдавило запястье, именно там, где находился брачный браслет. Я с подозрением уставилась на собственную руку. Золотистая вязь брачной татуировки красивыми завитками охватывала запястье. Чуть выше переливался на коже ещё один непонятный знак. Точно помню, вчера на этом месте ничего не было. И именно этот знак горел огнём, реагируя на мои мысли. И откуда здесь эта хренотень? И спросить не у кого. А память подозрительно помалкивала, видимо решив, что лимит её возможностей на сегодня исчерпан.

С большим трудом удалось подавить возглас боли и сделать вид, что всё в порядке. Это мне таким образом решили намекнуть, что побег исключён? Понятное дело, что вот прямо сейчас сбегать в никуда я не планировала. А в моём случае вообще могут предложить в качестве альтернативы браку монастырь. Вот туда я точно не жажду попасть.

Пока размышляла, одна служанка успела подсушить волосы, другая извлекла из недр гардеробной платье, вызвавшее у меня зубовный скрежет. В прошлой жизни Альд дал поручение Алейль и Далии гардеробом будущей герцогини. Вот они и расстарались сделать так, чтобы в новых платьях Лея выглядела как дама полусвета. Безвкусно и слегка вульгарно. И самое главное, от платьев и не откажешься. Придётся выкручиваться.

Тяжёлая ткань хорошо легла по фигуре, подчеркнув все её достоинства и скрыв недостатки. Цвет наряда отлично сочетался со светлым оттенком волос и голубизной глаз. На этом плюсы закончились и начались минусы. Слишком большое декольте совершенно не оставляло простора для фантазии. Опустить ткань на пару сантиметров ниже и грудь просто выскользнет наружу.

Я глянула на свое отражение в зеркале и скривилась. Отразившаяся в зеркальной поверхности кукольная внешность не предполагала наличие большого ума. Тут же пришли на память земные анекдоты про блондинок. Возможно и здесь есть нечто подобное. Нужно будет поинтересоваться. Это, во-первых. А во-вторых, монастырское воспитание не могло не оставить свой след и на характере Леи. Я знала это, полагаю, понимали и те, кто решил подсунуть столь откровенное платье. Всё же, девушка, выросшая в обители, должна была бы чувствовать себя в подобном наряде немного неловко. Почему бы на этом не сыграть?

— Это платье вульгарно! — заявила я, продолжая недовольно разглядывать себя в зеркале. — Где одежда, которую я привезла с собой? Кто заказывал мне гардероб? — озадачила я приставленных служанок.

Они удивлённо переглянулись, после чего Магда попыталась вспомнить, не поручали ли кому-нибудь разложить багаж. В моей памяти в прошлый раз поездка из монастыря заняла полтора дня, после чего Лею разместили в гостевых покоях, там же оставив и её невеликий багаж. Платья, сшитые в монастыре, не отличались ни красотой кроя, ни изяществом вышивки, ни яркими цветами. Ткань, на пошив такого платья, бралась что ни на есть, самая простая из шерстяного сукна тёмных оттенков. Да и сколько тех платье- то было? Два повседневных и одно парадное, украшенное кружевным воротничком. Наряды эти были хороши для бедной горожанки или храмовой послушницы, но не для герцогини. Но сейчас это было неважно. Главное, они исчезли, хотя должны были находиться вместе со всеми остальными вещами.

Служанки засуетились, одна из них побежала наводить справки, две оставшиеся имитировали бурную деятельность, устроив осмотр, находящейся в гардеробе одежды. Естественно, я собиралась принять в этом самое горячее участие.

— Леди, может накинем вам на плечи вот эту шаль? — Магда откуда-то извлекла кусок белоснежного кружева. — Чудесно получится.

— Не сочетается, — фыркнула в ответ я. — Откуда ты её вытащила?

Горничная кивнула в сторону небольшого открытого сундука, практически битком набитого разной мелочью. Перчатки лежали вперемешку с чулками, кружевными косынками, шалями и рулончиками лент. И всё это великолепие венчала вполне себе симпатичная бы шляпка, если бы не её вырвиглазный оранжевый цвет. Это кто же мне так помог? Меня так и подмывало задать вопрос, но я прекрасно помнила, что на свой предыдущий так и не получила ответа.

Ладно, пойдём другим путём.

— Девушки, мне очень хочется пообщаться с мастерицей, сшившей мне платья. Я желаю заказать себе ещё несколько, только другого цвета. Понимаете?

Девушки дружно кивнули, следя взглядом за моими маневрами вокруг манекенов с нарядами. А вдруг чего поврежу? Я же внимательно разглядывала каждый, делая себе в уме пометки. Что-то я признавала годным по фасону, но не подходящим по цвету. Вот, к примеру это, пристроившееся в самом углу красного цвета мне совершенно точно не подойдёт. Но если для него сделать чехол из кружева другого цвета, тогда платье будет выглядеть совершенно по-другому. И очень необычно. Решено, буду вводить при дворе новую моду.

Выскользнувшая за дверь несколько минут назад служанка, вернулась спустя пять минут.

— Ваша светлость, госпожа Дэя прибудет завтра к обеду. Вы сможете её принять?

— Разумеется, — согласилась, уже понимая, что за каждую сделанную мне гадость, буду беспощадно мстить. — А теперь не могли бы вы мне помочь и подшить в эти кружева к вырезу? И вот эти кружевные ленты тоже.

Пока девушки работали, я ещё раз обошла гардеробную. Нужно было определиться, что попросить переделать в первую очередь. От меня будут ожидать участия в некоторых церемониях и присутствие на обедах и ужинах. Я не могла себе позволить выглядеть неподобающе. Слишком многое поставлено на кон. Изменения уже начались. И чем быстрее они будут происходить, тем меньше у меня шансов держать события под контролем.

Из своих покоев входила терзаемая смутными сомнениями. Как говорится: мой дом — моя крепость. Я только на своей территории ощущала себя спокойно. Но ничего, прорвёмся.

— Ваша светлость, — голову склонившейся леди прикрывала кружевная мантилья. Насколько я помнила, такое украшение здесь является неизменным атрибутом замужней дамы. Вот и мне на макушке присобачили нечто подобное. Тяжесть волос, плюс жемчужные нитки, вплетенные в прическу и кружевное нечто, здорово оттягивали голову. С непривычки мне всё хотелось избавиться от неудобного груза, но потом я себя одёргивала и заставляла опустить руку.

— Леди, -кивнула я даме, позволяя выпрямиться. Неожиданно ею оказалась графиня Лесса Монтвиль. Помнится, в прошлый раз леди так и не вышла замуж. Открытие неприятно меня поразило, ведь это означало, что события уже идут не по известному мне сценарию. Плохо. Очень плохо. Я рассчитывала воспользоваться своими знаниями прошлого. Да чего лукавить? Я нагло собиралась, используя известную мне информацию, подготовить варианты побега в Ормин. Обустроиться там и начать новую жизнь на новом месте.

— Ваша светлость, Ваша светлость… — казалось моё позволение стало сигналом для остальных. Их в комнате оказалось неожиданно много. Тут же поднялся галдёж, каждая из присутствующих дам желала представиться и оказаться полезной. Фу! Какой-то птичий базар! А ведь и прошлый раз было нечто подобное. Вроде бы…

Я осмотрелась. У дальней стены стояли двое леди и тихонечко между собой переговаривались. На губах то и дело мелькали снисходительные улыбки. В глазах превосходство и толика высокомерия. И кто бы сомневался, что этими не участвующими в общем гвалте, окажутся леди Далия и леди Айлейль. И я практически уверена, что одна из них точно поспособствовала тому безобразию, что сейчас творилось у меня в приёмной. Ну милые мои, не на ту напали!

— Тихо! Стража!

И как голос не сорвала, не знаю. Но в какой-то момент в дверях показались двое молоденьких солдатиков, наряженных в гвардейскую форму. Сильно подозреваю, что их боевой опыт ограничивается подвигами на постельном поприще. Уж больно лощёный вид и плутоватые взгляды у обоих.

— Кто эти леди и почему их допустили в мою гостиную? -строгим тоном тут же поинтересовалась я.

— Э-эээ… тут же начал один, растерянно посматривая на своего товарища. Тот таким же беспомощным взглядом просемафорил леди Далии. — Это придворные дамы…

— Вот как, — усмехнулась я, окидывая взглядом враз притихшее пёстрое сборище.— -А что придворные дамы делают в моей гостиной без приглашения? Или это нынче так принято при дворе врываться к госпоже и поднимать галдёж?

Возмущённый вздох был мне ответом, на большее не решились. Но я не собиралась спускать никому устроенный цирк. Это, я так понимаю, для меня проверка на прочность.

— Проводите леди отсюда прочь!

Фух! Выдержала и не сорвалась. А так хотелось наорать.

— Ваша светлость, — вперёд выступила леди Айлель. Или, если уж быть точным, графиня Дайрин. Видимо моё решение поломало чьи-то планы и теперь срочно нужно было спасать положение.— -Его высочество велел фрейлинам собраться в вашей гостиной и встретить вас как подобает вашему статусу. Никто из нас не ожидал, что другие придворные леди поспешат следом и попытаются оспорить решение его высочества.

Хм… интересно. То есть, мне сейчас открытым текстом сообщили, что Альд для меня подобрал фрейлин. Сам лично. Я мысленно усмехнулась и довольно потерла руки. Ну-ну.

— Стесняюсь спросить, — елейным голосочком начала я, недоумённо поглядывая на притихших дам. И тех, которые фрейлины, и тех, кто собирался претендовать на это место. А, прикольно выходит.

— Стесняюсь спросить, -повторила я известную фразу, — А зачем моему мужу фрейлины? Я полагала, что это моя прерогатива иметь фрейлин.

Теперь главное не переиграть.

— А-аа, — глубокомысленно протянула я. Раз уж взялась играть недалёкую дурочку, значит не нужно выходить из роли.— -Вы, наверное, ему книги перед сном читаете. Нет?

Вопрос заставил одну из присутствующих дам закашляться. Другая просто многозначительно хмыкнула. Но остальные затаили дыхания, с искренним удовольствием наблюдая за разворачивающимся представлением.

— Дайте угадаю, — я задумчиво разглядывала кусающую от злости губы леди Далию. — Вы ему помогаете подбирать приличествующий случаю камзол, помогаете с причёской, развлекаете в свободное время? Нет?

Тут уже мало кто пытался скрыть смешки. Толпа жадно ловила каждое слово. И я не сомневаюсь, что уже через час о разыгравшемся здесь представлении при дворе будут знать все.

— Я непременно поблагодарю его высочество за то, что он великодушно решил поделиться своими фрейлинами со мной. Но согласно дворцовому уложению 2879 года от Божественного откровения, облечённая властью леди сама назначает фрейлин, секретарей и камеристок. Она также ведает всеми делами в доме. Я права?

И побольше наивности во взгляде. Присутствующие в гостиной дамы тут же дружно подтвердили, что сказанное мной верно. Я старалась не смотреть на своих «бывших» фрейлин. Это Тайри и Лиора сплетницы — болтушки, а вот с остальными я легко могу себя выдать взглядом. Что поделать, ну не актриса я.

— Леди, вы все можете на сегодня быть свободными. Свой выбор дам, которые войдут в ближний круг, я сделаю не сегодня. Пока же мне нужна компания для посещения храма. Я желаю помолиться. Может быть вы, леди Монтвиль? И вы, леди Вельда и Динира? Ещё, пожалуй, я хотела бы пригласить леди Тайри.

Тут я на пару секунд задумалась, а не выдала ли я себя, назвав некоторых из присутствующих здесь дам по именам? А потом просто махнула рукой. Пусть себе гадают, откуда я их знаю. Всё равно, правда настолько невероятная, что никто просто не поверит.

Идти молиться в храм особо желающих не было, но каждая из присутствующих леди вдруг сообразила, что это отличный способ подобраться поближе к новоиспечённой правительнице. Поэтому, посетить храм внезапно возжелали не только названные мною дамы, но и те, кого я не собиралась приглашать. Вот так, дружненько, все отправились вместо завтрака замаливать грехи. Кажется, я уже знаю, куда я буду захаживать как можно чаще. Это же, как ни крути, а двойная польза получается. Нет, тройная. Во-первых, я создаю себе соответствующую репутацию. Во-вторых, буду приходить каждый день и не давать покоя Амсет. Возможно, богиня не захочет мне ничего ответить, но уж выслушать ей меня придётся. Остались между нами требующие прояснения вопросы. Пусть это будет с моей стороны такой своеобразной местью в ответ на божественный произвол. И в-третьих, сильно сомневаюсь, что найдется много желающих ежедневно таскаться со мной на молитвы. Пусть это будет таким своеобразным отсевом неподходящих дам. Была у меня идея, для воплощения которой требовалось терпение и немалый артистический талант. Первого у меня хоть завались, а вот со вторым сложнее. Но некоторый опыт уже имеется. Так что, рискну.

Храм встретил прохладой и тишиной. Величественные своды терялись в полумраке, через узкие и высокие окошки, больше напоминающие бойницы, проникал скупой свет. Мне отчего-то казалось, что в замковом храме должно всё было быть иначе.

— Никак не решу, ты глупая или рисковая? — раздался в ушах голос Амсет, едва я только опустилась на колени и коснулась алтаря.— -Своих врагом нужно держать в пределах видимости. А ты, мало того, что посмеялась, вмешалась в задуманное и разрушило его.

— Шпионите? — не удержалась от подколки я.

— Присматриваю. Ты забавная, хоть и глупая.

— Совсем недавно, вы уверяли, что я сообразительная. Ай!

Вот и кто за язык тянул? Метка на руке тут же резанула болью. Теперь я знаю, где находится маячок, через который Амсет за мной наблюдает.

— Дерзкая! Зачем явилась в храм? -в голосе богини смерти прозвучала угроза.

— Помолиться, — тут среагировала я. — А что, нельзя?

— Молись…

Ну раз так, я тут же склонилась ещё ниже, не забыв прихватить лежащий на алтаре жертвенный ножик. По обычаю, если просят у богов что-то серьёзное, нужно пожертвовать на алтарь несколько капель своей крови. Поранить себе руку оказалось сложно, но я сумела.

— Всемилостивейшая, справедливая и всесильная Амсет, молю тебя о снисхождении и помощи. Прошу совета и содействия. Когда-то в той жизни я была принята в род…

Какая я молодец! Сама себе нарадоваться не могла. Особенно после посещения храма и незабываемой реакции Амсет. Первое впечатление — богиня от моей наглости оторопела и сейчас прихлопнет меня как назойливую муху. Ан-нет! Выслушала, и даже в чём-то согласилась. Сама себе удивляюсь, откуда только смелость взялась и наглость. Но, как говорила когда-то моя покойная тётушка: «Алиса, твоё бесстрашие иногда выглядит сродни слабоумию, но выигрывает обычно тот, кто не боится рисковать». И я рискнула.

А теперь шла и с трудом сдерживалась, чтобы не начать лыбиться во весь рот. Но я держалась. Только щеку изнутри прикусывала, чтобы ненароком себя не выдать. Да взгляд старалась не поднимать. А то он у меня, как моя бывшая свекровь утверждала: «слишком своевольный».

Держись местный гадюшник! Я с вами собираюсь воевать вашим же оружием. И спуску никому не дам. Надеюсь, местные обитатели не скоро догадаются, кто прячется под серой шкуркой монастырской сиротки. Пусть пока расслабятся, удостоверятся в моей наивности и безобидности. Святая простота иногда бывает хуже пистолета.

— Миледи! Мы уж вас обыскались! Его высочество велел вас отыскать и доставить в пиршественный зал. — Ко мне на всех парах летела Лорена Эскенская. Насколько я помнила, леди Лорена приходилась Альду какой-то там родственницей — седьмая вода на киселе. И на этом основании ушлая тётка, втёршись в доверие, взяла на себя полностью управление замком. То есть, фактически присвоила обязанности супруги правителя. Фактическое руководство всем персоналом, подотчётное положение экономки и управляющего, кухня и закупки — всё находилось в её ведении. В прошлом я сглупила, позволив этой даме узурпировать свои права и обязанности, теперь же я так поступать не собиралась. Но вот как сделать так, чтобы она сама захотела всучить мне ведение дома и при этом ничего не заподозрила? Я пока не знала как, но была уверена в том, что придумаю.

— Леди? — я сделала удивлённо-вопросительную моську. Дескать, понятия не имею ни кто ты такая, ни чего от меня нужно. Леди Лорена, правда, быстро сообразила. Присела в реверансе. Не могу сказать, что достаточно глубоком, но вид она на себя напустила приличествующий.

— Позвольте представиться, миледи. Меня зовут леди Лорена Эскенская, графиня Эскенская, — зачем-то подчеркнула домоправительница. Решено! Буду её так теперь и звать. Домоправительница Лорена.

— Рада знакомству, леди, — вежливо улыбнулась я в ответ. — Насколько я слышала, вы приходитесь моему мужу очень дальней роднёй.

— Да, так и есть! — тут же закивала головой дама, явно гордясь своим положением в обществе. — Я помогаю моему дорогому племяннику вести дом. Такой большой замок! Столько работы, обязанностей…

— Если они вам в тягость, я возьму всё это на себя или приглашу помощников, — оборвала я причитания дамы. Затем подхватив растерявшуюся домоправительницу под руку, потащила её в сторону пиршественного зала. Уверена, там сейчас собралось достаточно страждущих отведать как халявного завтрака, так и послушать свежие сплетни. Я усмехнулась про себя. Нынче самая горячая тема для обсуждений — это наша с Альдом свадьба. Грех этим не воспользоваться и не поработать над собственной репутацией.

— Милая тётушка, — продолжила ворковать на ухо опешившей даме я.— -Вы же позволите вас так называть? По-родственному… У меня из семьи никого не осталось и я была бы рада иметь такую родственницу как вы…

Ага, так рада, так рада, что от негодования на хитрую тетку аж внутри всё сводит. Мысленно костеря на все лады новоявленную родственницу, внимательно продолжила следить за выражением её лица. Должна признать, тётка отлично умела держать себя в руках, но вот иногда во взгляде проскакивало нечто такое, выдающее её истинные чувства. И сейчас она была более чем довольна собой. Ну, посмотрим.

— Так вот, милая тётушка, я искренне рада, что у меня здесь есть хоть кто-то, на кого я могу опереться. Вы же знаете, монастырское воспитание было весьма строгим. Матушка Леоника полагала, что мне лучше было бы посвятить свою жизнь Пресветлой матери, а не замужеству. Но судьба распорядилась иначе. Я надеюсь, что вы мне поможете здесь освоиться, все расскажете и покажете. Станете моей наставницей и правой рукой. Ведь так?

— Да, милое дитя, — довольно закивала «тётушка», — Вы правильно сделали, что решили обратиться ко мне. Кто как не близкие родственники поддержат и помогут?

Ага, и в могилку закапают. Думаю, в уме леди Лорена уже подсчитала, что и как она сможет сделать с моей помощью.

Пока же всё шло почти так, как ей хотелось. По закону она должна была передать новой хозяйке замка все свои полномочия вместе с ключами, разными отчётами и так далее. Это в прошлый раз я побоялась взваливать на свои плечи такой груз и отвалила леди Лорене щедрый подарок, позволив хозяйствовать, как и раньше. Думается мне, что она изначально на такое даже не рассчитывала. А тут раз и подфартило! А вот сейчас я этого делать не собиралась. Ага, счаз… Это же какая-никакая, а власть и контроль над всем происходящим в замке.

— Ах, «тётушка»! Я так рада, что вы согласились мне помочь!

И покрепче ухватила уже начавшую что-то подозревать леди за руку. Шествующие следом дамы старательно прислушивались к беседе и ловили каждое слово. Всё как по заказу. Теперь осталось сыграть задуманную роль и завтра пережить визит матушки Леоники. Уж она точно могла бы вывести меня на чистую воду, так что, придётся постараться.

Слуги предупредительно распахнули перед нашей процессией дверь в зал.

— Миледи, где вы были? -сидящий во главе стола внешне спокойный Альд, так и кипел недовольством. Глаза недовольно щурились. Видимо, ещё от утреннего своего настроения не отошел, а тут его ещё нагнало.— -Слуги перетрясли весь замок. Вас нигде не было. Я не давал дозволения покидать территорию Блэкстоуна.

— Я ходила в храм, — присела в глубоком поклоне, напустив на лицо смиренный вид. — Должна же я была поблагодарить богов за нашу с вами свадьбу.

— Поблагодарили? — пыхнул неудовольствием Альд. Придворные чутко ловили каждый оттенок эмоций в разговоре правящей четы. Нужно же им как-то ориентироваться в ситуации?

— Да, ваше высочество, поблагодарила, — со всем достоинством постаралась ответить я. — Я теперь их каждый день буду благодарить. Особенно Амсет. Вот, кстати, ваша «тётушка», — тут я кивнула в сторону безуспешно пытавшейся выскользнуть из моего 'захвата 'леди Лорены, — пообещала мне помочь освоиться с обязанностями хозяйки замка. Всё рассказать и показать. Думаю, мы займемся этим завтра с самого утра. Сразу же после утренней молитвы.

— Утренней молитвы? — закашлялся муженёк, ошалевшими взглядом провожая как я, не торопясь иду к своему месту на противоположном конце стола, волоча за собой опешившую «тётку». Нужно отдать ей должное, хитрая родственница уже сообразила, что так просто я её не отпущу. И даже сделала вид, что всё идёт по плану.

— Да, — я сладко улыбнулась в ответ на чужое удивление. — А есть ещё и вечерняя. Меня в монастыре учили возносить молитвы богам так часто, как это позволяет время. И я собираюсь каждый вечер посещать храм для молитвы. Уверена, среди присутствующих леди найдутся те, кто с удовольствием составит мне компанию. Я рассчитываю, что вы так же присоединитесь к нам. Как говорила матушка Леоника: ничья жизнь так не печальна, так не слаба и шатка, как жизнь того, кто живет во грехах, потому что его жизнь есть как бы пыль ветра, как бы трава и тростник. А ещё грехи имеют свойство перерастать в страсти, а добрые дела — в добродетели. Поэтому я собираюсь заняться добрыми делами. Вот!

И с довольным видом окинула взглядом враз погрустневших и поскучневших леди, внезапно осознавших, что сегодняшний поход в храм будет повторяться раз за разом каждый день, уселась на оставленное мне место.

Чушь я, конечно, плела редкостную. И откуда всё взялось? Пришлось основательно копнуть память, выискивая всё, что может мне пригодиться.

— Вот говорил же я, — громким шёпотом посетовал граф Алесский, — не нужно было наследницу отправлять на воспитание в монастырь. Самые строптивые жёны как раз и получаются из воспитанных монашками барышень.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ЧЕМ ДАЛЬШЕ, ТЕМ ЛЮБОПЫТСТВЕНННЕЕ…

Завтрак неторопливо переползал в обед. Казалось, ни его высочество, ни его гости никуда не торопятся. Раз за разом звучали здравицы, слышались слегка скабрезные шутки, я то и дело ловила на себе липнувшие к коже любопытные взгляды. Пирушка не собиралась заканчиваться. Явственно ощущалось недовольство Альда. Гостями? Мной? Я не понимала, но чувствовала его столь явно, что десять раз успела пожалеть о сплетённом на скорую руку амулете, обостряющем интуицию. Мне казалось, что раз ничего другого под рукой нет, эта безделушка хоть как-то поспособствует защите от недоброжелателей и задуманных каверз. Да ещё и новоявленный муж никак не мог определиться в своём ко мне отношении. И злился, и в тоже время мучался сомнениями. Я это ощущала, можно сказать, шестым чувством. Не знаю, дело в амулете или это мне Амсет бонусов подкинула? Надеюсь, что так. Наличие небольшого магического дара давало мне некоторое преимущество. Небольшое, но для недругов оно может оказаться неожиданным. Ведь раньше никто не интересовался, есть ли у наследницы магический дар. Хотя логично было бы предположить его наличие. Ведь покойный герцог слыл сильным магом. Правда, водником.

На счёт местного общества я тоже не обольщалась — тот ещё гадюшник! Плавали — знаем. И меньше всего на свете мне хотелось повторить свою прошлую судьбу. Странное дело, я только попав сюда заметила, что мои воспоминания о прошлом как-то очень уж потускнели. Нет, я помнила многие события из жизни Лейлады, но не все. Или это память у меня шалит так. Видимо, сработала защитная реакция мозга, чтобы не сойти с ума от обилия подобной информации. Не может в одном нормальном человеке существовать память четырёх, а то и пяти личностей. Она или должна исчезнуть, подёрнуться вуалью времени, или слиться воедино, и тогда здравствуй шизофрения! Мне так почему-то казалось.

Три часа сидения за праздничным столом и не в самой приятной компании не могли не сказаться на настроении. Плюс, у наскоро сляпанных амулетов оказалось много побочек. Ведь помимо своих прямых функций мои заколочки улавливали и много лишнего. Отчего страшно разболелась голова и возникло желание по меньшей мере половину сидящих за столом и прибить по-тихому, а после закопать под первым же кустом.

Видимо, выражение лица у меня оказалось соответствующее, что всё меньше и меньше придворных пожелало лезть ко мне с вопросами и вообще обратить на себя моё внимание.

Зато появилась возможность понаблюдать за Альдом. Должна признать, он тот ещё лицедей. Своё настроение скрывал мастерски, играя роль всем довольного человека. Улыбался, шутил, умело уводя разговор в нужном ему направлении. Настолько ловко, что я начала мучаться сомнениями, а не почудилось мне всё это? Может я сама всё придумала и себя накрутила?

Даже придворная свора, натренированная улавливать малейшие нюансы настроения хозяина, готовая любого загрызть ему в угоду, ничего не почуяла и, науськанная, не кинулась травить жертву дурного настроения Альда.

Я интуитивно ощущала шаткость собственного положения: уже не свободная, но ещё не жена по-настоящему. И власти у меня никакой. И союзников тоже нет. Это в первые минуты попадания я действовала на эмоциях и кураже. Злость, растерянность и нежелание верить в такую подставу со стороны местных богов сыграли со мной злую шутку. Я наделала ошибок. Понадобилось время, чтобы всё осознать и составить какой-никакой план действий. Сначала были просто наброски, которые обросли плотью уже после сегодняшнего визита в храм.

Итак, что я имею?

Первое: муж, который рано или поздно потребует консумации брака. А оно мне надо? Однозначно, нет. Значит, придётся договариваться и заключать сделку. Помнится, Альд что-то говорил про Хранителя. Понятия не имею кто это такой, но догадываюсь. Нужно будет поискать информацию и разобраться.

Второе: я не собираюсь здесь оставаться и становиться женой Альда по-настоящему. А ему нужен наследник. И что мне делать в таком случае? Смотрим пункт первый. Договариваться.

И третье: Амсет высказалась довольно определённо. Я не должна допустить появления проклятия. И тут возможны варианты, а точнее — всего два. Я, или должна родить ребёнка и тем самым сделать проклятие невозможным — что для меня неприемлемо. Ребёнок, я имею в виду. Вывод — смотрим пункты первый и второй. Или встретиться с леди Элвеей и уговорить её никого не проклинать, даже, если она узнает о моей гибели. Умирать я не собираюсь, а вот смыться отсюда куда подальше и начать жизнь на новом месте с чистого листа — вполне. По сути, меня здесь ничто не держит. И сегодня Амсет подтвердила, что её устроит и такой вариант развития событий. А уж как меня он устроит!

И вот в связи с последними событиями я попыталась восстановить свои воспоминания о жизни Леи. Как оно было в первоначальном варианте моей жизни? И поняла, что некоторые моменты сравнивать не с чем. Или я их не помню, или начались спровоцированные мной изменения. И как быть?

Меньше всего мне хотелось стать в очередной раз жертвой. Собственной защитой придётся заниматься самостоятельно. Не могу же я прийти к Альду и сказать: «Дорогой муженёк, мне нужны защитные амулеты, меня твои любовницы хотят извести»? Так и представляю его реакцию! По идее, я вообще не должна подозревать о существовании этих дам, и уж тем более об их количестве. Нельзя выходить из образа. Итак накосячила. А роль наивной экзальтированной дурочки мне претит. Да и актриса из меня хреновая. Постоянно забываюсь и выхожу из образа. И это одна из проблем.

Другая же заключалась в том, что для создания любого амулета требуется некоторое количество материалов: полудрагоценные камни и минералы, серебряная проволока, необходимые инструменты. И хотя бы небольшой дар. У меня же как раз небольшой дар и проявился. Сама удивилась, когда заметила небольшой вихрь, взметнувшийся вслед за моей рукой. Возможно дар был и не настолько скромный, как я его ощущала. Всё же Лея в монастыре о магии даже не помышляла и соответственно, дар свой не развивала. Поэтому в ближайшее время не мешало бы его классифицировать и попытаться определить насколько он большой.

Но это я отвлеклась. Гэри за короткий срок успел меня многому научить. Не стоило ещё забывать, что сознание современного человека приспособлено обрабатывать огромные пласты информации. У меня же первое время после попадания случился информационный голод и с радостью заглатывала столько книг, сколько успевала прочитать, тем самым восполняя потребности в информации и пытаясь приспособиться к новому течению жизни. А она здесь была неторопливой.

Итак, в наличии у меня имелось некоторое количество дешёвенькой бижутерии, которую можно было пустить в качестве материала для амулетов. Собственно говоря, часть уже ушла на изготовление парных заколок — амулетов. Ни фамильных украшений, ни дорогих подарков новоявленный супруг не преподнёс. Ну, кроме тиары, в которой я появилась во время обряда. И подвески с кольцом и браслетом. Их портить я не хотела. Нужно было что-то придумать с материалами для артефактов. Да и инструменты мне тоже бы не помешали. А их так просто не добудешь. Пока меня не осенила мысль, что здесь я же могу использовать руны. Пускай время другое, но знания-то в голове остались. Помнится, Гэри сильно удивился, когда я продемонстрировала свои придумки с рунами.

Почему-то местные маги не охотно используют рунную магию. Странно как-то. Я в очередной раз призадумалась, лениво ковыряясь вилкой в своей тарелке. Общаться ни с кем не хотелось. Дошло до того, что я даже перестала обращать внимание на происходящее вокруг. И совершенно зря.

— Дорогие гости! — громко прозвучал в пиршественном зале голос Альда. — Приглашаю всех завтра принять участие в Большой охоте. В честь столь знаменательного события, как наш с леди Леей союз.

Гости громко начали восхвалять щедрого хозяина и господина. А меня явственно передёрнуло от дурного предчувствия. Охоту я эту помнила хорошо, как и то, чем она закончилась. И точное повторение событий прошлого мне было нежелательно. Отказаться? Не поймут. И сильно сомневаюсь, что Альд даст своё согласие. Придётся схитрить. Но об этом я подумаю позже. Сейчас же в голове у меня крутились мысли о том, как я могу использовать те невеликие богатства, что у меня имелись.

Вот кстати, у меня кажется были ещё серебряные шпильки и браслет из флюорита. Камень хрупкий, но при этом по своим свойствам весьма ценный. Обостряет интуицию, открывает дар предвидения и много разных других бонусов. То, что мне сейчас необходимо. А ещё мне как воздух необходим определитель нехороших примесей в еде и своего рода улавливатель злых намерений. При этом я прекрасно понимаю, что два в одном у меня сделать не получится. Но вот соорудить заколки в волосы с флюоритом и выцарапать нужные руны на внутренней стороне кольца, мне вполне по силам и возможностям. Всё же Гэри гений, к тому же оказался хорошим наставником и за пару месяцев умудрился вложить в мою дурную голову много чего полезного. Чему я сейчас была несказанно рада.

Выскользнуть из зала — дело пары минут. Сзади тут же пристроилась свита. Хотя я утром дала понять, что свар и склок в своём окружении не потерплю, и фрейлин выберу себе сама, всё же в группку громко щебечущих дам затесались и те, кого бы я рядом видеть не желала. Ну что же, будем избавляться от балласта постепенно. А ещё интересно было посмотреть, на какие жертвы готовы пойти некоторые из придворных дам, лишь бы остаться в моём окружении. И чем оно им так выгодно?

— Леди, предлагаю прогуляться по крытой галерее. Говорят оттуда открывается замечательный вид.

Ага, внутренний двор и ворота. А ещё можно наблюдать за тем, кто собирается покинуть замок, а кто наоборот приехал. Но об этом я не собиралась говорить, только уловила, как кое-кто в свите пренебрежительно хмыкнул. Ну да, я наивная девочка, ничего не знаю, ничего не видела, верю всему на слово. Особенно окружающим меня гадюкам.

— Ваша светлость, -присевшая в реверансе дама мне показалась смутно знакомой чисто внешне. С именами была просто беда — я помнила лишь некоторые. — Я графиня Аделаида Винсеро, ваша дальняя родственница. Я хотела бы выразить свою радость в связи с приглашением присутствовать на вашем бракосочетании и хотела бы принести свои поздравления.

Упс! Я растерянно оглянулась. Моя свита затормозила в некотором отдалении и шумно обсуждала покидающих замок гостей. Что было странным, учитывая запланированную Альдом на завтра охоту. Или я чего-то не знаю? Я сделала вид, что ничего не подозревала о планах мужа. И вообще мне всё интересно и любопытно. Щебетавшие на разные голоса фрейлины, вдруг замерли высматривая что-то ну или кого-то в окошке. Очень удачно так замерли, словно специально.

— Я принимаю ваши поздравления, — милостиво кивнула, собираясь последовать дальше. Но у леди Винсеро были другие намерения.

— Позвольте вручить вам подарок от моего имени и нашего рода.

Леди проворно заступила мне дорогу, воровато оглянувшись, а после всучила красиво упакованную коробочку, едва слышно прошептав.

— Кровь ключ ко всему.

И исчезла, словно растворившись во многочисленных переходах замка. Я растерянно повертела в руках дар. Больше всего он мне напоминал книгу в твёрдом переплёте. Но снять прямо посреди коридора подарочную упаковку и проверить, я не решилась. А куда деть подарок — не знала. Карманов в платье не было, да и не поместилась бы эта вещица ни в один карман. Нести в руках — однозначно привлечь внимание.

— Ваша светлость, — ко мне приблизилась Майла. — Его высочество объявил что на завтрашней охоте вы поедете рядом с ним. Там привезли белоснежного жеребца, подарок вашей светлости на бракосочетание от короля Эрдигея Орминского. Не желаете взглянуть?

Взглянуть я не желала. Помнила я этого жеребца. Ещё как помнила. Начать с того, что в прошлый раз Лею банально взяли на слабо, вынудив, не умея толком держаться в седле, отправиться на этой лошади на охоту. Учитывая, что в монастыре верховой езде не учили, а пару уроков, преподанных накануне той злополучной охоты, чтобы не убиться было ничтожно мало. Но я не прошлая Лея. Между нам большая разница. И я кое-что знаю и умею. И всё равно риск большой. Тогда названный Снежком конь понёс и сломал себе ногу. А Лея, вылетев из седла, едва не свернула шею. Разозлённый Альд велел жеребца пристрелить, и лишь спустя время выяснилось, что виновницей происшествия оказалась подсунутая кем-то под попону колючка.

— Чуть позже, Майла, — усмехнулась я, глядя, как в нетерпении топчется на месте фрейлина. И как разочарованно вытягивается её лицо. Вероятно, от меня ожидали совсем иной реакции. — Будь добра, узнай не прибыла ли госпожа Дэя?

Обещанная модистка должна была прибыть к обеду, и я была в некотором нетерпении. Хотелось разобраться с гардеробом, прежде чем планировать что-то дальше. Тем более, что дело это не быстрое. Времени отнимет порядочно. А я хотела ещё сегодня успеть посетить библиотеку, покопаться в ней. Может удастся найти хоть какую-то информацию про загадочного Хранителя. Прежде чем начинать торговаться с Альдом, нужно иметь хоть какие козыри в рукаве.

За очередным поворотом материализовавшийся из одного из скрытых переходов личный слуга Альда, с поклоном сообщил, что явно что-то задумавший Альд ждёт меня в своём кабинете.

— Милорд настоятельно просил вас о личной встрече, леди, — просемафорил глазами в сторону фрейлин, склонившийся в поклоне мужчина.

— Как вас зовут, милейший? — я улыбнулась глазами и кивнула, показав, что поняла.

— Томас, леди.

— Томас, не могли бы вы меня проводить к его высочеству? Я тут совершенно случайно узнала, что мне прислали подарок из Ормина. Я хотела бы поблагодарить его высочество за то, что он решил отдать эту великолепную лошадь мне.

— Леди, — а это уже своему сопровождению. — Не могли бы вы отнести вот эту вещь в мои покои? Только осторожно. Мой муж настаивает, чтобы все преподнесённые дары проверялись магами на вредные чары. Будет лучше, если кто-нибудь пригласит нужного специалиста в мои покои.

— Я могу это сделать, — тут же откликнулась Тайри. — Я уже сейчас могу сказать, что ничего плохого в свёртке нет, просто какая-то шкатулка с хитрым замочком.

— Леди! — одёрнула я через чур ретивую фрейлину. — Я не просила вас высказывать своё мнение, я просила пригласить нужного мага. Будьте добры, сделайте то, что вам сказали, не проявляя излишнюю инициативу. У нас в монастыре за такое назначали сутки карцера и садили на хлеб с водой.

Подаренная леди Винсеро коробочка тут же перекочевала из моих рук в руки леди Тайри, которую слегка перекосила при упоминании о монастыре и наказаниях. Ну-ну. Придётся привыкать. Это будет теперь моя любимая тема.

— И ещё, скоро должна прибыть швея, если уже не прибыла. Я хотела бы заказать у неё для себя ещё несколько платьев. К тому же, мне нужна комната для рукоделия и кабинет, где я буду заниматься своими делами и принимать посетителей. Не могли бы вы взять на себя решения этого вопроса? Я думаю, что для этого как нельзя лучше подойдут голубые покои. Распорядитесь завтра с самого утра пригласить туда мастеров. Думаю, после беседы с леди Лореной и решения самых насущных вопросов, я как раз смогу их принять и всё обговорить.

— А как же охота? — заикнулась Вельда, переглядываясь с Тайри взглядами.

Из прошлого состава фрейлин я не захотела оставить при себе двоих — Айлель и Далию. И хоть и говорят, что врагов нужно держать у себя на глазах, я всё же не рискнула. А вот остальные показались мне вполне удобны и безобидны. Во всяком случае, я знала, что они из себя представляют, что от них можно ожидать. И самое главное, я собиралась их использовать себе во благо. Чую, что из-за этого моего решения мне ещё с Альдом придётся пободаться.

— Увы, милые леди, — тут я извиняюще пожала плечами.— –Я не одобряю подобное развлечение, но, если для меня поставят шатёр, я могу посидеть в стороночке и понаблюдать, как мужчины будут гонять по лесу нескольких несчастных зайцев.

— Но леди, — попыталась возразить Тайри. — Я слышала, что по приказу его высочества егеря должны загнать трёх лесных быков и парочку оленей.

— Ах вот как, — я слегка нагнала прохлады в тон голоса.— –Убийство! Разве твари лесные не создания Пресветлой матери и не нуждаются в нашей защите?

Фрейлины растерялись. До сего момента они как-то не смотрели на убийство лесных жителей с этого ракурса. Кроме того, они уже настроились на развлечения, а тут я со своим осуждением охоты. Вероятно у них в мозгах теперь крутятся мысли о том, что я им все запланированные развлечения испорчу. Что же, это не я рвалась их включить в штат фрейлин, а они сами набились на такую службу. Вот теперь пусть терпят произвол «монашенки».

— Я так понимаю, что мой муж желает меня видеть, чтобы обсудить завтрашнюю охоту. Я тоже желаю его видеть по этому же поводу. Ещё раз повторяю, я нахожу убийство лесных обитателей неприемлемым. Меня учили защищать и помогать. И пока я хозяйка в этом замке, никакого убийства лесных обитателей не будет. Во всяком случае, я участвовать в таком не собираюсь. Более того, мне в связи с этим придётся провести за молитвой вдвое больше времени, отмаливая грехи всех виновников.

Говорила уверено, убеждённо, на самом деле никакой уверенности не испытывая. Это я замахнулась, утверждая, что могу запретить охоту. Так Альд меня и послушал! Ага. Но я же наивная девочка из монастыря, свято уверенная в своих правах и власти. Так что, придётся свою роль отыгрывать до конца.

Интересно, для чего я понадобилась Альду? На самом деле обсудить предстоящую охоту? Так я уже обо всём знаю. Убедиться, что я там буду присутствовать? В прошлый раз именно так и было. Но будущее меняется слишком стремительно, и я больше ни в чём не была уверена.

Томас вел меня какими-то тайными переходами и коридорами для слуг. Я так и не поняла, зачем из визита в кабинете Альда делать тайну, но насторожилась. И сделала зарубку на память, при случае поискать в библиотеке план этих самых переходом и тайных коридоров. Ну не может же быть такого, что его не существовало.

— Миледи, — слуга с поклоном открыл дверь, предварительно стукнув в неё особым образом. Ещё и тайные перестукивания!

Я настороженно замерла, прислушиваясь к происходящему за дверью и не решаясь сделать шаг. Потом всё же собралась с силами. Альд сидел на хозяйском месте в кресле у окна. Прямо передо мной некий мужчина с важным видом выкладывал на столе какие-то артефакты. То, что это именно они я поняла с первого взгляда. Потом вгляделась в спину артефактора. Приметную такую спину. И обозначила своё присутствие, стараясь ничем выдать своё знакомство с Гэри. Впрочем, теперешний граф Шерисс пока ещё не знаком с леди Лейладой. Да и особо не горит желанием познакомиться поближе.

— Милорд, вы желали меня видеть?

— Проходите, миледи. Позвольте представить вам моего придворного артефактора. Это граф Шерисс, весьма успешный мастер с далеко идущими планами.

О, несомненно! — мысленно воскликнула я, довольно потирая руки. Ещё какой мастер, только не многие об этом знают, а кто имеет представление, тот помалкивает. Я усмехнулась. Зная Гэри, можно быть уверенной, что свои тайны он хорошо бережёт. И уж во всяком случае, клятву о неразглашении он вероятнее всего со всех своих клиентов давно взял. Как это удачно вышло сейчас. Если бы Альд не позвал меня и не пригласил Гэри, мне пришлось бы самой его разыскивать и искать повод для знакомства. А так, словно сама судьба мне сегодня благоволит.

— Приятно познакомиться, лорд Эллиот, — проворковала я, усаживаясь на невысокий стоящий у стены диванчик. — Наслышана о ваших умениях. Мои фрейлины очень хорошо о них отзывались. Даже мне захотелось заказать у вас пару вещичек. Вы ведь не откажете?

Теперь было главное не переборщить восторгом. Наивная, лучащаяся восторгом девчушка — вот тот образ, который должны были увидеть присутствующие.

— Вы согрели мне сердце, миледи, — склонился в поклоне Гэри, взглядом о чём-то сигнализируя его высочеству. А вот это уже любопытно. Интересно, о чём эти двое между собой договорились? Или скорее, что у Гэри попросил сделать Альд, от чего тот сейчас нервничает и перемигивается?

Лучащаяся довольством физиономия Альда меня никак не заинтересовала. Куда как занимательнее оказалось тишком наблюдать за Гэри. Альд же благосклонно кивнул, увидев, как я размещаюсь на диванчике неподалёку от его рабочего стола. Страшно неудобном диванчике, видимо поставленном специально для посетителей. Немного поёрзав, чтобы получше устроиться, я всё своё внимание обратила на разложенные на столе амулеты и артефакты. Некоторые я видела впервые, а иные оказались отлично знакомы.

В мою бытность ученицей, Гэри неоднократно показывал, как их собирать. И даже несколько усовершенствовал. Во всяком случае, артефакт определения истины у моего Гэри выглядел как вполне себе симпатичный перстенёк с камнем, напоминающим александрит. Я тогда, помнится, ещё удивилась и задала наставнику вопрос, отчего был взят именно этот камень и услышала: 'камень имеет свойство менять цвет, поэтому постороннему человеку вряд ли будет заметна засеребрившаяся в случае лжи руна и мутноватый оттенок самого камня. Не столь явная реакция артефакта позволяла владельцу использовать это свойство себе на благо. На столе перед нынешним Гэри тоже лежало кольцо с достаточно крупным сапфиром. Хотя, может это и другой камень синего цвета. Вот только наверченное на него плетение чётко определяло колечко как артефакт истины. Хмм… а я оказывается хорошо могу видеть магическим зрением. То, что у меня есть некоторый дар, я обнаружила почти сразу. Сперва не поверила в такую удачу. Решила, что занимаюсь самовнушением. Потом всё больше и больше убеждалась, что дар всё же есть. Возможно небольшой. Но и это в моём случае уже большая удача. А может магический дар это свойство души, а не тела? Теперь уже я загорелась идеей определить его уровень и направленность. Только вот как это сделать?

Я из-под опущенных ресниц пыталась рассмотреть предназначение разложенных артефактов и всё больше и больше озадачивалась. Ладно, определитель ядов, вещица полезная, особенно для меня в нынешних обстоятельствах. Но вот зачем Гэри притащил и разложил на столе такую мелочевку как булавки и шпильки для улучшения цвета лица, яркости глаз и похудения? Или защита от нежеланной беременности? Я чуть не подпрыгнула на месте, разглядев весьма специфическое плетение на одной из брошей. Прямо, мечта для некоторых дам. Ну и не только.

Нужно сказать, что нынешняя версия Гэри прилично отличалась от того мастера -артефактора, с которым мне довелось познакомиться, а затем и сблизиться. Видимо проклятие над ним хорошо поработало, ибо этот Гэри выглядел весьма самоуверенным типом, был моложе лет на тридцать и пока ещё не продал парочку своих секретов Далии. Во всяком случае, я на это очень надеялась.

— Вас что-то заинтересовало, леди? — заметив моё пристальное внимание артефактор. И тут же обернулся к его высочеству, чтобы продолжить прерванный разговор. — У меня есть несколько новых наработок, которые я хотел бы проверить с вашей помощью, разумеется.

Я только тихонько хмыкнула про себя, думая о том, что такое Гэри собирается предложить Альду? Шпильки для улучшения цвета лица или брошку с противозачаточным эффектом? Смешно.

Я отвлеклась на артефакты и совершенно забыла о том, что пыталась отслеживать настроение Альда. А зря. Почему-то именно в этот момент он фонил изрядной долей нетерпения вкупе с… и тут я не смогла определить чем. Любопытство? Так нет. Такое ощущение, что он то ли чего-то ждал, то ли желал что-то узнать. Непонятно как-то.

— Лея, подойдите к мастеру и выберите себе что-нибудь, — тут же распорядился Альд, всё-также изнывая от нетерпения.

Непоняла… мне радоваться или огорчаться?

Но отказываться я не стала. Самой было интересно, что мне хотят подсунуть. Долго разглядывала разложенную на столе мелочевку, некоторые артефакты даже взяла в руки, пытаясь определить их назначение. Очень уж мудрёно там всё было накручено. Уже даже нацелилась на колечко — определитель ядов. Потом решила, что не стоит выходить из образа наивной дурёхи и присовокупила к выбранному кольцу определения истины ещё горсть всякой всячины, решив, что материалы для собственных заготовок мне не помешают. А уж разрядить и расплести чужое плетение на серебряной шпильке с аметистом я как-нибудь сумею.

— Посмотрите вот на этот амулет, — мне в руки настойчиво попытались впихнуть один из тех кулонов, чьё предназначение я так и не смогла определить. И которые я старательно игнорировала. Но, видимо, не в этот раз. Подсунутый под руку кулон сверкнул и тут же погас. А меня потянуло взять в руки очередное украшение. Вот же, гадство! Совсем забыла, что граф Шерисс не только артефактор, но и ещё немножко ментальный маг. Ладно, не немножко.

— Для чего эта вещь? — спросила, старательно пряча руки за спиной и мысленно выражая своё негодование.

«Гэри, да чтобы тебе на том свете граф Фридерик точно так же плешь проел, как ты мне сейчас долбишься в мозг. Птичка ты моя, мозгоклюйка. Можешь не стараться, сам учил защиту ставить. Я сегодня утром всё старательно повторила».

Видимо что-то такое промелькнуло у меня в глазах, что меня оставили в покое. И непонятный кулон больше не пытались подсунуть. А чуть расслабившись и решив, что подумаю обо всём здесь случившемся позже, прощебетала благодарность, не забыв напомнить Альду о своём желании вечером снова посетить храм. Ну и не забыла высказаться про запланированную охоту. И что зверушек люблю, и что против пролития крови. При этом думая о том, что возможно мне удастся не только избежать неприятного падения с лошади, но и спасти жизнь белоснежному чуду, так не кстати преподнесённому в подарок. Уж конь точно не заслужил, чтобы его пристрелили из-за чьей-то злобы или ненависти.

* * *

Портниха прибыла вовремя. И стоило только вернуться в свои владения, как тут же натолкнулась на слишком многолюдное сборище, которым распоряжалась весьма колоритная дама: низенькая, кругленькая, она напоминала мне сдобную пышку. Слишком активная и живая, чтобы хотя бы минуту посидеть на месте.

Как я успела заметить, в гостиной к моему появлению разложили несколько десятков рулонов с тканями и кружевами, кипы лент, коробки с выточенными из полудрагоценных камней и кости пуговицами. В глазах сразу зарябило и я сперва растерялась, едва не поддавшись напору, с которым в меня вцепилась приглашённая мастерица. Пришлось срочно справляться с растерянностью и брать себя в руки, а собравшееся сборище под контроль.

— Так, дамы, я бы попросила вас пока посмотреть принесённые госпожой Дэей альбомы с моделями. Мне же с мастерицей нужно перекинуться парой слов.

И увлекла слишком энергичную даму в собственную гардеробную, чтобы показать ей масштаб работ и поделиться собственными задумками.

— Это может быть интересно, — высказала своё мнение госпожа Дэя спустя час споров до охриплости в голосе. — Будем пробовать.

В результате её трудов я уже к вечеру обзавелась парой домашних платьев, одним костюмом для верховой езды, который, я надеюсь, мне по назначению не понадобится, дюжиной обычных ночных рубашек и халатов. Без всяких кружевных извращений в стратегических местах. Это пускай любовницы Альда его этим радуют. Ну и как вишенка на торте — нормальное, почти современное белье.

— Эти модели к нам привезли из Трии. Но не все дамы рискуют носить такое.

Ну а я рискну. Кружевные шортики и украшенный же кружевом шелковый топ меня вполне устроили вместо принятых в местном женском обществе панталон до колен и рубашки такой же длины. Ещё Дэя взяла заказ на несколько довольно закрытых платьев тёмных оттенков. Должна же я соответствовать тому образу, который собираюсь играть?

А потом я отправилась на вечернюю молитву. Шла и думала, как бы это сделать так, чтобы моим фрейлинам вскоре надоели эти ежедневные молитвы, и они начали манкировать своими обязанностями. Впрочем, я всегда могу оставить их сторожить двери, объявив, что хочу побыть наедине и собраться с мыслями. И недаром молитву к богам называют таинством. Не фиг посторонним прислушиваться к тому, что я буду рассказывать Амсет.

Храм как обычно встретил меня тишиной, пустотой и полутьмой. Видимо, не сильно популярное место в Блэкстоуне. Мне даже приказывать не пришлось, чтобы остаться в одиночестве. Всего лишь намекнула, как милые леди, приставленные обеспечивать комфорт и пригляд, дружно согласились подежурить у входа, мотивируя тем, что за день ещё не успели нагрешить, чтобы так часто посещать приют богов. Я только хмыкнула про себя. Ну-ну… Пусть и дальше так считают.

Статуя Амсет находилась в одной из ниш. Алтарный камень оказался украшен цветами. Я удивилась, отметив про себя, что оказывается не единственная, кто сюда захаживает. И с трудом сдержала испуганный крик, заметив, как заколыхались у стен тени, а потом одна из них шагнула вперёд, поинтересовавшись вполголоса:

— Откуда вы знаете Фридерико, леди?

Я так обрадовалась, что хотела расцеловать Гэри, несмотря на некоторую враждебность тона. И недоверчивость.

— О, дорогой лорд Эллиот или мне нужно к вам обращаться по титулу? — обернулась я к замершему за моей спиной Гэри. — Я уж было засомневалась, что вы услышали мой мысленный призыв. В бытность нашего прежнего с вами знакомства, вы слыли сильным ментальным магом и замечательным артефактором. Причём, я сама в этом смогла убедиться на личном опыте. В мою голову залезли дважды, чтобы оставить там ментальные закладки. За что и получили выговор от Фридерико. Не за что, что влезли и оставили, а за неаккуратную работу.

Я насмехалась, чувствуя, что хожу по краю. Но так было нужно. Насколько я поняла характер Гэри, его нужно было ошеломить и заинтриговать. Хотя риск, что могу огрести, тоже присутствовал.

Ошеломлённый моим напором Гэри, некоторое время молча всматривался в моё лицо, потом недовольным голосом заявил:

— Вы что-то путаете, леди. Я с вами познакомился только сегодня.

— А ещё научили меня ставить защиту от ментального вмешательства и даже снабдили нужными амулетами, — продолжила я, потихонечку отступая от артефактора. Шажочек за шажком.

— Я повторяю, леди Лейлада, мы с вами ранее не встречались!

— Правильно! — довольно усмехнулась я. Всё же Гэри, когда того желает, может быть совершенно невыносимым типом. — С леди Лейладой вы действительно познакомились только сегодня, а вот Анриссу Мирей вы возьмёте в ученики лет так через триста. И даже в род примете. Хотите, я вам поведаю ещё несколько секретов, о которых никто не знает? Хотя, нет. Не буду. Вдруг вы испугаетесь, и со страху, что ваша тайна стала достоянием чужого человека, попытаетесь сжечь мне мозги.

— Вы несёте бред, леди, — попытался прервать мой монолог граф Шерисс. — Я сейчас же сообщу его высочеству, что вы занемогли. И приглашу целителя.

— Лучше съездите в своё имение и посетите родовую усыпальницу. Мне Амсет обещала, что откроет вашим родовым духам будущее. Они вам многое могут поведать. А потом мы с вами ещё раз встретимся и обстоятельно обо всём поговорим. И лорд Эллиот, мой вам совет, не берите у леди Далии заказ на изготовление голема. Я знаю, вы умеете их делать совершенно особенными. С помощью мыслекопирования на кристаллы аманира.

— Откуда вам это известно? — у Гэри перехватило дыхание от изумления. А мою голову сжало такими тисками, что даже слегка потемнело в глазах. Ах он гад этакий! Я к нему со всей душой!

— Лайса рассказала, — просипела я, без сил опускаясь на пол. И уже оттуда…— -Амсет, я дура. Помоги…

Но никто на мой зов не откликнулся. Гром не прогремел, и молнии не ударили. Вообще никакой реакции. Словно так и нужно. Действительно, с чего это я решила, что богиня по первому же зову прибежит на помощь? Как есть, дурочка.

И уже почти теряя сознания почувствовала, как меня подхватили с пола чужие руки и куда-то понесли. Слышала только, как скрипнула дверь, потом потянуло сквозняком и затхлостью, словно мы шли по какому-то подземному ходу. И только спустя некоторое время ощутила, как меня кладут на что-то мягкое и пытаются напоить.

Руку со стаканом воды я оттолкнула. Ещё не хватало, чтобы ещё до кучи напоили ядом. Но глаза попыталась продрать.

— Сейчас-сейчас, — рядом суетился Гэри, выискивая что-то в привязанном к перстню подпространственном кармане. — Где же я его подевал?

— Куда вы меня притащили? — ощущая накатывающие волны дурноты, просипела я.

— В свои покои, — буркнул Гэри, на минутку отвлёкшись от своего поиска. — Где-то у меня здесь был целительный амулет. Простите, я слегка не рассчитал силу.

— Много успели прочитать? И как, теперь верите, что я сказала правду? — силы постепенно возвращались. Ещё немного полежать и я смогу оклематься и сделать попытку встать. А ещё мне срочно нужно вернуться обратно, пока моё сопровождение не подняло шум.

— Немного, — смущенно буркнул Гэри, извлекая наконец какой-то кругляш и пристраивая его мне на лоб.

— В таком случае верните меня обратно. И в качестве компенсации я хочу карту потайных ходов этого замка.

— И больше ничего? — Гэри подозрительно прищурился, рассматривая меня словно неведомую букашку.

— Ну почему же, — ответно усмехнулась, глядя на более молодую версию своего недоверчивого наставника.— -Мне много чего нужно. Например, набор инструментов для создания нужных артефактов. Заметьте, я у вас более ничего не прошу, так как кое-что могу сделать и сама. Всё же у меня был гениальный учитель — вы! Однако, если согласитесь продать мне несколько защитных амулетов, буду очень благодарна. Не хотелось бы, чтобы кто-то заметил, чем я тайком занимаюсь. Вы же понимаете, что ни мастерской, ни личного кабинета, куда нету хода для прислуги и фрейлин, у меня нет.

— Продать?

— Именно так, -кивнула я.— -Думаю, казна герцогства не оскудеет, если я закажу у вас некоторое количество нужных мне амулетов. Скажем, щит от магического и физического воздействия, определитель ядов и пожалуй, лечебное что-нибудь. Вроде того, что вы сейчас на мне использовали. И, надеюсь, вы не станете об этом никому рассказывать. Даже его высочеству.

— Но вам же придётся взять деньги на уплату работы… — начал Гэри.

— Ах, бросьте! — я соскребла себя с лежанки, куда меня определил Гэри, и попыталась встать. — Пересеклась я сегодня утром с леди Лореной.Случай сложный, но не безнадёжный. Думаю, завтра-послезавтра данная леди не только введёт меня в курс дел, но и отдаст мне все ключи и расходные книги. А дальше я уж как-то сама соображу, что мне делать. Не думаете ли вы, дорогой лорд Эллиот, что Альд досконально проверяет все счета? Мне доподлинно известно, что у той же леди Лорены рыльце в пушку по самые уши. Она давно и регулярно запускает руки в казну, что обеспечить собственное будущее. Кстати, вы не находите, что это несправедливо? Это герцогство всё же по праву наследование принадлежит не Альду, а мне. И именно мне должно решать все важные вопросы. Понимаю, он взял эти земли на щит, но раз мы связаны узами брака…

Кажется, я запутала Гэри так, что у него сейчас пар из ушей пойдёт.

— Брак не консумирован, — буркнул Гэри, продолжая буравить меня взглядом.

— И кто ещё об этом знает? — меня не на шутку встревожило, что Гэри вот так запросто выяснил правду про нашу с Альдом первую брачную ночь. И это могло принести мне определённые проблемы в будущем. Видимо непростые амулетики мне там подсовывали сегодня.

— Кроме меня, главы службы безопасности графа Алесского и Торено, больше никто. От этих двоих ваш «муж» ничего не скрывает.

И от вас тоже, как я погляжу, — не удержалась от сарказма я.

— Это случайность, и я уже принёс клятву о неразглашении. Но я ничего не сказал его высочеству о вашем знакомстве с ментальными практиками и раскрывающемся даре. Видимо, в обители, где вы находились долгое время, дар чем-то глушили. Теперь же он начал просыпаться и скоро начнёт рваться на свободу. Вам нужен наставник, который поможет с ним справиться. И о двоедушии я тоже ничего не рассказал.

— Гэри… — просипела я, ощущая, как от неожиданности перехватило горло, — лорд Эллиот, нет никакого двоедушия. Душа одна и та же, только прошедшая цикл перерождений. Я вам потом обо всём расскажу. Пожалуйста, я прошу вас снова стать моим наставником. И помогите мне вернуться обратно в зал. Никто не должен заметить моего исчезновения. Обещаю, мы продолжим нашу с вами в вышей степени занимательную беседу после вашего общения с Фридериком.

Гэри несколько минут колебался, обдумывая мои слова. А я замерла в томительном ожидании. Голова всё ещё побаливала, мысли слегка путались, но я точно знала чего хочу. И упрямства мне не занимать. Наконец, Гэри изволил дать ответ, из которого следовало. Что вот прямо сейчас он не может принять настолько серьёзное решение, но через несколько дней мы снова обо всём обязательно поговорим.

— Возьмите леди, — мне в руки упало два амулета из тех, что я просила. — Этот браслет с камушками с яшмой имеет три степени защиты: простой щит, щит от магического воздействия третьей степени и двойной усиленный. Последний будет действовать минут пять, потом отключится. К сожалению, мне не удалось привязать к нему более ёмкий накопитель. Но даже пяти минут может хватить на то, чтобы успеть найти укрытие. Кольцо же рекомендую носить не синимая. В случае, если в питье или еде будет добавлен яд, камень засветится красным. На обычные зелья, сваренные травницей, отреагирует нагреванием.

— Благодарю!

Потом был путь обратно, и я из-за колоны наблюдала, как обследовали в поисках пропажи фрейлины. Устав ждать, кто-то из них решил заглянуть внутрь и не обнаружил свою повелительницу.

— Простите меня, леди, — шепотом посетовал на свой промах Гэри, наблюдая за перемещением по огромному залу испуганных дам. — Что будем делать?

— Импровизировать, — точно так же шепотом ответила я, прикидывая, смогу ли я незаметно пересечь зал и добраться до находящейся на противоположной стороне ниши. Там находилась небольшая молельня, которой я и собиралась воспользоваться.

— Лорд Эллиот, у вас случайно нет ничего для отвода глаз? Мне нужно незамеченной добраться вон туда, — я взглядом показала место, где я собираюсь разыграть представление. Надеюсь, что нынешний Гэри такой же запасливый хомяк, как и тот, с кем я была когда-то знакома.

И не ошиблась.

А дальше был цирк. Место для представления я выбрала, пользуясь своими прошлыми воспоминаниями. В нише, которую я имела ввиду, стояла небольшая статуя Пресветлой матери, создательницы этого мира. Считалось, что она богиня жизни. Покровительница природа, охранительница домашнего очага и материнства. Кому, как ни к ней должна я была обратиться с молитвой, желая предотвратить предстоящее убийство зверюшек? Боги этого мира более чем реальны. И я сколько угодно могла дурить местных обывателей, а вот с богами нужно было быть честной. Посему, добравшись до своей цели, я сделала вид, что настолько погружена в молитву, что впала в своего рода транс и ничего из происходящего вокруг не замечаю. Но молитву произносила искренне. И просила именно то, что хотела.

— Пресветлая мать, покровительница жизни, прошу дай мне сил в моём нелегком пути, огради и защити. Помоги быть сильной и не свернуть с пути, дай мне решимости добиться поставленной цели. Пресветлая мать, не дай свершиться чёрному делу, защити создания свои от тьмы и зла…

Краем уха услышала чей-то радостный возглас, потом шушуканье за спиной. Но постаралась отрешиться от всего и продолжила, стараясь произносить слова молитвы так, чтобы невольные свидетели услышали каждое слово.

— Пресветлая мать, создательница всего живого, защити детей своих от жажды крови, даруй мир в их сердца и любовь…

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. СЛУЧАЙНОСТИ НЕ СЛУЧАЙНЫ

Альд Рейгар Шесский не понимал, что он чувствует: разочарование или удовлетворение? С одной стороны, артефактор подтвердил невинность молодой жены, что не могло не радовать. А с другой — вызвало ещё больше вопросов. Поведение девчонки никак не укладывалось в его представление о том, какой должна быть воспитанная при монастыре юная девственница. Во-первых, она должна быть наивной и кроткой, в рот смотреть своему мужу и со всем соглашаться. И непременно хорошо воспитанной, и образованной. Знать, в чём состоят обязанности жены и понятие не иметь про мужские потребности и постельные утехи. Он сам должен был ей всё объяснить и всему научить.

А что в итоге? Привезённая из монастыря девица отвечала всем его представлениям ровно до момента принесения брачных обетов. А потом в неё словно чор вселился. Девица говорила странные вещи, вела себя слишком самостоятельно, а от её оценивающего взгляда бросало в жар и отдавало тяжестью в паху. Девственницы так не смотрят!

И чему её только в том монастыре учили? Он непременно это выяснит и со всем разберётся. Но хоть в одном удалось кое-что прояснить. А то он уже даже засомневался, а не вручили ли сестры из обители Пресветлой матери ему порченный товар? Нет, он бы всё равно девчонку принял — слишком она важна для укрепления его власти — но вот отношение к ней было бы соответствующее. И пришлось бы удостовериться, не носит ли Лейлада под сердцем бастарда. Кажется, обошлось. И слава богам!

Стенная панель за камином отъехала в сторону, явив задумчивого графа Алесского, главу герцогской службы безопасности.

— Всё слышал?

— Слышал, — всё так же пребывая в состоянии мрачноватой задумчивости, Мар Коулд закрыл потайной ход и проследовал к стоявшему у стола креслу. На котором всё ещё лежали принесённые графом Шериссом, а ныне разбросанные в хаотичном порядке амулеты. — Странно всё это. Я бы проследил за твоим артефактором. Не припоминаю ни одного случая, чтобы Шерисс бросил все свои цацки и ушёл не прощаясь. Куда может так торопиться артефактор, который за свои висюльки с колечками удавится?

— Думаешь, он что-то от меня скрыл?

— Рей, они оба что-то скрывают. Ты заметил, что с какой осторожностью леди касалась принесённых Шериссом амулетов, словно знала их предназначение? Да и Элиот вёл себя как обычно до определённого момента, а потом вдруг насторожился, вроде как даже в лице переменился. Не доверяю я этому хлыщу. Ходит за ним слава жадного до денег экспериментатора. Могли и подкупить. Вопрос только в цене. Шерисс достаточно богат, чтобы продаться за деньги. Тут или сумма должна быть огромная, или ему предложили нечто более ценное в его понимании. А это может быть что угодно. За Шериссом давно тянется слава чудаковатого изобретателя. Уверен, что не разболтает о том, зачем ты его к себе вызывал?

— Он поклялся сохранить всё в тайне, Мар. Магическую клятву не так-то просто нарушить. К тому же он действительно хороший артефактор. Лучший в своём деле. И давно работает на корону.

— Любую клятву можно обойти. Нужно только немного уверенности и желание рискнуть.

— Удалось что-то выяснить по зелью? Чем опоили Лею?

— Там смесь из нескольких составляющих: зелье правды, отворотное и вызывающее выкидыш. Выкормыши дикого рарка! И когда только умудрились подсунуть? Рей, я тебе клянусь, что найду эту мразь и она за всё ответит! Или он.

— Я ещё понимаю, зачем зелье правды и отворотное, но скажи мне, зачем девчонке подлили дрянь, вызывающую выкидыш? Я не понимаю, — Альд потемнел лицом, слушая доклад своего друга. Он даже не предполагал, что найдётся некто, желающий разрушить все его планы. Девчонку тоже оказалось жалко — такого она точно не заслуживала.

— Я тут перекинулся парой слов с Норманом. Он полагает, что последнее зелье в случае консумации брака могло вызвать сильнейшее кровотечение и повлиять на детородную функцию. Однозначно, хотели навредить не столько тебе, сколько маленькой леди.

— Усиль охрану!

— Само собой, — хмыкнул Мар Коулд, наблюдая как бесится друг детства. Они столько лет были вместе, что могли улавливать малейшие нюансы настроения. И сегодня Альд Шесский, которого между собой наедине друзья называли просто Реем, находился на грани, переступив которую, он уничтожит любого, посмевшего встать на пути. Будь то замысливший недоброе недруг, или просто неудачно подвернувшийся под руку глупец. — Сразу же, как только ты рассказал мне про зелье. Я ещё на апартаменты леди следилок навесил. И знаешь, сегодня ещё кое-что случилось. Ты только не бесись так, а то спалишь ещё по неосторожности.

— Говор-ри!

— Старая гадюка Винсеро выползла из своей норы, чтобы поздравить и вручить подарок. Само собой, подарок тут же проверили. Там книжка. Модный в нынешнем сезоне роман некоего писаки по имени Алоис Ромеро «Приключение хитроумного рыцаря Рафуса Длинного и его слуги Пиппина». Пошленький такой романчик, не совсем пристойный. Но дамы в восторге. Со стороны Винсеро было очень смело подарить такое своей госпоже. Я бы эту книжонку спалил, но боюсь твоя леди не оценит. Хотя, с другой стороны, пусть просвещается. Авось, когда-нибудь доведётся применить новые знания в постели.

— Ты уверен, что там именно эта книжка? — слегка расслабился и заинтересовано посмотрел на друга Альд.

— Мамой клянусь! — тут же решил перевести всё в шутку Коулд. Мама Коулда сама могла кого угодно в бараний рог скрутить и в таком виде отправить на поклон к Амсет.

Всем давно было известно, что старый граф Аллеский взял в жены дочку племенного вождя кочевников — аюнов. Племена эти обитали на юге и славились своей воинственностью и жестокостью. И для имперского графа этот брак являлся явным мезальянсом, но иначе пленнику пришлось бы распрощаться даже с надеждой когда-нибудь получить свободу. Леди Коулд отличалась от других дам Шесской империи как солнце от луны. Высокая, гибкая как змея, она искусно владела оружием и вела за собой в бой сотню воинов. Помимо всего прочего аюны приручили огромных пауков — секхо и использовали тех вместо верховых животных. Это, не считая боевых качеств самих секхо. Именно благодаря помощи графини Алесской и удалось в своё время так быстро захватить Готарру. Враги у матушки Мара Коулда обычно на этом свете долго не задерживались.

* * *

В свои покои я вернулась слегка озадаченная. Должна сказать, свой разговор с Гэри я не так представляла. Уж во всяком случае, не думала, что он мне попытается мозги вывернуть наизнанку. Ну и к тому же мои фрейлины-гадючки явно что-то задумали. Иначе бы не слышала за спиной постоянное шушуканье. И ведь напрямую не спросишь — соврут, не дорого возьмут. Явно же какую-то очередную сплетню обсуждают. И мне почему-то кажется, что меня это тоже каким-то боком касается. Только вот каким? Решила выждать, авось всплывёт что-то, и я выясню, что за подковерные интриги разворачиваются прямо у меня на глазах.

— Леди, всё готово для омовения, — присела в книксене одна из служанок. Не помню, как её звали, утром она тоже заглядывала вместе с Магдой. Я не преминула поинтересоваться, куда делась моя как бы личная горничная. И тут выяснилось, что она сейчас придёт. Просто отправилась на кухню за поздним ужином для меня. Так как я, так и не появилась в трапезной. По распоряжению его высочества еду мне будет теперь приносить только Магда, она же будет её дегустировать и отвечать, если в кушаньях окажется что-то лишнее. Меня это так разозлило. Ага, нашли козла отпущения, точнее, козу. И теперь все шишки посыплются на голову бедной женщины. Вот, кстати, а как она определит, что взятые на кухне блюда безопасны?

— Так амулет же, — удивлённо хлопнула глазами на непонимающую меня горничная. — И охрана. Господин приказал. Сказал, если с вами что-то случится, он головы снимет, а вместо них воткнёт цветочные горшки.

Информативно то как!

— Как тебя зовут? — решила на всякий случай поинтересоваться я, неторопливо залезая в местный аналог ванны размером с хороший такой бассейн.

— Тисса, миледи.

Немного посвежевшая и набравшаяся сил, я перебралась в спальню, где меня уже ждали ужин, и подпрыгивающие от нетерпения Тайри с Лиорой. Фрейлины тихонечко похихикивали и прятали смущённые взгляды, тайком посматривая на нечто, лежащее на столике у окна. Какой-то свёрток или шкатулка.

— Что там?

— Так подарок, миледи, — порозовела ушами Тайри.— -Вы велели отнести сюда, и чтобы маги проверили. Там книга. Один очень модный роман.

— Вот как? — меня тоже разобрало любопытство. Я вспомнила о чём идет речь. Получается, леди Винсеро решила подарить мне книгу? А что за чушь она тогда бормотала? Странная какая…

— А что за книга?

— Приключения хитроумного рыцаря Рафуса Длиннного, — проинформировала меня Тайри и в очередной раз мило покраснела. Тут уж меня разобрало такое любопытство, что я сама готова была выбраться из тёплой постели и посмотреть, что там за подарок. Признаться, совершенно вылетело из головы, что нужно разобрать ещё и ту гору подарков, которые нам с Альдом преподнесли на свадьбу. Правда, после магической проверки в мои покои доставили лишь малую часть. Но и этого было более чем достаточно, чтобы я на них потратила полдня. В данный момент меня волновало совершенно иное — придёт ли муженек исполнять свой супружеский долг и что мне нужно сделать, чтобы от этого откосить? Сильно сомневаюсь, что мои слова о том, что я не хочу консумации брака будут восприняты всерьёз. А стало быть, нужно придумать, как этого избежать. Притвориться больной? Устроить истерику и напиться успокаивающего, так чтобы никто не усомнился, что продрыхну до самого утра? Или просто забаррикадироваться в своей комнате и никого не пускать? Не станет же Альд ломиться в дверь и привлекать внимание посторонних? Или станет?

Как в данном случае поступить, я пока не придумала. Но надеялась, что возможно что-то в голову и придёт. А пока стоило разобраться с подарком таинственной леди, имени которой я не знала и в своей прошлой жизни с ней знакома не была.

— Несите сюда! — решительно приказала, надеясь заодно выяснить и причину странного поведения моих змеек. На них это было совершенно не похоже.

По моему приказу Тайри принесла тяжёлый томик, Лиора отрегулировала яркость светильников, чтобы мне комфортно было читать. И обе тут же замерли в ожидании.

Я присмотрелась к подарку. Тяжёленькая, хотя и не очень толстая. Одна обложка чего стоит. Из толстой тиснённой кожи с уголками из серебра и тугой застёжкой. Больше похоже на чей-то дневник или мемуары, чем на любовный роман. Я немного посомневалась: нужно ли мне вообще начинать читать эту книжку или нет? Потом раскрыла на середине, вчитываясь в мелкий и при этом какой-то украшенный обилием завитушек шрифт, и впала в культурный шок.

'Гайана проснулась и открыла глаза. А может, это вовсе и не сон? Несмотря на темноту, она ощущала, что в комнате кто-то есть. Она хотела оттолкнуть этого человека, но руки были крепко связаны. Значит, это не сон!

Она крепко зажмурилась, когда яркий свет факела ослепил ее. Инстинктивно Гайана избрала единственно возможный для нее способ защиты и начала яростно брыкаться. Неожиданно неизвестный схватил ее за лодыжки железной хваткой. И когда она наконец смогла разглядеть, кто же на нее напал, то застыла от ужаса. Над ней склонился виденный накануне орминец!

Его руки на ее лодыжках напоминали железные оковы. Гигантская тень на стене делала его еще более огромным и страшным. И он оказался полностью голый!

Кажется, воздух вокруг стал вязким, что ни вздохнуть, ни выдохнуть. Гайана раньше никогда не видела голых мужчин. Слышала из разговоров некоторых леди, как те обсуждали мужское достоинство собственных мужей и хихикали, скромно потупив глазки. Сама Гайана попыталась представить, как это должно выглядеть, но фантазии не хватило. Хотя если подумать, то выросшей в деревне леди не нужно рассказывать откуда берутся дети.

А ещё ей было любопытно, как выглядят интимные части мужского тела. Не сравнивать же с папенькиным жеребцом Бураном, особенно когда он охаживал её Звёздочку этим летом. Папенька надеется, что жеребёнок статью пойдёт в Бурана. Но так то же был жеребец, а это… Девушка пошире распахнула глаза, стремясь разглядеть в полутьме интересующую её часть тела ормийца и чуть не подавилась воздухом! Такое невозможно спрятать в штанах!

Его мужское естество было слишком большим — почти как у Бурана, слишком твердым, оно поднималось подобно каменной колонне из гнезда вьющихся иссиня-черных волос. И он наверняка пришел ее изнасиловать. Нет, нет и нет! Такая штука в неё просто не влезет! Она же размеров раза в три меньше Звёздочки. Девушка испугалась, ведь, если ормиец попытается её овладеть, засунув эту штуку внутрь, то это равносильно смерти. Она просто после такого не выживет.

Гайана дёрнулась в сторону, попыталась отползти, сжаться в комок, в любое мгновения ожидая насилия. Но мужчина ничего не делал. Просто стоял и смотрел, лаская взглядом изгибы её тела.

Рафус поверить не мог своей удаче. Такая маленькая и такая совершенная! Как же она отличалась от всех остальных женщин! Намного изысканнее. Как будто природа тысячелетиями создавала и переделывала свое творение, пока не достигла полного совершенства. Внизу живота кожа напоминает бархат. На высокой же груди она почти прозрачна, даже просвечивают голубые жилки. Она кажется неземной…'

Ох, ни фига себе! Тут и такое есть? Мне почему-то казалось, что этот мир не только патриархальный, но и очень ханжеский. Женщины были ограничены буквально во всём, а тут очень откровенная книжка. У меня в голове получился какой-то диссонанс. Или это может быть какая-то проверка? Хотя, кто их тут знает? Подарок преподнесла странная тётка по фамилии Винсеро. С какой целью? Тут принято такие вот свадебные дары преподносить? И как мне на это реагировать? Мысли метались словно блохи на собаке. Я никак не могла решить, как мне следует поступить. Остро чувствовалась нехватка информации. Вот где этот Гугл, когда он тут так нужен? Потом мысленно хлопнула себя по лбу. Вот же дура! Лея воспитанница монастыря. Как на моём месте поступила та же матушка Леоника? Велела бы книжку сжечь. Ну, жечь подарок я не буду — потом полистаю на досуге. Мне всё же любопытно, что там понасочиняли. Думаю, до Камасутры там будет далеко, а вот немного перчинки в обычном любовном чтиве может и обнаружу. Другой вопрос: как мне сейчас на это всё отреагировать? Уверена на все сто, что эту книжку не только проверили, но и на зуб попробовали. Как бы на моём месте повела настоящая Лея? Хотя нет, я знаю как. Тихонечко тайком прочла бы, всё же запретный плод сладок, а монастырское воспитание оно такое…

Наверное, именно такое от меня и ожидают. Ну что же, значит, удивлю. В голове у меня уже засела задумка, как я буду выкручиваться и что говорить при встрече с матушкой-настоятельницей. Если не ошибаюсь в своих предположениях, то она должна прибыть после охоты.

— Что это за гадость? — тяжёлый томик полетел на пол. Я же всё же выбралась из кровати и забегала по спальне, и не стесняясь в выражениях прошлась по автору, посмевшему такое написать, леди Винсеро, осмелившейся мне такое подарить и фрейлинах, додумавшихся мне эту гадость подсунуть. И по фигу, что сама попросила принести. Бегала я долго, даже всплакнула. Слёзы были крокодильи, но фрейлины впечатлились. И даже предложили выпить успокаивающее. Как раз мне на руку. Я ещё для порядка порыдала, повздыхала, потом объявила, что плохо чувствую и надобен лекарь. Но, так как я никого видеть не хочу, и вообще даже не представляю, как буду спать, мне же будут кошмары сниться, поэтому, нужно срочно, чтобы кто-то из фрейлин принес от лекаря снотворное. Очень срочно! Ну и чтобы леди не расслаблялись, продолжила концерт:

— Я возмущена! Как эта леди Винсеро вообще посмела мне такое подарить⁈ Что обо мне подумает матушка Леоника, когда приедет меня навестить? А если эту книгу увидит его высочество? Что он обо мне подумает?

«А если он услышит мои вопли, — продолжала я мысленно,- он решит, что ему в жёны досталась истеричная дурочка». Провопив для порядка еще пару минут и дождавшись обещанного снотворного и успокаивающего в одном флаконе, я выгнала фрейлин прочь, наказав обоим идти заниматься своими делами и не мешать мне отдыхать. Ибо я собираюсь лечь спать, чтобы завтра на рассвете встать и пойти в храм помолиться за несчастную леди Винсеро, всю погрязшую во грехах. И не только за неё, но и весь погрязший в грехах двор. И что особенно меня удручает то, что мои фрейлины тоже грешны и нуждаются в очищении.

Сама не понимаю, что я там за чушь несла. В голове окончательно смешалось христианство с местными традициями. Но мне в этот момент было по фигу. Потому что внезапно пришла в голову мысль, что леди Винсеро не такая уж и чокнутая. Это просто я, тормоз. В этом мире есть магия. МАГИЯ! Вот так, с большой буквы. А это значит, что, возможно, всё на самом деле выглядит не так, как представилось. И я собралась проверить одну внезапно пришедшую в голову мысль. Что там леди говорила про кровь? Она ключ ко всему?

Что же, попробуем.

Девушки некоторое время посомневались, стоит ли меня оставлять одну, но желание смыться подальше от такой госпожи, пересилило. Зря я что ли себе имидж слегка поехавшей кукухой на почве веры создаю?

В моём плане я сделала ставку на репутацию и Гэри. И если выгорит, я стану свободной, сама себе хозяйкой. Только до этого пока далеко. Пока же в программе-минимум затерроризировать фрейлин так, чтобы они предпочитали держаться от меня на расстоянии. И не совать нос, куда не просят. Не нужно быть психологом, чтобы понять, что от неприятных, занудливых и истеричных особ стараются держаться на расстоянии. Если к этому добавить стервозный характер и непредсказуемость, умение ставить в неудобное положение и задавать неприятные вопросы, то вуаля! Это шило в заднице Альда и буду новая я. И от прежней Леи здесь будет лишь ангельская внешность. И чем дальше будут держаться от меня местные обитатели, тем больше шансов на успех моей задумки. Теперь главное — не спалиться.

Книжку брала с осторожностью. Мало ли какие на неё навертели чары? А они были, я это явственно видела. И маг, который проверял безопасность подарка, тоже должен был их увидеть. Однако, мне никто про наложенные на книжку чары ничего не сказал. Или решили не заморачиваться и не ставить в известность? Так это они зря. А может там нечто с виду безобидное, поэтому и не стали тревожить? Вроде сохранности или защиты от влаги или мышей? Кто бы меня просветил? Жалко, к Гэри обратиться за помощью пока не смогу. Если я всё правильно рассчитала, граф должен был отправиться в своё поместье и в скором времени вести в родовой усыпальнице задушевные беседы с Фридерико. А путешествие туда и обратно у него займёт не менее седмицы. Может и меньше, но я бы на такое не рассчитывала. И мне эту седмицу нужно как-то своими силами продержаться.

Для ритуального кровопускания взяла свою булавку. Больше просто ничего подходящего под рукой не нашлось. Даже какого-нибудь завалящего ножика для фруктов. А булавка оказалась тупой. Вот и вспомнилось мне как в поликлинике кровь из пальца брали. Никогда не любила сдавать — больно и неприятно. А тут самой нужно палец дырявить, да ещё тупой иглой. Издевательство.

С трудом выдавила пару драгоценных капелек, шипя от боли и с трудом сдерживая слёзы и ругательства. Теперь нужно определиться, куда ткнуть окровавленным пальцем так, чтобы и следов не оставить, и заклинание сработало. Поелозила пальцем по серебристому окладу, потом прошлась по застёжке. И ничего!

В душе всё еще горел огонёк надежды, что в руки мне попало нечто ценное

и нужное. Но разочарование уже пустило свои ядовитые ростки. Даже слёзы на глаза навернулись. От боли не плакала, а тут пожалуйста!

Может я ошиблась? Сама придумала — сама поверила? Даже рассердилась на себя, потом моя злость перешла на даму Винсеро, преподнёсшую странный дар и наконец на саму виновницу моего разочарования. Книга лежала как ни в чём не бывало, поблескивая серебристыми уголками в отсветах магических ламп. Ничуть не изменившаяся внешне. Я уж было решила закинуть её подальше с глаз долой, если бы не обратила внимание на толщину. Ещё недавно увесистый томик, значительно похудел в объёме и стал легче по весу.

Не поняла…

Я вертела подарок и так и этак, но стоило раскрыть посередине, как там снова был этот Рафус и его бабы. И описание всех его мыслимых и немыслимых достоинств. Тьфу! Снова продырявила палец, но на этот раз кровавый отпечаток решила оставить не на обложке, а внутри на одной из страниц. После чего удивлённо вскрикнула, откинув вспыхнувших синим томик как можно дальше от себя. Ещё некоторое время понадобилось, чтобы набраться смелости и взять в руки странный и довольно стремный подарок.

Раскрывала книгу я с помощью кочерги от камина. Сначала потыкала в неё, потом пошевелила страницами и попыталась рассмотреть. Текст изменился, буквы растеряли свои завитушки, строчки местами были неровными, словно тот, кто это всё писал, куда-то торопился. Я вчиталась, пытаясь определить, что же мне попало в руки и опешила от удивления. Это был чей-то дневник, причём в нём описывались события пятнадцатилетней давности. Как раз накануне войны и сама война. Получается, леди Винсеро мне подарок с каким-то прицелом преподнесла.

Первое что я сделала — это попыталась дословно восстановить наш с ней разговор.

Дама стояла достаточно близко и при этом нервничала. И оглядывалась. Теперь я это понимаю, но в тот момент я сама слегка нервничала и не обратила внимание на дёрганье леди Винсеро. А ещё она сказала, я приходится мне дальней родственницей. Хмм… интересно, с какой стороны? Да, именно так она и сказала:

«Ваша светлость, я графиня Аделаида Винсеро, ваша дальняя родственница. Я хотела бы выразить свою радость в связи с приглашением присутствовать на вашем бракосочетании и хотела бы принести свои поздравления».

Дама затянутыми в перчатки руками извлекла из небольшого ридикюля свёрток и протянула мне со словами: «Позвольте вручить вам подарок от моего имени и нашего рода. Кровь ключ ко всему».

А я добрая душа, даже ничего не заподозрила.

Бережно открыла оглавление и начала знакомиться с текстом.

«Ежедневные заметки леди Элвеи, герцогини Готаррской, урождённой леди Черской, княжны ди Солверо о жизни в Орнии и Готарре и их окрестностях. Быте и нравах местных обитателей».

Я бережно пролистнула несколько страничек, всё больше убеждаясь, что мне в руки попало нечто очень интересное.

«Дорогой дневник, давно уже не писала, но сил моих больше нет. Я его ненавижу! Я готова об этом заявить во всеуслышание, кричать на каждом углу, лишь бы избавиться от досужего внимания его высочества. Он изобретателен, вездесущ и невыносим!»

В общем и целом, около двадцати лет назад юный принц влюбился в племянницу Орминского короля герцогиню Элвею Черскую. Леди была на три года старше шестнадцатилетнего принца, имела за плечами неудачную помолвку и слыла синим чулком. Для не знавшего ни в чём отказа Альда, выбор красавицы в пользу герцога Готаррского стал ударом. Но он смолчал, хотя и затаил обиду. А через год пришло известие, что леди Элвея родила своему мужу дочь. Весть оказалась болезненной. Уязвлённое самолюбие не хотело смириться и принять решение Элвеи. Прошел без малого год, прежде чем до Фебера IV дошли слухи о том, что якобы Эльдиан Готтарский вступил в сговор с королём Ормина против Шесской империи. Вроде как образовалась целая коалиция, целью которой было ослабление влияния Шесса на побережье Тимарского моря и Горсейский горный хребет, на который у Фебера давно имелись виды. Нужно признать, что леди Элвея, мать Леи оказалась довольно умна. Она в два счёта смогла просчитать всю политическую ситуацию, сложившуюся вокруг Готарры, но почему-то решила, что виновницей бед является именно она. Прямо Елена Троянская! Я даже расфыркалась от смеха. Ничего себе самомнение у маменьки! И главным виновником всех своих бед она сделала принца Альда. Дескать, уязвлённое самолюбие и толкнуло последнего начать военные действия против Готарры.

Я сначала скептически похмыкала, а потом призадумалась. Интересно, в портретной галерее что-нибудь осталось из изображения прежних владельцев Готарры или нет? Любопытно было бы взглянуть на портрет этой роковой леди. Очень уж меня после прочитанного стали терзать смутные сомнения относительно внешности этой леди и её схожести со мной. Скажем так, если сходство имеется, а оно не может не быть — всё же мать и дочь. Но всё же, если сходство очень сильное, тогда я буду вынуждена признаться, что в чём-то леди Элвея права. А Альд просто чертов извращенец, пытающийся перенести свою ненормальную тягу с матери на дочь.

Вот только он мне таковым не показался. Не в прошлый раз, ни сейчас. И кто врёт? Якобы маменькин дневник или принц слишком хороший актёр?

И так ли бескорыстны были намерения леди Винсеро, притащившей мне этот дневник? Ещё вопрос, оригинал я держу в руках или подделку? Зачем-то же она это сделала? Вот не верю, что только лишь из желания помочь! Я давно приняла к сведению, что ни друзей, ни сторонников у меня здесь нет и быть не может. Даже Гэри мне не друг. Это с прошлым я подружилась, и то, прошлось переступить через непонимание разницу в менталитете. Оставшийся в будущем Гэри, в отличие от нынешнего, прошёл через испытания проклятием, и с изменился. Этому же я могу верить только под клятвой. Если он согласится мне её принести. Дилемма…

Потом мне пришло в голову, что не мешало бы подстраховаться и пока Альд занят своими делами, всё же забаррикадироваться. Мало ли что ему придёт в голову? Вдруг решит проверить насколько крепок мой сон? А от его высочества можно ожидать чего угодно. Как-то я не планирую в ближайшем будущем ни запрыгивать к нему в постель, ни становиться матерью.

Я осмотрелась, из подходящего были только стоящий около выхода в гостиную комод и три не самых внушительных по виду креслица с гнутыми ножками и высокими спинками. Для сильного мужчины на один раз хорошо приложить усилие. И после моя баррикада развалится на куски. Тем более, что одна дверь открывалась вовнутрь, а другая снаружи. Облазив ещё пару раз спальню, пришла к выводу, что ту дверь, которая открывается вовнутрь, придётся подпереть комодом. Интересно, почему у меня в покоях нет ни одного замка? Подумала, посомневалась и решила проверить, действительно ли входная дверь тоже никак не запирается? А обнаружив торчащий в скважине замка ключ, с огромным чувством удовлетворения повернула его. Комод решила не трогать. Слишком тяжёлый и массивный, зато в качестве затвора отлично может послужить кочерга, замершая на посту около камина. Её я с удовольствием пристроила на ручку смежной со спальней Альда двери. Но сперва прислушалась, нет ли там за стенкой кого? Даже рискнула высунуть за дверь нос, и только убедившись, что утонувшая в вечернем мраке комната пуста, с удовольствием исполнила задумку. Я бы ещё на радостях канкан станцевала, если бы не боялась привлечь шумом внимание к своим покоям. Правда кресла к двери всё же подтащила, пристроив одно на другое. Так себе преграда. Скорее, шуму наделают, чем защитят. Зато есть уверенность, что я к этому времени проснусь и смогу оказать сопротивление.

Не спалось.

Мысли роились в голове, отчего-то было немного тревожно. Ощущение, как перед бурей. Напряжение в воздухе вроде растёт, а небосклон ещё чистый, без единого облачка. Я чувствовала себя наэлектризованной. Даже волоски на руках дыбом встали. Сидеть и ждать с моря погоды плохо получалось. Меня буквально толкало на подвиги. Тем более, что когда металась по комнате, приметила в одном месте дуновение сквозняка. Тайный ход? Я бы не удивилась. В прежней комнате Леи был тайник и ход тоже был. Но это другая комната, а значит, и здесь тоже может оказаться нечто подобное. А тайник мне точно бы не помешал. И проверить мои предположения стоило. А после всё же вытребовать у Гэри обещанную карту тайных ходов Блэкстоуна. Пригодятся. Уверена на все сто.

С другой стороны, задумавшись над тем, как отыскать тайный ход, внезапно получила озарение: а что, если, Альду эти все тайные переходы знакомы и он легко может проникнуть в мою комнату по одному из них? Тогда все мои усилия по баррикадированною спальни напрасны. Или нет? Сомнения заставили вскочить и приступить к поискам.

Первое, что сделала — нашла в комоде свечи и одну из них от камина подожгла. Если здесь есть ход, движение воздуха его выдаст. Было у меня ощущение, что сквозило как раз в том месте. Возможно, я ошибаюсь и дело в каминной тяге? А, если нет? Можно, конечно, было и стенки простукать, но я не рискнула. Я как дурочка ходила вдоль стен, водила свечой справа налево, сверху вниз — и ничего. Огонек нигде больше не шелохнулся. Проверила сначала спальню, потом гостиную и что-то вроде кабинета. И всё впустую.

Сама придумала, сама поверила?

Ну и разочарование оказалось столь сильно, что я всё же вернулась к камину и со злости долбанула ногой по каменному рельефу, украшающему боковую стенку. Отчего та внезапно сдвинулась в сторону, открывая мрачный зев потайного хода.

Вот же, дурочка! Читала в книгах, что тайные ходы часто прятали за каминами, резными панелями, картинами и зеркалами. И даже не подумала, что здесь может быть тоже самое. Осторожно посветила в распахнутое нутро тайного хода. Пыль и паутина, скопившиеся за долгие годы, успокоили меня относительно нежданных гостей. Но и они же навели на мысль, что соваться туда не подготовленной было бы глупо. И перво-наперво, нужно очистить этот ход от грязи так, чтобы по оставленным на полу следам никто не смог определить, куда я ходила.

Нетерпение и любопытство подталкивали к действиям. Теперь, после этой находки я уже точно сегодня не смогу уснуть. Энергия бурлила через край, грозя в любой момент выплеснуться. Я на скорую руку из пары шпилек и разобранного браслета сплела парочку бытовых артефактов. Теперь нужно было напитать их силой. Второе оказалось проблемой, потому что сила во мне хоть и присутствовала, но было её не так и много. Напитывать кристаллы я умела, а вот где её взять эту силу, если резерв не очень большой? Тем более, что сегодня я уже успела потратиться.

И не придумала ничего лучшего, чем взять оставленные Гэри безделушки для улучшения цвета кожи и укладки локонов и, разрядив их, взамен напитать свои творения. Не бог весть что, но пауков слегка погоняю и пыль смету.

С подаренным дневником решила разобраться позже. Как-то не внушал он мне доверия. Непонятно было как такая личная вещь могла попасть, по сути, к постороннему человеку. И если бы его мне отправила лично сама леди Элвея, то, наверное, приложила бы хотя какое-нибудь послание. А тут ничего! Подозрительно. Хотя, а что я об этой леди знаю, помимо того, что она является биологической матерью Леи и находится под стражей в монастыре? Тоже ничего.

Посему придётся «подарку» немного подождать. Сперва наведаюсь в местную библиотеку и поищу хоть какую полезную информацию о Хранителях рода. При условии, если вообще что-то найду. Потом, не мешало бы ещё и с Гэри поговорить. Осторожно так. Наверняка, он многому был свидетелем лично. Порасспрашивать слуг. Возможно, найдется кто-нибудь из старожилов, помнящих прежних хозяев герцогства. И только после этого я открою этот дневник снова и вдумчиво его просмотрю. Пускай это будет моей паранойей, но отчего-то внутренний голос буквально вопил не читать его сейчас, а в идеале вообще. Закрыть и засунуть куда подальше. Или выбросить. Словно это бомба замедленного действия. А к своему внутреннему голосу я время от времени прислушиваюсь.

В открывшийся ход решила заглянуть основательно подготовившись. Накинула поверх ночной рубашки халат, обулась. Взяла два полностью заряженных светильника. Я опасалась заблудиться в хитросплетениях тайных переходов, поэтому решила, что на стенах стану оставлять крохотные значки, показывающие в каком направлении я двигалась. За неимением мела, вполне пригодился и местный вариант помады для губ.

Было ли мне страшно? Ужасно. Помимо того, что в подобном месте можно натолкнуться на что угодно и кого угодно, я вдруг поняла, что очень неприятно себя чувствую в замкнутом темном пространстве. И ничего с собой поделать не могу. Одолела от силы метров тридцать в одну сторону, потом резко почувствовала беспокойство и не выдержав, вернулась, пообещала себе заняться этим ходом как -нибудь днём, когда будет более светло и не так страшно.

Путь обратно показался намного короче. Я быстренько задвинула камин на место, ликвидировав все следы своего там пребывания. Точно также тихо скользнула в ванную, поплескав в лицо прохладной водички. Потом, отхлебнув небольшой глоток той самой принесённой Тайри микстуры, решила завалиться спать. Дверь в смежную спальню подпёрта. Да и судя по тишине за стенкой, там никого нет. Через гостиную никто не зайдет, а тайным ходом, как я только что убедилась, давно никто не пользуется. Значит, сегодня можно спать спокойно. А завтра я подумаю, что можно ещё придумать.

* * *

По лицу скользнул лучик несмелого осеннего солнца. Спать было неудобно и жарко. Какая-то тяжесть не давала нормально ни вздохнуть, не повернуться. Еще и подушка под щекой подозрительно ритмично двигалась. Заторможенный мозг не сразу сообразил, что в данной композиции не так. А когда до меня дошло, я попыталась вывернуться из тисков чужих объятий.

— Дорогая, не ерзайте, — пробубнил уткнувшийся носом в подушку Альд. И подгрёб меня ещё ближе. Одна рука по-хозяйски расположилась на пояснице, вторая обнимала за плечи и прижимала к себе. Сбившееся в ком одеяло, валялось в ногах. — Ещё слишком рано для выезда. Егеря начнут зверя гнать только часа через три.

— Как вы тут оказались? — не выдержала я и выдала себя вопросом. На что муженёк довольно расфыркался и снова подгрёб поближе, лишая возможности двигаться. Шаловливые пальцы ласково пробежались по спине, запутавшись в волосах. Другая рука Альда словно невзначай задела грудь, отчего та вдруг оказалась невероятно чувствительной. Я зашипела от злости на себя, свою реакцию на этого гада, тайком пробравшегося в святая святых — мою спальню. И теперь пользующегося своим положением. А ещё совершенно не хотелось показывать, что его прикосновения приятны. Но мне не дали не единого шанса. Чуть пряный аромат кожи действовал опьяняюще, едва ощутимые касания, зелёный омут взгляда напротив, легкое касание губ. Внутри словно закручивалась гигантская пружина, требуя получения разрядки.

— Тебе нравится? — поинтересовался муженёк, по-хозяйски оглядывая пойманную добычу. Мне удалось промолчать, но расфокусированный взгляд выдавал с головой.

— Нет! Не нравится! Отпустите! -выпихнула из себя, попытавшись отползти в сторону. — Мы договорились!

— Действительно, — довольно хмыкнул Альд, — что-то такое припоминаю. Вроде вы поклялись, если я окажусь в вашей постели, откроете доступ к Хранителю рода. Разве нет?

Капец! Дежавю какое-то! Он издевается⁈

— Добровольно!!! — пылая гневом, буквально прошипела я. — Я вас не приглашала!

— А я вот пришёл. И отныне буду приходить каждый вечер. Вы моя жена, Лея, и должна будешь подчиниться. Не волнуйся, не в моих правилась насиловать женщин. Всё случится добровольно. Сама попросишь.

Довольный собой Альд поднялся с кровати, легко подхватил сброшенную на пол одежду и удалился в сторону двери, соединяющей наши покои. Там немного погремел, убирая, сооружённую баррикаду. И исчез, оставив после себя десяток вопросов. Как он сюда проник? И неужели теперь мне еженощно придётся делить с ним кровать и бороться с искушением? Или обзавестись бронелифчиком с бронетрусами и в этом спать? Решил изменить тактику, гад. Ну, ничего. Как говорится, не я это начала. А на войне, как на войне.

ГЛАВА ПЯТАЯ. МЫ ПРЕДПОЛАГАЕМ, А БОГИ РАСПОЛАГАЮТ…

Утро началось неправильно. Это я прочувствовала почти сразу же после ухода Альда. Планов на день было громадьё. Успеть бы все задуманное. Как обычно утром я собиралась посетить храм, выполнив свою угрозу и приучая фрейлин к мысли, что в госпожи им досталась религиозная фанатичка. И бывать им теперь там придётся часто. А что? Денежное довольствие у фрейлин вполне приличное, ещё и на всём готовом находятся. Вот пусть и отрабатывают. Я же, в отличие от старой упырицы, королевы Тимара, не заставляю себе пятки чесать. А всего лишь посетить храм. Подумать о вечном.

Благодаря Гэри я теперь знала, как попасть в тайный ход и намеревалась этим знанием воспользоваться. Изучить куда он ведёт, где ещё есть выходы. Хотелось бы попасть в библиотеку, но так, чтобы об этом никто не узнал. Ликвидировать пробелы в знаниях и информации. Сомнительно конечно, что я найду там что-то для себя очень ценное или полезное. Вроде дневников одного из предков или план потайных переходов замка, но чем черт не шутит? Ещё было желание посидеть в одиночестве, подумать. Альд в очередной раз смутил мой разум, а предательское тело снова дало слабину. Я думала, что после предательства бывшего мужа я ещё долго буду зализывать раны.

Ошиблась.

Оказывается, где-то на подсознательном уровне, я желала и внимания, и ласки, и любви. Хотелось просто однажды почувствовать себя слабой женщиной, мечтающей спрятаться от всего мира в сильных мужских объятиях. Как когда-то в старину говорили: быть как за каменной стеной. Вот только моя стенка очень уж хлипкой оказалась. Слухи о любовных похождениях Альда не на пустом месте возникли, а делить своего мужчину с кем-то ещё — не по мне. Ко всему прочему появились опасения, что, если я дам слабину и уступлю Альду, могу забеременеть. А в ближайшее время в мои планы точно не входило заводить детей. Это сделало бы меня ещё больше уязвимой для недругов. К сожалению, в их существовании я нисколько не сомневалась. И что делать?

Собралась я быстро. Платье приказала достать самое скромное. Волосы мне заплели в косы и уложили на затылке в узел. Удобно и не вычурно. То, что нужно.

— Динира, — позвала я одну из девушек. Сходи к графине Эскенской и передай, что я встречусь с ней сразу после посещения храма. Да, и вот ещё что, попробуй разузнать, когда ожидают приезд матушки Леоники. Я беспокоюсь, что не успею её встретить, как полагается.

— Да, ваша светлость, — фрейлина присела в поклоне и отправилась выполнять поручение. Пора было брать бразды управления замком в свои руки. Да и с матушкой — настоятельницей что-то придумать. Она же меня должна знать как облупленную. Не дай боги что-то не так скажу или сделаю и всё пропало.

Хлопнула входная дверь. Видимо, девушка что-то забыла и вернулась.

— Почему вы ещё не готовы, моя дорогая?

Замерший на пороге и прожигающий меня недовольным взглядом Альд, оказался полным сюрпризом. Я его не ждала, и, кажется, вчера ясно дала понять, что нем намерена участвовать в охоте. И, вроде бы, была услышана. Или он что-то другое имеет в виду? Странно…

— Я не ваша дорогая, — Альд недовольно поморщился в ответ на мои слова. _ И к чему я должна быть готова? Утренняя служба в храме начнётся только через полчаса. Мы успеем не только добраться, но и занять свои места. А встреча с леди Лореной у меня назначена чуть позже. Она обещала показать мне замок и рассказать о ведении хозяйства. Завтрак, насколько мне известно, будет накрыт только через три часа. Разве нет?

— Нет! Разве я вам не сказал вчера, что, несмотря на своё нежелание, вы всё-таки будете участвовать в охоте? Нет? — Альд, сделал вид, что сожалеет, хотя взгляд говорил обратное. Ему ничуть было не жаль. Наоборот, он был сказочно доволен, что сумел всё сделать по-своему. — Обстоятельства того требуют, что перед лицом наших соседей мы должны показать своё единство. Вы же не желаете показать своё неуважение к прибывшим на нашу свадьбу послам из соседних стран? Нет? Я так и думал. Поэтому, завтракать мы будем на природе. Слуги всё уже подготовили. Для вас будет установлен шатёр. Все удобства. Я приказал упаковать всё необходимое.

— Но… Но…я не могу! У меня планы… и леди Лорена будет ждать. Я не готова.

Меня просканировали пристальным взглядом, особое внимание, уделив платью и прическе. Видимо, ища к чему придраться. Судя по тону, Альд всё ещё кипел от злости. Но внешне это почти ничем не выражалось.

— Мне казалось, вам были сшиты наряды на все случаи жизни. И костюм для верховой езды в том числе. Позвольте поинтересоваться, Лея, чем они вам не угодили, раз вы надели на себя вот это….

И кистью так пренебрежительно покрутил. И чем ему моё платье не нравится? Цвет вполне приятный. Тот, который называют королевским синим. И ткань — очень плотный, тяжелый шелк. Я специально попросила пустить теми же нитками по подолу вышивку. Издалека не заметно, но если подойти и присмотреться — выглядит очень изыскано. И кружева в тон на вороте и рукавах. Просто и дорого. Что не так? Но намек на то, что у меня нет вкуса, и я не оценила его стараний, точнее стараний его фавориток, выбесил.

— Какие сшиты наряды, ваше высочество? Это те, которые с вырезами до пупа, где сиськи наружу вываливаются? — гневно прошипела в ответ, промаршировав в гардеробную. И как победное знамя выволокла наружу пресловутое красное платье. Госпожа Дэя ещё не успела его переделать. — Вот это вот платье вы считаете достойным своей жены? Вы сами его заказывали? Я сейчас же иду в храм и буду молить богов, чтобы они открыли вам глаза и указали на вашу неправоту!

— Я запрещаю!

— Что? — пискнула я, глядя на взбешенного Альда. — Вы запрещаете мне идти в храм и помолиться?

— Да, запрещаю! Вы будете посещать храм столько же, сколько туда ходят и остальные. А не по три раза на день. И будете слушаться и прекратите меня позорить. Где это видано, чтобы молодая супруга на третий день после свадьбы предпочла молитвы увеселениям и охоте, устроенным в её честь? И подарок от орминского посла примете. Его уже оседлали для вас.

Я ушам своим не поверила. Тихушник Альд, предпочитающий свои делишки обделывать незаметно и руками приближённых на меня повысил голос? Такого раньше никогда не было. Кажется, я ещё сплю, и мне это снится. Где я ошиблась и в чём? Играя религиозную дурочку перед фрейлинами, или причина в том, что я потопталась на самолюбии муженька? Мужики это очень не любят. И вот теперь один конкретный представитель этого племени сел на коня. Интересно в чем причина? Потому что его ткнули носом в собственный промах или что погладили против шёрстки. Мне от этого не легче.

А ведь, если подаренный ормийцами конь осёдлан, то и колючку уже могли положить. И что делать? Категорически отказаться? Вызову скандал, неизвестно что в таком случае предпримет Альд. Как-то он играет в этот раз совершенно не по правилам.

— Я лошадей боюсь! Я не умею на них ездить!

— Неправда! Вас должны были обучить держаться в седле! И вас будут страховать!

— Но я, правда, не умею!

— У вас есть час на то, чтобы вспомнить, как это делается. Я прикажу конюхам привести смирную кобылку. Покатаетесь на ней. До места доедете в карете и уже там пересядете на подаренного жеребца. Вы должны показать, что подарок вам пришёлся по душе. Вы поняли меня?

— Не глухая, — буркнула я в ответ на требование Альда. И что теперь мне делать? Не могу же я при всех залезть под седло и вытащить колючку. Сразу же возникнет вопрос: а откуда я о ней знала? Вот же, влипла. Злой Альд — это проблема. Очень злой Альд — это большая проблема. А ведь вылетал он из нашей спальни вполне вменяемый. Видимо, кто-то чуть позже умудрился его раздраконить. И коня жалко, пострадает ни за что.

Выезд был организован просто шикарный. Пели охотничьи рожки, дамы в вычурных нарядах напоминали пёстрых птичек. Кавалеры… мм… тоже птички, только коршуны. Я на их фоне смотрелась совсем простенько. Ну что поделать, если я просила госпожу Дэю при пошиве наряда исходить из практичности, а не красоты? Жакет был сшит из изумрудно-зеленого бархата. Юбку мне сделали распашную, но более тёмного цвета. А под юбку и заказала пошить штаны. Обычные, из плотной чёрной ткани и сапожки к ним до колен. Чем шокировала бедную портниху. Переживет.

— Ваша светлость, позвольте провести вас к шатру? — подскочивший мальчишка лет семнадцати горел энтузиазмом и восторгом. Не помню, кто он такой, но за полтора дня уже успел примелькаться перед глазами. Услужливый.

— Веди, — хмыкнула я, оглядываясь вокруг. Жалко, Гэри уехал, и обратиться за помощью не к кому. А доверие очень хрупкая субстанция: чуть что — сразу вдребезги. Пока шли, крутила в голове разные варианты, как мне выкрутиться. По всему выходило, что хочу я или нет, но придётся к кому-то обращаться за помощью. Сама, должна признать, увы, не справлюсь.

— Как вас зовут, милейший? — обратила я внимание на молодого человека.

— А вы не помните? — отчего-то решил обидеться тот, но очень быстро передумал.— –О, простите, простите, простите. Нас представляли, и я надеялся, что произвел достаточное впечатление, чтобы не слиться с остальными. Я виконт Нэй Уисмонд. Вы ещё сказали, что я похож на одного вашего знакомого.

Я судорожно начала рыться в памяти, пытаясь вспомнить в череде лиц, промелькнувших передо мной, когда же я успела отличиться? Ещё раз всмотрелась в юное безусое лицо, в который раз обратив внимание на причёску парня. Он пытался усмирить непослушные лохмы, забирая их в низкий хвост на затылке. И явно кому-то подражая. Но длины не хватало, и пряди по бокам оттуда регулярно вылезали и болтались, словно уши свекровиного кокер-спаниеля Максика. А вспомнив, не смогла удержать смешок.

— Простите меня, лорд Уисмод. Я смеюсь над своей забывчивостью. Вроде как возраст у меня еще не достаточно старый, чтобы страдать от склероза. Но знаете, я вот сейчас подумала, у молодых девушек тоже бывают проблемы с памятью. Недаром про некоторых говорят, что у них память девичья. А вас я вспомнила. Вы действительно похожи на одного моего знакомого. Его зовут Макс, и мы с ним раньше дружили. Давно очень. Не обращайте внимания. Я так волнуюсь. Знаете, я впервые участвую в охоте. Да ещё верхом. А я лошадей немножечко опасаюсь. Одна моя знакомая однажды тоже участвовала в охоте и лошадь понесла. Знакомую выкинуло из седла, она едва не разбилась. Не могли бы вы, после того, как проводите меня к шатру, сходить и проверить подготовленного для меня жеребца. Хорошо ли подтянута подпруга, все ли на месте подковы, седло посмотреть, удобное ли. Видите ли, меня обучали ездить в мужском седле, а в дамском мне неудобно и непривычно. Я вас очень прошу, поспособствуйте тому, чтобы мне переседлали лошадь с дамского седла на мужское. Мне так будет спокойнее.

Радостный виконт убежал выполнять порученное дело, а я обратила внимание на фрейлин. Уж чего-чего, а они нисколько не расстроились из-за изменения планов. Более того, радостно сверкали глазами в предвкушении развлечений. Некоторым хотя-бы совести хватило не показывать своего отношения к происходящему. Но я была на них не в обиде. Сама бы на их месте думала и считала так же.

Но свою роль нужно отыграть до конца. Поэтому сидела и делала вид, что отнюдь не рада предстоящей охоте. Собственно говоря, так оно и было. Хорошо, что от виконта удалось избавиться, отправив его выполнить одно деликатное поручение. И даже, если кто-то заметит и поинтересуется, что мальчишка там делает, он всегда сможет отговориться тем, что выполнял мою просьбу. Кстати, если что, мои фрейлины это подтвердят.

Снежок был великолепен. Не знаю, отчего мне в прошлый раз пришла в голову эта клика, но она коню совершенно не подходила. Он пританцовывал, всхрапывая и нетерпеливо перебирая изящными ногами в темно-серых чулочках, желая умчаться далеко-далеко.

— Как вы его назовёте, миледи? — ормийский посол был статен и черняв, как все представители этой страны. И чем-то напоминал испанского гранда, но меня в данный момент интересовала только лошадь и вопрос — успел ли виконт поменять седло или нет? Другими словами — на месте ли колючка? Помнится, в прошлый раз конь понёс сразу же, как я на него взобралась. А потом долго тоненько кричал, жалуясь на боль и несправедливость. Он всего лишь хотел пробежаться наравне с ветром, а ему сделали больно, нанесли рану и собираются убить. Седло на лошади оказалось мужским.

— А разве у этого чуда до сих пор нет имени? — обернулась я к мужчине, краем глаза наблюдая за тем, как белоснежного красавца пытаются удержать двое конюхов. И вот на эту зверюгу Альд решил посадить меня, прекрасно зная, что его молодая жена боится лошадей и ездить на них не умеет? Что-то тут явно не так. И отчего он был уверен, что меня должны были учить верховой езде, если ничего подобного не было и в помине? Кто бы мне объяснил?

— Есть, ваша светлость. Как не быть? Мы его называли Вихрем, но мне сказали, что вы сами хотите дать ему имя.

Отчего же? — удивилась я. — Это имя ему удивительно подходит. Я забыла вас поблагодарить за чудный подарок. Мне очень приятно, что в Ормине помнят, что я тоже в какой-то мере принадлежу вашей стране. Всё-таки моя мать была оттуда родом.

Мы ещё минут пять обменивались реверансами, пока не объявили о начале охоты. Откуда-то появились егеря с сообщением, что зверь загнан и всем следует выдвигаться на нужные точки.

Мне подвели гарцующего коня. Честно сказать, было боязно на него взбираться. Я каждую секунду ждала, что животное всхрапнёт от боли и помчится, куда глаза глядят, лишь бы скинуть причиняющую боль обузу со спины. Но Вихрь продолжил пригарцовывать на месте, ничем не показывая, что я ему делаю больно. Неужели виконт вместе с седлом успел убрать и колючку? Или её там вообще не было? Всё-таки в нынешней версии событий есть много отличий, и я до сих пор не поняла, что тому виной. Кто или что стало причиной изменений?

Не знаю. Даже предполагать боюсь.

Внезапно всё пришло в движение и вот уже я мчусь наперегонки с ветром, пытаясь удержать явно застоявшуюся лошадь. Вихрь явно был доволен тем, что на его спине оказалась неопытная всадница, и он может взять скорость и направление движения в свои копыта. Возможно, именно это и спасло мою жизнь в этот момент. Потому что если бы мне не приходилось постоянно пригибаться, спасаясь от летящих в лицо веток, то одна из пролетающих вдогон стрел с ярко-жёлтым оперением попала бы в меня.

Показалось?

Но, нет. Снова что-то просвистело мимо уха. Я инстинктивно пригнулась, прильнув к шее коня. Чувство страха холодом обдало спину, заставив волоски на затылке встать дыбом. Мысли лихорадочно скакали. Я пыталась найти выход и спастись. Преследователей было несколько. Двое или трое. Вряд ли больше. Ветки за спиной трещали, намекая на то, что погоня не отстаёт. Что же делать?

Одно радовало, пышная юбка, в какой-то мере прикрывала зад. И мой, и коня. Защита так себе, если честно. Но ткань была плотная, тяжёлая, к тому же сложенная в складки. И двойная. Ну и презентованный Гэри браслетик я решила носить не снимая. Он и сейчас был на мне. Как и кольцо, определитель ядов. Собираясь на эту дурацкую охоту, я распихала по разным укромным местам все имеющиеся у меня амулеты: целительский подвесила на цепочке на шею, отвода глаз и иллюзий запихнула в карманы штанов. Ещё и булавкой застегнула, чтобы не выпали ненароком. А теперь мне нужно было как-то исхитриться и их достать. Хотя бы отвода глаз.

Пока на мне щит, я могу не опасаться стрелы в спину. Но вот конь ничем не защищён. И рано или поздно в него попадут. Я не хотела такой судьбы для благородного животного, но и как спастись, не знала. Очередная стрела просвистела мимо уха. Вихрь недовольно всхрапнул и встал на дыбы. Видимо, всё же зацепили, гады. Падать пришлось долго. Заросший колючими кустами овраг принял в свои объятия. Хорошо, щит всё ещё работал, поэтому приземление оказалось хоть и жёстким, но не настолько болезненным. Кусты смягчили падение, а колючки не пропустил щит. Но я всё равно хорошо приложилась. Во всяком случае, боль от удара пронзила правую ногу и бок. Рукой я успела уцепиться за колючую ветку на склоне, и не так ударилась.

Пару минут лежала, пытаясь отдышаться и прислушиваясь к окружающим звукам. Погоня, было, проскакала мимо, потом вернулась к оврагу. Я затаилась, прислушиваясь к голосам своих убийц. А то, что меня собирались прикончить, я ничуть не сомневалась. И отчего-то была уверена, что это не Альд. Ему моя смерть на данном этапе была невыгодна. Я ещё не ввела его в род, познакомив с Хранителем. И не сделаю этого, пока сама не разберусь что и к чему. В доставшейся мне памяти Леи был один момент, когда она приняла участие в каком-то непонятном ритуале. Как раз накануне родов. Может быть, это и был тот самый ритуал ввода в род? Я не знаю, но надеюсь, мне удастся найти хоть какую информацию на этот счёт.

Если выживу.

С трудом удалось расстегнуть булавку и выудить наружу оба амулета. Заряд там был небольшой, но мне много и не нужно. А там, в случае необходимости, сама их подпитаю.

— Ну, нашёл? Кажись, её конь где-то здесь скинул.

Ага, значит, они заметили, что Вихрь дальше помчался без седока. И теперь будут рыскать по округе, пытаясь меня найти.

Над головой затрещали кусты. Кто-то решил спуститься и проверить овраг. Я тихонько задом отползла под ближайший куст и там затаилась. Пусть ищут. Надеюсь, амулет исправно работает и мне не придётся отбиваться. Сверху сыпались мусор и комья земли и стучали по дну оврага. Где-то там внизу журчал ручеек. Если бы долетела до дна, шлёпнулась бы задницей прямо в лужу. Рискнувший спуститься в овраг мужик, тихо чертыхался. И я его понимала. Кусты вокруг были усеяны пятисантиметровыми колючками. Такими и глаза выколоть нечаянно можно. Потом меня осенило, преследователи видели моё падение в овраг. Вопрос: что они сделают, если не найдут тела? А они его не найдут. Нужно было что-то придумать, чтобы пустить их по ложному следу. Но, как?

Ничего путного в голову не приходило, а убийца почти спустился. И тут я, пытаясь ещё немного сдвинуться глубже под куст, зацепилась юбкой за торчащий из земли корень, прищемив край подола. Идея появилась мгновенно. Расстегнув потайные крючки, я осторожно выползла из неё. Действовать приходилось осторожно, стараясь чтобы ни один кустик, ни одна веточка не шелохнулись. На время стянула с руки браслет за щитом. Нужно было слегка пораниться и вымазать пожертвованную ткань кровью. Целительский амулет затянул царапину в два счёта. Потом вернула на место щит, прошептав формулу отречения, чтобы ни один маг не смог найти меня с помощью поиска. И скинула скомканную юбку дальше вниз.

— Тут никого не видно! — прокричали сверху. Кусты опять зашевелились. Видимо, преследователь решил спуститься немного ниже и обследовать дно оврага. Ну, Амсет ему в помощь, — тихонько прошептала «пожелание» я. В следующее мгновение я даже забыла как дышать. В метре от меня прошлись чужие сапоги. Мужик спускался со всеми предосторожностями, держась за скинутую вниз веревку, но всё равно умудрился пораниться. Поэтому был зол, как тысяча демонов.

— Ищи, — напутствовали сверху. — Если ранена, нужно вытащить стрелу. Просто сверни ей шею. Решат, что свалилась с лошади и убилась. Все слышали, как она жаловалась, что не умеет ездить верхом.

Я сидела тихо и перебирала в памяти имена тех, кто мог слышать мои слова. По всему выходило, что кроме Альда, фрейлин, пары конюхов и кое-кого из охраны, больше никто. Полтора десятка человек — не мало. А учитывая болтливость фрейлин — найти источник утечки — гиблое дело.

— Нет тут никого! — прокричали снизу. — Только юбка!

Веревка задергалась, спустившийся на дно оврага наёмник, начал подниматься обратно. Со своего укрытия мне удалось рассмотреть теперь уже не только сапоги и часть спины, но и ничем не примечательное лицо. Такое, что мимо пройдёшь и тут же забудешь. Темно русые волосы, непонятного цвета глаза, какие-то смазанные черты. Тоже амулет? Всё возможно.

— Вот шандрова девка! Убёгла!

— Где ты юбку подобрал?

— Там на дне ручеёк течёт. Неглубокий, едва подошвы намочить. И дно камешками уложено. Юбку, стало быть, герцогинюшка наша скинула, чтобы не мешалась при бегстве. А сама по каменистому дну и ушла. В одном исподнем. Кусты только по склонам растут. Я сейчас снова спущусь и попробую пройти по следу, а вы поверху проверьте. Где-то же она должна вылезти будет.

Снова зашуршали кусты, задёргалась верёвка. Я замерла, затаив дыхание, глядя на то, как мимо опять прошлёпали чужие сапоги. Не знаю, насколько этот овраг большой, и сколько времени понадобиться убийцам, чтобы его проверить, но умирать я категорически не желала. Поэтому сидела как мышь, выжидая удачного момента. А вдруг это ловушка и меня просто выманивают выбраться? Но голоса преследователей начали постепенно удаляться. И я рискнула ухватиться за сброшенную веревку и выбраться наверх.

Удачно. Неподалеку от меня объедали кусты, привязанные кони преследователей. Я ещё обратила внимание, что все три были укрыты попонами с гербом альдовых гвардейцев. Это что же получается, кто-то воспользовался их формой или заговор настолько глубоко пустил корни при дворе, что в нём участвует не только какая-то часть придворных, но и гвардия? А может, это сам Альд приказал от меня избавиться? От последней мысли похолодела. Да нет, не может быть! Потом прикинула, что не стоит отметать ни одного варианта. Хотя простонародный говор одного из убийц наводил на мысль, что «гвардейцы» могут оказаться подставными.

Тем не менее, решила не терять времени. Тихонько забралась в седло одной и лошадей, привязав остальных за повод к седлу. Решила, что уведу всех троих, а потом по пути от двух лошадок избавлюсь, просто отпустив их на все четыре стороны. Пусть ищут, на которой я ускакала.

Транспорт теперь у меня есть, амулет иллюзии тоже. Вернусь в город под видом альдова гвардейца. Надеюсь, дом Гэри сможет меня приютить на некоторое время. А там и хозяин должен вернуться.

Как говорится, расскажи богам о своих планах…. Уходила я по возможности, тихо. Недовольные лошади, что их оторвали от вкусных листиков, настороженно прядали ушами, но шли. В тот момент я думала только о том, чтобы успеть уйти подальше, пока не объявились убийцы. И как можно незаметней. Метров через тридцать остановилась, вспомнила, как Гэри меня учил накладывать иллюзию, и приступила.

Жаль, конечно, что амулет не многокомпонентный, умеющий изменять не только внешность, но и голос, а также тактильные ощущения. Были и сложные ментальные, работающие немного по иному принципу. Гэри мне когда-то про них рассказывал и даже учил делать. Там главное, магическая составляющая. Ты просто делаешь установку, например: высокий мужчина, брюнет, серые глаза, возраст около сорока, телосложение, цвет одежды, фасон и так далее. Мягкое, почти незаметное магическое воздействие будет влиять на зрительные нервы и отделы мозга, отвечающие за зрительную информацию, и человек будет видеть именно то, что ты пожелаешь. А мелкие детали внешности сам же и додумает.

В целом выходило, что одного и того же человека с таким амулетом прохожие видели по-разному. Хорошая штука! Мне бы сейчас такую. Но, к сожалению, всё, что у меня имелось — простенькая модель, позволяющая только зрительно изменять внешность, не касаясь всего прочего.

Хорошо, что остальные амулеты не успели до конца разрядиться. Отвод глаз мне сейчас очень как нужен. Если, к примеру, повстречается кто-то и заведет разговор, я же рта открыть не посмею. Потому что тут же выдам себя голосом, и молчание будет выглядеть подозрительно. Особенно, если начнут задавать вопросы.

К счастью, амулеты действовали как нужно. Или мне просто повезло? Но рыскавшая по лесу герцогская охрана, проскочила мимо. И сколько бы они не кричали, надеясь на то, что пропавший объект охраны отзовётся, я предпочла не рисковать. Молча переждала, затаившись в очередных кустах, а после этого двинулась в другую сторону. По дороге избавилась от лишних лошадок, отправив их в разные стороны. Почему бы не попробовать запутать следы?

Этот лес мне был совершенно не знаком, но заблудиться я не боялась. Знала, что с одной стороны чаща примыкала к горному хребту, а с другой её ограничивала река. В любом случае, куда-нибудь да выеду. А там видно будет. Главное, подальше от опасности. Так я себя успокаивала, повернув в противоположную от создаваемого охотниками шума сторону.

Разумеется, не всё было так просто, как казалось на первый взгляд. Во-первых, у меня с собой ни крошки еды и воды. Ладно, воду я ещё могу поискать, а вот с едой были трудности. Местные ягоды я знала плохо. Разве только те, что имели сходство с земными. И не факт, что я что-то из них смогу отыскать. Рыбу попробовать в речке словить? Без удочки и ножа проблематично. Добраться до ближайшей деревни и попросить помощи? Денег заплатить за услугу — нет, а признаваться кто я такая, не хотелось. К тому же это след, по которому меня очень быстро отыщут. И только где-то через пару часов до меня дошло, что я не просто увела лошадей, а к седлу каждой была пристёгнута небольшая поклажа.

Стресс давал о себе знать. Всё же не каждый день тебя собираются убить. Я устала и морально, и физически. Но и расслабляться было нельзя. Проплутав несколько часов, всё же выбралась к воде, решив дальше ехать вдоль течения. И проведённый обыск порадовал куском хлеба с вяленым мясом и небольшой флягой, наполненной вполне неплохим вином. Вот из неё я прилично и отхлебнула, решив, что нужно снять стресс и успокоиться. Одного не учла, что мой нынешний организм не был приспособлен к потреблению алкоголя. Другими словами, откуда бы воспитанной в монастыре девчонке взять и попробовать вино? Ниоткуда. Ей его просто ещё пить в чистом виде не приходилось. Во-первых, в силу возраста, а во-вторых, матушка-настоятельница считала, что девчушка, напуганная реалиями замужней жизни, захочет остаться в монастыре. А монашкам вино не полагается. Очень скоро я прочувствовала результат своей дурости. Глаза начали слипаться, а голова подкруживать. Решила найти место для ночлега, никуда не заезжая. Солнце уже начало клониться к западу. Я прикинула, что в таком состоянии никуда не доеду, а если прилягу отдохнуть, подремать часик- полтора, то возможно до темноты в город попасть не успею. И что делать?

Если честно, меня охватила какая-то апатия. А так себя жалко стало, слёзы сами на глаза навернулись. Поплакав немного, решила оглядеться. Очень уж окрестности местные показались знакомыми. Взгляд фокусироваться отказывался напрочь, но память, как ни странно, сразу же откликнулась, напомнив о месте, где с семейством Кесил случилась катастрофа. Именно около моста через Шару и сошёл сель, угробивший в тот день и деревеньки по обеим берегам реки, и торговый обоз, и барона Кесила. Сама не заметила, как прикорнула под кустом.

— Как думаешь, кто это такой?

— Небось, какой-нибудь хмырь из герцогской охраны.

— Да не, не похож. Больно хлипкий очень. И одёжа странная.

Неподалёку слышались негромкие голоса. Разговаривали двое, судя по всему, мальчишки. Я ещё некоторое время послушала, о чём они толкуют. Оказывается, обсуждали меня. Штаны и бархатный слегка удлинённый жакет ввели их в заблуждение. А лицо я от солнца рукой прикрыла, невольно, но всё же, и тем самым не позволила себя более подробно разглядеть. Зато появилась пара минуток, чтобы снова навести иллюзию. Решила особо не заморачиваться, и подправить только лицо. Прикинула, что с моей фигурой и ростом, я вполне смогу сойти за ровесника этих двух болтунов.

— Нормальная у меня одёжа, — прокомментировала я последнюю услышанную фразу. — А вот вы кто такие, и отчего в кустах таитесь, это ещё нужно выяснить!

— Сам ты таишься! — тут же последовал ответ. — Как тать какой. Скрал, небось, лошадёнку?

— Отчего вы так решили? — осторожно поинтересовалась я.

Кусты зашевелились, и оттуда выглянула рыжая, вихрастая голова. Следом вынырнула вторая такая же. Близнецы, что ли?

— Так попона на коне, сразу ж видно, с герцогским гербом. Значит, из герцогской конюшни. А сам ты больно хлипкий, таких на службу не берут. Значит, скрал лошадь.

— А может я курьер? Везу послание какое? Для этого не нужно быть ни здоровым, ни сильным. Только ловким и быстрым.

Слово за слово, разговорились. Так болтая ни о чём и обо всём сразу, я за найденные в седельной сумке несколько монет сторговала себе немного лепешек на ужин и кусок сыра. На большее всё равно не хватило бы, но жалостливая мать Марека и Дарика — так звали рыжих, лохматых мальчишек, налила ещё небольшую бутыль молока.

— А худющий-то какой, — покачала добрая женщина головой, глядя на то, как я уминаю лепёшку с молоком. — Неужто вас там при герцогском дворе не кормят?

— Кормят, — с трудом прожевав, ответила я. — Но вся еда в энергию уходит. За день как набегаешься, так к ночи ног под собой не чуешь. В деревне я решила долго не задерживаться. В город нужно было попасть до темноты. А то после городские ворота закроют, и придётся куковать на улице.

А мне еще нужно будет как-то от лошади избавиться. Уж больно приметная у неё попона. И в дом к наставнику попасть. Положим, второе не должно составить трудностей. Гэри мне когда-то не только всё рассказал про свою систему охраны, но и научил, как её ставить. А уж отключить и снова подключить я как-нибудь сумею. Беспокоило другое — слуги. А точнее, их наличие или отсутствие. В прошлый раз Гэри использовал големов, а как обстоят дела нынче? И насколько он уже продвинулся в этом деле? Лайса была неотличима от живой женщины. Да и остальные слуги тоже. Вот и проверю.

Можно было бы и в деревне заночевать, только меня не отпускало ощущение, что я безбожно опаздываю. Оно не давало мне усидеть на месте, толкало вперёд. Понадеявшись на то, что успевавшая отдохнуть лошадь возьмёт хороший ход, и я доберусь в Теону к закрытию городских ворот. Сама я, несмотря на пару часовой отдых, ощущала некую разбитость во всём теле. И дело тут было не только в физической усталости. Вдруг пришло сравнение, что я напоминаю пресловутую лягушку в молоке. Дрыгаюсь, дрыгаюсь, а пока так ничего путного и не достигла. Словно, всё зря.

Лошадь бросила неподалеку от городской стены. Расседлала, приметную попону прикопала под каким-то кустом. В очередной раз сменила иллюзорный облик. Теперь это была местная жительница, возвращающаяся домой с корзиной даров леса. Темная, неброская юбка в пол, такой же жакет и чепец, прикрывающий лицо. По идее, на меня вообще не должны были внимание обращать. В город вошла вместе с группой таких же небогатых горожан, спешащих вернуться домой. Сразу же свернула в сторону ремесленного квартала. Пропетляв некоторое время по улицам, сменила в очередной раз облик. Небогатой горожанке нечего делать в квартале, в котором находился дом графа Шерисса. Разве только, в качестве служанки. Но я решила не рисковать. Лучшим вариантом была внешность самого Гэри. Не думаю, что он кому-то сообщил о своём отъезде. И даже, если и знает некоторое количество людей, то это будет очень ограниченный круг. А для соседей — хозяин вернулся домой. Тревога нарастала. Начиная от городских ворот, постоянно ощущала на себе чей-то взгляд, но как ни оглядывалась — никого не заметила. Паранойя разыгралась или интуиция обострилась?

К калитке подходила, ожидая любой пакости. Спина взмокла, а руки наоборот похолодели и мелко подрагивали. Стало страшно, что не смогу снять защиту. И, как это обычно случается в самые ответственные моменты, в голове стало пусто-пусто. Я испугалась, что всё забыла, или что-то непременно перепутаю. И этот иррациональный страх, каплями холодного пота, стекающий по спине. Когда отключила первый слой, даже вздохнула от облегчения. Осталось немного. Снять охранку с калитки, а после вернуть всё на место.

Калитка едва скрипнула под рукой. До безопасного места оставался один шаг, когда за спиной взметнулась гигантская тень, и послышался предупреждающий стрёкот. Не может быть! Хотелось заплакать от обиды и разочарования. Ноги, ведомые волей жуткой твари, понесли меня прочь от дома Гэри. Шаг, ещё шаг, и ещё. До поворота. В темноте сверкнуло несколько пар светящихся синим глаз, огромная тень выдвинулась из ближайших кустов, другая спрыгнула с крыши ближайшего дома, сверкнув такими же жуткими глазами. Десяток лап как-то беспорядочно зашевелились, огромная голова нависла сверху, хелицеры издали тот самый стрёкот. И всё на этом. Темнота и ощущение полёта в бездонную пропасть.

Пришла в себя в тепле и темноте от мерного покачивания. Руки и ноги двигаться не желали, но вот рядом кто-то копошился. Кто-то маленький и пушистый. Размером с взрослую кошку. Мелькнуло восемь пар синих огоньков, потом огоньки потухли и снова приблизились. И я вдруг осознала, что смотрю на мелкого паучонка. Серебристый, с более светлым пушистым брюшком и темной, немного полосатой спинкой. Паучок несмело приблизился и застрекотал.

— Кхе-кхе! — попыталась я откашляться. В нос лез какой-то пух, а руки оказались качественно зафиксированы клейкой паутиной. И сама я находилась непонятно где. То ли кокон какой-то, то ли мешок. Я попыталась пошевелиться, извиваясь так, чтобы немного ослабить клейкую массу. В надежде, что она еще не успела застыть и засохнуть. В голове интуиция вопила, что раз меня склеили, то явно собираются пустить на корм. Да вот хоть этому паучку.

Кто-то недовольно заворчал, место нашего с паучонком пленения закачалось. И одновременно с этим появилось ощущение, что и в моей голове копошится некто. Все мои мысли, страхи и надежды, планы и намерения — всё оказалось открыто для неизвестного. Меня в очередной раз захватила волна ужаса, и тут же резко пропала, уступив место равнодушному спокойствию.

— «Так бы сразу», — чужая мысль появилась ниоткуда. Возникла сама по себе. И голос… вроде женский, но какой-то шуршащий, непонятный. — «Глупый детеныш. Я не ем разумных, только убиваю. Ты тоже должна научиться охотиться и убивать или убьют тебя».

— Кхе! Кто вы такая? Где я нахожусь?

— «В коконе. Шейши ещё маленькая и нуждается в тепле и частой кормёжке. Ты ей понравилась».

— Пипец! Она теперь меня съест?

Кокон сердито зашевелился. Над головой в очередной раз застрекотало. И маленький паучок, который оказался самочкой, от неожиданности свалился мне прямо на грудь. Этого уже я вынести не смогла и протестующе заорала.

— Слезь с меня! Твой пух лезет мне в рот и нос!

— «Не кричи, услышат. Моей Шерши для дальнейшего развития нужна привязка к сильной духом самочке. Ты подходишь».

— Кто ты такая?

— «Говори мысленно. Я тебя слышу. Меня зовут Ашшиашша. Я мать гнезда. Хозяин приказал найти и охранять молоденькую самочку. Ашшиашша опоздала. Твои враги из леса больше тебя не потревожат. У секхо недавно вылупилось новое потомство, нужно много хорошего корма… и нужны воины для привязки. Шейше не подходят самцы, необходима молоденькая самочка, умеющая слышать. Я нашла тебя. Ты подходишь».

По мере того, как в моей голове рождались слова, я впала в состояние близкое к шоку. Это что же получается, меня в каком-то коконе тащит огромная арахна и предлагает привязать к себе мелкого паучьего детёныша? И после этого я буду слышать мысли не только огромной секхо, но и маленькой. А, кстати, а как это у неё получается? Они так со всеми могут общаться или только с некоторыми? И что мне сейчас делать? Я, вообще-то, насекомых разных боюсь до ужаса. И раньше их побаивалась, а после сегодняшнего, начну бояться вдвойне.

— «Слишком много вопросов,- прошелестел голос в моей голове. — Шейши не причинит вреда».

— А вы? — не смогла промолчать я.

— «И я, пока ты не несешь вреда хозяину. Ты будущая мать его гнезда. На тебе его запах. Я защищаю».

— Почему вы не защитили там, в лесу? — возмутилась я, вспомнив, как свалилась в овраг и висела там, цепляясь за колючий куст.

— «Хозяин запретил показываться. Мы наблюдали издалека. Ты сама справилась и заманила врагов в ловушку. Нужно было убить. Я сделала это за тебя. Твои враги должны думать, что они в безопасности, пока не станет поздно. Я научу».

Невероятно! Я сидела в потемках в обнимку с маленьким паучком и офигевала от услышанного.

— Скажи, почему никто не знает, что секхо разумны?

Кокон в очередной раз заходил ходуном, словно тот, кто его тащил, начал сотрясаться от беззвучного смеха. Потом я услышала очередной стрёкот и голос в голове.

— Разумны самки. Они должны думать о гнезде. Самцы глупые, думают только о том, кто сильнее, быстрее и лучший охотник. Догнать добычу не сложно, сложнее её заманить в нужное место. Только самка может продумать, как это сделать. Я научу тебя плести паутину'.

Я слушала, а в голове скакали самые разные предположения и тьма вопросов: что такое привязка и как она происходит? Что значит, научит плести паутину? Буду как человек-паук? Или как? И вообще, куда меня тащат среди ночи? Если, разумеется, мне сообщили правду, и не собираются сделать из меня закуску?

— «В гнездо, — послышалось в ответ. — буду учить плести паутину».

* * *

Внизу стояли двое и очень тихо переговаривались. Пришлось поднапрячь и слух, и зрение, чтобы определить, кто это.

— Прости меня Рей, я не предполагал, что всё обернётся именно так. Всё говорило о том, что именно на охоте с леди попытаются связаться и поговорить. Но наш недруг решил, что от неё проще избавиться, чем сделать своей союзницей. Где-то мы ошиблись.

Говорившего выдал низкий хрипловатый голос и огромный рост. При дворе Альда только Мар Коулд мог похвастаться подобной статью. А кто же второй собеседник? Как я не напрягала зрение и слух, смогла разобрать только отдельные слова. К большому сожалению оба оказались укутаны с головы до ног в плащи, которые скрывали не только лица, но и фигуры.

-… Арахны…. Ашшиашша… поиск…

— Допрос ничего не дал. Наёмникам заплатил за работу неизвестный, лица которого они не видели. И тут ниточка обрывается. Думаю, если герцогини до утра не отыщем, придётся объявлять о её пропаже. Ещё монахиня эта некстати припёрлась…

-…вызывал… разговор…

Я даже цыкнула от досады, что не могу определить личность второго собеседника и не слышу, о чём он говорит.

— Хосссяин зслитсся, -прошипел в голове голос арахны. — учись, молодая самочка как нужно раскидывать сети. Они не зсснают, что ты ужшше зссдесссь. И твой недруг тожже не зсснает. Вернисссь к ссебе, затаисссь, а потом нанессси удар. Сети нужно рассскидывать так, чтобы недруг их не видел. Разссс и ловушка зссахлопнуласссь.

— Я так и хотела сделать, — возразила я арахне. Я бы спряталась в том доме, затаилась, выждала время, а потом посмотрела, кому выгодна моя смерть. Или подослала вместо себя куклу. Мой наставник умеет их делать.

— Я зсснаю, — снова зашипела паучиха. — Видела.

— Тогда верни меня обратно, я просто выжду время в безопасном месте.

— Не получится. — Ашшшиашша была непреклонна. — Мы бы тебя всссё равно нашли. Хозяина нельзя оссслушшшатссся.

— А кто твой хозяин, я так и не спросила? Это Альд, да?

— Да, — застрекотала Арахна.

— Но ты сама сказала, что твоей Шейши нужна привязка к самочке. А Альд на самочку ну никак не похож.

Паутина, в сплетении которой я устроилась, как в гамаке, внезапно затряслась. Арахна мелко тряслась и щелкала хелицерами. Я так поняла, что это она так смеётся. А мне вот ни капельки не было смешно. Вопросов тьма — ответов мизер. Ещё и Ашшиашша решила поиграть в загадки. Самое интересное во всей этой ситуации, что мой страх перед пауками куда-то исчез. Я так думаю, этому поспособствовала арахна. И в мозгах она хорошо копаться умеет. Поневоле задумаешься: что из моих мыслей и желаний точно моё, а что навеянное, принесённое извне?

— Я тебе ничего не приказывала, — прошелестело в голове.

— А можешь?

— Могу, но не хочу. Я отвечу на твои вопросы, будущая хозс-сяйка гнезс-сда. Чтобы маленькая с-самочка с-смогла с-стать во главе гнез-сда, она должна быть в связсске с человечессской самкой. Тогда её разум будет разс-свиватьсся как нужш-шно. Ес-сли ж-ше её ни с кем не с-связать, она оссстанетсся дикой. Ею будут править инстинкты. Моя сестра по крови погибла много лет назад, Мать гнезда с-связала мою жиз-знь с жиз-знью хозяина. Я ему с-служ-жу. Обязана с-слушаться. Но Шейши свободна. Ес-сли ты свяжешь с ней с-свою ж-жизнь, она в будущем с-станет матерью гнезда, а ты будеш-шь хозяйкой, которой будут с-служить арахны. Шейши будет охранять, и беречь свою с-сес-стру по крови. С-соглаш-шайс-ся….

Я подумала, подумала, и решила: а почему бы и нет? Как когда-то прочитала в одной интересной книжке, если у вас не остаётся выбора — приходится становиться смелым. Объяснение Ашшиашши выглядело разумным и логичным, а главное, правдоподобным. И я и раньше слышала, что герцогские гвардейцы как-то связаны со своими жуткими скакунами- арахнидами. Что-то там рассказывали жуткое, но теперь я думаю, что они каким-то образом устанавливали ментальную связь. Этакий разумный симбиоз. И не в моей ситуации отказываться от предложения о сотрудничестве. В общем, я решилась.

— Ты меня убедила. А как это сделать?

Всё что я успела после, это сдержать испуганный крик, потому что боли так и не почувствовала, а вот прокушенную руку видела, как и урчащую паучонку, слизывающую текущие из раны капельки крови. Видимо, моё согласие она восприняла как команду к действию.

— Не бойсся, я больше не причиню тебя вреда, — прозвучал в голове детский голосок. — С-сейчас ранка затянетс-ся. И мы с тобой теперь сможжем общатьсся.

— Кто здесь? Ашшиаша, ты вернулась? — созданный мной небольшой шум привлёк внимание парочки внизу, которая никак не могла определиться, уйти и заняться своими делами или продолжить караулить возвращение отправленных на охоту арахнидов.

Ашшиаша недовольно зашипела, потом, видимо, отдала кому-то приказ, и вниз упал прямо под ноги графу Коулду и его приятелю туго упакованный тючок.

— Что там? — мысленно поинтересовалась я.

— Добыча, — сообщил голосок Шейши. — Поспешим, пока хозяин занят добычей.

— Что за добыча? — вопрос меня заинтересовал ещё и потому, что упавший под ноги тючок подавал признаки жизни: мычал и извивался. Подозреваю, пауки кого-то отловили и теперь подсунули как отвлекающий манёвр.— –Кто там, Шейша?

— Человеческая самка, — прошуршала паучишка.— –Плохая.

Вот и задавайся теперь вопросами.

Уходила я из паучьего гнезда с приключениями. Точнее, меня и Шейшу подхватил лапами один из пауков из свиты Ашшиашши и, споро перебирая лапами по сплетённым густым тенетам, выбрался на крышу. Было среди хозяйственных построек Блэкстоуна одно приземистое здание с огромными глубокими подвалами. Именно там Ашшиаша и устроила своё Гнездо. Там же, на первом этаже находились ясли, или как иначе говорили, питомник. Насколько я помню в будущем воины герцога как-то привязывались к подросшим паучатам и использовали их в качестве и средства передвижения, и как боевую единицу. Здесь же, как я заметила, пауками командовала Ашшиашша. А ей отдавал приказы хозяин. А кто у нас хозяин? Неужели Альд? Или всё-таки Мар? Чёрт его разберёт. И странно ещё то, что я пока ни одного воина в сопровождении пауков не видела? Нужно будет потом Шейшу спросить.

Как бы там ни было, до своих комнат я добралась быстро. И незаметно. Шейша, оказывается, знала всё о потайных ходах местного замка. И спроецировала мне в голову план всех потайных переходов, но выглядело это у неё как клубок путанных- перепутанных между собой ниток. Разбираться с этим и разбираться. Одно хорошо, когда я попросила просто показать кратчайший и самый незаметный путь, маленькая арахна не только мысленно его показала, но и провела. А после, забравшись наверх прикроватного балдахина, сплела там себе нечто и затаилась.

А я тихонько приняла ванну, переоделась, с помощью той же Шейши тайным ходом сходила на кухню, напугав наводивших порядок кухонных работниц. Но поесть мне дали. Еще и поохали, что совсем его высочество госпожу не жалеет. Завтра у меня предстоял тяжёлый день. Если я правильно расслышала, матушка Леоника наконец-то добралась до Теоны. И мне, можно сказать, предстоит очная ставка. Вот же гадкий, настырный Альд! И чего ему неймётся? Вопросы, видите ли, возникли! А ведь в прошлый раз спустил всё на тормозах. Что же я упустила? То ли память меня подводит, то ли история действительно пошла другим путём. И второй вариант выглядит более реальным.

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ЧТОБЫ НЕ СЛУЧИЛОСЬ — ДЕЛАЙ ВИД, ЧТО ТАК И ДОЛЖНО БЫТЬ

Слух о пропаже молодой герцогини просочился ещё накануне. Тут же нашлись свидетели, которые не единожды подтвердили, что явно застоявшийся в конюшне конь, умчал её светлость куда-то вперёд. И как леди Лейлада пыталась с ним безуспешно справиться. По этому случаю, в моей приёмной решили собраться все фрейлины, в ожидании вестей. Многие видели, как суетилась накануне охрана. Сам его высочество Альд своей озабоченности не показывал, однако, подлезший не вовремя барон Ульрик Терс, нарвался на выволочку и был лишён права присутствовать при дворе. Проще говоря, выперли без права апелляции. Из чего все сделали выводы, что произошло нечто из ряда вон. А так как больше молодую герцогиню никто не видел, решили, что именно с ней это и произошло. Шушуканье и обсмактывание подробностей, которым они якобы были свидетелями, достигло апогея при словах Тайри Леонси.

— Я слышала, дамы, что его высочество застукал нашу святошу в неподобающей компании, — заявила леди Тайри, кося хитрым глазом в сторону своей сплетницы-подружки. Насколько я помнила, она и Лиора всегда всё и обо всех знали. А уж стоило только намекнуть на что-то, так тут же слух разносился по всему двору. Внезапно накатило воспоминание из моего с Леей общего прошлого, в котором таким же вот звонким голосочком придворная змеюка рассказывала по секрету новость.

'Представляешь, эта дурочка уверена, что её сделают герцогиней. Ха!

— Полностью с тобой согласна, — поддакнула Майла.— -Скорее, попользуются и выкинут за ненадобностью. Но кто бы мог подумать, что этой белобрысой крыске Далие удастся окрутить его светлость! Неужели, так и сказала?

— Именно! Хвалилась во время вчерашнего вечернего чаепития новым колье с намёками. А после посоветовала всем сомневающимся заглянуть вечерком в восточную галерею.

— А ты? — голос Майлы дрожал от охвативших её эмоций и любопытства.

— А я сказала, что она мечты выдаёт за реальность, — дробно рассмеялась Тайри в ответ на вопрос подружки. — Жаль, что у тебя вчера голова болела, и ты не видела этого представления!'

Голову привычно сдавило, сердце пойманной птицей затрепетало в груди. Мне большого труда стоило успокоиться и взять себя в руки. И снова прильнуть к двери, чтобы дослушать разговор. Но на душе стало мерзко, словно меня грязью облили. При этом я четко осознавала, что гнев, обида и ревность мне нынешней не принадлежат. Это своеобразный привет из прошлого. Как напоминание о том, что было, и что ещё раз может повториться. Вот только я нынешняя уже получила прививку от любви, и так легко не сдамся. И уж точно не упаду спелой грушей в протянутые руки Альда. Перетопчется.

— Что-то мне не верится, — засомневалась леди Монтвиль. Будучи особой более здравомыслящей, она часто критиковала Лиору и Тайри за легкомыслие и злословие. Вот и сейчас решила одёрнуть болтушек, пока они сплетню дальше не понесли. Хотя я сомневаюсь, что Тайри сама это всё придумала. Явно, с чужого голоса поёт.

Я только тихонько хмыкнула. Что ж, кто подслушивает, тот никогда ничего хорошего о себе не услышит. Кажется, есть такая поговорка. Но я и так знала, что среди моих фрейлин о порядочности имеют представление только пара-тройка человек. И была к подобному готова. Но всё равно стало так неприятно и мерзко на душе. С трудом себя сдержала, чтобы не выйти и не одёрнуть нахалку. Любопытство взяло верх. Решила погодить с явлением народу и послушать, что будет дальше.

— Думаю, — продолжила между тем Лесса Монтвиль, — прежде чем делать какие-то выводы, следовало для начала заглянуть в покои её светлости и точно убедиться в её отсутствии.

Пару минутная тишина сменилась полным злорадства голоском графини Дайрин: — Да что там убеждаться! В комнатах тишина, даже горничные не появлялись. Наверняка наша монашка здесь не появлялась!

Я только и успела отскочить на пару метров и сделать вид, что как раз направлялась к выходу. Когда входная дверь от хорошего такого пинка распахнулась.

— Что-то я не помню, леди Айлель, — холодным тоном одёрнула я, сунувшуюся было ко мне в спальню наглую придворную змею, — что я приглашала вас к себе. Как и назначала вас в свою свиту фрейлиной. Я жду объяснений! Немедленно!

— Простите, ваша светлость! — склонилась в поклоне нахалка. От неожиданности моего появления, видимо, на него приятельница леди Далии не рассчитывала. Даже побелела от испуга. — Но никто не видел, как вы вчера вернулись домой. И сегодня утром в ваших покоях была тишина. Мы все беспокоились.

— Так беспокоились, — не смогла удержать сарказма я, — что вместо того, чтобы постучать в дверь и поинтересоваться, не нужна ли помощь, решили её вынести с наскока? Остальные тоже беспокоились?

Окинув раздражённым взглядом замерших в поклонах фрейлин, продолжила: — Утреннюю молитву никто не отменял. А вам леди Тайри я назначаю епитимью за клевету. Останетесь в храме до вечера. И я прослежу, чтобы вы как следует, замолили свои грехи!

Внутренний мандраж выплеснулся раздражением на фрейлинах, но не отпустил. Меня продолжало поколачивать. Десяток вопросов толклись в голове, устроив сумятицу в мыслях. Ответов на них не было. Как поведёт себя Альд, узнав, что я благополучно вернулась ещё вчера? Как объяснить своё возвращение? И в храм я собираюсь пойти вопреки его запрету. Как отреагирует? Стоит ли солгать, придумав правдоподобное объяснение? И как скрыть связь с Шейшей?

Придётся импровизировать. Но и из образа выходить не стоило. Так что сначала храм, потом у меня по плану была леди Лорена с её хозяйственными книгами и ключами, и завтрак. Хотя я с утра уже успела перекусить. Шейша умничка, подслушав мои мысли о завтраке, умыкнула с кухни свежие булочки. Так что мы с ней были не голодные. Но нужно было, чтобы кто-нибудь донёс Альду, что герцогиня не только находится в замке, но и вся в делах. Очень хотелось объяснение отодвинуть на подальше.

Леди «родственница» встретила меня насторожено. Вроде даже удивилась. Видимо, слухи о пропаже герцогини и до неё дошли.

— Леди Лейл… милое дитя, — тут же исправилась альдова тётка. — Как вы себя чувствуете? Наверное, стоило бы отдохнуть после такого испытания?

— Какого, тётушка? — по акульи улыбнулась я, глядя как у «родственницы» забегали глазки.

— Ну, как же, — всплеснула руками «тётушка». — Разве вас вчера не сбросила ваша лошадь?

— Меня? Лошадь? Это был призовой орминский жеребец! Вы представляете, что значит, с такого свалиться на всём скаку? Да я бы шею себе свернула ещё на полпути к земле!

— Но как же… — растерянно захлопала глазами «тётушка», — так ведь говорят…

— Кто говорит? — тут же попыталась перехватить инициативу я. — Не верьте злопыхателям, дорогая «родственница». Я просто не люблю охоту. А жеребец, которого мне подарили, оказался слишком горячий. Еле смогла утихомирить. Пришлось просить возвращаться и просить конюхов дать мне другую лошадку, более смирную. А так как таковой не нашлось, я решила вернуться в замок. А тут сегодня узнаю, что кто-то распускает нехорошие слухи. Видите ли, дорогая «тётушка», я вчера весь вечер провела в молитвах. А сегодня узнала, что приехала моя наставница — матушка Леоника. Я бы очень хотела с ней встретиться, поговорить. Но и вам я обещала, что приду, и мы вместе осмотрим замок. И вы будете меня учить различным премудростям ведения хозяйства. Пожалуй, я уже сегодня готова забрать у вас расчётные книги и попробовать изучить их. Я свой долг и обязанности знаю и готова выполнять их сполна. К тому же, если мы с вами сейчас пройдёмся по замку, и вы мне его покажете и всё расскажете, то это заткнёт злопыхателям рты. Надеюсь, дорогая «тётушка», вы станете моей хорошей наставницей в делах ведения хозяйства. Будете помогать, и давать советы?

Хотелось выдохнуть с облегчением. Целую речь произнесла. И пилюлю подсластила, и правдоподобное объяснение придумала, и на самолюбии леди Лорены сыграла. Теперь, главное, чтобы приманка оказалась заглочена. Отказать мне и не отдать ключи и хозяйственные книги она не могла. Это всё и всегда находилось в ведении хозяйки замка, но и отдавать она это не хотела. Как же! Лишиться возможности за герцогский счёт пополнять свои закрома! Да её жаба задушит.

Правда, для приличия леди попробовала слегка поупрямиться.

— Дорогое дитя, зачем вам забивать голову работой? Я вполне и дальше могу выполнять эти обязанности…

— Нет, нет, тётушка! Я просто обязана принять эту ношу. Иначе, какая же я в таком случае жена Альда и хозяйка?

Немного поспорив и поупиравшись, пришли к разумному компромиссу. Вроде как все бумаги и ключи будут у меня, а давать советы будет леди Лорена. Вроде как, учить и подсказывать. Получалось, чтобы теперь не произошло, за всё отвечать придётся мне. Хитра «тётушка», но я хитрее.

О знакомство с делами следует рассказать отдельно. Прежде всего, леди Лорена провела меня в хозяйственную часть замка, где представила старших слуг, управляющего с экономкой и старшего повара. И тут я начала понимать, куда я влезла и что на меня сейчас собираются навесить. Меню на неделю вперёд? А кто до этого составлял? Приносили леди Лорене на подпись? Замечательно! Значит, точно так же можете приносить и мне. Проверить постельное, скатерти и посуду? А экономка на что? Ах, леди Лорена всегда сама предпочитала следить за её работой. Вот пусть и дальше продолжает следить!

Уже через час голова у меня шла кругом, а ещё хотелось выругаться громко, душу отвести. Но, нельзя. Посему пришлось сворачивать балаган, мотивируя это тем, что подошло время завтрака. И меня очень-очень ждут. А ещё я матушку Леонику не повидала, как собиралась. Странно будет, если я этого не сделаю.

* * *

В подвалах древнего замка было сыро, зябко и малолюдно. Приспособленные под тюрьму ещё прежними хозяева нижние уровни, на данный момент почти пустовали. Лишь несколько камер могли похвастаться наличием обитателей. И только в одной из них недавно закончился допрос, так и не принёсший никаких результатов. Притащенные секхо пленники стойко хранили свои тайны. Двое из них ничего не смогли бы рассказать по причине скорбности разума, а третий хоть и остался в своём уме, но знал ничтожно мало. По крайней мере, будучи мелкой сошкой, назвать имя заказчика не смог. Но в остальном же, того, что он поведал, вполне хватало на вынесение смертного приговора. Подумать только! Эти трое идиотов приняли заказ на устранение его жены, и не придумали ничего лучшего, как имитировать несчастный случай на охоте. Поражало другое — виртуозность исполнения. Эти чоравы дети не только где-то раздобыли форму и амуницию, но и легко смогли влиться в ряды его охраны, при этом не вызвав ни у кого подозрений. Предательство или хорошие артефакты? Альд допускал, что может быть и то, и другое. Приказал прошерстить вещи мерзавцев, но там не нашлось ничего подозрительного. Обычные мелочи. Какие могут найтись у любого. Сбежавших лошадей тоже удалось поймать. Учитывая, что все они отыскались неподалёку от Теоны, вывод был неутешительный. Животные обычно возвращаются туда, где их дом. Получается, практически у него под носом орудует не только банда наёмных убийц, но и заказчик может находиться неподалёку. Вот чор знает что!

А ещё Шерисс изволил куда-то запропаститься. По словам слуг, граф уехал в родовое поместье по какой-то надобности. И будет отсутствовать ещё несколько дней. Это когда он необходим здесь! А свои умельцы не обладают нужным уровнем знаний и умений.

Но больше всего поразила Лея. Арахны умеют передавать образы, в редких случаях, звуки речи тому, кто с ними связан ритуалом. Вот и произошедшее Альд увидел с помощью одного из секхо. В первое же мгновение захотелось спуститься в подземелье к пойманным мерзавцам и уничтожить их. Потом пришло осознание, что в переданной картинке не всё так однозначно. Маленькая лгунья клялась и божилась, что не умеет держаться в седле. Он специально приставил к ней ещё троих охранников, кроме секхо, чтобы в случае чего подстраховали. И амулет навесил от случайного падения. Правда, его кто-то каким-то образом с леди снял. Но с этим он разберётся позже. И с охранниками разберётся. Почему они отстали и позволили случиться нападению? Ничего, посидят в темнице, подумают.

До него только сейчас дошло, как ловко Лея держалась в седле и уворачивалась от летящих вслед болтов. Ему даже пару раз показалось, что на девчонке надет какой-то защитный амулет. Вроде как щит мигнул и болт пролетел по касательной. Показалось или? Показанное секхо видение не доказательство. Попробовать расспросить Лею, когда найдётся? Где гарантия, что скажет она правду? Любая другая на её месте закатила бы истерику и была бы права. В случившемся есть доля и его вины. Должен был предусмотреть и такой вариант развития событий. Но они с Маром его отбросили, как самый невероятный. Где же они ошиблись? Неужели за всеми этими заговорами и покушениями стоит некто, ставящий своей целью не восстановление прежней династии, а банальный захват власти?

Да, нет! Глупо и недальновидно. Шесская империя просто сметёт любого узурпатора, покусившегося на то, что император уже считает своим. Альд досадливо хмыкнул, чем больше он размышлял о случившемся, тем больше вопросов возникало. Ну не складывалась у него картинка, хоть убей! Даже собственная жена напоминала ларчик с двойным, а то и тройным дном. Только открыл его крышечку, как там ещё одна и замочек с секретом.

Поражало другое — как девчонка смогла перехитрить тех, кто себе на жизнь зарабатывает убийствами. Милая, наивная, безобидная, монастырская овечка? Как бы ни так! Скорее лиса, примерившая овечью шкуру! И на ком он женился?

— Рей! Нашлась пропажа! –ввалившийся в питомник секхо слегка запыхавшийся Чезаре, прервал общение с арахнами. Правда и пауки сегодня были не расположены к общению. Только и поделились несколькими своими видениями и на этом всё. Увещевания и приказы результата не дали.

— Оставь их, — прервал попытки растрясти арахн на информацию Мар Коулд. — они тебе больше ничего не скажут. Видимо Ашшиашша произвела на свет наследницу и готовится к разделению гнезда. Дело за малым — найти ту, кто будет способен пережить паучий укус и разделить сознание.

— С чего ты так решил? — настороженно поинтересовался Альд. Этого ещё ему не хватало! Наличие в замке леди с задатками ментального мага смешивало все планы и расчёты. На чьей стороне она окажется?

— Где Лея? — обернулся к Торено с вопросом Альд. — Она в порядке? Не пострадала?

— Не дергайся, — тут же попытался успокоить его приятель.- Всё с твоей монашечкой в порядке. Живее всех живых. В своих покоях отсиживалась, после устроила взбучку фрейлинам и по слухам, вместе с твоей родственницей уже успела обойти пол замка.

— Откуда известно?

— Сам видел.

— А про взбучку?

Леди Айлель прибегала жаловаться, да к несчастью, нарвалась на матушку — настоятельницу. Они обстоятельно пообщались между собой и теперь обе жаждут встречи с тобой. А монашка ещё хочет увидеть свою воспитанницу, чтобы лично убедиться в её благополучии. Сам понимаешь, некоторые твои недальнего ума подданные, болтливые как сороки, уже успели разнести подробнейшее описание прошедшей охоты. Так что готовься к предстоящей встрече.

Не так он эту встречу представлял — с позиций силы и превосходства. И уж точно, не собирался ни в чём оправдываться. Интересно было другое — как поведёт себя маленькая лгунья при встрече со своей наставницей?

— Что делать думаешь?

— К Лейладе приставь негласную охрану. Пусть присмотрят, заодно и понаблюдают. Возьми кого-нибудь из молодняка. Из тех, кого недавно привязали ритуалом. И парням тренировка, и арахны будут при деле. К тому же они могут проскользнуть незаметно туда, куда человеку ходя нет. Пойдём, побеседуем с нашей гостьей.

* * *

— Госпожа! Нужно ещё успеть переодеться к завтраку. — Из-за спины незаметной тенью выступила леди Майла. Она и Вельда сегодня меня сопровождали. Обе были необычно тихи и предупредительны. То ли утренняя стычка так подействовала, то ли чувствовали моё настроение и не нарывались.

— Хоз-зяйка! — прошелестела мысленно моя паучонка. — Сскажи, что нужжно сделать. Я помогу.

«Так вот оно что»! — удивилась я, ругая себя за недогадливость. Сколько помню, и Тайри, и Вельда отличались ненормальной болтливостью. А тут тишина. Даже не верится.

— Ах, ты моя зайка! — умилилась я желанию маленькой арахны быть полезной. Вот ведь! И настроение моё уловила, и кто вызывает раздражение — догадалась, и чем могла — помогла. Внушение сделала.— –Умничка моя! Но в другой раз так не делай. Просто спроси у меня нужно это или нет. Вдруг я захочу на них поругаться, а потом прогнать. Поняла?

— Да. — шепнула паучонка в ответ. — Это как ловушку плести, только иначе.

Всё же, какая сообразительная! И удивительно полезная оказалась.

Ментальная связь с Шейшой ощущалась как теплая на ощупь пушистая ниточка, которая от центра моей груди убегла куда-то вдаль. И вот по этой связи я ощущала эмоции маленькой паучонки. До этого я думала, что арахнами руководят голые инстинкты. Но Шейша меня быстро разубедила. Любопытство, интерес, настороженность и опасение. Интересно, кого моя паучонка так боится? Не придумав ничего лучшего, я мысленно дёрнула за нашу с ней связь и задала вопрос. В ответ прилетели образы скрывающихся под амулетами отвода глаз охранников и шустрых паучков, чуть больше моей Шейши размером и каких-то других, что ли, по виду, оккупировавших все ближайшие к коридору по которому я шла тайные переходы. Это что же, получается, за мной следят?

Нет, я, разумеется, понимала, что присматривать за мной будут. А после неудачной охоты, мне вдвойне придётся быть осторожной. А ведь, если бы не Шейша, я бы эту слежку даже не почувствовала. Вернее, почувствовать, я бы может и почувствовала на уровне интуиции, но точно не заметила. И что делать? Сделать вид, что ничего не знаю? И кто их ко мне приставил? Альд или кто-то другой? Тот, кому выгодна моя смерть? Сплошные непонятки.

Ещё и матушка Леоника на мою голову. Как бы при встрече с ней не запалиться. А то заявит матушка–настоятельница, что леди Лейлада-то не настоящая! Подменили или и того хуже, сущность непонятная вселилась. Кто его знает, на что местные монахини способны? Хотя, учитывая уровень святости самой матушки, возможно, она ни о чём и не догадается. Всё же не зря меня Амсет уверяла, что у меня есть все шансы добиться успеха. Эх! Мне бы её уверенность. А то, что ни день, то приключение. То голодом морят, травят почём зря, а нынче и вовсе решили пред тёмные очи Амсет отправить. Каламбур какой-то выходит. Меня, можно сказать посланницу богини Смерти собираются убить.

Шейша снова предупреждающе застрекотала, и я решила слегка ускориться. Меньше всего мне сейчас хотелось с кем-либо встретиться. А ещё меньше я хотела попастись на глаза Альду. Наилучшим вариантом мне виделось пересечься за завтраком при большом стечении народа. Гарантировано, вопросов он мне задавать при посторонних не станет. Главное, чтобы и остальные при этом не слишком усердствовали. Может на них Шейшу натравить? Будут сидеть за столом тихие, смирные, и молча вкушать завтрак.

— Ваша светлость, — разминуться со служащим его высочества не удалось. Я попыталась припомнить, где раньше видела этого худого, высокого мужчину с жидкими прилизанными волосами и острым взглядом и не смогла. Но внешность приметная, а память у меня дырявая. — Милорд просит вас присоединиться к нему в его кабинете. Прибыла ваша наставница и срочно требует встречи.

Вот же! Я расстроенно вздохнула. Не успела совсем чуть-чуть. И как мне с ней себя вести? Что говорить?

— Следуйте за мной.

Пришлось сделать знак фрейлинам, чтобы сопровождали. И торопливо идти вслед за посланцем, который не стал утруждать себя помощью растерявшейся мне, а просто развернулся на месте и быстрым шагом отправился в обратный путь.

— Девочка моя! — воскликнула, подхватившаяся с диванчика для посетителей матушка Леоника. — Как исхудала! И побледнела! Я, ваше высочество, — гневно раздувая крылья носа, обернулась матушка к Альду, — отправила к вам свою воспитанницу не для того, чтобы её здесь мучили голодом и пытались убить.

— Как вы смеете… — подхватился с места Альд, зло, сверкая глазами в ответ.

— Ни слово! — тут же оборвала моего новоявленного муженька настоятельница. — Я прибыла три часа назад, а уже наслышана о происшедшем.

— Это неизвестно ещё кто и кого морил голодом! — не собирался сдаваться Альд. Видно было, что они так перекидываются обвинениями уже довольно давно. А мне что делать?

— Девочка моя! — обернулась ко мне Леоника. — Собирайся! Я тебя здесь ни на минуту не оставлю! Вернешься в обитель и, как и собиралась, примешь служение нашей Пресветлой матери.

И в сторону Альда.

— Соблаговолите выплатить обители всё причитающееся леди Лейладе наследство. Мы проведём обряд аннулирования брака.

Что? А она не офигела часом? Какое наследство? Альд взял Теону на щит и теперь всё, что раньше принадлежало Готаррским — его. Нет у меня никакого наследства кроме имени рода. Я взирала огромными от удивления глазами на разворачивающуюся баталию. Какой-то бред бредовый! Какая обитель? С чего матушка Леоника решила, что я хочу принять обеты? Что за ерунда тут творится? Я, конечно, планировала с помощью Гэри сотворить свою копию и отправить её в один из монастырей. Как бы по собственной воле и склонности душевной герцогиня решила удалиться от мира. Альд был бы свободен, а потом, спустя десяток лет с моей копией произошло бы несчастье. И она бы погибла. Нет, десять лет слишком много. Я столько не выдержу скрываться. Год, максимум! И никто бы не был виноват в смерти леди Лейлады. А значит, и проклятия бы никакого не случилось. Ведь так? Амсет сама подтвердила, что такое может сработать. Но это же бред какой-то! Словно кто-то залез ко мне в голову, подслушал мысли, а после всё извратил в свою сторону!

— Тихо! — Внезапно рявкнул рассвирепевший Альд. — Она моя жена ею и останется!

— Вы продолжайте, продолжайте, — внезапно влез ранее не замеченный мной граф Мар Алесский. — Мне интересно послушать.

Я бы даже поаплодировала Мару Коулду, если бы не боялась привлечь к себе внимание. Одной простой фразой остановил ссору, охладив противников. Словно выплеснул на них ушат ледяной воды. Настоятельница и Альд замерли, пронзая друг друга гневными взглядами. Я только мысленно пожала плечами. Что-то я не припоминаю в своей прошлой жизни, чтобы я мечтала посвятить себя монашеству. Наоборот, прежнюю Лею усиленно готовили к супружеской жизни. Внушали ей послушание мужу и покорность. Хотя нет… что-то такое всё же было… матушка Леоника любила иногда так значительно вставить пару фраз про приют и утешение. И всё же были толстые такие намёки на то, что в обители Лее всегда будут рады, и выслушают, и помогут, и спрячут.

Вот, гадство!

Я изумлённо хлопала глазами, переводя взгляд с мужа на матушку и обратно, а мозг в это время с присущей рептилиям холодным расчётом перебирал варианты возможного развития событий. И не один мне не нравился. Пойти на поводу у матушки Леоники и вернуться в обитель? В этом случае я оттуда больше никогда не выйду. Не сейчас и не на таких условиях. Рассказать Альду о своём «попадании» и попробовать договориться? А он мне поверит? Даже Гэри помчался за подтверждением на беседу к духам рода. А какие я могу Альду привести аргументы в свою пользу?

Никаких.

Даже, если я расскажу нечто такое, что знать не должна, мои знания основываются на памяти прошлой жизни. Но реальность изменилась, и мои сведения могут не совпадать с тем, что есть сейчас.

Но действовать нужно было быстро. Пока противники не очухались. И самой опасной мне в данный момент показалась именно матушка Леоника. Ведь она меня знала как облупленную. Зачем Альду понадобилось вызывать её сюда? Обморок не понравился? Вопросы возникли? Ну, так послал бы кого в обитель. А ведь в прошлом варианте жизни матушка Леоника в Теоне даже не показывалась. Опять расхождение? Но противника нужно было деморализовать.

— У меня есть наследство? — придав лицу удивлённое выражение, я повернулась к матушке. — Как же так, почему мне об этом ничего не известно? Матушка Леоника, вы же всегда говорили, что я бедная сиротка, взятая на воспитание в обитель из жалости и желания помочь. Иначе меня увезли бы в империю и отдали верным вассалам императора. Получается, это было не правдой?

Матушка Леоника подобралась, услышав мой голос. На лице расцвела участливая улыбка. Голос мягкий, ласковый. Будь на моём месте кто-то понаивнее, купился бы.

— Дитя моё, разве это ложь? Отца своего ты потеряла, будучи ещё ребенком, а мать оставила тебя, предпочтя служение богам. Сирота при живой матери. Мы с сёстрами пожалели бедного ребёнка, ведь в ином случае тебя действительно могли увезти далеко от родины. Разве нет?

— Нет, — влез в наш разговор Альд. — Лея осталась бы жить в замке. Но я посчитал, что раз при вашей обители есть приют и школа для девочек, то ещё одной там будет лучше, чем здесь. Где на неё мог попытаться повлиять любой желающий.

Я опять хлопнула глазами, теперь уже глядя на муженька. М-да, есть о чём призадуматься. Давно известно, что мужики все родом с другой планеты и логика у них вся вывернутая. С одной стороны, вроде всё правильно сказал, а с другой — ну с чего он решил, что в монастырском приюте может быть лучше? Лучше бы тогда с матерью оставил. Хотя… Тут мне как раз понятно, отчего у бывшей герцогини отобрали дочь. Тут как раз всё логично.

— Может быть, вернёмся к причинам, по которым настоятельница обители Пресветлой матери приехала в Теону? — подал голос на некоторое время подзабытый граф Алесский.

И я тихонечко про себя ругнулась. Вот кто его просил об этом напоминать? Но тут же навострила уши, слушая, как Альд требует от матушки отчёта по возникшим у него к ней вопросам.

— Я специально отсылал к вам учителей для леди Лейлады. По верховой езде и основам магического искусства.

— Они были мужчины, — парировала матушка. — В нашей обители им запрещено находиться.

— Привратник у вас тоже мужчина.

— Но он никогда не заходит далее внешнего двора, — не сдавалась матушка.

— Лошади, присланной для моей невесты тоже нельзя находиться на территории обители? — начал снова злиться Альд.

— Её содержание очень дорого обходилось!

— Вам на это выделяли средства!

Я только головой крутила со стороны в сторону. Видимо, беседа между Альдом и матушкой перешла на новый уровень, и мне оставалось только внимательно слушать, стараясь ничего не пропустить. Ведь даже крохи информации могли оказаться полезными.

— Я хочу увидеть ваши расчётные книги! И немедленно распоряжусь, чтобы провели проверку и приюта для сирот, и школы. Что-то у меня возникли подозрения, что там не всё в порядке.

— Вы не имеете право! Я буду жаловаться в Совет лордов! Указом ещё вашего прадеда, никто не смеет вмешиваться в дела храмов и обителей. Это произвол! Лея, немедленно собирайтесь, мы покидаем этот вертеп греха и насилия!

Я насторожилась. Очень мне не понравилось, с каким упорством матушка Леоника пыталась меня увезти вместе с собой. Что-то мне в её намерения доброй самаритянки верилось с трудом. Совсем не понравилось.

— Но, матушка Леоника, не вы ли нас учили, что жена да прилепится к мужу и станет его продолжением, и что у них на двоих один путь и одна судьба? Разве же я могу теперь пойти против мужа, раз наш брак даже боги одобрили?

М-да, слабоваты аргументы….

— Не могли боги одобрить, — попыталась возразить монашка. — Твой муж жестокий человек, он тебя погубит…

Тут я в душе была согласна, но показывать своё отношение к её словам не собиралась.

Как там говорится в одном совете бывалого человека? Если вы где-то накосячили, напустите на себя слегка придурковатый вид, возможно, вам поверят и оставят в покое. Свои косяки я помнила очень хорошо. И что именно они вызвали у Альда подозрения, раз он матушку сюда вытребовал. И мне сейчас нужно как-то свести ущерб к минимуму. Придётся переводить стрелки на матушку Леонику. Она дама хитрая и упёртая — выкрутится. Главное, самой не переиграть.

— Неправда! Мой муж очень внимательный и добрый. И заботливый. Вот! Матушка, вы уверяли, что в первую брачную ночь мне будет очень больно. И я буду сильно истекать кровью, но нужно будет терпеть и молиться Пресветлой матери, чтобы послала милость и помогла. А ещё не роптать. Но мне роптать не на что. Обо мне позаботились, столько нарядов новых нашили. И украшения. Вот!

Тут я вспомнила, что собираясь на встречу с леди Лореной прихватила с собой горсть шпилек и булавок. Хотела у неё расспросить, где бы ещё раздобыть подобное. Или, в крайнем случае, заказать себе разной женской мелочёвки. Очень уж мне необходимы были такие вот мелочи для создания простеньких амулетов. Хотя бы, от сглаза.

Вот их я из кармана и вытащила и перед носом Альда и матушки и потрясла, злорадно думая, что Альду должно быть стыдно. Ибо, кроме диадемы и колье с венчания, мне больше никаких украшений не вручили. А ведь где-то же должны храниться родовые украшения, по праву принадлежащие мне! Видят боги, дело не в меркантильности. Просто не хочется, чтобы то, что собиралось и копилось предками Лейлады, досталось какой-нибудь леди Далии в качестве презента.

— Бедное дитя, — хмыкнула матушка, с жалостью глядя на меня и с обвинением в сторону побледневшего Альда. Тот переводил довольно странный взгляд с меня на монашку и обратно на меня.

— Так море кровищи, говорите? Украшения? Мар, проводи матушку Леонику в отведённые для неё покои. Она на некоторое время останется здесь. Мы ещё не договорили.

Потом, подождав, пока возмущённая монахиня и Мар Коулд покинут кабинет, уставился на меня.

— А теперь поговорим, дорогая жёнушка! Что за представление вы здесь устроили? Только не нужно снова строить из себя невинную овечку. Не поверю!

Сердце тревожно ёкнуло. Не люблю, когда со мной таким вот тоном разговаривают. Словно уже заранее определили степень моей виновности. Как с нашкодившим щенком. А с другой стороны, нужно отдать должное уму его высочества. И наблюдательности. Я бы тоже на его месте не поверила. Могу в своё оправдание сказать только одно — стресс. Всё же не каждый день замуж выходишь, да ещё так экстремально. А уж разговорами с богами и вовсе похвастаться могут единицы из всех живущих в мире.

А напортачить я успела достаточно. Во-первых, я не помню точно, что несла, будучи под действием чар в первую брачную ночь. Вспоминается какой-то бред, и что из него реальность, а что привиделось — теперь одни боги знают и Альд. А он вряд ли скажет. Во-вторых, из того что я помню точно — а это утро после — я умудрилась ляпнуть глупость по поводу порезанной руки Альда, с помощью которой он сфабриковал нужные ему следы. И это до сих пор не дает мне покоя. Альд сделал какие-то свои выводы по поводу происходящего, а я до сих пор задаюсь вопросом: когда всё пошло не так и почему? Нет бы, мне в тот момент остановиться, и подумать, зачем бы Альду это было нужно? Включился режим рыцаря «дева в беде»? Зачем-то он же решил он решил скрыть происходящее той ночью. Зачем мужчине подделывать результаты потери невинности невестой? Тут несколько вариантов: или ему наплевать на то, невинна невеста или нет, но он заботится об общественном мнении, или точно знает, что невеста не девственница. И как вариант — благородно решил отложить консумацию брака, видя моё плачевное состояние.

Верю ли я в благородство Альда? Вопрос из той же серии, что и про деда Мороза или добрую фею. Вроде как взрослому человеку уже в детские глупости верить не полагается, как и в магию. Но вот беда — мир-то магический. И хоть деда Мороза тут может и не быть, как, впрочем, и фей, но с ролью последней когда-то справился Гэри. Так что… чем черт не шутит? Или как тут говорят «чор».

Кстати, о Гэри. Что-то мой будущий прошлый наставник задерживается. Пора бы ему уже и появиться. Есть у меня к нему предложение, от которого он не сможет отказаться. Тут бы и матушка Леоника пригодилась.

— Что же вы молчите, леди? — нарушил наше молчание Альд. И до меня дошло, что я уже минут, наверное, пять, стою и смотрю на то, как он крутит в руках какой-то камешек. Амулет? Вроде бы для определения истины у него кольцо есть.

— Вам что-то не нравится, ваше высочество?

— Мне не нравится, когда из меня делают дурака!— -Альд снова начал злиться и под его взглядом вдруг задымился уголок какого-то лежащего на столе документа.

— Дураков не сеют — они сами родятся, — буркнула я себе под нос, досадуя, что так и не придумала, как буду строить с ним беседу. Самое плохое — это то, что даже скажи я правду, его высочество мне не поверит. Гэри же не поверил — помчался добывать доказательства. А я опять вернулась мыслями к поведению Альда. На глупца он не похож. И на чью-то марионетку тоже. Человек он предусмотрительный, осторожный и терпеливый, взгляд цепкий, внимательный, ещё я успела выяснить, что принца здесь уважают. Видимо, есть за что? И по отношению ко мне ведёт себя не так, как осталось в моей памяти. И это несмотря на моё не самое приветливое поведение. Если честно, то теперешняя версия Альда очень напоминала мне себя прежнего из нашего общего прошлого. Каким он был в первый месяц после свадьбы. А после — словно кто-то его подменил — Альд стал грубым и невнимательным, стал предпочитать проводить время где угодно и с кем угодно, только не рядом с прежней Леей. Подменили? Я мысленно зацепилась за это слово, обещая себе после всё ещё раз обдумать. Ещё бы Гэри вернулся — я бы его расспросила. Мнится мне, что графу Шериссу известно больше, чем он соизволил поделиться. Ведь согласно его версии событий, «кукла» появилась много позже, и настоящего Альда никто не подменял. Но, если только представить, что Гэри мне сказал неправду…. Точнее, только часть правды, то… я представила, что в том изначальном варианте прошлого, я несколько месяцев жила рядом с фальшивкой, разговаривала, делила постель, ожидала сочувствия и понимания. Брр! У кого? У «куклы» с чужой душой? Или они убили настоящего Альда и его душу засунули в фальшивку? Не верится.

Гэри…. Холодом обдало затылок так, что даже волосы попытались встать дыбом. Это ведь Гэри я рассказала про проклятие и что меня насильно вернули обратно в прошлое. Амсет вернула. А ведь в прошлой версии событий меня попытались убить только после рождения ребенка. То есть, спустя много месяцев. Я до поры до времени никому не мешала. Или мешала, но не так явственно. Что же я упускаю? Жалко, что в том времени я так мало уделила внимания истории Альда. Интересно, сколько он прожил после гибели первой жены? Я точно знаю, что он вторым браком оказался женат на леди Далии, которая и родила сына, умерев при родах. А вот как дальше пошли события я не знаю. Точнее, не помню. Вроде, как и читала, но на тот момент это всё прошло мимо меня.

— Присядьте! — довольно жёстко распорядился Альд, заметив, что я стою повернувшись к выходу из кабинета. — Поговорим откровенно! Судя по тому, что я сейчас увидел, вы, Лея, не рвётесь обратно в обитель. И своей наставнице не доверяете. Впрочем, как и мне. А ведь я, на данный момент являюсь вашей единственной защитой. Вы хоть поняли, что вас собирались убить? Кому вы перешли дорогу, что вас собрались убрать, и как вам удалось выжить, и незаметно вернуться в замок?

Как-как? Каком кверху, — захотелось сказать гадость. И при этом я понимала, что лучше сейчас бы Альда не злить. Он и так злющий — матушка Леоника постаралась. А может и до неё кто выбесил. Притвориться дурочкой, сделав вид, что ничего не понимаю или рискнуть и рассказать хотя бы что-то? А поверит ли мне Альд? И хотела бы добавить, что Гэри не поверил, но, если мои подозрения верны — он-то как раз и поверил. И именно поэтому меня и собираются убить. Как угрозу чьим-то планам. Далии или за её спиной стоит кто-то ещё? Не знаю, но очень хотела бы узнать.

— Как вернулась? — я только хмыкнула в ответ, с вызовом уставившись в глаза мужу.— –Пауки ваши притащили. Засунули в кокон и притащили. Правда, сперва напугали изрядно. Странно, что вы этого не знаете. Или пауки не ваши?

Естественно, вопрос мой проигнорили. Ладно, не больно-то и хотелось. Сама выясню, кому местные арахны подчиняются: Альду или Мару Коулду?

— Почему вы не признались матушке Леонике, что наш брак не консумирован? — Альд навис сверху, вынуждая меня вжаться в спинку кресла и отвести взгляд. Ненавижу, когда мужчина, пользуясь своим физическим превосходством или положением, пытается надавить на женщину. У меня против первого мужа, который тоже этим грешил, была своя тактика: я смотрела сквозь него. Скворцов бесился и выходил из себя. Здесь тоже сработало. Альд рассержено зашипел и отодвинулся в сторону, а я улыбнулась.

— Не люблю, когда на меня давят обстоятельства. Если я решу вернуться в обитель, то сделаю это сама, а не под их давлением. Вы сказали, что меня хотели убить. Вам известно, кто это?

— Нет, не известно. Я, на всякий случай, распорядился усилить охрану.

Я скептически хмыкнула. Ага, плавали — знаем. Моя первая жизнь закончилась в этом замке рождением мертвого ребенка, родовой горячкой и падением со стены. И был ли толчок в спину или это мне в горячечном бреду привиделось, сейчас уже и не узнаешь. И охрана не помогла.

— Сдаётся мне, что я вас чем-то позабавил, — снова начал злиться Альд. — И вы, моя дорогая жена, не кажетесь ни удивлённой, ни испуганной. И на воспитанницу монастыря тоже слабо похожи. Но об этом мы поговорим позже. Скажем, после того, как я разберусь с матушкой-настоятельницей и монастырским приютом. И вы мне обо всём расскажете.

— Расскажу, — согласилась я, устраиваясь в кресле поудобнее. — Но прежде хотелось бы увериться, что нас здесь не подслушают.

— «Шейша, мне нужна твоя помощь»! — мысленно взвыла я, подзываю поближе паучонку. Маленькая арахна обнаружилась неподалёку в одном из тайных ходов. Наблюдала оттуда за расположенными поблизости коридорами и переходами. Контролировала ситуацию. Пока я разговаривала с Шейшей, вокруг нас вспыхнул голубоватый полог. Я только удивлённо округлила глаза, наблюдая, как привычно Альд ставит защиту, удовлетворённо цокает языком, потом обращает на меня требовательный взгляд.

— Что графиня Винсеро вам пообещала в случае, если покушение на меня окажется удачным? — задал свой вопрос Альд, выбив тем самым меня из колеи.

— Что? Какая Винсеро?

— Та самая, которая передала вам пошленький роман этого писаки Ромеро. Внутри была записка, да? Вы её достали до того, как подарок проверили маги или уже после?

— Какая записка, какая Винсеро? Что за бред вы городите? — возмутилась я, видя, с каким ожиданием смотрел на меня Альд. — Там находился дневник леди Элвеи. Или его хорошая подделка, замаскированная так, что открыть и прочесть его могла только я. Там стоит защита, привязанная к крови. Я палец уколола, книга и раскрылась.

— И что же сообщила ваша маменька? Обвиняет меня во всех грехах? Рассказывает, какое я чудовище?

— Леди Элвея действительно что-то такое там написала, — тут же согласилась я, видя, как досадливо поморщился Альд. Отчего-то это вызвало у меня легкую улыбку. Так морщатся, когда отмахиваются от надоедливой мухи. Видимо, все претензии, и обвинения Элвеи Альду были хорошо знакомы и он уже порядком подустал что-то кому-то доказывать. — Кстати, а почему вы леди Элвею не называете матерью? — словно спохватившись, поинтересовался Альд.

— Потому что мать никогда не бросит своего ребенка на произвол судьбы, даже ради мести.

А что я ещё могла ответить? Что мельком пролистала дневник, и его содержание вызвало у меня подозрение? Сейчас вообще речь не об этом.

— Скажите муж мой, сколько за последний год на вас было покушений? Только не нужно делать вид, что меня это не касается. Касается и ещё как.

— Надеетесь вскоре остаться вдовой? — словно речь идёт о чем-то обыденном, спросил его высочество, устало откидываясь на спинку кресла. — Спешу вас разочаровать. Я постараюсь выжить. А, если мне не повезёт, то и вам тоже. По завещанию, как моя вдова, вы получите приличествующее содержание, но замуж больше выйти не сможете. Вам для жизни отведут уединённый замок на юге. Минимум слуг, одиночество и никого из соседей на много лиг вокруг.

— За что вы так меня ненавидите? — я подхватилась со своего места, с возмущением глядя на Альда. Это уже переходило все границы!

— Не вас, Лея, совсем не вас. Вы как раз, ту совершенно не причём. Вас могут попытаться использовать, чтобы убрать меня. Но на моё место придёт кто-то другой и герцогство всё равно останется в составе Шесской империи. А вы можете пострадать.

— Вы, Альд, самовлюблённый осёл! Не нужно думать, что мир крутится только вокруг вас. Не знаю, кто ваш враг и почему вы в его союзники записали мою мать и графиню Винсеро, но он и мой враг тоже. Потому что теперь все покушения будут не с целью убрать вас, а меня.

— С чего вы это взяли, Лея?

Я с возмущением смотрела на подобравшегося мужчину и понимала, что чтобы я не сказала — он мне не поверит. Просто правда выглядит слишком фантастично даже для этого мира. Но я могу попытаться открыть лишь малую часть. А там посмотрим…

— Чтобы вы сделали, Альд, если бы вам открыли будущее и в этом будущем вас ждёт не просто смерть, а целый круг перерождений? И вы знали, как погибнете и кто к этому причастен?

— А вам открылось будущее? — не скрывая скепсиса, поинтересовался Альд.

— Я знала, что вы так скажете, в это очень сложно поверить, но вы хотя бы попытайтесь выслушать. Я могу назвать имена тех, кто в этом всём участвует. Те, что мне стали известны и имена тех, кого я подозреваю. И почему. Можете мне верить или не верить — дело ваше. Но я хотела бы, чтобы вы выполнили мою просьбу. Если мой рассказ покажется вам глупой выдумкой — просто позвольте мне уехать. Давайте и в самом деле аннулируем брак. Я возьму другое имя и уеду подальше отсюда. Начну всё на новом месте. Вы же можете мне это пообещать?

— Нет, я не согласен!

— Но, почему? — возмутилась я, глядя в упёртую физиономию Альда. Вот уж, послали боги характер! Ни себе, ни людям! — Я не знаю, что за ритуал с Хранителем вы хотите от меня получить. Никто не удосужился меня поставить в известность, но разве вы не хотите избавиться от неудобной жены? Я знаю, что это помолвка была вам навязаны много лет назад, правда, не понимаю зачем.

— Ваша маменька, леди Элвея, очень желала стать тёщей наследника престола, — скривился, глядя на меня, Альд. — Но у неё ничего не получилось.

— Но вы же не наследник, — удивилась я. Насколько мне было известно, у Альда был старший брат. Он и являлся наследником.

— Фредо несколько раз пытались убить, — решил просветить меня муж, видя моё недоумение. — На него было совершено несколько покушений, и последнее едва не закончилось успехом. Если бы Фредо погиб, то следующим наследником, а потом и императором стал бы я. А вместе со мной и вы получили бы трон Шесской империи. Ваша матушка хорошо постаралась. Впрочем, она во всей этой истории была лишь пешкой. Нашлись более серьёзные игроки, которые заранее договорились, как в случае победы будут делить куш. Если я вас отпущу, найдутся желающие воспользоваться предоставленным шансом. Вы станете знаменем в борьбе с узурпатором, даже если будете против. И другое имя не спасёт. Но, даже, если ваша задумка удастся, где гарантия, что вы справитесь? Это жестокий мир мужчин, и слабая девушка станет легкой добычей. Я не могу этого допустить. Я обещаю, что приставлю самую лучшую охрану, и мы найдём автора ваших неприятностей. К сожалению, заказчик моих собственных мне хорошо известен. Это ваша мать.

— Она же в монастыре! — снова удивилась я.

— Но обеты не приняла. Вот уже полтора десятка лет леди Элвея прячется за стенами обители, вынашивая планы мести. О её роли я узнал слишком поздно и позволил ей удалиться в горную обитель. Вас удалось вывезти только потому, что там неподходящий климат для маленького ребенка.

Чем дальше Альд рассказывал, тем больше мне казалось, что волосы зашевелятся и встанут дыбом. Рушились мои представления обо всей этой истории и проклятии, подчерпнутые из старой монастырской хроники. Получается — всё ложь? А где же тогда, правда? Было о чём задуматься. Но я так и не рассказала свою версию событий.

— Альд, я знаю точно, мне Амсет показала, что вас убьют, подменив живой «куклой», фальшивкой. Один талантливый артефактор научился делать такие магические големы, не отличимые от живого человека. Он наделяет их слепком души умершего. Все мы хотим жить, и стоя на пороге смерти, можем согласиться на многое. Амсет это не нравится, она хотела бы всё изменить.

— А что станет с вами, Лея?

— В том варианте будущего, я должна буду родить мёртвого ребенка, а после спрыгнуть с крепостной стены. Как вы понимаете, умирать мне совсем не хочется. Я знаю, что в этом каким-то образом замешана леди Далия. Ведь именно она станет вашей второй женой и родит наследника. Правда, выжить ей не суждено. Она погибнет от проклятия, того самого, которое поразит весь ваш род. Ни один брак не будет одобрен богами. Ни одна женщина не выживет, родив сына. А чтобы продлить род, каждому следующему герцогу приходится признавать своих бастардов.

— Лея, вы сказали, что назовёте имена.

— Я не уверена. Думаю, что в какой-то степени посвящена во все эти дела и леди Айлель, графиня Данир. Только я вас прошу, будьте осторожнее и никому не рассказывайте о том, что вам известно.

— А артефактор, сделавший фальшивку, это граф Шерисс?

— Н-нет. Я не знаю точно, я не уверена. Мне кажется, что это кто-то другой.

Внезапно мне пришло в голову, что, вдруг мои догадки неверны, и я сейчас просто спущу на Гэри всех собак, а он невиновен? Я же потом себя не прощу. Подставить невиновного человека. Лучше сама попытаюсь выяснить правду.

— Альд, раз уж мы почти всё выяснили, могу я попросить об одолжении? Мне сказали, что у меня есть небольшой артефактора дар, который нужно развивать. Я подумала, что граф Шерисс мог бы мне дать несколько уроков. Вы не будете возражать, если я его об этом попрошу?

— Я решу этот вопрос.

Надеюсь, я обо всём этом не пожалею…

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. НЕ ВЕРЬ, НЕ БОЙСЯ, НЕ ПРОСИ

Граф Алесский вернулся в кабинет привычным уже образом. Стенная панель сдвинулась, явив хозяину нутро потайного хода и чем-то озабоченного приятеля.

— Сопроводил?

— Само собой, — скривился Коулд, подойдя к шкафчику с выпивкой и плеснув себе крепкой настойки в бокал. — Хитрая баба. Уверен, что при проверке ты ничего подозрительного не найдешь. Всё будет тихо, чинно и благородно.

— Меня другое волнует: откуда Лее стало известно про Далию? Кто доложил? У нас и было — то всего пару раз. Сама Далия не могла проболтаться, значит, это был кто-то иной.

— А ты не допускаешь мысли, что леди сказала правду? С другой стороны — сплетников при дворе хватает. Взять хотя бы любую из подобранных для леди фрейлин. Они и нашептали. Еще, небось, и нужные «советы» давали.

— Возможно и так. Думаю, что-то Лее стало известно, а остальное она додумала. Благо, фантазия у леди работает. Есть в кого. Правду говорят: у горлинки не родится утица. Леди Элвея всегда отличалась изобретательностью и склонностью к интригам. Должен признать, дочь полностью унаследовала эти способности от матери.

— И зачем ей это? — фыркнул Мар Коулд. — Ревность? Сам говорил, что ты её в качестве мужа не прельщаешь. Оскорблённое самолюбие? Допустим. Но в таком случае она могла придумать что-то попроще. Могла, в конце концов, устроить скандал. Вместо этого рассказала невероятную историю о разговоре с Амсет. Хочет придать значимости своей особе?

— А чор его знает! — Альд в досаде взъерошил волосы на затылке, потом смял лежащую перед ним бумагу с каким-то донесением и выбросил её в камин. — И чор поймёт этих женщин! Одна устроила истерику, почему я взял в жёны не её. А другая внезапно вздумала ревновать и придумала сказочку о божественном откровении. Давно известно, что боги больше не откликаются на молитвы. А уж чтобы кто-то из них заговорил со смертным… Но я проверял, леди не сказала ни слова лжи, но при этом и всей правды я не услышал. Ты же знаешь, как работают артефакты истины. Для того, чтобы его обмануть — нужно всего лишь верить в сказанное.

— Я так понимаю, придётся привлечь наших мохнатых друзей для охраны, — напиток в бокале как-то уж быстро закончился, и Коулд добавил себе ещё. Будешь?

— А, давай… — согласился Альд, мрачно глядя на пляшущее в камине пламя. Если бы можно было напиться и забыть обо всей этой заварившейся каше, он бы ни минуты не сомневался.

— Чую я, что мы ещё хлебнём с нашей наследницей проблем. Она так и не согласилась провести ритуал с Хранителем?

Альд покачал головой.

— Нет. Утверждает, что ничего ни про какого Хранителя не слышала. Но этого просто не может быть. Он уже давно должен был как-то проявить себя. Всё же единственная наследница.

— Необязательно, — Мар Коулд поболтал выпивкой в бокале, потом расправился с ней одним глотком. — Тут могут быть два варианта. И ты их знаешь. Или наша красавица вовсе не дочь Эльдиана Готаррского. А такое возможно. Знаю леди Элвею. Или…

— Есть нам неизвестный более старший по возрасту родственник. Чья кровь перебивает право моей жены на наследство. Некто, кого Хранитель посчитал более подходящим на роль главы рода.

— Бастард полагаешь? — приятели, переглянувшись, чертыхнулись в очередной раз. Почему-то раньше такая мысль ни одному из них в голову не приходила. — Естественно, никаких следов уже за давностью лет не найти.

— Обижаешь, — ухмыльнулся Мар Коулд. — Некоторые долгожители отличаются отменной памятью. Всего-то и требуется — найти подход. Думаю, некоторое количество золота может прекрасно развязать языки.

— А я замковый архив пересмотрю, — согласился с Коулдом Альд. Дело это было муторное и неблагодарное — рыться в пыльных бумажках. Но иногда весьма полезное. Хотя, были сомнения, что там что-то удастся обнаружить. Сразу после захвата Теоны он сам лично велел пересмотреть все бумаги, а потом большую часть переписки герцога Эльдиана отправил в Шесс. Так что, если там что и осталось, то явно несущественные мелочи и хозяйственные отчёты.

— Что дальше думаешь предпринять? — Мар с сомнением посмотрел на оставшуюся в бутылке янтарную жидкость и с сожалением отставил выпивку в сторону. Не время было напиваться. Неизвестный враг сделал очередной ход и снова спрятался в тени леди Элвеи. И неизвестно что он предпримет в следующий шаг. Одно ясно — ни одна мать не стала бы покушаться на жизнь собственной дочери. Здесь их недруг просчитался, надеясь представить гибель Лейлады как несчастный случай. Девчонка оказалась неожиданно живучей и прыткой, и сумела выскользнуть.

— Нужно установить наблюдение за матушкой Леоникой. Кто попытается с ней встретиться, захочет пообщаться, о чём будут говорить. И выясни, с кем она уже успела пообщаться.

— Это как раз и несложно. Настоятельница натура весьма деятельная, но и для неё эта поездка стала испытанием. Со времени прибытия и до завтрака матушка отдыхала в отведённых покоях. Охрана клянется, что никаких встреч с утра не было кроме как с леди Айлель. Одним богам известно, откуда она успела собрать информацию. Кстати, ты кому-нибудь о покушении на Лейладу рассказывал?

— Нет. Это не та информация, которая должна была стать достоянием придворных.

— И я — нет. Тогда откуда матушка об этом узнала? Или, она что-то другое имела в виду? Возможно, отсутствие герцогини породило слухи. А тут ещё и развернувшиеся поиски. Этого могло хватить, чтобы породить сплетни. Я на всякий случай велел пустить пару слухов, что леди понёс конь, и она случайно заблудилась. Тут слово, там — два. Это могло послужить объяснением поисков. Странно другое, как быстро монахиня раздобыла всю необходимую ей информацию. Кстати, вчера староста одной из деревень на восточном тракте сообщил о появлении разбойничьей шайки. Вторую неделю озоруют. Не наши — пришлые. Появляются то тут, то там. Верткие больно. Видимо, наводчик у них есть или тут в Теоне, или где-то на тракте. Можно объявить о награде за любую информацию о них. Или отдать их Ашшиаше.

— Нет. Она мне здесь нужна. Отправь две полные звезды с арахнами на поимку. Пусть заодно и местность проверят. Мало ли что там еще завелось.

— Если где и завелось, то здесь в Блэкстоуне. Я бы на твоём месте всю эту придворную свору разогнал.

Альд Рейгар Шесский только насмешливо фыркнул в ответ на предложение друга.

— Ты же знаешь, что недоброжелателей и просто колеблющихся нужно держать в пределах видимости и под присмотром, чтобы сотворённая ими гадость после не оказалась сюрпризом.

— Не учи учёного, — хмыкнул на изречённую «мудрость» граф Алесский. — Но монашку мы всё же упустили. Кто-то её усердно снабжает сведениями. Приставлю-ка я к ней ловца. Пусть проследит за каждым собеседником матушки.

Приятели еще обсудили некоторые дела и разошлись. Коулд отправился выполнять порученное дело, а Альд Рейгар, младший наследник Шесской империи и новый владетель Готаррского герцогства всерьёз задумался о превратностях судьбы. Не встреть он когда-то во время дипломатического визита в Ормин леди Элвею, не задури она ему голову, стал бы он интересоваться делами Готарры? Искать встреч с ветреной леди? Наверное, нет. Любовный дурман вскоре выветрился, оставив после себя горечь и разочарование. Пытаясь разобраться в сложившейся ситуации, он тогда обратил внимание на некоторые странности. Дальше — больше. А потом был анонимный донос о сговоре Готаррского с Ормином и Горсеей. Такое коварство тут уже стерпеть было нельзя. Номинально Готарра являлась вассалом Шесской империи. Но ни её правители, ни сами готаррцы предпочитали об этом не вспоминать. А зря.

* * *

К себе решила пока не возвращаться. Хотелось побыть одной и всё обдумать. Лучше всего думалось, гуляя по крутой галерее. Разговор с Альдом оставил двоякое ощущение. С одной стороны я немного выговорилась, открылась. И теперь не нужно сдерживать себя и притворяться ещё и перед Альдом. С другой стороны — было смутное ощущение, что мои откровения Альда не порадовали. Вызвали досаду. Почему именно досаду, я так и не поняла. Но эмоцию хорошо ощутила. Неужели это просыпаются мои скрытые способности, о которых когда-то говорил Гэри? Ещё в том времени, из которого меня сюда вытащила Амсет. Он говорил, что у меня есть склонность к ментальной магии. И я могу не только хорошо экранировать свои мысли, но и улавливать чужие. Если буду развивать дар. Но те способности остались с телом Анриссы, а сюда перенесли только мою душу. Это что же получается, что склонности к магии и таланты определяются не генетикой, а душой? Или и тем, и другим? Ещё и Ашшиашша сказала, что я почему-то подхожу для контакта. Видимо, из-за моего ментального дара. Всё равно не понимаю, почему склонность к магии определяется не генетикой? Короче, я запуталась. Решила, что нужно будет после Гэри обо всём расспросить. Потом вспомнила, что отныне граф Шерисс числится среди неблагонадёжных и приуныла. Друзей нет, доверенных людей тоже, даже поговорить толком не с кем. Не с Шейшей же беседы вести?

— А ну, стой! — от неожиданности я и вправду притормозила. На тихонько плетущиеся следом леди Вельду с леди Майлой я внимания не обращала. И вдруг, этот окрик. Я бросила вопросительный взгляд на удивлённо застывших фрейлин. Они, как и я, оказались ошарашены этим окриком. Из-за угла вымелась раскрасневшаяся Далия и пошла на меня, вытянув руки с растопыренными пальцами. Увидев это, я невольно сделала шажочек назад.

— Что случилось, леди? — попыталась ровным голосом спросить явно чем-то возмущённую девицу. Мне бы её проблемы — я бы горя не знала.

— Ты!!! — прорычала леди, нацелившись растопыренными пальцами мне в лицо. — Это всё ты!!! Ведьма! Мерзавка! Воровка! Ты у меня его украла! Это должно всё должно было быть моим! И он мой! А ты — никто! Убью!

Трындец!

От неожиданности я растерялась. Честное слово, это какой-то сюр! Вельда вдруг сделала небольшой шажочек вперёд, прикрывая меня своей спиной. Следом эти же действия повторила и Майла.

— Леди Далия, успокойтесь!

— Леди, может к вам пригласить лекаря?

— Лекаря! — взвыла Далия, и попыталась девушек обойти, оказавшись на удивление очень прыткой. Я едва успела увернуться. А потом вдруг набежала охрана, и что-то вопящую Далию куда-то уволокли. Я ещё успела заметить, что руки у неё оказались качественно склеены липкой паутиной. Жаль, надо было ещё и рот заклеить.

— И что это было? — вопрос риторический. Ответа я не ждала, но неожиданно его получила от леди Вельды.

— Его высочество несколько раз предупреждал графиню Райден, что если она будет ему досаждать и строить козни, то он её отошлет обратно в имение. Или выдаст замуж за подходящего человека.

— Из-за высылки в поместье она бы так не орала, — подала голос леди Майла. После чего мои фрейлины многозначительно переглянулись.

— Я чего-то не знаю, леди? — девушки снова переглянулись, теперь уже в сомнении. Они пока не решили, стоит ли со мной делиться информацией или нет. Но и промолчать вряд ли бы получилось.

— Ваша светлость, знаете, некоторые мужчины… гм… они, в общем, у них есть потребность… гмм… — Майла не знала, как свою мысль облечь в красивую обёртку.

— Заводят любовниц, вы хотели сказать? — прямо поинтересовалась я, уже догадываясь, о чём пойдёт речь.

— Да, — закивали головами фрейлины. — Но это было давно. Ещё до вашей свадьбы.

Ага, как же! Давно! Свежо придание, да верится с трудом. Меня так и подмывало высказаться на эту тему, но я прикусила кончик языка и вся обратилась в слух. Когда ещё такая возможность представится, услышать откровения моих фрейлин? Вдруг ещё чего интересного подчерпну?

— Значит, леди Далия была любовницей моего мужа и не скрывала этого?

И снова утвердительный ответ. М-да…

— А с чего вы, милые леди решили, что всё в прошедшем времени? Возможно Альд, просто не купил леди Далии подарок, вот она и расстроилась? Поэтому и раскричалась.

— Нет, из-за подарка она бы не стала так вопить. К тому же, Далия сама жаловалась на чёрствость со стороны его высочества. И на то, что он после бракосочетания ни разу к ней не заглянул, — Вельда задумчиво потеребила браслет на запястье.

— О таком не принято откровенничать, — это уже леди Майла решила дополнить свою приятельницу. — Мы просто стали случайными свидетелями беседы между леди Айлель и леди Далиеей. Она тогда страшно так рассердилась и поклялась, что сделает так, что его высочество станет только её. А вы, ваша светлость, отправитесь в монастырь, где вам и место. Вот я и подумала, что возможно она сегодня ещё раз попыталась надавить на лорда Альда, тем более, что с утра ходили слухи о вашем исчезновении, и окончательно получила отставку.

— А вы тоже считаете, что мне место в монастыре? — спросила и пожалела, что вообще начала этот разговор. Девушки смутились, не зная, что мне ответить. Откровенно говоря, я ожидала, что они согласятся с Далией. Потому что репутацию я себе создала самую, что ни на есть, подходящую для монастырской жизни.

— Мы так не думаем, — наконец-то решилась ответить леди Вельда.— –Просто вы другой жизни не знали, поэтому вам сейчас трудно. Но, если позволите, мы готовы вам помочь привыкнуть к местным порядкам.

— А вы, леди Майла? — повернулась я ко второй фрейлине.

— И я, — тут же согласилась она с леди Вельдой.

— В таком случае, девушки, вам придётся дать клятву о неразглашении. У меня слишком много врагов, чтобы я могла позволить себе быть беспечной. Уверена, вы об этом не пожалеете. Я умею быть благодарной.

— Клятву? — удивление на лице Вельды дорогого стоило. Видимо, меня действительно здесь держали за простушку.

— Да, клятву, — подтвердила я, пытливо всматриваясь в лица девушек. Откровенно говоря, их слова и предложение помощи и для меня стали полнейшей неожиданностью, но такими подарками не разбрасываются. — Клятву о неразглашении информации, которой я с вами собираюсь поделиться. Поверьте, она дорогого стоит. Мне многое известно из того, что может произойти в будущем. Я могу этим поделиться. И ещё, леди, не хотелось оказаться неблагодарной. Я знаю, что вы все происходите из знатных, но обедневших фамилий. Положение при дворе и должность фрейлин должны помочь найти мужа и упрочить положение семьи. Зачастую родственники давят на вас, вынуждая делать то, к чему не лежит душа. Да и мужей придется выбирать по указке родителей. Что, если я вам кое-что предложу в благодарность за помощь и поддержку, что позволит вашим семьям разбогатеть, а вам получить некоторую самостоятельность?

— Но, ваша светлость, откуда у вас могут быть такие богатства? — вскинула на меня изумлённый взгляд Майла. Обе девушки выглядели слегка смущёнными и растерянными. Наверняка мои слова оказались не очень приятными для них, ведь я подчеркнула, что знаю о семейных проблемах и зависимом положении. Но и церемониться с ними я не собиралась. В конце концов, они сами этот разговор завели, а меня не так уж и много времени, чтобы тратить его на расшаркивания и реверансы.

— Леди Вельда, что вы думаете о своей подруге леди Динире? Она разделяет ваши взгляды или мне стоит посчитать эту леди сторонницей Далии?

— Разделяет, — немного подумав, подтвердила Вельда.

— Тогда давайте сделаем так. Сейчас возвращаемся в мои покои, а уже оттуда, удостоверившись, что нас никто не подслушивает, мы с вами переберемся в одно интересное место и поговорим. И я расскажу всё, что мне известно.

Заинтригованные девушки действовали быстро и слажено. Не прошло и пяти минут, как мы уже входили в гостиную. Предстояло ещё избавиться от лишних ушей, но стоило Вельде намекнуть, что она настолько прониклась моим религиозным рвением, что очень хочет приобщиться к чтению псалмов, посвящённых богине — матери, что Лиору и Тайри как ветром сдуло. У каждой нашлись ну просто срочные дела, которые непременно нужно было сделать немедленно. Дверь мы заперли, но на всякий пожарный я ещё попросила Шейшу проверить, нет ли кого поблизости. Так, на всякий случай. Разговор предстоял серьёзный, а я вовсе не была убеждена, что в моих комнатах нет никаких подслушивающих артефактов. Поэтому, собиралась увести девчонок тайным ходом в замковую библиотеку. Там, по словам Шейши, к ней примыкала одна потайная комнатка, где можно было спокойно побеседовать, не боясь, что нас кто-нибудь прервёт или подслушает. С появлением моей паучонки мне стали доступны знания о разных потайных местечках и тропах. Что не могло не радовать.

— Итак, девушки, мы собрались здесь, чтобы поговорить без свидетелей. Как я и обещала, я открою вам несколько секретов в обмен на вашу верность и поддержку. Обещаю, вы не пожалеете. Но должна предупредить, то, что я собираюсь сейчас вам рассказать, может быть для вас опасным. Поэтому, пока ещё не поздно, решайте: вы со мной или нет.

— А, если нет? — поинтересовалась леди Динира. Слегка озадаченная происходящим, она никак не могла сообразить, что же такого случилось, куда её притащили и что хотят?

— А, если нет, — улыбаясь, ответила я, — вам сотрут память о последнем часе жизни. Вы просто даже не вспомните обо всём происходящем.

— Откуда у вас такие умения, ваша светлость? — усомнилась фрейлина и была права. Таких талантов за мной не числилось. Но вот Шейша могла подобное провернуть. Правда, я не собиралась раскрывать все козыри, поэтому коротко сообщила о наличии нужного артефакта.

— Весьма полезная вещица, но заряда хватает ненадолго, а после снова нужно подзаряжать. Сами понимаете…

Леди понимали, поэтому согласно покивали головой и выжидающе уставились на меня.

— Что же, приступим. Я хочу, чтобы вы поклялись своей жизнью, что не станете мне вредить ни действием, ни бездействием. Что всё сказанное здесь не уйдет дальше порога этой комнаты. Помогать мне во всём, о чём я не попрошу. А взамен я обещаю каждой из вас выделить достаточно средств на приданное. Я прекрасно понимаю, что это такое зависеть от семьи и делать то, к чему не лежит душа. Клянусь, если эта история закончится удачно, каждая из вас окажется вполне обеспеченной самостоятельной женщиной, имеющей в своём распоряжении достаточно средств, чтобы самой решать, как ей жить. И точка!

— Но, как это возможно? — теперь усомнилась уже Майла. Потом, видимо что-то для себя решив, вытащила из причёски заострённую шпильку, и уколов подушечку пальца, быстро протараторила слова клятвы. А потом, смутившись, под вопросительными взглядами своих товарок, пояснила.

— Я всегда ношу в волосах. Очень удобно. Она меня уже несколько раз выручала. Особенно если кавалер попадается назойливый и не понимает слова «нет».

Я хмыкнула. Ага, как же! Я сама тоже таскала нечто подобное. А ещё такая шпилька вполне могла сойти за отмычку.

Ну, ладно. У каждого свои секреты. Тем более, что мои в скором времени частично таковыми быть перестанут.

— Итак, леди, — начала я. — То, чем я собираюсь с вами поделится, выглядит совершенно невероятно, думаю, услышав мою историю, вы сразу в неё не поверите. Но у меня есть чем вас убедить. Но я немного отвлеклась. С чего же начать?

Странно, когда представляла этот разговор, всё казалось простым и понятным. А сейчас я растерялась. Что будет, если девушки мне не поверят? Какие секреты можно раскрыть, а какие лучше не озвучивать? Понятное дело, что про Алису стоит промолчать. А как быть с остальным? Я решила рискнуть, несмотря на то, что Гэри мне не поверил и отправился добывать доказательства, я отчего-то решила, что девушки мне поверят.

— Так уж вышло, что у меня много имён, и не знаю, какое из них можно назвать настоящим. До недавнего времени меня звали Анрисой Мирей и я была невестой его светлости герцога Рейрина Адальберта Готаррского.

— Кого? — хором выдохнули девчонки? А я повторила:

— Рейрина Адальберта Готаррского, прапраправнука его высочества Альда.

— Но…

— Знаю, это звучит совершенно невероятно. Но позвольте, я вам расскажу свою историю, а вы потом выскажете все, что по этому поводу думаете?

И я рассказала про то, как отец Анриссы погиб от сошедшего с гор селя. Как мачеха пыталась выгодно продать падчерицу и при этом ей отомстить, как встретила Гэри, стала его ученицей. И про проклятие, от которого умирают любовницы Готаррских. И как ни один герцог со смерти Альда так и не смог ввести в Храм свою невесту и заключить брак, и для продолжения рода вынуждены усыновлять бастардов.

— Я многое не помнила, и Гэри решил помочь восстановить мне память. Но там, в храме к нему обратилась Амсет и приказала изменить обряд. После этого я вспомнила не только всё, что забыла, но и ещё четыре предыдущих жизни. Дело в том, что я уже прожила одну жизнь, будучи Лейладой. И наделала кучу ошибок. А потом меня убили, и появилось проклятие, под которое попали наследники Альда, Гэри и я. Я раз за разом прохожу круг перерождений, Гэри живёт в своём доме в виде призрака, а про герцога я вам рассказала.

— А Гэри — это граф Шерисс? — зачем-то уточнила Вельда.

— Да, это он.

— Десять дней назад я его видела беседующим с леди Далией. Очень мило беседующим. Вы уверены, Лея, — можно я вас так буду называть? — поинтересовалась Вельда и, дождавшись моего согласия, продолжила. — Вы уверены, что графу можно доверять?

— В том-то и дело, что не уверена. Я имела глупость поделиться с ним кое-чем. Думала, предупредить, чтобы не связывался с Далией. Он мне сперва не поверил, а после исчез, отправился в родовое имение на встречу с духами предков. А потом на охоте меня попытались убить.

— Убить? — ахнули девушки.

— Да, убить. Наёмники, как я понимаю. И имя заказчика они бы в любом случае не сказали. Я знаю, что есть некто, кто всё это задумал. Я долго думала над всеми этими событиями, случайностями и нет, и пришла к выводу, что где-то есть тот, кто дергает за ниточки. Я не знаю, кто мой враг. Но Амсет мне пообещала, если я смогу не допустить наложения проклятия, она вернёт мою душу обратно.

— Но зачем? — удивилась Динира. — Вы здесь герцогиня.

— А там я невеста герцога и у меня остался младший брат. И он сирота, ему нужна моя помощь.

— А вы не думали, Лея, что может оказаться так, что возвращаться некуда? — серьёзная и вдумчивая Вельда озвучила то, о чём я сама неоднократно задумывалась. События пошли развиваться совсем не так, как было в изначальном варианте. И может статься так, что моё пребывание здесь очень сильно изменит будущее. Выходит, Амсет мне солгала?

— Думала, — я вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. — Амсет была не слишком откровенна, когда я пыталась с ней поговорить. А в последние разы и вовсе не отвечает на мои молитвы.

— Не отчаивайтесь, Лея, — девушки дружно решили проявить сочувствие. — Альд не так уж и плох, каким кажется на первый взгляд. Возможно, вы ещё сможете ужиться с ним рядом.

Я хотела сказать, что вряд ли у нас это получится. А потом замерла, осенённая внезапной мыслью, что если я опоздала? Если Гэри уже сговорился с Далией и настоящему Альду остались считанные дни, если не часы? Что, если Альд мне не поверил?

Что же, будем решать проблемы по мере их поступления.

— Леди, так уж вышло, что я немножко могу делать разные артефакторные безделушки. Но у меня проблема с нехваткой материалов. Думаю, я её частично решила. Что-то возьму в кладовых и хранилищах замка, что-то лорд Альд обещал выделить. В любом случае, вам срочно нужно обзавестись несколькими защитными артефактами. В первую очередь от ментального воздействия. Очень не хочется, чтобы вас смогли взять под контроль. Кое- что я могу сама собрать, а кое- что придётся купить. Кстати, у того же самого графа Шерисса. Только мне нужно будет потом посмотреть на ваши приобретения, проверить, не навертел ли «наставник» чего-нибудь лишнего. Потом мы с вами провернем одно дело. Нужно будет приобрести в городе дом на подставное лицо и купить пару участков земли в горах. Помните, я вам обещала финансовую независимость? Думаю, если я подскажу вам как её обрести, никто не останется внакладе. Всё, что от вас требуется — вести себя так же, как и прежде.

Мы договорились, что девушки будут по-прежнему сопровождать меня в храм на молитвы. О том, что в храме есть несколько тайных ходов, через которые можно ускользнуть, я с ними тоже поделилась. Мы обсудили и что делать с матушкой Леоникой.

— Уверена, эта ваша матушка — ещё та штучка. — Рассуждала Динира, услышав мой рассказ о встрече в кабинете. — Это что же получается, на монастырь выделялись деньги, которые эта проныра куда-то пристроила? А после ещё строит из себя святошу. А что ещё она говорила?

— Да я уж и не вспомню сейчас всё, в тот момент оказалась растерянна от её напора. Я этой встречи опасалась, думала, увидит меня матушка Леоника, спросит что-нибудь, а я и не отвечу. А она и заявит: «герцогиня-то, ненастоящая»! а она ничего спрашивать и не стала, с порога налетела с криком, что я побледнела, похудела, и что она меня сюда отправила не для того, чтобы меня мучили голодом и пытались убить. И всё хотела забрать обратно в монастырь, напирая на то, что мне причитается какое-то наследство.

— Наследство — это Тиор, портовый город недалеко от границы с Ормином. Это всем известно, — задумчиво глядя на меня, сообщила Вельда.

— Одной мне кажется,- не отставая от неё, влезла в разговор Майла, переглядываясь с девушками, — что матушка-настоятельница слишком много знает? Сегодня утром все были уверены, что леди Лею понёс конь и сбросил где-то в лесу. Ни о каком убийстве речи не шло — говорили о несчастном случае.

Я замерла, настороженно глядя на мрачно переглядывающихся между собой девушек. А ведь верно! Я никак не могла понять, что меня во встрече с настоятельницей покоробило. Но никак не могла сосредоточиться и сообразить. А девчонки сразу просекли.

— Вы правы, девушки. Это действительно подозрительно.

— Никому нельзя верить, — тут же поддакнула мне Динира.

— Не верь, не бойся, не проси, — вспомнила я слова из одной известной книги о сталинских временах. Правила, по которым жили сотни тысяч человек. Никому не верь — тебя могут обмануть. Ничего не бойся — твой страх может сработать против тебя. И ничего не проси, ведь твои просьбы могут быть воспринять как слабость. Кому я могу доверять, кроме этих трёх, связанных клятвой, девчонок? Никому. И уж точно я никому не собираюсь показывать, как мне порой страшно. О последнем пункте лучше вообще промолчать. Раз даже боги оказались не всесильны.

— А с матушкой следует сделать так, чтобы она уверилась, что вы в монастырь обратно не желаете. Нужно всячески демонстрировать ей, что вам здесь нравится. И с его высочеством вы поладили, — решила поделиться мыслями Динира. — Лучше всего, чтобы она решила, что вы влюбились. В таком случае уговаривать вернуться обратно в обитель будет пустой тратой времени.

Я в восхищении посмотрела на взбудораженных девушек. Правду говорят: одна голова хорошо, а четыре лучше. Сама я бы до такого не додумалась. А ведь действительно, в подобной ситуации матушка Леоника ничего сделать не сможет. Главное, чтобы ещё и Альд правильно всё понял. А я ведь опасалась, что девчонки мне не поверят. Зря…

Мои откровения настолько увлекли моих фрейлин, что пообещай я им достать одну из лун с неба — они бы поверили. В девчонках проснулся дух авантюризма. Ну и повеяло приключениями. И главное, они понимали и принимали все риски, но и награда обещала быть немаленькой.

Итак, с чего начнём? — задала вопрос Майла.

— С составления плана действий. Нужно сделать так, чтобы матушка –настоятельница уверилась, что наша леди без ума от своего мужа, и при этом не… как бы это правильно выразиться? — Вейла несколько раз щелкнула пальцами перед лицом Майлы, что та незамедлительно выдала подсказку: — Не переиграть. Всё должно выглядеть естественно. Кстати, а как Альд в постели?

Неожиданный вопрос заставил меня смутиться. Как я могу судить о том, что ещё не попробовала? Но судя по раздаваемым авансам — его высочество тот ещё бабник. Впрочем, это ни о чём не говорит. Но не могу же я признаться в том, что до консумации брака мы так и не дошли. Внешностью Альда боги не обидели. Плюс регулярные занятия на тренировочном поле сделали тело его высочества похожим на античных атлетов. Если добавить умение себя вести с женщинами, то получается убойный коктейль. Жаль, что внешние атрибуты не всегда соответствуют внутреннему содержимому. Но этот новый, незнакомый мне Альд много лучше того, прежнего, которого я помню по одной из прошлых жизней.

— Неподражаем! — заявила я, вспомнив, чем заканчивалась каждая наша с ним стычка в кровати.

— Срочно отлучить! — заявила Майла, вынуждая меня удивлённо распахнуть глаза. — Меня бабушка учила, что мужчины не ценят того, что легко даётся. А его высочество за последнее время провинился трижды. Во-первых, позволил просочиться слухам о своей интрижке с леди Далией. Во-вторых, допустил вероятность того, что она устроила скандал. И в-третьих, я считаю самым главным — покушение. Не предотвратил. Поэтому, виновен. Сегодня на ужине следует с ним держать холодно и неприступно, а когда его высочество не будет отворачиваться, но будет видеть матушка Леоника, показывать, что влюблены, но страдаете.

— Это как? — полюбопытствовала я, уже начиная догадываться, чему меня будут учить. И не ошиблась. Тут же возникли стойкие ассоциации с похожими сценками из советского кинематографа. Моя мама очень уважала старые фильмы. Поневоле и мы с сестрицей приобщились к просмотрам. В памяти тут же всплыл старинный советский фильм «Формула любви» и одна уморительная сценка. «Любовь, Фимка, у них слово „амор“! И глазами так…» Вот и Майла мне продемонстрировала нечто подобное. Так что, с трудом сдерживая смех, я осваивала «тяжкую» науку умения кокетничать.

Потом мы репетировали, и тут уже смеялась не только я. Потому что никак не удавалось представить никого из девчонок на месте Альда. И чувствую, с ним тоже получится полный облом. Потому как не актриса я, не могу сыграть то, чего нет. Но попытаюсь.

Уже через несколько часов я остро пожалела, что согласилась на эту авантюру. Можно сказать — план полностью удался. Взгляды, которые я бросала в сторону Альда, были расценены настоятельницей именно так, как мы и задумывали. Вот только вместо того, чтобы принять мой выбор, матушка Леоника решила устроить встречу. Результат которой оказался непредсказуем.

Настоятельница подкараулила меня на обратном пути и, шикнув на сопровождение, попросту затолкала в первую же попавшуюся комнату. Я и ахнуть не успела, как оказалась наедине с матушкой-настоятельницей.

— Ты что творишь, дурное дитя! Немедленно собирайся и мы уезжаем. Если хочешь жить. Иначе погибнешь ни за грош.

— Что вы такое говорите, матушка? — испуганно захлопала я глазами. Следовало потянуть время и дать матушке выговориться. А в запертую дверь уже ломились фрейлины и охрана. — Почему меня должны убить? Я люблю своего мужа, а Альд любит меня. И заботится.

— Вот, глупая! — всплеснула руками матушка. — Ты ему нужна, чтобы упрочить своё положение и владеть герцогством на законных основаниях. Если бы не это — стал бы его высочество заморачиваться и дурить голову монастырской простушке? Лейлада, дитя, очнись же! Посмотри на себя и на придворных дам. Ты как серый воробышек на фоне райских птичек. Неужели тот, кто каждый день может вкушать пирожное, выберет простое пресное тесто? Не может монастырская воспитанница соперничать с теми, кто всю жизнь провёл при дворе. Хватит! Дитя, я дала тебе время одуматься, но видимо злые духи овладели твоим разумом, ибо не ведаешь, что творишь. Тебя уже пытались несколько раз убить, но боги спасли. Я молилась и они не оставили тебя без своей милости!

Матушка продолжила распинаться, а я думала, что как же, боги. Спасение утопающих дело рук самих утопающих. И боги уж точно тут были ни при чём.

— Откуда вы, матушка, знаете о покушениях? — задала самый главный вопрос, постепенно освобождаясь из хватки обезумевшей монахини. Совсем крыша поехала, хватать вот так и тащить, куда ни попадя. — Об этом никто не знает, а вы знаете.

Но монахиня предпочла, поджав губы, промолчать. Что ж, каждый свой выбор делает сам.

— Я никуда с вами не поеду. Моё место здесь. И вы это знаете. И будет лучше, матушка Леоника, если вы вернётесь обратно в обитель.

Впрочем, Настоятельнице не оставили выбора. За эту выходку Альд повелел ей немедленно отправляться обратно. Буквально, на ночь глядя. Ну а меня ждал форменный допрос от графа Алесского. Только откровенничать я больше не собиралась. К чему? Судя по вопросам и репликам приятеля Альда, мне не поверили. Точнее, мой рассказ был воспринят совсем не так, как я надеялась. Более того, Альд рассказал обо всём Мару Коулду, в глазах которого я теперь выглядела то ли глупой ревнивицей, то ли искусной интриганкой. Я так и не поняла к чему он склоняется больше. Поэтому на все вопросы, о чём мы с матушкой Леоникой говорили, раз за разом повторяла, что монахиня решила попрощаться. Зачем вводить в уши лишнюю информацию? Во-первых, моё слово против её, а во-вторых, я не хотела привлекать к этой истории лишнее внимание. И у стен есть уши. И неизвестно, кому здесь можно верить, а кому нет. Проще прикинуться наивной дурочкой. Раз уж меня за такую здесь и держат.

А уж совсем поздно вечером Альд решил вынести мне мозг, пытая вопросами: что я задумала? Оказывается, моя игра не стала для него тайной, и он просто за ужином сидел и забавлялся, наблюдая, как я дразню матушку Леонику. Что ж, на том и стоять будем.

— Ничего такого, Амсет клянусь! — честно глядя в глаза, божилась я. — Я всего лишь не хочу возвращаться обратно в обитель. Просто подумала, что так будет проще убедить настоятельницу.

— Если я узнаю, что вы, моя дорогая, что-то против меня замышляете, обещаю, жизнь в монастыре вам покажется раем, — слегка охрипшим голосом пообещал мне Альд, наклонившись почти к самому моему лицу. Показалось даже, что возьмёт сейчас и поцелует. Я даже взгляд спрятала под ресницами, приготовившись получать удовольствие. Но этот обломщик быстро выпрямился, окинув всю такую, замершую в предвкушении, меня насмешливым взглядом и был таков. Вот же! Ни себе — ни людям!

События этого вечера заставили задуматься: не упускаю ли я чего важного? Однако, подозрения к делу не пришьёшь, а доказательств никаких не было.

Так прошло ещё несколько дней. Я усиленно познавала искусство ведения замкового хозяйства. Заодно и нужными для создания артефактами запаслась. Альд своё обещание о возможности учиться выполнил, прислав какого-то замшелого старичка, который лет сто назад преподавал в магической школе. А теперь вынужден был коротать старость в качестве обычного артефактора, держа небольшую лавочку в первом круге. Не Гэри.

Граф Шерисс куда-то запропал. Вестей от него не было от слова совсем. По моей просьбе Майла сбегала к его городскому дому. Но там было пусто и глухо. Если и были какие-то слуги, то признаков жизни они не подавали. Я беспокоилась. Не то, чтобы меня очень сильно волновала судьба наставника. Я знала, что он выкрутится. Но я на него сделала ставку в своих планах. И всё же хотелось надеяться, что Гэри не предатель. Кажется, все факты были против него. Но в душе я не желала верить, и упорствовала до последнего.

Зачем я это делала? Сложно терять веру в того, кто тебя практически удочерил. Кто помог в трудную минуту, приютил, обогрел и взялся научить. Сложно и больно. В душе ещё теплилась надежда, хотя она таяла с каждым часом, минутой. Дурочка, да?

Больнее всего бьют те, кому ты доверил спину. Пустил в душу. Доверил своё сердце. Душа черствеет, а сердце превращается в осколок льда.

Дедуля-артефактор оказался довольно интересным типом. Начнём с того, что он не собирался меня обучать артефакторике. Заявил, что это бесполезно без знания основ. Притащил откуда-то измеритель дара и заставил каждую из моих фрейлин приложить к нему ручку. Меня в первую очередь. Дар действительно был. Но заблокированный. И только недавно блокировка начала трещать по швам и крохи силы просачиваться наружу. Кто его заблокировал непонятно. А уж зачем? Вообще загадка. Дедуля обнаружил склонность к ментальной магии, хорошую такую склонность. Но при этом присутствовали ещё крохи сил ещё четырёх стихий. Практически универсал, но слабенький.

— Кхе, с такими талантами или в артефакторы идти, или в бытовые маги. Но какой бытовой маг из герцогини? Кхе-кхе… а артефактор? Милочка, вам правильно сделали, что поставили блок. Магиня из вас никакая. А вот бед могли бы натворить. Тем более, что нет никого, кто смог бы вас обучать менталистике. Такие маги всегда на службе империи. Императорская служба ищет детей с такими талантами, выкупает у родителей и обучает. А потом они служат трону.

— А, если дети из знатных семей? — впечатлительная Динира никак не могла поверить в слова мага.

— А, если дети из знатных семей, тогда блокировка дара или клятва служения императору.

Капец!

В шоке от услышанного, я предположила, что маленькой Лее возможно в детстве дар специально заблокировали. И что мне сейчас делать?

— Клятву! — резко потребовала прагматичная Вельда. Пока я пыталась сообразить, что мне делать, всё как-то само произошло. Дедуля глаза вытаращил, покхекал, но согласился.

«Шейша научит», — прошелестел в голове голос моей паучонки. И я расслабилась. Всё под контролем.

Так и вышло, что о моём даре узнали только четверо: моя верная троица фрейлин и графиня Лесса Монтвиль, которая присутствовала при проверке и поклялась сохранить её результат в секрете. К счастью, Лиору с Тайри мне удалось услать с поручением. А когда обе вернулись, разговор шёл на безопасную для меня тему.

— Ваша светлость, — дедуля-маг кинул лукавый взгляд на присутствующих, — его высочество мне поручил обучить вас основам магических наук. Ваш дар невелик, но тот минимум знаний, который я вам могу дать, позволит вам овладеть двумя десятками очень полезных заклятий. К примеру, пролилось вино на платье. Служанку звать долго, и неизвестно, сможет ли она вам помочь. А владея некоторыми бытовыми навыками, вы с ним справитесь за пару секунд. Или причёску подправить.

— Открыть запетую дверь, — пробормотала себе под нос Майла, на что хитрый дедуля благостно кивнул.

— И это тоже. А ещё можно защититься от подслушивания.

— Магистр Энхейм, а как мы будем проводить наши занятия? — меня очень интересовал этот вопрос. Будет ли дедулька приезжать в замок или у меня появится возможность выбираться в город?

— Его высочество распорядился, чтобы для занятий подготовили комнату рядом с библиотекой. Я буду приезжать два раза в неделю после обеда.

На том и порешили.

За всеми этими событиями я так закрутилась, что не заметила, когда, а главное, куда исчезла Шейша. Паучонка обычно в ночное время суток возвращалась обратно в питомник. Во-первых, Ашшиашша должна была разделить гнездо и передать Шейше часть своей власти над самцами-арахнидами. Во-вторых, маленькая арахна училась у матери управлению гнездом. И в-третьих, там, в питомнике подрастало новое поколение маленьких арахнидов, и присутствие Шейши было просто необходимо. Между ней и малышами формировалась связь, которую впоследствии будет невозможно разорвать. Шейша будет чувствовать каждого из своих подчиненных. Слышать их желания, мысли, ощущать боль. И вот в одно прекрасное утро Шейша просто не появилась.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ПОДМЕНА

Первой заметила неладное Лесса Монтвиль. Как-то в разговоре она обмолвилась, что при дворе появились какие-то странные личности, имеющие свободный доступ к Альду. И куда-то запропал Чезаре Торено. То постоянно крутился около его высочества, а нынче уже который день отсутствует.

— Может Альд его отправил с поручением? — предположила я. На что получила отрицательный ответ.

— Должно быть вам известно, ваша светлость, что мой муж работает помощником лорда Торено. Так вот, они все обеспокоены его отсутствием. Доложили его высочеству, но тот отмахнулся, как от чего-то несущественного. Заявил, что лорд Торено где-то гуляет. Муж говорит, что Торено очень ответственный и никогда надолго не отлучается, никого не предупредив. Вот я и решила, может вы спросите у его высочества о лорде Торено?

Я пообещала разузнать, но тревожный звоночек звякнул, напомнив о происках неизвестного недруга. Неужели вот он тот момент, когда всё и случилось? В таком случае, если подмена уже произошла, что стало с настоящим Альдом?

Тревожное ожидание неприятностей сделало своё дело. Я полночи прокрутилась, так и не уснув, перебирая в памяти все последние события, выбивающиеся из ряда. Первое, Альд ко мне заглядывал каждый вечер. Мы, как обычно, пикировались. Мне даже начало казаться, что муженек находит в этом какое-то извращённое удовольствие. Ему нравилось выводить меня из равновесия, бесить. Его это забавляло. Ещё и подкалывал, что жена ему досталась двуличная. Одно лицо у неё парадное — для подданных. Перед ними она предстаёт наивной, безобидной сироткой, монастырской мышью. А вот свой второй истинный лик являет только ему. Потому что в жёны ему досталось острозубое, злоязыкое, упёртое и ревнивое чудище. Но он как принц из сказки готов это чудище поцеловать. Вдруг колдовство спадет, и чудище обернётся милой и ласковой леди? Обломщик прекрасно видел, как я реагирую на его попытки меня охмурить и вовсю этим пользовался. Мне кажется, он поставил себе целью превратить меня во влюблённую дурочку. Но самое поганое, это то, что мне наше с Альдом противостояние нравилось. Я поймала себя на мысли, что каждый вечер жду встречи, чтобы в очередной раз ответить ему отказом. Вот уже второй вечер подряд муж не появляется. Слишком занят делами или нечто другое? Если уж на то пошло, он и в комнате своей не ночевал. А где, кстати, он в таком случае был?

Вторая странность — Тайри проболталась, что видела в городе Далию. И та вела себя слишком уверенно и нагло для той, кого услали прочь без права возвращения. Принесённые Лессой новости пополнили мой список под номерами три и четыре. На шестое место я поставила исчезновение Шейши. Она просто утром у меня не появилась, как она это делает по обыкновению. Я попыталась достучаться до арахны по нашей с ней связи, в ответ получила слабый отзвук, словно мою паучонку или увезли очень далеко от замка, или что-то блокирует. Значит, днём нужно будет прогуляться в питомник и разыскать малышку. Мне стало немного тревожно. Что там с ней могло такого произойти, что она даже откликнуться нормально не может? Но идти ночью к арахнам и разбираться, я не рискнула.

Зато додумалась до другого. Решила проверить кабинет Альда и, если он там — понаблюдать, возможно, получится что подслушать? Я прекрасно понимала, что это чистой воды авантюра. Девушек брать с собой не рискнула. Лишние люди — это шум и большой риск попастись. Тайные переходы я более-менее изучила. Всё же не зря Шейша со мной делилась своими знаниями. Во всяком случае, мне было известно, куда можно было попасть из моей комнаты. Знала я и короткую дорогу ещё в парочку нужных мест. Специально выучила пути отхода на тот случай, если ими придётся воспользоваться. Один из тайных переходов как раз и вёл в кабинет его высочества.

Шла крадучись, даже светляк не стала зажигать из опасения, что свет могут заметить посторонние. Мало ли кто в этих тайных переходах шастает? А когда дошла, поняла, что не зря.

— Ты всё сделал, как я приказал? — голос был незнакомый, мужик тоже. Я его раньше среди приближённых Альда не видела.

— Сделал, — нехотя буркнуло его высочество, застыв истуканом посреди кабинета. Из-за этого я не могла толком разглядеть неизвестного. — Вы обещали, что не будет убитых.

— Ай-яй-яй, — издевательски засмеялся неизвестный. — Щеночек решил показать зубки! Вот ты у меня где! И будешь делать, что велю. Власти без крови не бывает. Власть — это всегда кровь, смерть и принуждение. Ты знал, на что соглашался. А ежели не согласен сейчас, то я на твоё место другого желающего найду. Ишь, чего удумал, своевольничать! Будешь играть свою роль так, чтобы никто не догадался. Особенно молодая жена. Его высочество ещё тот был жеребчик. Слуги говорят, что он к ней каждую ночь захаживал. Так что, гляди не подведи. А ежели прикажу, кого убить — сделаешь это. Понял?

Самозванец промолчал. Тогда неизвестный так гаденько усмехнулся и напомнил.

— Ты видимо запамятовал, где и с кем находятся твоя мать и сестра? Напомнить?

— Не нужно, — последовал сдавленный ответ. — Я всё понял. Что мне делать, если девчонка что-то заподозрит?

— Уберёшь её. Тихо, красиво и так, чтобы народ поверил. Неважно, что это будет — несчастный случай или она решит посвятить свою жизнь служению богам. Отправишь в самую дальнюю обитель. Туда, где её мамаша отсиживается. Девчонка явно что-то знает. Но осторожничает. Прямо, как леди Элвея. Один в один. Недаром говорят, что ягодки с одного кустика одинаковы на вкус. А наша ягодка ещё и ядовитая. Из-за неё я лучшего артефакторщика лишился.

— Мне говорили, что девчонка дни проводит в молитвах и почти ни с кем не общается, — осмелился подать голос самозванец.

— Говорили ему! — полыхнул гневом незнакомец. — Небось, россказней Далии наслушался. Держись от неё подальше, щенок! Понял?

— А, если она сама сюда явится?

— Как явится, так и уберётся. Не забывай, что ты сам её отсюда выслал. Нужно быть последовательным в своих действиях.

Я в это время сидела за фальшпанелью и грызла косточку на руке. Чтобы не закричать от гнева и возмущения. Значит, Альд мне не поверил, во всяком случае, предупреждениями моими пренебрёг. И теперь неизвестно, жив ли он вообще или нет. А мне придётся иметь дело с фальшивкой. И судя по всему, внутрь «куклы» засунули какого-то несчастного, попавшего в ловушку. Не знаю, чтобы я делала, если бы мою мать или сестру схватили и шантажировали их жизнями. Но жалеть чужую марионетку я не собиралась. Тут или он, или я. А себя мне жальче.

Сидеть и слушать, как кто-то составляет относительно тебя планы, было невыносимо. Я злилась, но и от страха меня тоже колотило. Казалось, что этот неизвестный что-нибудь услышит и решит проверить. И найдут меня. А дальше — неизвестно. Но я бы на их месте свидетелей в живых не оставляла. Переговорив об каких- то общих знакомых, парочка заговорщиков покинула кабинет, навесив на дверь охранку. Через небольшой глазок я видела, как полыхнув голубым, по обналичке и дверному полотну пробежали искры. Они тут же растворились, впитавшись в материал. Но я сообразила, что стоит только коснуться двери, как тот, кто поставил охранное плетение, тут же узнает о нарушенном контуре. Да и нужно ли мне это? Как пришла, тем же путем и уйду. Только проверю стол и в сейф с бумагами загляну. Не думаю, что самозванец уже здесь настолько освоился, что знает, где и что лежит. А я, может быть что-то интересное или полезное и замечу.

Шла то я сюда совсем с другой целью, но теперь грех будет не воспользоваться представленной возможностью порыться в бумагах Альда. Что я и сделала с превеликим удовольствием. Только предварительно убедившись, что за дверью никого нет. И похожие охранные плетения на столе и сейфе не стоят. Ах, как опрометчиво со стороны самозванца!

Небольшой светляк, которого я решила использовать в качестве подсветки, давал вполне достаточно света. Хотелось бы конечно зажечь чего-нибудь посущественнее, но я не рискнула. Сначала нырнула в сейф. Видела, как несколько дней назад его открывал ещё Альд. И прекрасно запомнила, что и где нужно было нажать, чтобы тяжелая дверка сдвинулась, открыв своё нутро. Судя по царапинам вокруг замка, лже Альд уже пытался в него забраться. Но неудачно. Самое интересное, что и замок, и ключ здесь играли роль обманки. А сам сейф открывался с помощью определённой комбинации нажатий на камешки в настенной мозаике, изображающей охоту на кабана. Помню, я ещё удивилась, заметив, как Альд последовательно нажал сначала на голову всадника, кончик стрелы, пятак хряка, а после этого на голову вожака собачьей стаи, загоняющей этого кабана. Дверка сейфа бесшумно распахнула своё нутро. Но так как сам сейф загораживал своей спиной Альд, я так и не разглядела, что там находится. И вот мне теперь такая возможность представлена.

Аккуратно сложенные папочки с какими-то документами я осторожно вытащила наружу, подумав, что изучу их содержимое у себя в комнате. В более спокойной обстановке. Решила, что самозванец ничего из спрятанных документов Альда не получит. Лучше я их сожгу, чем дам возможность этим гадам ими воспользоваться. Поэтому стащила с себя одну из нижних юбок, связала завязками более узкое место, и начала складировать всё, что мне показалось полезным: папки из сейфа, несколько листов гербовой бумаги с печатями и подписью Альда. Видимо, заготовлено было для секретаря. Нашла и саму печать. Пришла к выводу, что она мне больше пригодится. Так что, эта ценнейшая вещь отправилась ко всему прочему.

На всякий случай перетрясла и стол, но как оказалось, ничего важного или ценного его высочество там не держал. Или мне так показалось, или всё уже выгребли до меня. Но кроме отчётов управляющих нескольких имений и деловой переписки, там ничего не было. На первый взгляд.

Я здорово нервничала, не могу сказать, что была внимательна — всё же дергалась от каждого шороха и торопилась быстрее со всем этим закончить и вернуться к себе. Предстояло обдумать услышанное.

Итак, насколько я поняла, самозванец держит меня за наивную простушку, слишком религиозную и правильную. Но вот с ним в корне не согласен незнакомец. Как бы выяснить, кто это такой? И ждут меня или казённый дом, или могилка. Перспективы так себе.

И первого и второго я хотела бы избежать. Знать бы как?

В любом случае, выпотрошив сейф, я вместо бумаг засунула в него несколько бутылок с вином. Видела, что Альд для гостей держит в шкафчике. Вот оттуда я и позаимствовала те из них, которые выглядели постарше. Короче, замаскировала следы своей деятельности. После чего убралась обратно в потайной ход. Смысла мне им еще раз пользоваться я не видела. Если только опять что-нибудь подслушать. А вот, если его найдут заговорщики, если уже не нашли…. Лучше всего будет, если я его заблокирую. Чтобы никто не смог открыть. Пришлось пожертвовать одним из столовых ножей, прихваченных с собой на всякий случай. Запирающую руну выцарапала прямо на полотне фальшпанели. Но так как я дитя технического мира, где о магии говорится только в сказках, я к ней до сих пор относилась с известной долей скепсиса и недоверия. Ну, соберу я артефакт, а он взял и разрядился. И всё, пшик. Это против лома нет приёма. Поэтому я закрывающую потайной ход панель ещё и этим самым ножом и заблокировала. Пришлось потрудиться, но оно того стоило.

В комнату вернулась в состоянии холодной ярости. Стоило только вспомнить планы хозяина марионетки на свой счёт, так меня просто начинало колотить от злости и страха. Страшно было до ужаса, но при этом меня обуяла такая ярость, что, казалось, войди сейчас самозванец ко мне, я бы ему глаза выдрала. Но при этом я отчётливо понимала, что следует сдержаться и ничем себя не выдать. Иначе от меня очень быстро избавятся.

Я предупреждена, знаю некоторые их планы. Это уже хороший козырь. Теперь осталось обмануть марионетку, дёрнув за нужную мне ниточку.

Папки, что я притащила с собой, занесла в потайную комнатку рядом с храмом. У себя не рискнула оставить — слуги бывают любопытны. А верность некоторых покупается и продаётся за золотые монеты. Решила, что посмотрю попозже. Днем, например. Сделаю вид, что отправилась вознести молитвы богам. А сама тем временем займусь изучением стыренного. Может быть, стоит и девушек своих привлечь?

Спать улеглась далеко за полночь, чтобы проснуться через пару часов от неприятных ощущений. По мне шарила чужая рука. Шарила по-хозяйски при этом грубо. Сначала сдавили грудь, потом потянули вверх ночную рубашку. Сон никак не хотел отпускать, но ощущение неправильности не позволило снова окунуться в его тенета. В памяти тут же всплыл подслушанный разговор. И меня просто как кипятком окатило. Это что же получается, этот гад решил с меня якобы «супружеский долг» стребовать? Пока размышляла, что мне делать, самозванец перешёл к более активным действиям. Самое примечательное, если бы я не знала, что это не настоящий Альд — ни за что бы не догадалась. Он выглядел как человек, кожа была мягкой и теплой на ощупь. Единственное, ничем не пахла. А ведь у каждого из нас есть только ему присущий запах.

Я потянулась рукой к прикроватному столику и, схватив оттуда кувшин с водой, обрушила его на самозванца. По голове не попала, хотя и очень хотела. Зацепила вскользь, но зато облила качественно. А после слушала, как виртуозно умеет ругаться лжемуженёк.

— Ещё раз сунешься ко мне со своими притязаниями, и я тебе что-нибудь оторву или откушу, — мрачно пообещала, услышав очередную порцию ругательств. — Мы договорились, что будем делить постель только для продления рода. Ты свою работу выполнил, придётся подождать, чтобы я выполнила свою. А после рождения наследника, я надеюсь, мне позволено будет поселиться где-нибудь уединённо?

— Что?- сипло, переспросил самозванец. — Ты беременна? Это точно?

— Мне так кажется, — потупила я взгляд, стараясь не смотреть марионетке в глаза. — Через неделю будет точно известно. А пока будь добр покинь мою спальню. Немедленно!

— Завтра тебя осмотрит лекарь, — тут же «обрадовал» меня самозванец, выметаясь, прочь из спальни. Пока я кляла себя разными словами за беспечность. Вот, почему я не заперла дверь между нашими с Альдом спальнями? Понадеялась, что самозванец там не появится? Дура! Теперь придётся импровизировать.

И не просто импровизировать. Нужно будет так схитрить, чтобы у этого гада даже тени сомнения не проскользнуло. Доктора, как мне кажется, ко мне захотят прислать своего. Человек это должен быть надёжный, доверенный. Но тут есть один нюанс. У Альда есть свой лекарь, преданный лично ему. Не странно ли получится, если пригласят осматривать герцогиню не господина Нормана? Во всяком случае, я бы точно удивилась. Если только лекарь жив и здоров. А вот это я уже буду выяснять утром. Кажется, у меня возникла идея, как выкрутиться из той ловушки, в которую я сама себя загнала. Но об этом после.

После нервной встряски сна было ни в одном глазу. Я уже и комнату всю исходила, потом решила позвать служанку, чтобы принесла сонной настойки, но передумала. Раз уж у меня сегодня ночь сюрпризов, то устрою себе ещё один. Так просто я не усну, а пить настойку, в которую непонятно что подмешали, тоже не рискну. Мне же теперь и еду всю придётся проверять. И воду. Да всё. Помнится, Екатерина Медичи, собираясь отравить Наварского, смазала ядом странички книги о соколиной охоте, да промахнулась. Её собственный отпрыск ту книгу нашёл и решил прочитать, а так как слипшиеся странички совершенно не листались, он пальцы-то и слюнявил. Вот и нализался яда. Яд можно подсунуть в чём под руку попадётся: смазать посуду, пропитать ткань или вещи. Да, что угодно! Мне теперь даже ходить придётся с оглядкой, потому что неизвестно, кто примкнул к заговору, а кто нет.

В любом случае, времени у меня в обрез. И не стоит его пока терять на сон. Потом отосплюсь.

Так обдумав всё, и придя к определённому решению, я натянула на себя первое попавшееся домашнее платье, и отправилась изучать стыренное. Желательно будет туда ещё и подушку с одеялом снести. Должно же быть уменя место, где я смогу отдохнуть без опаски?

Утащенные мной папки на первый взгляд были слишком тощими, чтобы там содержалась какая-нибудь ценная информация. Как же я ошибалась! Я это сообразила, открыв первую же из них. Приглашённый из столицы империи специалист давал оценку содержания амарина в горных породах. Мне понадобилось пару минут, чтобы сообразить ценность этой информации. Я вдруг вспомнила о том, что Готаррские ведут в горах добычу этого ценного кристалла. И именно благодаря ему род значительно разбогател. Ведь кристалл амарина является великолепным накопителем и используется в различных артефактах и амулетах. Поистине, это золотая жила!

Прижав к себе папку с отчётами, я лихорадочно просчитывала, чтобы я могла со всем этим сделать, будь у меня возможность начать разработку месторождения. Но, кто же мне позволит? Нужно срочно искать союзников и помощников!

Бегло просмотрев остальные документы, я выяснила, что Альд давно держал под наблюдением некоторые аристократические семейства. И собирал на них компромат. Не верил ни в их верность, ни в лояльность к его власти. Там же каким-то бокам затесалась и семейство моей так называемой родственницы — леди Винсеро, той самой, что под видом эротического чтива передала мне якобы дневник матери. И сейчас, знакомясь с тем, что людям Альда удалось нарыть на этот род, я подумала, что могу воспользоваться теперь этими бумагами сама. Мне всего лишь нужно сделать краткую выдержку из найденного компромата: имя рода, титул, если есть, владения, связи, в чем подозревается и так далее. Потом попросить девушек разнюхать, кто из этого списка в последние несколько дней объявился при дворе, а кто предпочитает держаться на расстоянии. Те, кто ошивается неподалеку от самозванца будут, скорее всего, причастны к заговору. Иные же могут оказаться полезны мне. Вот, к примеру, семья виконтов Рейли была и осталась предана роду Готаррских. Могу я, как прямая наследница обратиться к ним за помощью или это будет слишком рискованно? Эх, была бы рядом Шейша, она бы быстро разобралась, кто нам друг, а кто не очень.

Но план действий в общих чертах у меня уже вырисовался.

Первым делом, едва только начнёт светать, я призову слуг и пошлю за лекарем. Скажем так, нанесём превентивный удар. После бессонной ночи вряд ли я буду выглядеть презентабельно. А уж сымитировать ранний токсикоз я сумею. Главное, чтобы господин Норман оказался на месте и остался всё таким же преданным Альду. Думаю, мне удастся его убедить мне помочь. Потом нужно будет как-то попасть в паучий питомник. Отсутствие Шейши меня не на шутку тревожит. И, если для этого придётся устроить истерику — я сделаю это. Беременные женщины эмоционально неуравновешенные. Могут заплакать ни с того, ни с сего. Кушают странные сочетания продуктов. Например, малосольные огурцы с шоколадом. С причудами, в общем. Чувствую, что в случае успеха задумки, я уж тут так развернусь!

Утром даже придумывать ничего не пришлось для того, чтобы позвать лекаря. Бессонная ночь дала свои плоды: по ощущениям, мне в глаза песку насыпали. Из-за того, что пришлось читать в полутьме, глаза теперь были красные, как у кролика. И синие круги в пол-лица. А ещё тяжесть в голове. Спать хотелось просто неимоверно, я даже начала подумывать, а не завалиться ли в кровать часиков так на пять, но сама же себя и одёрнула. Это же весь ночью составленный план коту под хвост. И кто его знает, что в отношении меня предпримет самозванец? Решила действовать на опережении, значит нужно брать себя в руки.

Первым делом я велела Магде позвать ко мне кого-нибудь из фрейлин. Сегодня должны были дежурить леди Монтвиль и Динира. Динире я доверяла, а вот что мне делать с Лессой Монтвиль я не знала. По характеру Лесса своей рассудительностью и серьёзностью напоминала мне Вельду. Но я помнила, что леди Монтвиль дама замужняя и зависит от своего мужа. Как он прикажет, так Лесса вынуждена будет подчиниться. С другой стороны, граф Монтвиль имел некоторое отношение к финансам, а если быть более точным, то именно лорд Монтвиль отвечал за сбор налогов с подвластного населения. И помнится мне, был довольно предан своему господину. То есть, если у меня получится перетянуть на свою сторону графа, убедив его, что власть захватили заговорщики…. Хоть бы не промахнуться и не сделать хуже.

— Дорогая графиня, — свою речь я начала издалека, пригласив появившуюся по моему зову леди Лессу присесть напротив себя. Сама же я растеклась в кресле у окна, повернув его спинкой к свету, чтобы не раздражал глаза. — Помнится, вы мне рассказывали о своём муже. Кажется, он родом из центральной части империи и очень долго привыкал к нашему климату.

— О, да, ваша светлость, — с улыбкой отреагировала Лесса. — Денияр очень долго не мог привыкнуть к тому, что у нас почти нет зимы. А лето очень мягкое и не сильно жаркое.

— Вы с мужем не планируете в ближайшее время обзавестись наследником?

— Но, как вы догадались? — графиня слегка порозовела и мечтательно погладила ещё совершенно плоский животик, скрытый под несколькими слоями юбок.

— Я просто предположила, что вы с мужем являетесь можно сказать, молодожёнами, и вполне вероятно уже можете ожидать ребенка.

— А вы тоже? — леди Монтвиль смущённо кивнула в мою сторону, не решаясь спросить более конкретно.

— Я пока не уверена, но всё может быть.

Пришлось, потупив взгляд, имитировать смущение и неуверенность. Ну и пара наводящих вопросов о том, к кому лучше обратиться в случае такой вот оказии. К герцогскому лекарю господину Норману или лучше поискать в городе сведущую в таких делах женщину, проще говоря, повитуху. Видимо я попала на благодатную почву, потому что леди Монтвиль вывалила на меня кучу разной информации о своих ближайших планах. Но самое главное, что я смогла узнать, так это то, что беременность следует подтвердить с помощью специального амулета. После чего нужно будет обратиться к лекарю за рекомендациями. Ведь у каждой женщины организм имеет свои особенности. И кому-то нужно специальное питание, а кому-то укрепляющие настои.

Лесса бы ещё долго вещала на эту тему, если бы нас не поджимало время. Я решила, что лучшего эксперта и помощницы в моих планах мне просто не найти. Поэтому быстро сымитировала приступ тошноты, а после чего слегла в постель, потребовав пригласить к себе господина лекаря. Лесса тут же стала на страже, решив никого кроме приглашённого лекаря ко мне не пускать.

— Это же, какое счастье, если вам удастся подарить мужу наследника! — вещала графиня, выставляя за дверь пытавшегося просочиться внутрь посланника Альда. Некий господин, представившийся доверенным лицом Альда, потребовал провести его к герцогине для разговора, но был безжалостно изгнан леди Монтвиль со словами, что её светлость страдает от утреннего недомогания, а его кислая физиономия может вызвать еще один приступ тошноты и несварение. Динира, правда успела мне шепнуть, правда ли я каким-то образом умудрилась забеременеть, не деля с мужем постель, и что нам всем теперь делать. Пришлось так же шепотом её успокаивать и вводить в курс дела. Я еще раздумывала, стоит ли вводить в курс дела графиню Монтвиль или оставить в неведении. Но, если я собираюсь привлечь к своим делам её мужа, графа Денияра, тогда придётся и Лессе кое-что рассказать. Естественно, под клятву. Или не рассказывать? Ведь чем меньше людей знает, тем больше шансов, что информация не просочится к тому, кому не следует. Думала я долго, в конце концов, решила рискнуть.

— Лесса, у меня к тебе есть просьба. Очень важная и очень серьёзная. И мне очень важно, чтобы о моей просьбе никто чужой не узнал.

— Что от меня требуется, ваша светлость? — Лесса тут же перевела серьёзный, даже настороженный взгляд с меня на сидящую рядом Диниру и обратно. — Вы хотите избавиться от ребенка?

— Тьфу! Что за глупости пришли в вашу голову, леди Монтвиль! — не выдержала я и рассердилась.— –Мне очень важно, просто необходимо переговорить с вашим мужем. Но нужно это сделать так, чтобы никто про этот разговор не узнал. Особенно Альд. Вы можете это устроить? Это очень важно и очень серьёзно. И опасно. И самое главное, речь пойдёт об опасности, которая грозит мне и моему мужу. Я знаю, что граф Денияр верно служит Альду. Но сейчас сложилась такая ситуация, что я могу попросить помощи только у него и ещё несколько человек. Поклянитесь, что об этом разговоре никто чужой не узнает!

— Клянусь! Но, ваша светлость, вы должны будете мне обо всём рассказать!

Час от часу не легче! Услышав условия Лессы, я в душе с ней согласилась, но была недовольна тем, что во всю эту историю вовлекается всё больше и больше людей. Тем не менее, сама я одна тоже не справлюсь. Придётся рискнуть.

Мне ещё господина Нормана вводить в курс дела и уговаривать, как-то найти Мара Коулда и с ним поговорить. Он же ближайший приятель Альда, как и Чезаре Торено. Как не им двоим знать все повадки Альда и первым обнаружить подмену? Или они тоже во всём этом участвуют? Дилемма…

Лекарь явился спустя полчаса. Диагностировал физическое и магическое истощение, долго хмыкал, водя над моей головой руками. Потом напрямую задал вопрос, зачем мне понадобилось объявлять всем о своей беременности?

— Как вы это определили, господин лекарь? — полюбопытствовала я, поудобнее располагаясь в кресле.

— В вашей ауре нет никаких изменений, присущих женскому организму, готовящемуся к материнству.

— А, если очень маленький срок?

— Это не имеет значение, какой срок. С первых же дней аура начинает меняться. Она как бы раздваивается, уплотняясь в районе живота. А у вас этого нет.

— Скажите, господин Норман, а вы так же по ауре можете определить живой человек перед вами или оживлённая кукла, голем?

— Откуда вы набрались такой ереси, ваша светлость? У големов нет ауры. Это всем известно. Любой маломальский маг определит по отсутствию ауры голем перед ним или живой человек.

— Не сердитесь, господин лекарь, — я примиряюще подняла ладони и попыталась дотронуться до руки господина Нормана. — Я знаю, вы верный слуга моего мужа. Никогда не станете ему вредить. Но сейчас создалась такая ситуация, когда он нуждается в помощи. И я тоже. Поклянитесь, что всё услышанное здесь и сейчас останется между нами!

— Зачем мне это делать? — начал возмущаться лекарь. — Я всегда чту правила и никогда не раскрываю тайны своих пациентов. Если это всё, то я пойду. У меня много дел. Но я вынужден буду доложить вашему мужу о вашем обмане. Я не собираюсь поддерживать ваши выдумки. Мой слуга принесёт вам укрепляющий настой, который придётся попить некоторое время. Засим, позвольте откланяться….

Лекарь не успел договорить, как подкравшаяся из-за спины Динира с чувством глубокого удовлетворения опустила на его голову бронзовую статуэтку с каминной полки.

— Зануда и дурак! — скривившись, моя фрейлина, вернула статуэтку на место, потом носком туфельки пару раз толкнула упавшего лекаря. А, услышав тихий стон, недовольно поморщилась.

— Надеюсь, я ему не отшибла последние мозги, — пробормотала девушка, наклоняясь к упавшему. — Нужно его связать и затащить в потайной ход. Иначе побежит докладывать.

— Я тоже надеюсь, — слегка ошеломлённая действиями Диниры, пробормотала я.

Нужно его связать на всякий случай и спрятать. А вдруг сюда кто-то войдёт?

Я тут же представила эту картину и мысленно с Динирой согласилась. Будет крайне неприятно, если нас с ней застанут за измывательством над бесчувственным телом лекаря. И не дай боги, он окочурится от удара Диниры. Я тут же представила себе ситуацию, как мы с ней волочём прятать труп по потайным ходам и меня передёрнуло от отвращения. Бррр! Но нужно как-то выйти из ступора и что-то предпринять.

— Можно взять в гардеробной шали и ленты. Надеюсь, ты его не убила.

— Живой! — сообщила мне девушка, потыкав носком туфельки господина Нормана в бок и, услышав слабый стон. Мы с фрейлиной переглянулись и вздохнули с облегчением. Наверное, её посетили те же мысли, что и меня. Избавится от трупа — не самая приятная задача. Это помимо того, что меня начала слегка покусывать совесть, напоминая, что лекарь может быть совершенно непричастен к происходящему вокруг меня безобразию.

— Этот зануда и дурак сразу бы нас всех выдал, — пыталась привести аргументы в качестве оправдания собственных действий Динира.

— Может, стоило попытаться наладить с ним разговор? Надеюсь, господин лекарь не порвёт сразу ленты. Потому что ничего крепче у меня нет, а рвать простыню на веревки я не очень хочу.

Так, переговариваясь, мы затащили лекаря в потайной ход. В этом же крыле были свободными ещё пару апартаментов, куда я и решила пристроить господина Нормана. Незачем посторонним знать о потайных переходах. А к таковым я с чистым сердцем относила и господина лекаря. Сомнительно, что придя в себя, он сходу согласится меня выслушать и мне поверит, но попытаться стоило. Да и оставлять лекаря у себя в покоях в таком вот состоянии, было опасно. Тем более, что мои комнаты соседствовали с покоями Альда. И подставной муж мог заглянуть ко мне в любую минуту.

Первое ошеломление после нападения Диниры на лекаря прошло. И мой испуг, и шок, когда сознание металось в панике, пытаясь сообразить, куда лучше спрятать труп? Ошеломлённая её поступком, я некоторое время действовала по инерции: что-то говорила, что-то отвечала. А в голове между тем крутилась мысль: зачем она это сделала? Крутилась до тех пор, пока не вырвалась наружу. Я просто больше не могла молчать и переваривать это в себе.

— Я испугалась, — выдала мне Динира. — Он же заодно с заговорщиками. Ну как можно не отличить живого человека от подставной марионетки? Думаю, господин лекарь точно во всём этом участвует.

— Вот очухается, мы у него и спросим, — решила я, подхватив вместе с фрейлиной бесчувственное тело и заволакивая его в потайной ход. Господин лекарь, несмотря на довольно худощавое сложение, оказался увесистым товарищем. Мы с Динирой вдвоём еле его доволокли до нужной комнаты. А там пристроив в кресле, примотали ноги и руки к ножкам и подлокотникам. На всякий случай. Динира хотела ещё и рот чем-нибудь заткнуть, но тут уже я воспротивилась.

— Подумай сама, как мы его расспрашивать будем, если рот будет заткнут кляпом?

— А зачем его расспрашивать? Итак, ясно, что он в сговоре с заговорщиками. Они настоящего Альда убили, а вместо него подсунули марионетку. А господин Норман их прикрывает! — с жаром начала спорить со мной Динира. Вот чего я не ожидала от своей фрейлины, так это того, что она превратится в воинствующую амазонку. Даже боязно как-то стало. Сегодня лекаря по голове приголубили, завтра ещё кого-нибудь.

— Его высочество жив и здоров, — едва слышно пробормотал очнувшийся лекарь. — Я его сегодня видел на тренировочном поле.

— А ауру вы его смотрели? — тут же поинтересовалась я.

— Это не он! — одновременно со мной отреагировала на слова лекаря Динира.

— Не он, — подтвердила я, заметив, как морщится от боли лекарь. — Простите мою фрейлину за это нападение, но вы слишком упрямы, господин Норман. А я не в том положении, чтобы позволить вам стать следующей жертвой. Я и мои фрейлины уверены, что настоящего Альда уже нет в живых. А то, что вы видели, и вовсе не человек. Существо, созданное одним очень хорошим артефактором, и оживленное с помощью ментальной копии слепка души. Не спрашивайте, как это делается — я не знаю. Но лорд Элиот говорил, что для этого нужно быть очень сильным менталистом и иметь большой запас кристаллов из амарина. Достаточно энергоёмких.

— Я вам не верю, леди Лейлада, — продолжил упорствовать этот упрямец. Меня такая злость обуяла, что захотелось стукнуть повторно. Подумать только! Лежит без сил, едва шевеля языком, а продолжает гнуть своё. — Вы это специально выдумали, чтобы прикрыть свою ложь. Я раскрою его высочеству ваш обман. Он должен знать, что никакого ребенка нет и в помине.

— Знаете кто вы, господин лекарь? Вы упрямый осёл! Вместо того, чтобы меня выслушать, продолжаете упираться и спорить. Хотите рассказать Альду, что я не беременная? Можете сообщить ему, что я до сих пор девственница. Вот он удивится-то! И знаете что? Я сейчас прикажу Динире вас развязать. Идите и рассказывайте обо всём кому угодно! Уверена, после этого вы долго не проживёте! Так как узнали его тайну.

— Но, Лея! — тут же заспорила со мной Динира. — Лекаря нельзя отпускать! Он же расскажет обо всём самозванцу. И нас тогда точно убьют. Он же с ними заодно!

Я уже не знала, чему верить. Возможно, Динира и права, и господин лекарь в курсе всего происходящего. Получается, я сама себя выдала. И тогда нам с моими фрейлинами точно грозит смерть. Убивать будут не только меня, но и их, как свидетелей. С другой стороны, мы можем ошибаться, и лекарь здесь не причём. Просто упрямый осёл, мнящий себя умнее всех. И как поступить? Динира, видя мои сомнения и колебания, предложила:

— Пусть принесёт клятву на крови, что он не имеет отношения к заговорщикам и не убивал его высочество.

— Хм, — засомневалась я. — А, если настоящий Альд жив, тогда эта клятва нам ничего не даст.

— Точно! — согласилась со мной Динира. — Тогда мы переиначим слова клятвы. Пусть клянется, что ни словом, ни делом не навредили его высочеству принцу Альду.

Моя фрейлина вытащила откуда-то небольшой кинжал, и, приставив его к шее бедного лекаря, скомандовала:

— Клянитесь, что ничего не знали о заговоре, не участвуете в нем. Ну! И не собираетесь ему вредить, и леди Лейладе и мне тоже!

Лекарь попытался спорить, но девушка была непреклонна, а кинжал так намекающе упирался в шею, что поневоле пришлось подчиниться и принести клятву. Потом он потребовал доказательств, что мои слова правдивы. А как я могу это доказать? Вот и пришлось выкручиваться. Тем более, что сама же и проговорилась.

— Это существо, притворяющееся моим мужем, состоит не из плоти и крови. Достаточно его поранить, чтобы в этом убедиться.

Надеюсь, мои аргументы оказались достаточно убедительны. Пришлось сознаться лекарю, что брак с Альдом мы до сих пор не консумировали. И я никак не могу ждать ребенка. И уж настоящий Альд это знает точно, а вот самозванец мне поверил.

Тут же выяснилось, что для подтверждения моих слов достаточно прикоснуться к специальному амулету, который запасливый лекарь таскает в одном из отделений своего лекарского сундучка. Камешек оказался совершенно невзрачный и по виду напоминал обычную речную гальку. Но стоило мне его взять в руки. Как он засветился призрачным светом.

Господина Нормана пришлось развязать и извиниться. Динира недовольно посопела, но вынуждена была согласиться, что лекарь к заговору не имеет отношения. Потом мы решали, как мне замаскировать ауру так, чтобы никто не догадался о моём неудобном положении. Тут выяснилось ещё несколько интересных деталей. Умелый артефактор умеет создавать такие вещи, которые могут сымитировать любую ауру. И у поддельного Альда такая штуковина, скорее всего есть. И второе. Если у человека на теле находится несколько защитных артефактов, то можно замаскировать ауру ими. И мне сейчас будет лучше всего, именно такими защитными артефактами и запастись. Сразу двойная польза. С одной стороны — они замаскируют мою ауру, создадут необходимый флёр, а с другой — могут оказаться полезными. В связи со сложившейся ситуацией, пренебрегать мерами безопасности явно не стоит.

Тут я не только согласилась с доводами лекаря, но попросила меня проинструктировать, чем мне лучше запастись.

— Ежели бы вы, ваша светлость, имели доступ в семейное хранилище, могли бы воспользоваться родовыми артефактами. К тому же, Хранитель рода в любой момент мог бы встать на защиту.

— Что это за Хранитель? — не выдержала и полюбопытствовала я. — Столько разговоров о каком-то Хранителе, а я о нём ничего не знаю.

— Вы были слишком малы, когда погиб ваш отец, леди Лейлада. И некому оказалось провести инициацию в родовом источнике. Поэтому Хранитель и молчит. Вам нужно его разбудить и активировать. К сожалению, мне более ничего не ведомо о родовых тайнах вашего рода. Известно только, что маги, черпающие силы из родового источника, могли жить очень долго. И плюс защита.

Чёрт возьми! Это было бы круто, найти этого самого Хранителя! Жаль только, что я про него ничего не знаю. И отыскать спрятанное сосредоточие родовой силы, будет непросто. И опять мы возвращаемся к тому, что мне срочно нужно отыскать Шейшу. Вот, после завтрака этим и займусь.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ПРОБЛЕМОЙ МЕНЬШЕ, НЕПРИЯТНОСТЯМИ БОЛЬШЕ

Легко сказать, а вот сделать. Естественно, на завтрак я не вышла. Пришлось попросить доставить мне завтрак в покои в виду особого положения. Потом мои девушки придирчиво осмотрели принесённые блюда. Проверила на яды и другие добавки. Ожидаемо, в кувшине с травяным чаем оказалась какая-то гадость. Во всяком случае, мой амулет просигналил, что его сегодня лучше не употреблять. А в кашу не жалея сыпнули слабительного. Какая-то мелкая месть, что ли? Первым порывом было желание устроить скандал. Потом я подумала-подумала и пришла к выводу, что подняв шум, только привлеку внимание и дам знать своим недругам, что я обо всём догадалась. И Они просто сменят тактику. А оно мне надо?

Зачем было воевать с леди Лореной за право вести дом, если я в этом доме ничего не могу проконтролировать? В голову тут же пришёл план действий, который я и взялась реализовывать. Первым делом нужно было наведаться на кухню. Кто-то же должен был ответить за мой испорченный завтрак? Потом я решила перебраться в одну из пустующих башен, мотивируя это тем, что в этом крыле шумно, а мне нужна спокойная обстановка. Башню эту я присмотрела ещё в ходе нашей с леди Лореной экскурсии по замку. Она пустовала с тех пор, как погиб его светлость герцог Эльдиан, устроивший себе в ней практически логово. Там находилась оружейная, зал с охотничьими трофеями, кабинет и спальня герцога. А на самом верху была ещё и вполне себе просторная площадка для отдыха. Этакое мужское царство. Но мне показалось, что переезд сюда даст мне больше возможностей для маневра.

И оружейная и зал с трофеями давно пустовали. Всё более-менее ценное и интересное Альд велел перенести в другое место. Даже в бывшем кабинете герцога Эльдиана не осталось почти ничего из мебели. Видимо, что-то искали, потому что отодрали даже стенные панели. И, видимо, ничего не нашли. Помнится, я тогда ухмыльнулась, видя всё это безобразие. Два потайных хода, пронизывающих всю башню сверху до низу, так и остались ненайденными. Я приблизительно знала их расположение, осталось выяснить, как работает сам механизм и воспользоваться этим.

Но прежде не мешало бы там всё привести в порядок, поставить мебель, наладить быт. Ну и переоборудовать помещения под свои нужды. Чем я и решила заняться, отложив визит в паучий питомник ещё на некоторое время. Почему-то мне показалось, что пара часов уже никакой особой роли не сыграет. Шейши нет уже трое суток, и я её почти не слышу, хотя и знаю, что она жива и здорова. Просто или очень далеко, или кто-то усиленно блокирует нашу с ней связь. Ну не сама же она?

Девчонки мои, после проверки пищи, кипели негодованием.

— Да как они посмели это сделать!

— Ты что-то знаешь? — Вельда переключила на себя внимание разозлённой Майлы. — Я уверена, что здесь приложили свои ручки Айлель с Далией. Я вчера видела графиню Данир с подружкой внизу около конюшен. Думала, Далия собирается уезжать, вот и не стала ничего говорить.

— То есть, Далия была в замке какое-то время? — тут уже я не смогла смолчать. — Что ей тут было нужно?

— Может, с Айлель встречалась? — как-то неуверенно предположила Майла. — Они так вели себя, словно давно не виделись и никак не могут друг с другом распрощаться, что я не рискнула подойти, чтобы не нарваться на гадость.

— Понимаю, — качнула головой я. Действительно, что я хочу от девчонок, если сама стараюсь с этими двумя гадюками видеться как можно реже? А уж ядовитый характер обоих давно мне известен.

— Девушки, нам с вами срочно нужно обзаводиться верными людьми. Вот к примеру, сидим мы здесь и гадаем, чем Далия в замке занималась, с кем встречалась, а был бы кто преданный среди охраны или слуг, можно было бы разузнать обо всём, не выходя из этой комнаты.

— Я сейчас, — вскочила с места Вельда и куда-то умчалась.

— Куда это она?

— У Вельды младший брат числится пажом при его сиятельстве графе Алесском. А ещё есть воздыхатель среди секретарей. — Просветила меня Динира. — Разумеется, парню ничего не светит, но почему бы не воспользоваться случаем и не порасспрашивать?

— Один из секретарей Альда? — поинтересовалась я.

— Нет, — хмыкнула Динира. — Сошка помельче. Матиас де Легро числится помощником Чезаре Торено. Что-то среднее между секретарём и мальчиком на побегушках. Но так как Торено куда-то запропал и его, уже который день не могут отыскать, то служащие просто бьют баклуши и шатаются по замку.

— Очень интересно. — заявила я, обдумывая новую информацию. — Нужно будет, чтобы вы этого Матиаса пригласили ко мне. Скажем, на вечерний чай. Пусть Вельда будет с ним поласковей, может быть удастся разжиться какой-нибудь интересной информацией. Ну а я вот что думаю, а не прогуляться ли нам на кухню и не раздобыть себе еды?

— Но, Лея! Тебе по статусу не положено самой бегать за своим завтраком! — попыталась возражать Динира.

— Глупости! — махнула рукой я. — Во-первых, мы с вами пойдём разбираться, кто испортил мне завтрак. А во-вторых, представьте, что я иду туда не за тарелкой каши, а вербовать себе сторонников.

— На кухне? — скептически протянула Майла.

— Именно! Кушать хотят все. А как проще всего вывести противника из строя?

— Отравив, — мрачно сообщила Майла, стрельнув глазами на тарелки с испорченной кашей.

— Правильно!, — тут же согласилась я. — А еще, обычно на слуг никто не обращает внимания. Их не замечают, не стесняются, для некоторых прислуга что-то вроде мебели. И невдомёк, что у этой «мебели» есть глаза, уши, чтобы видеть и слышать. И язык, чтобы нужную информацию разболтать. А ещё слуги такие же люди, как и мы. Они о чём-то мечтают, чего-то хотят, злятся и обижаются, или наоборот, радуются. И они могут быть нам очень полезны.

Я свой спич закончила почти в полной тишине. Динира с Майлой смотрели, широко растопырив глаза, будто только сейчас меня разглядели. Ну да, погорячилась немного. С другой стороны, я им что, Америку открыла? Прописные истины. И сами могли понять, что и к чему.

— Как вербовать будем? — мучаясь сомнениями, поинтересовалась Майла.

— Блинчиками, — я усмехнулась в ответ на недоумение фрейлин. Так получилось, что еще, будучи Анриссой Мирей обнаружила, что, несмотря на схожесть большинства растений, и продуктов, многие нашим блюда здесь были неизвестны. Готовить я умела и уж точно знала рецепт не менее десятка вариаций блинчиков и блинов. И вот сегодня утром мне их отчего-то очень захотелось попробовать. Разумеется, не обошлось без вопросов, что это такое?

— Пойдёмте! — скомандовала, перед этим наказав леди Монтвиль продолжать нести свою стражу в приемной и никого ко мне не пускать. На кухню отправились мы по переходам для слуг. Были здесь и такие. Динира тащила поднос с испорченным завтраком, Майла замыкала нашу процессию, неся в руках горсть артефактов. Пару дней назад я наконец-то нашла время и на скорую руку собрала простеньких определитель истины. Собирала по той самой схеме, что мне когда-то нарисовал Гэри. Наставник утверждал, что несмотря на кажущуюся простоту, схему рабочая. И даже мои кривые ручки вряд ли смогут её испортить. Как обычно, ошибся. В тот раз я умудрилась запороть заготовку. За что была наказана и сидела кряду шесть часов, собирала основы для будущих амулетов. Так что, теперь меня среди ночи разбуди и спроси, как сделать определитель истины? Я его с закрытыми руками соберу. Дело было за малым — мне не хватало материала и инструментов. Но теперь, благодаря Альду, у меня есть всё необходимое.

До кухни мы добрались минут за шесть, еще столько же пришлось потратить на пререкание с главным поваром. Он никак не мог поверить, что поднос с завтраком, который он сам собирал, оказался испорчен.

— Ну так сами и попробуйте! — буркнула, разозлённая Майла, тыкая здоровенному мужику под нос тарелку с кашей. Я думала, он откажется. Но, нет. Мужик осторожно взял мой завтрак, принюхался, после подцепил кончиком пальца кусочек каши и попробовал. Потом вытащил из кармана горсть своих амулетов и долго проверял всё, что мои фрейлины притащили обратно на кухню. Вздыхал, злился, наконец-то разразился обвинениями в адрес неведомой нам кухонной работницы, которой как специально, на рабочем месте не оказалось.

Потребовать наказания виновницы? Само собой, это было бы правильным и ожидаемым. Только вот кажется мне, пропавшая девчонка уже не отыщется. В любом случае, шум я поднимать не хочу. Это привлечет ко мне внимание, а я намерена всё задуманное проделать быстро и без лишних свидетелей. Во всяком случае, я на это надеюсь.

— Господин Никас, я обещала своим фрейлинам показать, как готовить одно интересное блюдо. Меня научили этому в монастыре. Вы не выделите нам уголок у плиты и краешек стола?

— Зачем же краешек? — удовлетворённый тем, что я не стала обвинять его и заниматься разбирательством, главный повар отвёл нас в самую дальнюю часть кухни, где и народу было поменьше, и место свободное нашлось. — Вот здесь, ваша светлость, можете и расположиться. Я сейчас велю выделить вам всё необходимое. А готовить можно вот на той плите.

— Тогда, может, и хорошая сковорода найдётся?

Нашлась и сковорода, и вся необходимая посуда, и нужные продукты. Дома у мамы я блинчики пекла на старой, чугунной, еще вероятно, советских времён сковороде. Она была большой, тяжёлой и не убиваемой. Нечто подобное мне подсунул и господин Никас. Наверное, хотел посмотреть, как я всем этим управляться буду. Ну-ну…

— Девушки! — позвала я своих наперсниц, — блюдо, которое я собираюсь готовить, называется блинчики. Уверена, вы такого ещё не пробовали.

Ну и, чтобы уж совсем не выйти случайно из образа, пришлось показывать и комментировать:

— Беру шесть яиц, взбиваю хорошо с ложкой меда, солю, потом добавляю молоко и снова взбиваю. И после этого уже досыпаю муки столько, чтобы тесто стало густым. Хорошо размешиваю вот этой лопаткой. Вода там уже закипела?

— Закипела, — пискнула служанка, которую господин Никас отправил нам в помощь. Я прекрасно помнила, что продукты здесь отличаются от земных. И аналога нашего сахара я в прошлый раз так и не нашла, поэтому пришлось использовать мёд. Тоже неплохо, но вот вкус немного другой. — Неси сюда. Так, теперь осторожно вливай в тесто, пока я буду его помешивать. Стоп! Хватит!

Когда я поняла, что тесто уже нужной консистенции, добавила в него местный аналог растительного масла и начала печь блинчики. Если получится перебраться по-тихому в башню, велю там небольшую кухоньку оборудовать. Чтобы можно было себе самой готовить еду. А пока завтрак. Блинчики получились на удивление вкусные. Тоненькие, даже ажурные, они буквально таяли во рту. Девчонки мои, чтобы не стоять, опустив руки, по-быстрому настрогали салат из овощей и нарезку из окорока. В общем, позавтракали мы на славу. А так как господин Никас всё это время присматривался к тому, что мы делаем, пришлось с ним поделиться парой рецептов. Договорились, что с этого дня поднос с едой для меня он будет не только сам собирать, но и отдавать лично в руки одной из сопровождающих меня фрейлин. И никак иначе.

Фрейлины мои решили выйти на тропу войны. Утренний инцидент их здорово зацепил. К этому времени успевавшая вернуться Вельда, поделилась собранной информацией. Оказывается, она успела перемолвиться парой слов не только с братом, но и с Матиасом. И теперь оба, недовольно зыркая друг на друга, ожидали разговора со мной в крытой галерее.

— Им можно верить, Вельда?

— Моему брату — несомненно, а вот Матиаса я знаю не очень хорошо. Я бы поостереглась ему доверять, однако он был очень настойчив.

— Пригласи сначала брата. Проводи потайным ходом. Не нужно, чтобы его кто-нибудь здесь видел.

Братом Вельды оказался красивый молодой человек. Судя по внешнему виду, ему уже стукнуло пятнадцать. А может и больше. Спрашивать возраст я не рискнула. Ещё обидится, решит, что считаем ребенком. А дело я ему решила поручить очень важное. И ответственное.

— Вы желали меня видеть, леди?

— Лорд Радьян, я же могу к вам так обращаться? — обращаясь в такой форме, я решила подольститься к мальчишке. — Ваша сестра всегда о вас очень хорошо отзывалась. И я подумала, что именно вы можете мне помочь. Как видите, меня окружают одни слабые женщины. И ни одного сильного плеча рядом.

— А его высочество… — начал, было, брат Вельды, но я перебила: — Не тот, за кого себя выдаёт! Я не могу вам всего рассказать, только, если принесёте магическую клятву. Мне действительно нужна ваша помощь. Дело жизни и смерти. К тому же, как наследник, вы можете принести пользу своему роду….

Наживка была брошена и заглочена.

— Я согласен.

Парень недолго сомневался, практически сразу произнеся клятву, закрепив её магией. Пришлось мне наскоро вводить его в курс дела, опустив многое, но рассказав основное.

— И теперь, лорд Радьян, я не знаю, кому здесь при дворе вообще можно доверять. Ситуация сложилась пренепреятнейшая. Я практически уверена, что ваш начальник, граф Алесский убит, как и мой муж, и лорд Торено и, возможно кое-кто ещё из верных его высочеству людей. Что вы можете сказать о Матиасе де Легро? Можно ли ему доверять?

Парень, стрельнув глазами в сторону сестры, подтвердил, что Матиас кажется надёжным человеком, но он не стал бы ему доверять на все сто процентов. Ну, понятно, уже, видимо, наслышан о симпатиях де Легро и они его почему-то не устраивают.

— Благодарю, — кивнула я брату Вельды. Потом вручила ему несколько писем и деловых бумаг. План у меня в голове созрел ещё ночью. А на рассвете я старательно марала бумагу, подделывая почерк Альда. Благо, я прихватила из кабинета Альда достаточно с печатями и его подписью.

— Мне необходимо, чтобы вы доставили эти письма адресатам. И сделали это так, чтобы вас никто ни в чём не заподозрил. А вот эти дарственные нужно зарегистрировать.

Я обещала девушкам, что они не пожалеют, что решили меня поддержать и мне помочь. И собралась своё обещание выполнить. Месторождение амарина, разведанное и описанное по приказу Альда, было большим. Самозванец о нём, судя по всему, не знает. А ни от герцогства, ни от империи не убудет, если часть этих земель перейдёт в другую собственность. В качестве владельцев небольших участков, где уже начали вести разработку, я указала Вельду, Майлу и Диниру. Ну и себя тоже не забыла. Пусть у девчонок будет приданое, а для меня подушка безопасности.

Ещё составила письмо для матери, якобы томящейся в монастыре. И попросила доставить его адресату. Я помнила, что мне об леди Элвее рассказал сам Альд, и отчего-то в его изложении история их взаимоотношений выглядела совсем иначе. Интереснее и честнее, что ли. Еще одно письмо предназначалось для графини Винсеро, представившейся родственницей и подругой леди Элвеи. Тоже интересная леди. В компромате, собранном по приказу его высочества, эта леди предстала передо мной, как искусная интриганка и шпионка орминского короля. Этакий троянский конь местного разлива. С ней я хотела встретиться и поговорить. Так сказать, прощупать почву.

Очень страшно было ошибиться в своих суждениях, но ещё страшнее пустить всё на самотёк. Чем это может быть чревато, я уже знала. Если бы не та папочка с компроматом, собранная Альдом и нагло стыренная мной из сейфа, я бы ещё долго барахталась как слепой котёнок, и в неведении натворила кучу ошибок. А так, теперь у меня есть более ясное представление о ситуации в Готарре. О том, кто, чем дышит и к чему стремится, и кому не следует доверять ни в коем случае. Спасибо тебе, Альд! Ты избавил меня этой своей папочкой, от кучи неприятностей.

А ситуация в герцогстве сложилась пренеприятнейшая. Недовольство новой властью росло, подогреваемое исподволь кем-то очень хитрым и жестоким. В результате сложилось несколько группировок, между которыми шла тихая подковёрная борьба. Сторонники Ормина действовали тихо и осторожно, смущая умы обещаниями бонусов и преференций, в случае, если готаррцы решат скинуть шесского узурпатора и перейти под руку орминского короля. Были и те, кто считал, что следует восстановить прежнюю династию. Но и опять-таки, восстановление прежней династии связывалось не со мной, дочерью покойного герцога, а каким-то мифическим наследником из побочной ветви. Или бастардом. Альд так и не смог ничего конкретного выяснить, а последняя запись на эту тему была сделана, вероятно, в день его исчезновения. Вроде как он собирался с кем-то тайком встретиться. И чем эта встреча обернулась — я уже догадываюсь.

Меня взволновал другой вопрос. Почему Альд пришёл к выводу, что я могу и не быть дочерью Эльдиана Готаррского? Из-за того, что Хранитель не откликнулся до сих пор? Или причина в леди Элвее? Я не понимала, но собиралась этот вопрос прояснить. Собственно именно поэтому я и написала леди Элвее. «Матушка» уж точно должна была знать, от кого родила ребенка. А ещё мне хотелось понять, что же она за человек такой? В описании Альда она представала коварной интриганкой, но людская молва сохранила о леди Элвеи совсем иную память. Я прекрасно помню, как едва очнувшись в теле Анриссы, пробралась в библиотеку и прочитала легенду о первом проклятом герцоге и несчастной матери. Что-то тут не сходилось.

Письма главам родов моих фрейлин отправились в ту же стопочку, что и послание к леди Элвее.

— Лорд Радьян, надеюсь на ваше благоразумие. Найдите благовидный предлог, для того, чтобы покинуть двор и отправиться домой. Скажите, к примеру, что у вас кто-то из родственников заболел и вам срочно нужно его навестить. Придумаете что-нибудь. Ваша задача как можно скорее добраться до дому и передать моё послание своему отцу. В нём я прошу о встрече. Так же я прошу доставить как можно более скрытно и остальные мои послания. Никто не должен узнать, зачем вы отправились домой и к кому вы поедете ещё. Используйте амулеты иллюзий для маскировки.

— Эти амулеты очень дорогие, — попытался возразить парень. Я прекрасно понимала, что мальчишке это не по карману. Разумеется, я могла такой амулет попытаться для него сляпать сама. Но, во-первых кривые ручки и отсутствие хорошей базы знаний, а во-вторых, внутренний голос нашептывал, что лучше бы мне до поры до времени не афишировать свои знания и умения. А вот найти нужную сумму денег, для того, чтобы парень мог купить всё необходимое, я вполне могла. Не зря же подгребла под себя ведение хозяйства.

Мне просто было жизненно необходимо пообщаться с кем-то со стороны, кто мог помочь мне вникнуть в происходящее. Да и сторонников искать как-то было необходимо. Мой враг хитёр и хорошо подготовлен. И использует любую возможность, чтобы подобраться ближе. И самое главное, я до сих пор не знаю его имени. Проблема…

А ещё по словам того же Радьяна, меня никто не воспринимает всерьёз. Для многих я просто глупая девчонка, неспособная стать во главе герцогства, Альд чужак, враг, которого нужно убрать. Кому же править в таком случае? Тому, в ком течёт сильная кровь прежней династии, пусть и полученная не очень законным способом. Ну и что, что бастард? Зато воин, политик и хороший управленец, способный стать следующим правителем. М-да…

Матиаса я собиралась использовать, чуть ли не втёмную. Пока воздыхатель Вельды не доказал свою верность и полезность, доверять ему я смогу с оглядкой и под клятву. Хотя любую клятву можно обойти. Нужно только правильно сформулировать слова. Поэтому, действовала я осторожно, аккуратно подбирая слова, чтобы не спугнуть и не рассказать слишком много. Выпытала, о его службе у Торено. Доволен ли, что хочет добиться, о чём мечтает. Намекнула, что за верную службу можно получить вознаграждение. Ещё намекнула, что знаю про заговор. Так, слово за слово, и выяснила, что все, кто оказался приближен к лорду Торено, приносил клятву верности, и по идее, предать не может.

— А, если лорд Чезаре погиб? Убит, к примеру?

— Клятва бы перестала действовать, но он жив, — грустно усмехнулся де Легро, продемонстрировав мне метку на запястье. — Вам что-то известно, ваша светлость?

— Практически ничего, — поржала я плечами. — Так, кое-какие догадки и предположения. Скажите, господин Матиас, к кому ещё из приближённых Чезаре Торено я могу обратиться?

Названные имена мне ни о чём не сказали, но мы договорились, что Матиас приведёт этих людей ко мне на встречу вечером. Самым безопасным местом мне показался храм. Просто отличное место в плане возможности избежать подозрений. К тому же, там есть несколько потайных ходов, которыми можно незаметно уйти в случае опасности.

Неприятной новостью, узнанной от Матиаса, оказалось известие о гибели части арахнидов. Оставшиеся в живых взбесились и набрасывались на всех подряд. Солдатам его высочества удалось уничтожить несколько тварей. Остальные заперты в питомнике и экранированы из-за способности к ментальному воздействию. Огромные пауки могли излучать ужас на своих противников, сея панику в их рядах. Поэтому стену питомника оказались покрыты свинцовыми пластинами, призванными это воздействие экранировать.

Узнав о случившемся, я не на шутку встревожилась. Арахны вполне разумные. А Ашшиашша произвела на меня сильное впечатление. Она не могла просто так без причины на кого-то напасть. Значит, такая причина существует. Может, они почуяли в Альде поделку и поэтому взбунтовались? Можно сколько угодно гадать, но пока я не попаду внутрь и своими глазами не увижу — не успокоюсь. Ведь, где-то там моя Шейша. И скорее всего теперь она нуждается в помощи.

* * *

Где-то капала вода. Обострившейся за время нахождения в темнице слух, улавливал не только звук капель, но и шорох маленьких лапок, и еле слышное попискивание из соседней камеры. Грызуны, в отличие от людей, чувствовали себя здесь вольготно. А где-то за этими стенами кипела жизнь. Здесь же, в подвалах замка Вингард было темно, сыро и тихо. И только крысиная возня разбавляла мрачную тишину подземелья. Да едва слышные стоны соседа по камере.

Торено сейчас бы многое отдал, чтобы повернуть время вспять. К сожалению, такое было подвластно только богам, а они уже давно не откликаются на молитвы страждущих. Разве что, только Амсет. И то, в том случае, когда совсем уж потеряешь надежду и соберёшься перейти за Грань. Умирать Торено не собирался, но и как выбраться из западни, тоже не знал.

Надетые на руки оковы не позволяли отдалиться от стены более чем на полтора метра. Хотелось есть, пить и убить ту мразь, что заманила их с Реем в ловушку. Друг был совсем уж плох и со вчерашнего вечера не приходил в сознание. Только стонал изредка и просил пить. А воды не было. Торено и сам бы не отказался получить живительную влагу. Чтобы как-то смочить пересохший рот, приходилось слизывать стекающие по стене капельки влаги. Вингард стоял недалеко от моря и в подземельях замка это очень хорошо ощущалось.

— Чезаре, — едва слышно окликнул Торено, внезапно очнувшийся Рейгард. — Где мы?

— Как ты? — Торено рванулся изо всех сил к другу и господину. — Мы в подземелье у Крайдена. Можешь попробовать подползти ко мне?

Рея, в отличие от самого Торено, никто к стене приковывать не стал. Ограничились лишь тяжеленными блокираторами магии. Да это и не требовалось. Ран было столько много и такого характера, что неизвестно выживет пленник или нет.

Раненый попробовал приподнять голову и осмотреться. Руки и ноги не двигались, от слова совсем. Слегка расфокусированный взгляд пробежался по окружающей обстановке. Темно, хоть глаз выколи. Но стены темницы оказались покрыты местами каким-то фосфоресцирующим мхом, отчего окружающие стены выглядели совсем уж нереально. Но этот слегка мерцающий свет давал возможность хоть что-то рассмотреть.

Малейшая попытка пошевелиться вызывала у пленника головокружение и тошноту. Видимо, удар по голове не прошёл бесследно. Но очень уж хотелось осмотреться. В камере, напротив, через проход что-то шевельнулось. Пленник напрягся, пытаясь рассмотреть того, кто там находится. На полу лежала скрючившаяся фигура. Невозможно было рассмотреть мужчина это или женщина. Но едва заметное шевеление рукой давало надежду, что там не труп.

— Кха! Кха! Кто это?

— А чор его знает! Лежит без движения, кажется, даже не дышит.

— Шевельнулся.

— Крысы, наверное. Как ты, друг? Что болит?

— Ничего не чувствую…

Раненый предпринял очередное усилие приподняться, и вынужден был со стоном то ли боли, то ли разочарования прикрыть глаза. Тело никак не ощущалось. Всё, что находилось ниже плечевого пояса, словно чужое, не его. Дико болела голова, мутило и двоилось в глазах. Но хуже всего было ощущение бессилия.

Как так вышло, что они попали в засаду? Мысли путались между собой. В голове царил какой-то кавардак. Невозможно было сосредоточиться и восстановить в памяти последние события. Раненый в очередной раз попытался приподняться, потратив на это оставшиеся силы. И… ничего. Спасительный обморок избавил его от созерцания физиономии своего врага. Ведь разговора между ними в любом случае не получилось бы, а выслушивать от него оскорбления и восхваления собственной хитрости и изворотливости, его высочество Альд Рейгар Шесский не стал бы.

Едва слышное лязганье, скрежет решетки и шаги вынудили одного из троих пленников встрепенуться. Торено приподнялся и замер в ожидании. Время в подземелье текло медленно, лениво. И он уже давно потерял ему счёт. Сколько они уже здесь находятся? День, два, неделю? Без еды и воды, с необработанными ранами они вряд ли уже просидели неделю. Торено сказал бы, что дня три или четыре. Скоро он обессилеет настолько, что не сможет подняться и так и сдохнет здесь у стены.

— Открывай! — послышался властный голос. Оставшийся в одиночестве узник подобрался, предчувствуя неприятности. Свет осветительного шара выхватил из полутьмы фигуры посетителей.

— Не сдохли ещё?

— Никак нет, ваше сиятельство! — залебезил перед графом Крайденом один из охранников.— –Барончик ваш тоже ещё пока дышит, — махнул он рукой на скорчившегося в соседней камере узника. — Может перестать его кормить? Всё равно ничего не жрёт. Только пузыри пускает и мычит. И ни бельмеса не понимает. Не жилец. И один из имперцев тоже не жилец.

— Так и не приходил в себя?

— Нет, ваше сиятельство. Мы бы знали!

— Тащите сюда артефактора! Мне он нужен. И поживее!

Снова послышалось лязганье и скрип решётки, потом едва слышные ругательства и звуки борьбы. После чего минут так через пять в круг света вступила довольно колоритная парочка. Дюжий охранник волок за собой сопротивляющегося мужчину, в котором Торено с большим трудом смог опознать Гэри Элиота, графа Шерисса.

— Шерисс, мне нужно, чтобы ты считал память с этой имперской падали. В обмен на свободу, так и быть. Если заслужишь…

— Врёшь ведь, — криво усмехнулся артефактор. — Такие как ты, Крайден, своего слова не держат. А я слишком много знаю, чтобы ты меня вот так просто отпустил.

— Ну, почему же, — отзеркалил улыбку тот, кого назвали Крайденом. — Велю тебе вырвать язык, чтобы не болтал лишнее. И иди на все четыре стороны.

— Так какой мне смысл тебе помогать? — презрительно скривился артефактор, и отвернувшись в сторону, мрачно уставился на мерцающие голубоватым светом стены.

— Ну, тогда сдохнешь вместе с имперцами. И не думай, что тебе удастся сбежать, а потом предстать перед императором Фебером чистеньким. Ты во всём этом дерьме замазан не меньше меня.

— Я никого не убивал! — возмущённо вскинулся Гэри Эллиот.

— Ой, ли! — издевательски рассмеялся Крайден.— –Некоторые твои делишки на суде богов потянут побольше чем за убийство.

— Зря пугаешь, — начал было Гэри, но получив от одного из сопровождающих Крайдена солдат увесистый тычок под рёбра, согнулся от боли. Избиение, видимо не первое за последние дни, продолжилось. Причём, охранники явно получили какую-то команду, так что били хотя и сильно, но старались не покалечить. Во всяком случае ни в голову, ни по рукам ни разу не попали.

— Ну, будешь, ещё кочевряжится или возьмёшься за дело?

Гэри промолчал, тогда Крайден дал очередную отмашку и после серии ударов, Шерисс упав на пол и завопил:

— Я всё сделаю, только больше не бейте!

Лязгнула решётка. Охранники споро втащили, переставшего сопротивляться Гэри в камеру и кинули рядом с телом принца. Следом полетел сундучок с различными инструментами и уже готовыми артефактами.

— У тебя есть полчаса, чтобы выполнить требуемое. А потом я велю сломать тебе пальцы на левой руке.

Шерисс кряхтя и постанывая, подобрался к пленнику поближе. Тот никак не отреагировал на присутствие рядом другого человека. Словно и неживой уже. Гэри с трудом наклонившись, приложил ухо к грудной клетке. Сердце билось, но слабо. Дыхание было поверхностным, почти незаметным. А нехорошая рана на голове внушала опасения.

— Мне необходимо, чтобы он очнулся. Я же говорил, что для создания полноценной ментокопии необходимо, чтобы объект был в сознании и понимал происходящее.

— Ну, так заставь его прийти в себя!

Приказ поступил вполне чёткий. И граф Шерисс тотчас же выполнил распоряжение Крайдена. Извлёк из сундучка парочку артефактов и пристроил их на груди и голове пленника. Шло время, однако ситуация никак не менялась.

— Ну, скоро там? — проявил нетерпение Крайден, устав наблюдать одну и ту же картину.

— Я ничего не могу сделать. Он умирает. Нужен маг жизни, артефакты тут бессильны.

— Проверьте! — кивнул на пленника охранникам Крайден. Ввалившиеся в камеру дуболомы, раненого хорошо от пинали. А обнаружив отсутствие хоть какой-то реакции, начали бить уже ногами. Не жалеючи. Обмякшее тело признаки жизни подавать не желало. Но тем не менее, пленнику на голову надели обруч с записывающим кристаллом и активировали артефакт.

— Другое дело, — удовлетворённо кивнул Крайден, видя, как засветился кристалл амарина в креплении обруча. И тут же распорядился: — Этого в камеру напротив!

— Ты же обещал отпустить, — решил напомнить о прозвучавшем обещании Гэри.

— Я пошутил, — Крайден был невероятно доволен собой, рассматривая сверкающий кристалл.— –К тому же, это не твоя заслуга. Завтра я проверю, получилось всё скопировать или нет. И решу твою судьбу, Шерисс. Этих троих во время прилива сбросите в море!

Охрана покивала, что всё поняла. Кто-то угодливо рассмеялся и, чувствуя полнейшую безнаказанность, от души врезал застывшему у стены Торено.

— Пшёл! — Шерисса втолкнули в камеру напротив, не забыв отобрать у него сундучок с инструментами и артефактами. — Посидишь пока здесь.

Вскоре Крайден вместе с сопровождением покинул подземелье, оставив узников сидеть в темноте и тишине. Впрочем, она вскоре оказалась нарушена вопросом Торено.

— Рей действительно умирает?

— Почему ты его так зовешь? — вопросом на вопрос отреагировал Гэри, копаясь у себя в карманах.

— Потому что он терпеть не может своё первое имя. А Реем его звала матушка в детстве, ну и мы с Маром то же.

— Он очень плох. Я его высочество немного подлечил, но этого хватит ненадолго. У него ушибы внутренностей. И позвоночник сломан.

— Шерисс, жаль, что Крайден не велел посадить тебя к нам в камеру. Я бы с удовольствием тебя удавил! — не выдержав, выругался Торено.

— В очередь, — Шерисс продолжил копаться в одежде, потихоньку что-то доставая и собирая. — Её светлость уже обещала меня придушить в случае предательства. А уж посмертие, которое меня ждёт, и вовсе пострашнее вас вместе взятых будет.

— Чем же ты успел досадить нашей монашечке? — усмехнулся Торено, пристраиваясь спиной к стене и внимательно следя за действиями Гэри.

— Монашечке? — залился хохотом артефактор, а потом, согнувшись от боли, долго и виртуозно ругался.

— Уроды, ребро сломали! Чтобы вам переродиться в склизких, вонючих снурсов. Остаток жизни по воде ходить и пить просить, Чтобы у вас руки отвалились и вместо плеч из задницы выросли!

— Шерисс, а ты проклятийник? Сколько, однако, талантов скрывалось в одном неприметном придворном артефакторе, — не унимался Торено. Внутри кипела злость, а выплеснуть её было не на кого.

— Проклятийник? — откликнулся Гэри. — Нет, я самоуверенный осел, который возомнил, что он что-то значит в этом мире. А ведь меня предупреждали.

— Предупреждали? Видимо, не очень убедительно, — хохотнул Торено. — Позволь спросить, как же ты до такой жизни дошёл?

— Денег захотелось и славы. А отдавать свои таланты Феберу — это всё равно, что самому пойти в кабалу. Ментальные маги в империи живут на определённых условиях, которые меня не устраивают. Свободы захотелось и уверенности в завтрашнем дне. Вот и рискнул. Думал, что умнее и смогу всё предугадать. Дурень… эх!

— Не на ту лошадь поставил, да?

— Думаешь, умнее меня? Вас с принцем девчонка за нос водила. Монашечка, — передразнил Торено Гэри. — Правду говорят, что когда боги решают наказать — они лишают разума. Если бы я сразу прислушался к словам этой «монашечки», то не сидел бы тут с вами в подземелье. Торено, слышишь меня?

— Чего ты хочешь, предатель?

— Выбраться отсюда. Вы со мной или тут останетесь?

— Один я никуда не пойду. А Рея я сейчас в таком состоянии далеко не утяну. Нас должны уже были схватиться и начать поиски.

— Я бы на это не рассчитывал, — скривился Гэри. — В Блэкстоуне сейчас под видом принца находится голем с душой вот этого наивного дурачка. Вряд ли кто-то догадается о подмене. Разве что миледи заметит.

— Невозможно сделать голема, не отличимого от человека! — Не поверил рассказу Гэри Торено. — Они же, как куклы.

— Куклы — не куклы, а с живыми людьми сходство большое. Во всяком случае, первые пару лет практически неотличимы. А потом начинают слегка меняться, но всё равно от человека отличить совершенно невозможно.

Гэри досадливо поморщился, слушая как забористо выражает своё отношение к только что услышанному лорд Чезаре Торено. Он и сам прекрасно осознавал, что в случае чего ему не поздоровиться. И ничего уже не исправить, можно только попытаться минимизировать потери.

— Шерисс, если обо всём узнают в империи… — с угрозой в голосе, приподнялся со своего места Торено, — виселица тебе покажется наградой.

— Сам знаю, — буркнул Гэри. — Только, видишь ли, не так давно мне леди Лейлада открыла возможный вариант моего будущего. И ваша виселица по сравнению с ним — это просто безобидная шалость. Не хотите — не нужно. Навязываться не стану.

— С чего бы я должен верить в твоё бескорыстие и желание помочь?

— Не верь, — Гэри хмыкнул. — Можешь остаться тут и с достоинством принять свою судьбу. А я собираюсь покинуть это место как можно скорее. Раньше не мог. Не было возможности позаимствовать кое-какие мелочи. К тому же, если решишься мне довериться, придётся не только принца отсюда вытаскивать, но и вот этого молодого человека. Не следует его оставлять здесь, да и может нам понадобиться.

— Что ты задумал, Шерисс?

— Хочу вернуть свою жизнь в прежнее русло. А ещё отомстить кое-кому. Ну а так как для моих планов требуется, чтобы твой принц выжил, я собираюсь приложить к этому усилия. Только вот я ни разу не маг жизни. И в окрестностях вряд ли найдётся кто-то с таким даром. А помощь нужна срочно. Его высочество долго не протянет. Я как смог его подлатал. Но против таких повреждений артефакты бессильны.

— Не понимаю, к чему ты ведёшь.

— Есть один очень старый ритуал. Я его в одной древней книге нашёл. И для его проведения нужна тёмная магия. Здесь неподалёку есть храм Амсет. Она же не только богиня Смерти, но и ведает Гранью и душами, покинувшими этот мир. А ещё говорят, что в случае достойной жертвы, может вернуть умирающего в мир живых. Принцу терять уже нечего.

— Решил принести в жертву его? — Торено кивнул на скорчившееся на полу тело.

— На всё воля богини, — скривился в ответ Гэри, подмечая, мелькнувшие во взгляде Торено гнев и презрение. — Но я не его имел в виду. Решайся! Уходим сейчас или останешься ждать прилива? В любом случае, чтобы ритуал получился, нужно добровольное согласие, а значит, мне придётся как-то привести его высочество в сознание. Он сам должен во время разговора с Амсет высказать свою волю. Иначе никак. И уже дальше будет всё зависеть от богини. Согласится она помочь или нет. И какой будет эта помощь. Только знай, в случае, если у нас всё получится, принц больше никогда не станет прежним. За свою помощь боги берут плату. А какую цены запросит Амсет я не знаю.

Тихо звякнули упавшие на пол оковы. Отмыкающий артефакт сработал прекрасно.

Гэри только усмехнулся, глядя на встрепенувшегося лордаТорено. Как бы второй советник Альда не пытался держать лицо, а жить он всё же хотел. И ради этого был готов на многое. Гэри окинул взглядом полумрак камеры, присмотревшись к безучастному телу в углу. Удручённо покачал головой. Не думал он, что всё так обернётся. И Арсэль Оушш, барон Динэн приходящийся Крайдену племянником, не заслуживает такой участи. Наивный парень решил попросить помощи у дяди и оказался жертвой его амбиций.

Гэри только вздохнул, сожалея, что не сразу понял, к чему может привести его изобретение. А ведь начиналось всё так заманчиво. И ради великой цели можно было бы, и пожертвовать несколькими жизнями. Только он даже предположить не мог, что сам окажется среди этих «избранных».

Мысли крутились вокруг случившегося, а руки быстро собирали универсальную отмычку. Пока Крайден был занят ментокопированием, он, Гэри успел прихватить из сундучка несколько полезных мелочей. А знающему человеку собрать из подручных материалов нужную вещь — плёвое дело. Главное, в потёмках ничего не перепутать.

— Как думаешь, нас скоро хватятся?

— Часа через — три, не раньше.

Гэри осторожно приоткрыл решётку своей камеры и выбрался в коридор. Пройдясь по нему, попытался выяснить, нет ли кого поблизости и чем занята охрана. Потом вернувшись, отворил решётку и в камеру Торено.

— Бери Альда и тащи по этому коридору до первого поворота. А я вот этого молодого человека прихвачу. Не ровен час, охрана встревожится и заглянет. А нам просто необходима хорошая фора.

* * *

Что же послужило причиной для заговора? Чьи-то личные амбиции? Месть или может причин не одна, а несколько сразу? В любом случае, тот, кто всё это затеял, смог привлечь на свою сторону достаточно людей. Знать бы, что он им наобещал. В нашем мире политтехнологии хорошо развиты. В ход идёт буквально всё: ностальгия по прошлому, откровенная ложь, фейки, недосказанность, сплетни…. Специально обученные люди работают над формированием общественного мнения. Здесь вероятно провернули нечто похожее, только на другом уровне.

Часто можно услышать, что в старину и яблоки были слаще, и мёд гуще, и законы помягче. Словно отшибает память на всё плохое, оставляя только хорошее.

Возможно, в бурлящем костре недовольства до сих пор нет единства. Что может сплотить народ и вынудить его выступить против захватчиков? На ум ничего не приходило. С другой стороны, я практически ничего не знаю, о том, как здесь живут простые люди. Может, новая власть подняла налоги или законы какие непопулярные ввела? Причиной американской революции стало повышение торговых пошлин и налогов, а соляной поход в Индии случился потому, что англичане запретили выпаривать соль. Как бы выяснить настоящее положение дел в герцогстве? Сходить, что ли, самой в народ? Потому что чужие суждения мне здесь не помощники.

— Лея! — в комнату заглянула чем-то озабоченная Вельда. — С тобой хочет встретиться какая-то дама. Она отказалась представиться. Я пыталась её отослать, но она настаивает на встрече.

— А где охрана? — задала я вопрос, потом сама же себя и одёрнула. Стоит ли в сложившейся обстановке им доверять? — Пригласи гостью, но будь поблизости.

— Двое стоят в конце коридора, а больше никого.

Очень странно и подозрительно. Обычно ещё и около дверей кто-нибудь торчал. Чем не причина, чтобы насторожиться? А ещё эта не пожелавшая назваться незнакомка. Я понимала, что делаю глупость, согласившись на разговор с ней, но любопытство оказалось сильнее. Должна же быть причина для такой таинственности? Да и интуиция нашептывала, что этот визит очень важен.

— Ваша светлость, — избавившись от вуали, скрывающей лицо, склонилась в приветственном поклоне графиня Винсеро. — Вы желали меня видеть? Ваш посланник застал меня на пороге дома. Я собираюсь покинуть Готарру на некоторое время. Решила попутешествовать, подлечить нервы. Но я не могла не откликнуться на ваше приглашение.

— Леди Аделаида, — я поднялась, чтобы поприветствовать шпионку орминского короля. — Рада, что вы всё-таки нашли время для этого визита. Мне бы хотелось с вами кое-что обсудить.

— Была бы рада вам помочь, ваша светлость, но, к сожалению, мой корабль отходит всего через несколько часов.

— Вот как, — хмыкнула я, переводя взгляд с находившейся в другом конце гостиной насторожившейся Вельды на источающую любезность и довольство Винсеро. — Мне это кажется или вы просто решили сбежать подальше от опасности?

— Вы знаете? — выражение лица, и взгляд леди Аделаиды тут же изменились, перестав источать патоку, став серьёзными и внимательными.

— Не так много, как бы мне хотелось, но достаточно, чтобы захотеть остановить это безумие. И мне нужна помощь тех, кто готов меня поддержать.

— Вы прочли дневник? — поинтересовалась леди Аделаида, поудобнее устраиваясь в кресле.

— Пролистала, — признаваться, что его содержимое мне показалось не внушающим доверие, я не стала. Хотелось увидеть и услышать реакцию графини на то, что её фальшивке не уделили необходимого внимания. Леди улыбнулась кончиками губ, заметив:

— Вы меня не разочаровали, миледи. И всё же, уделите на досуге ему чуть больше своего времени и прочтите. Ключ к шифру очень простой. Если присмотритесь к орнаменту на обложке — найдёте. А мне уже пора. Корабль скоро отправится, а мне нужно ещё добраться в порт. Помните, я была и остаюсь доброй подругой вашей матери. И к тому же мы хоть и дальние, но родственники. Если вам захочется отдохнуть от двора, подлечить нервы, — а в вашем положении это просто необходимо, — вы можете воспользоваться гостеприимством моей семьи. Неподалёку от Теоны у меня имеется небольшое поместье. Всего с десяток лиг в сторону Ормина. Кроме кухарки и садовника там никто не живёт. Вы будете там желанной гостьей. Но, если вам понадобиться срочный совет от умного и надёжного человека, на улице Часовщиков в доме номер пять проживает одна весьма примечательная личность. Это мой добрый друг и… хотя нет, пусть будет просто друг. Его зовут Даркус Орьендо.

— Орминец? — осторожно поинтересовалась я, боясь спугнуть графиню.

— Наполовину, — не стала отнекиваться леди Винсеро. — Вы имеете какие-то предубеждения против этой страны?

— Предубеждения? Откуда им быть? Я ведь сама наполовину орминка, — усмехнулась я. — По матери. И мне будет интересно пообщаться с кем-нибудь из её соотечественников. Благодарю вас, графиня за визит. Не буду вас задерживать перед дальней дорогой.

Я решила не отказываться от предлагаемого знакомства. Тем более, что в отчетах у Альда это имя пару раз мелькало. Не больше. Видимо, леди Винсеро не хотела афишировать своё тесное знакомство с «близким другом». А мне это знакомство может пригодиться, если уж совсем припрёт. Мы с графиней ещё несколько минут потратили на «реверансы» и она, наконец, свалила. А я задумалась о том, что ситуация принимает серьёзный оборот, раз даже Винсеро предпочла исчезнуть.

— Может, стоит воспользоваться предложением графини? — завела разговор, молчавшая до сего момента Вельда. — Небольшое поместье в тихом месте было бы идеальным вариантом, чтобы спрятаться и переждать.

— Если бы всё было так просто, Вельда, — мне стало грустно от того, что я не могу быть такой вот немножечко наивной, как она. — На самом деле леди Винсеро только что мне предложила защиту и покровительство Ормина. А что они могут попросить взамен, я пока не знаю, но могу предположить. И нам это не подходит, однозначно. Шесская империя нас просто сотрёт с лица земли. Придётся хитрить и лавировать. Я пообещала графине подумать над её предложением. Возможно, нам всё же придётся обратиться к ним за помощью.

К арахнам решили сходить ближе к вечеру. Вроде как вышли погулять и случайно забрели в ту часть двора. Я думала, что моего слова окажется достаточно, чтобы получить возможность подойти поближе. А там бы я сориентировалась по обстановке, что-нибудь придумала бы, чтобы попробовать попасть внутрь. Но уже на подходе к зданию, в котором содержались арахны, стало ясно, что этот номер не пройдёт. Охрана стояла слишком плотно, чтобы я могла проскочить незамеченной.

— Единственный выход, ваше высочество, это сжечь! — Самозванец в компании с каким-то самодовольным толстяком обсуждали питомник. Если бы не противный голос упитанного господина, я бы Лжеальда не сразу заметила.

— Стойте! — пришлось притормозить фрейлин и попытаться прислушаться к разговору.

— Огонь сможет их уничтожить. А потом вы выпишите из империи других, более поддающихся дрессировке и подчинению.

— Неужели нет иного средства?

— Увы, — толстяк развел руками. — Ваши арахны полуразумные магические существа. Случившееся с ними неприятность не поддаётся объяснению. Известно, что на них не действуют никакие яды, к тому же, они сами чрезвычайно ядовиты и опасны. Нельзя допустить, чтобы они оттуда выбрались. Предоставьте мне решение этой проблемы. Я всё сделаю в лучшем виде.

— Что вы собираетесь сделать? — я не выдержала и поспешила подойти вк самозванцу.

— Дорогая, что вы здесь делаете? — притворно удивился поддельный Альд. Но я видела, что он некоторое время наблюдал за мной. — Здесь очень опасно. Вернитесь к себе и никуда не выходите без охраны.

Опасно? Уверена, самую большую опасность для меня представляет он сам и его прихлебатели. И то, потому, что я не знаю, что от них ожидать. Хотя, если взять прошлый вариант самозванца и этого, то между ними много общего. Про таких говорят — ни стыда, ни совести. А, если добавить жестокость и желание отыгрываться на других за свои промахи и собственную слабость, то и вообще характеристика получается отвратная.

После того, как я познакомилась с Шейшей и переборола свою арахнофобию, огромные боевые пауки не казались мне такими уж и ужасными. Благодаря Шейше я начала их немного понимать и знала точно, без причины ни один из них, ни на кого бы не напал. А причина, как мне кажется, стояла прямо передо мной и нагло улыбалась. И ещё смела делать вид, что беспокоится о моей безопасности.

— Я никуда не пойду, пока не услышу разумных объяснений происходящему. Это и мой замок и я должна знать, что здесь происходит.

— Дорогая моя, — снова завёл привычную песню самозванец. — Это не стоит твоего внимания. Просто мои милые боевые паучки немножко сошли с ума и стали опасны.

Тут Лжеальд попытался взять меня за руку и увести прочь. Но я увернулась.

— Вы хотите их убить?

Боже мой! Несколько десятков живых существ, разумных существ и сжечь⁈ И где-то там моя Шейша, ласковая как котёнок и необычайно умненькая.

— Я не позволю! — решительно заявила я и направилась в сторону входа в питомник.— –Они разумны и я уверена, с ними можно договорится! Я могу попробовать.

— Лея, стой! Вдруг они и правда, так опасны? — голос встревоженной Майлы подстегнул меня перейти на бег. Дважды приходилось уворачиваться от охраны. Солдаты опасались подходить близко к стенам питомника, а я только сейчас обнаружила, что перекрыть все щели удалось не полностью. И оттуда периодически вылетали плевки паутины и застывали неприятными комьями на земле. Тем же, кому не повезло, и эта липкая субстанция попала на одежду или руки, вынуждены были срочно обратиться к лекарям. Пропитанная парализующим ядом паутина, могла доставить неприятности своей жертве.

— Леди, стойте! Не ходите туда!

— Лея!

— Ваша светлость!

Я бежала к заложенной засовом двери, попутно уворачиваясь и от летящей паутины, и рук тех, кто пытался меня остановить.

В голове крутилось: что я делаю? Зачем? Я сошла с ума, решившись в это вмешаться? И вместе с тем пришло понимание, что не смогу спокойно жить дальше, меня просто сгрызёт совесть, если я позволю убить Шейшу и тех, кто вместе с ней прятался за дверью питомника. Они ведь разумны, хоть и совсем другие. И по сути, это будет убийством.

Вскоре охрана перестала делать попытки меня остановить — арахниды своим обстрелом отогнали всех подальше. Это придало сил и уверенности — значит, я всё делаю правильно. И арахниды вовсе не сошли с ума, а действуют очень уж продуманно. Только я не одна такая сообразительная оказалась. Самозванец тоже понял, что представить огромных боевых пауков взбесившимися и потерявшими контроль больше не получится. И отдал приказ применить против них боевые амулеты. И ничего, что на линии огня находилась я. Видимо, это обстоятельство вызвало замешательство среди солдат, зато дало мне пару минут форы.

Замок на двери не хотел поддаваться. Руки тряслись, даже волосы на затылке, кажется, встали дыбом. Хорошо, что всегда таскаю с собой универсальную отмычку. Замок щелкнул, но вот тяжеленный засов поддаваться не желал. Не знаю, откуда у меня только силы взялись. Просто рванула и едва не упала, когда дверь под чьим-то напором отлетела в сторону. Внутрь меня втащила неведомая сила. Я ещё успела заметить, как сбоку мелькнуло чёрное тело здоровенного боевого арахнида, который прицельно запустил в охрану что-то весьма неприятное. В ответ прозвучали испуганные крики и ругательства. Моё появление нарушило возведённый вокруг питомника защитный контур, сдерживающий ментальные атаки арахнидов. И теперь они собирались дать достойный отпор тем, кто хотел их уничтожить. Всё это пролетело в моей голове за доли секунды, а потом я получила ментальный удар и свет померк.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ. НЕТ НЕРАЗРЕШИМЫХ ПРОБЛЕМ, ЕСТЬ НЕПРИЯТНЫЕ РЕШЕНИЯ

Расположившаяся на невысоком холме белоснежная трехнефная базилика, вся увитая плющом, и утопающая в зарослях лоницеры и снежноцвета, вызывала двойственное впечатление: первое впечатление заброшенности перебивалось ощущением единения с чем-то огромным, всеоблемлющим. Храм словно купался в солнечном свете. И, если бы не замершая неподалеку от входа мраморная женская фигура, вся укутанная плащом, с алебардой в одной руке и весами в другой, никто никогда бы не подумал даже, что это храм богини Смерти. Лицо Амсет скрывалось под глубоким капюшоном, изящная и тонкая рука легко держала страшное оружие. Поговаривали, что взывая к суду Амест или моля богиню о милости, ты должен быть готов расплатиться за божественные услуги. И ценой может стать что угодно.

Внутри большого зала не пылинки, в глубине прячется белоснежный алтарный камень. Чезаре Торено внимательно осмотрелся. Всё выглядело не так, как он привык. Откуда в храме Амсет столько света и тепла? А эти белоснежные стены? Разве должен храм богини Смерти выглядеть так?

— Шерисс, ты уверен, что мы попали по адресу? — усомнился он, ещё раз осматривая внутреннее убранство храма.

— Ты говорил, что боги перестали откликаться на молитвы, — усмехнулся в ответ Гэри Элиот, сгружая свою ношу на алтарный камень. — Не это ли причина их молчания, как думаешь?

— Всего лишь из-за цвета? — удивился Торено, не отводя взгляда от графа Шерисса. — Что ты собираешься делать?

— Из-за цвета? — переспросил Гэри, стаскивая с бессознательного тела на алтаре верхнюю одежду. — Из-за неуважения, в первую очередь. Тащи сюда второго. Будем звать Амсет. А чтобы богиня наверняка откликнулась, нужна жертва.

— Хочешь пустить кровь этому бессловесному? — кивнул на тело Арсэля Оушша Торено.

— Хочу пустить кровь обоим, — меланхолично произнёс Гэри, спокойно размещая с другого края точно такое же бессознательное тело Альда Шесского. — Они оба, считай уже на пороге Грани. И Амсет их приберёт обоих. Но мы можем схитрить и предложить ей лишь одного из них. Кого? Она выберет сама. Наше дело лишь сделать так, чтобы ритуал состоялся.

— Ты решил принести имперского принца в жертву?

Торено показалось, что он ослышался. Но Шерисс затащил на алтарь обоих и теперь деловито рисовал какие-то значки на полу вокруг алтаря.

— Шерисс, ты чокнутый придурок! Если ты это посмеешь сделать, я тебя убью!

Всю дорогу ныли раны, сломанные рёбра не позволяли нормально дышать. Но боль от синяков и ушибов меркла перед только что услышанной новостью. Он волок на себе Альда до обещанного храма, надеясь на помощь и поверив обещанию Гэри, что он сможет того вылечить. А теперь выходило, что всё было ложью? Красная пелена заслала взор, кажется, из него даже воздух весь выпустили. Не помня себя от бешенства, не видя ничего вокруг, Торено бросился на врага. Враг, на удивление, оказался слишком вёртким и в руки попадаться не желал. Зато удары наносил чувствительные, и не скажешь, что не воин, а простой артефактор. В какое-то мгновение Торено показалось, что он оступился, и вроде бы даже со всего размаха приложился об острый край алтарного камня. Свет перед глазами померк, появилось впечатление, что его засасывает в какую-то трубу. А мимо на фоне черноты с небывалой скоростью пролетают маленькие мигающие звёздочки.

— Ну вот, всё и решилось, — усмехнулся артефактор, вытирая испачканные руки об остатки камзола Торено. — Не стоит недооценивать тех, с кем имеешь дело. Я эту истину уже усвоил.

Окропившая алтарь кровь бесследно исчезла, впитавшись в светлый камень. Нарисованные на полу символы вспыхнули голубоватым светом, озарив соткавшуюся из ничего женскую фигуру.

— А это может быть интересно, — улыбнулась она. — Тело без души, ещё два на пороге Грани: господин и его верный друг. Чего же ты хочешь, смертный?

Упавший перед ликом богини на колени Гэри, осмелился приподнять голову и заглянуть ей в лицо. И тут же об этом пожалел. Накатившая дурнота придавила его к мраморному полу, вынуждая почти на нём распластаться. Взгляд Амсет ужасал. Божественная сила лишала возможности нормально дышать. Но нужно было что-то ответить. Говорят, боги читают людские души, но Гэри не стал бы на это рассчитывать. Вдруг Амсет оскорбится его молчанием или просто уйдёт, унеся с собой принесённые жертвы?

— Справедливости! Я хочу справедливости!

— И чем же ты готов за это заплатить? — голос богини, кажется, звучал отовсюду. Сила клонила к земле, ощущение, что всего лишь маленькая песчинка на пороге Вечности, заставляло чувствовать себя ничтожным. Но Гэри Элиот понимал, что все эти ощущения наведённые. И стоит только божественной силе исчезнуть — уйдут и они.

— Разве за справедливость следует платить? — набравшись смелости, прохрипел он.

Амсет рассмеялась.

— А ты наглец! Но так и быть, ты получишь свою справедливость. Плату возьму с каждого.

Вспыхнувший яркий свет на несколько мгновений ослепил. От внезапного раската грома содрогнулись стены храма. Гэри, стоя на коленях перед Амсет, боялся даже пошевелиться. Потом всё стихло. А вместе с наступившей тишиной стало понятно, что богиня покинула храм, унеся с собой два тела. Кого? Гэри этого не знал, но очень понадеялся, что у Амсет представление о справедливости совпадает с его собственным.

— Где я? — фигура на алтаре шевельнулась. — Что со мной случилось?

* * *

В себя пришла от похлопываний по лицу и ругани. Смутно знакомый голос выговаривал, что только редкая дурища полезет без защиты к разозлённым арахнидам, и при этом ещё и попадёт под срикошетивший ментальный удар. Голос я узнала — Мар Коулд во всей своей красе. Интересно, кого это он так пытается уколоть? Воспоминания нахлынули сначала тоненьким ручейком, постепенно превращаясь в полноводную реку. Вспомнилось и сегодняшнее утро, и планы на день, которые все странным образом порушились, и свой забег к питомнику арахнидов. Действительно, дурища. Ни отнять, ни прибавить. Хотела ведь всё сделать тайно. И почему меня на глазах у всех понесло к дверям паучьего питомника? Глупо и недальновидно. Собственный промах вызвал досаду, я сделала глупость и сожалела об этом. Но вовсе не означало, что я могу позволить кому-то отзываться обо мне уничижительно. Поэтому, собравшись с силами, приоткрыла глаза. На то, чтобы оглядеться, понадобилось пару минут.

Что сказать? В памяти сохранилось совсем другое место. Нынче в царстве арахн было пустовато и уныло.

— А, где все? — слова вылетели сами, опережая мысли.

— Погибли, — поморщился граф Алесский, отодвигаясь от меня на полметра и устраиваясь на сплетённом из паучьих нитей пуфике. — Лея, как вам в голову пришло сунуться сюда без защитных амулетов? Да ещё и на глазах у всех! Вы понимаете, что это позже вызовет неприятные расспросы? Репутация жены принца должна быть безупречна. Если распространится сплетня, что вы, рискуя жизнью, рвались сюда, ко мне — нам обоим несдобровать. Его высочество может быть очень жестким даже к своим близким.

— Наслышана, — буркнула я, оглядываясь по сторонам. — Расслабьтесь, ваше сиятельство. Уже не имеет значение, что о нас будут говорить. Мёртвым всё равно, а если выживем, тогда и будем разбираться.

Мар Коулд был прав на все сто, но согласиться с ним и признать, что поступила необдуманно — такое себе удовольствие. Другими словами, меня заело. Я отлично помнила, кто такой Мар Коулд и что он собой представляет. И как он ко мне относился раньше. Скажем так, сформировавшееся об этом человеке мнение не предполагало дружеских отношений.

— Неудобные вопросы сейчас не самое страшное. Это место собираются уничтожить вместе со всеми обитателями. Я не думала, что вы превратите местообитание арахнидов в свое убежище. Не ожидала вас здесь увидеть и пыталась сюда попасть совершенно по другой причине. Где-то здесь находится мой друг, и я просто не могу позволить, чтобы она пострадала.

— Здесь никого кроме нас с вами и двух моих боевых товарищей больше нет. Надеетесь, что ваше здесь пребывание спасёт нас от огня? Напрасно. Меня бы это не остановило. Не знаю, кто отдал приказ, но уверен, им всем не поздоровится, когда вернётся его высочество.

Что-то в услышанном меня царапнуло, но я не сразу смогла уловить что. Понимание, что Коулд сказал истинную правду, не добавило оптимизма. А стоящие в оцеплении гвардейцы действительно выполнят любой приказ того, кого они считают своим принцем. По правде говоря, когда я мчалась сюда, мне эта мысль даже в голову не пришла. У меня словно отключились все инстинкты, кроме желания спасти Шейшу. А теперь я вот задумалась. Для решившего от меня избавиться самозванца — мой забег сюда просто шикарный шанс. А вину спихнуть можно на взбесившихся арахнидов. А вот хрен ему!

И следом нагнало ещё одно озарение: а ведь самозванец был в курсе, кто нашёл укрытие в питомнике. Судя по словам того же Коулда.

— Шейша! — мысленно позвала я, чувствуя идущую от моей паучонки волну довольствия и радости. Я тоже была рада узнать, что маленькая арахна осталась жива. А теперь мне нужна была её помощь. Хотелось расспросить мелкую арахну о том, что здесь произошло. Ну и попросить о содействии. И заодно надрать пушистую жопку за самодеятельность, если мои подозрения верны.

— Нужно отсюда выбираться, — решил Мар Коулд, поднимаясь с места. На его свист тут же откликнулись две огромные хитиновые тени, замершие неподалёку от входа. И я, наконец, в мельчайших подробностях смогла увидеть воочию, что собой представляет боевой арахнид. От разведчиков и сторожей они отличались: во-первых, своими размерами, а во-вторых, строением головы и хитинового покрова в целом. Этакая машина смерти. Оторвёт голову и не заметит.

— Там во дворе оцепление. Вас не выпустят, — решила на всякий случай предупредить. — Как вы вообще здесь оказались? Альд вместе с графом Торено собирался посетить какой-то замок у побережья. Вингард или Вигард, не помню. Разве вы не вместе отправились?

— Нет,- зло сплюнул на пол Коулд. — У меня были свои дела в Тирре. Не успел вернуться — как напали. Хорошо, что смогли сюда добраться и забаррикадироваться. Меня интересует другое. Как вы, леди Лейлада, решились прийти сюда? Арахниды достаточно устрашающе выглядят. К тому же женщины, обычно, терпеть не могут пауков.

Вот она, мужская логика во всей красе. Если ты женщина, то ты просто обязана бояться пауков и мышей. Но, последних, положим, я и дома не сильно опасалась. А свою арахнофобию я смогла преодолеть уже здесь. К тому же Шейша такая мягонькая, пушистенькая и ласковая, как котёнок. И совсем не страшная.

Мелкая как раз успела спуститься откуда-то сверху и пружинисто шмякнулась на мои ноги. Не прошло и минуты, как по мне пробежались маленькие, но очень твердые лапки. И судя по реакции Мара Коулда, он о её здесь присутствии даже не догадывался. А его боевые монстры ему не доложили.

— Шейша, слезь с меня, маленький слоник, — я сделала неудачную попытку отцепить радостно что-то стрекочущую малышку. — Как же я рада тебя видеть, моя хорошая!

— Как давно открылись ментальные способности? — весь подобрался Коулд, заметив, как я тискаю Шейшу. — А я всё гадал, отчего Ашшиашша вздумала чудить.

Что ж, мой секрет раскрыт. Но тут я уже ничего не могла поделать. Надеюсь, у Коулда хватит ума сохранить мою тайну в секрете. Но куда больше, чем собственное спокойствие, меня интересовала судьба Ашшиашши.

— Она тоже погибла?

— К сожалению, — кивнул мужчина, легко поднимаясь на ноги и подходя к выходу. Сквозь приоткрытую дверную створку можно было наблюдать за происходящим снаружи.- Откат докатился до сюда, оборвав все связи с гнездом. И вызвал дезориентацию у арахнидов. Многие действительно потеряли контроль и оказались уничтожены, а к другим применили какой-то магический яд. Лучше расскажите, что происходит снаружи, и что слышно от Альда? — в приказном тоне потребовал Мар Коулд.

Честно сказать, я слегка офигела, а потом не выдержала и ядовито усмехнулась.

— А вы ещё не поняли? Это заговор с целью захвата власти. И сейчас там во дворе орудуют заговорщики под видом верных слуг и вассалов. И Альд, кстати, тоже там. Точнее, самозванец с его лицом. Уникальная разработка одного талантливого артефактора. Можете сами удостовериться, если не верите моим словам. Рискните высунуться из укрытия и вас тут же ликвидируют. Как свидетеля, способного распознать фальшивку.

— Проклятые орминцы! — выругался Коулд. — Без них точно не обошлось. А вам, откуда известно про заговор и самозванца? Решили поучаствовать и вернуть своё наследство? Может, сами всё и организовали вместе с родичами?

— Причём тут орминцы? — разозлилась я. — А меня вы, каким боком решили сюда приплести? Можно подумать, других желающих не найдется.

Злющий Мар вызывал опасения. Вдруг прикажет своим восьмилапым друзьям со мной разобраться? Шейша, тут же почувствовав мою тревогу и прочитав мысли, приподнялась на лапках и угрожающе застрекотала на Коулда. А я внезапно успокоилась. Моя маленькая соратница меня в обиду не даст, даже, если я сейчас возьму и выскажу всё, что я думаю о происходящем и умственных способностях самого Коулда и Альда в придачу. А ещё о леди Винсеро и неизвестном кукловоде, который умело, дергает своих марионеток за ниточки, при этом сам, оставаясь в тени.

Моя паучонка тут же спроектировала мне в мозг изображение арахнида с человеческим лицом в центре огромной паутины. А потом этот монстр вдруг стал стремительно меняться и превратился в одного из тех придворных, кто сотнями трутся при дворе, в ожидании милостей. Правда в его внешности мне что-то неуловимо показалась знакомым, но я так и не поняла что.

— Ты хочешь сказать, что тот, кто всё это затеял, он из ваших, или оборотень, да? — обернулась я к маленькой арахне. На что мелкая возмущенно застрекотала, обозвав меня дурочкой. Она всего лишь хотела показать мне через аллегорию того, кого она определила как самого главного. Кто же виноват, что я такая недогадливая?

Мне этот мужчина был незнаком, но возможно его может опознать Коулд. Только вот как ему описать его внешность, не вызвав десятка новых вопросов?

— Вместо того чтобы подумать, пораскинув мозгами, вы ищете козла отпущения, на которого можно не только свернуть вину за свои неудачи, но и повесить организацию заговора. А между тем этот заговор не вчера случился. Меня ещё на свете не было, когда всё это только начиналось.

Я всё-таки выплеснула всё, что накопилось. Свои обиды, мысли, догадки, подсказки Шейши и всё, что удалось узнать. А когда выдохлась, обнаружила подсунутую под нос фляжку с водой.

— Вот, выпейте и успокойтесь. А теперь, давайте с самого начала.

Пришлось описывать происходящее день за днём, как я его вижу. И про подслушанный разговор в кабинете, и про стыренные папки, и про визит леди Винсеро, отравления и мелкие пакости. О том, что я уже успела распорядиться частью имущества, я решила благоразумно промолчать.

— Я всё хотела спросить, почему вы с Альдом решили, что я не дочь герцога Эльдиана? Из-за Хранителя, который на меня не отреагировал? Или есть ещё какие-то основания?

— Леди Лейлада, — я непроизвольно поморщилась при звуках моего нынешнего имени. Оно у меня вызывало оскомину. И Коулд это заметил и тут же исправился. — Лея, что вам известно о вашей матери?

— Судя по дневнику, подсунутому мне леди Винсеро, моя мать — бедная овечка, которую едва не загрыз коварный имперский волк, но Альд мне рассказал другую версию и я теперь уже и не знаю, чему верить. Возможно, сейчас я от вас услышу третью. А может быть, стоит спросить леди Элвею саму?

— Она заперлась в горной обители и не показывается. Во всяком случае, на все наши предложения о встрече было отвечено отказом. Леди не желает никого видеть, чуть ли не обет молчания приняла.

— Граф Коулд, а вы уверены, что мы говорим об одной и той же леди? Вас во всей этой ситуации ничего не смущает?

Меня уже давно здорово напрягало то, что мифическая леди Элвея, якобы коротающая свои дни в какой-то там неприступной обители, находящаяся буквально под домашним арестом, умудрилась передать мне свой дневник. Да и не через абы кого, а через свою родственницу, которая была шпионкой соседнего короля. И это при том, что место, где сидела взаперти леди, охранялось не хуже Алькатраса.

Ну не желали пазлы складываться как нужно. Всё время вылезали какие-то новые детальки. Обо всём происходящем пятнадцать лет назад я знала с чужих слов, но однажды задумалась: а с чего я решила, что мне рассказали правду? Люди могут недоговаривать, искажать смысл, хитрить и лицемерить. Именно поэтому я и написала письмо леди Элвее с просьбой о встрече. Должна же любящая мать откликнуться на призыв о помощи от дочери?

— Вам что-то известно? — тут же среагировал на мои подначки Коулд.

— Ничего, — я уже откровенно лыбилась, глядя на нахмуренный лоб и сжатые в ниточку губы. Недовольство во взгляде мой собеседник постарался скрыть, но не слишком удачно. — Подумайте сами. По словам Альда моя мать любила балы, приёмы, получала искреннее удовольствие от своего положения в обществе. Ей было что терять. Вы можете себе представить, чтобы человек, имеющий практически всё, смог отказаться от мирской жизни без серьёзных на то оснований? Это такая редкость. Уйти в монастырь из-за скорби о погибшем муже? Но по вашим словам моя мать была ветреной особой и замуж вышла исходя из выгоды. Можно ли этому верить? Думаю, если вы всё же сказали правду, то в обители давно уже никого нет. Леди Элвея покинула её очень давно. И я даже предположить не могу, где она сейчас может находиться. При условии, если вы её верно охарактеризовали.

— Это всего лишь ваши домыслы, — заупрямился Мар Коулд.

— Я могу попробовать поискать доказательства, попробовать выманить маменьку на встречу, а там хорошенько расспросить.

— Она на это не пойдёт, уверен. И я запрещаю рисковать собой. Или…. — тут Мар Коулд многозначительно помолчал. — Вы, леди Лея, вы всё-таки с заговорщиками заодно и вам дали какие-то гарантии безопасности?

Ну, начинается… Старая песня о главном. Пластинку заклинило. Умом я понимала, что попадаю под подозрение из-за своих странностей и того, что слишком много знаю. И умею рассуждать, чего не принято у местных леди. Мужчины привыкли видеть глупеньких, недалёких особ, не утруждая заглянуть под маску. Я же себя притворством не сильно утруждала. Но слышать в который уже раз от графа Коулда, что он считает меня причастной к происходящему — неприятно. Но, если Мар Коулд ожидает, что я сейчас начну оправдываться или что-то доказывать, то совершенно зря. И не собираюсь.

— Ох, чор! Я думал, они всё же не посмеют!

— Не посмеют что? — поинтересовалась я, тиская Шейшу. Я уже успела выяснить у мелкой, какими тайными тропками она пробиралась в замок. И оказалось, что большинство из них недавно были обрушены или надёжно замурованы.

— Использовать боевые заряды и всё тут сжечь. Я попробую поставить щит. Возможно, нам повезёт уцелеть.

— Шейша говорит, что здесь есть ход, по которому отсюда можно выбраться.

— Все ходы уничтожены, — тут же возразил мне Коулд. — Мы уже начали один раскапывать, но приходится всё делать медленно и осторожно. А время поджимает.

— Шейша говорит, что это другой ход. В том прежнем сейчас небезопасно. Но ход очень узкий и ваши друзья могут и не протиснуться.

Я кивнула в сторону боевых арахнидов.

— Мы будем прорываться! — принял окончательное решение Коулд. Слушать мои доводы он не пожелал. — Чем быстрее я доберусь до его императорского величества Фебера, тем быстрее он пришлёт сюда армию. И с заговором будет покончено!

И утопит герцогство в крови, — я недовольно поморщилась, представив, сколько жизней унесёт это противостояние.

— А вы поедете со мной. Думаю, император будет рад познакомиться с женой своего младшего сына. Для вас там найдётся место.

Ещё как найдется. Место почётной заложницы. А ещё я помнила про клятву верности для ментальных магов. Что-то меня не тянет её приносить императору.

— Я не поеду! — заявила решительно и, поднявшись со своего места, направилась в сторону найденного маленькой арахной хода. — Мы с Шейшей попробуем пробраться в замок через сохранившийся потайной ход. А потом я постараюсь найти укромное место и переждать. В любом случае, покидать герцогство я не планирую.

— Вы здесь ничего не решаете, — оборвал мои возражения граф Коулд, подавая сигнал готовности своим хитиновым спутником. Меня же просто решили вообще транспортировать в виде груза. Этого уже стерпеть я не смогла.

— Шейша, куси его! Пусть поспит часик — другой.

Мелкая не подвела и тут. И хотя боевые арахниды протестующе шипели, но тронуть маленькую самочку они не посмели. Ведь теперь по их законам, именно она стала матерью гнезда. А значит, стоит над всеми представителями рода. Только вот мой приказ маленькая арахна выполнила своеобразно. Куснуть — куснула, но не усыпила. Скорее ввела в некий транс, когда ноги двигаются, а голова не соображает. Или соображает, но команды телу отдаёт моя паучонка. Я только глаза на всё это вытаращила. Если Коулд в сознании и всё понимает, он мне этого унижения до конца жизни не простит. И отомстит при случае. Я в этом просто была уверена.

— Мелочь мохнатая, ты зачем это сделала? — удержаться от вопроса оказалось выше моих сил. Эмоции буквально распирали, толкали к действию.

— Детёнышшши, — прошипела арахна и бодро посеменила куда-то вглубь паучьих ходов-переходов, пока не привела к небольшой кладке. В сплетённом из паутины манеже копошилось десятка полтора пушистых комочков с ладошку величиной. Последнее потомство Ашшиашши.

Я удивлённо замерла, наблюдая за тем, как огромные арахниды очень ловко плетут что-то среднее между ловчей сетью и авоськой, потом быстро вылавливают это копошащиеся, шуршащее безобразие и аккуратно пристраивают на собственных спинах.

— Поспешшши, — прощёлкала Шейша, опять куда-то торопясь. Я думала ход, о котором говорила Шейша, окажется сродни тем, по которым передвигалась я сама. Но Шейша привела всех к узкой щели в полу, через которую не пролезла бы даже моя нога, не говоря обо всём остальном. Как мы будем отсюда выбираться, если проход слишком узкий и рассчитан на ребенка? Или на Шейшу.

Но отчаяние не успела пустить ростки, как один из арахнидов — тот, что крупнее, принялся ловко расширять проход, ловко выламывая из пола целые булыжники. Я удивилась, но вдаваться в расспросы не стала, наблюдая за тем, как движется работа. Откуда-то потянуло гарью. Видимо самозванец устал ждать, когда выкурят арахнидов из укрытия и велел закидать помещение огнём. Что, собственно говоря, и стоило ожидать.

— Ааа-тпууу-стиии-тие, — задёргался сидящий у стенки Мар. Связно говорить не выходило, но даже то мычание, что он умудрился издать, вынудило меня дёрнуться от испуга.

— Чего это он? — я обернулась к Шейше, прося арахну заглянуть к нему в голову.

— Хочет освободитьссся.

Шейша оказалась немногословна. Занятая наблюдением за тем, как движется работа, она не желала отвлекаться на такие мелочи, как моё недоумение и страх, и дерганье Коулда. Зато мне сразу стало понятно, что альдов ближайший друг не только в сознании, но и прекрасно отдаёт отчёт происходящему вокруг.

Вскоре проход расширился настолько, что можно было попытаться рискнуть в него сунуться. И хотя мне было боязно — не хотелось застрять где-нибудь на полпути и остаться там навсегда, но другого выхода, как выбраться из ловушки, я не видела.

Шейша щёлкнула хелицерами, и огромный арахнид отступил в сторону, пропуская двигавшегося как кукла на шарнирах Коулда. Мар, нигде не зацепившись и не застряв, легко проскользнул в проделанное в полу отверстие. Стоило ему исчезнуть, как зашевелились и арахниды. Меньший из них вдруг начал выделять густую пенистую жидкость и обмазывать ею свою хитиновую броню. А потом так и замер, весь покрытый липкой непонятной субстанцией. Я к этому времени настолько измоталась и морально, и физически, что даже не удивилась происходящему. Мысли в голове лениво шевелились, накатило чувство апатии. Хотелось просто лечь и отключиться. Пришлось приложить усилия, чтобы удержаться на ногах. Стояла и думала, что не мешало бы как-то, потом замаскировать этот чернеющий в полу провал. А то с самозванца станется облазить здесь каждый угол, вынюхивая, куда я могла деться. В версию, что меня растерзали пауки, он может и не поверить.

Вдалеке у выхода что-то грохнуло и это заставило арахнидов поторопиться. Не знаю, сколько прошло времени от момента, как я прошмыгнула в питомник — мне сложно сориентироваться. Могло быть полчаса или час. Не знаю. Но вполне вероятно, что счёт уже пошёл на минуты, а мы ещё не успели отсюда убраться.

— Шейша, нужно поторопиться!

— Не спешшши! — прошелестела арахна. Ашш ещё не готов.

Спросить, о чём идет речь, я не успела. Меньший из арахнидов, весь липкий и, кажется, закаменевший, внезапно шевельнулся раз, потом другой. После третьего удара об стену его внешний экзоскелет треснул и распался на две части. Из расколовшейся брони выбрался паук гораздо меньшего размера, но всё равно ещё внушительный. Я замерла в ступоре, наблюдая как лысенькое, непонятное существо, шевелит длинными лапами и осматривается.

— Это как это? Разве такое бывает?

— Линька, — прошелестела Шейша. — Ашш ещё растёт. Новая броня будет лучш-шше и больш-ше преж-жней.

Второй арахнид, увидев собрата, удовлетворённо застрекотал, после чего повернулся в ту сторону, откуда мы пришли. И убежал.

— Куда это он?

— Ушш-шёл прикрывать наш-шш отход.

Шейша отдала команду, голый паук, гораздо меньший в размерах без своей устрашающей брони, ловко подхватил сети с маленькими паучками и проскользнул внутрь хода.

— Нам пора, — Шейша подтолкнула меня в темноту провала. До этого мне казалось, что клаустрофобией я не страдаю, а тут накатил страх. Я понимала, что остаться будет самой моей большой глупостью. К тому же это ещё и небезопасно. Со стороны входа снова послышался грохот и крики людей. Запах гари уже добрался и сюда. Что же там такое происходит? Я на корню задавила собственное любопытство. Самозванец спешит удостовериться в моей гибели? Я ведь могу теперь считаться официально умершей или нет? Могу уехать куда захочу. А хочу ли я этого?

Перед глазами как живое встаёт лицо настоящего Альда. За что его убили? Я думаю о том, что будет, если Мар Коулд всё же доберётся в свою империю и расскажет императору Феберу правду. Ведь в той прежней версии событий граф Коулд был убит, якобы на охоте. Я почему-то не помню, что стало с Торено, но думаю, что тоже ничего хорошего. Ведь тогда, в моей первой жизни, никто не смог распознать самозванца. И первыми от кого он поспешил избавиться, были его близкие друзья и сподвижники. Как наиболее опасные. Что, собственно говоря, логично. Ведь они могли заметить подмену. Мне же дали возможность дожить до родов, потом объявили, что ребенок родился мёртвым. А я сама с горя спрыгнула с крепостной стены. Ага, сама себя убила. Вот только до сих пор между лопаток огнём горит отпечаток руки того, кто поспособствовал этому шагу.

А ещё согласно хроникам после смерти первой супруги Альд женился повторно, родил наследника, и вот тогда и выяснилось, что его род проклят. Учитывая, что живая кукла детей иметь не может, кто же тогда стал отцом следующего в роду герцога Готаррского? И на ком женился поддельный Альд? Вопросы множились, не находя ответа.

Жаль, что я в своё время оказалась невнимательной и не уделила достаточно времени изучению исторических хроник. Теперь бы не задавалась вопросами. Как говорится, знал бы, где упаду — соломки бы подстелил.

Как же всё запутано!

Пока летела вниз — всем богам успела помолиться. К счастью, полёт оказался коротким, а приземление мягким. Я свалилась в наскоро сплетённый из паутины гамак. Скользящая следом за мной Шейша проблем со спуском не имела, в отличие от стонущего в сторонке Мара Коулда, над неестественно вывернутой ногой которого, хлопотал арахнид. Я только головой покачала, наблюдая, как здоровенный паук пытался слепить нечто напоминающее лубок. Без лекаря нам явно не обойтись. Хорошо, что я смогла наладить контакт с господином Нормоном Нарьеном. Его услуги точно понадобятся в самое ближайшее время. Я уже начала подумывать о том, как стану добираться в свои покои. Придётся просить Шейшу, чтобы помогла и проконтролировала. Пока самозванец со своей сворой не успел очухаться. Всё же, уходить без даже смены одежда глупо. А у меня там много чего полезного осталось припрятанным. В том числе и разные бумаги.

Однако моим планам воспротивилась уже Шейша. Ей хотелось немедленно найти уединенное темное место глубоко под землей и обустроить там новое Гнездо. Меня просто с неимоверной силой потянуло забраться куда-то поглубже, припасть к холодной каменной стене, слизать капельку воды, сочащуюся из трещинки под потолком. Где-то неподалеку шуршал какой-то мелкий грызун, у меня просто руки зачесались поймать его, прижать к себе теплое трепещущее тельце, укусить, чувствуя, как в пустой желудок течёт такая теплая, живительная жидкость.

Я даже головой пару раз тряхнула, скидывая наваждение. И тут же вспомнила свой забег сюда.

— Шейша! Ты на меня как-то повлияла там во дворе?

Маленькая арахна резво соскочила со стены, на которой она висела пару минут назад, и бросилась ластиться, как нашкодивший ребенок, говоря о том, что она скучала и тревожилась. И что разлучаться на столь долгий срок очень плохо. И она ещё маленькая, ей хочется, чтобы её погладили по спинке, и почесали животик, и сказали, какая она молодец. А ещё не мешало бы подкрепиться, только она не уверена, что я стану есть крысу, которую ей, Шейше, удалось выследить. Ой, фу!

Манипуляторша.

Пришлось давить своим авторитетом старшей и убеждать маленькую самочку арахны, что её намерения хоть и хороши, но мне не подходят. И чтобы удовлетворить интересы всех, нам придётся разделиться. Кто-то должен будет остаться под землёй и обустроить логово для маленьких арахнидов, а кому-то придётся сопровождать меня. И лучше бы это была сама Шейша. Ну, я так думала. Правда паучонка с моими планами оказалась в корне не согласна. У неё в приоритете было выживание гнезда. Я это понимала, и на её месте поступила бы также. Но сидеть и ждать с моря погоды оказалось не по мне. Я просто физически ощущала, как тикают часы, отмеряя время полученной форы. Упущу и потеряю всё.

Ситуацию разрешил взрослый арахнид, сообразивший, что без его физической силы мы с Коулдом вряд ли сможем обойтись. Что-то прострекотав Шейше, он подхватил кокон с малышнёй и потопал в один из переходов. А вернувшись минут через пять, пристроил у себя на спине уже и Коулда, который к этому времени уже почти очухался после укуса арахны.

— Эй, куда ты его собрался тащить? Шейша, это уже не смешно. Ему нужен лекарь, а не нахождение в катакомбах!

По правде сказать, мне перед Маром было совестно. Это ведь с моей подачи маленькая арахна его куснула. Получается, и пострадал тоже по моей вине. Хоть и косвенной. С другой стороны, мне граф Алесский ни разу не друг. И обеспечив его помощью лекаря, я свои обязательства перед ним выполню. После чего мы могли бы с ним разойтись в разные стороны, если бы не одно но. Коулд сильно рвался затащить меня в империю, что было совсем уж неприемлемо.

Шейша в очередной раз что-то прострекотав своему сородичу, мне по мыслеречи сообщила, что арахнид доставит своего хозяина в безопасное место. И я могу пойти следом за ним и сама во всём убедиться. Я не стала спорить, молча последовала за неторопливо семенящим арахнидом, чьё тело уже начало покрываться новой хитиновой бронёй.

Удивительные создания. Разумные, но вместе с тем абсолютно чуждые. У них своя логика, не похожая на нашу. Менталитет и ценности. Они внушают страх своим обликом, но вместе с тем могут быть верными товарищами и друзьями.

Блуждание по подземным переходам не прошло даром моего внешнего вида. Через часок я стала похожа на замарашку: в голове полно песка, одежда похожа на рваные тряпки. В таком виде только в бега пускаться. Примут за нищенку и погонят прочь из города.

Самым моим большим желанием на данный момент было залезть в ванну и вымыться, но страх попасть в руки Лжеальда оказался куда сильней. Я понимала, что после всего случившегося, моё появление в коридорах замка вызовет много вопросов. И любой из приспешников самозванца попробует меня задержать. А потом начнутся расспросы. Можно, конечно, прикинуться дурочкой и заявить, что попала под ментальное влияние. И я тут совершенно не причём — меня заставили. Поверят ли? Вряд ли. Особенно в свете того, что моя гибель для самозванца очень выгодна. Проще обвинить в измене и казнить.

С другой стороны, если меня уже посчитали погибшей, значит, я свободна и могу отправляться на все четыре стороны. Нужно только найти бывшую герцогиню леди Элвею и сообщить, что её дочь жива, просто подалась в бега. Так и проклятия удастся избежать, и я получу возможность построить свою жизнь, как я того хочу. Став сама себе хозяйкой. Можно будет перебраться в Ормин или Тарию и жить себе спокойно. Только сделать всё это с умом. И уходить нужно не с пустыми руками. Кажется, я это себе уже раз третий повторила.

Бежавший впереди арахнид внезапно остановился, словно прислушиваясь к чему-то. Потом застрекотал, словно я его должна была понимать. Увы. Общаться у меня поучалось только с Шейшей. А та следовала за нами самой последней и дулась.

— Ашш говорит, что может нас провести в заброшенную башню. Там сейчас никого нет, — мешался в мой диалог с арахнидом Коулд. Граф Алесский тяжело дышал и морщился от боли, но с ядом Шейши уже почти справился — мог нормально говорить и даже двигаться.

— Вы его понимаете? Как вы себя чувствуете? — посыпались с меня вопросы.

— Понимаю. Хреново. Вы коварная женщина, леди Лея, — едва слышно сообщил Мар Коулд. — И непредсказуемая, как летний шторм.

— Язвите? — осведомилась я, глядя на то, как граф устраивается на спине своего арахнида. Мне, в отличие от него, приходилось передвигаться на собственных ногах, и я едва за ним поспевала. — Значит, всё в порядке.

Добравшись до своей цели, арахниды тут же развернули бурную деятельность по обустройству нового местообитания. Как я поняла, в подземелье этой башни Ашш устроил новое логово и разместил там малышню. Шейша же разрывалась между присмотром за ними и желанием помочь мне. И я, видя метания мелкой, решила всё за неё.

— Иди к ним. Мне поможет Ашш. Если ты мне понадобишься — я позову.

Глупо? Возможно. Но я надеялась сама разрешить свои проблемы. К тому же, если так подумать, Шейше придётся привыкать жить самостоятельно. Если я решу покинуть Готарру, то взять её с собой не смогу. Это будет равносильно табличку себе на лоб повесить: Лейлада Готаррская в бегах. И чем больше я об этом думала — тем муторнее на душе становилось. И, что же мне делать?

Лекаря Нормана Нарьена притащил Ашш. Умыкнув из собственных покоев почти до смерти напугав. И только наше с Коулдом присутствие привело лекаря в себя. Хотя он ещё некоторое время вздрагивал и оглядывался по сторонам. От него же мы узнали о том, что твориться в замке. Меня действительно объявили погибшей. А вину за случившееся возложили на графа Мара Коулда. Якобы, гад такой, связался с орминцами и замыслил переворот. Пытался убить принца, отравил всех арахнидов, отчего те взбесились, и как вишенка на торте, попробовал похитить герцогиню, использовав ментальное внушение. Но несчастная оказала сопротивление и погибла.

— За вашу голову, ваше сиятельство, — мрачно озираясь вокруг себя, сообщил лекарь, — назначена невиданная награда. Три тысячи золотых шессов.

Чёрт! Черт! Черт! Проклятый самозванец! Как я не подумала о том, что если вот этот слух сейчас же дойдёт до леди Элвеи, то она опять всех проклянёт. Планы строила, дурочка. И опять всё пойдет по тому же самому сценарию. Что же делать?

— А откуда взялись доказательства моей гибели? — Я заметалась по комнате, перебирая в голове различные варианты своих действий.

— Так ведь тело нашли обгорелое. «Его высочество» опознал в нём вас, — ответил лекарь, пряча от меня взгляд.

— Вот же! Чтобы ему провалиться! — я снова заметалась по комнате.

— Сядьте и не мельтешите! — рыкнул на меня, чем-то озабоченный Коулд. — Норман, вы уверены, что через двое суток смогу ходить?

— Могу ускорить, — хмыкнул господин Нарьен, но тогда ваш организм исчерпает все свои ресурсы. Понадобиться усиленное питание и лучше бы у вас с собой были накопители. Боюсь, моих сил может не хватить.

— А что ещё слышно про захват? Больше никого там не нашли?

— Если вы про своего паука, то он, разметав гвардейцев, смог удрать в город. Теперь его усиленно ищут.

— Надеются, что Рашш приведёт их ко мне, — усмехнулся Коулд, мстительно блеснув глазами. — А не пора ли нам устроить ловушку? Нарьен, прошу вас, сделайте вот что…

Дальше я не услышала, потому что один слишком мнительный гад просто поставил купол тишины. Я только видела, как у мужчин шевелятся губы. Потом лекарь с Коулдом пожали друг другу руки и распрощались. Подозрительно это всё.

— О чем вы говорили с господином Нарьеном? — моя паранойя ещё больше усилилась после того, как граф Алесский ухмыльнувшись в ответ, заявил:

— А вот это, дорогая леди Лейлада, не вашего ума дело. Сидите тихо и не мешайтесь в эти дела — и останетесь в живых.

После чего мне резко расхотелось, что-либо вообще ему рассказывать вообще. Настроение стремительно стало опускаться к отметке минус сто. Мало того, что новости оказались неутешительные, так ещё невозможность сменить одежду и привести себя в порядок изрядно подбешивали. Меня всё раздражало: отсутствие элементарных удобств, самодовольство Коулда, сама ситуация, в которую я вляпалась благодаря вмешательству Шейши. Все намеченные планы из-за маленькой арахны полетели в тартарары.

Что мне делать?

Хотелось переговорить с Вейлой. Она, как самая разумная из моих фрейлин, могла бы чего-нибудь посоветовать. Но, увы. По словам господина Нарьена девушек сразу же задержали и препроводили на допрос к «Альду». За их молчание я не боялась. Всё же клятвы на крови что-то да значили. А вот их безопасность вызывала беспокойство. Неизвестно, что ещё учудит самозванец. И на что он готов пойти ради получения информации. А ещё Коулд тоже чудит.

К слову сказать, никто не смеет безнаказанно обидеть женщину, если она ни в чём не виновата. Особенно, когда у неё достаточно развиты фантазия и сообразительность. И есть в наличие масса свободного времени. С первым и вторым у меня было всё в порядке. А вот время стремительно убегало. Я просто чувствовала, как истекают отведённые мне минуты. Нужно было начинать что-то предпринимать. И первое, что я собралась сделать — привести себя в порядок. Но сначала я постараюсь выяснить, что с моими фрейлинами. И только убедившись в их безопасности, я обдумаю планы мести.

— Куда это вы собрались? — Мар Коулд заметил, что я отодвинула фальшпанель в кабинете и собираюсь воспользоваться потайным переходом. — Я вам запрещаю ходить одной. Это может быть опасно!

Арахнид, чувствуя недовольство хозяина, предостерегающе застрекотал. Ага, счас он будет мне тут указывать! Я угрожающе посмотрела на восьмилапого и мысленно протранслировала ему свою мысль.

— А ты вообще молчи и не отсвечивай. А то позову Шейшу, и она сделает так, что вы оба будете сидеть тихо-тихо и делать только то, что я скажу. Мне нужно вымыться и сменить одежду. А ещё нам нужна еда и вода. Хочешь, чтобы твой хозяин ослабел? Можешь пойти со мной. Будешь помогать носить вещи и охранять.

А уже вслух добавила:

— По делам: большим и маленьким. Послушайте, господин Коулд…

— Ваше сиятельство, — ту же поправил меня мужчина, поудобнее устраиваясь на кушетке. — Вы слишком самостоятельны, леди Лея, и бываете по-мужски прямолинейны. А иногда стоит просто подождать и переложить часть своих проблем на мужские плечи. Вы так не думаете?

— Ваше сиятельство, — послушно повторила я. А потом махнула рукой на все свои благие намерения вести себя хорошо. Чего ради? Если тут один местный абориген считает, что женщина должна быть чуть умнее табуретки, думать только о всякой ерунде да, о нарядах и развлечениях. Другими словами, быть пустоголовой, красивой куклой. Значит, сейчас ему прилетит бумеранг.

— Ах, — картинно прижала руку к голове и добавила в голос визгливых нот. — Моя причёска, она ужасна! А платье! Если меня кто-нибудь увидит в таком виде — это же кошмар! Позор! А слуги! Где мои слуги! Я без них не могу! Вы срочно должны мне помочь! Сию же минуту! Мне нужна моя камеристка, и мои чудесные платья! Что с ними сейчас станет? Их украдут! А мои чудесные туфельки! Ах, я сейчас упаду в обморок!

В голос добавила истеричных ноток, руку ко лбу прижала, и глазами так хлоп-хлоп-хлоп… и слезу по щеке. Я всем своим видом показывала, что собираюсь устроить длительную истерику. А что? Хочет мужик видеть образчик поведения местных леди? Флаг ему в руки — пусть радуется.

— Лея! — предостерегающе окликнул меня Коулд, видимо проняло. Я не смогла удержаться от насмешливой улыбки. Как же быстро он сдался. Ну и комедию тоже прекратила ломать.

— Вы уже определитесь, Коулд, что вам нужно. Чтобы рядом была глупая, капризная дурочка, или я, такая, какая есть. Только учтите, я вам не собака, команды выполнять не умею. А сейчас извините, но я должна решить некоторые важные вопросы, связанные с нашим бытом и пропитанием. И кое-что забрать из тайника. И думаю, не помешало бы послушать, о чём говорят слуги в замке.

— Я против! — продолжил упорствовать Коулд. — Это опасно, вас могут поймать.

— Жизнь вообще опасная штука, — философски заметила я, ныряя в темноту потайного хода. Надеясь, что Коулд, несмотря на недовольство и несогласие, вынужден будет смириться.

Паук же, немного пометавшись между нами с Коулдом, внезапно двинулся следом. Одно из двух: или получил соответствующий приказ от моего спутника, или всё же аргумент, что хозяин нуждается в пище, оказался более действенным. А может, подействовала моя угроза позвать Шейшу. Я только опасалась, что он не поместится в потайном ходе. Однако Ашшу удалось как-то ужаться. Появившийся новый хитиновый покров был ещё мягким и позволял арахниду протиснуться там, где он совершенно точно не прошёл бы в полной броне.

ГЛАВА ОДИНАДЦАТАЯ. НЕ МОЖЕШЬ ОСТАНОВИТЬ — ВОЗГЛАВЬ

Едва за девчонкой закрылась дверь потайного хода, как Мар подхватился с места и бросился к переговорному амулету. Благо, Ашш все его вещи притащил с собой, и теперь не нужно было заморачиваться в поисках необходимого. Задуманная Реем операция по выявлению злоумышленника с самого начала пошла не так. То ли они не всё просчитали, то ли их недруг оказался не так прост, как казалось на первый взгляд. Но как бы там ни было, сперва пришло известие с побережья, что в прибрежных водах были замечены корабли орминцев, потом непонятные разбойничьи шайки, буквально растворяющиеся в воздухе, стоит только устроить облаву. И циркулирующие слухи. Разные, но всех их объединяло одно: нелюбовь к чужакам. Это если не считать единичных случаев, когда солдаты герцогства становились якобы случайными жертвами от рук местного населения. Там бабушка грибочков ядовитых в похлёбку положила совершенно случайно, сослепу. Здесь в колодец кошка дохлая попала, тоже совершенно случайно. Собаки потрепали и загнали, а она там и издохла. И таких случаев становилось всё больше. Самое интересное, что местные даже случайно почему-то ни грибочками ядовитыми не травились, ни из заражённого колодца воду не брали. Стычки, драки, провокации. За пятнадцать лет готаррцы не только не смирились со своим положением, но, кажется, наоборот даже стали ещё злее и изобретательнее. Чего стоят только ходящие в народе анекдоты. Такие вот как этот.

Умирает старый готаррец и зовёт к себе жреца богини Матери, чтобы исповедоваться перед уходом за Грань.

— Хотел бы я покаяться, перед тем как умру…

— Ну, говорите, чем прогневали богов наших? Всегда ли вели такую жизнь, как нам заповедовала Пресветлая Мать наша?

— Не всегда, убил двадцать пять солдат нашего нового герцога и еще двадцать утопил…

— Подождите, сын мой, давайте вы сначала о своих грехах расскажете, а о добрых делах мы позже поговорим!

Вот и как можно было расценивать такие истории? Народу рот не заткнёшь. Это понимал и сам Мар, понимал и Рейгар Шесский. Не помогало ничего. Новоизданные указы старательно игнорировались, поставки амарина в империю срывались, не говоря про процветающее казнокрадство, мздоимство и кумовство. Как только начинаешь наводить порядок, так тут же поднимается очередная волна недовольства. И вор вдруг предстаёт в ореоле борца за справедливость, вроде как не для себя воровал, а для сирых и убогих, обиженных новой властью. Император требовал малейшее неповиновение жестко наказывать, но Рей был непреклонен, надеясь со временем переломить сложившуюся ситуацию в свою сторону. Одно дело, когда ты младший имперский принц, а другое — почти суверенный правитель. И войти в историю под именем Кровавого у него желания не было. Где Рей сейчас теперь?

Переговорные амулеты молчали, из отряда, отправившегося с Реем в поездку не вернулся никто. Гибель Ашшиашши предполагала худшее, но принесённая ещё в детстве клятва верности никуда не делась, хоть и работала не совсем так, как полагалось. Чтобы это значило?

Переговорник светился тремя не отвеченными сообщениями. Одно было от своего человека на побережье, а конкретно в Тиоре, формально принадлежащем леди Лейладе, а по факту являющимся частью Готарры. Два других от командиров тех групп, которые были отправлены для работы среди местных. И теперь предстояло решить, что ему предпринять в связи со сложившейся обстановкой.

Ещё и девчонка вызывает всё большие вопросы. Откуда она владеет информацией? Ну не боги же ей во время молитвы обо всём нашептывают? Тут два варианта: или девчонка тоже состоит в сговоре, и знает, кто к нему причастен, возможно, где-то что-то подслушала, или на неё вышли с предложением принять участие. А что? Очень удачная кандидатура для того, чтобы стать знаменем борьбы за освобождение от империи.

Мар даже зажмурился от неожиданной догадки. Вполне возможно, что заговорщики на это и рассчитывают. Сделать девчонку вдовой, а потом победитель получит всё. Леди ничего не сможет противопоставить тому, кто это затеял. Ей придётся выйти замуж за нужного человека. Если в этом замешан Ормин, то в союзе с ещё тремя королевствами они легко смогут отколоть Готарру и забрать себе. Не иначе, девчонке что-то известно, раз она так яро начала сопротивляться даже самой идее поехать в империю ко двору свёкра. Только в эту версию никак не хотели укладываться несколько покушений на саму леди. Зачем её убивать, если можно сделать курочкой, несущей золотые яички?

— Алан, что у вас слышно? — вызвал Коулд на связь человека из Тиора.

— Всё относительно спокойно, ваше сиятельство. Корабли орминцев вчера заходили в порт, взяли на борт пассажиров и сегодня на рассвете отчалили. Какие будут указания?

— Известно, кто поднялся на борт?

— Господин посол со свитой и некая дама, не пожелавшая назваться. Она путешествовала с компаньонкой и прислугой.

— Ясно, попытайся выяснить, кто она такая. Но будь осторожен, здесь творится, чор знает что. Не привлекай внимание к себе, на время затаись, собирай слухи…

Отдав распоряжение своим людям, Мар Коулд задумался. Не отпускало ощущение, что он что-то упускает. А ещё предчувствие грандиозной подставы, которую в любой момент можно было ожидать от леди герцогини. Свой мерзопакостный характер она уже сегодня продемонстрировала во всей красе. Чего стоит только приказ укусить его. Арахны ядовитые. Один небольшой укус мог стоить ему жизни, но маленькая самочка не только не так выполнила распоряжение леди, но и смела ей противоречить. Это говорит о том, что связь между ними ещё не настолько крепкая, с другой стороны — арахна связанная с человеком многое берёт от своего кровника, в том числе и характер. Не может ли оказаться так, что непослушание маленькой арахны всего лишь отражение характера герцогини? Тут Мар мог только посочувствовать Рейгару. Связанная с арахной жена это хуже змеи в постели. Со временем они обе станут продолжением друг друга: один характер на двоих, способности и даже образ мыслей будет схожим. Мар мог судить об этом по собственной матушке. Хотя отец и не жаловался, но совет сыну дал выбрать себе в жёны тихую, спокойную девушку. Можно даже не очень знатную и красивую, и совсем не обязательно богатую, лишь бы была по душе и не стерва.

Следующий час Коулд был занят тем, что связывался с нужными людьми, договаривался о встречах, узнавал новости. И мрачнел. С одной стороны в герцогстве было всё спокойно, никаких тебе выступлений против новой власти, ни новых слухов. Однако по приказу «Альда» были разгромлены несколько домов тех, кто по слухам имел отношение к орминцам. Правда, хозяева успели унести ноги, кем-то заблаговременно предупреждённые. Не суть. Первый шаг был сделан, и столица замерла в ожидании, что последует дальше.

— Какие будут распоряжения, ваше сиятельство?

— Наблюдать, — Коулд зло посмотрел на мигающий переговорник. Как сказать людям, что находящийся в замке «Альд» фальшивка, и не вызвать при этом сумятицы в их рядах? Как вообще это преподнести императору? Фебер известен своим крутым нравом и на расправу очень скор. Мар Коулд был уверен, что в Готарре хватало имперских шпионов, обо всём доносящих императору. Поэтому следовало подумать, как обыграть сложившуюся ситуацию в свою пользу. А ещё и Рей пропал и на связь не выходит. Чор бы всё это побрал!

* * *

Первым делом я навестила свои комнаты. Там словно тайфун прошёл. Было хорошо заметно, что и гардеробную, и секретер основательно перетряхнули. Часть вещей валялась разбросанная кое-как. Я долго стояла у скрытого глазка и осматривала свою спальню. Прислушивалась, даже принюхивалась. Ашш что-то застрекотал, но, к сожалению наше с ним общение напоминало разговор глухого с немым. Пришлось импровизировать.

— Я тебя не понимаю, — сообщила я арахниду, глядя в его поблескивающие в темноте глаза. — Но мы можем договориться общаться знаками. Скажи, ты чувствуешь там кого-нибудь постороннего? Если да, положи лапу на стену.

Ашш стукнул лапой по стене трижды.

— Их трое?

Удивительно было наблюдать, как огромное насекомое пытается освоить язык жестов. Но судя по тому, что мне снова показал Ашш, я не ошиблась.

— Они внутри покоев или это просто охрана у дверей?

Арахнид задумался на минуту, потом снова начал что-то показывать жестами. Через пару минут переговоров я выяснила, что в мои покои прислали двух служанок, чтобы они навели порядок в комнатах. А за их работой из коридора наблюдал страж.

— А ты можешь сделать так, чтобы они ушли? Мне нужно кое-что забрать из комнаты, и я не хочу, чтобы меня там видели.

Первым делом я ломанулась проверить дневник леди Элвеи. На месте ли? А отыскав, вздохнула с облегчением. Потом сдёрнула с кровати покрывало и быстро накидала туда некоторое количество белья, пару простых платьев, чулки, башмаки, плащ. Короче, всё то, что могло мне в ближайшее время пригодиться. Много не брала. Не хотелось, чтобы заметили пропажу, но и оставаться совсем уж без одежды меня тоже не устраивало. Потом всем необходимым разживусь, после того, как уберусь из замка подальше. Котомку с моим барахлом взвалил на себя арахнид, просто приклеив её к собственной спине. Дальше мы отправились за оставленными в тайнике документами. Теми самыми, которые я накануне нагло стырила из кабинета Альда. По дороге умудрились подслушать пару интересных разговоров. Подозреваю, что Ашш ещё и в мозгах у некоторых покопался. Но так как мы с ним друг друга не понимали, мне он ничего рассказать не мог. Зато пару раз останавливал и не давал идти дальше, сворачивая совсем в другой ход. Приблизительно я знала, чего хочу. О чём и сообщила арахниду. Все потайные замковые переходы Ашшу были известны, поэтому проблем с попаданием в нужное место не возникло.

Потайная комната в библиотеке, кабинет управляющего, экономки, кладовые и сокровищница.

Туда я решила заглянуть на всякий случай. Нужно было проверить на месте ли печати. А то с «Альда» станется попытаться их вскрыть. В прошлой своей жизни я в это место имела ограниченный доступ. Помнится, для того, чтобы открыть дверь и попасть внутрь, необходимо было приложить руку к выбитому в камне отпечатку и подождать, пока не сработает механизм. Всякий раз, когда я с настоящим Альдом ходила в сокровищницу, мне в ладонь впивалась иголка и потом некоторое время после укола болела рука. Потому что магическая защита каждый раз брала немного крови, чтобы открыть дверь.

Точно! Как я об этом сразу не подумала! Именно моя кровь и открывала родовую сокровищницу, где хранились семейные артефакты и украшения. Альд самостоятельно не мог туда попасть. Только со мной. То есть, у него был доступ в обычную сокровищницу, но не в родовую, которая представляла собой потайную комнату с серьёзной системой защиты. Как я могла это забыть? Не понимаю…

Пришлось тормозить и втолковывать Ашшу, что я от него хочу. Соваться днём в святая святых — большая глупость. Помимо охраны можно нарваться ещё на кого–нибудь. Лучше визит туда нанести ночью. И девчонок моих тоже нужно как-то выручать. Поэтому, что мы с Ашшем сделали — проверили, не вскрывалась ли дверь в сокровищницу. Не заметив ничего подозрительного, наведали комнату Матиаса и оставили записку с просьбой о встрече. Благо, подходящий клочок бумаги нашёлся. Писала иносказательно, используя завуалированные намёки. Парень он неглупый — догадается, что к чему. К тому же это будет знаком, что я пока жива, а значит, наши договорённости остаются в силе. И хорошо, что со мной пошёл Ашш. Сама же я ни в жизни бы не отыскала, где господин ди Легро обитает.

А ещё пришлось извернуться и выяснить, куда подевали моих фрейлин. Но мы с Ашшем справились. Не буду в подробностях рассказывать, где пришлось побывать и кого подслушать, чтобы собрать нужные сведения. Господин Нарьен не уточнил, кого именно из фрейлин задержали и где их держат, а я тот момент ошеломлённая этим известием, растерялась и не выспросила подробностей. Оказывается, не всё было так просто. В суматохе около паучьего питомника практически никто и не заметил, куда исчезли три мои фрейлины.

Только один охранник впоследствии припомнил, что откуда ни возьмись, появился молодой человек, скрывающий свою внешность под маской, и уволок одну из девушек. Остальные двое всполошились и бросились догонять. Поэтому, когда «Альд» решил устроить разбирательство, на месте оказались только Тайри с Лиорой и леди Монтвиль. Причём, последняя ещё и шум подняла, когда по приказу самозванца устроили обыск в моих покоях. За что и поплатилась домашним арестом. Зато Лиора с Тайри удостоились «чести» попасть на допрос к «Альду». Самозванца интересовало, о чём я говорила с фрейлинами, что рассказывала, с кем встречалась. И хотя я была предельно осторожна в отношении этих двоих, болтливые сороки всё равно умудрились подслушать то, что не предназначалось для их ушей. В частности, о встрече с леди Винсеро.

Как мне удалось выяснить из подслушанного разговора, леди орминскую шпионку Лжеальд опознал сразу. По словам болтливого охранника, долго ругался, понося орминцев и тех, кто был с ними связан. А потом отдал приказ арестовать всех, имеющих хоть какое-то отношение к нашим заморским соседям. И запылали разгромленные дома. События начали набирать оборот.

Оперативно сработали, словно загодя готовились. А, может оно так и есть. Я решила, что подумаю над этим позже. Пока же стоило озаботиться деньгами и едой. В одном из пыльных коридоров, где гарантировано никто не бывал уже лет двадцать, если не больше, Ашш устроил склад. Всё, что нам с ним удалось раздобыть, было заботливо упаковано, а потом паутиной приклеено к потолку. Ходить не мешало, в глаза не бросалось. Если не знаешь, где искать — сразу и не обнаружишь. Я только довольно потёрла руки, похвалив Ашша за сообразительность. Видимо, похвала активизировала у арахнида креативность. Иначе с чего бы ему подставлять мне свою спину и предлагать прокатиться верхом. Я сначала засомневалась, но Ашш быстро переубедил, указав на то, какие мы оставляем следы на пыльном полу. После чего спорить с ним мне расхотелось. Да и передвигаться, таким образом, оказалось в разы быстрее, потому что мой восьмилапый приятель для передвижения использовал не только пол, но и стены. Уж не знаю, каким чудом я не свалилась и не выдала себя вскриком. Видимо, в какой-то степени со мной случился шок от неожиданности.

Я знала, где у экономки и управляющего хранятся деньги на текущие расходы. Определённая сумма выдавалась на неделю. Сама вчера лично отсчитала и выдала. А сегодня придётся реквизировать на собственные нужды. По правде говоря, там было не так уж и много, но мне на какое-то время должно было хватить. Так я думала, собираясь вломиться в кабинет экономки. К сожалению, не все наши планы сбываются так, как нужно. И когда я не обнаружила желаемого, поняла, что визит в сокровищницу теперь из любопытства перерастает в необходимость. Буду грабить саму себя.

В кладовой мы с арахнидом разжились несколькими кольцами колбасы, а ещё прихватили сыр, фрукты и хлебных лепешек. Не стоило забывать, что кроме нас с Коулдом в пище нуждались Шейша и с Ашшем. И малышня. Допустим, арахниды могут сходить на охоту. А, если не получится?

— Ашш, а вы фруктами питаетесь? А ещё чем?

Арахнид тут же сплёл очередную авоську и наполнил её подходящими на его взгляд продуктами. В потайной вход ввалились мы основательно нагруженные.

— Стой, я хочу ещё и на кухню заглянуть! — остановила я паука. Ашш, естественно, попытался не пустить. Пришлось убеждать, что буду осторожной, незаметной и так далее, но если вот прямо сейчас не утолю голод, то стану опасна для окружающих.

— Покусаю, — пообещала я. И Ашш отступил. Видимо, в его понимании, это была серьёзная угроза. Я же туда стремилась не поэтому. У меня внезапно возникла идея, которую я собиралась воплотить с помощью слухов и сплетен. Чтобы кое-кому жизнь малиной не казалась. И, разумеется, я понимала, как это опасно. Но охвативший меня внезапно кураж, просто толкал на «подвиги». Я прекрасно понимала, что кухня — это место, где всегда есть люди. Работники туда приходят с рассветом и покидают её территорию с закатом. И не заметить моё появление может только слепой и глухой. На то и был расчёт.

— Пс! Господин Никас! — шикнула, выглядывая из-за шкафов с посудой. Ашш терпеливо дожидался в потайном ходе, выражая своё недовольство тихим стрекотом.

— Ваша светлость! — ахнул кто-то, заметив незваную гостью. — Великие боги, спасите и сохраните! Не упокоенная душа!

— Сами вы не упокоенные, — буркнула я, уже не скрываясь от работников.— –Кушать хочу. Можете покормить бедную хозяйку, которую пару часов назад чуть не убил муж?

— Алия, закрой дверь на засов! — тут же среагировал на моё появление главный повар. — Все по местам! Работаем! Никому никуда не выходить, вас это не касается.

И уже мне:

— Ваша светлость, это действительно вы? Вы живы?

— Можете потрогать и лично убедиться в этом, — устало улыбнулась я, буквально падая на стул около окна. — Я с самого утра ничего не ела. Покормите?

— Это правда, что вас пытались убить?

— Правда, — улыбка вышла вымученная, но я и не собиралась храбриться или показывать собственную крутизну. Я действительно вымоталась морально и физически, и больше всего на свете хотелось свернуться калачиком в безопасном месте и забыться. Но нельзя. Как говорится, спасение утопающих — дело рук самих утопающих…

Еды мне притащили на троих. Поэтому, что-то съела, а что-то сложила в салфетку и решила прихватить с собой. Там поди голодный Мар в башне ждёт. И от перекуса не откажется. Но господину Никасу сказала, что оставлю себе на потом. В дороге может пригодиться.

— Вы же понимаете, что его высочество на этом не остановится? Раз он решился на такую подлость, значит, пойдёт до конца. И мне ничего другого не остаётся, как попробовать скрыться.

— Госпожа, — повар был обескуражен и не знал, как ему быть. — Боюсь, что ваше появление здесь не удастся скрыть. Кто-нибудь проболтается. Понимаете?

Я-то прекрасно понимала, но именно на это и был расчёт. Я собиралась порушить планы самозванца. Он объявил меня погибшей? А я вот жива и здорова. Надеюсь, что слухи об этом разнесутся как можно шире. А я их буду подогревать, убив тем самым сразу двух зайцев. И для начала сделаю вот что:

— Благодарю вас всех за помощь. Я знаю, что если вы попытаетесь скрыть моё здесь появление, вас могут наказать. Я этого не хочу, поэтому прошу господина Никаса после моего ухода сообщить кому нужно о том, что я заходила на кухню и просила поесть.

Охи и ахи только подлили масло в огонь. И я продолжила свою импровизацию.

— Его высочество Альд пытался меня убить, но я выжила. И собираюсь жить дальше. Как ваша госпожа и хозяйка, благодарю вас всех за помощь. Вы самые лучшие. А теперь я собираюсь покинуть это место. Господин Никас, прикажите кому-нибудь проводить меня к ходу для слуг, через который доставляют продукты. Я могу также взять на время у кого-нибудь темный плащ? Не хотелось, чтобы меня видели посторонние.

Дура? Возможно.

Какая-то молоденькая девчонка метнулась в подсобку, и вынырнула оттуда уже держа в руках требуемую вещь.

— Проводишь? — улыбнулась я ей. — Как тебя зовут?

— Версена.

— Скажи, Версена, почему ты решила мне помочь?

Слово за слово и разговорились. Мотивы у девчонки были просты, романтичная натура оказалась под впечатлением моего жалостливого рассказа.

— Сколько тебе платят здесь за работу? Два шесса в месяц? Я могу дать намного больше, если поможешь мне сделать одно дело. Это не опасно и ничего противозаконного. Согласна? Тогда возьми.

Я всучила девчонке в руки небольшой мешочек с десятком золотых монет — это было всё, что удалось обнаружить в кабинете экономки. В моей ситуации — сумма смешная. Ни спрятаться, ни на корабль сесть и уплыть.

— Что от меня требуется, госпожа?

— Всего лишь накинь свой собственный плащ так, чтобы не было видно лица и выйди в город. Там постарайся очень быстро затеряться. А потом можешь вернуться сюда и продолжить работу. Только желательно в другой одежде. Согласна? Если тебя потом будут расспрашивать — скажешь, что я у тебя купила твою одежду за золотой шесс. Поняла?

Отправив девчонку выполнять поручение, я нырнула в ближайший потайной ход и затаилась, прислушиваясь к шуму. Ашш давно уже топтался неподалёку. Сообразительный арахнид догадался двигаться за мной следом и теперь ждал, когда же я решу вернуться в убежище.

— Пошли, Ашш. Твой хозяин нас уже, вероятно, заждался.

Обратный путь показался быстрее и короче, чем мне думалось. И опять я ориентировалась на знания и умения архнида. Самой бы пришлось плутать долго, пытаясь разобраться в хитросплетениях переходов.

— Где вы шлялись? — встретивший нас злобный, недовольный рык, показался музыкой для души. Мне было наплевать на настроение графа Алесского. Главное, мы живы, а остальное приложится.

— Добывали пропитание, — сообщила я, довольно улыбаясь в ответ. — А ещё я собрала себе и вам немного вещей, а также забрала из тайника документы.

Решила практически ничего не скрывать, потому что Ашш всё равно поделится с Коулдом нашими похождениями. И неизвестно, что он там наговорит. Паук возбуждённо стрекотал, размахивая тремя из восьми лап. А Мар Коулд с каждой секундой смурнел и смурнел. Наконец не выдержав, подхватился со своей лежанки и поковылял в мою сторону. Я, было, отшатнулась от разгневанного мужчины, потом решила: чего уж, лучше выслушать всё сейчас, чем он мне будет капать на мозг по чуть-чуть, но долго.

— Идиотка! — меня основательно так тряханули за плечи. — Жить надоело? Тебя могли поймать!

— Но не поймали же? — улыбка едва заметно тронула мои губы. — Мар, неужели вы за меня волновались?

— Чор бы побрал женщин с их жаждой сделать всё по своему! — в стену недалеко от моей головы со всей дури врезался кулак.- Вы понимаете, глупое вы создание, что эта тварь теперь перевернёт весь замок, пытаясь вас отыскать?

— Есть такой риск, — согласилась я, подхватывая пошатнувшегося Коулда под руку и помогая добраться обратно к кушетке. Но не факт. Возможно, он пустится по ложному следу, пока я буду пытаться попасть в сокровищницу.

— Ещё и сокровищница! — схватился за голову Мар Коулд. — Зачем? У меня достаточно денег, я дам сколько нужно.

— Вы кое-что забыли, ваше сиятельство, — решила подколоть Коулда я. — Мы с вами оба в бегах и в одинаковом положении. И к тому же, я кое-что вспомнила. Там внутри есть потайная комната, где хранятся родовые артефакты. Открыть её может только тот, в ком течёт кровь истинных правителей Готарры. Так как я уверена, что я настоящая дочь своего отца, то я собираюсь сегодня ночью туда проникнуть и кое-что проверить.

— Что проверить?

— На месте ли печати на потайной комнате. О её существовании знают только те, кто принадлежит роду.

— Хранитель? — переспросил Коулд, внезапно успокаиваясь.

— Вот и выясним, что с ним не так.

Я на пару минут задумалась, стоит ли сообщать Коулду о своих планах или нет. Потом решила, что лучше не нужно. Сходим в сокровищницу, выберемся из замка, а после этого наши с ним пути возможно разойдутся. Я пойду своей дорогой — он своей. Именно сегодня, блуждая по пыльным переходам, слушая разговоры людей, я внезапно осознала, что обратно мне вернуться не получится. Того будущего, которое я знала, больше нет. Тогда какой мне смысл это делать? Придётся обустраиваться как-то здесь. А для этого нужно разобраться с самозванцем и заговорщиками.

Как мне это всё остановить без помощи сторонников и денег, ничего не зная и не умея?

Никак.

Но как говорили умные люди: не можешь остановить — возглавь.

* * *

Альд Рейгар Шесский

Льющийся с купола яркий солнечный свет не позволил Гэри рассмотреть, кто там пытается приподняться на алтарном камне. И лишь только спустя несколько мгновений он понял, что из трёх участников ритуала остался кто-то один.

Кто? Ни малейшего представления.

Высокий рост, широкие плечи и длинные, но сейчас растрёпанные волосы. Под эти характеристики подходили двое: Чезаре Торено и Альд Рейгар Шесский. Арсэль Оушш хоть и был высоким, но субтильнее принца, хотя он единственный носил длинные до середины лопаток волосы, обычно затянутые в низкий хвост. Чёрные, как ночь и гладкие как шёлк.

— Где я? Что со мной случилось?

Голос у очнувшегося оказался низким с немного хрипловатыми нотками и совершенно незнакомым. Это точно был не Торено. У того тембр немного другой, и не принц. Тому не хватало ноток бархатистости, что так любят женщины. Хотя, кто ж его знает, как Альд со своими пассиями общается? Гэри хмыкнул про себя. С ним его высочество обычно разговаривал сухим деловым тоном. Так он и не дама, чтобы выслушивать комплименты.

Впрочем, племяннику Крайдена тоже много чего не доставало. В первую очередь, ума. Но то, что очнувшийся не имеет и к нему никакого отношения, Шерисс уже сообразил. У Арсэля голос был еще по-юношески высоким. И телосложение иное. Так кто же там?

В описании ритуала говорилось, что боги всегда берут плату за свою помощь. Кто-то расплачивается годами жизни, а у кого-то возьмут совсем незначительную мелочь. Но всегда после тесного общения с божественной сущностью человек менялся.

Всегда.

Может, это как раз такой случай и есть? И куда же делись остальные двое? Что с ними сталось? Десятки вопросов закружились в голове, но Шерисс рискнул задать лишь один.

— А вы не помните? — осторожно поинтересовался Гэри, пытаясь проморгаться от мельтешащих перед глазами звёздочек. Амсет покинула свой храм со спецэффектами, вызвавшими у графа Шерисса временные проблемы со зрением. И он очень надеялся, что проблемы эти действительно временные, потому что лишиться зрения во цвете лет — это слишком несправедливо.

— Ели бы помнил, не спрашивал бы, — резонно заметила жертва ритуала, легко соскочив с алтаря и осматривая себя. — Что-то не припомню, чтобы я носил нечто подобное. Да и тело… Что всё это значит, Шерисс?

Гэри попытался ментально прощупать, стоящего перед ним человека и понял, что магия ему не подчиняется.

Что за ерунда? Богиня забрала с собой двоих, третьего изменив буквально до неузнаваемости? Это и есть плата?

«Ты просил о справедливости, — прозвучал в храме голос Амсет. — Будет справедливо, если я заберу один из даров. Ты больше не ментальный маг, смертный. Такова цена за помощь. Смирись…»

— Эээ, ваше всемогущество, но как же так? — только и смог выдавить из себя ошарашенный артефактор, ноги которого не выдержали под напором известия и подкосились. Гэри опустился на колени перед алтарём, подняв вверх потрясённый взгляд. — Как же я теперь?

«Моя крестница, будучи зла на твою глупую самонадеянность, смертный, хотела открутить тебе голову, пожалуй, я ей такую возможность предоставлю…»

Общение с богом всегда отнимает массу сил у человека, рискнувшего к нему обратиться. Если учесть, что в храме Амсет воплотилась не она сама, а всего лишь её проекция, можно сказать, что Гэри повезло. Потому что спорить с богами бывает чревато непредсказуемыми последствиями.

— Вставай, Шерисс, — по спине артефактора хлопнула чужая рука, потом его подхватили и помогли подняться. — Вижу, ты, точно так же как и я, удостоился беседы с хозяйкой Грани. Не могу сказать, что рад происходящему, но… как говорила моя няня в детстве: из любой подпорченной марулы можно приготовить джулеп. Нужно лишь побольше в него добавить мяты. Вы пробовали джулеп, Шерисс? Хотя откуда вам… вы, готаррцы, на редкость традиционные в своих пристрастиях

— Ваше высочество? — отреагировал на слова незнакомца Гэри. — Но как же это…

— Ты ожидал кого-то другого?

— Эээ… да, эээ… нет ваше высочество.… то есть, я не это хотел сказать.… Но как же нам сейчас быть?

— Сам бы хотел это знать, — принц вздохнул, вытаскивая из храма до сих пор ошарашенного Гэри. — А ещё мне очень хочется вам начистить рожу и что-нибудь сломать. Шею, например. О какой крестнице говорила Богиня?

— Так о вашей жене, леди Лейладе, эээ.… Только она уже, наверное, не ваша жена. Раз… раз Амсет…

— Хватит заикаться, не думаю, что твоя потеря дара сравнима с тем, чего лишился я. И выполнить поставленные хозяйкой Грани условия, будет несоизмеримо сложнее, чем научиться жить без дара.

— Вы не понимаете! — возмутился Шерисс, вырывая собственную руку из захвата принца. — Это как ослепнуть, лишиться какой-нибудь части тела! Всё равно, что калека!

— Почему же не понимаю? — усмехнулся Альд. — Прежде мне был подвластны и огонь, и воздух. Нынче же в этом теле вообще непонятно есть ли магия или в этом смысле я пустышка? Пойдёмте граф, вон там мне видится беседка среди зарослей снежноцвета. Побеседуем. И вы мне расскажете обо всём, что знаете. Признаться, меня от этого Храма до сих пор морозит. А, если мне не понравится услышанное, то я вас тут же и прикопаю. Даже без магии голыми руками…

Пришлось подчиниться, тем более что силы оказались явно неравны. Гэри шёл и украдкой посматривал на своего спутника. Молод и хорош собой. От принца ему достался цвет глаз и ещё, пожалуй, стать: рост, широкий разворот плеч, бугрящиеся, под беленого полотна рубахой, мышцы. А вот черты лица и длинные волосы — это наследство Арсэля Оушша, потому как, судя по всему, его высочество получил именно его тело. Но куда же делись Чезаре Торено и тело самого Альда Шесского? Гэри даже думать об этом боялся, кляня себя на все лады за то, что сдуру согласился на эту авантюру и взял предложенную предком рукопись со старым, забытым ритуалом. А теперь неизвестно чем это всё закончится. Особенно после того, как ему придётся покаяться в своих делах. И, если бы ему в вину можно было вменить сотворение искусных големов. Там много чего числится. Его высочеству достаточно будет только поинтересоваться по чьей вине боевые арахны вышли из строя и оказались уничтожены, и Гэри может прямо тут прощаться с жизнью. Но делать нечего…

— Вот так, ваше высочество я и попал в эту историю. Можно сказать, меня взяли на слабо. А после всех принесённых клятв и обещаний, уйти уже не представлялось возможным. Да и опасно. Стоило мне только заикнуться об уходе, со мной бы никто церемониться не стал. Но это я понял много позже, когда по настоянию леди Леи отправился в своё имение. Духи предков бывают капризны, а уж Хранитель моего рода Фридерико и вовсе редкостный мм… чудак. Но леди сказала, что Амсет откроет Хранителю знания будущего, чтобы исправить прошлое. Я не поверил, но поехал. Слишком много леди говорила такого, что знать никак не могла. Да и никто не мог, кроме членов моего рода. Я должен был убедиться кое в чём. И поехал.

— Что-то я пока вообще ничего не понимаю, — хмыкнуло высочество, с подозрением разглядывая артефактора. Тот только вздохнул, подметив это.

— Не глядите на меня так, я не сошёл с ума. После того, как вы пригласили меня к себе в кабинет, чтобы проверить леди, я заметил, что она старательно избегает касаться нужных артефактов, а в руки берёт только несерьёзные безделушки. Я заподозрил, что леди знает их назначение, но такое могло быть, возможно, только в том случае, если бы леди была знакома с артефакторикой. Но и ментально её светлость тоже не прощупывалась. У неё или стоит хороший природный блок, или она владеет ментальными техниками. То есть, обучалась. И я промолчал, решив всё выяснить самостоятельно.

— Колючка дала отпор? — усмехнулся Альд, предчувствуя интересное откровение и ошибся.

— Я едва ей не выжег мозги. Хорошо, вовремя успел остановиться. А потом мы поговорили. Леди рассказала, как из-за проклятия, наложенного её матерью на вас, она сама попала в круг перерождений, каждый раз погибая в юном возрасте и возрождаясь снова. Очередное рождение стирало память о прошлых жизнях. Так было, пока леди не встретила меня. И после этого случился сбой. То проклятие коснулось каждого, кто был хоть как-то причастен к гибели юной герцогини. Моё посмертие оказалось особенно мерзким. Меня превратили в духа, привидение и привязали к родовому перстню. И я на протяжении почти трёх сотен лет вынужден был влачить жалкое существование…

Рассказ вышел долгим и обстоятельным. Каяться было сложно, но с каждой открытой тайной, с каждым словом, словно тяжеленный груз спадал с души. Но кое о чём пришлось всё же утаить.

О том, как призрачный старый мудак Фридерико отмутузил его такой же призрачной палкой по спине. Клюка у дедули хоть и просвечивалась насквозь, но удары наносила весьма болезненные. И пришлось, потом, неделю отлеживаться, зализывая нанесённые Хранителем рода раны. И придумывать, как можно исправить то, что он уже успел наворотить.

— Безмозглое отродье! Позор рода! — кричал Фридерико. — Не желаю тебя видеть, пока не исправишь содеянного!

А как теперь исправить, если его лишили такой родной, привычной с рождения силы? Никак.

— О чём задумался, Шерисс?

— О будущем, — честно ответил Гэри. — Чую оно у меня что-то совсем туманное. Что будем делать, ваше высочество?

— Не называй меня так. Я теперь Арсэль Оушш, барон Динэн. Называй лучше Арсом или просто Оушш.

— Но вы почти не похожи на несчастного Арсэля. Выглядите старше и как бы это сказать, мощнее. Сэль был худощавым юношей, и цвет глаз у него был темнее, и рост чуть ниже. Черты лица схожи, а вот выражение совсем ему не свойственное.

— Что не так с моим выражением? — Альд бросил раздражённый взгляд на разговорившегося артефактора. Бесит неимоверно!

Последнее, что он помнил, перед тем как впасть в забытьё — это стылый пол мрачной тюремной камеры в подземелье у графа Крайдена. И разговор с Чезаре. А ещё чувства бессилия и гнева, охватившие его тогда. Потом был яркий свет, ощущение полёта и боль, огненным потоком пронёсшаяся по окаменевшим членам. Боль, которая выжигала в нём что-то старое, меняла его, ломая тело и скручивая в судороге. Звучащие вокруг потусторонние голоса что-то объясняли, обещали, запугивали. Он ничего из этого не запомнил. Просто вдруг пришло осознание случившегося. Разум отказывался верить, но глаза не лгали. Он лежал на алтарном камне неизвестного храма и тупо пялился на струящийся сверху яркий свет. Принять, что всё привидевшееся не бред умирающего мозга, а реальность, оказалось сложно.

А, очнувшись, скоро осознал, что богиня очень многое не договорила. Например, о том, что ему придётся начинать чуть ли не с низов. Стоя на пороге Грани многое переосмысливаешь. Начинаешь радоваться разным мелочам: скользящему по щеке солнечному лучику, аромату цветущих лоницеров, возможности дышать полной грудью, ходить, говорить, мечтать о будущем. Как много можно было бы сделать, получи он второй шанс в собственном теле!

В памяти ещё звучали слова Амсет о том, что она ему дарует жизнь, дабы он исправил свои ошибки. Правда хозяйка Грани тут же уточнила, что она может только забрать душу, а не исцелить тело, поэтому тело ему достанется чужое. Молодое и здоровое, но без души. А она уж постарается сделать так, чтобы бывший хозяин обратно в это тело не смог вернуться.

«Тело всего лишь оболочка, смертный. Душа может его изменить под себя. У тебя теперь новое имя и новая жизнь. Не наделай ошибок снова»….

Ещё бы понять, каких ошибок? Кто бы ему это растолковал? В тот момент казалось, что он видит кошмар и стоит только проснуться, как весь этот бред исчезнет. Увы… реальность оказалась ещё кошмарнее. Слушая рассказ артефактора, Альд с трудом сдерживался, чтобы не свернуть ему шею. Это же надо, такого наворотить! А ведь по сути, если бы не Шерисс, у Крайдена ничего бы не получилось.

— Так какое у меня выражение лица? — переспросил Альд, прищурившись, посмотрев на артефактора. В голове крутилось, что он с ним бы сделал, если бы не крайняя нужда в союзниках и информации. Шерисс её выдавал дозированно. Видимо, опасался, что если всё расскажет — станет ненужным. Тот ещё жучара.

— Слишком властное, — Гэри отчётливо передёрнуло при мысли о том, что стоит только его высочеству пожелать и с ним, Гэри Элиотом, будет покончено.- И хищное. Сэль был…

— Был телёнком, которого отправили на убой, — перебил артефактора Альд. — А почему был? Он же ещё пока жив.

— Это ненадолго, — покачал головой Гэри. — Да вы и сами понимаете, что Крайдену не нужны живые свидетели. Мальчишку уберут при первой же возможности. Как только он станет не нужным, и уберут. А может быть и раньше. Я ведь, как ни старался, а так и не успел доработать своих големов. Видимо, сами боги были против.

— Подробнее, Шерисс!

— Человеческая душа меняет созданное искусственно тело под себя. Процесс не быстрый, но остановить его невозможно. Изменения на начальных этапах почти не заметны. Спустя полгода появятся первые отличия, еще через год таких отличий станет больше. Через три разницу заметят все. И выдать марионетку за вас станет невозможно. Я предупреждал Крайдена, но он решил, что ему хватит и года, чтобы добиться своей цели.

— И что же у него за цель?

— Герцогство. Мать Крайдена, леди Ольвия, в своё время была любовницей покойного герцога Эдвера. А когда понесла, её по-быстрому выдали замуж за старого графа Крайдена. Вот и выходит, что Беар Крайден приходится старшим братом Эльдиану Готаррскому. Бастардом. Старый граф вскоре после рождения сына представился, и молодого наследника воспитывала вдова. А уж что она там сыночку наговорила, сейчас даже чор не разберется. Крайден уверен, что его несправедливо лишили наследства. Вы с Лейладой стоите на его пути к герцогству. В открытую же он играть не будет, побоится.

— Что-то я не понимаю логику этого Крайдена. Как моя смерть может приблизить его к власти?

— После того, как уберут леди Лейладу, марионетка женится на дочери Крайдена Далии. После того, как девица забеременеет, он тоже перестанет быть нужным. Если бы Крайден хотел сохранить жизнь своему «племяннику», велел бы позаботиться о его теле. Ведь после гибели голема, душа могла бы вернуться на своё место. Но он приказал того утопить.

— Откуда, граф, вам всё это известно?

— Когда я сидел в подземелье у Крайдена, тот разоткровенничался. Тогда я и понял, что со мной тоже решили покончить. Мертвые тайны не раскроют.

— Сколько у нас времени? — живо переспросил бывший принц

— Не знаю…. Может месяцы, а может счёт идет на часы.

Альд выругался. Лею ему было искренне жаль. Девушка ему понравилась с самой первой минуты. Красивенькая куколка оказалась той ещё язвительной колючкой. Ему нравилось её дразнить, наблюдать, как она злится, но при этом осторожно подбирает слова, чтобы не сболтнуть лишнего. А то, что леди остра на язычок, он понял сразу почти сразу. Теперь хотя бы понятно, откуда появились эти изменения. При мысли о том, что где-то там за многие лиги от этого заброшенного храма юная девчонка борется за свою жизнь с хитрым и изворотливым врагом, сердце сжималось от дурных предчувствий.

Альд усмехнулся, вспоминая, как следил за каждым её шагом, их ежедневные пикировки и то, как по утрам он был вынужден убегать из её спальни, чтобы принять холодный душ. Потому что пообещал себе, что не будет её не к чему принуждать. Леди оказалась тем ещё искушением. Сине-зелёный мятежный взгляд заставлял его естество каменеть от желания, бархатистая на ощупь кожа, белокурые волосы, мягкие и гладкие как паучий шёлк, точёная фигурка. Как же она его бесила временами и как же он её хотел! А теперь ничего этого, возможно, не будет, потому что один мерзавец возжелал власти и богатства, а другому славы захотелось. Ничего, его месть достигнет каждого. Но, для начала, нужно выбраться из этого чорава леса и найти помощь.

— Шерисс, я хочу знать, кто в этом участвует. Имена и вклад каждого. Слышите, граф? И тогда я забуду, что кое-кто причастен к гибели моей арахны. Ну, как забуду? Постараюсь слишком часто не вспоминать….

Спустя час на лесную дорогу вышли двое вполне себе прилично одетых мужчин. Еще через некоторое время мимо проезжающий возок взял к себе пассажиров. Серебряный шесс, завалявшийся в кармане у одного из путников, стал в этом деле хорошим подспорьем. Помог убедить возчика и напрочь закрыл ему рот. Теперь, даже, если его кто-то и спросит о встреченных на дороге путниках, он никого и не вспомнит.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ. С ЧЕМ ПИРОГИ? С СУРПРИЗОМ…

Вечером на дело мы решили пойти вчетвером. Граф Коулд оказался тем ещё упрямцем. Ни в какую не соглашался отпустить меня одну, хоть и в сопровождении Шейши. Все мои аргументы были просто проигнорированы. Напрасно старалась, убеждала, что с травмированной ногой е стоит и соваться куда-либо. Увы… у графа ответом на все мои доводы оказался его арахнид, который был готов не только хозяина на своей спине таскать, но и встать рядом с ним спина к спине и принять бой.

Но, в отличие от своего хозяина, Ашш оказался более удобным компаньоном: со мной не спорил, делал всё, что скажу и готов был таскать на себе любые тяжести. Помимо хозяина.

Пока добирались до места, я триста раз пожалела, что поделилась с господином советником своими планами на вечер. Лучше бы попросила Шейшу его усыпить, и мы бы с ней тихонько всё провернули сами. А так приходится терпеть его занудство.

— Леди, я всё же настаиваю на том, чтобы вы перебрались в столицу империи ко двору. Вам здесь не место, особенно сейчас, когда на кону стоит очень многое… Вы не должны рисковать своей жизнью…

— А где мне место? — настырное стремление Коулда спровадить меня ко двору Фебера начинало вызывать раздражение. Опять появилось желание взять что-нибудь тяжелое и хорошенько его стукнуть. Но я сдержала свою злость, решив отплатить ему той же монетой — позанудничать.

— Ваше место там, где безопасно. Женщины не должны рисковать своей жизнью. Они должны блистать и радовать глаза своего мужчины. А ваше место, как хорошей супруги, около трона вашего свёкра. Император о вас сможет позаботиться, пока мы здесь будем разбираться с возникшими неприятностями.

Ага, как же, позаботится. Как только станет известно о гибели Альда, меня тут же снова пристроят в «хорошие» руки, главное, чтобы они были верными императорскому трону.

— Скажите, Мар, а как вы стали советником принца? Наверное, вас назначил император Фебер? — я решила раскрутить Коулда на разговор и заодно попробовать сменить тему.

— Нет, император тут не причём. Мы с Реем друзья с детства. Росли вместе, а после учились в Ильянской Академии. А почему вы этим интересуетесь?

— Да так, интересно стало, почему вы вдруг начали лоббировать интересы императора, а не моего мужа и вашего друга.

— Лоббировать? — переспросил Коулд, останавливая своего арахнида и оборачиваясь ко мне. — Что означает это слово?

— Продвигать, ваше сиятельство, радеть, беспокоиться. Вы так «хорошо» в обратном смысле радеете за мои интересы и интересы своего принца, моего мужа, что даже у глупой меня возникли вопросы. Скажите, Коулд, что вам пообещал Фебер за мою доставку ко двору? Ещё одно графство? Или денег отсыпать мешок? А может это будет новая должность?

— Да вы! Ещё одно слово, и я не посмотрю, что вы леди! И за меньшее наказывал.

— Правда глаза колет? — в очередной раз дернул меня черт за язык. — А ведь ваши слова и действия выглядят именно так. Если вы были другом Альда, приносили ему клятву верности, значит должны идти до конца. Раз я его жена, значит, ваша клятва перешла на меня, а император пусть останется где-нибудь там, подальше от нас. Думаю, пора уже определиться с кем вы? Со мной и моей страной, а так как Альд мой муж, значит и с ним, или с императором. Решайте!

— Это предательство!

— Чьё? Я лично вашему императору ничего не обещала. Вы вассал моего мужа, значит, после его гибели должны служить мне. Или я чего-то не понимаю?

— Леди, а почему вы не допускаете мысли, что ваш муж жив? — Коулд снова остановил арахнида и вперил в меня испытывающий взгляд. — Вы проверяли свой брачный браслет?

— А он жив? Есть надежда? И причём здесь браслет? — тут уже я призадумалась. Я почему-то решила, что Альд действительно погиб. Потому что так произошло в прошлый раз. Но я уже убедилась, что события пошли немного другим путём. Почему бы в этой реальности и Альду не выжить? И что я в таком случае буду с этим дальше делать? Было, отчего задуматься. Вряд ли он меня в таком случае отпустит, а играть в семью и дальше, что-то у меня нет желания.

— Так причём здесь браслет? — повторила я мучивший меня вопрос.

— Вы не знаете? — едва заметная улыбка коснулась губ мужчины, сделав его лицо более мягким, а взгляду добавив лукавства. — В знатных имперских домах при заключении брака используют специальные артефакты. У мужчины — это перстень, а у женщины — брачный браслет. Обычай возник лет пятьсот назад. Мы тогда очень долго и много воевали с кочевыми племенами Зарии. Может быть, вы знаете их обычаи?

Я только головой отрицательно качнула. Откуда?

— Ладно, расскажу, — смилостивился Коулд, видя мой горящий любопытством взгляд. — Во время набегов часто захватывали пленников: как мужчин, так и женщин. И уводили вглубь пустыни. Мужчины становились рабами, а женщины могли пополнить гаремы местных вождей. Поэтому и стали использовать в брачном обряде такие вот артефакты. Чтобы не случилось со второй половиной, жена всегда могла узнать, жив её муж или нет, И наоборот.

Информация оказалась для меня шокирующей. Получается, у меня на руке в данный момент висит следилка, по которой Альд мог отслеживать моё местонахождение? Или я ошибаюсь? Я тут же вцепилась в надетое на запястье украшение и попыталась его снять. Признаться, после того, как его на меня нацепили, я про него и забыла. Магия, наверное…

— Эта штука за мной следит? — запястье с браслетом я вытянула в сторону Коулда. — И можно определить, где я нахожусь.

— Вот это вряд ли, — усмехнулся тот, в ответ на моё возмущение. — Только жив ли супруг или нет. Ваш браслет не снимается, да? Досадно то как…

— Не говорите ерунды! — тут же вспыхнула я возмущением на немного язвительный тон Коулда. — Можно подумать, я Альду смерти желала. Кстати, а почему вы его называете Реем, если его имя Альд?

— По правде сказать, — хмыкнул Коулд, — он это имя терпеть не может. Так его всё время называет император, когда находится в гневе. А в жизни и общении с друзьями принц предпочитает своё второе имя.

— Забавно, — хмыкнула я, припомнив, что и у меня тоже есть второе имя. Значение имени Онория в одном из земных языков означало «честь», «достоинство», «уважение». — Тогда, может быть и мне воспользоваться вторым именем? Зовите меня в таком случае Нора. Для конспирации.

Так за болтовнёй мы с Коулдом незаметно добрались до цели. Сокровищница в Блэкстоуне была одним из самых охраняемых мест. Насколько я помнила, помимо стражи поблизости от входа, здесь было навешано всяких разных охранок, и плюс ко всему периметр потайной комнаты был под защитой родовой магии и Хранителя. И теперь мне предстояло решить: показывать графу Коулду как я буду снимать защиту, или нет?

— Ну, что же вы остановились? — Мар Коулд настороженно оглядывался по сторонам. Видимо, в этой части замка да ещё в потайном ходе он до этого момента не бывал.

— Думаю, стоит ли показываться на глаза охране? Может, пусть их Шейша с Ашшем усыпят, а мы спокойно пройдём внутрь?

Коулд только кивнул в ответ на моё предложение.

— Сам хотел это же предложить. Но будет лучше, если ваша самочка просто возьмёт под контроль их сознание. Хотя, у охраны должны быть защищающие от ментального воздействия амулеты.

— А кому они подчиняются: вам или Торено?

— Торено, — буркнул Коулд и задумался. — Я их отвлеку, а вы попробуйте открыть сокровищницу.

И тут же вместе с Ашшем выскользнул из потайного хода в коридор.

— Спите на посту⁈ — рявкнул Коулд, вынудив охрану встрепенуться. Разглядев нежданного «гостя», солдаты оживились. Ещё бы. Думаю, весть про награду за поимку изменника в замке дошла до самого распоследнего слуги. А здесь три тысячи шессов золотом спокойно приплясывали в нескольких метрах. И ехидно скалились.

Я представила, как в мозгах у охранников решалась дилемма: оставить пост и броситься на поимку преступника или стоически терпеть его насмешки, оставшись на своём месте, но при этом вызвав подкрепление? И тогда три тысячи золотых уплывут в руки того, кто окажется более удачливым.

За уход с поста его высочество может и казнить. С другой стороны, а кто про это узнает? Никто. Можно же сказать, что враг пытался прорваться в сокровищницу, а они его задержали. Хотя такого задержишь. Но за мертвого тоже обещали награду….

Это соображение всё и решило.

Троица, дежурившая у входа в святая святых замка, вскинула руки с атакующими амулетами, Коулд в ответ тут же активировал щит. А боевой паук устрашающе заверещал и ударил ментально. Естественно, и с той, и с другой стороны защита устояла. Но Коулд сделал вид, что хочет сбежать и дал приказ арахниду пятиться в сторону соседнего коридора. Тут уже охранники не выдержали и бросились следом.

Я через потайной глазок наблюдала за этим представлением и по своей старой привычке грызла косточку на большом пальце. Боль не давала мне впасть в ступор, да и любой звук мог отвлечь внимание уже на меня.

— Шейша, твой выход! — я подтолкнула маленькую арахну в открытую потайную дверку. — Проверь, нет ли здесь поблизости кого-то чужого?

К счастью, никого лишнего не обнаружилась. Я слышала небольшой шум в том коридоре, куда свернул Коулд, но решила на него не отвлекаться. Граф уже большой мальчик, как–нибудь с тремя охранниками разберётся. Главное, чтобы сюда никто посторонний не сунулся. Пришлось эту мысль довести и до Шейши, чтобы проконтролировала.

Насколько я помнила, охранный контур был завязан на хозяина замка. А так как хозяином последние пятнадцать лет был Альд, то и сигнал о нарушении охранных плетений должен был получить он. Только вот принц отсутствовал, а это значит, что никто не должен был узнать о моём визите сюда. Если только к самозванцу не попал его родовой перстень.

Именно перстень вместе с моим брачным браслетом являлись ключом к охранному плетению. Браслет находился на мне. И во время разговора с Маром Коулдом сколько я не дергала его, но снять так и не смогла. Украшение на запястье сидело как влитое. И замочка не просматривалось. Вероятно, это было ответом мне на сомнения по поводу собственного вдовства. Пока не сниму — свободы мне не видать.

По идее, если я сниму защиту с сокровищницы своим браслетом, то никакой тревоги не должно возникнуть. Во всяком случае, я на это очень надеялась. И пока Коулд там воевал с охранниками, поднесла руку к дверной ручке, коснувшись руны на металле браслетом. По периметру двери полыхнуло белым. На этом все спецэффекты и закончились. Дверь легко открылась, пустив меня внутрь довольно просторного помещения. Навскидку, метров десять в длину и пять в ширину. Внутри оказалось всё так, как я помнила. Вдоль стен стояли наполненные доверху монетами сундуки. Шкафы под завязку оказались забиты шкатулками и ларцами, драгоценными чашами и артефактным оружием. Знать бы, что и для чего применяется и как этим всем пользоваться. В общем, передо мной предстала этакая сказочная пещера Али бабы.

Пока я оглядывалась, в двери верхом на своём арахниде протиснулся граф Коулд.

— А здесь явно кто-то уже рылся! — мужчина внимательно осмотрелся, потом кивнул на стоявшие у дальней стены два небольших сундучка с кристаллами амарина и заявил:

— Пропал один сундучок с кристаллами. И в шкафах с артефактами кто-то уже успел покопаться.

— Откуда вы знаете? Вы здесь бывали раньше? Может, вы ошиблись?

— Месяц назад, — удовлетворил моё любопытство Коулд. — Эти кристаллы амарина должны были быть отправлены в империю. Большой заказ. А взамен к нам по договорённости отправят два каравана с илийским шёлком и специями.

— Но снять защиту можно только или моим браслетом, или перстнем Альда…

— Вот, шесс! — выругался Коулд, сообразив, что я ему пытаюсь донести. — Жаль, что я не могу здесь устроить ловушку!

— Жаль, — эхом откликнулась я, перебирая по памяти все изученные с Гэри плетения. Он меня многому учил. Всему и сразу. Помнится, в результате неудачного опыта по созданию портала, меня чуть не размазало по лаборатории Гэри. А его перстень с пространственным карманом? И сумка-шопер, с которой я таскалась на местный рынок за продуктами. После того, как Гэри её немного доработал, в неё можно было запихнуть грузовик.

— Коулд, что вы знаете о пространственных карманах? — вопрос был совсем не праздный. У меня в голове зародилась идея, которой я собиралась воспользоваться.

— То, что они существуют, — угрюмо мне сообщил мужчина. — К чему вы задаёте эти вопросы, леди? Среди нас нет артефакторов, которые смогли бы такой карман сплести. К тому же, насколько мне известно, структура такого пространственного мешка нестабильна, и в любой момент может исторгнуть своё содержимое наружу.

Ага, как же! Нестабильна! Просто мне повезло столкнуться с чертовым гением, который эту структуру успешно стабилизировал и успешно использует, ни с кем не делясь своими знаниями.

— Боюсь, что вы неправы, граф. И артефактор есть, и пространственный мешок я могу сделать. Нужно только немного времени и чтобы вы помогли мне с магией. А то у меня знания вроде есть, а вот силы не очень много. А как известно, размер пространственного кармана зависит от влитой в его структуру силы. Так что, поможете?

По мере того, как я говорила, глаза у Мара Коулда становились всё больше и больше, а у меня улыбка всё шире и шире. Потом мужчина хмыкнул и умыкнул из сундучка с кристаллами один, сосредоточившись на его заполнении.

— Знаете, как пользоваться? — поинтересовался Коулд, между делом.

Ещё бы мне не знать. Сколько я таких кристаллов таскала в бытность Анриссой Мирей, не перечесть!

— Мне нужен один емкостью в тридцать дэрров, сообщила я Коулду. — Или несколько маленьких, но чтобы в сумме было именно тридцать, а лучше сорок дэрров. Можете сделать?

— Могу, — кивнул тот. — Но после этого мне придётся какое-то время восстанавливаться.

А вот это уже было нехорошо. Но, если я хочу подстроить воришке сюрприз, то придётся рискнуть. О чём я тут же поставила в известность графа. Уточнив у меня, что конкретно я желаю сделать, он неожиданно согласился. Но при этом поставил условие, что после всего я должна буду ему рассказать о том, откуда я знаю артефакторику и что ещё я скрыла от своего мужа и его ближайшего советника?

Разбежался…

Часа три мы все вместе трудились не покладая рук. Сначала я сплела один пространственный карман, вбухав в него треть резерва своего соратника.

— К чему будете привязывать пространственный карман? — поинтересовался Коулд.

Я только улыбнулась в ответ, вспомнив народную мудрость.

— Если хочешь что-то спрятать — положи это на видное место. Мы же хотим всё только спрятать, а не унести с собой?

— Ну, удивите меня, — Мара Коулда явно забавляло то, с каким энтузиазмом я взялась за дело.

— Видите тот пустой мешок? — я кивнуло на валявшийся в углу кусок дерюги. — Вот к нему и привяжу. А второй вот к тому пустому сундуку.

Потом Ашш таскал ценности, на которые мы указывали с Маром Коулдом и сгружал в подпространство. До тех пор, пока в сокровищнице не осталось ничего, кроме пустых полок в шкафах и всякого хлама на полу.

— Думал, ничего не получится, — заявил мне этот гад, после того, как я от усталости опустилась прямо на пол у стены. — Вы говорили о Хранители. Не пора ли проверить?

Вставать не хотелось, но моя цель была именно в том, чтобы выяснить, не пытался ли кто пробраться в родовое хранилище к алтарю. Поэтому с трудом поднялась на ноги и доковыляла да нужного мне шкафа, за задней стенкой которого и скрывалась потайная дверь. Чего стоило только запустить скрипучий механизм и сдвинуть эту махину в сторону!

Руку ожидаемо кольнуло. Насколько я помнила, защита, таким образом, проверяет на кровное родство. Снова полыхнуло белым по периметру двери. И наконец, она отъехала в сторонку, явив нам с Коулдом небольшое помещение три на три, все заставленное стеллажами с какими-то книгами и свитками и пыльное до невозможности. Цепочка чьих-то шагов, довольно свежих на фоне остального запустения, шла к спрятанному в глубине комнаты алтарному камню. Расколотому на двое, родовому камню герцогов Готаррских.

— Что за чор здесь случилось! — брань Коулда лучше всего охарактеризовало и мое состояние. Я бы тоже это хотела знать: что здесь произошло и кому это понадобилось? Но приходилось молча смотреть на расколотый родовой алтарь и гадать, чем это может всем нам грозить? И кому понадобилось разрывать связь между Хранителем рода и мной? А ведь Альду то же зачем-то нужен был Хранитель. Зачем? Пожалуй, на этот вопрос мог бы ответить Мар Коулд, если захочет. Конечно, он тот ещё жук, но кроме него мне в этом деле помочь некому.

— Мар, скажите, чем нам всем обернётся это вредительство? — я обернулась к стоящему рядом очень хмурому мужчине. Было заметно, что такого он явно не ожидал. — И можно ли как-то восстановить алтарь?

— Не знаю, — буркнул в ответ Мар, широко шагая к расколотому камню. Но сделав несколько шагов в нужном направлении, тут же остановился. — Вы это видите?

— Вижу что? — я оглянулась, пытаясь понять, на что показывает Коулд.

— Следы. Тот, кто здесь побывал, сделал это не так давно. И возможно, ещё вернётся.

Вернётся, ещё как вернётся. Я тихонечко хмыкнула, представив как негодяй наведается в Сокровищницу и обнаружит там дырку от бублика. Потом, естественно, он заглянет и сюда. А здесь его тоже будет ждать дырка от бублика.

— Вы не ответили на мои вопросы, Мар. Можно ли восстановить алтарь? И скажите, зачем Альду нужен был Хранитель?

— На счёт алтаря я не знаю, — Коулд озадаченно изучал покрытый пылью пол у расколотого камня. Даже попытался что-то там соскрести и обнюхать. Но раздражённо отряхнул руки и поднялся. — А принцу нужен был Хранитель, чтобы войти в род. Думаете, много радости быть младшим и не очень любимым сыном у великого императора? Рей всего лишь хотел получить чуть больше свободы и возможность основать свою династию здесь. Отделить герцогство от империи, воспользовавшись своим родством с императором Фебером. Мы с Чезаре знали обо всем и поддерживали.

— А вот с этого места поподробней! — я даже опешила от неожиданности, услышав подобное.

— Не время и не место, — поумерил моё любопытство Коулд. — Здесь кого-то убили или ранили, прямо у алтаря. И я подозреваю, учитывая, что доступ сюда был ограничен только членами вашего рода, в этом может быть замешан ваш отец, Лея.

— Но, говорили, что он погиб в сражении… — Я растерялась. Снова мои знания о событиях прошлого разнились с реальностью. Какие ещё сюрпризы мне подкинут?

— Все так думали, но потом оказалось, что на поле сражения тела герцога Эльдиана так и не было найдено. Мы думали, что он скрылся, спасая свою жизнь. Но за полтора десятка лет о нём больше никто не слышал.

— Считаете, что это он устроил заговор и причастен ко всему происходящему? — Я попыталась взять себя в руки и мыслить рационально. Действительно, а что ещё Коулд может думать? Учитывая всё, что мы сейчас обнаружили. — И поэтому сам взял и разбил родовой алтарь?

— М-да… Хорошая была версия…

— Мар, я хочу и тут тоже всё спрятать. Хотя бы забрать ларец с родовыми украшениями и часть архива. Поможете?

Ничего выносить из замка я не собиралась. А вот спрятать так, чтобы никто чужой не смог найти — да. Что мы благополучно с Коулдом и проделали. Уходили из сокровищницы оба с чувством глубокого удовлетворения. Одна из загадок, касающаяся Хранителя оказалась разгадана. Теперь я, по крайней мере, знаю, почему он не появился. Но родовая защита всё ещё на хранилище работает и пропускает беспрепятственно только тех, кто является членом рода. Значит, наш враг по крови мой родственник. Не отец, чтобы там Коулд не предполагал, но кто-то относящийся к роду. И нам это ещё предстояло выяснить. К моему большому сожалению, в книге рода оказались выдраны две последних страницы с записями о смертях и рождениях. Но я не теряла надежды отыскать ответ в замковом храме. Там была своя книга смертей и рождений. И мало кто знал, но получить к ней доступ можно было лишь или будучи жрецом одного из богов, или как глава рода. Я понадеялась, что у меня это получится. А, если нет, тогда стоит признать, что я сделала всё, что могла.

Обратная дорога заняла больше времени, чем путь сюда. Нам всем пришлось изрядно поплутать по тайным переходам, запутывая следы. Зачем? Как мне объяснил Мар Коулд, у хорошего мага-поисковика может получиться, не только отследить наш путь, но и найти убежище в башне. Достаточно, чтобы ему дали что-нибудь из наших вещей. Поэтому, после визита лекаря и того, как я отправилась по своим делам, Коулд отослал весточку верному человеку, чтобы тот устроил пожар в его апартаментах. Нужно было замести все следы. То же самое было проделано и с моими комнатами, но чуточку позже. Уже после того, как там побывала я.

Я, слушая рассказ Коулда, внезапно почувствовала себя до невозможности глупой. Бегала, старалась, а кто-то просто взял и воспользовался своей властью и решил все проблемы за несколько минут. Эх…

— Есть ещё поиск по крови. И просто так от него защититься не получится. Нужен хороший артефакт. Или, хотя бы найти того, что хорошо знает рунную магию и может наложить защиту. У вашего мужа это хорошо выходило.

Я только хмыкнула про себя. И то у него выходило и это. Прямо, не муж, а сокровище какое-то! Только без вести пропавшее. Нет бы, вернулся, и разгребал свалившиеся проблемы.

Стоило только добраться до потайной комнатки при храме, как меня сбили с ног, затискали и оглушили криками.

— Лея! Ты живая! Я знала, что этот гад лжёт!

Вельда с Динирой плакали от счастья, что все живы и здоровы. Я осмотрелась, высвободившись из объятий расчувствовавшихся девчонок. В помещении помимо двух моих фрейлин находился Матиас де Легро и пару незнакомых мне молодых людей. Возможно, я их раньше и встречала, но не запомнила. А вот они меня прекрасно узнали и склонились в приветственных поклонах.

— Что вы все здесь делаете?

— Прячемся, — пояснила мне Вельда. Все входы и выходы из замка перекрыты, на улицах Теоны патрули. Ищут его сиятельство, — моя фрейлина кивнула на показавшегося из потайного хода Мара Коулда. — Даже награду объявили. Майла успела ускользнуть. Отправилась с письмами к нужным людям. Если у неё всё получится, завтра к вечеру уже сможем выбраться отсюда.

— У меня есть лучший выход, — Коулд осмотрел собравшихся людей. — Мы с вами постараемся уйти уже сейчас. И вы мне в этом поможете. Господа Андреас ле Ольер, Никиас Тимейос, Виен Тэкэо и Матиас де Легро, вы готовы принести клятву о неразглашении информации и…

Коулд не договорил. Матиас, подхватившись с места, перебил Мара:

— Мы все готовы принести клятву верности леди Лейладе.

— Я не это имел в виду, — проворчал Коулд. И даже попытался что-то возразить, но не очень убедительно.

Зато я, офигев от происходящего, растерянно оглядывалась по сторонам, пытаясь сообразить, что теперь мне со всем этим делать? Правда, много времени мне на это не дали. Подгоняемая Коулдом, отправилась добывать храмовую книгу. А после этого мы все дружненько спустились в подземелье замка, чтобы одним только арахнидам ведомыми переходами, выбраться за пределы города. Впереди предстоял долгий путь в поисках безопасного места.

* * *

— Ваше высочество…

— Я же просил меня так не называть!

— Простите, боюсь, что мне понадобится время, чтобы привыкнуть, — едва слышно промямлил Гэри, оглядываясь по сторонам. Подобравший их крестьянин ехал на ярмарку в Кирен — небольшой городок на полпути между Теоной и Тиором. Появиться там, в крестьянской телеге и без оружия — не самая хорошая идея. Впрочем, с деньгами тоже оказался напряг. В карманах завалялись кое-какие не очень нужные мелочи, которые можно было бы продать. А вот внимание к себе привлекать не хотелось. А если, не дай боги, ещё и стража к ним докопается, что прикажете делать?

Не сговариваясь, решили покинуть свой транспорт не доезжая до города. Потом на пару часов застряли в придорожной корчме, потратив последнюю мелочь на перекус и бутылку дешевого пойла, отхлебнув которого, получилось убедительно сыграть роль подгулявших горожан.

Кирен встретил путешественников многолюдным шумом городских улиц и настороженностью. На улицах активно обсуждалась новость, как местный лорд расправился с шайкой бесчинствующих разбойников, повелев развешать тела убитых вдоль дороги в сторону Теоны. Так сказать, в назидание другим любителям легкой наживы.

— Кто у нас здесь местный лорд? Что-то не припоминаю… — Альд задумчиво рассматривал небольшую толпу у городских ворот. Въезжающих в город оказалось не в пример больше, чем желающих его покинуть. Рослые молодцы на воротах особое внимание уделяли ввозимым грузам. Но и на путешествующих поодиночке путников тоже обращали внимание.

— В окрестностях Кирена находятся владения трёх лордов, в том числе и одного моего хорошего друга. Его земля клином упирается во владения Крайдена на западе и граничит с поместьем виконта Олби на востоке. Можем заехать и узнать все последние новости. Думаю, Ристен бы не откажет в помощи, если я его попрошу. Да и Арсэлю он благоволил, надеясь выдать за него свою младшенькую. К счастью, девицу удалось пристроить к вам в замок. Кажется, даже фрейлиной к её светлости.

— Ещё один из ваших друзей-заговорщиков? — с изрядной долей сарказма в голосе, осведомился бывший принц. — Уверены, что нас не упекут в местные подземелья, в угоду вашему другому «хорошему другу» Крайдену?

— Зря вы так, ваше выс… ваша милость, — тут же исправился Гэри.— –Лорд Аргус Ристен порядочный человек, дворянин старой закалки. Возможно, у него есть какие-нибудь новости из столицы. Я ему доверяю, как себе. К тому же совершенно необязательно кого-то ещё посвящать в наши с вами дела, достаточно просто попросить о помощи, сказав, например, что подверглись ограблению. В этих местах действительно разбойники пошаливают. Временами…

— То же ваших рук дело?

— Ну… полагаю, что к появлению разбойничьих банд причастен лорд Крайден. Хотя, доказательств у меня нет, — задумчиво сообщил Гэри.

— Аргус Ристен… Ристен… имя мне незнакомое. Возможно, и слышал когда-то, но не обратил внимания. Фрейлина, говорите? Которая из?

— Майлария Ристен, — тихо подсказал Гэри, глядя на то, как Альд пытается вспомнить фрейлин своей жены. Из всех он хорошо знал только леди Айлель, графиню Динир и леди Далию Крайден, остальные же показались ему ничем не примечательным дополнением к первым двум леди. И больше напоминали шумных, болтливых птичек, вызывающих раздражение своим назойливым желанием всё время попадаться на глаза. Они и во фрейлины попали совершенно случайно, просто ему некогда было этим заниматься, поэтому он просто ткнул пальцем в первые попавшиеся имена в длинном списке, подсунутом ему леди Лореной. Только лишь бы отвязалась. А уж о том, что леди очень любила принимать подарки за различные услуги, в его замке не знал только слепой и глухой.

— Хорошая была идея заглянуть в ту корчму, — вынужден был признаться Гэри, глядя на учиненный допрос какому-то верховому пару минут назад. — Признаюсь, был не прав.

С последними монетками прощаться было жалко, но с принцами не спорят. А уж когда у этих принцев неожиданно прорывается огненный дар, и вовсе уж рискованно говорить им «нет».

— Что вы хотите этим сказать, Шерисс? — поинтересовался Альд у артефактора.

— Обратите внимание, кого в первую очередь проверяет стража.

— Одиночек.

Товарищи по несчастью переглянулись, решив на время пребывания в Кирене не разлучаться.

— Ристена навестим позже, — принял решение Альд. — А сейчас, как вы смотрите на то, чтобы немного прогуляться по этому славному городу и собрать слухи?

— Эээ.… Но вы же…хотели купить только лошадей…

— Я передумал, — усмехнулся Альд, решительно направляясь в сторону рыночной площади. Ибо, где ещё собирать слухи и сплетни, как не там? Через пару часов, загнав в местном ломбарде серебряные пряжки от обуви и перстень, «путешественники» сытно пообедали в городском трактире, после чего приобрели по сходной цене двух кляч. Топать пешком ещё несколько миль в сторону поместья приятеля Шерисса никому не улыбалось.

К вечеру гостеприимные объятия Ристен-холла приютили беглецов. Там –то и выяснились подробности появления разбойничьей шайки и её уничтожения.

— Вот что я вам скажу, — глядя на то, как гости отдают должное вкусному ужину, рассуждал лорд Ристен. — Я прожил в этих местах не один десяток лет. Помнится, ещё при батюшке нынешней герцогини, появились тут лихие люди, но наш господин быстро с ними разобрался. Не было такого, чтобы их нельзя было поймать и наказать. А тут, словно чор им помогает. Говорят, даже Сам отправлял своих людей на поимку. И что странное, в одном месте эти чоравы бандиты исчезнут, так тут же объявятся в другом! Сдаётся мне, что без помощи со стороны тут не обошлось.

— Орминцы? — Альд прислушивался к разговору, который неспешно вели старинные приятели. А тут не мог не вмешаться. Слишком уж тема для него оказалась злободневной.

— Да какие орминцы! — махнул рукой старый лорд. — Свои! Уж больно всё ловко складывается. И главное, всё на пользу одному человеку. Странное дело получается, весьма подозрительное. Когда все вокруг беднеют, ловкач Беар наоборот начинает день ото дня богатеть.

— К тебе приезжали, Аргус? — перебил приятеля Гэри. — И что предлагали?

Лорд Ристен помолчав минуту, и недовольно рыская глазами по сторонам, словно нехотя ответил.

— Предлагали поучаствовать в свержении чужака. По мнению некоторых, Готаррой должна править наша исконная династия.

— Но ведь Альд Шесский женился на дочери Эльдиана, наследнице последнего герцога. Её дети и будут править Готаррой.

— Порченая кровь, — махнул рукой старый лорд. — Наполовину имперская. Нет уж, нам нужен кто-то свой. А чужаки пусть убираются к себе в империю.

— И какое решение приняли вы? — снова не удержался от вопроса Альд. Ему было жизненно важно услышать ответ старого лорда.

— Пока никакое. Подожду, посмотрю, как дальше дела пойдут. Дочка пишет, что молодая герцогиня — весьма разумная барышня. Но лучше бы она замуж вышла за местного, или на худой конец выбрала орминца. И не нужно говорить мне про предательство. Мы с Ормином имеем давние связи. Всё время жили в мире и согласии. Да и династические браки нередко случались.

— А, если бы леди Лейлада овдовела и вторым браком связала себя с кем-то из готарцев? Кого бы вы поддержали: её или графа Крайдена?

Вопрос вынудил лорда Ристена задуматься. В случае, если имперский принц погибнет, за герцогство и руку молодой герцогини развернётся нешуточная борьба. И чем она для многих обернётся — только боги знают.

— Уж простите за откровенность, ваша милость, — обращаясь к Альду, Ристен поднялся со своего места и подошёл к стоявшему в углу бюро, где покопавшись в одном из ящиков, вытащил и надел на руку артефактный перстень. Шерисс, заметив манипуляции приятеля, только усмехнулся про себя. — Ваш дядя не тот, кого бы я желал видеть во главе герцогства. К тому же, чтобы он там не утверждал про своё родство с прежней династией, доказательств его словам нет и быть не может. Если бы его признали духи предков и родовой алтарь, тогда шансы на что-то бы были, хоть и мизерные. Бастард на троне Готарры? Увольте. Но опять-таки, чтобы такое случилось, нужно чтобы вообще никого из законных наследников не осталось. Убить принца и самому жениться на леди Лейладе он не может. Это бы означало кровосмешение. Если, разумеется, в нём есть эта самая кровь готаррских герцогов. Есть ещё один вариант, но я про него даже думать не желаю.

— Какой? — поддался вперёд Гэри, требовательно глядя на своего приятеля. — Ну же, Аргус, не молчи! Ты что-то знаешь?

— Как сказать, — задумчиво протянул лорд Ристен. — Слышал кое-что то тут, то там. Очень уж кому-то хотелось представить наследницу Эльдиана неразумной дурочкой. То говорили, что девица слишком набожна и собирается связать свою жизнь с обителью Пресветлой. И что она слаба здоровьем и едва ли сможет подарить своему мужу наследника. И, если случится так, что леди Лейлада умрёт, кого следует предложить в жёны Альду Шесскому? Вот я и представил, что такое может случиться. Потом подумал и решил, что не будет же Крайден убивать свою племянницу, если, разумеется, между ними есть кровное родство?

— Будет, Аргус, ещё как будет, — подскочил со своего места Гэри и забегал по кабинету. — Вот перед тобой сидит живое свидетельство того, что Крайдену на родство наплевать. Знаешь, откуда мы сбежали? Из подземелья Вингарда. Арсэля он собирался лишить души, меня убрать, как свидетеля его делишек. Но вот что я тебе скажу, там, в подвале Вингарда со мной по соседству, в камере напротив держали настоящего принца и одного из его приближённых, лорда Чезаре Торено. Крайден приходил туда и собирался пытать его высочество. Но тот был без сознания. Тогда он приказал выбросить нас в море во время прилива. Ты же знаешь, я хороший артефактор, и смог открыть камеру и увести с собой Арсэля. Что сталось с телом принца и лордом Торено, знает только Амсет. Но думаю, что они мертвы. А в Теоне сейчас самозванец, полностью подчинённый Крайдену. Это правда, Аргус! Хочешь, поклянусь?

— Зачем ты мне это рассказал, Гэри? — шокированный Аргус Ристен поднялся со своего места и открыл шкафчик с выпивкой. Щедро плеснул в один из бокалов тиренской настойки, потом глянув на своих гостей, достал ещё два бокала. Такие новости нужно было записать чем-то очень крепким.

— Чтобы ты наконец-то определился, Аргус. И остальные тоже. Вы все должны понимать, что нас может ожидать, если Беар Крайден дорвётся до власти.

— Вот с этим… — Ристен показал определяющий ложь артефакт, выполненный в виде перстня. — Ты бы не стал мне лгать.

После чего понимающе усмехнулся.

— Слишком опасная информация. И за меньшее убивали. На вас откроют охоту.

— Уже, мой друг, уже, — Гэри только фыркнул в ответ. — Поэтому мы пришли к тебе. Нам нужна помощь. В первую очередь хорошие лошади и оружие. Знаю, ты не столь богат, чтобы я у тебя просил ещё и денег. Нам бы только добраться до нужного города, а там я загляну в банк и возьму столько, сколько мне необходимо.

— Деньги не проблема, благодаря нашей молодой герцогине, — заявил, усмехаясь Ристен. — Она обеспечила своих фрейлин неплохим приданым.

Удивлённый Альд бросил вопросительный на Гэри, тот только руками развёл в ответ. И после этого уже оба с молчаливым вопросом уставились на хозяина.

— Ничего не скажу, — усмехнулся тот. — Скажем, это плата за верность и преданность.

— И после этого, ты ещё виляешь, как лиса хвостом? — возмущённый Гэри в который раз подхватился с места. — Так ты поможешь или нет?

— Помогу. Но обещать молчать об услышанном сегодня, не стану. Совет лордов должен обо всём узнать. И чем раньше — тем лучше. Полагаю, вы задерживаться у меня не станете. Что собираетесь делать дальше?

— Не стоит вам об этом знать, — вмешался в разговор Альд. — Если кто-то попытается залезть к вам в голову, наши планы останутся неизвестны. У моего хм… «дяди» достаточно разных полезных ему артефактов, которые и не такое могут. В своё время граф Шерисс постарался, — не удержался от сарказма Альд.

Плодотворная получилась встреча. За какие-то пару часов бывший принц Шесской империи выяснил больше, чем за последние десять лет. Оказывается, несмотря на весьма либеральное правление, поддержки среди местной аристократии он так и не получил. И они бы предпочли видеть своим правителем кого угодно, но не чужака, силой захватившего страну и навязавшего свою власть. И существует некий Совет, который и стоит за всеми его проблемами. Наивно было полагать, что его брак с дочерью Эльдиана Готаррского заставит местную аристократию смириться с новой властью. Ещё наивнее выглядел он сам в собственных глазах после всего, что ему стало известно про собственную жену. А теперь у него нет выбора. Он должен остановить намечающееся кровопролитие, уничтожить заговор и вернуть всё, что он потерял. Только как?

На следующий день граф Шерисс вместе со своим молодым спутником добрались до Тиора. Оттуда открывалась великолепная возможность покинуть герцогство на одном из кораблей. Но они этим не воспользовались.

Всю дорогу до портового города Гэри размышлял о причудливости судьбы и бренности бытия. И тайком наблюдал за своим молодым спутником. Ему казалось, что тот что-то задумал. Самого же Шерисса вполне устроило бы, если удалось предотвратить наложение проклятия. И, если бы для этого понадобилось кого-то убить или ввести в заблуждение, Гэри бы не задумался ни на минуту.

Едва добравшись до города, Альд повёл себя весьма странно. Вместо того чтобы заняться поисками убежища и затаиться, развёл бурную деятельность. Начал встречаться с какими-то людьми, вести переговоры, где-то раздобыл артефакты и деньги. Впрочем, граф Шерисс тоже не сидел, сложа руки. Отсутствие дара причиняло большие неудобства. Шерисс привык прощупывать своих собеседников, считывать поверхностные мысли, теперь же приходилось надеяться только на помощь артефактов и собственную интуицию. Прощать своему бывшему соратнику предательство и попытку убийства Гэри не собирался. Желание отомстить жгло душу, а страх заполучить проклятие подстёгивал к действиям, но артефактор не привык торопиться. Тем более что компания по дискредитации Крайдена уже была запущена. Тут оброненное слово, там пару намёков. На то, чтобы поднять старые связи и встретиться с нужными людьми, много усилий не требуется. Только желание и деньги. И того и другого у артефактора оказалось в достатке.

О методах Крайдена Гэри знал предостаточно, но кто решил, что того нельзя переиграть? Знаток душ к любому может подобрать ключик. Жалко, что дара он лишился, но его знания и ум остались при нём.

А между тем из столицы приходили противоречивые слухи. Говорили, что его высочество зачем-то перебил собственных пауков и велел арестовать живших в Теоне орминцев. Зачем-то сжёг посольство этой страны. Хотя войны между империей и Ормином нет. По другим, дошедшим до Тиора слухам, арахнидов уничтожил Мар Коулд, граф Алесский, бывший соратник принца, находившийся ныне в бегах. За голову которого обещали немыслимую сумму. А ещё этот «мерзавец» то ли похитил его светлость леди Лейладу и куда-то увёз. Толи она сама к нему убежала. Но тут слухи рознились. Утверждали так же, что герцогиня состояла с графом Алесским в любовной связи. Но были и такие, что говорили о попытке принца убить свою жену. И она вынуждена была спасать свою жизнь, сбежав от мужа — убийцы. И так далее… Слухи множились, один другого невероятнее. И где во всём этом, правда — было неизвестно.

— Ваше выс… милость, очень неразумно с вашей стороны столько времени проводить среди этих чужаков. Вас в любой момент могут задержать и тогда… — Гэри не договорил, стушевавшись под гневным взглядом принца.

— Эти чужаки, как вы только что подметили, мои соотечественники, и они мне ничего плохого не сделают.

— Но они же не знают, кем вы на самом деле являетесь.

Это действительно являлось проблемой. Альд воспользовался агентурной сетью Мара Коулда. Всё же вместе разрабатывали план по поимке орминских шпионов. Явки, пароли, имена ему были известны. Не хватало самого малого — документов, средств и оружия. Артефактами обещал снабдить Шерисс, чувствующий за собой вину в происходящем и старающийся её искупить. Правда, некоторое количество он добыл сам, просто воспользовавшись своими связями. Особенно полезен оказался переговорный амулет.

В последний раз по переговорнику Мар Коулд выходил на связь три дня назад Алан Гретс, с которым Коулд связывался, утверждал, что граф никаких указаний относительно приказов «принца» ему не давал. Распорядился затаиться и наблюдать. А как тут остаться в стороне, когда такое творится?

С Маром удалось связаться только на четвертый день, и то, переговорник пофыркав минут пять, тут же замолчал. И как Альд его не тряс, как не пытался снова связаться, ничего не вышло. Где можно находиться, что один из самых мощных артефактов связи не дотягивает? В то, что Мар отключился по собственному желанию, Альд верить не хотел. И гнал прочь мысли о возможном предательстве друга. Кто угодно, но только не он. Но червячок сомнений нет-нет, да начинал подтачивать душу.

Сама ситуация сложилась неоднозначная. То, что творил самозванец, бросало тень на самого Альда. Отмыться, очистить своё имя, рассказав правду? Кто поверит? Снова стать Альдом Рейгаром Шесским не получится. И как быть? Особенно с этим вопросом доставал Шерисс.

— Ваше выс… милость, было бы неплохо, чтобы вы поделились тем, что задумали. Наверняка, мы можем быть друг другу полезными. Вы же понимаете, что никто не поверит в ваш рассказ о переселении душ?

— Шерис, не держите меня за идиота! — не выдержав давления со стороны артефактора, вспылил Альд.

— Я не хочу, чтобы вы натворили глупостей! — оборвал возмущение Альда артефактор. — Смотрите, ситуация такая: для императора наш самозванец — сын, чтобы он не творил. Всякий, кто выступит против него — враг и подлежит уничтожению. Нужно дискредитировать самозванца перед империей. Заставить его сделать нечто такое, что даже император Фебер не простит. Вы понимаете?

— Замазать моё имя в грязи? — скривился Альд, понимая, о чём идёт речь. — Вы не представляете, Шерисс, как мне временами хочется вас убить. Не предлагайте больше мне этого.

Гэри только удручённо покачал головой. Отчего же он не представлял? Представлял, причем, очень хорошо. Даже попытался себя поставить на место Альда и понял, что он сам бы так держать себя в руках не смог. Но раз его бывшее высочество сопротивляется, значит, ему стоит помочь. Не стоило недооценивать придворного артефактора. За пятнадцать лет нахождения при дворе Шериссу многое стало известно. Например, о том, что за разведением арахн в империи стояла одна весьма эксцентричная леди. Точнее, совсем не леди. Леди Коулд, незабвенная матушка Мара Коулда, графа Алесского трудно было назвать леди в привычном понимании этого слова. Она была воительницей, чужачкой, не раз нарушавшей законы империи. И это ей сходило с рук. Насколько Гэри помнил, именно эта дама, будучи родом с далекого юга, привезла в империю арахнидов. Племена аюнов не только приручили огромных пауков, но и успешно их использовали для войны. Что, если, написать этой даме, обрисовав сложившуюся ситуацию и ту опасность, которая грозила её сыну? Кочевники отличались невероятной жестокостью и непредсказуемостью.

Граф Шерисс усмехнулся, подумав о том, что уж леди Коулд точно не будет страдать излишней щепетильностью относительно честного имени шесского принца, а поступит так, как подскажет ей её изворотливая фантазия.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ. ЖИЗНЬ — ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ НЕСКОНЧАЕМЫЙ РЯД СЧАСТЛИВЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ ВЫЖИТЬ

Оглядев в который раз свою «свиту», я огорчённо вздохнула. Негусто, прямо скажем. Две мои фрейлины, трое молодых людей, Коулд и я. Ах да, ещё про Ашша с Шейшей забыла. И как с такими силами противостоять самозванцу? Да и плана как такового у меня не было. Всего лишь некоторые мысли, сомнения, предположения, не более того. Их предстояло облечь в какую-то форму и поделиться с девчонками. Чувствую, с Коулдом на эту тему говорить бесполезно. Снова заведет свою шарманку о том, что леди должна сидеть дома и вязать чулки, а вот мужчины могут устроить между собой разборки, вплоть до смертоубийства. Воевать я не умею, но и сидеть в каком-либо укрытии и ждать с моря погоды — тоже не по мне. Самое лучшее, что мне пришло в голову — это устроить мозговой штурм. О чём я и заявила, стоило только спуститься в подземелье. Как ни странно, но последнее слово оказалось за архнидами. Шейша вдруг вспомнила, что на её попечении находится малышня, которую нужно как-то пристроить и вырастить. А вот как?

Как ни странно, выход предложил Коулд.

— Если молодые люди не боятся, — с усмешкой заявил он, глядя на Матиаса и его двух товарищей. — Я бы предложил связать их с маленькими арахнидами.

— Разве для этого не нужен ментальный дар? — тут уже удивилась я, вспомнив свою первую встречу с Ашшиашшей и наш с ней разговор.

— Нужен, — подтвердил Коулд. — Но у нас безвыходная ситуация. Связь будет односторонняя, а для того, чтобы полноценно общаться, придётся озаботиться поиском нужных ментальных амулетов. Так что, рискнёте?

Никто не отказался. Более того, даже Вельда с Динирой изъявили желание получить и себе такого спутника. Насмотрелись на то, как я вожусь с Шейшей и обзавидовались.

Коулд только усмехнулся в ответ на моё беспокойство.

— Спросите у своей связанной безопасно это для ваших подруг или нет.

Разумеется, Шейша тут же подтвердила, что максимум, что им всем грозит — это боль в месте укуса и некоторая слабость.

Пришлось на несколько часов задержаться, чтобы провести привязку с малышнёй.

— Фух, половину оравы пристроили, — заявил этот невозможный человек, после того, как определил каждому добровольцу по маленькому арахниду. — Остальных придётся оставить здесь. Шейша! Тебе придётся кое-что сделать.

После чего пошушукавшись с Коулдом, моя паучонка куда-то умчалась. Оказалось, Мар ей предложил зачаровать кого-нибудь с кухни, чтобы спускались в подвалы и подкармливали малышню. И главное, чтобы никому ни о чём не могли рассказать.

Подземные ходы протянулись на сотни метров от замка. Иногда приходилось передвигаться, согнувшись в три погибели. Не знаю, на кого эти тоннели были рассчитаны, может на лилипутов или гномов? Но ни первых, ни вторых в этом мире не существовало. Разве что, в сказках. У меня даже мысль мелькнула, а не проделали для своих нужд пауки эти подземные переходы? Вполне может и такое быть.

Выбрались наружу уже ближе к вечеру следующего дня. Голодные, грязные и уставшие. И тут снова Коулд меня удивил. Выудил откуда-то переговорный артефакт и, пообщавшись с кем-то, сообщил, что если мы немножечко подождём, то вскоре здесь появятся его люди. Пригонят дорожный дормез и привезут перекусить. А потом мы отправимся в безопасное место.

— Куда вы собираетесь меня везти? — не удержалась от вопросов я. — К вашему императору в гости я не поеду. И не мешало бы нам всем обсудить создавшуюся обстановку и решить, что делать дальше.

— Хотите заняться обсуждением здесь в лесу? — ехидно поинтересовался Коулд?

— Чем это место хуже любого другого?

— Например, комарами, кормить которых я не намерен.

— Тоже мне, неженка, — чуть слышно буркнула я, в душе соглашаясь с Коулдом. Местная летающая пакость досаждала нам все, и только Шейша была почти счастлива — для неё оказалось развлечением ловить насекомых и съедать их.

К сожалению, Коулд расщедрился на объяснения только после появления небольшого вооружённого отряда. Я смотрела на всех настороженно. Сопровождающие меня фрейлины, чувствовали повисшее в воздухе напряжение и держались рядом. Чего нельзя сказать о Матиасе де Легро. Тот прямо заявил, что не двинется с места, пока Коулд не озвучит свои намерения относительно нас всех. И ему плевать на то, кому придётся пустить кровь.

— Я бы на вашем месте, молодой человек, не был столь самоуверен, — с насмешкой заявил один из прибывших наёмников. — Нас больше и мы лучше подготовлены.

— Не стоит торговать шкурой неубитого медведя, — отзеркалил насмешку Матиас. И я забеспокоилась, как бы не началась драка, которая неизвестно чем может окончиться. Всё же наёмник был прав, ни Матиас, ни двое других парней совсем не воины. Меч в руках держать умеют, но убивать не привыкли. Но Коулд снова меня удивил.

— Арсено, не трогай детишек, — при этих словах парни возмущенно зашипели. — Нам ещё из лесу выбираться и обходить посты. Сам знаешь, на счету каждый человек будет.

— Мар, так я же только подразнил, — снова усмехнулся наёмник, показав степень близости своих отношений с Коулдом. — Посты проскочим. Я прихватил некоторое количество амулетов личины. И все необходимые документы у меня тоже с собой.

— Лорд Коулд, будьте добры, озвучьте, куда мы направляемся? — снова не удержалась я от вопроса. На душе было тревожно. Какое-то смутное беспокойство не давало расслабиться. Коулду я не доверяла ни на грош. Сейчас в данный момент он мой союзник, но кто знает, как повернётся жизнь дальше?

— В один уединённый замок на побережье, — снизошёл до ответа граф Алесский. — Там вы передохнёте и приведете себя в порядок. Через третьих лиц я зафрахтовал небольшую торговую шхуну. Вас и ваших фрейлин в порту Тиора возьмут на борт и доставят в Марезу, где вы сможете переждать какое-то время.

— А, если я не согласна? Если я не хочу отсюда уезжать и предпочла бы спрятаться и переждать где-нибудь здесь? Лорд Коулд, мне жизненно необходимо встретиться с матерью! Если вы желаете меня спрятать — отвезите в тот монастырь, где по слухам находится леди Элвея. Там я тоже буду в безопасности.

— Леди Элвеи может там уже не быть.

— Вот и убедимся в этом, — продолжила упорствовать я.

— Я пошлю людей, чтобы проверили это.

— Вам никто не расскажет правды. Даже, если её там давно нет, вам скажут обратное. Мне самой нужно удостовериться.

— Это может быть опасно!

— Не опаснее путешествия до Марезы! — парировала я.

Как бы-то ни было, но каждый остался при своём. Коулд был свято уверен, что поступает правильно. А я с каждой минутой испытывала всё большее беспокойство, и не хотела с ним соглашаться. Мне казалось, что это моя интуиция просто вопит об ошибочности данного решения. И стоит бежать от Коулда, куда глаза глядят.

В обещанное убежище мы смогли добраться только через пару дней. Дорогу я совсем не помнила. Меня тянуло куда-то со страшной силой. Я даже была готова выпрыгнуть на ходу из кареты и бежать пешком. Дошло до того, что во время остановок меня стали выводить, буквально под конвоем. Я бушевала, истерила, пыталась против своих охранников применять магию. Просила Шейшу заставить всех меня слушаться, но даже моя паучонка отказалась мне помочь. Предательница!

Арахна попросту перебралась на руки к Коулду и почти всю дорогу просидела там. Изредка забираясь ко мне на платье, чтобы обнюхать, лизнуть, а после этого вспрыснуть очередную порцию паучьего яда. Ана меня чем-то травила, отчего каменело тело, мутилось в голове и хотелось спать.

— Лея, миленькая, потерпи, — со слезами на глазах уговаривала меня Вельда. — Мы скоро прибудем в безопасное место, а потом граф Коулд обещал найти мага крови и снять с тебя это проклятие.

Проклятие? Какое проклятие? Я непонимающе хлопала глазами и впадала в очередное забытьё. Кто меня проклял и зачем? Непонятно….

Одно знала, нужно было немедленно встать и бежать обратно. Вернуться в замок. В Теону. Там меня ждут. Кто? Не знаю. Кто-то очень для меня важный. Очень важный. Из-за кого можно и убить, например, Коулда.

Ах, какой красивый кинжал висит на поясе у Матиаса де Легро! Я попросила парня подойти поближе и дать посмотреть оружие. Ну, как поспросила? Это мне казалось, что я это сделала. И даже руку протянула. А когда мои ожидания не оправдались, зашипела гадюкой на скрутившего меня Коулда, а потом попыталась его укусить. Зачем? Самой бы понять…

Периоды просветления сменялись периодами беспамятства. И как я понимаю, оным я была обязана Шейше. Что-то она мне такое вспрыскивала, отчего я впадала в спячку. А когда приходила в себя, снова начинала буянить, требовать остановиться и повернуть обратно.

— Ваше сиятельство, что с леди Лейладой? — как-то сквозь дрёму услышала я голос Диниры.

— Кровная магия, леди. Кто-то взял кровь близкого родственника и зачаровал её. Леди тянет вернуться обратно, при этом из-за невозможности этого, она может сойти с ума. Приходится держать её в полусне. Скоро доберёмся до места, и я попробую найти нужного мага, который снимет это заклятие.

— Я вам так благодарна, — журчал голосок Диниры. Она ещё что-то рассказывала, я с трудом разбирала слова. И с удивлением понимала, что моя фрейлина с Коулдом флиртует. Он ей нравится? Этот шовинист и тиран? А как же жених, о котором она рассказывала?

— Ваше сиятельство, Эртингер на горизонте! Я отправлю двоих вперед проверить дорогу и предупредить о нашем прибытии.

— Действуй, Йохан.

Моё состояние сложно было назвать приятным. Меня одновременно и знобило и бросало в жар, и тянуло куда-то с неимоверной силой. Я не понимала, что происходит, мне казалось, вокруг одни враги и предатели. Меня никто не понимает, не слушает и не слышит. Приступы жалости к себе сменялись периодами агрессии. Будь у меня силы и возможности, и кто-нибудь бы точно пострадал. Раньше мне не приходилось сталкиваться с таким, чтобы во время болезни появлялся бред и видения. Не припоминаю ни голосов потусторонних, ни галлюцинаций. Хуже всего, что какая-то часть меня прекрасно осознавала, что происходит нечто неправильное. И даже понимала, в чём эта неправильность и состоит. Я словно раздвоилась. Половина меня оставалась наблюдателем и никак не могла повлиять на развитие ситуации, а вторая активно реагировала на всё, что мне навязывало моё подсознание.

И видения были удивительно реалистичными, сопровождающимися слуховыми, визуальными и тактильными ощущениями. Меня гладили по голове, и тихий женский голос увещевал выпить лекарство. Незнакомка долго сетовала на то, что деточка её стала уже совсем взрослой, да только похудела и подурнела. И, если я не буду принимать назначенные лекарем настои и хорошо кушать, то меня не будет любить муж.

Что?

Какой ещё муж? Хотела сказать, что мужа у меня нет, а тот, кто таковым называется, на самом деле мне никто. Был муж, да объелся груш, если говорить по-простому. Но язык словно приклеился к нёбу, и я лишь протестующе промычала, чтобы меня оставили в покое и не поили всякой гадостью. А ещё у меня пересохло горло и страшно хочется пить.

— Сейчас-сейчас, деточка, — проворковала женщина и в следующее мгновение мне в горло потекла такая вкусная, чистая и прохладная вода.

Потом я слышала голос вроде как Альда, который с кем-то ругался и грозился открутить голову и все выступающие части тела. Во всяком случае, интонации и выражения были его. И тембр голоса очень похож. Ну, бред же! Альд пропал и возможно, вообще погиб. Вот приду в себя и снова попробую снять с руки зачарованный брачный браслет. Проверю, а вдруг расстегнется?

С другой стороны при мысли, что его на самом деле могли убить, становилось горько на душе. Я уже сама не понимала: хочу я его смерти или нет? Ведь, в случае, если браслет удастся снять, будет значить, что я стала вдовой, и Альда больше нет. По сути, настоящий Альд мне ничего плохого и не сделал. И чтобы между нами ранее не было, но смерти я ему не желала и думала, встреться мы с ним при других обстоятельствах, смогли бы мы подружиться или нет? Или он такой же шовинист, как и Коулд? Этого я не знала.

— Леди, вы, когда чем-то недовольны, похожи на маленького ёжика, — тихий шепот над головой заставил меня встрепенуться. Глаза открываться не желали, но желание рассмотреть, кто здесь около меня разговаривает голосом похожим на голос моего мужа, было очень сильным. Меня посетил очередной глюк или рядом реальный человек? А если да. То кто он такой? Пару раз трепыхнувшись, поняла, что желание неисполнимо. Не просить же мне как Вий: «поднимите мне веки», чтобы разглядеть свою слишком уж живую и активную галлюцинацию. Чужое дыхание скользнуло по лицу, словно тот, кто находился рядом, наклонился ко мне. Я тут же представила, как выгляжу — не умытая, не расчёсанная, ещё возможно и опухшая со сна, и мне резко захотелось спрятаться.

— Снова сопите и распускаете колючки. Моя упрямица.

Последнее слово прозвучало с нежностью? Да, ладно! Точно глюки. Мне явно это всё мерещится. Бывают же такие реалистичные сны? Вот и мне такой сейчас снится. А проснусь, и сразу всё исчезнет.

Но, словно в противовес моим мыслям чужая рука скользнула по щеке и легонечко её погладила. Я затаилась, не подавая вообще никаких признаков жизни. Хотя и так не могла пошевелиться, а тут и дыхание задержала.

— Жаль, что мы с тобой не можем нормально поговорить, — продолжил разговор незнакомец. Теперь я явственно слышала, что никакой это не Альд, а кто-то с очень похожим голосом. — И чтобы ты меня выслушала.

Сожалеющий вдох, чужое дыхание скользнуло по лицу, горячие, сухие губы поставили метку на виске, меня даже в жар бросило, а в животе затрепетали пресловутые бабочки. Что со мной творится? Кто это такой и почему моё тело так неоднозначно реагирует на его прикосновения?

— А теперь придётся немного потерпеть, моя хорошая, будет больно, очень больно. Кричи, если станет невмоготу.

Что он со мной собирается делать? Как я буду кричать, если голос мне отказывается подчиняться?

Я вдруг осознала, что лежу на чём-то мягком под тоненькой простыночкой, можно сказать, совершенно голая. Ну не считать же за одежду коротенькую рубашку на бретелях, которая сейчас задралась по самое не могу? И этот странный незнакомец сейчас эту простынку просто откинул в сторону. Потом рукой коснулся моей ключицы. Чувствительная кожа тут же отреагировала шествием мурашек по плечам и затылку. А чужая рука между тем медленно, словно лаская, двинулась вниз. Едва касаясь и в то же время, вызывая необычные ощущения ожидания чего-то. Разумом я понимала, что следует возмутиться такому самоуправству. Но тело в очередной раз меня предало. Краешек рубашки осторожно отодвинули, послышался глубокий вздох и недовольное какое-то шипение. Ругается? На что, интересно? Это мне тут в пору устраивать скандал. На себя и какого-то Крайдена? А я причём?

— Нет, не здесь… — снова бормотание и сожалеющий вздох. Я почувствовала, как меня перевернули на живот, прилично так оголив спину. Прохладный воздух коснулся разгорячённой кожи. Мурашки пошли на второй заход и, похоже, уже выстроились рядами и колонами. Суматошное сердце грозило выпрыгнуть из груди. Всё чувства разом обострились. Касание чужих губ обожгло, вызвав невольный стон. Меня захлестнули эмоции: хотелось одновременно плакать и ругаться. Меня переполняло возмущение столь бесцеремонным обращением, что я даже забыла про навязанное желание куда-то бежать.

Снова касание. Чужая рука огладила кожу под лопаткой.

— Хмм… Лучше всего здесь.

Послышался стук, звяканье, спины коснулся холод металла. От неожиданности я дернулась. Незнакомец ругнулся, и меня пригвоздила к кровати чужая рука.

— Прости… Если бы можно было сделать иначе…

А потом пришла боль. Нет, не так. Это была БОЛЬ с большой буквы. Кипела кровь, горячим потоком растекаясь по венам. Плавилась кожа, глаза, волосы. Всё…. Я чувствовала чужие касания, но в это момент мне было всё равно. Потому что лава вместо крови и расцветший на спине огненный цветок, казалось, вытеснили всё иное.

В себя я пришла на удивление быстро. Уже на следующее утро открыла глаза и поняла, что лежу не в карете, а действительно в какой-то комнате. Высокий потолок с лепниной навевал мысли о дворце или замке. Неподалеку хлопотали две женщины. Одна вытирала пыль на туалетном столике и удручающе качала головой, смахивая видимую только ей грязь. Вторая копалась в гардеробной, попеременно доставая оттуда- то одно платье, то другое.

— Если немного перешить, то может ещё и сгодиться…

Голос я узнала сразу. Именно он называл меня недавно деточкой и сетовал на худобу. Значит, не все мои видения были бредом. Кто же это такая и где я нахожусь?

Последний вопрос, кажется, я произнесла вслух.

— Ох, госпожа! — встрепенувшаяся служанка метнулась сначала ко мне, потом к двери: — Сейчас его сиятельство оповещу!

— Деточка, как же это так? — всплеснула руками пожилая дама. — Напугала меня, старую.

— Кто вы? — нашла в себе силы приподняться и задать вопрос я. — Где я нахожусь?

— Ты в Эртингере, замке, доставшемся от матери в наследство. А я Люсиль, твоя няня.

— Люсиль?

Память тут же подкинула мне ощущение тепла и заботы, связанные с этим именем. Воспоминания детства полу истёрлись. Лица своей няни я не помнила, но вот её руки и та теплота, которой она не жалея одаривала меня, ассоциировались в моей памяти с ощущением счастья и безопасности.

Нянюшка тут же бросилась обниматься, а я снова окунулась в полузабытые ощущения.

Потом мы говорили. Долго. Вспоминали прошлое. Леди Элвею и герцога Эльдиана, моих нынешних родителей.

— Твоя мать, деточка, добрая женщина, но глупая, — покачала головой няня. — действует второпях, верит всему не попадя.

— Глупая? — я хихикнула. Тут есть люди, которые леди Элвею считают чуть ли не вселенским злом, а няня говорит, что она добрая и глупая.

— Глупая, — уверенно кивнула головой няня. — Коль доведётся встретиться, не слушай её и не верь каждому слову. Маменька твоя, что сорока, разговорами задурит голову, да и сделает так, что будешь плясать под её дудку. А ведь того не разумеет дурная, что на её хитрость найдётся другая, ещё хитрейшая.

— Няня, а что со мной такое было? Что-то я никак вспомнить не могу.

— Что-что, — проворчала няня, недовольно поджав губы и отходя к столу, на котором стояли кувшин и кружки с лекарством. — Проклятие на тебя наложили через родную кровь. Если так посудить, то из родичей у тебя, деточка, кроме матери никого и не осталось. Троюродные вообще не в счёт, как и орминская родня. Кому-то она свою кровь дала для злого дела.

— Не верю я, — а внутри всё похолодело от дурных предчувствий. Я тут же вспомнила, как мы с Коулдом грабили сокровищницу и разбитый родовой алтарь. Кто-то же туда пробрался и это сделал?

— Не верь, только вот больше некому. Близкой родни со стороны батюшки у тебя не осталось, а кроме неё больше и некому. Вот я и говорю, глупая она. Дурная.

Я задумалась. Нужно будет после Коулда расспросить, что он обо всём этом думает? А пока…

— Нянюшка, скажи, а девушки-фрейлины, которые приехали со мной. Где они?

— Тутака, — тут же отреагировала нюня.— –Всё норовили сидеть у постели и дежурить. Только я прогнала. Приехали бледные, почти зеленые. Краше в гроб кладут. А туда же, дежурить. Их лекарь местный отварами сонными сразу же напоил. А когда отоспались, целый день тут и просидели. Советник –то имперский мага какого-то сюда притащил. Чудного. Лицо за маской скрывал, да вел себя очень странно. Но хвала богам, помог. А как тебя проклятие-то отпустило, сразу же и уехал. А второй маг, как его, архтефактор, тьфу, никак не выговорю. Тут в замке остался. Тоже чудной. Они с советником имперским повздорили, вздумали устроить сражение. Советник этого архтефактора вызвал, а тот только посмеялся и сделал рукой вот так.

Тут няня крутанула кистью что-то замысловатое.

— У советника — то меч в бублик и скрутился. Шума было и смеху. Так они нашли выход. Морды друг другу вчера весь вечер полировали. Местная охрана даже ставки делала на того, кто победит. Маг, который тебе помог, велел лекарю их обоих не лечить. Сказал, что это наука им будет.

К концу разговора я поняла, что уже ничего не понимаю. И чтобы разобраться в происходящем, мне нужно пообщаться с кем-то из моих девчонок. Тем более, что, по словам няни, они должны быть где-то рядом. К завтраку няня меня не выпустила, велев сидеть у себя и набираться сил. Зато горничная притащила нагруженный разнообразной снедью поднос. И мне пришлось, несмотря на отсутствие аппетита, давиться сначала кашей, потом булочками с ягодным взваром. На остальное я даже смотреть не стала. К горлу отчего-то подкатывал комок тошноты. Думаю, это от тех настоек, которыми меня здесь подчевал местный эскулап.

Стук дверью и шум голосов оповестили меня о появлении гостей. Девчонки мои объявились сразу же после завтрака. Словно караулили под дверями.

— Лея, мы так рады, что тебе уже лучше!

— Я не представляю, кем нужно быть, чтобы проклясть свою родную кровь! Я думала, твоя матушка тебя любит!

— Ах, маг, который тебе помог, такой душечка! Жаль, что у него лицо прячет. Говорят, там шрамы…

— Откуда ты это взяла?

— Горничные болтали.

— Подслушивала!

— А, если и так, то что? Нужная информация сама в руки не поплывёт!

— Девушки, прекратите шуметь!- осадила девчонок нянюшка. А я только смотрела на них и счастливо улыбалась. Как же это классно, быть живой!

— Девчонки, я тоже рада вас видеть. Не представляете как, рассмеялась я и в порыве чувство бросила обниматься. И не важно, что няня смотрела на всё это, неодобрительно поджав губы, а у ставшей свидетельницей горничной от любопытства горели глаза. Пусть. Надоело подстраиваться под обстоятельства и требования этикета. И бояться всего тоже надоело.

— Рассказывайте…

Девчонки мои посерьезнели и, иногда перебивая друг друга, изложили свою версию событий. После того как спровадили нянюшку Люсиль на кухню. Я тут внезапно вспомнила о своих любимых в детстве пироженках, и бедная женщина никак не смогла устоять перед тремя парами умоляющих взглядов.

— Понимаешь, Лея, Коулд ничего не говорит. Весь таинственный такой. Развёл здесь бурную деятельность. Вчера местный гарнизон утречком поднял по тревоге и устроил проверку. А ещё и внезапно объявившийся граф Шерисс тоже скрытничает.

Вельда рассказывала обстоятельно, не забывая упоминать обо всех подмеченных странностях и вроде бы незначительных мелочах.

— Шерисс с Коулдом вроде бы на первый взгляд враждуют, но это только так, кажется. А на самом деле я видела, как они вдвоём заперлись в библиотеке и о чём-то секретничали. А после этого Коулд кому-то посылал магического вестника. Я таких ещё не видела. Нужно быть очень умелым магом, чтобы такое уметь делать.

— Ты не права, Вель, — вступила в спор Динира. — Мне кажется, это лорд Шерисс что-то мутит. Он же артефактор и причём, говорят, талантливый. Он мог придумать что угодно. Важно другое, они оба, хоть и демонстрируют всем свою взаимную неприязнь, а на самом деле спелись и что-то задумали. И меня это очень беспокоит. Они ведь вчера подрались. Все думали, будет поединок, а оба лорда сошлись в рукопашной. И теперь у одного правый глаз подбит, а у другого левый. Никогда такого не видела, чтобы представители высоких домов так себя вели на потеху публике.

— Ещё и маг этот странный, — вмешалась в разговор Вельда. — Не знаю, Нира, что ты в нём такого нашла, по мне, так он не воспитанный варвар. Я вчера попыталась с ним заговорить, он был непростительно груб и неразговорчив. Но это ещё не все странности.

Тут уже и мне стало тревожно. Я прекрасно помнила, что Гэри куда-то исчез и долгое время не подавал о себе знать. А здесь, внезапно появился, и, судя по рассказу девчонок, опять куда-то вляпался. Знать бы ещё, что он затевает?

— Куда уж больше, — проворчала я, ожидая продолжение рассказа.

— Я случайно увидела, как он всем распоряжается, — начала Вельда, потом смутившись, уточнила: — Ладно, я за ним специально следила, потому что он очень подозрительный тип, и кое-что подметила. Шерисс его слушает, хоть и не всегда согласен. И Коулд тоже. Мне кажется, это какой-то императорский посланник. Вот ему и подчиняются.

— Тогда причём здесь Совет лордов? — возразила Динира и принялась меня посвящать во всё, что касалось этого пресловутого совета и всего, что с ним было связано.

— Совет никогда не пойдёт на сговор с императором. И с принцем Альдом он тоже разговаривать не будет. Лорды из Совета хотят вернуть прежнюю власть, как было при герцоге Эльдиане.

— Разве они не подчинялись герцогу?

— Подчинялись, когда хотели, — вздохнула Динира. — Но чаще всего получалось так, что лорды сами себе на уме были. А имперцы всё взяли под контроль и многим это не нравится.

Девушки вздохнули и переглянулись между собой. Словно озвучили мне прописные истины, известные даже ребенку. Увы, я обо всём этом даже понятия не имела. О чём тут же им и заявила, попросив, ставить меня в известность обо всём происходящем. Потому что в замке творилось чёрт знает что. И по словам моих фрейлин, Коулд ждал возвращения того самого таинственного мага с отрядом наёмников. А ещё Динира утром подслушала, что Шерисс собирается встретиться с кем-то из местных лордов. Вроде как гонец прискакал с вестью. И артефактор потребовал от Коулда на время исчезнуть, потому что уверен, что его присутствие вызовет недоверие у какого-то Совета. И, если это тот Совет, о котором она думает, то дело принимает нешуточный размах.

— Я боюсь поверить, что наши лорды решились выступить. Обычно, дальше разговоров и возмущений дело не шло, — рассуждала девушка. А я между тем в голове прокручивала всё, что смогла узнать из бумаг Альда про местную оппозицию. И вообще всё, что слышала до сих пор.

— От Майлы что-нибудь слышно?

— Ничего, — сообщили фрейлины. — Мы волнуемся, как бы чего с ней не случилось.

— Я тоже.

Картина вырисовывалась, после разговора с девчонками, странная. Словно кто-то раскидал в произвольном порядке кусочки пазла, и они у меня в голове никак не желали складываться в единую картину. Какой-то непонятный Совет, не менее таинственный маг и странное поведение Гэри и Мара. Я ничего не понимала, но собиралась со всем этим разобраться в ближайшее время. Нужно было только набраться сил.

Приговорив принесённые Люсиль пироженки с чаем, девушки ударились во вспоминания. Перебирали в памяти забавные моменты противостояния с Далией и Айлель, рассказывали разные случаи из детства. Не сговариваясь, все дружно решили не затрагивать в разговоре при няне и горничной скользкие темы.

Накатившая было на меня сонливость, слетела мгновенно, стоило только услышать ворчливый голос Шейши. Моя паучонка была чем-то недовольна.

— Спит она, когда нужно паутину плести и раскидывать сеть на врагов!

— А ты вообще, предательница! — заявила я маленькой арахне, прятавшейся на самом видном месте под потолком. Как никто её там не обнаружил, даже представить не могу! Опять, видимо, всех ментально подчинила.

— Кто предательница? — возмущенно застрекотала паучонка, да так громко, что я испугалась, что девчонки и няня обратят внимание и начнут задавать вопросы. Но они как сидели спокойно, так и продолжили это делать. — Неблагодарная! Я твою жизнь спасала!

— А кто забрался на руки к Коулду и там всю дорогу просидел? — припомнила я свою обиду на арахну и тут же ей это припомнила. Видимо, арахна что-то почуяла или в моём голосе, или в тоне, каким это было сказано, что тут же принялась оправдываться.

— Я ещё маленькая, многое не умею. Другие люди меня могут слышать, только если коснуться моей шкурки. Я могу приказать что-то сделать или не делать, но мысли изменить не могу. Нужно немного подрасти.

Я тут же усовестилась. Это ведь Шейша меня спасла по дороге сюда. А я её так и не поблагодарила.

— Спасибо тебе, что помогла мне тогда. Я хотела спросить, а как ты заметила, что со мной что-то не так? — мысленно попыталась расспросить свою паучонку я.

— Лея, что с тобой? — заметив, что я их не слушаю, встревожилась Динира.

— Устала, сил ещё совсем немного, — слукавила я, не желая говорить о своей беседе с Шейшей. Что-то мне подсказывало, что пока стоит с этим повременить. — Хочу немного отдохнуть. А вы идите, погуляйте по замку, послушайте, о чём люди говорят. Используйте свою связь с маленькими арахнидами. Они очень полезные существа.

Но, увы, по словам девчонок, их паучки большую часть времени ели и спали, или копошились в центре сплетенной в углу комнаты паутины. Всё же Шейша была старше и разумней.

Няня, увидев, что девушки собрались уходить, приняла это как сигнал к действию, тут же притащив какое-то лекарственное питьё и приготовившись загнать меня в кровать. Но не успела. Сама уселась в кресло и тут же прикорнула.

— Зачем ты её усыпила? — поинтересовалась я у паучонки.

— Мешать будет, — арахна была на редкость лаконична. — Нужно идти и слушать.

— Куда и зачем? И как я пройду незамеченной?

— Мать учила меня плести паутину так, чтобы охота всегда была удачной. Ты тоже должна этому научиться. Люди не всегда говорят, то что думают. И не всегда думают, то, что говорят. Они хитрят. Ты тоже должна стать хитрой. В гнезде всегда командует самка — самцы должны её слушаться. А не наоборот.

Школа жизни от арахны.

— Здесь есть потайные ходы? — поинтересовалась я, приготовившись следовать за Шейшей.

— Везде есть. И здесь тоже.

— А где?

— В комнате, где висит одежда, — прощелкала мне Шейша и показала, как в гардеробной, стоит только нажать на выступ у зеркала, отъезжает в сторону кусок стены. Ход оказался пыльный и очень темный. И залезать в него мне очень не хотелось. Оказалось, что и не нужно. Просто маленькая арахна освоила новую способность. Она научилась внушать всем встречным людям, то, что ей хотелось. И теперь эту свою возможность тренировала вовсю. Мне просто было предложено взять её на руки и нести куда нужно. По уверениям пушистой малявки нас с ней никто не заметит, даже если будут смотреть в упор.

— Куда ты меня тянешь?

— Сама увидишь, — прошелестела Шейша и затихла.

* * *

— Откуда мы, лорд Шерисс, можем быть уверены, что это не ловушка? — голос говорившего был слегка скрипучий, какой бывает у людей в возрасте. Я стояла, замерев у входа в хозяйский кабинет и размышляла: стоит ли рискнуть и заглянуть внутрь или нет? Несмотря на плотно закрытую дверь, слышимость была вполне приличная. Интересно, почему Гэри не защитился от подслушивания? Понадеялся на охрану в конце коридора? Так мы с Шейшей проскочили её на раз-два. Стража даже ничего не заметила.

— Шейша, ты просто молодец! — похвалила я маленькую арахну. — А можно сделать так, чтобы находящиеся внутри не заметили, как мы с тобой туда войдём?

Арахна только муркнула в ответ. А я в очередной раз удивилась способностям этой крошки. Руки тряслись от волнения, сердце билось в груди как заполошное. Мне казалось, что стоит переступить порог, как все присутствующие повернутся в нашу с паучонкой сторону. Но нет. Никто даже не отреагировал. Зато я не обошла вниманием никого из присутствующих. Двое пожилых мужчин привольно расположились около горящего камина, и явно наслаждались идущим от него теплом. Я заметила, что в замке, несмотря на довольно теплую погоду, было не жарко. Видимо, сказывалась близость к морю. Постоянная сырость и ветра давали о себе знать. Кроме этих двоих незнакомцев и Гэри в кабинете находился еще довольно молодой человек пиратской наружности. Во всяком случае, мне так показалось. Свободного кроя рубаха, затянутые в низкий хвост волосы и серьга в ухе создавали именно такой образ. Впрочем, я могла и ошибаться.

И уж чего я не ожидала увидеть, так это сверкающую гранями пирамидку на столе перед Гэри — уже знакомый мне артефакт от подслушивания. Сломался или против Шейши не сработал?

— На что вы намекаете, Хэйрисон? — возмутился Гэри. — Не боитесь за свои слова ответить?

— Не боюсь, — проскрипел в ответ, сидящий слева старый лорд. — Слухами земля полнится, что ты пошёл на сговор с цепным псом имперского принца, и даже приветил его здесь. Скажешь, что это не так?

Гэри возмущённо фыркнул.

— Во-первых, это не я приветил его здесь, а он приютил меня. Мар Коулд нынче в опале и находится в бегах. А в немилость он попал как раз потому, что спас жизнь леди Лейладе, дочери покойного герцога Эльдиана. Она тоже находится здесь и нуждается в нашей защите.

— Леди может попросить о помощи свою орминскую родню. Уверен, стоит ей только заикнуться об этом — желающие найдутся, — вступил в разговор «пират».

— Не себя ли имеете в виду, лорд Орсано? — ехидно осведомился Гэри.

— А хоть бы и себя? — «пират» нагло усмехнулся в ответ.- Говорят, кузина вполне миленькая. Если бы еще и оказалась свободна — цены бы ей не было.

«Кузина»? — вытаращилась я на наглеца. Это что ещё за родственничек тут выискался?

— Ну, так помогите ей освободиться, — бросил шпильку Гэри. — Сделайте её вдовой.

— Эээ — нет, не пойдёт! — усмехнулся «пират». — Прямое вмешательство Ормина приведёт к войне. Нам сейчас это невыгодно. Вот, если бы герцогиня сама покинула Готарру и перебралась в Ормин и попросила убежища и защиты. Тогда бы мы могли её приютить и вступиться.

— Послушайте Шерисс, — вмешался в беседу второй старичок. — А что это за историю рассказал нам Ристен о племяннике Крайдена? Якобы тот решил своего племянника убить? Я, признаться, не совсем понял, о чём шла речь.

Гэри отвернулся от собеседника и едва слышно прошипел: «старые маразматики». И тут я с ним была полностью согласна. Ни один из присутствующих не вызывал у меня симпатии и желания с ним познакомиться поближе.

— Вы же знаете, что Крайден утверждает, что он является незаконным сыном Эдвера Готаррского и братом покойному герцогу Эльдиану, — начал объяснение Гэри.

— Это ещё доказать нужно, — снова вмешался в разговор «пират».

— Это так, — согласился Гэри. — Я был идиотом (ехидный хмык со стороны «пирата») и согласился кое-что сделать для Крайдена. А когда понял, к каким последствиям это может привести, решил всё вернуть обратно. Только опоздал. Крайден хочет власти и его ничто не остановит. Сейчас в Теоне не настоящий Альд, а марионетка, управляемая Крайденом. А тех, кто об этом знал, он решил убить. В тюрьме у Крайдена сидел его родной племянник и настоящий Альд со своим приближённым Торено. Их тела давно у Амсет.

— Хотите сказать, Шерисс, что за уничтожением орминского посольства стоит говорящая кукла, управляемая Крайденом? — резко подался вперёд «пират».

— Проверьте свой амулет правды, — усмехнулся Гэри. — Если я хоть, словом вам солгал…

— Так леди Лейлада действительно овдовела? — «пират» он же лорд Орсано довольно усмехнулся. — Это открывает неплохие перспективы.

— Ничего это не открывает, — со своего места проскрипел Хэйрисон. — Для всего мира имперский принц жив и здоров. А его цепной пёс здесь и всё также верен своему императору. Шерисс, ты должен избавиться от имперца!

— На данный момент, он наш союзник, — попытался возразить Гэри.

— Пока имперец рядом, ты не получишь поддержки лордов.

— А кто получит, Крайден?

— И Крайден не получит, — усмехнулся тот, кого называют Хэйрисоном. Мы готовы оказать помощь её светлости герцогине Лейладе на определённых условиях.

— На каких условиях? — Гэри чуть не подпрыгнул от возмущения. — Леди не готова вести пока с вами переговоры. Она пострадала от рук Крайдена.

— Или так, или никак, — уперся Хэйрисон. А я подумала, что в эту комнату привела меня сама судьба. Они хотят видеть и разговаривать с леди Лейладой? Они её увидят.

— Шейша! — едва слышно шепнула я. — Снимай маскировку.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ. ПЕРЕД ТЕМ КАК МСТИТЬ — ВЫРОЙ ДВЕ МОГИЛЫ

Последовавшая за нашим эффектным появлением минута тишины мне согрела сердце. Возможность лицезреть ошарашенные физиономии «гостей» бальзамом пролилось мне на душу, но получить молнией в бок совсем не то удовольствие, что хотелось. Хорошо, что с защитными амулетами я теперь никогда не расстаюсь. Теми самыми, что когда-то презентовал Гэри. И хотя мне их уже пару раз пришлось подпитывать своей силой, всё же хоть какая защита давала иллюзию безопасности. Я прекрасно понимала, что амулет может разрядиться в неподходящий момент или и того хуже, не выдержать направленного удара. Что едва не произошло.

Шейша, умница, среагировала быстро и взяла под контроль бросателя молний, слегка остекленевший взгляд которого, мог сказать о том, что с ним не всё в порядке.

— Маленькая, — мысленно шепнула я паучонке, — осторожнее. Никто не должен догадаться о твоих способностях.

Малышка снова муркнула и приняла ластиться, уподобившись домашней кошке.

— Откуда взялась эта тварь? — завопил один из старичков, вскакивая с кресла и прячась за его спинкой.

«Сам ты тварь»! — подумала я, оборачиваясь на панический крик. Это кого он имел в виду? Шейшу или меня?

— Приятно познакомиться, — усмехнулась, вспомнив земную шутку. — А меня зовут леди Лейлада Онория Готаррская. Не припомню, чтобы я кого-то приглашала к себе в гости. Лорд Шерисс, не объяснитесь?

Я обернулась и бросила строгий взгляд в сторону Гэри, который внезапно смутился, а потом отвёл явно виноватый взгляд в сторону.

— Леди Лея, — заторопился он с пояснениями, — лорды приехали ко мне по поручению Совета. И мы тут просто беседовали…

— Решали мою судьбу, — оборвала я попытку выкрутиться из неловкой ситуации. — А почему меня не пригласили? Или полагаете, что молоденькой дурочке не почину вмешиваться в мужские дела?

— Но, ваша светлость…

— Гэри, видят боги, — если тебя не проклянёт леди Элвея, то это сделаю я.

Нашу начавшуюся с Гэри перебранку прервал раскатистый смех лорда Орсано. Шейша его сразу же отпустила и «пират» несколько минут сидел и наблюдал за мной и арахной. И видимо, сделал какие-то выводы.

— Давайте все успокоимся и сядем и поговорим, — предложил он, не спуская взгляда с ластившейся ко мне паучонки. Я восприняла это предложение как попытку выйти из неловкой ситуации и наладить контакт.

— Не возражаю, — я улыбнулась всем присутствующим и заняла одно из кресел, стоящих на равном расстоянии от остальных, но так, что я могла наблюдать за всеми присутствующими.

— Я так полагаю, ваша светлость, — продолжил «пират», бросая возмущенный взгляд в сторону Гэри, — что вы здесь находились с самого начала нашей беседы и слышали обо всём?

Я не стала признаваться, что заявилась почти под конец, тайком и понятия не имею, о чём они тут ещё говорили. Но обязательно это вытрушу чуть позже из Гэри. Дай только нам остаться вдвоём. Улыбнулась, спрятав взгляд под опущенными ресницами. Сама опять же мысленно давая указание арахне продолжить играть роль домашней зверушки.

— Откуда у вас, ваша светлость, это существо? — подал голос один из старичков. Тот самый, который до этого кричал и прятался за креслом.

— Какое существо? Не имею чести быть с вами знакомой, любезнейший. — Отбрила я попытку обидеть мою паучонку.

— Граф Торсен, — представился в ответ тот, ожидая, что я тут же всё ему расскажу. Ага, счаз же!

— Муж подарил, — мило улыбнулась я старичку — паникёру, перехватив взгляд «пирата», который тот бросил на амулет определения истины у себя в руках. — Очень милый паучок, очень ласковый. Ловит мух, комаров, даже мышей. Да-да, особенно мышей. Знаете, тут столько грызунов всяких развелось. Шныряют всюду, покоя от них нет. Мой паучок ещё маленький, а вот у графа Алесского два больших паучка. Лорд Коулд говорит, что они его боевые товарищи. Думаю, стоит им поручить нести охрану вокруг замка. Они идеально умеют ловить шпионов и незваных гостей. Повесят на паутине, вспрыснут парализующий яд и подождут, пока добыча не станет пригодной в пищу. А потом и съедят.

— Фу! — мысленно возмутилась Шейша.- Зачем рассказывать такие гадости!

— Это я плету паутину, — сообщила я паучонке. — Вот посмотришь, никто из присутствующих после этого вряд ли к нам повторно захочет заявиться в гости.

— Итак, господа, — я снова улыбнулась всем присутствующим, резко перестав дурачиться. — Неужели вы думаете, что я вам так вот сходу возьму и раскрою свои секреты? Разумеется, нет. Вы не входите в мой ближний круг и пока не заслужили доверия. Пока.…

Многозначительная пауза заставила присутствующих зашевелиться, а я продолжила:

— Но я надеюсь, что это положение в любой момент может измениться. Так уж получилось, что я стала свидетелем вашей конфиденциальной беседы, на которую меня не пригласили.

Тут я бросила многозначительный взгляд в сторону Гэри, старающегося не встречаться со мной глазами.

— Леди Лейлада, но нам сказали, что вы плохо себя чувствуете….

— Кстати об этом, — я снова улыбнулась, многообещающе так. — Мне сказали, что меня прокляли через родную кровь. Своих орминских родственников я сразу отметаю. Во-первых, им это невыгодно, а во-вторых, — слишком дальнее родство. А тут я слышала, что некий граф Крайден претендует на родство со мной и моим отцом? Я так поняла, лорд Шерисс, леди Далия этому лорду Крайдену приходится дочерью?

Гэри тут же подтвердил, что так и есть. И моя бывшая фрейлина, которая числилась в фаворитках Альда и любовницах, дочка этого самого Крайдена. Санта-Барбара какая-то пополам с мексиканским сериалом! Я только фыркнула, вспомнив, сколько козней она мне подстроила в своё время. Впрочем, гены пальцем не раздавишь, а яблочко, как известно, гниет у подножия яблоньки.

— А могли наложить проклятие, использую наше предполагаемое родство с Крайденом?

— Исключено! — Гэри возмущенно фыркнул, перед тем как пуститься в объяснения. — Он бы не стал так рисковать. Ведь проклятие могло в таком случае зацепить и его самого, и его дочь. Сожалею, но скорее всего здесь была использована кровь вашей матери леди Элвеи.

— Тогда я хочу получить доказательства. Это, во-первых. А во-вторых, вы тут упоминали про некоторые условия для меня….

Снова многозначительная пауза.

— Так вот, у меня тоже есть условия. Встречные. И первое из них — если ваш Совет желает вести со мной дела, он будет их вести без посредников.

Тут я бросила взгляд в сторону Гэри.

— Вторым моим условием будет полноценная встреча с вашим Советом на моей территории и в заранее озвученное время. И, разумеется, никакой Совет не будет мне ставить условия. Только равноценный договор.

— Но вы же понимаете, что после соблюдения траура вам снова придётся выйти замуж? — подал голос тот, кого Гэри называл Хэйрисоном. — И будет лучше, если эта кандидатура будет одобрена нами.

Я продолжила улыбаться, хотя внутри всё кипела от гнева. Старые маразматики! Они решили, что имеют право что-то решать? Убила бы!

Шейша тут же подпрыгнула, предлагая свои услуги. А мне больших трудов стоило взять себя в руки и не показать, как меня это всё задело.

— Ну, разумеется. Только тут есть одна неувязочка. Я выйду замуж лишь за того, кто сможет снять с моей руки вот этот браслет.

И выпростала запястье с украшением из-под кружевного рукава.

— Вы позволите? — ко мне тут же подскочил «пират» и попытался найти застёжку у брачного родового браслета Альда, но вынужден был отступить.

— Это то, что я думаю? — поинтересовался лорд Хайрисон, переглядываясь со своим товарищем. — Шерисс, как вы нам это объясните? Вы же утверждали, что шесский принц погиб!

— У него был перебит позвоночник и множественные переломы. Его высочество почти всё время находился без сознания. Выбраться живым и здоровым из подземелья Крайдена он не мог. Торено тоже давно на суде у Амсет. Клянусь!

— Тогда почему не снимается браслет?

Гэри пожал плечами.

— Откуда мне знать, как работают эти имперские штуки? Может, всё дело в том, что для всех остальных его высочество как бы жив?

Я сидела и прислушивалась к спору, не имея никакого желания вмешиваться.

А лорды продолжали собачиться. Но вскоре мне это надоело, поэтому я, обнаружив на столе колокольчик для вызова прислуги, взяла и позвонила, а дождавшись появления служанки, велела проводить гостей. Им самим не выгодно, чтобы просочились слухи об их визите. Надо сказать, взглядами меня одарили просто «чудесными». Видимо, ожидание и реальность оказались очень далеки друг от друга. Единственный, кто повёл себя предсказуемо — лорд Орсано. И к ручке приложился, причём задержал её в своей лапище непозволительно долго, и комплиментов отвесил. И пообещал вернуться. Прямо, как Карлсон. И это мне совсем не понравилось.

Я прекрасно понимала, что без интриг соседей здесь не обойдётся. И действовать они будут исподтишка, манипулируя и подкупая. Но то, что кто-то из орсанцев наберется наглости и вот так прямо заявится на встречу, я не предполагала.

— Ваша светлость, — начал Гэри, стоило захлопнуться двери за нашими гостями.

— Не сейчас, лорд Шерисс.

Я призвала своего наставника к тишине, а сама осмотрелась вокруг. Или у меня развилась паранойя, или наши гости покинули кабинет, оставив после себя сюрпризы.

«Шейша, маленькая, проверь здесь вся, пожалуйста», — попросила я арахну, и пару минут наблюдала, как она ползает вокруг кресел и книжных шкафов, а после возмущённо стрекочет. Впрочем, Гэри оказался достаточно сообразительным, чтобы понять, что происходит.

— Лорд Шерисс, — я показала Гэри взглядом на Шейшу и сделала знак молчания. — Я разочарована. И вашими действиями и этими представителями Совета. И я не уверена, что они представляют весь Совет лордов. Слишком спесивы и трусливы. С такими иметь дело — себе дороже.

— Леди Лея, — снова начал Гэри. — Я не предполагал, что на встречу приедут эти два барона.

— Всего лишь бароны? — пренебрежительно фыркнула я. — А спеси-то! Если уж и вести с кем дело, так лучше с Ормином. По крайней мере, лорду Орсано не откажешь в такте и воспитании. Я устала и хочу отдохнуть. Проводите меня в мои покои.

За дверь мы с Гэри вышли молча. Шейша, закончив проверку, снова забралась мне на руки и провернула тот же фокус с исчезновением, что и на пути сюда. Очень мне не хотелось, чтобы по замку пошли слухи о моём выздоровлении. Пусть думают, что я совсем плоха. Нянюшке я уже сказала, чтобы она поменьше болтала. И служанку предупредили. Думаю, если Шейша прогуляется на кухню, то повара будут уверены, что Люсиль вместе с моей горничной таскают подносы для моих фрейлин. Ну и подкармливают паучат. Про арахнидов не болтал здесь только ленивый. А меня это устраивало.

— Что там было?

— Хотите, чтобы пошли слухи, что вы разговариваете сами с собой? — ответила я вопросом на вопрос, предпочитая не обсуждать ничего по дороге.

— Но я же…

— Ну да, Шейша умеет внушать, а так как остальные не в курсе, что я тут гуляю, то и нас с ней не видят. Артефакт там был. Я таких ещё не встречала, но предположила, что такое может появиться. И не ошиблась.

— Ох, а я старый дурак!

— Не стоит прибедняться, лорд Гэри, — хмыкнула я. — До старости вам, как мне до Ормина пешком. Тем более, что маги стареют медленнее. Кстати, надеюсь на откровенный разговор.

И тут Гэри помрачнел, что меня совсем не обрадовало.

Дальше путь к моим комнатам мы проделали в молчании. Каждому было о чём подумать. Люсиль всё также пребывала в царстве морфея, и я решила, что наиболее подходящим местом для нашей с Гэри беседы будет гостиная. Тем более, что моя паучонка уже успела оплести углы и поставить защиту.

— Что за артефакт там был? — задал вопрос Гэри, опередив меня всего лишь на мгновение.

— Почему был? Он там и остался.

Я задумалась, а не сделали ли мы с Шейшей глупость, оставив там это приспособление? Потом решила, что дезориентированный и введённый в заблуждение враг — это лучше, чем враг, который попытается сделать повторный ход.

— Как остался? — подпрыгнул наставник, явно желая вернуться и изучить новую штучку. Я прямо умилилась такому энтузиазму, но, к сожалению, трогать подброшенный артефакт будет большой ошибкой. О чём я и поставила в известность Гэри.

— И останется на своём месте. Теперь там можно будет говорить только то, что мы хотим донести до ушей орминцев. Потому что пуговицу к креслу приклеил лорд Орсано.

На самом деле, я не видела, что там за подслушивающее устройство, но в картинке, переданной Шейшей, оно выглядело как пуговица. Поэтому я его так и назвала.

— Шейша ещё пробежится по коридорам замка и проверит, не оставил ли орминский лорд ещё «подарков». И, если оставил, принесёт их вам для изучения. Скажите, Гэри, Альд действительно жив?

Гэри уставился на меня виновато — сожалеющим взглядом.

— Простите, леди, но я под клятвой и ничего не могу рассказать.

— Даже так?

— А не вы ли мне когда-то говорили, что любую клятву можно обойти?

Увы, совесть у артефактора спала беспробудным сном и на мои потуги не отвечала. Зато мне удалось вытянуть историю, как мой наставник попал в тюрьму к Крайдену. И только поудивлялась, как при всех своих талантах он оказался таким наивным.

— Я так понимаю, что Коулд уже виделся с Альдом?

Молчание.

Хорошо, пойдём другим путём.

— А, если я захочу уехать отсюда далеко-далеко, вы мне поможете?

— Для этого нужны будут средства, — откликнулся Шерисс. — У меня есть кое-какие деньги. Могу зафрахтовать корабль. Но леди, вы должны понимать, что в нашем мире одинокой женщине путешествовать опасно. Могут пленить, принудить к чему угодно. И ваша арахна не поможет. И нужно же знать куда ехать. Всегда найдется кто-нибудь желающий воспользоваться вашим положением.

— Я поняла.

Стоило ли говорить, что под чужим именем и, имея половину герцогской казны устроиться можно где угодно? Но вот то, что это опасно, тут Гэри был сотню раз прав. Одна бы я, пожалуй, уезжать не рискнула. А ведь еще где-то здесь леди Элвея со своими проклятиями, что обезьяна с гранатой. И с ней тоже нужно что-то делать.

— Скажите, Гэри, что вы знаете о моей матери, леди Элвее?

— Она в Теоне у Крайдена.

Та-аак….

— А можно её как-нибудь оттуда вытянуть или хотя бы связаться?

Гэри искренне не понимал, зачем это делать, но в помощи не отказал. Письмо мы с ним сочиняли вместе. Писать в открытую я не рискнула, а вот пару строчек от доброжелателя, который искренне желает помочь леди увидеться с дочерью. Живой дочерью. Но при одном условии. Никто об этой встрече не должен знать. Пусть леди изъявит желание посетить свою орминскую родню. И, если она никому не проболтается, то в порту Тиора её встретят и проводят. Но, если леди нарушит условия встречи, тогда она останется ни с чем. Достаточно понятно объяснено, чтобы не возникло соблазна с кем-нибудь поделиться радостью.

Птичка, сделанная Гэри из бумаги, легко выпорхнула в приоткрытую оконную створку.

— Не получится ли так, что кто-нибудь увидит это послание, и оно дойдёт до Крайдена? — высказала я сомнение.

— Не должно, а если и дойдёт, всегда можно представить дело так, что кто-то решил воспользоваться ситуацией и нажиться на наивной женщине.

— Она такая же наивная, как акула! — не сдержалась я, вспоминая, сколько дел натворила эта леди. А ведь, исходя их этих рассуждений, можно представить, что в родовую сокровищницу Крайдена могла провести именно она? Или не могла? Интересно, что там на самом деле произошло? Теперь и не выяснишь.

— Гэри, у вас есть связи в империи?

— Что вы задумали, моя госпожа?

— Император же ничего не знает о подмене? Для него любой, выступивший против Альда, будет изменником. А, если сделать так, чтобы император усомнился в верности Альда?

— Очень рискованно.

— Жизнь, Гэри — это путь, на котором всегда подстерегает смерть. Так сказал один мудрец, уже не помню его имени. Я тут подумала, что он не так уж и не прав. Ведь лучший воин именно тот, кто побеждает не сражаясь. А воевать можно не только сталью и магией. Слово, бывает, разит сильней меча. Вы мне поможете?

Лорд Шерисс для вида помялся, но потом согласился. Тем более что сам уже предпринял некоторые шаги в этом направлении. Я была, мягко говоря, слегка в шоке, когда слушала рассказ о матери Мара Коулда. Оказывается, где-то на южных границах империи обитали племена кочевников-аюнов. Именно они приучили арахн, ну и периодически нападали на южные графства. Вот во время одного из таких рейдов на глаза матушке Мара, тогда ещё просто дочери вождя племени и довольно воинственной даме, попался Альбер Коулд, граф Алесский. Пленника утащили в степи, и освободиться он смог только взяв в жены леди Диони. С тех пор у императора Фебера появились очень полезные союзники, умеющие приручать арахнидов.

— А мне лорд Коулд говорил, что Альд у Фебера не самый любимый сын.

Гэри соглашающе покивал головой: — Ходили слухи, что между императором Фебером и его второй женой одно время была размолвка.

— А сколько раз император был женат?

— Трижды.

— Получается, Альд сын второй жены императора Фебера?

Гэри пожал плечами, сообщив мне, что как-то не задумывался об этом. Вероятнее, что так и есть. Потому что третья жена Фебера слишком молода, чтобы быть матерью Альда. И у неё есть маленький сын. Государыня Мелиана не жалует старших сыновей Фебера, она бы предпочла, чтобы трон занял её отпрыск. Но ничего с этим поделать не может.

— А сколько у Фебера всего сыновей?

— Было четверо, — ответил Гэри. — Старший пятнадцать лет назад как раз погиб. Получается, Альд второй в очереди на трон.

— Кстати, лорд Шерисс, а откуда вам всё это известно?

Гэри загадочно усмехнулся в ответ.

— Однажды мне довелось побывать при дворе и быть представленным императорской чете. А после этого я имел беседу с леди Мелианой. Она просто жаждала получать иногда известия о том, что здесь происходит. На всякий случай.

Гэри усмехнулся.

— А я не смог отказать очаровательной женщине. Опасной, как самая ядовитая змея Эристана.

Ох, ничего себе! Прямо двойной агент. Я понимающе покивала головой. Ну да, каждый выкручивается, как может.

— Гэри, я бы очень хотела увидеться с этой леди. Которая дочь вождя кочевников. Мне есть, что ей предложить. А ещё я бы хотела написать письмо императрице. Но так, чтобы оно попало только ей в руки. В идеале, нужно было бы с ней встретиться и обсудить кое-что без свидетелей.

План действий в моей голове постепенно обрастал деталями. Пусть себе Совет лордов строит прожекты по завоеванию власти. Флаг им в руки. Я решила, что сделаю ставку не на них.

— Что-то мне не очень нравится задуманное вами, леди, — проворчал Шерисс, с подозрением глядя мне в глаза.

— Откуда столько пессимизма, Гэри? Если ничего не выйдет — я отступлюсь. А вдруг мне повезёт?

— Может, вы поделитесь, что задумали сделать? — всё так же недоверчиво меня, разглядывая, спросил артефактор.

Я только покачала головой в ответ. Говори, что думаешь, думай, что говоришь. Придерживайся этого правила — и не создашь себе проблем. Не то, чтобы я после всего услышанного и случившегося не доверяла Гэри, но лучше не гневить богов. И не рисковать.

— К леди Коулд у меня много вопросов. Вы же видели мою Шейшу. Я с ней общаюсь, но все мои знания об арахнах основываются на том, что мне рассказал Мар Коулд и сама Шейша. А это совсем немного. Мне нужен кто-то, кто знает больше. И я надеюсь, что леди поделится своими знаниями.

Я лукавила. Такие мысли тоже были, но всё же встретиться с леди я хотела по другой причине. О которой сейчас лучше было промолчать. Во избежание.

Что касается императрицы, то я просто думала написать ей письмо, в котором хотела уверить её императорское величество в том, что моя страна ни в коей мере не желает быть врагом империи, мы люди мирные, а если и собирается здесь начаться какие-нибудь беспорядки, то это Альд виноват. С него и спрос. То есть, дистанцироваться от самозванца и его делишек. И предложить свою помощь и поддержку в ответ на помощь императрицы. Как-то так. Я приблизительно представляла, чего я хочу, но прежде чем что-то предпринимать, следовало всё хорошо обдумать. А уж над текстом письма посидеть, чтобы всё выглядело невинно, в случае, если оно попадёт не в те руки. И в тоже время, чтобы умный человек понял, о чём идёт речь.

* * *

О том, что внешность бывает, обманчива, Альду было прекрасно известно с детства. Жизнь при дворе научила не доверять льстивым улыбкам, и невинным лицам. И то и другое бывает лживым. Мало кого он мог бы рискнуть приблизить к себе и назвать другом. Чезаре, и, пожалуй, только Мар. Но Чезаре рискнул и проиграл, пожертвовав своей жизнью ради того, чтобы выжил он. А Мар.… С ним было связано слишком много, и Альд не готов был потерять ещё и его. При дворе из-за происхождения его матери Мар Коулд оказался кем-то вроде отверженного. И мальчишку иначе как дикарём не называли. Естественно, за глаза. Посмел бы кто это сказать ему в лицо. Но травили. Однажды Альд стал свидетелем неприятной сцены и вмешался. Вот с тех пор мальчишки и стали проводить вместе слишком много времени. Ничего удивительного, что младший на тот момент сын императора нашёл в наследнике графа Коулда родственную душу. Ведь они оба были не такие как все.

Как рассказать о произошедшем и доказать, что ты это ты? Детские воспоминания? Некие, известные только двоим моменты жизни? Возможно. Но какая-то доля недоверия все равно останется. И стоит ли стараться, если ты уже почти принял решение не возвращаться к прежней жизни? Точнее, его приняли за тебя и поставили перед фактом. Богиня смерти ясно сказала, что может даровать перерождение и другую жизнь, но не более того.

Без вариантов.

Откровенность давалась Альду тяжело. Кому приятно делиться о том, каким оказался самоуверенным дураком и как легко тебя поймали в ловушку? Тяжким грузом на совести оказалась и гибель боевых товарищей. Но Мар выслушал, понял и принял, но смирился с трудом.

Следующим испытанием стала необходимость переступить через свои же внутренние барьеры. Чёткие установки, через которые раньше не смел перешагнуть: уважение к отцу и императору, честь рода превыше всего, империя на первом месте и твоя судьбы быть опорой трону. Что его сейчас связывает с Шесской империей и прежней семьёй?

Ничего.

Ни любви, ни уважения, ни родственных уз. Всё превратилось в тлен. Так стоит ли пытаться возродить к жизни то, что погибло?

— Рей? — шепотом окликнул бывшего принца Шесской империи Альда Рейгара Мар Коулд. — Что думаешь о наших гостях?

Молодые люди замерли у потайного глазка и наблюдали за встречей графа Шерисса с представителями Совета. То, что в эту компашку затешется ещё и орминец, стало для них обоих неприятным сюрпризом.

— Слишком самоуверенно себя ведут. Видимо Орсано им что-то пообещал. Жаль, что я не могу добраться до своего сейфа. Были у меня на эту парочку интересные бумаги. Чезаре в своё время раскопал.

— Не расстраивайся, — чуть слышно хохотнув, хлопнул по плечу друга Мар. — Твоя женушка позаботилась, чтобы всё, что было в Блэкстоуне ценного — его покинуло. Сейф она тоже ограбила. Я иногда диву даюсь. Откуда у монастырской воспитанницы такие таланты и склонности?

Шокированный услышанным, Альд замер, потихоньку переваривая новость. Он как-то даже не думал, что ценные и секретные бумаги из его кабинета смогут прилипнуть к цепким ручкам собственной жены. Коулд об этом ранее поделиться не удосужился и лишь сейчас проговорился. Что ещё он «забыл» рассказать? Зато в красках успел расписать, как они с леди умудрились ограбить сокровищницу, оставив Крайдена с носом. И про выживших детёнышей арахнидов тоже.

О том, что за душа скрывается под маской благовоспитанной леди, Альд решил сохранить в тайне. Достаточно и того, что в неё посвящены они с лордом Шериссом. А там где знают трое — знает весь свет. Не то, чтобы он Мару не доверял, но это была слишком личная информация, о которой лучше больше никому не рассказывать.

А еще внезапно проснулась ревность. Лея его и только его! Никто не смеет покушаться на его жену! Даже друзья! Особенно друзья! Отчего-то стало неприятно слушать о том, как они с Коулдом убегали из Теоны. Потому что выходило, что это он не смог защитить собственную жену. А чужой, посторонний мужчина вывел из захваченного замка, увёз в безопасное место и даже пытался облегчить муки по дороге в Эртингер. И при мысли, что ты сам облажался, а кто-то другой оказался при сабле и на коне, неприятно сжимало грудь.

Сама ситуация оказалась не в его пользу. Чужое тело, родственная связь с преступником, и дамокловым мечом висящее над головой условие богини исправить ситуацию и не допустить проклятия. Как выкрутиться из всего этого?

Напряжение в кабинете нарастало. Шерисс искусно играл свою роль, вилял, как обычно, ничего не обещая, но и не говоря лишнего. Ему нужно было заинтересовать представителей Совета, забросить приманку. А потом, как сам же и говорил, если коготок увязнет — всей птичке пропасть.

Увяз не только коготок, а обе лапы. Если бы ему пару месяцев назад сказали, что он будет вот так стоять у потайного глазка и наблюдать, как одна маленькая негодница водит за нос старых интриганов — он бы не поверил. И уж тем более, представить себе, что придётся бороться между двумя желаниями: придушить, отшлёпать и схватить, унести и спрятать. А ещё убить одного наглого орминца, посмевшего делать леди авансы.

Боги дали ему второй шанс, подарили подарок, который он сперва не оценил, но когда осознал — решил что не отступится.

— Ещё утром притворялась немощной, — недовольно прокомментировал происходящее в кабинете Коулд. — Все женщины хитрые лгуньи и манипуляторши.

— По собственному опыту судишь? — подколол друга Альд. — не смей критиковать мою женщину — заведи себе свою и ругай её, сколько хочешь.

Довольным тоном закончил он, внимательно наблюдая за тем, как маленькая арахна обыскивает кабинет.

— Насколько сильно укрепилась связь между Леей и самочкой?

— Мысленно общаются и понимают друг друга, — Мар бросил недоумевающий взгляд на Альда, потом понимающе усмехнулся. — Если я решу завести себе женщину, то это будет милая, добрая и спокойная леди, которая будет понимать меня с полуслова и никогда не скажет слова против. И уж тем более, она не будет своенравной невоспитанной ведьмой.

За ведьму стало обидно. Захотелось сказать в ответ нечто этакое в духе собственной жены. Уж что-что, а язвить она умела мастерски. Настоящая колючка.

— Если бы тебя сейчас услышала Лея, — подколол приятеля Альд, — она бы предложила завести себе собаку. Которая будет тебя слушать, понимать с полувзгляда и никогда не скажет слова против.

— Да иди ты! Нашёл время хохмить. Что будем делать с лордами?

— Ничего, — Альд довольно прищурился. — Лея уже всё сделала — закинула приманку, но и показала границы. Сейчас они возьмут перерыв на обдумывание. И будут решать дилемму. Кто для них выгодней: амбициозный и непредсказуемый Крайден или наша маленькая герцогиня, которая, прежде всего женщина. А раз так, значит изначально слаба и не готова управлять огромными землями. И на неё можно будет попытаться надавить и подчинить себе. Разумеется, леди будет упрямиться и потребуется приложить некоторые усилия. Меня они списали со счёта. Знаешь в чём ошибка наших заговорщиков? Они недооценивают мою жену, относясь к ней как глупенькой дурочке, захотевшей поиграть в правительницу. И на этом мы сыграем.

— Ушам не верю! — Мар Коулд изумлённо вытаращился на своего друга. — Удар по голове оказался слишком сильным? Или тебе известно нечто, о чём я пока понятия не имею? Может, поделишься?

Альд только хмыкнул в ответ.

— Извини, друг. Это не моя тайна. Займись лучше нашими заговорщиками. Нужно отправить наших людей во все крупные города. Пусть разместятся под видом наёмников. И распространяют слухи. Берут под наблюдение всех, кто, так или иначе, вызывает подозрение. Деньги…

— Не забывай, что мы вынесли из Блэкстоуна почти всю казну.

— До сих пор удивляюсь. Шерисс Лею хорошо натаскал в изготовлении разных полезных артефактов.

— Ты не говорил, что Гэри Элиот имел доступ в монастырскую школу. И то, что был наставником леди Лейлады, — упрекнул друга Коулд.

— Сам недавно узнал, — как можно небрежнее бросил Альд, уже жалея, что проговорился. — Тем не менее, Шериссу я доверяю не полностью. Он себе на уме. И если его поставить перед выбором, чей приказ в приоритете: мой или Лейлады, он выберет её.

— И всё-таки я бы хотел знать, что связывает леди и этого проходимца? И как ты можешь ему доверять после всего случившегося? Взял кровную клятву? Ты же должен понимать, что единожды предавший — предаст снова! Пожалуй, я приставлю к этому артефакторишке наблюдателей.

— Ну, попробуй, — хмыкнул Альд, прекрасно понимая, что Шериссу ничего не стоит сделать так, что никакой наблюдатель ничего не заметит. — Только учти, что наш артефактор не так и прост, как хочет казаться. Я бы сделал ставку на арахнидов, но ты сам понимаешь, что сейчас мы этого себе позволить не можем.

Коулд только недовольно поморщился. Он очень не любил, когда ситуация выходила из-под контроля. Достаточно вспомнить, что ему пришлось связать с новорожденными арахнидами пятёрку совершенно посторонних, неподготовленных людей. Малышню нужно было спасать, а в результате сейчас в замке есть те, кто лично ему не подчиняется, кто принёс вассальную клятву верности взбалмошной девчонке. И неизвестно, что ей стукнет в голову в любой момент. В памяти тут же всплыло воспоминание, как леди приказала своей арахне его укусить, вспрыснув парализующий яд. И свою беспомощность в тот момент тоже вспомнил. Как и желание придушить негодяйку, увы, совершенно невыполнимое.

Одно хорошо, второй его арахнид уже вышел на связь, сообщив, что забрал оставшихся в Теоне малышей. Осталось только провести связующий обряд с лично верными ему людьми, давшими на это согласие. Им с Альдом не хватает пару месяцев на то, чтобы собрать силы и разобраться с Крайденом. В любом случае, через месяц-другой ряды их сторонников пополнятся боевой звездой арахнидов, способных в бою заменить сотню человеческих воинов.

Уезжать из замка не хотелось, но дела требовали личного присутствия.

К сожалению.

После ухода Мара Коулда, бывший принц Шесской империи, а ныне разорившийся барон Арсэль Оуш ещё некоторое время провёл в кабинете, составляя письма старым друзьям. Кого-то просил об одолжении, других же предостерегал от встреч и общения с новой версией «Альда», но делал это завуалировано. Не стоило раньше времени распространяться о подмене.

Альд усмехнулся, вспомнив старую арахну Ашшиашшу. Ашиашша приняла на себя, предназначенный ему удар, прикрыла, зная, что погибнет. Кстати, амулеты, защищающие от ментального воздействия, изготовил для нападающих Шерисс. И при мысли о том, что именно из-за этого и погибла Ашшиаша, хотелось артефактора немножечко придушить. Совсем чуть–чуть. До мокрых порток.

А ещё Ашшиашша любила говаривать, что всегда выигрывает тот, кто лучше всех плетёт ловушки. Она была нечеловечески мудра, старая арахна. И её мудрость теперь им всем пригодится.

Введи врага в заблуждение, убедив в своей никчемности. Собрался действовать — сделай вид, что действий не будет. Когда ты близко, пусть твои недруги думают, что ты далеко. Выгоды делай приманкой. Рассерди противника, и он начнёт делать ошибки. И самое главное, нельзя, чтобы кто-то знал о твоих замыслах раньше времени.*

Хорошие правила, жаль, что Ашшиашши больше с ними нет. Интересно, как бы она прокомментировала нынешнюю ситуацию?

* Сунь-цзы «Искусство побеждать»

* * *

Беор Крайден второй день бесился от злости. Все планы пошли крахом из-за одного мерзкого артефакторишки. А ведь были смутные сомнения на счёт Шерисса, были. Почему он не прислушался к голосу интуиции и не сделал так, как она ему подсказывала? Видимо, боги решили над ним посмеяться, и помогли этой твари сбежать. Да ладно бы один ушёл. Это как раз было бы понятно. Любой на его месте в первую очередь спасал бы собственную шкуру. Но нет же! Эта сволочь утащила не только пускающее пузыри тело племянника, но и двух пленников, которых нужно было убить в первую же очередь.

Одно Крайден не понимал, как это можно было проделать, имея на руках два бессознательных тела? Даже с едва стоящим на ногах помощником.

Мысль о том, что его обхитрили, обвели вокруг пальца, жгла душу, вызывая дикий, неконтролируемый гнев. А тут ещё отыскались «добрые» люди, решившие поделиться последними новостями. И нужно же было в этот момент появиться этому недоумку Арсэлю! Мальчишка сначала не поверил услышанному, даже несколько раз переспросил, а после устроил форменную истерику.

— Ты обещал, что когда всё закончится, вернешь меня в моё тело! Почему эти люди говорят, что видели меня в Крайсе и Тирре? Кого ты подселил в него?

— Сэль, ты же знаешь, что нельзя душу переселить в чужое, живое тело. Я тебе не раз уже об этом говорил. Можно только вот в такую вот куклу на время, а после вернуть обратно.

Но мальчишка, как обычно, услышал только часть фразы и интерпретировал всё по-своему.

— В живое нельзя, а в мертвое, значит, можно? Ты меня убил, а потом этот твой маг его оживил с чьей-то помощью, да? А как же я? Обо мне, дядя, ты совершенно не думаешь! Только приказы отдаёшь: сделай то, скажи это! А что будет, если я перестану выполнять твои приказы? Что ты мне сделаешь?

— Замолчи, мальчишка! Мне достаточно слово сказать, и тебя уничтожат, как богомерзкую тварь, покусившуюся на жизнь имперского принца!

Но вместо того, чтобы испугаться и одуматься, этот придурок захохотал. И смеялся так, что у Крайдена закрались сомнения в здравости его ума.

— Думаешь, я стану молчать? — сквозь смех выдавил из себя мальчишка. — Я всё расскажу. И про тебя и твои планы, и про твоего мага. Будь ты проклят, дядюшка! Хотя, мне даже и рассказывать ни о чём не нужно. Скоро все увидят, что их принц сам на себя не похож! Ха-хах-а-ха-ха! Ты как всегда, дядюшка, ничего не замечаешь! Посмотри на меня! Что ты видишь? Ты видишь, что мои волосы начали менять цвет, а глаза из сине-зелёных стали карими? Видишь? Я меняюсь! Меняюсь! И скоро все это увидят!

— Уймись! Я решу эту проблему!

— Как ты её решишь? Снова позовёшь того своего мага? Так я тебе не верю! Докажи, что ты меня не обманываешь! Покажи мне моё тело, куда ты его спрятал?

И Крайдену пришлось только зубами скрежетать, соглашаясь на условия распсиховавшегося племянника. Не желающего слушать никакие доводы. С трудом удалось убедить подождать некоторое время.

Все планы рушились.

А ведь кроме проблем с марионеткой была ещё леди Элвея. Чор дёрнул его вытащить бывшую герцогиню из обители. Нужно было просто прибить по дороге, воспользовавшись для обряда капелькой её крови. Так нет же, зачем-то притащил её в Теону! Мерзавка плетет свои сети похлеще имперских паучих. Избавиться сейчас от неё будет ошибкой, не ко времени. И сплавить подальше не получается. Леди искренне верит в возвращение дочери. Но не в этот раз. Было бы идеально, если бы леди отправилась куда-нибудь путешествовать и сгинула по дороге. Разбойники шалят, что поделать. Но интриганка прочно обосновалась в замке и никуда уезжать не желает. А он вынужден терпеть её присутствие. Хорошо хоть не афиширует своё присутствие.

— Ваше сиятельство! — запыхавшийся воин, ввалившийся в его покои, держал в руках какую-то бумагу. — Удалось перехватить послание.

— Давай сюда! — Крайден раздражённо вырвал из рук склонившегося воина письмо. — Рассказывай!

— Его высочество швырнул чернильницу в окно и разбил его. Вызвали слуг для уборки. И вот тогда это послание влетело в окно и прямо на стол упало. Я думал отнести его высочеству, но его в замке сейчас нет. Так я принёс к вам. Странно как-то, печать на послании императорская, именная, а упало оно прямо на стол. Я всегда считал, что такие письма только лично в руки даются.

— Свободен! — рявкнул Крайден в раздражении, прекрасно понимая, что имел в виду солдат. — Не твоего ума дела, что это за послание!

Руки дрожали от нетерпения, срывая императорскую печать. Крайден опасался, что послание может самоуничтожиться. Пришлось надеть пропитанные специальным составом на основе крови принца перчатки. Хорошо, что в своё время он велел нацедить.

«Его императорское величество Фебер III находится при смерти вследствие отравления……»

Это был шанс, да ещё какой. Нужно было только заставить марионетку подтвердить смерть жены от рук бывшего соратника Мара Коулда и после кратковременного траура провести новый брачный обряд, но уже с его дочерью Далией. А спешку потом можно будет объяснить необходимостью, чтобы наследник родился в браке.

Мысли привычно перескочили с насущных проблем на дочь. Его разочарование. Любой мужчина хочет сына — своё продолжение, наследника, возможность не кануть бесследно в Лету. А родилась девчонка. Глупая, амбициозная и упертая как мул. Он надеялся, что боги всё же даруют ему сына, однако родившиеся вслед за старшенькой пятеро девок, похоронили всякую надежду на продолжение рода. И каждой требовалось приданое собрать и удачно пристроить. А тут ещё племянничек объявился. Впрочем, от последнего было куда больше пользы, чем от Далии. Хотя и проблем мальчишка тоже доставлял изрядно.

— Дядя! — ввалившийся в покои племянник выглядел слегка встревоженным. — Сбежала! Элвея сбежала! Герцогиня бывшая! Я проверил: покои её под охраной, стража у дверей стоит, а внутри никого нет. Словно в воздухе растворилась. И никто ничего не видел.

— А ты зачем к ней ходил?

У племянника взгляд тут же вильнул в сторону.

— Поговорить хотел.

— И как? Поговорил? — Крайдену казалось, что злиться сильнее уже нельзя, однако Арсэлю удалось его вывести из себя. — Гадёныш! Я тебе велел туда не соваться! Твоя задача играть свою роль и выполнять мои приказы!

— Сам хотел, чтобы я с леди подружился. Вдруг через неё мы бы вышли на девчонку?

— В моём присутствии! На! — в лицо лжеАльду полетело недавно присланное послание. — Читай! А теперь представь, что тебе придётся отправиться ко двору! Не дай бог, старая змея что-то пронюхала! Необходимо срочно её найти и вернуть!

— Но дядя, я не могу ко двору! — племянник замер в ступоре, пытаясь переварить свалившуюся на его голову новость. — Меня там быстро раскусят.

— Тебе и не придётся! — немного успокоившись, проворчал дядя. — По дороге получишь ранение и вернешься. Я тут небольшую заварушку организую. Придётся ко двору отписать, что в связи с возникшими проблемами, отягощёнными серьёзным ранением, ты не можешь присутствовать и поручаешь представлять тебя мне. Понял? И гляди, не натвори здесь дел в моё отсутствие.

— О каком ранении ты говоришь, дядя? — племянник как всегда услышал только то, что его заинтересовало.

— Подстроенном, — буркнул Крайден, недовольно глядя на родственника. — Объявишь себя умирающим, женишься на Далии, а после этого мы тебя вернём обратно в твоё тело.

— Так его нашли?

— И не теряли! — снова разозлился Крайден, правда, пришлось сделать вид, что он расстроен подозрительностью своего родича. — У меня всё под контролем. Как только выполнишь свои обязательства — я выполню свои. Обещаю, твоя мать, и мои племянницы не будут ни в чём нуждаться. Дело, мой мальчик, теперь только за тобой. Ты должен сделать всё, как мы с тобой договаривались. Слышишь? А о сбежавшей леди не переживай — я её найду!

Крайден, глядя на захлопнувшуюся за племянником дверь, в очередной раз проклял всё на свете. Почему он, старый дурак, не послушал свою интуицию и не прибил эту змеюку по дороге? Где теперь, прикажете, её искать?

Мужчина на несколько минут задумался, потом довольно ухмыльнулся. Есть несколько вероятных путей, для поиска беглянки. Можно было объявить её в розыск и ждать результата. Перекрыть дороги, раздав солдатам портрет пропажи. Объявить награду за поимку. Но он поступит иначе. Леди, несмотря на всё свою хитрость и изворотливость, имела глупость пожертвовать пару капель своей крови для поиска дочери. Теперь же эти самые капельки пригодятся ещё раз. Только он в этот раз не станет пытаться вернуть беглянку. Достаточно будет пожелать ей что-нибудь этакое, чтобы уж наверняка избавиться от угрозы с её стороны. С гарантией.

Вот и решилась ещё одна проблема. Но сначала он осмотрит комнату, в которой последнюю неделю жила леди. Вдруг там найдется что-то интересное? А если и нет, то к его услугам есть хороший маг крови, способный эту леди качественно нейтрализовать. Во всяком случае, с младшенькой всё вышло как нельзя лучше. По словам Умберто, молодая герцогиня довольно долго сопротивлялась зову. Любой другой на её месте уже давно бы сошёл с ума. А эта выдержала двое суток, пока он не приказал покончить с ней. После этого маг подтвердил, что поиск по крови не находит леди среди живых. Что же, сама виновата. И мамаша её виновата. Нужно понимать, кому ты перешла дорогу.

И до Коулда он тоже доберется. Где не работает магия, там действует обычный подкуп и предательство.

* * *

Разговор с наставником по душам немного расставил все точки над «и». Если Гэри и не удалось развеять всех моих сомнений, то дело было уже в банальной перестраховке. Ожёгшись на молоке, будешь дуть на воду. Единственная, в ком я была уверена на все сто — это моя Шейша, но, к большому сожалению, пушистая вредина имела своё представление обо всём. И не являясь человеком, разум имела тоже нечеловеческий и всё измеряла немного иными категориями. С паучонкой нельзя было просто поболтать о жизни, впрочем, шуток она тоже не понимала и воспринимала всё буквально.

— Шейша, а что ты думаешь про обитателей этого замка? — оставшись одна у себя в комнате, я решила слегка попытать свою пушистую наперсницу.

«Разные, — немного подумав, сообщила паучонка. — Солдаты скучные, такие же, как Ашш с Шиаршем. Им сказали — они выполняют. Совсем глупые. Другие двуногие в замке слишком любопытные и хитрые, а ещё глупые. Им говорят, но они делают не всегда, зато много болтают и везде суют свой нос. Но Шейша может сделать так, чтобы они все слушались. Сделать?»

Маленькая арахна горела желанием помочь. А я не стала отказываться от её предложения.

— Чуть позже. Ты мне покажешь на тех, кто не выполняет приказы, болтает и любопытничает, и мы с тобой с ними разберемся. Хорошо?

«Хорошо», — согласилась паучонка.

— А больше ничего странного ты не заметила?

«Кроме кровника Ашша и Ширша и его гостей? — поинтересовалась арахна. — Нет, ничего».

Я призадумалась, услышав оговорку арахны. Что это ещё за гости такие? Нужно будет потом как-нибудь поподробнее разузнать.

Так, некоторое время я проболтала со своей паучонкой, пока не поняла, что неплохо бы действительно прилечь и отдохнуть. Не настолько я ещё поправилась после покушения, чтобы день разгуливать по замку и наводить шорох на прислугу. Выслушав наблюдения Шейши, решила заняться этим вопросом завтра же с самого утра. Первым делом следует отыскать управляющего, собрать всех слуг и представиться. А там с помощью арахны нужно будет их всех проверить на предмет лояльности. Что-то я совсем не горю желанием стать снова объектом для охоты. Хотя я понимала, пока жив Крайден, покоя мне не видать. И как от него избавиться — я не знала. Оставлю это дело на Коулда. Не думаю, что после всего случившегося граф Алесский спусти Крайдену все его делишки. Короче, без меня разберутся.

А ещё мне нужно было немного подлечиться и продолжить свои занятия по артефакторике. Благо, Гэри здесь, и, надеюсь, от наставничества он не откажется. Неплохо было бы еще немного прокачать свой резерв и продолжить обучения ментальной магии. Раз есть дар — почему бы его не развивать?

Это были, так сказать, планы на ближайшее время, но жизнь, как водится, успела внести свои коррективы. Но об этом чуть позже.

Вельда с Динирой появились ближе к вечеру. Оказывается, за это время девчонки успели облазить замок сверху донизу и немного навести порядок, слегка зашугав прислугу. Впрочем, последняя не сильно впечатлилась. Привыкнув жить привольно и практически без надзора, замковые обитатели расслабились, и свои обязанности выполняли спустя рукава.

— Лея! — возмущению моих девчонок не было предела. — Их нужно всех отсюда гнать! Я не могу заставить убраться у меня в комнате. Их мой Лапусик пугает, представляешь?

Девушка достала из небольшой корзинки для рукоделия компактно уместившегося у неё владошках паучка и сунула мне посмотреть.

— Разве он страшный?

Ну, тут я бы поспорила. Не все такие смелые. Кто-то боится мышей, кто-то лягушек, но, кажется, люди некоторых насекомых боятся даже больше, чем кого-либо. Особенно, если знать, в какую громадину оно может вымахать.

— Как ты его назвала, Лапусик? — я едва удержалась от смеха, услышав имя питомца. — Вельда, а ты знаешь, что этот «лапусик» вырастет ростом с Ашша? И, кажется, это имя ему совсем не подходит. Может, стоит у него самого поинтересоваться, какое имя ему нравится?

Я вспомнила, что при знакомстве с Шейшей, имя мне назвала её мать. Может и здесь есть какие- то правила?

— Шейша, ты не скажешь, а как можно назвать тех малышей, которых Мар связал с моими фрейлинами?

Шейша задумалась на минутку, потом что-то прострекотала, отчего маленькие арахниды зашевелились и застрекотали в ответ. И тут я заметила, что Динира тоже притащила своего паучка с собой.

«Шурш», — немного подумав, сообщила арахна. — «И Жжушиаш ».

— И что эти имена означают?

Вопрос слетел прежде, чем я сообразила, что я ведь до сих пор не знаю, что в переводе означает Шейша. Глупо, да?

«Быстрый и смелый защитник».

— Ну, ничего себе!

Принесённый служанкой ужин мы разделили на троих, угостив и своих подопечных. Которые, кстати, уже успели поохотиться на мышей в подвалах замка, и были вполне сыты.

Потом Динира пожаловалась на мушки перед глазами и тошноту.

— Когда это началось? — попыталась выяснить я, но девушка, схватившись за живот, бегом метнулась в умывальню и склонилась над тазиком.

Мы с Вельдой тревожно переглянулись и кинулись проверять еду. Благо, в своё время Гэри меня снабдил нужным артефактом. Другой вопрос, отчего я не надела кольцо ранее и не проверила принесённый ужин? Расслабилась и почувствовала себя в безопасности? Видимо так.

Как я и предполагала, яд оказался в кремовых пирожных. Тех самых, которые, по словам Люсиль я очень сильно любила в детстве. Но, между тем, что было ранее и мной нынешней — лежала пропасть. Так нравившиеся в детстве сладости сейчас оставили меня почти равнодушной. Вкусно и вкусно, но не до фанатизма. И в этот раз я на выпечку налегать не стала. А Вельда просто не успела попробовать, скормив половину своей пироженки Шуршу.

— Шейша! — мысленно заорала я, сообразив, что случилось. — Срочно зови сюда Гэри и Коулда, если он в замке! И найди мне того, кто это сделал!

Моя паучонка исчезла почти мгновенно. Я только минут через пять услышала, как где-то далеко заголосил женский голос. Потом второй. Потом хлопнула дверь, и в мои покои ввалился наставник.

— Что случилось? — Динира к этому времени уже лежала на моей кровати, и мы с Вельдой по очереди отпаивали её водой, вовремя подставляя тазик, и влажным полотенцем протирали лицо. — Так быстро отойдите!

Артефактор покопавшись у себя по карманам, выудил на свет связку амулетов, пристроив один из них у пострадавшей в районе солнечного сплетения, а другой сунул в руки и велел тянуть из него магию.

— Я не умею, — тут же заныла Динира, но Шерисс на неё прикрикнул, по ходу объясняя, как и что она должна сделать.

— Ты почувствуешь тепло в руках, камешек раскалится, но ты его не отпускай. Представь, что замерзла и твои руки ледяные. И тебе жизненно важно согреться. Держи и тяни это тепло к себе.

— У нас всё получится? — со страхом ожидая ответа, поинтересовалась Вельда.

— Я сейчас приготовлю антидот из запасов нашего придворного лекаря, — сообщил показавшийся в дверях Коулд. И тут же похвалил нас с Вельдой. — Вы молодцы не растерялись, начали поить её водой и промывать желудок. Но этого обычно недостаточно — нужно выпить и противоядие. Где был яд?

— В пирожных, — скривилась Вельда. — Я их теперь никогда в жизни есть не стану!

— Шейша! — позвала я арахну. — Что там у тебя?

По нашей связи я слышала эмоции своей паучонки. Сначала это было любопытство, азарт погони, гнев. Сейчас же снова любопытство, но какое-то иное. Так обычно этмонтолог изучает новый вид насекомого.

— Я скоро! — прозвучало по связи.— –Нашла.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ. ЗА ДОБРО ПЛАТИ — ДОБРОМ, А ЗА ЗЛО — ПО СПРАВЕДЛИВОСТИ

Незнакомца я за всей этой суматохой заметила не сразу. Молодой мужчина лет двадцати пяти на первый взгляд, прислонившись плечом к дверному косяку, внимательно наблюдал за происходящим. Не юноша, но и до того возраста, который принято называть средним, далеко. Хотя, кто его поймёт, сколько там лет на самом деле. Местные маги жили дольше и почти до самой смерти сохраняли молодость и здоровье. А то, что незнакомец магически одарён, я почти не сомневалась. Судя по его кольцу с накопителем и связке артефактов на груди. Взгляд от артефактов снова переместился на лицо незнакомца. Густые черные волосы были затянуты в низкий хвост, правильные черты, настороженность в сине-зеленых глазах. Мелькнувшая гримаса неудовольствия при взгляде на Гэри — всё это было мне вроде как знакомо. Такое ощущение, что мы раньше где-то встречались. Но не помню где…

Незнакомец, заметив, что я за ним наблюдаю, улыбнулся уголками губ и учтиво склонил голову в приветствии. Хмм… и кто же это такой? Неужели тот маг, спасший мне жизнь? Нужно будет выяснить и поблагодарить, если что.

— Несите ваше противоядие, — бросила я Коулду.— –Шейша нашла виновника. И скоро будет здесь.

Я почти не сомневалась, что моя паучонка заставит отравителя прийти сюда. Однако реальность, превзошла все ожидания. Арахна появилась не одна. Во главе процессии, опережая на шаг мою паучонку неслась простоволосая девица в кухонном фартуке. Испуганная и не видящая куда бежит. рот её беззвучно открывался и закрывался, но мы не слышали не звука. Шейша её гнала, подгоняя недовольным стрёкотом, как пастух гонит неразумную овцу.

Следом за ней бежала кухарка с половником и голосила на весь замок. И на приличном расстоянии метров в пять, следовали все остальные: прислуга, экономка и солдаты. Естественно, всё это действо сопровождалось шумом и криками.

— Это что за балаган? — быстренько навёл порядок Коулд, узрев процессию. — Ты, кто такая?

Указательный палец точно уперся девице напротив носа, отчего та словно очухалась и, разглядев, где оказалась, вдруг упала на колени и завыла в голос. Присоединившись к воплям, размахивающей половником кухарки. Ор стоял на весь замок.

— Это что же тут деется? Нелюдь ядовитая на кухню пробралась, все горшки и кастрюли перевернула! На людей начала нападать!

Выкричавшись, женщина с половником наконец-то разглядела меня, и всё началось заново. Бросилась в ноги, она потребовала защиты от нападения монстров.

— Шейша! — мысленно позвала я арахну. — Кто из них подложил яд?

«Молодая самочка, — тут же отчиталась арахна. — У неё руки пахнут той гадостью. И юбка справой стороны».

Я так поняла, что паучонка унюхала не только яд, но в каком кармане его принесли.

— Шейша действовала по моему приказу! — я вышла вперед, осматривая собравшуюся небольшую толпу. — Она искала того, кто отравил принесённую мне еду. И нашла.

После этих слов в коридоре наступила долгожданная тишина. Только девица продолжила выть на одной ноте. Но и она скоро замолкла, подчиняясь воле маленькой арахны. Вот что мне сейчас делать? Как поступить? Если девица виновата, должно же быть какое-то наказание? При мысли о том, что этот яд могла попробовать не только Динира, и сейчас также корчиться в муках, меня отчётливо передёрнуло.

— Коулд, скажите, какое наказание положено тому, кто собирался убить человека?

— По нашим имперским законам или по вашим? — осведомился мужчина.

— А есть разница?

— Есть, — тонко усмехнулся Коулд. — Наши законы жёстче. И за убийство или попытку убийства полагается смерть. А вот в герцогстве за попытку отравления обычно секли так, что шкура слазила. Какое наказание предпочитаете? Или вы решили пожалеть и простить мерзавку?

Вот же ехидна! В голосе отчётливо слышалась насмешка, но сам гад выглядел серьёзней некуда. Простить? Ага, как же! Она меня хотела убить, а я её прощу…. Нашли здесь добрую самаритянку. Что-то в последнее время я всепрощением страдать перестала. И никаких розовых соплей и гуманизма. Око за око, зуб за зуб. Пошёл за шерстью — вернёшься стриженым.

— Прикажи своей арахне укусить девчонку, — шепнул мне на ухо так и не представившийся незнакомец. — Её нужно допросить, а паучий яд иногда творит чудеса.

Я вздрогнула от неожиданности. Отвлеклась на крики и не услышала, как тихо со спины ко мне подкрался незнакомец. Чужое дыхание шевельнуло завитки у виска, скользнуло по щеке, вызвал бурю в душе и пробежавшую вдоль позвоночника волну дрожи. Что это со мной? Испугалась? Так вроде нет, хотя элемент неожиданности мог сработать. Странная реакция, непонятная. Но я об этом подумаю позже. А сейчас мне бы хотелось знать, откуда ему известно об арахнидах?

— Прикажи! — продолжил гнуть свою линию незнакомец.

— Да кто ты такой?

— Я тебе не враг. Можешь считать нас с Маром старыми приятелями. Ему-то ты веришь?

— Хм, сомнительная рекомендация. Коулд упрямый, наглый женоненавистник и шовинист. К тому же лицемер, лжец и…

— Кто? — удивился незнакомец, но я в его голосе услышала нотки смеха. — Женоненавистник? Вы ошибаетесь, леди. Мар женщин очень любит, ну просто очень…

Намек оказался достаточно прозрачен, и меня это разозлило. Ах, вот так!

— Я про это и говорю, — сердито прошипела я. — Шовинист он! Отодвиньтесь от меня, а то когда я злюсь, последствия могут оказаться непредсказуемые!

И уже мысленно арахне:

— Шейша! Можешь сделать так, чтобы наша отравительница честно ответила на мои вопросы?

Арахна прощёлкала в ответ, что сделает. Тут же скользнула с потолка к отравительнице и легонько куснула её за руку. Девица снова заверещала. Мне, если честно, это представление уже надоело, я вообще предпочла и разбирательство, и наказание повесить на Коулда, но пришлось смириться. Герцогиня у нас здесь кто? Правильно, я. А замок чей? Тоже мой. Так какая же я здесь хозяйка, и какая буду правительница, если не смогу с этим всем разобраться? Хотя, если честно, мне этот титул и эта власть совершенно не нужны. Я бы просто хотела тихонечко жить где-нибудь подальше и от двора, и от больших городов. Но выбора-то нет.

— Тихо!

Коулд вышел вперёд и вздёрнул всхлипывающую девчонку на ноги.

— Ты, кто такая? Отвечай!

— Нисса, — девчонка последний раз всхлипнула, после чего вытерев глаза, повыше задрала нос. На меня и Вельду посматривала с вызовом, на Коулда с опаской. И косила взглядом на стоявшего за моей спиной незнакомца, который вдруг положил руки мне на плечи, словно очертил защитный круг. Это ещё что за фокусы? Захотелось передёрнуть плечами и освободиться, но не дело показывать перед посторонними, что у нас не всё здесь ладно. Поэтому я просто сделала пару шагов в сторону, дистанцировавшись от чужих прикосновений.

— Кто ты такая, Нисса? И чем занимаешься? — мне было интересно понять мотивы этой девицы. — Почему моя арахна посчитала тебя виновной в отравлении моей фрейлины?

— Помощница это моя! — вылезла вперёд кухарка. — Дурочка она безобидная! Оклеветали её!

Маг за моей спиной хмыкнул. На дурочку девчонка никак не тянула. А вот на наглую гадину — очень.

— А вот мы сейчас узнаем, как оклеветали. Кто тебе дал яд?

Девчонка, если и хотела промолчать, то после Шейшиного яда это было нереально. Оказывается, наши утренние «гости» успели не только поговорить со мной и Гэри, но и прислугу подкупить. Интересно, почему их оставили одних, и где в это время находилась охрана? И кого они хотели отравить? Не меня ли? Не выдержала и задала вопрос. Оказалось, нет. Целью нынешнего покушения был Коулд. За его устранение лорды-маразматики пообещали большое вознаграждение. По представлению Ниссы с такими деньжищами можно было до конца жизни не работать. И замуж выйти удачно. Вот только мужа осталось подобрать. Ну а нам с девушками яд достался по остаточному принципу: чего добру пропадать?

Мои фрейлины оказались совершенно правы про распущенную прислугу. Гравы которой оставляли желать лучшего. Пятнадцать лет, если не больше, люди были предоставлены сами себе. За замком следили, но так как тут никто не жил, то откуда взяться манерам и знанию, как себя вести с хозяевами замка? Ну и расслабились, распустились. А кто-то и проворовался.

А тут мы появились. И кое-кто из работающих в замке девиц решил, что воины из нашего сопровождения и прибывшие маги — отличная цель для их матримониальных планов. Ну, в крайнем случае, даже небольшая интрижка тоже будет неплохо. Мужики молодые, привлекательные и не бедные. Может, что и выгорит?

А Нисса была не исключением. Ей приглянулся незнакомый маг из окружения Коулда. Симпатичный, таинственный и видно же, что занимает высокое положение. А с теми деньгами, что ей заплатят, она тоже станет привлекательной невестой. Почему бы и нет?

Но тут в мечты девчонки ворвалась жестокая реальность. Случайно подслушанный разговор и стало понятно, что на незнакомца претендует не только она. С Диниры неприязнь перекинулась и на нас с Вельдой. И ладно бы никто по этому поводу ничего не сказал, но говорливые горничные не только разнесли всё это дальше, но ещё устроили и спор по поводу: заметит ли избранник Ниссы её или нет? А то он все глаз не сводит с герцогини. Сторожит покои, словно цепной пёс.

Этого уже стерпеть девчонка не могла. Поэтому яд честно решила разделить на две половины. Одну добавила в жаркое, предназначавшееся для Мара Коулда, а оставшуюся часть сыпнула в пирожные, рассудив, что нет в мире ни одной женщины, которая бы отказалась от сладкого. И наплевать, что вместе с моими фрейлинами отравиться могла и я. Подумаешь: одной герцогиней больше или меньше. Моё существование на жизнь Ниссы никак не влияло. Скорее, мешало ей в её планах.

Коулд, услышав про подкуп и яд, готов был негодяйку растерзать собственноручно прямо здесь. Но, видимо, присутствие зрителей остановило. А я задумалась. Уж, не про этого ли мага, что замер за моей спиной, идёт речь? Кто же он всё-таки такой?

— Уведите её! — приказал Коулд. — В подвал!

— Подождите! — я не могла позволить, чтобы нахальную девицу увели вот так просто. Она же стоит и глазами сверкает, нагло так. Задравши нос. Словно знает, что я не смогу приказать её казнить.

— Что вы собираетесь с ней делать?

— Утром выпорют и выкинут за ворота, — бросил Коулд, брезгливо глядя на отравительницу. Странно, как-то она слишком быстро взяла себя в руки. То выла нескончаемо, а сейчас стоит с гордым видом. Ой, странно. Что-то тут не так.

— Подождите! Сейчас!

Ну, выпорют её. И бить станут не в полную силу. Спина быстро заживёт, а мерзкий характер останется. Ещё и обиду затаит. Кто знает, на что способно такая вот гадина? Я метнулась обратно в спальню, схватив с туалетного столика артефакторное кольцо. Его особенностью был камень александрит. У нас когда-то называли его вдовьим, а мне казалось, что это просто суеверия. Ну и сам камень мне нравился, вот я и навесила на него одно маленькое заклятие. А сейчас решила проверить, получится фокус с внушением или нет.

На Земле магии нет, однако есть те, кто может ввести человека в состоянии гипноза и приказать что угодно. А Гэри говорил, да и не только он, но и приглашенный Альдом маг тоже, что у меня есть ментальный дар. Почему бы не попробовать? Тем более, что у отравительницы в крови ещё гуляет яд Шейши.

Кольцо я нацепила на шнур от штор и в виде маятника начала раскачивать перед глазами Ниссы.

— Скажи, а тебе не жалко было, что от твоих действий могут пострадать невинные люди? Разве мы тебя чем-то обидели? Почему ты считаешь, что имеешь право решать: кому жить, а кому умирать?

Девчонка хмыкнула, смерив меня пренебрежительным взглядом. А потом снова вернулась к качающемуся кольцу. Я заметила, что за движением перстня следило еще несколько человек. А мне это было совсем не нужно, поэтому я попросила Шейшу их прогнать. Наконец, настал момент, когда взгляд девушки уже не отрывался от самодельного маятника. И решила, что пора.

— Скажи, Нисса, ты меня слышишь?

— Слышу, — безэмоциональным голосом ответила моя жертва. — Ты герцогиня, наша хозяйка.

— Почему ты решила меня убить?

— Я подслушала разговор и решила, что если ты умрешь, имперский принц мне за это заплатит. Нужно было только ему об этом сообщить.

— Чей разговор ты подслушала?

— Твоих леди. Они говорили о побеге из Теоны. И об имперском принце.

Капец просто! Правду говорят, что и у стен есть уши!

— И ты решила меня убить, чтобы получить ещё одно вознаграждение? Да?

— Да, так и есть, — подтвердила негодяйка.

— Я собираюсь тебя наказать сама. Но наказание, избранное его сиятельством это не отменяет. Но я хочу, чтобы ты всю свою оставшуюся жизнь несла свою вину, сколько бы тебе не осталось жить.

— Что ты собралась сделать, Лея? — тут же прошипел мне на ухо Коулд, дергая за руку.

— Знаешь, что бывает с людьми, которые всегда и везде говорят только правду и ничего кроме правды? Их не любят.

— Нисса! — обернулась я к терпеливо ждавшей отравительнице. — Теперь ты всю оставшуюся жизнь будешь говорить только правду и ничего кроме правды. Если ты будешь видеть лжеца — ты будешь всем рассказывать о его лжи. Если встретишь вора — будешь рассказывать о воровстве. Поняла? Повтори!

— Говорить только правду, — заученно начала бубнить Нисса.

— А, если ты захочешь солгать — твоё сердце перестанет биться. Поняла?

— Да, госпожа.

Девчонку я разбудила, после чего стража уволокла её в темницу. А я заметила, что невольные свидетели моего опыта с гипнозом, стараются убраться как можно быстрее с глаз долой. И вообще меня обходят по дуге. Теперь вот сиди и думай: а не сделала ли я ошибку?

— Через час собрать гарнизон, чуть позже прислугу! — распорядился незнакомый маг. И меня это неприятно царапнуло. Да кто же он такой? Я тут же попыталась это выяснить.

— В кабинет! — начал было Коулд, но был перебит незнакомцем.

— Лучше в покои её светлости. Здесь ближе, а защиту я поставлю, да и Шерисс, я уверен, тоже что-то добавит.

— Уже всё стоит, — ворчливо откликнулся Гэри. — Неужели, вы думаете, что я бы оставил комнаты леди без защиты от прослушивания и проникновения чужаков?

Я слушала эти переговоры и тихо офигевала. То есть, комнаты они защитили, а банальную отравительницу выявить не смогли? И, кстати, судя по разговору, Гэри прекрасно известно, кто этот непонятный маг.

— Господа, вас ничего не смущает?

— А, что? — обернулся ко мне ничего не понявший Гэри. — Что не так, Лея?

— Леди имеет в виду, — снова вступил в беседу незнакомец, что нас не представили. Но раз уж никому в голову не пришло исправить это упущение, я представлюсь сам: — Арсэль Оушш, барон Динэн, к вашим услугам.

Маг учтиво склонил голову.

Динэн… Динэн… не помню такого. Хотя, определённо, что мне во внешности этого Арсэля Оушша кажется знакомым. Где-то я уже это видела. И мимика, и жесты, и даже манера держать себя. Вот, хотя бы сейчас, замер у стены, склонив голову на бок, о чём-то задумавшись.

— Мы с вами раньше не встречались, лорд Оушш?

— Можете называть меня просто по имени, как вы обращаетесь к Мару.

— Это будет неуместно. Мы с вами не настолько близко знакомы… — начала я и тут же замолкла, увидев насмешливо-ироничный взгляд, подаренный Арсэлю Оушшу Маром Коулдом. — Я чего-то не знаю?

Коулд хмыкнул, Гэри вдруг завздыхал, вроде как виновато, а Оушш просто пожал плечами, в ответ на мой требовательный взгляд.

— Я прихожусь племянником лорду Крайдену. Возможно, вы этого не знаете, леди.

Сказать, что я была удивлена — ничего не сказать. По словам этого Арсэля Оушша, они с Коулдом приятели, давние друзья. Это при том, что у Коулда друзей раз — два и обчёлся. Насколько я знаю, кроме Торено и Альда, вроде как никого больше. А тут внезапно вылез неучтённый друг детства, который к тому же приходится племянником главному заговорщику. И как я должна на это реагировать?

— Будет намного удобнее, если мы переместимся в примыкающий к покоям леди кабинет, — Мар Коулд открыл смежные с гостиной двери и двинулся туда.

— Леди, — лорд Оушш обернулся в сторону Вельды. — Ваша подруга нуждается в вашей помощи. Если вы нам понадобитесь, мы вас позовём.

И фрейлина, бросив на меня отчаянный взгляд, безропотно потопала в сторону спальни. Я не поняла, что это за секретность тут намечается, только со мной этот номер не пройдёт. В конце концов, это они мой кабинет собираются использовать для обсуждения дел.

— Прежде чем вы начнёте что-то обсуждать, я хочу знать, что здесь делает вот этот человек?

Я кивнула головой в сторону племянника Крайдена. Со слов Гэрри я знала, что они сбежали из темницы вместе. И дядя хотел его убить. Но… почему я должна в это верить? Может быть, всё было подстроено специально?

— Лея, — начал Гэри.

— Я сейчас никому не собираюсь верить просто так. Любой в этом замке может оказаться предателем.

— Леди права, — вступился за меня Арсэль Оушш. Неожиданно так. — Поэтому я настаиваю на том, чтобы все находящиеся в Эртингере принесли клятву верности. И я начну с себя.

Сложно описать, что я чувствовала в этот момент, когда стоящий напротив маг порезал себе руку, пустив кровь и начал произносить слова клятвы.

— Я, носящий имя Арсэля Оушша, клянусь жизнью защищать леди Лейладу Онорию Готарскую. Клянусь быть верным ей до конца своей жизни. Клянусь…. Чуть ли не и в горе и радости, в болезни и здравии. Это что за клятва такая? Я тихо офигевала, переводя растерянный взгляд с одного лица на другое.

— И пусть боги будут свидетелями моих слов…. — закончил Оушш. Запястье, на котором до сих пор находился родовой браслет Альда, обожгло холодом. От неожиданности я зашипела и подтянула рукав платья повыше, чтобы посмотреть, что там творится. Тонкое изящное плетение браслета, украшенное старыми рунами, сейчас светилось. Цепочка светящихся знаков бежала по кругу один за другим, и останавливаться не собиралась.

— Это что за гадость такая? — ткнула я браслетом в сторону Оушша. — Что вы сделали? Немедленно уберите это!

— Это клятва, леди Лея, — тихо сказал маг, пытаясь взять меня за руку. Но я успела отскочить в сторону. Хотела уже потребовать от Гэри и Коулда, чтобы они выгнали этого Оушша, как обнаружила, что один делает вид, что изучает потолок. И даже насвистывает что-то себе под нос. А второй усиленно роется по многочисленным карманам одеяния. Видимо, совесть свою потерял и теперь не может найти.

Никогда не понимала женщин, которые устраивают выяснение отношений с битьем посуды. Но и для меня настал час прозрения. Остро захотелось потопать ногами, проораться и разбить супницу об чью-либо голову. Или, на худой конец, использовать для этого стул. К моему сожалению, мебель здесь стояла тяжелая, основательная такая. Неподъёмная. Но как говорила незабвенная Коко Шанель, настоящая женщина может из ничего сделать шляпку, салат и скандал.

— Немедленно! Объясните! Что! Сейчас! Произошло!

— Сам будешь объясняться или доверишь это дело нам с Шериссом? — насмешливо поинтересовался Коулд у лорда Оушша. Только учти, после того, как ты расскажешь леди правду, я за твою жизнь не дам и ломанного шесса.

Ой, как интересно! Я переводила взгляд с одного лица на другое и медленно, очень медленно до меня начинало доходить: в этой комнате все обо всём знают. Кроме меня.

Ладно.

Потянула на себя стул, отодвинула его. Три напряжённых физиономии внимательно следили за каждым моим жестом. Ждут чего-то.

— Как же мне всё надоело! — начала издалека. — Тайны, секреты, убийства, предательство. Кстати, давайте поговорим о предательстве, — продолжила я тоном Свидетелей Иеговы, стучащим в дверь вашей квартиры, чтобы поговорить о боге.

— Лея, — Гэри дёрнулся при моих словах, стараясь не встречаться взглядом.

— Ваше поведение, милорды, и скрытность, и постоянные тайны, недоговорённости — это своего рода предательство.

— Выйдите! — Коулд с Шериссом молча встали и вышли за дверь.

— И что теперь? — я повернулась в сторону Арсэля Оушша или кто он там на самом деле?

— Нам нужно поговорить.

Мужчина выглядел растерянным. Куда только делись его решительность и нахальство?

— В моей семье не принято показывать чувства, говорить о любви. Браки у нас все договорные, политические. Мои родители с трудом терпели друг друга. Да и я с братьями нахожусь не в лучших отношениях, — не торопясь начал разговор маг, присаживаясь рядом и беря меня за руку. Ту самую, что с браслетом. Мне это совершенно не понравилось, и я попыталась отобрать свою руку обратно.

— Позволь мне, — попросил лорд Оушш, не отпуская руку и одновременно пытаясь поймать мой взгляд. И это слегка напрягло.

— При чём здесь ваша семья, лорд? И разве у Крайдена не один племянник?

Мужчина невесело усмехнулся.

— Этот браслет, — осторожно прикоснувшись к украшению, надетому на меня Альдом, мой собеседник после этого порывисто встал и сразу же отошёл к окну. Словно там можно было найти подсказки на не заданные мной вопросы.

— Этот браслет когда-то принадлежал моей прабабушке по материнской линии. И всегда передавался от матери к дочери. Но у моей матери не было дочерей, поэтому он достался тебе.

— Но причём здесь ваша семья, лорд Оушш, если этот браслет мне на руку надел муж? — продолжила тупить я, абсолютно ничего не понимая.

— Хочешь, я его сниму?

Хочу ли я, чтобы он снял браслет? Хочу! Только что меня тогда защитит от барракуд из Совета лордов?

На память тут же пришли слова Коулда, что снять украшение может только или сам Альд, или браслет раскроется после его смерти.

Я тупо смотрела в лицо взволнованного мага и пыталась осознать только что им сказанное. Этого не могло быть! Это какой-то сюр! Бред бредовый!

Бросила взгляд на едва затянувшийся порез на его руке. Рана уже не кровила, но ещё не зажила. То есть, передо мной сидит живой человек, а не кукла сделанная Гэри. Но… как?

— Я живой, Лея. И я клянусь, что всё исправлю.

— Но как? — тупо повторила я, пытаясь осознать одну простую истину. Мар Коулд мне говорил, что Альд жив. Гэри юлил и врал, но проговорился, что мой муж жив. Но я как-то не так представляла эту встречу. Даже в голову подобное не могло прийти.

— Как?

— Наши боги бывают весьма изобретательны, — было последним, что я услышала. А потом кто-то выключил свет.

Переход от тьмы к свету обычно вызывает некоторый дискомфорт. Только мгновение назад у меня перед глазами померк свет. Мелькнула мысль: обморок. И через пару секунд я уже морщусь от яркого солнца, сидя попой на песке. Волны бирюзового моря мерно бьются о берег. Шум волн, запах морской соли и солнце. Я сошла с ума? Вроде с утра никаких предвестников не наблюдалось.

— Нет, девочка, ты в своём уме, — отвечая на не высказанный вслух вопрос, произнёс приятный женский голос.

Если бы у меня над головой пальнули из пушки, это бы меня испугала меньше, чем явление Амсет. На то, чтобы вскочить и обернуться, понадобилось всего несколько мгновений. Всего в каких-то пяти метрах от меня в тени растущих пальм стоял стол, за которым восседали две дамы и лениво потягивали через трубочки из высоких бокалов коктейли.

— Присаживайся, — пригласила та, что была в белом. Я изумлённо воззрилась на богиню Смерти. Как-то не укладывалось в голове, что вот эта невероятно красивая женщина лет тридцати и есть Амсет. Её собеседница в голубом наряде выглядела значительно моложе, но при этом глядя на холодный прищур её глаз, я бы никогда не посчитала её более безобидной.

— Скааль, — рассмеялась Амсет. — А она тебя опасается куда больше, чем меня.

— И она права, — кивнула богиня Судьбы, продолжая изучать меня немигающим взглядом, от которого мурашки по коже побежали, несмотря на жару. — Подождём Агмар и Эони или сами решим?

— Эони занята, а Агмар опоздает, сказала начинать без неё, — усмехнулась Амсет. — Итак, смертная душа, пришло время определиться. Я обещала в случае, если ты сможешь сделать так, чтобы проклятие не было произнесено, вернуть тебя в тот же миг, откуда забрала. Но возникли непредвиденные обстоятельства, и я не могу выполнить своё обещание.

— Какие обстоятельства? — я недоуменно переводила взгляд с одной божественной сущности на другую и пыталась точно вспомнить, что конкретно говорила мне Амсет. Вроде как она собиралась предоставить мне выбор. И я ещё думала, что здорово было бы вернуться обратно на Землю в свой привычный мир.

— Это исключено! — отрицательно качнула головой Скааль. — Тот мир вне нашей компетенции. Ты попала туда случайно, поэтому после своей гибели тебя вытолкнуло обратно к нам.

— Я собиралась вернуть тебя в тот момент, из которого забрала, — вмешалась в разговор Амсет. — Однако, будущее настолько сильно изменилось, что теперь это стало невозможно.

Я не успевала подумать, как мне тут же отвечали. Мысли они мои, что ли, читают?

— А что там читать, — пренебрежительно махнула рукой Амсет. — У тебя на лице всё написано.

— Проклятие было связано с леди Элвеей, — осмелилась я подать голос. — Почему она его не сможет произнести?

— А ей жить осталось всего несколько часов, — качнула головой Амсет. — Уже сейчас она находится в полузабытьи и не понимает происходящего. Ещё чуть-чуть и я приму её душу и отправлю на перерождение.

— Что? — губы внезапно пересохли. Как-то неправильно было вот так узнавать, что давшая в этом мире тебе жизнь женщина через пару часов должна будет умереть. А ты её даже в глаза ни разу не видела, не говорила с ней. И вообще, как так можно спокойно об этом рассуждать? Хотя, что я могу судить и знать об отношении обитателей местного пантеона к людям? Зачем они меня сюда выдернули? Чтобы рассказать, что никакое проклятие больше не страшно? Или ещё зачем-то?

— Или, — кивнула головой Скааль. — Смертная, я обещала позволить тебе самой выбрать свой путь. Ты можешь остаться и пройти в этом воплощении отпущенный жизненный цикл. Не обещаю, что будет просто. Но, если тебе это не по нраву, тогда мы отправим твою душу на перерождение. Начнёшь всё сначала, с чистого листа. Могу гарантировать, что твоя новая жизнь будет счастливой. Ты не будешь ничего помнить обо всех этих событиях, проживёшь обычную жизнь в кругу семьи и друзей.

— Но, это уже буду не я, — нашла силы прошептать я, ошарашенная прозвучавшим предложением.

— Разве плохо, прожить полную достатка жизнь, без тревог и потрясений, рядом с близкими людьми? — принялась увещевать меня Амсет. — Подумай.

И я подумала. Как бы отреагировал любой человек, если бы к нему пришли с таким вот предложением? Ты не переживай, мы тут решили тебя осчастливить. Мы тебя сотрём. Сотрём твою личность, память и всё, что с тобой связано. А после возродим в другом времени и месте. Но ты будешь счастливым. Согласен?

— Нет!

Даже головой помотала для гарантии.

— Это не честно! Обман! Шулерство!

— Хорошо, вдруг пошла на попятный Амсет. — Если ты согласишься, я выполню два твои любые желания. Но только сюда не входит сохранение памяти о предыдущих воплощениях. И не проси вернуть тебя на Землю.

— Мне нужно подумать, — меня вдруг осенило, что это мой единственный шанс отсрочить «подарок» богинь. Время, чтобы понять, что я хочу.

— Думай, — милостиво кивнули небожительницы. — У тебя месяц. А потом ты должна будешь дать ответ.

— Меня опять выдернут среди разговора? — я скривилась, представив, что сейчас с моей обморочной тушкой делает Альд. Лекаря, небось, притащил.

— Для разговоров с богами есть храмы, — недовольным тоном напомнила Амсет. — Когда ты в последний раз там была?

Уела.

— Я исправлюсь, — пообещала на всякий случай. И снова несколько мгновений темноты, перед тем как открыть глаза.

— Ну же, Лея, да что с тобой такое? — я чувствовала, как меня хорошо так встряхнули. А ещё, судя по каплям воды на лице и мокрой голове, ещё и облили. Вот, же!

— Отпусти! — осмотрелась. Полулежу в кресле, надо мной, склонившись, стоит Альд, неподалёку замерли Гэри с Коулдом и Вельда с кувшином воды в руках. Получается, это она меня так приголубила?

— Слава богам! — воскликнул Гэри, тут же бросившись проверять у меня пульс. Отчего я дёрнулась и едва не выпала со своего места. Коулд тут же хмыкнул, прокомментировав, что он вообще удивлён, что во мне есть хоть что-то женское, и я умею падать в обмороки. А то уж он начал думать, что меня воспитывали не монашки в обители, а солдаты в казарме.

— Мар! — одёрнул своего приятеля Альд. Хотя, как к нему теперь обращаться? По старому имени или как к лорду Оушшу? — Не забывайся!

— Давайте вы в другое время будете ворковать, голубки! Надеюсь, не забыли, что нас сейчас ждёт? — ядовито поинтересовался граф Алесский.

— С вами забудешь! — вспылила я на совершенно хамское поведение Коулда. Одновременно чувствуя, как напрягся Альд, собираясь в очередной раз одёрнуть приятеля. — Скажите лучше, где сейчас находится ваш арахнид?

— Который из них?

— Ах, они оба здесь? Тем лучше! Мне тут сорока на хвосте принесла, что леди Элвея покинула Теону и сейчас находится при смерти. Вы можете поручить своим арахнидам её найти и срочно привезти сюда?

— Зачем это? — тут же заупрямился Коулд. — И что это за сороки такие, которые приносят вам вести?

— Узнаете на пороге Вечности, — пообещала я. — Так вы отправите их или нет?

Пока мы препирались, Вельда достала из гардероба для меня другое платье. И я вынуждена была отлучиться, чтобы привести себя в порядок. Не дело принимать клятву в таком расхристанном виде. Мало того, что волосы намокли, так и сам наряд пришёл в непрезентабельный вид. Что это за хозяйка замка такая, если выглядит словно неряха?

Потом события полетели одно за другим. Коулд всё-таки послушался и отправил своих пауков за леди Элвеей. Я не думала, что смогу переиграть Амсет. Но кто его знает. А вдруг? Ведь, если леди останется жива, ну мало ли, вдруг повезёт? И я выиграю ещё немного времени. Принятие клятв прошло довольно буднично. А вечером нас всех ожидал сюрприз. Прибыл гонец из Теоны с новостями. Самозванец объявил, что его жена, её светлость леди Лейлада погибла в результате несчастного случая. И в связи с тем, что он отбывает ко двору из-за болезни императора, траур по погибшей герцогине будет всего две недели. После чего в узком семейном кругу будет проведена брачная церемония между его высочеством Альдом и леди Далией Крайден.

— Я его убью! — в сердцах пообещала я, чувствуя, как рушатся все мои планы. Меня опередили. Если бы этот гад не стал торопиться так со свадьбой, я бы успела встретиться и с графиней Алесской. И написала бы императрице и заручилась её поддержкой. Хотя, кто мешает мне это сделать сейчас?

Сообщу её величеству, что мой муж заговорщик, решил пододвинуть императора от власти. Попрошу замолвить за меня словечко, дескать, так и так, верная слуга трона, хотела помешать мужу, а он решил меня убить. Теперь от него скрываюсь и так далее. Помогите вернуть герцогство. Смешно.

Просить нужно с позиций силы. Вроде как я и помощи прошу, но с другой стороны, могу и без неё обойтись, а обратилась вроде как из вежливости. Бредово звучит, если честно. Умом я понимала, чего хочу, и как это должно выглядеть. И по мере размышлений, настроение стремительно поднималась вверх.

— Когда я вижу вас вот такой, — голос Коулда вернул меня с неба на землю. Вот, кто бы сомневался, что он не обратит внимания на перемену в моём настроении! — Мне становится страшно за окружающих. Признавайтесь, что вы опять задумали?

— С чего вы это взяли? — вяло попыталась запротестовать я.

Настроение было слишком хорошим, чтобы я его портила ругнёй с Маром Коулдом. Альда я решила пока игнорить, потому что, честно говоря, не знала, как мне отнестись к случившейся с ним метаморфозе. Да и стоит ли нам с ним сближаться, если я не знаю, что со мной может случиться через месяц?

— С того, что ваша улыбка, леди, скоро не пролезет в дверь. А когда вы начинаете так улыбаться, я начинаю бояться за свою жизнь.

* * *

Новоявленный лорд Оушш тайком наблюдал за бывшей женой и мрачно усмехался про себя. Нужно сказать, что леди его старательно игнорировала. Старалась не встречаться взглядом, отворачивалась, имитировала глухоту. Неприятные ощущения, но предсказуемые. Лея никогда его не жаловала. С самого первого дня вела себя неприветливо, отказалась от консумации брака (правда он и особо не настаивал — боялся отпугнуть и всё испортить), насмешничала, называя подержанным товаром и переходным знаменем. Хотела избавиться от навязанного замужества. Можно сказать, желание леди сбылось. Только как-то криво, неправильно. Впрочем, у них с самого начала всё было не так. Чего уж теперь жаловаться?

И перспективы у него весьма смутные. Причём, везде. А ещё Мар никак не может смириться с тем, что теперь ему придётся прислушиваться к мнению юной герцогини.

Тут Альд снова усмехнулся, на этот раз удовлетворённо. Это ему известно, что душа девушки пережила круг перерождений и вообще пришла из другого мира. Мира, в котором женщины не просто могут занимать высокое положение в обществе, но равны мужчинам. Представить такое было сложно. По словам артефактора, который каким-то образом затесался в наставники к леди, образование в том мире давали детям всех сословий абсолютно бесплатное и одинаковое как для мальчиков, так и для девочек. Независимо от происхождения и достатка. И сама Лея, отучившись одиннадцать лет в школе (подумать только!), продолжила учиться дальше и даже получила какую-то профессию. Тут Альд нахмурился, пытаясь вспомнить название. Что-то связанное с деньгами и управлением. Если, разумеется, артефактор не солгал. Хотя, зачем ему?

И замужем была…

Последнее обстоятельство вызывало злость на того недоумка, который научил девушку не доверять мужчинам.

— «А сам, что ли, лучше»? — ехидно осведомился внутренний голос.

— «Такой же дурак», — вынужден был согласиться с ним Альд. Против истины не пойдёшь. А теперь приходится пожинать плоды собственной дурости — его собственная жена делает вид, что его просто нет. Лучше бы ненавидела. Потому что ненависть — это очень сильное чувство. Тот, кого ненавидят, не безразличен. Куда страшнее равнодушие. Кажется, он только сейчас это осознал.

Отпустить? Отойти в сторону и позволить идти своей дорогой? Рисковать жизнью? Строить собственное будущее без него? В душе всё восставало, требуя схватить, спрятать от всего мира, присвоить и никому не отдавать. Защитить от любой угрозы. В памяти тут же мелькнули картины прошлого, как он глупо пытался очаровать девушку, наивно полагая, что она такая же, как и все. Только вот леди соблазняться не пожелала. Тогда эта её упёртость злила. Сейчас же он был даже в чём-то благодарен леди за это.

— «Ничего у тебя не выйдет, колючка», — мысленно усмехнулся Альд. — «Как бы ты не старалась. Я опытнее в интригах и у меня есть цель, ради которой я пойду на многое».

Но девушка восхищала. Решительно действуя, она не растерялась в сложной ситуации. Не стала истерить, а быстро взяла себя в руки. Смогла переупрямить Мара Коулда, вынудив того пойти на уступки. Чтобы его друг когда-нибудь отступил перед женщиной? Явно, что-то сдохло в лесу размером с гигантского медведя.

Альд подозревал, что дело тут явно не только в упертом характере леди, но и образе мыслей, умению вести беседу на равных. Сложно представить, что воспитанная в монастыре девчонка может рассуждать о политике и войне. Что женщину вообще больше интересует развитие торговли. А не новые наряды и развлечения. И сплетни о том, кто, кого, где, когда и как.

А уж после того, как леди поняла, что нет необходимости скрывать свой норов, она перестала притворяться. Сбросила маску скромной монастырской послушницы, явив совсем другой лик. И вот тогда он понял, что настоящую её он никогда и не знал. Правда Мар что-то начал подозревать ещё в Теоне, а может Лея вела с ним более открыто? При мысли о том, что друга и его женщину связывают какие-то тайны, стало неприятно на душе. И ведь в открытую не спросишь.

— Когда я вижу вас вот такой, мне становится страшно за окружающих. Признавайтесь, что вы опять задумали? — ввинтился в уши голос Мара и Альд недовольно поморщился. Чего спрашивается друг начал постоянно цепляться к девушке? Ну, улыбалась, может у неё настроение хорошее?

— А с чего вы это взяли? — вопросом на вопрос парировала Лея. Причём, как-то нехотя, словно Коулд отвлёк её от каких-то приятных размышлений.

— С того, что ваша улыбка, леди, скоро не пролезет в дверь. А когда вы начинаете так улыбаться, я начинаю бояться за свою жизнь, — решил не сдаваться Мар.

— Зря, между прочим.

Лея снова мечтательно улыбнулась.

— Вы к моим улыбкам не имеете никакого отношения. Я всего лишь думала о том, что все условия Амсет соблюдены, и я могу с лёгким сердцем бросить здесь всё и уехать куда подальше. Например, взять другое имя и поехать попутешествовать. А почему бы и нет?

В груди Альда помимо воли родился рык. Она хочет уехать? Бросить всё? А как же герцогство? Разве она не хочет вернуть принадлежащее ей по праву и добиться справедливости? А он? Ненужный, покойный муж. Как ему дальше жить, если она уедет? Думать каждый день, где она и что с ней. Жива ли? Корить себя за то, что позволил. Чувствовать сожаление, думать о том, что всё могло бы быть иначе. Горькая улыбка искривила уголок рта.

— Не отпущу!

Девушка бросила в его сторону мимолётный взгляд, так ничего и не ответив.

— Вы же это не серьёзно? А как же герцогство? — удивлённый Мар Коулд озвучил часть его мыслей по этому поводу.– Струсила и решила сдаться на милость Крайдена?

— А что герцогство? — недовольно скривилась Лея. — Готарра — это хомут на моей шее. И бросить не могу, и уехать не получается, а делать что-то нужно. Будь я одна — знала бы, как поступить и кого винить в неудачах, в случае чего. Но с вами вместе мы напоминаем персонажей басни про лебедь, рака и щуку. Каждый тянет в свою сторону и не готов сотрудничать. Даже такая мелочь, как моя просьба привезти сюда мою мать, вызвала спор. Я постоянно должна доказывать свою правоту, приводить аргументы, вынуждать вас прислушаться. Это…

— Бесит… — Альд понимающе кивнул, предостерегающе глянув на Коулда. Вроде как, молчи, приятель, дай даме высказаться.

— Бесит, — согласилась Лея, бросив в его сторону короткий взгляд. — Я, в вашем представлении просто юная дурочка, которая лезет с мужские дела и пытается играть в мужские игры. Но, поверьте, я знаю и умею больше, чем вам кажется. И прекрасно отдаю отчёт, что нам всем предстоит сделать. А вот вы готовы пойти мне навстречу? Сомневаюсь…

Альд смотрел на Лею и не узнавал её. Она была сейчас куда взрослее, чем казалась раньше. Взгляд умудрённого жизнью человека, а не юной девчонки. И тем казалась притягательнее для него. А ещё Мар, кажется, тоже положил на девушку глаз. Только вместо того, чтобы очаровывать, старается оттолкнуть.

— У меня три вопроса, на которые я хотел бы получить честные ответы, — нарушил тягостное молчание он.

— Спрашивай, — невесело усмехнулась Лея, впервые за вечер прямо посмотрев ему в глаза. — Если это в моих силах….

— Наедине.

— Хорошо, — не стала спорить леди. — Простите минуту слабости. Естественно, никуда сбегать я не собираюсь. Я пока в своём уме и прекрасно понимаю, что в мире мужчин любая женщина может оказаться в незавидном положении. Зачем мне рисковать ехать на край света, чтобы попасть под власть очередного тирана с шовинистическими замашками? Да и почему я должна отказываться от своего положения и рисковать собственным благополучием?

— Потом наговоритесь! — Мар Коулд как всегда бесцеремонно влез и нарушил хрупкое равновесие. — Пришли новости из империи. Пока всё идёт по плану. Известие с приглашением самозванец получил — дело осталось за малым. Шерисс, вы уверены, что ваша ловушка сработает?

— Более чем, — кивнул в ответ Шерисс.

— А теперь всё сначала. И со всеми подробностями! — буквально подпрыгнула на своём месте леди.

Альд снова предупреждающе посмотрел в сторону Мара, намекая, что рот открывать, пока не стоит.

— Я сам расскажу. Лея, дело в том, что по словам лорда Шерисса, марионетка спустя полгода, начинает принимать черты того человека, чей слепок души был помещен вовнутрь.

— Слепок души, но не душа? — переспросила Лея, внезапно перестав его игнорировать.

— Нет, не душа, — Гэри тяжко вздохнул и отвёл виноватый взгляд в сторону Альда. — Там в храме Амсет была очень зла за это. Она сказала, что я покусился на божественное. Ведь только боги имеют право решать судьбу души. А я вмешался и вот что в итоге вышло.

— Если в марионетку была переселена не душа, а только её слепок, то куда в таком случае делся настоящий Арсэль Оушш?

— У Амсет, — артефактор сожалеюще развёл руками. — Я обманул Крайдена, сказав, что могу переселить душу человека. На самом деле, мне такое не под силу. Но, чтобы обман выглядел достоверно, я заблокировал сознание юного лорда Оушша. Кто же знал, что Амсет призовёт его душу к себе на суд

— Это всё хорошо, но я всё равно не понимаю, чем это нам всем поможет.

— Я изготовил артефакт, который ускорит процесс изменения марионетки. Верные люди подбросили несколько штук в места, где наша «кукла» чаще всего бывает. И уже наметился результат.

Шерисс вскочил с места и забегал по комнате, как он это делал всегда в минуты волнений.

— Мы рассчитывали парочку таких игрушек подкинуть самозванцу в багаж, и сходство между поделкой и оригиналом станет минимальным. Нам даже убивать его не потребуется. Всё сделает имперская служба безопасности.

— А ещё выпотрошит ему мозги и узнает о том, что некий граф Шерисс научился ваять такие вот «куклы», — язвительно подметила девушка, крутя пальцем у виска. — Вы соображаете, что творите?

В ответ на обидные слова Коулд только поморщился. Именно из-за этого вчера и возник спор. Но Шерисс, как посчитал Альд, оказался излишне спокоен.

— Даже, если кто-то и узнает — я всё буду отрицать. К тому же, богиня Смерти лишила меня ментального дара. Я теперь ничего не могу, да и не очень-о и хочу. Так что, даже, если «кукла» проболтается — ему просто никто не поверит. А я буду всё отрицать. Ментальные маги в империи стоят на учёте. Боги миловали — я этой участи избежал. Любая проверка покажет, что ментального дара у меня нет. А без него такую вот «куклу» оживить невозможно. Так стоит ли заранее беспокоиться?

— Шерисс! — вспылил Коулд, разозлившись на упёртого артефактора. — Твои мозги попросту выпотрошат и узнают все тайны. Император обычно не церемонится, если на кону стоит его личная безопасность и благополучие империи.

— Не переживайте, — махнул рукой артефактор. — Подсуну обманку.

— Это решит проблему с марионеткой, но не поможет нам с Крайденом, — герцогиня окинула всех троих задумчивым взглядом. У меня есть некоторые идеи, но я не очень-то и уверена, что вы их поддержите. Чисто потому, что их выдвинула женщина.

Альд улыбнулся уголком рта на этот укол.

— Я готов выслушать любое предложение, если оно поможет нам выбраться из этой ситуации.

И не только выслушать, — хотелось добавить вслух, но он сдержался. Но и голыми руками задушить морского ящера, лишь бы на него смотрели так, как пару минут назад: задумчиво, заинтересованно и удивлённо. А не как на пустое место.

— Я считаю, — начала девушка. — Нам нужно не допустить этого бракосочетания. Это важно, потому что, если Далия окажется беременна, её ребенок будет иметь право на титул и наследство.

Прозвучало как обвинение и упрёк. Альд ощутил мимолётное чувство вины. Ведь, если бы он накануне свадьбы не поддался соблазну, эта наглая стерва не пробралась бы к нему в постель. А ребёнок? Может ли такое быть, что он его? Несмотря на применяемые специальные артефакты и зелья, не может ли статься так, что его любовница понесла?

Альд не выдержал и бросил вопросительный взгляд в сторону Шерисса.

— У голема не может быть детей, — тут же отозвался артефактор. — Они бесплодны и все жидкости в теле абсолютно имеют алхимическую основу и не похожи на то, что есть у людей. Кровь желтая на вид, а всё остальное прозрачное и со специфическим запахом.

— Я знаю одно, — Лея бросила быстрый взгляд в его сторону. — Для подобной спешки нужны очень веские причины. Гэри, вы говорили, что со временем марионетка начинает меняться. Не может ли быть так, что самозванец уже довольно сильно изменился? И еще, насколько мне известно из того варианта будущего, род не прервался. Получается, откуда-то взялся наследник. Я бы не стала сбрасывать со счетов наличие возможного ребенка у Далии Крайден. И тут уже не важно, кто его отец.

— Это не я! — отрицание своей причастности у Альда вырвалось раньше, чем он понял, что произнес. — Это не может быть мой ребенок. И артефакты и зелье не дали бы ему появиться. Да и было-то у нас с леди один раз до свадьбы. А это…

— Больше двух месяцев назад, — очень быстро подсчитала девушка. — А кто–нибудь мне может ответить: можно ли как-то определить по крови принадлежность к определённому роду или отцовство?

— Можно,- артефактор на пару минут задумался, а потом выдал все, что знал с подробностями.- Обычно с этим идут к магам крови. Они могут с помощью одного простенького ритуала определить наличие родства. Ещё это можно сделать с помощью родовых алтарей. Но родовой алтарь герцогов Готаррских разбит, а в империю к родовому алтарю императора только что родившегося ребенка никто не повезёт. Да и зачем, если его признал отец? Получается, нам нужен или маг крови или подходящий артефакт. И маг крови у нас есть, — тут Шерисс кивнул в сторону Альда. — И артефакт я могу изготовить. Что лучше?

— Артефакт, — тут же отозвалась Лея. — Не нужно лишний раз афишировать свои умения и способности. Чем меньше народу про них знает — тем больше у нас козырей в рукаве. Как быстро это можно сделать?

— К завтрашнему дню, — отозвался Шерисс.

— Отлично! Тогда ещё один вопрос на повестке дня. Нам нужна поддержка лордов или хотя бы их согласие не поддерживать Крайдена. И у меня на этот счёт появились некоторые мысли.

— Дерзайте, леди! — махнул рукой Коулд, вальяжно устраиваясь в кресле напротив девушки. На губах застыла насмешливая улыбка, что Альду захотелось её немедленно стереть. Нашёл время, чтобы показывать своё превосходство!

— Не уверен, что мы согласимся, но мне интересно послушать.

— Лея, я благодарен тебе за бумаги из моего кабинета, — улыбнулся девушке Альд, и впервые заметил, как слегка оттаял её взгляд. Значит, ещё не всё у них потеряно. — Там очень много разного полезного. В том числе и компромат на наших сегодняшних гостей. И я намерен этим воспользоваться.

— Собираетесь шантажировать или запугивать? — поинтересовалась леди. — Примите совет. Найдите посредника, которому ваши «жертвы» доверяют и заманивайте их в «гости» поодиночке. Чем меньше свидетелей будет у вашей с ними беседы, тем лучше.

— Объяснитесь! — Коулд буквально навис над леди, вызвав у Альда недовольное шипение, и тут же был вынужден немного отступить. — Что вы имеете в виду, леди?

— Ну, как же? — Лея насмешливо глянула на мужчин, вроде объясняет прописные истины, понятные и дурачку, а не то, что двум имперским лордам, один из которых вообще бывший принц. — Лорды не идиоты и очень быстро сообразят, чем им грозит визит в этот замок. И начнут всячески отклонять приглашения. И на месте Крайдена я бы уже давно избавилась от проблемы.

— Какой проблемы? — продолжил дурака валять Мар.

— Нас с вами, — снова усмехнулась девушка. — Впрочем, если кому-то нравится притворяться недалеким — я препятствовать не буду.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ. КАЖДЫЙ ОХОТНИК ЖЕЛАЕТ ЗНАТЬ…

Разговор оставил двойственное впечатление. С одной стороны, меня выслушали, с другой, Коулд продолжил вести себя слегка заносчиво, всякий раз стараясь подчеркнуть, что общается с глупышкой. И, если бы не обстоятельства — со мной бы никто ни о чём советоваться не стал. А ещё предстоящий разговор с Альдом. О чём он собирается вести беседу? Даже гадать не хочу. Вариантов может быть много: от возвращения его к власти да признания брака.

А что хочу я?

Я и сама этого пока не понимала. Вернуть Альду герцогство, потому что я не справлюсь? Справлюсь, если мне будут помогать и подсказывать, а не ставить палки в колёса. Признать наш с ним брак? А вот тут начинались проблемы. Я абсолютно не хотела давать кому-то ни было над собой власть. По местным законам и традициям — жена принадлежит мужу, и он может поступать с ней, как заблагорассудится. Я пока ещё не сошла с ума, отказаться от свободы ради… а чего, собственно говоря, ради? Любви? Семьи? Детей? Всё это можно получить и вне брака. Разве что, ни общество, ни религия не одобрят. Мне необходимо было крепко подумать, прежде чем принимать хоть какое решение.

Для беседы я выбрала одну из башен замка, решив не выставлять Коулда и Гэри из своего кабинета. Раз уж они его оккупировали для дела — пусть там и сидят. А в случае чего Шейша ещё и подслушает, о чём шла речь. Она научилась плести какие-то хитрые ловушки и через них вести наблюдение за всеми и всем. Моя паучонка теперь постоянно сидела на страже, отслеживая близлежащие коридоры и комнаты. А ещё и за передвижениями слуг следила. На всякий случай.

Я даже представить себе не могла, как она это делает. Но испытывала к маленькой арахне чувство благодарности. И не только к ней. Малыш арахнид, откушавший яда вместе с Динирой, его благополучно переварил и уже успел сгенерировать к нему противоядие. Об этом мне сообщила Шейша по нашей связи. После всех лекарств и лечебного укуса паучка, моя фрейлина чувствовала себя вполне сносно и была готова начать мщение виновным. Вот только служанка, подсыпавшая яд, уже и так наказана. А до лордов-интриганов нужно ещё как-то добраться. И Вельде большого труда стоило угомонить эту «мстительницу».

Пока поднимались на верхнюю площадку, я много о чём передумала. Как всё-таки удивительно обошлась с нами жизнь. Столько крутых поворотов, словно по минному полю идешь. И не знаешь, откуда ждать беды.

— Осторожно! Здесь слегка обломана ступенька! — предостерегающий возглас бывшего мужа совпал со стрекотом моей паучонки. Оглянуться не успела, как оказалась у Альда на руках. Держали меня крепко, но при этом очень осторожно. Впервые за долгое время я ощутила себя в безопасности. Захотелось уткнуться носом в шею, вдохнуть аромат кожи и парфюма, почувствовать, как под твоей рукой бьётся чужое сердце. Тук… тук…тук… Быстро так и уверено. От нового Альда почему-то пахло морем, чувствовались тонкие нотки вербены, сандала и каких-то пряностей. Приятный запах. И ощущения тоже приятные.

Накатила эмоциональная усталость. Я устала принимать решения, которые могут оказаться неправильными. Постоянно жить в ожидании очередной задницы. Бояться, убегать, притворяться, постоянно нося маски. Что где-то внутри живёт такое подспудное желание, чтобы пришёл кто-то, кто может пожалеть, подставить плечо и дать выплакаться, защитить и решить твои проблемы. И это внутреннее я, которое живёт в каждой женщине, оказывается, просто хотело на ручки.

Решила позволить себе минуту слабости. Прекрасно понимая, чем чревато такое вот послабление. Стоит только дать понять, что ты готова принять опеку, как тут же окажешься в кабале. За всё нужно платить. А плата за защиту — подчинение.

— Отпусти меня! — потребовала, вопреки собственному желанию.

— Так надёжнее, — не согласился со мной Альд, продолжая подниматься под крышу башни.- Лестница старая, ремонт делался лет тридцать назад. И с тех пор никто здесь ничем не занимался.

— Твоё упущение, — тихонечко куснула в ответ. Альд и отрицать не стал.

Пока поднимались наверх, молча впитывала такие забытые ощущения покоя. Как-то не довелось раньше покататься у Альда на руках.

— Что тебе пообещала Амсет, когда заключала договор?

Неожиданный вопрос. Во всяком случае, я полагала, что речь пойдёт не об этом. И даже заготовила заранее ответы.

На верху башни сегодня было ветрено. Заходящее солнце купалось в хмурой серой воде. Такое же серое небо низко нависало над морем. Видимо, скоро ожидается шторм. Осень в этих краях была хоть и теплая, но слегка дождливая. Особенно на побережье. Я стояла у края стены и глядела на заходящее солнце. Разговаривать совершенно не хотелось. Но замерший за спиной мужчина терпеливо ждал. И откуда только взял, что у нас с Амсет договор? Я, вроде, никому ничего особо не рассказывала. От самой богини? Да и какой там договор? Одна насмешка. Меня, как морковку с грядки, просто выдернули сюда, поставили перед фактом, что придется, рискуя жизнью поработать, и только много после, пообещали «награду». Разве это договор?

— Какой там договор… скорее ультиматум. Я исправляю прошлое, и тогда мне предоставят выбор: остаться здесь или вернуться обратно. Только изначально было обещано вернуть меня в тот же миг, как забрали. Но так как прошлое очень сильно изменилось, меня могут просто отправить на перерождение. Стереть память обо всём этом, дать шанс родиться в обеспеченной семье. Счастливая жизнь, только это уже буду не я.

Захотелось хоть кому-то пожаловаться. Меньше всего я ожидала, что меня возьмут за плечи и прижмут к себе. Так мы и стояли молча, глядя на закат. Бывший принц Шесской империи и я.

— И что ты выбрала, Колючка?

Кто колючка? Я? Хотя, пусть как хочет, так и называет.

— Пока ничего. Ни один из вариантов мне не нравится.

— Я не отпущу.

— Что? — не поняла я. — Что значит, не отпущу?

— Знаешь, Колючка, — мне в макушку уткнулись подбородком, а объятия, кажется, стали ещё чуточку крепче. — На пороге Грани многое переосмысливаешь и переоцениваешь. Мне дали шанс всё исправить. И я это сделаю, чего бы это ни стоило. И так случилось, что одним из моих упущений стала девушка, которую я взял в жены. Оказывается, чтобы почувствовать себя счастливым, мне нужна именно она. Колючка, как нам всё исправить?

Ну — ну… — я мысленно посмеялась над намерениями Альда. Не знаю, что он там собирается исправлять, но как-нибудь без меня. Что-то не тянет меня обратно в брачные отношения. Не в этом мире, во всяком случае. Тут или мир менять нужно, или законы в стране.

— Это мне решать.

— Лея… или лучше к тебе обращаться по другому имени? Я виноват. И крепко. Но, если выберешь меня — то не пожалеешь. Обещаю.… Не уходи…

Впервые разговариваем по душам, но разговор получается какой-то сумбурный, не понятный. Точнее, я догадываюсь, чего хочет Альд. Другой вопрос: а нужно ли это мне?

В общем, мы договорились, что он слегка урезонивает Коулда, а я не стану лезть в их дела. Война — дело мужское, опасное. Небольшая армия у них с Маром Коулдом уже имеется. А с теми деньгами, что мы с Маром стащили из сокровищницы, так и вообще можно пол герцогства купить.

Вот пусть сами и воюют, и с лордами разбираются. Тут я была согласна, что ничего в этом не понимаю. Однако очень уж хотелось, чтобы сегодняшние наши «гости» прочувствовали на собственной шкуре, что значит, яд за обедом и зареклись кого-нибудь травить. Альд пообещал, что наказание будет соответствующим. А я согласилась. А ещё согласилась не пытаться самостоятельно воевать с Крайденом. Они и без меня с ним разберутся.

— Время играет против нас. Мне всё время кажется, что мы опоздали везде, где только можно.

— Мои люди уже подбросили нужный артефакт «кукле». Через несколько дней изменения станут слишком велики, чтобы их не заметили слуги.

— Он может носить иллюзию, — парировала я, пытаясь придумать, как ещё можно вывести самозванца на чистую воду?

— Скорее всего, он её и носит, — согласился Альд, тоже что-то обдумывая. — Я прошу только не лезть в это дело. Слишком рискованно. Крайден теперь пойдёт на всё, чтобы тебя уничтожить.

— Я почти уверена, что он знает и про меня, и про этот замок.

— Скорее всего.

— Почему тогда мы до их пор не в осаде?

Мужчина пожал плечами.

— Возможно, это дело времени. Но я думаю, что наш заговорщик попытается всё решить малой кровью. Скорее всего, в ближайшее время нужно будет ждать «гостей». Или новые слуги придут наниматься, или кто-то из наёмников окажется подкуплен. Вот поэтому я и настоял на принесении кровной клятвы. Её не обойти. А откат на нарушение такой клятвы может оказаться смертельным.

— Ты сможешь помочь леди Элвее? — закинула я удочку, надеясь на то, что арахниды Коулда выполнят приказ и привезут «маменьку». Честно говоря, я и сама не знала, зачем ввязалась в это дело. Мелькнула мысль, что если леди окажется жива, тогда у меня появится немного лишнего времени на размышления и принятие решений. И свою просьбу Коулду высказала спонтанно. И лишь потом до меня дошло, что после того, как леди доставят сюда — а это ещё время пройдет — нужно будет что-то решать и как-то её спасать. А как? Я не лекарь. Могу только идеи генерировать.

Альд поморщился.

— Леди не самый приятный человек во всех смыслах. Ты её не знаешь, поэтому простительно, что захотела помочь. Поверь, лучше бы тебе её и дальше не знать. Бывшая герцогиня привыкла решать все свои проблемы чужими руками. Она легко манипулирует людьми. И родственные связи для неё не самое главное.

— Вы хорошо знакомы? — я вспомнила подкинутый леди Винсеро мне якобы дневник матери, где черным по белому было сказано, что Альд влюбился в леди и потом её преследовал. И мужа её убил именно по этой причине. Уже тогда у меня возникли сомнения в правдивости истории, но спросить–то можно?

— Были, — невесело усмехнулся мужчина. — Я ездил в Ормин с дипломатической миссией. Там и познакомились. И не могу сказать, что знакомство было неприятным. Леди меня заинтересовала. Но некоторые странности в поведении вызвали вопросы. Потом был анонимный донос на герцога Готарского. Дальше — больше. И тем не приятнее было узнать, что леди Элвея оказалась по уши в интригах, из-за которых погиб мой старший брат. Вина леди была не доказана, но…

— Я не прошу с ней дружить, — хмыкнула я в ответ на эту тираду. — Я прошу лишь помочь. Не думаю, что она сейчас в том состоянии, чтобы кем-то манипулировать. Просто нахождение леди рядом со мной будет для всего герцогства как признание нашего родства. Всего лишь продуманный шаг и лишнее свидетельство в нашу пользу.

— Хорошо, я подумаю, что можно сделать, — согласился Альд, снова попросив взамен не рисковать и никуда не лезть. Пришлось пообещать подумать над этим.

— В вашу войну с Крайденом я лезть не стану. И с Советом лордов будете разбираться сами. Я бы предложила в качестве союзников использовать семьи моих фрейлин. Они уже прикормленные.

У Альда брови при моих словах подпрыгнули от удивления вверх. Он реально думал, что я всё это время сидела, сложа ручки?

— Чего ещё я не знаю?

— Ну, я нашла бумаги с отчётом специалиста по месторождению амарина. И знаю о том, что отсюда в империю каждый год увозится большая партия этих кристаллов. Я не настолько наивна, чтобы полагать, что нам позволят жить самим по себе, отпустят на свободу. Из-за амарина герцогство стало лакомым куском для всех соседей. Но в тех бумагах, которые я отыскала, говорится о новых месторождениях. О них пока никому не известно, ведь так?

— Так и есть. Я никому не сообщал, а клятва о неразглашении на крови — надёжная гарантия не болтливости.

— Что сделает император Фебер. Если станет известно, что поставки кристаллов в империю прекратятся? Пришлёт армию, да?

— Да. Но этого не случилось бы, пока у власти…

— Не продолжай. Пока ты был у власти — была гарантия, что империя будет получать нужные ей кристаллы просто так. Но ты здесь, а там самозванец. И он ничего не знает об этих договорённостях. Или знает? Мог ли Крайден что-то пронюхать? Нужно это как-то выяснить. Подумайте с Коулдом об этом. И ещё, скоро сюда в замок приедет один мой человек. Я его посылала с поручением. Надеюсь, брат леди Вельды смог выполнить порученное ему дело.

— Мальчишка, который числился у Мара пажом?

— Ага, — заулыбалась я, представив физиономию Коулда, когда он услышит, с каким делом я его пажа отправляла в предгорья. — Он самый. Я ему поручила съездить в монастырь и передать леди Элвее письмо. Но это уже неактуально. А вот другое дело было к главе рода Радьяна. Лорд Этиен Ламберт — отец Вельды и Радьяна, должен был для меня кое-что сделать. Я поручила ему взять под охрану предгорья. Никого не пускать из чужаков — только местные. И только те, кого там знают. И отчитываться только передо мной.

Больше решила ни о чём не говорить. Хватит уже и того, о чём рассказала. И так у новоявленного лорда Оушша глаза стали как плошки от удивления. А что будет, если я с ним поделюсь планами на встречу с матерью Коулда и императрицей? Меньше знают с Маром — крепче спят. Пусть считают, что буду сидеть тихо как мышь. Потому что в наших с Гэри планах отсидеться в замке не получится.

— Всё слышали?

— Слышали, — недовольно проворчала Динира. — Могла бы и не скрытничать так и всё нам рассказать с самого начала.

Девчонки забросали меня вопросами, едва я вернулась к себе.

— Да я и сама только сейчас узнала, кто скрывается под именем лорда Оушша, — оправдываться совершенно не хотелось. А Динира вредничала, будучи временно прикованной к кровати.

— Если бы не мой Лапусик, я бы так ничего и не узнала.

Я с девушками согласилась, что если бы не моя Шейша и малыши, привязанные к девчонкам, у нас бы не получилось держать связь на расстоянии. А я и не знала, что такое вообще возможно. Но моя паучонка полна сюрпризов и периодически выдаёт нечто невероятное.

Пришлось рассказывать в общих словах обо всём, что узнала сама. Тем более, что мои фрейлины и так уже о многом догадывались.

— Не нужно было давать никаких обещаний, — снова начала ворчать Динира. — Мне кажется, что пока мы тут будем сидеть просто так, нас всех перебьют или перетравят.

— Не перетравят. Забыли? Слуги и солдаты гарнизона принесли кровную клятву.

— А, если проберётся кто-то чужой?

— А на чужаков у нас есть наши паучки, — тут я улыбнулась и от всей души похвалила Шейшу за помощь. Видимо, общение со мной для паучонки не прошло даром. Она так и фонтанирует креативом.

— Девочки, у меня проблема. Из-за этого гадского обещания никуда не лезть. Я сдуру согласилась с требованиями Альда, а потом подумала: а не сделала ли я глупость? Динира совершенно права, что не стоило спешить. Но чего уж тут…

— Что за проблема?

— Лорд Шерисс по моей просьбе написал письмо графине Алесской, матери Мара Коулда. Говорят, это она в империю завезла арахн. И вообще, она сама из какого-то южного кочевого племени, вроде дочь вождя. Поэтому при дворе её хоть и не любят, но приходится считаться. И сейчас Гэри мне сообщил, что он наконец-то получил ответ на отправленное по моей просьбе послание. Она хочет встретиться. Но при этом я чётко осознала, что ни Мар, ни тем более Альд, ни на какую встречу меня не отпустят. И что же мне теперь делать?

— Лея, скажи честно, ты этому Шериссу доверяешь?

-вопрос совсем не праздный. Доверяю ли я Гэри? Разумеется, нет. Услышав новости, девчонки всполошились. И я их опасения понимала. Ситуация сложилась опасная, непредсказуемая. И неизвестно с какой стороны ожидать подставы. А того, прошлого Гэри я знала, как мне казалось, очень хорошо. Хитрый старичок, божий одуванчик в виде призрака, никак не тянул ни на отпетого интригана, ни на злодея. Это уже здесь выяснилось, что этот божий одуванчик слишком много умолчал о своём прошлом. А попросту говоря, скрыл. И проклятие было им получено по заслугам. Я бы ещё и добавила. Вот и выходит, что никакой Гэри не божий одуван, а самый настоящий чертополох. И хотя в душе мне очень хотелось доверять ему, умом я понимала, что это может оказаться моей последней ошибкой. Потому как артефактор что научился делать великолепно, так это прикидываться бедной безобидной овечкой.

Кому в таком случае можно довериться? По совести говоря, никому. Предать может любой. Тут выбора особо и нет: либо я рискую и делюсь своими заботами с девчонками и частично Гэри, либо всё сама. И не факт, что у меня получится.

— Не знаю, девочки. Мне и хочется ему верить, и боюсь, что лорд Шерисс в очередной раз что-нибудь такое сделает. Но он тоже поклялся.

— А что в письме? — девчонки тут же схватили скрученный в свиток и скрепленный печатью небольшой листок. Послание тайком мне переданное Гэри, так чтобы ни Коулд, ни тем более Альд ничего не знали, я машинально засунула в карман платья и только вот сейчас смогла достать и прочитать.

И вот сейчас я держала в руках послание леди Эрины и не знала, что мне с ним делать. В моём представлении я встречаюсь с этой леди, рассказываю ей про Шейшу и основные события, а после прошу помощи. И леди мне не отказывает. Однако, в свете последней информации о том, что графиня собой представляет, очень сомнительно, что она вообще захочет мне помочь.

— Предлагаю так, — Вельда вернула мне письмо. — Как только появится Радьян, скажем нашим лордам, что Динира нуждается в лечении. И будет просто замечательно, если она для поправки здоровья вернётся домой. А Радьян её проводит.

— Динира, ты собираешься уехать домой?

Девчонки посмотрели на меня с сочувствием.

— Нет, она останется здесь под иллюзией, а вы с Радьяном уедете, — принялась объяснять Вельда. Видимо, сегодня не мой день, раз я так отчаянно туплю.

— Боюсь, что я не настолько доверяю графине, чтобы ехать к ней на встречу в сопровождении только твоего брата. Вельда, не в обиду сказано, но из него защитник пока ещё никакой. Это будет слишком рискованно. Ты меня потом не простишь, если с Радьяном что-то случится. Но за идею спасибо. Я подумаю, что можно сделать.

Девчонки согласились, что время пока пару дней терпит. Тем более что Радьян ещё и не приехал. Потом я поразмыслила, а с чего я эту поездку связываю с братом Вельды? Ведь в сопровождение можно взять кого угодно. Стала прикидывать и так и этак. Потом вспомнила, что я совершенно упустила из виду наших спутников, с которыми мы вместе покидали Теону. Попыталась вспомнить имена молодых людей и поняла, что они у меня совершенно вылетели из головы. Пришлось напрягать девчонок. Совместными усилиями мы и выяснили, что молодых людей, ещё там, в подземелье замка, принёсших мне клятву служения, Коулд с Альдом припахали для каких-то своих дел. И они сейчас не в Эрдингере. Тут Шейша напомнила, что связаться с ними я могу через маленьких арахнидов, привязанным лордом Коулдом к молодым людям тем же ритуалом, что и к моим девчонкам. И уже через арахну выяснила, где в данный момент находятся Андреас ле Ольер, Никиас Тимейос и Виен Тэкэо. Оказалось, что в Тиоре. Почти рядом.

— Нужно как-то сделать так, чтобы ребят вызвали сюда. Есть идеи?

— Допустим, мы с ними сможем связаться. А не получится ли так, что вернувшись сюда и выполнив твоё поручение, они тем самым нарушат приказ Коулда? И не вызовет ли это подозрений?

— Шейша поможет со связью, — не стала вдаваться в подробности. — А там мы уже их и расспросим о том, чем им поручено было заниматься. И тогда всё и обдумаем.

— Допустим, я могу обратиться к отцу, — внесла предложение Вельда. — Пошлю вестника. У меня ещё осталось пару штук. А он что-нибудь придумает.

— Не стоит. Оставь на крайний случай. Молодые люди показались мне достаточно сообразительными, чтобы найти предлог для своего сюда возвращения.

Мне почему-то показалось, что чем меньше людей будет знать о планируемой поездке — тем лучше. Девушки согласились, что этот вариант самый лучший. Теперь дело за Маасом и его товарищами. На том и порешили.

А я вдруг вспомнила советы Ашшиашши, о том, как ставить силки на добычу. Любой охотник заранее просчитывает все возможные варианты. И если я хочу поймать очень крупную и хитрую дичь, то мне самой следует стать хитрее и сильнее. Научиться лавировать между данными Альду обещаниями и подозрительностью Коулда. Ничем себя не выдать и не проболтаться.

Леди Элвею арахниды Коулда доставили к вечеру того же дня. По совести говоря, если бы не пауки она бы не дотянула до этого времени. Шиаршу пришлось вспрыснуть в кровь женщины свой яд, который остановил все процессы в теле и погрузил её в состояние близкое к стазису. Но обо всех этих подробностях я узнала уже после того, как увидела «маменьку». А в тот момент, когда Ашш сгрузил посреди замкового двора тело, похожее на несвежий труп, я ужаснулась. И не только я. Свидетелей оказалось достаточно. Неприятную сцену разрулил Коулд. Пауки к этому времени уже успели ему обо всём доложиться. А меня поставила в известность Шейша. Если бы не паучонка, я бы так и стояла в состоянии шока, наблюдая за вызванной появлением арахнидов суматохой.

«Она жива, просто очень глубоко спит»

«Почему она тогда так выглядит?»

«Злое колдовство. Такое же, как и с тобой было».

Моя Шейша не отличалась ни особой деликатностью, ни тактом. Выложила все подробности того, как меня везли в это замок, буквально на грани жизни и смерти.

«Я тебя тоже кусала», — повинилась арахна.

О том, что я дожила до помощи только благодаря своей паучонке, я уже была в курсе. Представила, что меня привезли почти в таком же состоянии, и ужаснулась второй раз.

— Что с ней такое? Это как-нибудь лечится?

Коулд только пожал плечами, глядя на то, как Ашш замер над распростёртым на камнях телом. Слушать о том, что страшные имперские монстры уморили леди, было не очень приятно. Тем более что я точно знала, кто настоящий монстр. Да и «маменьку», несмотря её плачевный вид, всё же узнали. Арахны, посчитав свою миссию выполненной, отправились подремать в тишине и полутьме конюшен. Бедные лошади от такого «счастливого» соседства впали в состояние истерики и били копытами в перегородки и тоненько ржали. В общем, случился настоящий бедлам.

Пришлось срочно брать себя в руки и заняться размещением «маменьки» в подходящих покоях. А ещё срочно нужен был лекарь и маг-целитель, который мог бы попытаться облегчить муки несчастной женщины. Всё это мгновенно промелькнуло в голове. На релаксацию совершенно не осталось времени. Нужно было действовать и быстро.

Толпу разогнали Альд с Маром Коулдом.

— Это проклятие по крови, — глядя на умирающую, сообщил мне то, что я и так уже знала, Альд. — Я могу попробовать его снять, но не обещаю. В прошлый раз я всего лишь разорвал твою связь с родом по матери, сменив её на другое родство.

— Это, какое ещё родство? — удивилась я новой информации. Получается, меня спасли за счёт замены родственной связи с родом леди Элвеи на какую-то другую? И «маменька» теперь мне по крови никто? Занятно…

— Моё, — недовольно буркнул Мар Коулд. — Нужно будет сообщить матушке, что у неё появилась ещё одна дочь. Но не думайте леди, что я от этого в восторге.

— А уж я в каком «восторге»! — не смогла удержаться от ответа на язвительный комментарий я. Потом подумала: всё, что не делается — то к лучшему. Я тут недавно размышляла, о чем и как я буду говорить с леди Эриной, а тут появился ещё одна причина для нашего с ней знакомства. Только вот Мар Коулд в качестве братца меня совсем не устраивает. И, кажется, это у нас взаимно. Иначе, с чего бы это он в последние пару дней такой ядовитый? Видимо, наше родство покоя не даёт. А тут ещё и главная интриганка на голову свалилась.

— И когда же произойдёт это событие? Стоит ли мне заранее волноваться?

— Как только матушка найдёт время на визит сюда, — скрипнул зубами Мар Коулд. — Лучше займитесь размещением нашей «дорогой» гостьи.

— Слуги и без меня справятся, — отмахнулась я, сама тем временем вцепившись за рукав камзола Коулда. — А скажите милорд, как мне теперь стоит к вам обращаться? Как лучше: по имени или дорогой братец?

Коулд скрипнул зубами и тут же постарался высвободить свою руку. После чего очень быстро скрылся с глаз, буркнув напоследок нечто непонятное. Что-то вроде: в гробу он видел это родство и ему без разницы, как его станут называть.

— Почему вы мне сразу не сказали? — в отличие от Коулда, Альд сбегать никуда не собирался. — Тоже предпочтёшь сбежать?

— Дел было много, — туманно ответил муженёк, предпочтя не встречаться взглядом.

— Я не займу много времени. Леди Элвее можно как-то помочь? Насколько её состояние хуже того, в котором оказалась я?

— Помочь? Прости Лея, я не бог, чтобы возвращать к жизни тех, кто уже почти стоит перед судом богов. Так, кое-что умею, но не настолько, чтобы вытащить человека из-за Грани. Это может только Амсет, если захочет.

Серо-зелёные глаза мужчины смотрели серьёзно с оттенком печали. Словно заглядывали в душу. А может, так и было?

— Ты же не станешь за неё просить, да?

— Не стану, — покачала головой я. — Не рискну.

— Почему-то я так и подумал. Тогда позволь задать вопрос, Колючка. Если ты знала, что леди Элвея умирает и шансы очень малы, зачем ты её просила притащить сюда? Про то, что её нахождение здесь может сыграть нам на руку, я молчу. Очень слабый довод.

— Хотела выиграть немного времени у Амсет. И мне нужно с леди поговорить. Думаю, только она знает, отчего оказался разбит родовой камень. Она и Крайден. Но последнему задавать этот вопрос я поостерегусь. Можно ли как-то сделать, чтобы леди пришла в себя и ответила на мои вопросы?

— Попробовать можно, — не скрывая сомнений в голосе, ответил Альд. — Но гарантии никакой. И как только леди выйдет из состояния стазиса, наложенное проклятие начнёт действовать. Счёт времени может пойти на минуты. Будет лучше, если ты свои вопросы заранее подготовишь.

— А если сделать так, чтобы леди пришла в себя ненадолго, её немножко поддержать, а потом снова ввести в состояние заморозки? Пусть бы она в этом состоянии и находилась дальше. Отправим её к орминским родственникам. Вдруг они смогут ей помочь и снять кровное проклятие? А не смогут, значит, волю богов нам не переломить. Так ведь можно сделать?

Альд подтвердил, что да.

— Через пару часов попробую, — пообещал он.

— А после обсудим всё в кабинете, — благодарно улыбнулась я в ответ. — В том самом, где наш орминский гость оставил нам «подарок».

Мужчина понимающе улыбнулся.

— Думаю, их всех ждёт большой сюрприз.

Сказано — сделано.

Через некоторое время сидела у изголовья кровати маменьки, и наблюдала за приготовлениями к ритуалу. Присутствовали все заинтересованные лица. Правда у Коулда физиономия имела постный вид, а Гэри готов был подпрыгивать от нетерпения. Единственная, кто излучал довольство и спокойствие, была Шейша. Она выжидательно посматривала то на нас Альдом, то на Гэри с Коулдом и неторопливо покачивалась на свисавшей с потолка паутине. Паучонка должна была в подходящий момент ввести вызывающее заморозку вещество и тем самым затормозить кровное проклятие. Разумеется, если у Альда ничего не выйдет.

Пострадавшая пришла в себя резко, словно кто-то невидимый её просто включил. Судя по непонимающему взгляду, для неё долгих часов пребывания в состоянии анабиоза не существовало. Поэтому наше появление было встречено крайне нервно.

— Кто вы такие и где я нахожусь? — скрипучим голосом потребовала она, щурясь на яркий свет и старательно всматриваясь в лица. Потом рассмотрела Мара Коулда и выплюнула как ругательство.

— Граф Алесский, что вам от меня нужно?

— Не мне, — скривился, словно хлебнул уксуса Коулд. — Вашей дочери.

— Мама, я здесь.

Я вынуждена была сделать шаг вперёд, став так, чтобы меня было лучше видно. А после и взять женщину за руку, заметив, как она ко мне тянется.

— Лея, девочка моя…. — женщина пыталась сдержать слёзы, но они катились и катились по измождённому лицу. — Я не хотела верить. Он сказал, что ты погибла. Сказал, что ты сбежала от мужа с любовником и тебя нужно срочно вернуть. Я не верила…. Поиск по крови ничего не дал. Ты словно исчезла….

— Мама… — глядя на измученное лицо, слушая сбивчивую речь, я в этот момент чувствовала себя свиньёй, потому что кроме вины за своё равнодушное к этой женщине отношение, ничего не ощущала. Она была для меня чужой. Да мать, да родила Лейладу, но она же её и сдала Крайдену.

— Мама, у нас очень мало времени. Тебя прокляли.… Тот самый человек, кому ты давала свою кровь. Мы это проклятие немного ослабили, но снять не получилось. Мне очень нужно с тобой поговорить, а потом Шейша поможет тебе уснуть на некоторое время. До тех пор, пока мы не найдём мага, умеющего снимать такие проклятия.

— Бабка твоя могла, — прошелестела леди Элвея, чему-то улыбаясь. — Я счастлива, что смогла тебя увидеть. Твой муж, дочка, подлец. Это из-за него мы столько лет находились в разлуке. Он виновен во всём происходящем.

— Мама! — я вынуждена была немного повысить голос и привлечь внимание, чувствуя, как рядом закипает от гнева Альд. Я прекрасно помнила, что они с Маром Коулдом мне рассказывали про леди Элвею. И видя, как находясь почти при смерти, она бросает обвинения, не разобравшись, просто из-за личной неприязни или чего-то ещё, я, кажется, начала понимать, насколько нянюшка, предостерегающая относительно леди, была права.

— Альд, — тихонько шепнула, взяв мужчину за руку и тихонечко сжав её, — не злись, видишь она не в себе.

— Альд? — умудрилась расслышать мой шепот леди Элвея. — Где этот негодяй?

— Почему сразу негодяй? — тут выступил вперёд уже Колд. — Что же мой принц сделал вам такого, чтобы его так называть? А как назвать в таком случае женщину, которая дала убийце для мерзкого ритуала свою кровь, чтобы навести порчу на дочь?

— Что? Это ложь! — заволновалась леди Элвея. — Я ничего такого не делала! Я только хотела, чтобы Лею нашли и вернули домой!

Слёзы и душивший больную и кашель, не позволили дальше говорить. Гэри тут же бросился к своим артефактам и попытался применить что-то исцеляющее. А я просто налила в стакан воды и начала поить больную.

— Леди, назовите нам имя того, кто просил у вас каплю крови для поиска дочери, — Альд выступил вперёд и начал производить какие-то манипуляции с зажатым в руке кристаллом амарина. То ли накопитель. То ли что другое.

— Лорд Крайден, — выдохнула женщина.

— Мама, а кто разбил родовой алтарь? И кого там убили?

Лучше бы я не спрашивала! Мои вопросы вызвали новый водопад слёз и кашля, сквозь который удалось расслышать, что мой якобы «дядя» был с отцом в хранилище и попытался воззвать к Хранителю рода. Но Хранитель отказался появляться, вызвав гнев лорда Беара Крайдена, в порыве которого и началась ссора, приведшая к тяжкому ранению герцога Эльдиана Готаррского. Она пыталась спасти мужа, однако у неё ничего не вышло. А тут война, осада. Дочь, с верными людьми была отправлена в надёжное место. А леди вместе с Крайденом пришлось создавать видимость присутствия герцога Эльдиана на поле боя.

— Беар сказал, что всё произошедшее случайность. Но из-за войны никто бы не стал разбираться и нас бы повесили обоих. Его за убийство, а меня как соучастницу. Поэтому он надел доспехи твоего отца и сверху иллюзию. А во время боя скинул их и исчез. А я укрылась в горной обители, в надежде, что мне позволят забрать тебя и вернуться на родину.

— Скажи, это правда, что ты вместе с леди Винсеро участвовала в заговоре, из-за которого погиб старший сын императора?

Я не знала так это или нет, фактически тыкала пальцем в небо, но попала куда нужно.

— Откуда? — задохнулась от ужаса маменька.

— Значит, правда, — кивнула я, глядя в глаза этой женщине. — Я догадалась. И зачем?

— Я хотела сделать тебя императрицей, — буквально прохрипела она.

Тело начало содрогаться от конвульсий. Отсрочка закончилась и кровное проклятие снова начало набирать силу. А я стояла и тупо смотрела на агонию той, что была моей биологической матерью в этом мире.

Из состояния шока меня вывела Шейша, поинтересовавшись, не пора ли уже кусать. Пора, давно пора. Пусть введенное в состояние заморозки тело леди Элвеи пару неделек, а может и месяцев подождёт, пока я не решу как мне дальше быть. В голове не укладывалось, как так можно принимать решения за других? Она придумала мою жизнь на годы вперёд, всё распланировала, решила как мне лучше, по пути сломав немереное количество человеческих судеб. А я всё никак не могла это понять и принять.

Испытывала ли я к леди Элвее сочувствие? Скорее, жалость и отвращение. А ещё мне было стыдно, что я имею к этой женщине отношение. Словно, это моя вина во всём произошедшем.

— Прости, — только и смогла вымолвить, едва касаясь Альда за плечо. — Я в глубине души верила, что она всё же не настолько плохая.

— Лея….

— Извините, мне нужно побыть одной…

На душе было мерзко. Появилось чувство вины за всё произошедшее, словно за всеми неблагочестивыми поступками леди Элвеи стою я. Но это же не так! Умом я это понимала, но в тоже время стало так муторно, что не хотелось никого видеть. я поняла, что мне просто необходима передышка: не видеть никого, не разговаривать, побыть наедине с собой. На душе в последнее время и так царил раздрай. Настроение постоянно менялось, прыгало. Я сама не понимала, что я хочу и хочу ли чего-то вообще.

Сперва моей целью было прижиться в этом мире, потом после очередного попадания Амсет поманила морковкой и я стала мечтать о возвращении домой на Землю. Но всё изменилось. Я прекрасно осознаю, что моё желание не исполнится, но что мне делать дальше? Как быть? Я не знаю.

Остаться здесь? Выйти замуж, подчиняться мужу, рожать ему детей, следовать правилам, принятым в этом мире? Внутри всё восставало при мысли о подчинении и их средневековых законах. И даже с этим можно было бы попробовать смириться, если бы был тот мужчина, ради которого я должна была пойти на эти жертвы. Мне же не семнадцать лет, чтобы верить в любовь до гроба и верность. В моём случае избавление от иллюзий было болезненным. Розовые очки хорошо прилипли к коже и не хотели сниматься. И их приходится отдирать с кровью. Спасибо бывшему, объяснил, что после того, как проходит чувство влюблённости, наступает отрезвление, и ты понимаешь какой была дурой. Не разглядела, не отстояла своё я, жила в розовом тумане. В большинстве случаев такое происходит после рождения первого ребенка, но я в браке со Стасом умудрилась протянуть несколько лет, прежде чем не поняла, с кем живу. Наивная идиотка. С тех пор я слегка поумнела и избавилась от иллюзий относительно мужского пола. Стала циничной и упрямой. И пусть сейчас я вынуждена носить маску, но под ней совсем другой человек. И до недавнего времени я чётко видела свою цель и знала, к чему стремиться. И вдруг этот вот раздрай.

Самое поганое, что стоило только представить, что мне придётся остаться здесь, до конца своих дней играя роль герцогини, выйти замуж, родить детей, мысли поневоле сворачивали к Альду. Почему-то на месте спутника жизни я видела только его. Ведь по факту он сейчас мне никто. Посторонний. О том, что в теле Арсэля Оушша чужая душа знают только трое и дальше нас это не уйдёт. Я могу его просто послать лесом и выбрать кого-то другого. Но было одно большое НО…. Никого другого я даже представить рядом с собой не могла. И именно с ним я теперь постоянно сравнивала всех своих знакомых. Именно он постоянно присутствовал в моих мыслях. Бесил, раздражал, заставлял о себе думать. Амсет, ну за что?

— Лея, стой! Нам нужно поговорить!

Ну, вот опять! Его постоянное желание находиться рядом, контролировать, оберегать, попытки вовлечь в беседу, иногда начинали раздражать. Что ему нужно? Неужели не понятно, что я хочу побыть одна?

— Не уходи, нам необходимо поговорить.

— О чём?

Я искренне не понимала, о чём можно сейчас говорить. Всё ещё ошеломлённая услышанным, я пыталась уложить каждый новый факт на своё место, пазл к пазлу. И не получалось.

— Мне сложно представить, чтобы я чувствовал на твоём месте…

— Вот и не представляй. Давай отложим это на другое время. Мне нужно побыть одной и подумать.

— Лея, ты же не собираешься делать глупости?

Постаралась отвернуться и не смотреть в глаза. Врать не хотелось, а сил выдержать пытливый взгляд мужчины — не было. Только не сейчас. Я была измотана морально. Поэтому молча вывернулась и сбежала в свои покои.

— Лея, надеюсь, твоей маме стало лучше?

Мои фрейлины меня заждались. Терзаемые любопытством не меньше, чем няня Люсиль, они собирались засыпать меня вопросами. И тут уже не увернешься и не сбежишь. Некуда.

Трудно осознать, что виновница всех твоих бед спит беспробудным сном в гостевых покоях и не проснётся, пока ты этого не захочешь. Но возможно. А даже, если и проснётся, то наложенное Крайденом проклятие её убьёт. Убийца последнего Готаррского герцога заметал следы, избавляясь от свидетелей. Но как об этом рассказать девчонкам?

— Лея!

— Не стало и не станет….

Тут на меня внезапно накатила жалость к себе. Почему я должна разгребать это всё? Зачем мне? Слёзы сами собой покатились из глаз. Я так устала быть сильной, всё решать, пытаться предугадать, что будет дальше. Откуда мне знать, что будет? до сих пор я выкручивалась, используя свои знания. И было ощущение, что это всё понарошку, игра, которая рано или поздно закончится. И только недавно до меня начало доходить, как я ошибалась.

— Лея, ну прости, мы понимаем, как это больно терять родителей…

— Девочки, вы не понимаете…

Я всхлипнула ещё пару раз, потом просто насухо вытерла глаза и принялась рассказывать. Слово за словом о том, чему стала недавно свидетелем и об обнаруженном расколотом родовом алтаре.

— Теперь вы знаете всё… — на душе царила опустошенность. Хотелось закутаться в одеяло с головой и спрятаться от всего мира. В дверь покоев кто-то долбился, но я постаралась отстраниться от всего.

— Это же настоящее предательство. За такое казнят, — тихий голос Вельды ввинтился в мозг и отдавался там эхом: казнят, казнят, казнят. А ведь и правда, если бы удалось доказать, что граф Беор Крайден виновен в гибели герцога Эльдиана Готаррского, это могла бы решить все наши проблемы. Жаль, что из этого ничего не получится.

Послышался грохот. Я попыталась отогнать от себя депрессивные мысли и прислушалась. Люсиль с кем-то переругивалась через дверь, не желая открывать. Ведь её деточка нуждается в отдыхе и покое. Я улыбнулась. Няня оказалась своеобразной женщиной, но одно не отнять, несмотря ни на что, ко мне она относилась с заботой и вниманием. Снова грохот и судя по возмущённым воплям моей нянюшки и фрейлин, между гостиной и коридором больше никаких преград. Это кто там такой прыткий и наглый?

— Не смей переживать из-за этой твари!

Коулд, ну кто бы сомневался.

— Что тебе нужно?

— Я думал, ты сильнее, чем кажешься. А ты такая же нюня, как и остальные бабы.

Мар Коулд по-хозяйски прошёл в спальню и развалился в небольшом креслице у туалетного столика. И улыбочка такая насмешливая, что мне резко захотелось встать и стукнуть его чем-нибудь тяжелым.

— А ну, проваливай отсюда! Это моя комната и я желаю отдохнуть!

— После отдохнёшь, — отмахнулся Коулд. — Сейчас нужно выйти и поговорить с людьми. Не знаю, что ты им наплетешь, главное, чтобы они поняли, что твоя мать пострадала из-за Крайдена и мы все очень постараемся ей помочь. Чтобы ни у кого даже мысли не возникло, что несчастье с леди произошло из-за моего Ашша. Ты поняла? Я выполнил твою просьбу, так что постарайся и сделай так, как я говорю!

— Да что случилось?

— Пока ты тут жалеешь себя и размазываешь сопли, поймали шпиона. Пытался убедить стражу у ворот, что везёт послание для леди Элвеи. Никакого письма, разумеется, у него не нашлось, зато наплёл с три короба всяких небылиц. А люди, там где что-то не понимают, обычно придумывают удобное объяснение. Или правдоподобное. Идём!

— Никуда я не пойду. Сам придумывай, что будешь говорить.

Попытке взять меня за шкирку и вынести к народу воспрепятствовала громко возмущающаяся и причитающая няня. Умудрившаяся каким-то образом Коулда из спальни буквально выдавить.

— Ишь, что удумал! В покоях госпожи двери ломать! Я сама сейчас пойду и всё рассказу кому надо.

А когда к усилиям Люсиль присоединились ещё и мои фрейлины, Мару Коулду пришло ретироваться. Только сплюнул с досады и махнул рукой, припечатав на последок: — Дурные бабы!

— Хам! — заявила Вельда, захлопывая за мужчиной дверь. Слава местному божественному пантеону, хотя бы в спальне она сохранилась.

— Ещё какой, — согласилась я ней я.

— Наглец! — у пышущей гневом Диниры кожа лица покрылась некрасивыми красными пятнами. — Представляете, я попыталась лорду Коулду загородить проход, так он просто поднял меня и переставил в другое место! Как куклу!

Я с трудом подавила смешок, представив ситуацию со стороны. Действительно, ввалился, нашумел, поставил всех на уши, но главное, выдернул меня из того непонятного депрессивного состояния, в которое я начала погружаться после разговора с маменькой.

— Нянюшка! — позвала я Люсиль. — Я знаю, что ты всё слышала.

Няня отказываться не стала. Да, подслушивала, делая вид, что занята делом. Но не со зла, а ради блага своей деточки. Я только хмыкнула про себя.

— Нянюшка, что ты про всё это думаешь?

— А что тут думать? — женщина только рукой махнула. — Такого человека загубила стервь заморская! Покойный герцог был хорошим человеком. Это что же получается, что имперский принц-то и не виноват в его гибели?

Няня удивлённо растопырила глаза, переводя взгляд с меня на девчонок и обратно.

— Получается он за гибель брата пришёл мстить?

Я только плечами пожала. Не рассказывать же, что причиной к войне стала не месть, а банальное желание отжать чужие ресурсы? Не поймёт всё равно. Да и не стоит разбалтывать всем направо и налево о том, какие богатства прячутся в горах.

— Няня, наверное, так. Но я хочу тебя попросить сходить вниз и разузнать, что там произошло.

И дождавшись, когда Люсиль нас покинет, объявила девушкам.

— Самое время теперь для исполнения нашего плана. Артефакты, изменяющие внешность у меня уже есть. Одежду мы подобрали. Что ещё?

— Матиас передал, что возвращаться сюда они не будут, чтобы не вызвать подозрений. Он будет ждать завтра вечером на опушке леса. А всеми необходимыми припасами можно запастись в Тиоре. Может, мне стоит поехать с вами?

— А кто поможет Динире?

— Справлюсь, — начала уверять меня моя фрейлина. — Ты только своей Люсиль скажи, чтобы помогла с поддержанием легенды. Да и продержаться мне нужно совсем недолго. Всего-то пару дней.

— Значит, сегодня же впаду в депрессию и приболею, — объявила я. — Повод у меня есть, никого не удивит моё нежелание выходить из комнаты и с кем-либо общаться.

— Я бы в этом не была так уверена, — высказала сомнения Вельда. — По крайней мере, я знаю одного лорда, которого этим не обманешь.

— Ты Коулда имеешь в виду? — осведомилась я у девушки.

— Нет, — довольно заулыбалась Вельда. — Есть кое-кто другой, кто пристально следит за любыми твоими передвижениями. Он только что сюда заглядывал, проверял как у нас дела. Заодно распорядился и дверь на место поставить.

Я только головой покачала. Кому что, я моим девчонкам романтические бредни и истории о любви. А ведь ни одной в голову не пришло, что за этим наблюдением может стоять банальное желание держать всё под контролем. Но я никого разубеждать не стала. Только соглашающе покивала головой. Пусть себе считают, что у меня появился поклонник. Пусть даже это и бывший местный муж.

Весь следующий день я провела, готовясь к путешествию. Естественно, пришлось в тайну посвятить и няню. Люсиль долго ахала и пыталась меня отговорить от поездки. По её словам в замке было безопасно, а вот то, что я собираюсь рискнуть своей головой и поехать непонятно куда, непонятно с кем, было большой глупостью.

— Где это видано, — возмущалась няня, — что молодая девица собирается ехать куда-нибудь с мужчинами не родственниками? А что подумают люди?

С языка чуть не сорвался вопрос: какие люди? Кому-то есть дор этого дело или я перед кем-то собираюсь отчитываться? Но пришлось проглотить возражения и сдержаться. Няне я не собиралась рассказывать, что в путь отправляюсь под личиной пажа и в мужском костюме. Первоначальный план Вельды пришлось слегка переиграть. Меня заменять будет Динира под амулетом иллюзии, а мы с Вельдой тихонько покинем замок и попытаемся добраться до условленного места, где нас должны были ждать Матиас с друзьями.

И я прекрасно понимала, почему моя фрейлина решила увязаться следом за мной. Дело в том, что легкие дружеские отношения, зародившиеся ещё в Теоне, постепенно начали перерастать в нечто большее. Я не возражала. Матиас мне сразу понравился своим серьёзным отношением к жизни и какой-то основательностью. Ну и что, что из не очень богатой семьи. Так и Вельда тоже не так давно не могла похвастать большим достатком. А за то, что парень решил мне помочь и поддержать, я постараюсь, когда это всё закончиться, чтобы он не остался без награды.

Из замка выбирались через потайной ход. Опять выручила Шейша. Именно она и стала для нас с Вельдой проводником. А как по-другому? Ночного зрения нет, местности не знаем. Зато арахна от таких проблем не страдала.

— Наконец-то! — Послышался тихий мужской голос. — Граф Шерисс с вами не поехал?

— Доброй ночи, господа! — поприветствовала я молодых людей. — Рада, что вы готовы мне помочь. К сожалению, граф не смог сейчас выбраться из замка. Он нас догонит утром у переправы через Вилтаву.

— В таком случае, ваша светлость, позвольте помочь вам забраться в седло?

— Не позволю, — я сразу решила расставить все точки над «и». — Господа, я думала, вас предупредили, что я поеду инкогнито. Не стоит своим обращением и отношением акцентировать внимание чужаков на моей личности. Надеюсь, мы поняли друг друга?

— Но, леди, как же к вам обращаться?

— Господа, у кого из вас есть младшие братья? Как их зовут?

— У меня есть, — вышел вперёд Андреас ле Ольер. — Брата зовут Захариа.

— Отлично, значит, я буду Захариа ле Ольером. А к леди Вельде вы будете обращаться как к Брейту Тимейосу. Хорошо?

Нестройный хор голосов подтвердил согласие. После чего мы с фрейлиной сразу же активировали свои амулеты с иллюзорной внешностью и стали неотличимы от пятнадцатилетних подростков со всеми прелестями пубертатного возраста — угловатой нескладной фигурой, подростковыми прыщами и ломающимся голосом. Отличные иллюзии. Гэри просто гений своего дела. Ибо при взгляде на нашу с Вельдой внешность у молодых людей сразу исчезало желание поухаживать. А обижульки своей спутницы, лишившейся внимания кавалера, я как-нибудь переживу.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ. ЛОВУШКА

— Неплохо, но тебе необходимы тренировки. И как можно больше. Нужно научиться сливаться сознанием с секхо, видеть её глазами, слышать её мысли, чувствовать её желания. И тогда ты сможешь ею управлять, а не наоборот. Твоя Шейша своенравная малютка. Но она иного и не знала. Я отпустила Ашшиашшу после гибели её кровницы. Арахна тосковала без общения, и мне пришло в голову связать её с побратимом моего сына. Удачно получилось. Рейгар очень быстро научился общению с секхо. Жаль Ашшиашшу. Мудрая была арахна. Но раз она смогла произвести на свет дочь и найти ей кровницу, значит, что-то предвидела. Или готовилась к худшему варианту.

— Разве секхо умеют видеть будущее, леди? — очень хотелось получить ответ на свой вопрос. Но я сомневалась, что графиня Алесская на него ответит. Леди Эрина оказалась дамой непредсказуемой во всех смыслах. Я подобно всем жертвам стереотипов представляла мать Мара Коулда этакой традиционной жительницей степей, вроде земных монголов или казахов. С темным цветом волос и глаз, смуглым скуластым лицом. Тем сильнее был мой шок, когда нам навстречу выехала женщина с привычной европейской внешностью. Единственное, что намекало на её необычный образ жизни — слишком загорелая кожа. И это при том, что местные аристократки предпочитали прятаться от солнышка — не дай бог веснушки появятся или загар. Леди Эрине же, видимо, доставляло истинное удовольствие подставлять лицо солнечным лучикам и ветру. Ну и брючный кожаный костюм тоже ломал все мои представления о том, что могут носить женщины в этом мире. Скорее всего вышеназванная леди просто плевать хотела на традиции, обычаи и общепринятые нормы. Как и на моду. Она носила то, что ей нравилось, и было удобно. Я тоже так хочу.

— Не умеют, — улыбнулась леди Эрина. — Просто у них другой тип мышления и они умеют видеть то, что ускользает от наших глаз. Но я сейчас рассержусь. Я же просила не называть меня этим словом «леди», — передразнила меня женщина. — Как-никак, но ты сейчас моя названная дочь, поэтому лучше обращаться по имени или называть матерью. Мне будет приятно.

А ещё, манера себя держать и вести разговор выдавала в женщине человека получившего хорошее образование. Как так?

— Мне нужно привыкнуть к этому, Эрина.

На маму я не решилась, а мать Мара Коулда приняла такое обращение. Следует сказать, что до места встречи мы так и не добрались. Появившийся к утру в Тиоре Гэри сказал, что леди прислала ещё одно послание и изменила место встречи. И нам нужно было немедленно отправляться в дорогу. После бессонной ночи это сделать оказалось намного сложнее, чем я себе представляла. Вельда грустно вздыхала, поглядывая на своё отражение в небольшом карманном зеркальце, а мне на собственную внешность было наплевать. Это всего лишь иллюзия, призванная защитить от досужего внимания и чужого любопытства. Куда важнее было моё самочувствие. Я после болезни так и не успела полностью восстановиться и теперь чувствовала себя выжатой как лимон. Но делать нечего, сама затеяла — мне и отдуваться теперь. И хотя глаза слипались от недосыпа, я упрямо взгромоздилась на своего коня и даже не свалилась по дороге к месту встречи, которое было назначено неподалеку от небольшой деревушки на побережье. В дороге предстояло провести несколько часов, и тем неожиданней оказалась встреча с леди Эриной совсем не там, где намечалось.

Прибыла графиня в сопровождении отряда охраны и свиты. Шейша вдруг забеспокоилась и начала транслировать что-то про арахнидов из чужого гнезда. Якобы, такие появились неподалёку, но хорошо прячутся. Сначала я решила, что малявка что-то напутала, потом когда моя паучонка стала настойчиво повторять одно и то же, я забеспокоилась. И только спустя пару минут, до меня дошло, что чужие посторонние арахниды здесь могут появиться только вместе с графиней Алесской. Самозванец всех местных извёл, а Шиарш с Ашшем остались в Эртингере. Правда предупредить остальных я уже не успевала. Выметнувшийся на дорогу перед нами большой отряд сразу же внёс сумятицу в мысли моих спутников. Но нужно отдать им должное, никто не струсил и не отступил. Молодые люди тут же схватились за оружие, активировали защитные амулеты, затолкав нас с Вельдой в центр и спрятав за спинами. Если бы нас атаковали, вероятно, удалось бы продержаться некоторое время. Но появившиеся из-за скал огромные боевые пауки грамотно взяли нас в тиски. Никто и пикнуть не успел. Как моё сопровождение оказалось грамотно нейтрализовано. Выглядело это впечатляюще особенно для меня, никогда в жизни, не видевшей ни одного сражения.

— Господа, ведите себя спокойно. Не дергайтесь, — попыталась успокоить своих спутников я. — Кажется, это нас так встречают.

— Присутствие среди этих людей боевых арахнидов ещё не о чем не говорит, — попытался поспорить со мной Андреас ле Ольер. — Я не вижу среди этих «встречающих» нужную нам леди. Поэтому, ваша светлость, держитесь в центре и не высовывайтесь.

— Милый мальчик, — вперёд на кауром жеребце выехала женщина потрясающей красоты. Загорелая шатенка с ярко зелеными глазами уверенно держалась в седле и сейчас, явно красуясь, гарцевала перед собравшейся толпой. — Твоей сабелькой можно только воробьёв пугать, а не воевать с секхо. Но храбрость и преданность будут засчитаны. А сейчас я бы хотела переговорить с герцогиней Лейладой и лордом Шериссом.

— Лея, — обернулся ко мне Гэри. — Кажется, встреча состоится немного раньше.

— Я уже догадалась, — одними губами ответила я, не спуская напряжённого взгляда с приближающейся женщины.

— Леди Эрина, рад вас приветствовать на земле Готарры, — пришлось снять свою иллюзию, на что у леди одна бровь дёрнулась вверх, после чего она бросила заинтересованный взгляд в сторону Гэри. Волей-неволей, но моему сопровождению пришлось расступиться. А после этого уже Шейша не выдержала заточения под моим плащом и решила явить себя миру. Разглядев угрожающе нависших над нами боевых пауков, моя малявка грозно на них зашипела, застрекотала, от чего хитиновые монстры, опешив, слегка отступили. А леди Эрина засмеялась, разрядив тем самым немного напряжённую обстановку.

— Какая смелая и грозная защитница, — похвалила она маленькую арахну. А после чего сняла перчатку с руки и, приблизившись, протянула руку, чтобы погладить малышку, предварительно спросив моего разрешения.

— Можно?

— Если Шейша не против.

Шейша была не против, скорее малявку одолевало любопытство. К тому же, как я поняла, женщина могла легко ментально находить контакт с любым арахнидом и моя паучонка не стала исключением.

Сопровождение графини неподалеку разбило шатры, чтобы можно было с комфортом передохнуть и обсудить важные вопросы. Но как бы я не пыталась свернуть беседу на происходящее в герцогстве, леди тут же переводила разговор на другую тему. В какой-то момент мне показалось, что всё бесполезно. И я зря инициировала эту встречу, рисковала собой, тряслась, падая от усталости на лошади. И всё ради чего? Ради того, чтобы послушать имперские сплетни или рассказы про то, каким Мар был маленьким?

— Я вижу, что нам не удастся просто посидеть и поболтать, — наконец-то решила признать своё поражение леди Эрина. — Я чувствую твоё напряжение и беспокойство. Лорд Шерисс в общих чертах уже обрисовал мне ситуацию. Положение, в которое ты попала, девочка, крайне сложное. Тебя связали по рукам и ногам. Напрямую ты не можешь действовать против своего якобы мужа, но и доказать, что он самозванец, у тебя тоже не получится.

— Почему не могу? — попыталась возразить я. — Во-первых, если его ранить, то крови не будет. А будет жидкость полупрозрачная, голубоватого цвета. Во-вторых, его внешность отличается от внешности Альда, и он прячет её под личиной. Очень хорошей личиной, но если с него снять все амулеты, личина спадёт и все увидят правду.

— Всё это слова для суда, если он состоится. Но может статься так, что до этого дело не дойдёт. Сейчас для империи ты объявлена вне закона самозванка. Ты, а не он. Любое поползновение в сторону самозванца империей будет расцениваться как покушение на имперского принца, пока не будет доказано, что он самозванец.

— Получается, мне придётся доказывать свою личность?

Охватившее меня возмущение было настолько сильным, что с трудом удалось усидеть на своём месте.

— Я не знаю, как это сделать. Родовой алтарь разбит, Хранитель в спячке, леди Элвея в стазисе, любого свидетеля, можно обвинить в подкупе. Единственное что у меня осталось — это родовые украшения и брачный браслет. Их не подделаешь.

— Это уже не мало, — мелькнувшая на губах леди холодная улыбка напомнила мне с кем я имею дело. Эта женщина воин, она вела армию в бой. Кто я против неё? — Твой враг хитёр, но и на него можно найти управу. Почему ты не доверяешь моему сыну и его другу?

И что я должна ответить? Сказать правду, а не обижу ли я этим сидящую напротив леди? Соврать? Она это почувствует. Пока я размышляла, как выкрутиться из сколького положения, леди Эрина так и не дождавшись ответа, рассмеялась.

— Боги, девочка, у тебя такое говорящее было выражение лица! Думаешь, я не знаю своего сына? Он бывает упёртым, как сотня мулов, весь в отца. Начал давить авторитетом, поучать, как должна поступать леди и контролировать? А ещё грубить и подначивать? Варвар.

Я только глазами хлопала в ответ на эту тираду. И это говорит та, которую в империи называют дикаркой? Дочка вождя какого-то там племени? У меня в очередной раз произошёл разрыв шаблона. Вот как так-то?

— В моей стране люди живут проще, — между тем вещала леди. — У нас тоже есть свои правила и законы, и одно из них гласит, что нельзя выражать свои истинные чувства или мысли напрямую. Лучше это сделать с помощью тонких намеков или завуалированно, дипломатично.

— Ну, с меня такой дипломат, — смущенно сказала я, вспомнив все свои стычки в Маром Коулдом за всё время нашего с ним знакомства.

— Никогда не поздно научиться, — тонко улыбнулась леди Эрина, спрятав улыбку за чашкой с тойффу, как я поняла, своим любимым напитком. Для меня это было нечто среднее между кофе и какао с молоком и корицей. Оказывается, на родине матери Коулда этот напиток считается чуть ли не национальным достоянием и его пьют все от мала до велика. А я и не знала.

— Вот, кстати, а как ты общаешься со своей маленькой секхо?

Так, слово за слово, я стала рассказывать о том, как меня с Шейшей связала Ашшиаша. Как я училась разговаривать со своей паучонкой. О том, что уже умеет Шейша и как она себя ведёт. Леди только головой кивала, слушая несколько сбивчивый рассказ. Потом мне был дан мастер-класс по общению с арахнидами, которых леди называла секхо.

— Я понимаю твоё желание действовать, а не сидеть, сложа руки. Похвальное желание.

Что собиралась сказать леди дальше, я так и не узнала. Послышался грохот взрывов, крики людей и визг арахнидов. Испуганная Шейша сжалась в комок и забилась ко мне под плащ, излучая неконтролируемый ужас. Я подхватила малышку на руки и прижала к себе.

— Что это? На нас напали?

— Похоже на то, — согласилась чем-то озабоченная леди. Пару минут она стояла, прислушиваясь к происходящему вокруг. Потом схватила меня за руку и потянула за собой. — Нужно уходить. Нападающих на время задержат. Нам нужно добраться до Ольены, там ждёт корабль.

— Тогда лучше уж до Тиора. Он, по крайней мере, ближе, и можно будет попросить помощи.

Леди Эрина ненадолго задумалась, снова к чему-то прислушиваясь. Потом согласно кивнула головой. — Значит, скачем в Тиор. И быстрее!

То, что у нас ничего не получится, сообразила даже далекая от сражений и битв я. Вокруг кипел бой, и было совершенно не понять, кто на нас напал. И только через пару минут я начала отличать своих от чужих.

— Не стой столбом! — прикрикнула на меня леди Эрина, вынудив пригнуться и тем самым спасая мою жизнь. Ну, как спасая? Арбалетный болт должен был воткнуться прямо мне в голову, а в место этого попал в полотнище шатра, пробив его насквозь. Учитывая количество навешанных на меня защитных амулетов, он мог просто увязнуть в щите, но леди этого не знала.

— Риас! — голос графини ненадолго перекрыл шум сражения и тут же рядом с нами возник один из незнакомых воинов.— –Головой отвечаешь. Уведи подальше в горы. Мы потом вас найдём.

— Госпожа! Секхо выведены из строя. У противника какие-то ментальные артефакты, глушащие связь.

— Это Крайден! — тут уже не смогла смолчать я. — Он с помощью этих амулетов уничтожил всех арахнидов в Теоне. Уцелели только Шиарш с Ашшем, да малышня вместе моей Шейшей. Нужно позвать Гэри, он поможет.

— Гэри? — переспросила леди Эрина, оглядываясь по сторонам. — Боюсь, граф Шерисс несколько занят в данную минуту. А тебе, девочка, придётся довериться моему человеку. — Быстро уходите!

Я попыталась поспорить, что одна никуда не пойду, что нужно уходить вместе. Но меня уже никто не стал слушать. Мать Мара Коулда откуда-то выудила унизанные лезвиями и крючками цепи и ринулась в бой. Причем действовала так ловко, что я засмотрелась и чуть второй болт не словила. Пришлось, пригнувшись, огибать шатёр и, скрываясь за валунами, бежать в сторону уходящей в скалы тропки.

— Госпожа, быстрее! — торопил меня приставленный графиней Алесской воин.

— Я не могу всех бросить и спасаться сама.

— Вы им ничем сейчас помочь не сможете, — парировал мужчина. — Только можете помешать. Скорее!

Уходить не хотелось. Там остались ребята из моего сопровождения и Вельда. Что я ними будет. Я поминутно оглядывалась, поражаясь тому, во что превратилось место, где недавно был разбит лагерь. Внизу была настоящая бойня. Потом я услышала женский крик и остановилась. Мне показалось, что кричала моя фрейлина. Кричала от боли или страха. Не важно, главное, она там внизу, а я бегу прятаться живая и невредимая.

— Госпожа, не оглядывайтесь! Скорее! — снова начал подгонять меня мужчина. И видя, что я не очень-то и реагирую, попросту взвалил себе на плечи и поволок. Тут уж я этого стерпеть не смогла и попыталась вырваться. Впрочем, безрезультатно.

Нам удалось уйти и затаиться в горах. Неподалеку обнаружилась вполне себе обжитая пещерка, где и получилось затаиться и передохнуть.

— Скажите, Риас, я ведь могу к вам так обращаться? — поинтересовалась я, прежде чем начать расспрашивать своего спутника. Тот молчаливо кивнул. — Мы ведь можем вернуться и посмотреть что там и как? Я волнуюсь за жизнь своих спутников.

— Опасно, — буркнул мужчина, пытаясь разжечь костер, используя собранные на склонах горы веточки кустарника и сухую траву.

— Думаете, нас будут искать?

Мужчина в ответ на мой вопрос только пожал плечами. Думать о том, что мои спутники погибли, как и леди Эрина со своей охраной, мне не хотелось. Буду надеяться на лучшее.

Шейша зашевелилась только к вечеру. Маленькая арахна находилась в каком-то полукаматозном состоянии, почти не двигалась, отвечала односложно. Было хорошо заметно, как ей плохо. Получается, она получила такой же удар, как и взрослые секхо. Возможно, кто-то из них выживет. Во всяком случае, раз Шейша пришла в себя, то и остальные тоже могут. Так я рассуждала, вынужденная сидеть в убежище. Риас напоив меня горячей тойффу, ушёл на разведку. А я маялась бездельем и накручивала себя, думая о самом худшем. Съездила, называется, на встречу. Интересно, как нас нашли? Я никому ничего не рассказывала. Гэри? Не думаю, что он предатель. Хотя, некоторые сомнения всё же есть. Но после всего случившегося, после того, как и он, и сопровождающие меня молодые люди принесли клятву верности, думать о том, что кто-то из них её нарушил, как-то не очень. А что скажут Альд и Мар, когда узнают, в какую задницу я вляпалась? И где же Риас?

Мужчина так и не вернулся. Уже темнело, с моря подул холодный ветер, начал накрапывать мелкий дождик. Осень. Бродить по темноте в горах по такой погоде — чистое самоубийство. Поэтому я сидела в укрытии и грызла сама себя. Точнее, меня грызла совесть, ведь если бы не моё неуёмное желание со всем разобраться самой, я бы сидела тихо-тихо в замке и ждала, когда Альд с Коулдом наведут порядок.

Костерок догорел спустя час. Тепла от него едва хватало, чтобы согреть руки и ноги. А теперь приходилось надеяться, что Риас скоро вернётся и раздобудет ещё топлива.

Увы, ни через час, ни к рассвету Риас так и не вернулся. Пришлось собираться с силами и пытаться найти дорогу обратно. Шла я крадучись, прячась за камнями и стараясь не шуметь. Слаба богам, Шейше к утру стало немного лучше. И она даже сползала на охоту, поймав себе летучую мышку на завтрак. Я, в отличие от арахны, мышками не питалась, поэтому пришлось потуже затянуть пояс и думать о том, что когда отсюда выберусь, непременно поблагодарю всех богов за то, что осталась жива.

На месте стоянки лежали трупы убитых, от шатра матери Мара остался только остов, да обгорелые тряпки. Я спустилась и осторожно начала обходить поле боя. Пахло гарью. На языке вяз железистый привкус крови. То и дело приходилось сглатывать, потому что от окружающего меня зрелища начало подташнивать.

— А вот и наша беглянка!

От неожиданности я подпрыгнула и развернулась на месте, чтобы в тот же миг опешить от изумления. Что называется, а слона-то мы и не заметили! Или этот «слон» успешно прятался под скрытом? Я не только прошла мимо, но и ничего не заметила. А ведь всего в пяти шагах от меня находились люди. Дураку понятно, что это враги. Их внешний вид, поведение, наглые ухмылки — всё говорило, что они очень рады моему появлению. А впереди стоял тот, кого я по описаниям знала как лорда Крайдена, якобы незаконнорожденного брата отца. И сейчас, видя его вживую, я отметила для себя, что между ним и Далией — бывшей фавориткой Альда, определённое сходство прослеживается. Такое же выражение лица, взгляд, манера себя держать. Как говорится, на осинке не растут апельсинки.

Крайдену на вид было около пятидесяти, хотя мне было известно, что он значительно старше. Довольно дорогая хорошего кроя одежда подчеркивала подтянутую фигуру, даже какую-то сухощавость. И довольная улыбка на лице.

Определённо, сегодня не мой день. Сама своими ножками притопала в ловушку. Ещё и стою как дура, глазами хлопаю. Бежать нужно было сразу, бежать. А теперь уже поздно. Окружили.

В отряде лорда насчитывалось сейчас человек двадцать. Видимо, это тела остальных стаскивают сейчас в кучу, кидая как попало. Я оглянулась, чтобы оценить ситуацию. Полусгоревший остов шатра с обрывками ткани не закрывал обзор. Куча с погибшими росла. Но среди тел всё больше было тех, кто носил форму Крайдена и почти никого из сопровождения леди Эрины. Значит, вырвались и ушли? Я со страхом всматривалась в лица трупов, боясь найти мать Коулда или Гэри. К счастью, ни леди, ни моего наставника среди них я не заметила. Как и Вельду с парнями. И это уже радовало. Ведь, если они живы, значит, приведут помощь. Я надеюсь.

— Кого-то ищите? — участливо поинтересовался лорд Крайден, подходя почти вплотную. Я только плечами повела. Стоит ли говорить, что всё, что меня интересовало, я уже выяснила.

— И что, даже ни о чём не спросите? — не унимался мужчина. — Ни о том, жива ли ваша наперсница и мальчишка, которому она смотрит в рот? Ни об остальных?

— Зачем? — я постаралась сделать вид, что мне совсем не страшно. Не стоит давать оружие в руки своих врагов. — Я уже знаю, что интересующие меня люди живы, не знаю, как насчёт здоровы, но это сейчас неважно. Полагаю, я имею дело с лордом Крайденом? Убийцей и заговорщиком?

— Можете обращаться ко мне «дядюшка», — любезным тоном сообщил этот гад. Его подручные тут же поддержали хозяина довольным смехом.

— Смеётся тот, кто смеётся последним, — скривилась я, наблюдая за гогочущей шайкой. Язык мой — враг мой. Когда я злюсь или волнуюсь, меня прёт. Вот как сейчас.

— Я не признаю этого родства. Подозреваю, что Хранитель рода вас тоже не признал. Так что, лорд Крайден, неизвестно чей вы бастард, я прекрасно знаю, что вы можете мне сейчас сказать. Не понимаю только, на что вы надеетесь, ведь, даже убив меня, герцогство вы не получите. И ваша марионетка вам не поможет. Я об этом позаботилась.

— Замолчи, дрянь!

Удар ожёг щёку, заставив охнуть. От неожиданности я потеряла равновесия и упала на землю, чтобы тут же быть вздёрнутой вверх за одежду.

— Что с ней делать, ваше сиятельство? — какой-то пропахший кровью, потом и перегаром мужик, держал меня за шиворот.

— В клетку. Повезём в Теону как самозванку. Ведь официально объявлено, что герцогиня погибла во время пожара. А что за это полагается? — издевательски поинтересовался лорд Крайден у своих солдат. В ответ те снова довольно заржали, комментируя, что и как со мной сделают. От некоторых пожеланий кровь стыла в жилах, но я держалась, ничем себя не выдав. Не дождутся! Скорее горы рухнут, чем я попрошу пощады. Тем более, что мне её никто и не обещал.

Я ошиблась, думая, что единственная попала в руки Крайдена. Из-за небольшого скального выступа довольно бесцеремонно вытащили испуганную Вельду. Я облегчённо вздохнула, не заметив следов насилия или ран. Одежда, хоть и выглядела потрепанной, но в относительном порядке. Заметив меня, моя подружка только всхлипнула, роняя мелкие слёзы. Потом взглядом показала куда-то себе за спину. И только тогда я обнаружила, что кроме Вельды в плен к Крайдену попало ещё несколько человек. Все с разной степени тяжести ранами, но вполне стоящие на ногах. Матиас и трое незнакомых мне воинов. Видимо, из отряда сопровождения леди Эрины.

Разумеется, я догадывалась, что с нами церемониться не будут, а за жизнь этих четверых никто и ломаного гроша не даст, но того, что произойдёт дальше, не предполагала. Пленников, а вместе с ними и Вельду связали и привязали за руки к лукам сёдел, на которые взгромоздились наёмники Крайдена. А дальше лошадей просто пустили в галоп и раненые пленники вместе с моей подружкой вынуждены были бежать следом. Кто не мог удержаться на ногах — падал, и тогда его просто волокли по каменистой почве. Хочешь жить — беги!

Поэтому я, можно сказать, путешествовала с относительным комфортом. Правда, через пару часов я своё мнение слегка изменила. От сидения в одной позе затекли ноги, но размеры клетки не позволяли ни выпрямить их во всю длину, ни встать и размять. Вторая проблема была чисто физиологическая. Очень хотелось посетить какие-нибудь кустики. С одной стороны уже сил нет терпеть, а с другой — проситься у этих гадов не хотелось. Была надежда, что рано или поздно они сделают привал. Потерплю уже как-нибудь. Вельде много хуже. Ей не только приходится бежать за лошадью, но ещё и поддерживать Матиаса, который еле держится на ногах. Я уже не говорю об остальных.

Но терпеть приходилось не только это. Сальные взгляды, оскорбления, насмешки. Меня пытались сквозь прутья клетки потрогать, ущипнуть, дернуть за волосы. Я всё игнорировала. Собаки лают — караван идёт. Теплилась надежда, что нас найдут и спасут. Если Гэри и графиня живы, они постараются нас спасти. Отряд Крайдена сильно поредел. Люди графини Алесской дорого продавали свою жизнь. На каждого убитого приходилось по три-четыре наёмника Крайдена. Я думаю, что взятых в плен раненых специально тянули за собой, чтобы отыграться. Была ещё одна догадка относительно Вельды. Мы с ней чем-то схожи внешне, и девушку не убили, скорее всего, потому что нас просто перепутали. Я Крайдену зачем-то нужна была живой и относительно здоровой. Я предполагала, что причиной может быть шантаж или желание вернуть унесённые из сокровищницы ценности. По правде говоря, мы с Коулдом вытащили не всё. Кое-что припрятали в замке. Но Крайден об этом не знал. Так что, как вариант…

Зарядил очередной дождь, и сидеть в клетке стало совсем невмоготу. Холодные капли стекали по лицу, затекали за шиворот. Одежда вся промокла и неприятно холодила кожу. Я чувствовала, что все подаренные мне Гэри амулеты постепенно разряжаются и становятся просто красивыми побрякушками. И бы сейчас с радостью размяла ноги, но никто не собирался мне этого предлагать. Более того, Крайден предупредил, чтобы смотрели в оба, так как я слишком вёрткая и могу сбежать.

Ну, спасибо.

На привал остановились далеко за полдень. Останавливаться в попутных селах или городах никто не собирался. Наоборот, старались их обогнуть. Чего-то опасаются?

Пленные изрядно тормозили отряд. Я не знала, зачем их тащат с собой. Попросить выкуп? Так за имперцев никто платить не станет. Ценность представляли разве что только Вельда с Матиасом. С их семей могли или потребовать выкуп, или вынудить что-то сделать. А с другой стороны, меня начали одолевать мысли о том, что они оба ненужные свидетели. И после освобождения молчать не станут. Будет ли так рисковать Крайден? Сомнительно. Но попытаться хоть что-то выяснить относительно судьбы этих людей я могла. Поэтому подозвала одного из наёмников и попросила передать Крайдену, что я хочу с ним поговорить. Тот себя ждать не заставил. Возможно, специально выжидал, когда я созрею для серьёзного разговора или начну просить отпустить. Не суть, главное, я ожидания оправдала.

— Ну, чего ваша светлость желает? — начал мужчина с издёвкой. Хотел подчеркнуть моё незавидное положение? Да, плевать! Жива, здорова, пока что.

— Зачем вы тащите с собой раненых? Они вас тормозят. И с таким отношением их раны могут воспалиться, и привезёте трупы. Не лучше ли отпустить этих людей за выкуп. Я даже могу этому поспособствовать. Отправьте послание в Эртингер, я уверена, что за них заплатят золотом.

— Тем самым, которое ваш любовник украл из герцогской казны? — со злобой глядя мне в глаза, прошипел Крайден.

— А какое вам дело до казны герцогства? — не удержалась я от ответной шпильки. — Я её просто приказала перевезти в более надёжное место. А то в старом крысы завелись. Шастают, как к себе домой. Или вы мечтали её прикарманить, а не получилось? Дочурке на наряды денег не хватает? Так пусть обратится к своему любовнику. Ах, я и забыла, что ваша кукла умеет только хорошо языком болтать, а на большее не способна. Ни кола, ни двора, ни ломаного шесса за душой. Да и души тоже, как я понимаю, тоже нет. А есть лишь силой изъятый слепок чужой памяти. Или вы думаете, что я не знаю, кого и как вы держали в темнице своего замка? Так знаю во всех подробностях. Ах, кстати, этот ваш дурачок хоть в постели дочурку удовлетворяет? Или ему висюльку забыли приделать? А я ещё спросить хотела, детей Далия от кого рожать собирается? Ясно же, что говорящая кукла к деторождению не приспособлена. Ещё одного дурачка отыщете, наобещав с три короба, а после избавитесь?

— Это ребенок принца Альда!

— Это вряд ли, — нагло усмехнулась я в лицо Крайдену. — Альд мне поклялся, что был с вашей потаскушкой всего один раз и то до нашей с ним свадьбы. А после этого прошло без малого четыре месяца. Где токсикоз, живот и прочие прелести беременности?

Крайден замахнулся, чтобы меня ударить, но сообразил, что клетка не даст. Тогда он ударил словами.

— Ты пожалеешь о каждом сейчас сказанном слове! Будешь молить о пощаде, плакать кровавыми слезами. Выть, моля, чтобы я оборвал твою жалкую жизнь. Я тебе язык вырву и скормлю собакам. Что, молчишь, тварь? И даже плакать не будешь?

— По заказу не умею. Я вас не боюсь, Крайден. Вы чудовище.

— А стоило бы, — обещающе усмехнулся «дядюшка». — Бояться….

После чего махнул рукой своим наёмникам, призывая к вниманию. Люди успели разложить костёр и начать готовить нехитрую пищу. В котелках булькали каша и травяной взвар. Всем хотелось согреться и передохнуть. Только вот о пленниках и обо мне никто заботиться не собирался.

— Как поешьте, можете потом с ней позабавиться. Главное, чтобы выжила.

И показал на меня.

— А что вторая, господин?

— И со второй тоже.

Я только за голову схватилась. Переговорила, называется. Сделала только хуже и себе и Вельде. Естественно, среди пленников послышался недовольный ропот. Измученные люди упали на землю там, где стояли. А сейчас пытались приподняться и хоть какой-то дать отпор. Матиас притянул испуганную девушку к себе и с угрозой смотрел на Крайдена, взглядом обещая тому всяческие муки. Очередные насмешки и подколки со стороны наёмников вынудили парня сдвинуться со своего места и попытаться доковылять до Крайдена. По пути он получил удар по голове и свалился к ногам подоспевшей Вельды.

Я на девушку старалась не смотреть, чувствуя свою вину за происходящее. Если бы я не захотела встретиться с матерью Коулда, ничего этого бы не было. Сколько разных если. Если бы осталась сидеть в замке, если бы не стала покидать убежище. Если бы….

Солдаты сидели у костра и не торопясь ели. Обсуждая пленников и то, куда они потратят заработанные шессы, после возвращения в Теону. Многообещающие взгляды в нашу с Вельдой сторону заставляли всё внутри сжиматься от дурного предчувствия. Я попыталась в красках представить, что меня сейчас ждет, и стало дурно. Если что, я буду драться, зубами рвать, но не позволю так со мной поступить. Глаза выдеру, если нужно. Сидела и думала, как было бы замечательно, если бы мой ментальный дар и магия вообще были чуточку сильнее. Если бы я хоть что-то знала и умела. А то все мои способности связаны с артефакторикой. Всё же в своё время Гэри очень много в меня вложил. А будь я нормальным магом, давно бы разобралась с этими уродами. Да хоть что-то бы придумала. Только и могу словами необдуманно бросаться. Нет бы пожелать что-нибудь этакого, и чтобы сразу исполнилось. Как проклятие: чтобы ты подавился! Я начала гипнотизировать взглядом веселящихся наёмников, то одного им, желая, то другого.

— Парни, глядите, а крошка-то ждёт! Ишь, как глазами-то оглядывает. Поди, выбирает, кто первым будет! Га-га-га……

Наконец от костра поднялся звероватого вида мужик и направился в мою сторону. Вот оно, сейчас начнётся. Стало страшно до дрожи в руках. Хотелось закрыть уши, глаза и ничего не видеть и не слышать.

— Ну что, красавица, сама вылезешь или тебя вытянуть?

Лязгнул метал решётки, в приоткрывшуюся крохотную дверку влезла здоровая лапища. Естественно, никуда выбираться я не собиралась. Железная клетка давала, хоть какую иллюзию защиты. Поэтому вцепилась в неё и руками, и ногами.

— Чтобы ты сдох! Никуда я не пойду! Чтоб у тебя твоё хозяйство отвалилось и больше ни на одну женщину не встало!

Дружный гогот от костра подстегнул охотника до забав, он наклонился и попытался ухватить меня за одежду и вытащить наружу. А дальше, видимо, сработал один из моих защитных амулетов, потому что неудавшегося насильника откинуло на пару метров. Гогот еще больше усилился. К нему добавились улюлюканье и насмешки.

Моё ли это счастье или упущение Крайдена, но когда меня схватили, не стали обыскивать. Поэтому и некоторые амулеты сохранились, хоть и наполовину разряженные, они давали некую надежду на то, что получится выиграть время. Была ещё и Шейша, только сейчас начавшая приходить в себя. Малышке досталось. Я так понимаю, что Крайден против отряда графини Алесской использовал те самые ментальные амулеты, которыми вырубил людей Альда. Но там сила была рассчитана на взрослого арахнида, а у меня Шейша ещё совсем маленькая, хоть и очень сильная, и способная. И теперь малышка сидела, притаившись под моим плащом, буквально распластавшись по мне и не отсвечивала. Я боялась, что её найдут и убьют. Поэтому большого труда стоило уговорить её затаиться. Она до сих пор транслировала мне своё чувство страха, но уже потихонечку начинала оживать. И даже совсем недавно интересовалась, может ли она чем-то помочь. Всё что я могла сделать — так это успокоить и попросить немного подождать. Нам нужно действовать хитрее. Выбрать удобный момент и попытаться сбежать. Хотя, далеко убежать вряд ли получится. Я отдавала себе отчёт, что пленников бросить не смогу, а раненые они будут обузой, и далеко уйти у нас не получится.

— А девка-то шустрая! — хохотнул один из воинов, молча до этого наблюдающих за происходящим. — Обездвижь её и вытяни за ноги.

— Зачем напрягаться? — хмыкнул ещё один умник, схватив Вельду за волосы, и приставив к её шее кинжал. — Ну что, сама вылезешь или мы твою подружку немножко почикаем?

И я внезапно поняла, что они это могут. Жизнь человека для них ничего не стоит. Ни моя, ни моей фрейлины, ни остальных. И это конец. Я не смогу спокойно смотреть, как умирает моя подруга. Взглядом пообещала мерзавцам, что они обо всём пожалеют. Нашла глазами Крайдена, наслаждающегося этим цирком, и не собирающегося вмешиваться. И протиснулась в открытую дверку клетки, мысленно посылая проклятия на их головы. Чего я только им не желала: удавиться, отравиться, утопиться. И чтобы отсохло всё, что можно. Призывала громы и молнии, прекрасно понимая, что всего лишь слова. И я не ведьма, чтобы кого-то проклясть или навредить. Всё, что я в состоянии, это мысленно желать всяческих напастей, да просить Амсет о помощи.

Маленькая арахна хотя и была напугана, посылала мне импульсы тепла и поддержки. И, когда уже, казалось бы, надежды на хороший исход не осталось, один из сидящих у костра наёмников внезапно захрипел, закашлялся и упал замертво прямо лицом в огонь. Поднялся шум, солдаты Крайдена схватились за оружие. Начали оглядываться, в поисках врагов. Кто-то оттащил умершего в сторонку, кто-то начал проверять еду. Я наблюдала за всем этим молча. Особенно за тем типом, что угрожал Вельде ножом и до сих пор держал его в руках. Молча пообещала ему, что он за это заплатит. В красках представив, что хотела бы, чтобы с ним случилось.

И вернулась на своё место, решив, что теперь уж точно никуда вылезать не буду.

Недавняя смерть испортила веселье. Наёмники держались настороженно, внимательно посматривая по сторонам. Нас с Вельдой на время оставили в покое. Я понимала, что эта передышка лишь на время. Вскоре они угомонятся и решат продолжить. И за тот испуг, который только что испытали, попытаются чуть позже отыграться. Так и вышло.

Второй заход решили начать с Вельды. Девушку вытащили на средину полянки, стали перекидывать друг другу, лапать, шутить. Вельда расплакалась, начала умолять её не трогать. Пленники рвались её защитить. Завязалась небольшая потасовка, но силы были явно не равны. Здоровые откормленные бугаи против раненых, утомлённых тяжелой дорогой людей. Один за другим они падали под ударами наёмников Крайдена. А я молча плакала, глядя на это избиение. Следила взглядом за наслаждающимся зрелищем Крайденом и звероватым мужиком, который почему-то в драку вмешиваться не стал. И сейчас стоял неподалеку, наблюдая за происходящим. В глазах вспыхивала какая-то дурноватая радость, как будто все это ему доставляет удовольствие. Маньяк!

Я отвлеклась на Крайдена и не заметила, как так произошло, что угрожавший Вельде солдат сам упал с перерезанным горлом. При том, что пленники к этому моменту все оказались, выведены из строя. Не сам же он зарезался? Тут уже и я начала оглядываться, подозревая чужое вмешательство. И снова успокаивающая волна тепла от Шейши. Арахна что-то знает? Времени выяснять это, не было. Шум и гам внезапно сменились нехорошей тишиной, напряжённой такой. В воздухе витало нечто, как перед грозой. И вдруг пришло осознание, что сейчас случится что-то ну очень нехорошее. Почему-то подумалось, что Крайдену пленники по большому счёту и не нужны. И сейчас от этих людей возьмут и просто избавятся. Чтобы не доставляли в будущем проблем. И рассмеялась, громко так, оттягивая внимание на себя. Вспомнилась вдруг считалочка про десять негритят. Ну да, негры здесь не водятся, но можно же и слова перефразировать?

— Однажды десять наёмников решили пообедать,

Один закашлялся, и их осталось девять.

Девять наёмников, поев, клевали носом,

Один не смог проснуться, их осталось восемь.

Восемь наёмников ножички бросали,

Один взмахнул — неловкий жест — и их осталось семь.

В лесу гуляли семь наёмников

Облазив всё окрест,

один пропал без вести,

И их осталось шесть.

Шесть наёмников у пчел решили меду взять,

Закусан был один — и их осталось пять.

Пять глупых наёмников судейство учинили,

Один в тюрьму попал — и стало их четыре.

Четыре наёмника пошли купаться в море,

Один попался на приманку, и их осталось трое.

Три глупых наёмника опомнились едва,

Но тут пришла арахна — и их осталось два.

Я по ходу заменяла в считалочке слова на более подходящие. Говорила не очень громко, но в установившейся тишине слышно оказалось каждое слово.

— Да заткните эту ведьму кто-нибудь!

Ой, ладно, какие мы нежные! Я и сама замолчу. Тем более что к трём трупам только что добавился ещё один. Я сразу не поняла, как это получилось. Стоял человек и вдруг упал. Просто так. Следом за ним второй. Я, конечно, знала, что некоторые мужики, испугавшись, такое могут выдать. И истерики случаются, и срывы. Но воочию до сих пор увидеть не приходилось. И когда на меня нацелили взведённые арбалеты, как-то отстранённо подумала, что не там виновных ищут. А меня сейчас прихлопнут, просто потому что, ужас им застил глаза. Я даже испугаться не успела, как Крайден истеричным тоном потребовал у кого-то там показаться, иначе из меня сделают подушечку для иголок.

И вдруг пришло осознание, что этот псих и его подручные себя очень плохо контролируют. И они действительно могут сделать что угодно.

«Я помогу», — прошелестел в голове голос Шейши. Я знала, что арахна ещё не восстановилась, поэтому старалась её не беспокоить, но тут она сама себя проявила.

«А сил хватит»?

«Хватит».

И в следующую секунду у двоих с арбалетами в руках глаза как бы остекленели. Они стояли на ногах, но взгляд был отсутствующим, смотрящим в никуда. Почуявший неладное Крайден заозирался, продолжая кричать угрозы. Сверху с одной из окружающих нас скал посыпались камешки, а потом на вершине показался Риас. Мужчина приветливо махнул мне рукой, потом знаками передал какую-то информацию своим раненым товарищам, к этому моменту успевшим прийти в себя. А после показал оскорбительный жест промахнувшемуся Крайдену, криками предупредив, что ему придется ответить за каждого убитого.

После такого ни у кого даже мысли не возникло о каких-то развлечениях. Все хотели убраться с этого места как можно дальше. Тем более, когда после изучения окрестностей выяснилось, что следов нападавших так и не нашли. И один там был Риас или с кем-то, так и не выяснили.

Попытка допросить пленных тоже провалилась. Отчего-то убивать их Крайден не решался, как и сильно калечить. Знать бы, в чём дело, да кто же мне скажет? Зато я познакомилась с мнением «дядюшки» относительно имперцев в целом, и дикарей с юга в частности. Ну и заодно о ведьме, сумевшей приручить чудовищ. Это, я так понимаю, он леди Эрину имел в виду. Ну не меня же? Про то, что у меня тоже есть маленькая арахна, я надеялась, Крайден не знал. Иначе бы давно спросил, куда я её дела.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. И ДАЖЕ СМЕРТЬ НЕ РАЗЛУЧИТ НАС

В путь мы отправились позже намеченного. И из-за этого Крайден был зол и срывал своё настроение на подчинённых. Ведь по его планам уже сегодня к вечеру мы должны были добраться до небольшого городка, что на полпути к Теоне, и там встретиться с императорским посланником. Суд над самозванкой и изменницей должен был быть громким.

Я слушала разглагольствования Крайдена о своём будущем и удивлялась размаху, с которым он всё это организовал. Это когда и как он это успел?

И главное, что здесь забыл императорский посланник? Неужели, явился выяснять, отчего поставки в империю энергетических кристаллов прекратились? В таком случае, я сильно сомневаюсь, что этот посланник станет разбираться кто я такая, если Крайден вытащит и предъявит ему своего карманного Альда. Было, отчего впасть в уныние. Одно радовало, Риас видел нас, возможно, находится неподалеку, Гэри и леди Эрин спаслись, значит, всё, что мне нужно — это дождаться помощи. Но теперь хотя бы стало понятно, зачем Крайдену эти пленники. Или будет торговаться, или предъявит какие-то претензии.

Естественно, до Ольсьена вовремя мы не добрались. Ещё одна ночевка под открытым небом. Если учесть, что у меня уже больше суток во рту ни крошки не было, то и совсем не весело. Вечером нас снова не покормили, что навевало совсем уж нехорошие мысли. Я пыталась сидя дремать, чтобы хоть как-то утихомирить чувство голода. Получалось плохо. Состояние было между явью и сном. Мне мерещились какие-то люди, голоса.

— Маленькая госпожа, будьте осторожнее, вы чуть себя не выдали на привале. Если бы эти дети вонючего слизня обнаружили маленькую самочку секхо, они бы её убили. Вот поешьте.

Потом был восхитительный запах краюхи хлеба, который мне вручил откуда-то появившийся Риас. И я её с таким удовольствием сгрызла. Присниться же такое! Самое интересное, что после этого сна и чувство голода слегка притупилось. А я снова впала в состояние полузабытья.

В себя приходило тяжело. Тело ломило, голова как чугунная — ни думать, ни просыпаться не желала. С трудом приподнялась со своего места, почувствовав, как болит каждая косточка. Кажется, поездка в клетке под дождём не прошла для меня даром, и я начинаю заболевать. Накатило чувство апатии. В данный момент мне было всё равно и что со мной будет, и будет ли вообще. Надежда, что нас спасут, начала потихоньку таять. Если до сего часу никто не появился, то если и появятся, как бы не было поздно.

— Эй, леди самозванка! Есть будешь?

Я заинтересованно подняла голову. А не мерещится ли мне это? Вроде как вчера нам никто ничего не предлагал. Что изменилось сегодня? Рядом с клеткой замер один из прихвостней Крайдена.

— Так есть будешь? — повторил он свой вопрос, воровато при этом оглядываясь.

— Не откажусь.

— На, держи! — мне тут же в руки сунули краюху хлеба и яблоко. — Жуй, только быстро. А я тут постою.

— Мне бы ещё в кустики, — решилась попроситься я. Ну а что? Вдруг повезёт, и меня туда сводят?

— Ладно, — согласился наёмник. — Только ты это, леди, если что, помни мою доброту.

Я только головой покивала, с трудом выползая из клетки. И поковыляла следом за мужиком. Довёл куда нужно, ещё и постоял типа на стреме. На самом деле, привязал кусок веревки к моей руке и периодически дергал, проверяя на месте ли я. У меня возникла мысль отвязаться и дать дёру. Только я в таком состоянии всё равно далеко не уйду. После чего меня снова впихнули в клетку.

Лагерь потихоньку просыпался. Люди выползали из походных палаток, наскоро приводили себя в порядок и собирались в дорогу. Никто не собирался разводить костёр — завтракали на скорую руку, соорудив себе бутерброды из хлеба и вяленого мяса. Всё понимали, что через несколько часов попадут в Ольсьен, где можно будет отдохнуть, расслабиться и привести себя в порядок. Я слышала, как отряд Крайдена переговаривался, делясь планами на ближайшую неделю. Пленников давно уже подняли, сводили по нужде, вручив по такому же куску хлеба, как и мне. Люди находились в плачевном состоянии, но это не мешало им держаться с достоинством.

Появление гонца стало полнейшей неожиданностью. «Дядюшка» развернув послание, долго вчитывался в строчки, словно не мог поверить своим глазам. Потом с остервенением разорвал бумагу на мелкие клочки. Неприятные новости? Значит, случилось нечто, что вывело Крайдена из себя? Но всё, что плохо для него, может быть хорошо для меня. И от этой простой истины я слегка приободрилась.

Мыслями я витала далеко и не сразу обратила внимание на далёкий шум, напоминающий топот множества копыт. Но Крайден, хоть и старался вести себя спокойно, всё же нервничал. Резкие, отрывистые команды, мрачные взгляды. Его шайка тоже почувствовала перемены в настроении хозяина и старалась не нарываться.

Вскоре пожаловали гости. Самозванец с Далией в сопровождении какой-то незнакомки со свитой, большой отряд сопровождения, имперская форма и флаги. Тот самый посланник? И кто же он?

Пока я задавалась вопросами, соорудили что-то вроде помоста, расставили шатры, откуда-то достали походные кресла. Судя по всему, готовилось нечто важное. Переговоры? Так их лучше проводить в более комфортном месте. А помост в таком случае зачем?

— Ваше императорское величество, — самозванец согнулся в учтивом поклоне перед незнакомкой. — А это, позвольте вам показать, та самая самозванка, которая представилась моей супругой. По моему приказу её поймали и сейчас казнят.

Услышав обращение, я заинтересованно подняла голову. Это императрица леди Малиана? Забавно. Я ей писала, просила помощи. И вот она здесь, только в компании самозванца и собирается меня судить? Потом перевела взгляд на довольно улыбающуюся Далию и замершего неподалеку от дочери Крайдена. И так стало гадко. Мне в этот момент было на всё наплевать. На эту клетку, на болезнь и то, что сейчас я выгляжу непрезентабельно. На собственное положение. Меня в эти минуты разъедала такая ненависть, что, казалось бы, голыми руками их разорвала.

— Разве суда не будет? — властным тоном поинтересовалась императрица. — Я полагаю, такое дело должен разбирать император. Ведь герцогство Готаррское вошло в состав империи на условиях договора, и наследовать титул и власть в нём должен был внук последнего готаррского правителя. Но так как его императорское величество болен и не может заняться этим вопросом, сюда прибыла я вместе с членами императорского Совета лордами Ошими Инсао и Дареном Треймсом. Лорды?

Вперед вышли два представительного вида мужчины. Уже в возрасте, но до старости ещё далеко. Получив какой-то сигнал от императрицы, тот, кого представили, как Ошими Инсао извлёк достаточно толстый талмуд с имперскими законами и стал зачитывать те, которые касались узурпирования власти. Особенно мне понравилась статья про попытку выдать себя за другого человека и присвоить его имущество. Наказание, правда, было варварским. Самоё легкое предусматривало каторжные работы в шахтах. Я передёрнулась, представив, что меня ожидает, если я не добьюсь справедливости.

— Есть ли свидетели, которые могут подтвердить, что эта женщина не является герцогиней Лейладой Онорией Готаррской?

— Я, — вперёд тут же выскочила Далия. — Я служила фрейлиной её светлости и прекрасно знаю, как та выглядела. Леди Лейлада была очень набожной, она хотела принять служение в обители Пресветлой матери. И она никогда бы не надела на себя мужской костюм. Посмотрите на эту самозванку! Она же ничуть не стесняется своего неподобающего вида! А улыбка! Что ты кривишься, что кривишься?

Это уже было обращение ко мне.

— Да вот смотрю на тебя Далия и думаю, что как не украшай дворняжку, а породистым псом ей всё равно не стать.

Далия сначала не поняла сарказма и тут же задрала нос. А я продолжила и она взбеленилась. А мне было в тот момент терять уже нечего. Я только надеялась, что всё произойдет быстро. Поэтому и правоцировала.

— Такая же лживая и мерзкая, как твой отец. Яблочко от яблоньки не далеко укатилось. Вы думаете, что выиграли? Убьёте меня, и всё станет, по-вашему? Как же я вас ненавижу! За всё, что вы натворили. За убийство Альда, за постоянные покушения на меня! Интриги и ложь. Но видят боги, власть в Готарре вам не достанется.

— Ваше величество! — я повернулась к имперским лордам и императрице.— –Лорды, я требую справедливого суда. Согласно имперскому уложению от две тысячи сто тридцать первого года мне положен защитник. Кроме того, я хочу, чтобы были использованы амулеты истины. Я знаю, что последний раз «Око» использовали больше тридцати лет назад, но сейчас как раз тот случай, когда оно необходимо. Я обвиняю этих людей в убийстве принца Альда Рейгара Шесского, а так же его советника и друга лорда ЧезареТорено. Кроме того, я обвиняю присутствующего здесь лорда Беара Крайдена в убийстве моего отца герцога Эльдиана Готаррского. Пособницей в этом преступлении оказалась моя мать леди Элвея. Ваше величество, прошу вас о правосудии.

— Это ложь! — закричал Лжеальд, бросившись ко мне. — Она сумасшедшая! Как меня могли убить, если я живой? Лживая тварь! Замолчи сейчас же, или пожалеешь!

По знаку императрицы рядом с самозванцем и лордом Крайденом появилась стража. Замерла за спиной, как бы взяв под охрану. Но ни разоружать, ни арестовывать не стали.

Плохо.

— Ваше величество, — снова обратилась я к императрице. — Я надеюсь, граф Шерисс передал вам моё послание? Вы для этого здесь?

Императрица усмехнулась. После чего повелительно махнула рукой, приказывая помочь мне выбраться из клетки и подзывая к себе.

— Какая однако интересная ситуация выходит, — насмешливо глядя на меня, заявила леди Мелиана. — Я так мечтала, чтобы мой сын наследовал трон, а тут мне преподносят такой подарок. Леди Лейлада, вы же понимаете, что после признания моего пасынка мёртвым, вас снова попытаются выдать замуж за того, кто будет выгоден империи? Вы готовы к новому замужеству?

— А без него никак?

— Никак, — довольно улыбаясь, покачала головой императрица. — Если я об этом не скажу, то на имперском Совете всё равно это будет озвучено.

— Боюсь, у вашего Совета ничего не получится. Ни один из богов не одобрит предложенный союз.

— Посмотрим. Ступайте на своё место.

Я оглянулась. А какое оно моё место? Рядом с клеткой? Ну, уж нет! И едва шевеля ногами, отправилась к отдельно стоящим бывшим пленникам. Всё лучше, чем обратно в клетку. Самочувствие было хреновым. Голова кружилась всё сильней, начинало подташнивать и бил озноб. Приступы слабости накатывали волнами. Хотелось упасть и отключиться. Мне огромных усилий стоило держать себя в руках и не подавать виду как мне плохо. А императрица словно и не замечала моего состояния.

— На моего мужа не так давно было совершено покушение, и он сейчас не в состоянии заниматься делами империи. Была надежда, что его сыновья разделят груз государственных дел, — начала речь леди Мелиана.

— Ваше величество! — заорал Лжеальд, — не слушайте эту самозванку! Настоящая леди Лейлада погибла в огне. Я отцу писал об этом!

— Да-да, — кивнула головой императрица. — Помню что-то такое. Вот только в том огне погиб и сын графини Алесской, Мар Коулд, а я его видела не далее как вчера. Так же, как вижу вас сейчас, «сынок». А ещё у этой женщины на руке брачный родовой браслет семьи Тагрис, передаваемый от матери к дочери. Насколько мне известно, именно его вы надели на руку своей избраннице. Как же так, «сын», — ехидным тоном осведомилась императрица, — вы запамятовали, как выглядят ваши родовые украшения?

— Он просто не знал об их существовании, — послышался голос леди Эрин. Графиня на этот раз предстала как светская дама, в шелках и модном туалете. И её появление для многих стало шоком. Крайден ругнулся, поминая чора и всех демонов, потом раскидав охрану, бросился бежать. Пробежал не очень много — метров тридцать. Был отловлен и возвращён обратно.

— Странно, не находите? А ещё для меня выглядит странным, «ваше высочество», — обращаясь на этот раз к Лжеальду, продолжила леди Эрин, — что ваш подручный два дня назад напал на мой кортеж и уничтожил несколько боевых арахнидов, использовав ментальный удар. Такие амулеты на территории империи запрещены. А правдивость моих слов могут подтвердить присутствующие здесь мои люди, которых вы так неосмотрительно захватили в плен. Однако и это ещё не всё. Не далее как вчера мне передали записывающий кристалл, на котором умирающая леди Элвея кается в своих грехах. И там четко слышно, что его светлость герцог Эльдиан был предательски убит присутствующим здесь лордом Крайденом, после чего последний, стал выдавать себя за герцога. Участвовал под его личиной в битве и имитировал его гибель на поле боя. Что вы на это скажете?

Ни Крайден, ни его марионетка ответить на обвинения не пожелали.

— Арестовать! — приказала императрица. — Снять все амулеты. Посмотрим, кто же скрывается под внешностью моего пасынка.

— Вы не имеете права! — завопил внезапно Лжеальд, попытавшись вырваться. — Я буду жаловаться императору!

Мне бы радоваться, что враги повержены, но только вот радости никакой. А вместо неё стойкое ощущение какой-то подставы. Почему-то возникло впечатление, что передо мной разыгрывается спектакль. Правда, не все актеры выучили слова.

С Лжеальда сорвали камзол и рубашку, вывернули карманы. Снятые амулеты горкой сложили на платок и принесли императрице. Я наблюдала за всем этим как-то отстранённо. Приступы слабости накатывали всё чаще и чаще. Первой заметила, что со мной что-то не так, Вельда. Начала спрашивать всё ли в порядке. Я силилась разомкнуть губы и ответить, и не смогла. Подошла мать Мара Коулда и начала просить прощения за ловлю на живца.

— Ты должна понять, девочка, что иначе было нельзя. Нужны были доказательства их измены. Крайден очень хитер и продуман, но он человек. А людям свойственно ошибаться. И ещё, ни мой сын, ни твой муж ничего о моей задумке не знали. Не вини их, если что.

Голос леди доносился сквозь шум в ушах, я ухватилась за Вельду и с трудом попыталась сосредоточиться на словах леди Эрин. Та всё говорила и говорила. А из меня после того, как с самозванца сняли иллюзию, будто кто стержень вынул. Разница во внешности между настоящим Альдом и его копией оказалась разительна. Всё-таки экспериментальная модель у Гэри получилась хоть и неплохой, но явно не доработанной. Мысли лениво перекатывались в голове, сквозь шум в ушах дошла одна из фраз леди Эрин.

— Не держишь зла?

Зла на что? И о какой ловле на живца идет речь? Хотелось присесть, а лучше прилечь. Оглянувшись по сторонам, заприметила удобное место, куда можно было бы отойти. Но леди Эрин ведь так просто не отстанет? Ей хочется услышать от меня ответ на свой вопрос. Кстати. А что она спрашивала — то? Не помню. Но я на всякий случай кивнула, чувствуя, как вместе с моим кивком пошатнулся и окружающий мир. И леди Эрин наконец-то заметила неладное и начала звать на помощь. А я пыталась устоять на ногах. Как же мне плохо….

— Ненавижу! — голос Далии врезался в уши и на мгновение вывел меня из полуобморочного состояния. Спину под лопаткой обожгло болью. — Сдохнешь ты уже, наконец, или нет?

И полёт в никуда.

* * *

Лея его избегала. Отводила взгляд в сторону, отмалчивалась, сидя в своих покоях. Словно стыдилась того, что удалось выяснить у бывшей герцогини. Он это понял буквально сразу, но решил дать девушке немного времени. Но беспокойство грызло, в предчувствии грядущих неприятностей. И почему-то казалось, что они будут связаны именно с Леей. И даже Коулд тут ничем не мог помочь, хотя и пытался леди расшевелить. Но как обычно нахамил и был изгнан.

Альд хмыкнул, восстанавливая в памяти сцену возвращения Мара Коулда к нему с докладом.

— Как она? — спросил он как можно небрежнее, стараясь не показать, как его встревожили реакция леди на откровения матери и её поведение. В душе он уже давно смирился со своей такой несвоевременной влюблённостью. Кто бы мог подумать, что он, Рейгар Альд Шесский будет страдать из-за того, что его просто отшили, выбросили вон, как ненужную вещь? Мучиться от ревности и радоваться хотя бы крохам внимания со стороны собственной жены? Скажи ему об этом кто-нибудь год назад — убил бы, не задумываясь. А ведь неплохо всё начиналось…

— Как туча перед грозой. Неизвестно что из неё выскочит: молния или град с ливнем. Сам иди и беседуй с этой стервочкой, а меня оттуда выперли. И наказали не возвращаться.

Мар Коулд поморщился, видимо, припомнив, в каких выражениях был послан подальше. Не забыв щедро плеснуть себе в бокал местной настойки, которую мастерски готовила замковая экономка.

— Ты разучился разговаривать с женщинами?

— С женщинами — нет. Они милые, улыбчивые, услужливые, когда нужно, и покорные. Только это не про нашу герцогиню. Мне иногда кажется, что внутри неё сидит чор, и подталкивает леди поступать наперекор всему, что я предлагаю. Она не женщина, а стихийное бедствие. И слава всем богам, что она не моя жена.

— Мар, ты говори, но не заговаривайся, — Альд решил напомнить другу, кого он обсуждает и в чьём присутствии.

— Ой, простите, ваше высочество! — приятель отвесил шутовской поклон. — Совсем запамятовал, что вы нынче недужны на голову. А по-простому говоря, вам её вскружила одна сиятельная вертихвостка! Кому рассказать — не поверят!

Альд только усмехнулся, вспоминая, как друг реагировал на его женщину. Искры между ними летели нешуточные. И как говаривала когда-то его бабушка — наскочила подковка на булыжник. Мар не терпел, когда ему противоречили, а Лея… Лея всегда старалась настоять на своём. Два упертых осла.

Альд припомнил и упрямое выражение лица, и несговорчивость девушки. Лея оказалась крепким орешком, с характером. Иногда он себя ловил на мысли, что не хотел бы, чтобы его леди была другой. Будь молодая жена покладистой, обычной, их отношения развивались как все в аристократическом кругу. Рождение наследников и после привычное существование. За ширмой благовоспитанности скрывались бы обоюдные измены и равнодушие.

А так получается, что Лея своим непримиримым характером, умением идти к цели, бороться и не сдаваться, иметь свой взгляд на мир и своё место в нём его заинтересовала, привлекла, заманила в свои сети, взяла в плен душу и сердце. И никого другого ему теперь уже не нужно.

Истина эта открылась в тот день, когда Коулд примчался в Эртингер с бесчувственной девушкой на руках. Сразу вдруг всё стало ясно и понятно. При мысли о возможной потере, мир внезапно потерял все краски. Душа рвалась, чувство потери жгло сердце, в груди кипел гнев и на себя, и на того, кто это сделал.

И почему-то в этот миг он осознал, что он до конца своих дней будет сожалеть об упущенных возможностях и потере. И она ему очень нужна, пусть даже такая вот несговорчивая и вредная. Зато живая.

Маги крови в империи редкость. Альду знания достались от деда по материнской линии. Герцог Тагрис не афишировал свои таланты и умения, но с внуком поделился. При условии, что знания эти из семьи не уйдут и не станут достоянием ещё кого-то. Очень уж опасная была область магии. Мастера-кровники все были наперечёт и под неусыпным контролем имперской власти. Впрочем, как и менталисты.

В тот день он понял, что готов пойти на многое, лишь бы сохранить своей женщине жизнь. Но радикальных мер не понадобилось. Он смог отменить кровное проклятие. Девушка осталась жива и здорова. И возможно согласится дать им обоим ещё один шанс.

Будущее покажет. А Мар… ему придётся научиться разговаривать с леди уважительно.

Они сцепились из-за ерунды. Обоим хотелось выпустить пар, поэтому не нашли ничего лучшего, чтобы устроить поединок. Разумеется, тренировочный. До третьей крови и проигранного желания. А так как никто никому не хотел уступать, драка вышла эпичной, собрав толпу зрителей и став причиной волнений для одной маленькой герцогини.

Леди появилась неожиданно, когда уже всё закончилось. Оглядела украшенные синяками и ссадинами лица, разбитые костяшки на пальцах рук, выругалась, обозвав их обоих идиотами. И удивив своим богатым запасом нецензурных слов случайных свидетелей. Идиоты и есть. Вместо того, чтобы заняться общим врагом, бьют друг другу морды и при этом счастливы. Гнев и агрессия схлынули бесследно, а вот удовольствие от выигранного поединка осталось.

— И что ты хочешь за свой выигрыш? — как можно небрежнее поинтересовался Мар Коулд после того, как Лея в окружении своих фрейлин покинула замковый двор.

— Дай-ка подумать, — усмехнулся Альд, глядя на замершего в ожидании друга. — Дня не прошло с моей женитьбы, чтобы ты надо мной не потешался, да не подкалывал. А твоя матушка, леди Эрин, между прочим, давно мечтает о внуках….

— Ты не посмеешь…- на лице Коулда замерло недоверчивое выражение. — Что она тебе пообещала?

— А вот это я тебе не скажу, — Альд рассмеялся, довольный своей шуткой. Леди Эрин действительно уже не раз намекала, что не прочь обзавестись невесткой. И желательно, чтобы это оказалась не какая-нибудь жеманная кукла с длинной родословной, а девушка, с которой ее сын не будет скучать. — Готовься, мой друг. У нашей леди не все фрейлины пристроенные. Выбирай ту, которая тебя меньше бесит. Хочу, чтобы ты на своей шкуре почувствовал, что это такое иметь жену, которая тебя на дух не выносит.

— Друг называется…

Потом они вдвоём уничтожали ту самую настойку местной экономки, и, кажется, слегка перестарались. Во всяком случае, дальнейшие события на следующий день Альду помнились нечётко и урывками. Во всяком случае, наутро он так и не вспомнил, как добрался до собственных покоев. И правда ли, что в кровать его собственноручно укладывала Лея, ругая, на чём свет и грозя всяческими карами. А он в ответ только улыбался и признавался в любви. Идиот.

Дальнейшее напоминало то ли сон, то ли пьяный бред. Может и сон. Она ему часто снилась. Красивая, ласковая, нежная. Такое податливое тело, в манящую глубину которого хотелось погрузиться. Ощущать аромат её кожи, касаться её, ласкать, любить. Видеть в её глазах отражение самого себя. А наутро оказывалось, что его недостижимая мечта молча проходит мимо, окидывая равнодушным взглядом. А ведь перед богами и людьми, она его жена. Но можно подчинить тело, а вот что делать с душой? Ему почему-то захотелось именно взаимности.

Девушка в его спальне напоминала видение из сна. Укутанная в воздушный шелк фигурка, в свете лун, казалась нереальной. Видение из сна, несбывшаяся мечта.

— Не уходи, — голос прозвучал хрипло, горло перехватил спазм, захотелось вздохнуть как можно глубже, унять заполошно забившееся в груди сердце. — Останься…

Рука рванулась вперёд, вцепившись в тонкий шелк. Скользнула по запястью, лаская и притягивая к себе. Он ещё удивился, что уж больно всё реально выглядит. И тактильные ощущения как вживую. Потом отмахнулся. Это его сон, а во сне чего только не бывает.

— Ты мне часто снишься.… Вот как сейчас. Лея, в лунном свете твои волосы совсем серебристые. А глаза…

— Какие? — его видение было серьёзным, как никогда. — Так какие у меня глаза?

— Самые любимые, — тихо выдохнул Альд, притягивая девушку к себе. — А губы напоминают лепестки роз. А на вкус как мёд диких пчёл.

Так себе комплимент. Почему-то в голову пришёл именно такой. Потому что сорванный украдкой поцелуй так же редок и трудно добываем.

Большого труда стоило не наброситься на неё. Действовать осторожно, стараясь не спугнуть своё видение. А то развеется без следа или превратится в очередной кошмар с его участием. Такое уже случалось неоднократно. Грань сна такая тонкая, что не отличишь от яви. Не раз бывало, что сон постепенно перетекал в кошмар, и он вынужден был наблюдать, как его ночная фея гибнет у него на глазах. Смотреть в глаза её убийцы, пытаться спасти и проклинать богов по итогу. И это было больно. Проснувшись, долго приходил в себя, вытирая со лба ледяной пот и усмиряя, пытающееся выпрыгнуть из груди сердце.

— Не исчезай, прошу… я слишком долго тебя ждал и так сильно хочу, что не могу так просто отпустить.

— Тшшш… ничего не говори. Спи…

Нежная рука коснулась его лица, отвела прядь волос ото лба. Тонкие пальчики пробежались по его шее, плечу. Девушка сама к нему наклонилась, осторожно касаясь губами его лица. Несмелый, осторожный поцелуй. А ему хотелось большего. Впиться в её губы, пить дыхание, подмять под себя, ощущая каждый изгиб стройного тела, коснуться груди, попробовать на вкус. Он улыбнулся, удивляясь причудливости сновидения. Всё было настолько реально: ощущение теплой шелковистой кожи под рукой, гладкость волос, аромат благовоний….

— Тогда я буду любить тебя молча… Моя колючка. Ты же позволишь?

Он хотел её до боли в паху, до спазмов в груди, когда от мысли, что его колючка сейчас уйдёт, растает, как утренний туман, хотелось что-нибудь разломать, разрушить. Хотел ярко, неистово, словно путник, умирающий от жажды у родника.

Руки скользнули по коже, обрисовывая изгибы женского тела, губы прокладывали дорожку от шеи к груди, пробуя на вкус горошинки враз окаменевших сосков, по коже живота вниз. Хотелось попробовать её везде и всю без остатка. Слышать её вздохи, то, как она реагирует на малейшие его касания. Если это сон, тогда пусть он продлится вечно. Жаркое, податливое женское тело металось в истоме. Острые коготки впились в плечи, сквозь хриплое дыхание послышалась просьба:

— Да сделай ты уже что-нибудь! Я больше не могу ждать!

Но он медлил, боясь причинить боль. Помня, что его колючка слишком миниатюрна для него. Но потом снова пришла мысль, что это сон, а во сне можно всё и даже больше. И он решился. Какая же она всё-таки маленькая, тугая, желанная. Его. Навсегда!

В памяти тут же всплыли слова старинного ритуала. Его давно уже не использовали, но пару тысяч лет назад люди, не имеющие возможности попасть в храм, чтобы перед ликами богов освятить свой союз, делали это одновременно с консумацией брака. Как раз их случай. Его Лея не желает даже слышать о повторном браке вообще с кем- либо. Странное отношение к замужеству. Обычно женщины считают иначе. Нашла подходящего кандидата — тут же нужно его окольцевать у алтаря, пока не очухался, и не успел сбежать. Его Колючка превыше всего ценила свою независимость. Но он постарается её убедить, что брак с ним не станет для неё золотой клеткой. Что он готов понимать и принимать её такой, какая есть. И уж точно не собирается ни в чём ограничивать, кроме её безопасности. И времени у них впереди целая жизнь. Вот только нужно разобраться с заговором, и вернуть всё, что потерял.

Альд задумался. А нужно ли ему возвращение прежнего имени или не нужно? По всему выходило, что начать жизнь под другим именем много проще, чем будучи шесским принцем. Без обязательств перед короной. И, хотя у принца прав и всяких возможностей побольше, чем у простого лорда, зато всё это отягощено кучей иных проблем. И самая главная из них — отстаивать не свои интересы, но императора. Отец не любил своеволия и во главу угла всегда ставил Шесский трон.

А дальше губы шепнули полузабытую формулу призыва в свидетели богов, после чего сознание начало утягивать в какую-то бездонную бездну. Последним связным воспоминанием стал стрёкот самочки секхо, которая интересовалась, не собирается ли хозяйка завести себя гнездо?

— Спи, — снова шепнул ему женский голос. — Шейша, нужно, чтобы он утром ничего не вспомнил. Сделаешь?

А утром от похмелья болела голова. Впрочем, Альд надеялся, что не у него одного. И мстительно подумал, что Нормана Нарьена с его лекарствами здесь нет, а вот ли местный лекарь готовить антипохмельное зелье — ещё вопрос. Впрочем, раз они здесь такую настойку варят, то и зелье по-любому должно быть. А как иначе?

Это же надо было так нажраться вчера! И что на них с Маром нашло? Не иначе, чор попутал. Альд в сердцах выругался, пытаясь отскрести себя от простыней и принять вертикальное положение. Кровать не отпускала, перед глазами всё плыло, а в голове крутился сущий бред. Хорошо ещё, что он по пьяни не отправился к Лее выяснять отношения. Альд прислушался к себе, пытаясь припомнить события вчерашнего вечера. Что же там было-то? Вот они с Маром засели в библиотеке и начали дегустировать местные вина и настойки, сравнивая их с имперскими привозными. По всему выходило, что местные и крепче, и вкуснее. Додегустировались до того, что в очередной раз поспорили, и повздорили.

— Ну, найди ты себе бабу и перестань изводить себя, — пьяный Коулд явно напрашивался на взбучку. — С каких это пор ты стал вести себя как монах? Или эта стервочка на тебя пояс верности надела? Так не стоит оно того. Желающих тебя утешить в этих стенах предостаточно. Хочешь, я кого-нибудь найду и пришлю?

— Иди ты в бездну, приятель! Я как-нибудь со своей женой разберусь сам.

— Бывшей женой, — хохотнул Мар. — Не забывай, ты для всех сгинул бесследно.

— Не забывай про родовой браслет. Он до сих пор у Леи на руке.

— Ерунда, — отмахнулся Коулд. — не доказательство. Нет тела — нет мужа. А ты для неё — никто. Пора уже определиться.

Считать себя слабаком, который не может нормально объясниться с любимой женщиной, Альд позволить не мог. Как и спустить Мару его слова?

Но как объяснить тому, кто ни разу не любил, что верность — это тоже проявление любви? И Коулд сколько угодно мог бы шутить на эту тему, будь они трезвыми. Он бы только посмеялся в ответ. Но в тот момент стало почему-то не до смеха. Потому что даже будучи в таком состоянии Альд прекрасно осознавал, что это его свободный, осознанный выбор, желание быть с той женщиной, которой готов отдать сердце и душу. И чтобы это было взаимно. И никак иначе.

А Мар может проваливать подальше со своими шутками и подначиванием. И Альд собирался ему доказать, что его чувства возможно взаимны, потому что из-за постороннего человека никто не станет беспокоиться и переживать. И ругаться.

Что было потом, вспоминалось очень смутно. Вроде бы долбился в дверь спальни Леи. И даже что-то она ему отвечала. В памяти всплыли испуганные лица слуг, которых он шуганул с этажа. А дальше всё в тумане. Захотелось хорошенько потрясти головой, чтобы мозги встали на место. Первая же попытка приподняться закончилась дичайшей головной болью.

— Господин, позволите? — в комнату просочился замковый лекарь с так необходимым сейчас лекарством.

— Леди послала, — пояснил тот своё появление. — Приказала прислуге, как только вы с лордом Коулдом проснётесь, поставить меня в известность. Вас можно поздравить?

— С чем? — недоумённо поинтересовался Альд, отбрасывая непослушные пряди волос с глаз и протирая лицо. Спать уже не хотелось, да и голова перестала болеть, но общее состояние организма требовало принять чего-нибудь бодрящего. Или, в крайнем случае, окунуться в холодную воду. Чтобы в голове окончательно прояснилось.

— С истинным браком, одобренным богами. Это такая сейчас редкость, — лекарь, довольно улыбаясь, кивнул на левое запястье Альда. Мир качнулся в тот же миг, когда он узрел на собственной руке золотистую вязь брачного узора. Такие появлялись крайне редко и только в тех случаях, если союз одобрили боги. Беглый осмотр комнаты подтвердил, что ночная гостья ему не привиделась.

— Если вы кому-нибудь об этом разболтаете… — угрожающе произнёс Альд, нависая над испуганным лекарем. — Чтобы ни одной живой душе, понятно?

Взятая клятва гарантировала сохранение тайны. Ни к чему сейчас было афишировать их с Леей отношения. При мыслях о жене в груди потеплело, сердце забилось с удвоенной силой. Захотелось вскочить и бежать к ней. Им срочно нужно было поговорить обо всём, обсудить случившееся. А возможно, повторить и закрепить…

Однако, на его стук никто дверь не открыл. Няня девушки, госпожа Люсиль, заявила, что её хозяйка ещё изволят почивать и будить не велено.

Он метался по замку, изнывал от беспокойства и тревоги. Как назло ещё и Шерисс куда-то запропастился. Стража сказала, что артефактор уехал, едва рассвело, заявив, что его ждёт выгодная клиентка, встречу с которой он никак не может отменить.

Коулд, как обычно в своём репертуаре, попытался в очередной раз посмеяться.

— Успокойся, подумаешь, в очередной раз отшили. Тебе не привыкать.

— А это ты видел? — Альд сунул под нос приятелю запястье с золотистой вязью брачного узора.

— Этой ночью? — уже серьезнее осведомился приятель. — И что она до сих пор из своих покоев не выходила? А ты уверен, что это была она? Всё же мы вчера хорошо перебрали…

Слова друга ожгли холодом. Этого просто не могло быть! Боги не настолько к нему жестоки, чтобы так поступить! Страх от содеянного сдавил голову, все мысли сконцентрировались только на одном — найти Лею и поговорить. И ни слуги, ни фрейлины, ни тем более госпожа Люсиль ему не станут препятствием.

Лея не желала его видеть. Когда Альд ворвался в комнату, девушка сидела на кровати, сжав в замок, трясущиеся руки, и плакала. И золотистой татуировки у неё на руке не было.

— Прости меня, — он покаянно опустился на колени. — Прости. Я не знаю, что на нас с Маром вчера нашло. Словно затмение какое-то. Я всё исправлю….

— Уходи… — сдавленно всхлипнула девушка. — Видеть тебя не желаю!

И он ушёл. После некоторое время бродил по галерее, пытаясь понять, что произошло и от кого ей стало обо всём известно. Доктор не мог ничего проболтаться про истинный брак. Тогда о чём вообще речь была? Кто-то рассказал Лее, что он провел ночь с другой женщиной? Кто? Кроме самой виновницы было некому. Видимо, разглядела утром украшение на руке и сообразила свою выгоду.

И тут накатила такая злость. На себя. На ту незнакомую дрянь, которая воспользовалась ситуацией. На того, кто вчера наслал на них с Маром ментальные чары, выведшие их из строя почти на сутки. Ну не могли они в здравом уме такое нагородить! Не могли, и всё!

Следующие несколько часов Эртингер стоял на ушах. По приказу Альда собрали всех служанок женского пола и проверили у них руки. У всех до единой они оказались чистыми.

— Есть ещё в замке женщины?

Альд обернулся к управляющему, прожигая того недовольным взглядом. Мужчина несколько минут мялся, потом признался, что вопреки запрету взял одну девчонку из близлежащей деревни. Очень уж просилась. Пожалел. Но она со вчерашнего дня в замке не появлялась. Угроза проверить всех на артефакте истины привела к неожиданным последствиям. Одна из служанок хлопнулась в обморок. А когда её привели в чувство, выяснилось, что именно она большего всего общалась с новенькой. А сейчас сообразила, что могла сболтнуть лишнего, тем самым нарушив собственную клятву. Очень уж не хотелось словить откат за нарушение клятвы.

Альд снова метнулся в комнаты герцогини. Подозрительная тишина и гнетущая атмосфера насторожили. Чтобы его Колючка сидела и лила слёзы? Как-то на неё не похоже. Второй странностью стало то, что куда-то пропали две фрейлины герцогини.

— Где сейчас леди Вельда? — Рыкнул он на замешкавшуюся госпожу Люсиль. Та отвела взгляд в сторону и молча пожала плечами. И это уже было интересно. Потому что ранее няня Леи никогда не вела себя так подозрительно. Она как тигрица готова была защищать свою воспитанницу. Сейчас же явно женщина испугана и испытывает какое-то беспокойство.

Альд сто раз уже пожалел, что с новым телом ему не досталось ни того уровня эмпатии, что был раньше, ни ментальных способностей. Так, крохи. Но и их оказалось довольно, чтобы понять, что перед ним старательно разыгрывают сценку, в которой актеры плохо выучили свои роли.

Метнуться к плачущей Лее, чтобы сорвать все видимые амулеты оказалось делом одной секунды. Фрейлина его жены действительно тряслась от страха.

— Где она? — хотелось сжать узкие плечики и хорошенько потрясти эту глупую куклу. С трудом получалось себя сдерживать. Но не рычать не выходило. — Я спросил, где ваша госпожа? Ну!

— Уехала, — икнула испуганная леди.

— Когда и куда?

— Вчера около полуночи…

— А рыдаешь чего?

— Страшно, — всхлипнула Динира.

Он чертыхнулся. Время оказалось упущено. Теперь между ними более половины суток форы. И где искать эту сумасшедшую? На душе царил раздрай, хотелось кого-нибудь убить по-тихому.

— Собирайся! — Коулд появился уже в экипировке. — На мать около Ольсьена напали. Лея была вместе с ней.

Дальнейшее больше напоминало гонки наперегонки со смертью, чем спасательную экспедицию. На месте разорённого лагеря они обнаружили свежее захоронение и останки погибших арахнидов.

— Тот же амулет использовали, — рыкнул он, с болью вспоминая собственное поражение и плен. На них с Чезаре тоже тогда напали из засады. — Это Крайден!

Ожидаемо, в назначенном месте леди Эрина не оказалось. Незнакомый воин в имперской форме просто передал письмо от леди.

— Если с Леей что-то случится, я её убью! — пообещал Альд, глядя на Коулда. Удивительно, но приятель не стал ни спорить, ни оправдывать перед ним графиню Алесскую.

— Если у тебя получится, — хмыкнул Мар, направляя своего коня в сторону Теоны. — Моя матушка всегда отличалась любовью к многоходовкам. А форма нашего «друга» просто кричит о том, что прибыла леди не одна, а в компании с кем-то из Совета. Или и того хуже, твой старший братец решил почтить нас своим вниманием.

— Исключено, — мрачно усмехнулся Альд, припоминая содержимое последнего письма из империи. Источник близкий к трону сообщал, что на императора было совершено покушение. Его отец жив, но серьезно болен. Старший сын тоже пострадал, но легко отделался. Хотя есть подозрение, что останется бездетным. Лучшие лекари сейчас заняты лечением императора Фебера и его наследника. Самого Альда тоже пытались выманить в столицу. Только письмо, судя по всему, попало к самозванцу. А тот вместо того, чтобы сразу же отправиться в путь, начал медлить, затянул время и в результате пока так никуда и не выехал.

Альда предупреждали о возможной опасности покушения и в отношении него. И он даже начал догадываться, кто за всем этим стоит. Леди Милиана всегда была амбициозной дамой. Вполне возможно, что кто-то из её сторонников расчищает путь к трону для младшего принца. Он бы ничуть не удивился такому развитию событий. Но прежде, чем с полной уверенностью об этом заявить, следовало кое-что проверить.

— Что ты обо всём думаешь? — Альд обернулся к Мару Коулду, ожидая услышать его анализ ситуации.

— Она знала, что будет стычка, но не учла наличие ментальных амулетов.

Я так и думал, — кивнул Альд, думая о том, что ещё ему во всём этом показалось странным. Потом присмотрелся к брошенной около скал сумке и ахнул: — Чорав Шерисс! И тут он отметился! Вот значит, о какой встрече и с кем шла речь.

Захотелось добраться до ушлого артефактора и немножечко его придушить. Самую малость, для острастки. А потом врезать от души. Явно, не обошлось без его помощи. Лея сама бы не смогла связаться с леди Эрин и тем более, незаметно выбраться из замка. Чорав артефактор!

— У тебя есть связь с нашим графом? — Альд был настолько зол, что почти не контролировал себя.

— Есть, — откликнулся Мар. — Я уже отослал вестника.

Свиток с ответным посланием упал Альду в руки спустя пару минут. Читали вместе, а потом так же дружно ругались.

— Проклятый артефактор!

— У нас времени пару часов до их прибытия.

В путь отряд отправился после встречи с основным войском, собранным лордами герцогства. Они долго колебались, стоит ли помогать племяннику Крайдена и имперскому графу, но когда несколько часов назад прямо к одному из лидеров местной оппозиции заявился граф Шерисс с известием, что леди Лейладу заманили в ловушку и Крайден может её в любой момент убить, решились. В данный момент на кону стояла судьба их страны, и сидя по домам, они попросту могли всё профукать.

Поднять по тревоге несколько тысяч воинов — не поле перейти. В путь собрались в кратчайшие сроки те, кто находился ближе всего. Остальным была отправлена весть. И они обещали появиться чуть позже. Но и этого оказалось достаточно, чтобы предстать перед неприятелем внушительной силой.

— Лорд Коулд, мы считаем, что в дальнейшем никто из имперцев не может находиться на землях Готарры без принесения клятвы верности стране и правящему роду, — выступил вперёд один из лордов-оппозиционеров. — Так же мы считаем, что её светлость должна выбрать себе мужа среди самых достойных лордов нашего герцогства. Чужак не будет сидеть на троне.

— Поздно, — издевательски рассмеялся Коулд. — Я уже принёс клятву верности леди Лейладе. А что касается замужества, то это не вам решать. Пусть герцогиня сама скажет, кого хочет видеть своим мужем. Понятно?

— Приемлемо, — согласился лорд переговорщик.

Войско двинулось в путь. Медленно, но неотвратимо.

* * *

Меня выбросило в какое-то безвременье. Я оказалась стоящей на небольшом пятачке земли, вокруг которого клубился густой туман. Видимость нулевая. Попытки голосом привлечь к себе внимание тонули в густой туманной взвеси.

— Эй, есть тут кто-нибудь? Помогите! Эй!

Не знаю, сколько я так кричала, сидя в туманном безмолвии. Идти куда-то было так же бесполезно, как и звать на помощь. Куда бы я не направилась — всюду царило белое безмолвие. И впечатление такое, что идешь по болоту. Почва (или что там на самом деле) под ногами слегка колыхалась и пружинила. И не видно ни зги.

— Эй! Кто-нибудь!

— Здесь нельзя шуметь, — послышался чей-то голос.

— Здесь, это где? И почему нельзя шуметь? — не собиралась сдаваться я.

— Это Грань, — ответил другой голос. — Здесь души ждут решения Амсет. И ты жди.

— Получается, я умерла?

— Судя по твоим воплям, — угрожающе произнёс некто третий, — не до конца. Но я сейчас тебе помогу определиться.

Что значит не до конца? Я ещё живая, но тогда почему меня выкинуло на Грань? Вопросов появилось море, только озвучивать их я слегка опасалась. Кто его знает, что там скрывается в тумане? Или кто. Но, чтобы не сидеть на одном месте, попыталась уйти как можно дальше в противоположную сторону от угрожающего голоса. Шла и шла, а туман не заканчивался. В конце концов, устала так, что ноги сами за меня решили, что пора отдохнуть. Присела и начала размышлять о своей жизни. Что успела сделать и что сделать могла бы. И как мне быть дальше? Принять предложение Амсет и уйти на перерождение? И зачем мне это? Ведь в таком случае родится вместо меня совсем другой человек, другая личность. А меня просто не станет. Как-то это неправильно, несправедливо. Остаться?

Мысль о том, что я могу вернуться к Альду и стать по-настоящему его женой не то, чтобы не понравилась, скажем, так, я не хотела попасть в положение местных женщин, которые по законам империи считались чуть ли не имуществом мужа. Попросить Амсет вернуть меня обратно на место Анриссы Мирей, но будущее изменилось и куда я попаду и в качестве кого? Дилемма.

— И долго ты здесь собираешься рассиживаться? — послышался голос богини Смерти. — Уже определилась, чего хочешь?

Что значит, определилась? Очень хотелось возмутиться мне, но я промолчала. Злить Амсет будет самоубийством. Я ведь только-только начала обдумывать. Я вообще не знаю, как мне лучше поступить. Вся в сомнениях.

— Пока ты здесь маешься дурью, — ворчливо заявила Смерть. — Твой муженек разрушил один из моих храмов в Ольсьене и грозится уничтожить второй. Не считаешь, что это несколько несправедливо?

— Что, значит, разрушил? — я никак не могла понять, о чём говорит Амсет.

— То и значит. Требует, чтобы я тебя вернула обратно. Если он разрушит и столичный храм, обещаю, я вас обоих на перерождение в такую дыру запру, чтобы прочувствовали, как угрожать Смерти.

— А я здесь причем? Это же не я храмы рушу.

— А ты причина этого, — сказала свое веское слово Смерть. — Значит, понесёшь такую же ответственность.

— Это несправедливо! Мне обещали, что я смогу вернуться обратно!

— Ещё и глупая… — явно чем-то недовольная богиня Судьбы выступила из туманного облака. — Будущее изменилось, но ты можешь рискнуть.

Богиня вытянула вперед руку, крутанула кистью, и передо мной в туманном облаке образовалось окошко, в котором была хорошо видна кровать, с лежащей на ней измождённой девушкой.

— Кто это?

— Анрисса Мирей, в чьё тело ты так стремишься вернуться. Катастрофы, в которую попало семейство барона Кесила, в новой реальности не случилось. Девушку выдали замуж по договорённости. Муж был к ней жесток, и Анрисса решила сбежать от него. Однако, неудачно выпрыгнула из окна, сломав позвоночник. Ты точно решила вернуться в то время?

Меня передёрнуло при мысли, что на месте той несчастной могу оказаться я. Нет уж!

Богиня удовлетворённо кивнула, словно прочитала мои мысли. А может, и прочитала. Богиня же. Усмехнулась.

— Молодец, возьми на полке пирожок.

И тут я сообразила, что надо мною попросту потешаются. И разозлилась.

— Вы нарушили собственные обещания!

— Что поделать, — покивала головой Амсет. — Кто же знал, что ты окажешься такой прыткой. Но пришло время что-то решать.

— Так я умерла или нет?

— Пока нет, — усмехнулась Смерть. — Но пока ты тут мечешься, время там идет. И тело истекает кровью. Решайся быстрей! И, кстати, мысли твои я слышала, но не понимаю, кто тебе мешает всё изменить? Сделать так, как ты считаешь правильным? Ведь я не для того дала тебе в руки власть и подобрала подходящего мужчину?

— Что? Так это вы это сделали? — я вытянула вперёд правую руку, на которой вилась вязь золотистой татуировки. Читала когда-то в фентези про такое, но в глаза не доводилось видеть. Да и появилась она почему-то не на левой руке рядом с браслетом, что меня удивило. Правда, Вельда успела просветить, что и такое бывает. Правда, редко.

— Всё ещё сомневаешься? — разговаривать с богами то ещё удовольствие: мысли читают, дослушивать тебя до конца не хотят, ещё рискуешь оглохнуть, потому что божественный глас он такой, что уши закладывает. — Смотри!

Судьба вновь решила что-то продемонстрировать. Один из вариантов будущего? В открывшееся окошечко я заглянула с опаской. Видеть очередной ужастик совершенно не хотелось. Но с богами спорить сложно.

В этот раз показали центральную площадь незнакомого города с разрушенным храмом, потом я увидела себя, точнее своё тело на украшенном лилиями ложе. Хоронить, что ли собрались? Во всяком случае, вид у меня был как в поговорке «краше в гроб кладут»: лицо бледное-бледное до синевы, под глазами круги, губы цветом сравнялись с остальной кожей. Зато кто-то умудрился переодеть в белую хламиду и цветочный венок на голову присобачить. Ну и рядом почему-то обнаружился сидящий в изголовье Альд. Я, признаться, не сразу его рассмотрела, так меня собственный вид потряс, что его разглядела только после того, как пошевелился и заговорил:

— Не уходи, Лея. Ты должна остаться, слышишь? Ты нужна мне, потому что я уже не мыслю своей жизни без тебя. Слышишь, Лея? Я поклялся быть рядом, и если ты уйдешь, я найду тебя среди тысяч миров, куда бы ты ни отправилась. Я буду тебя искать сколько будет нужно. Я буду ждать, даже если пройдёт тысяча жизней, потому что люди не могут жить без частицы своей души. Верни её, Амсет! Иначе, я клянусь, что ты….

Дальше мне просто не дали дослушать, оборвав на самом интересном месте. Я растерянно посмотрела на схлопнувшееся окошко, и попыталась осознать увиденное.

— Всё ещё сомневаешься?

Я только плечами пожала. Что тут скажешь? Это признание слегка выбило меня из равновесия. Хотя… вру. Его и не было этого равновесия. Я давно уже запуталась в своих чувствах и желаниях. Разум кричал одно, а сердце требовало другое.

— Это ведь не на самом деле?

Глаза Амсет напоминали звёздные воронки. Они затягивали куда-то в бесконечность. Мне большого труда стоило отвести взгляд в сторону. Как еще хватило сил задать свой вопрос — не знаю.

— Почему не по–настоящему? Это одна из вероятностей. Их много. И они постоянно меняется в зависимости от твоего выбора. Ах, да, можешь ничего не говорить. И не благодари. Должна будешь построить в мою честь ещё один храм в столице. Беленький такой. Чтобы стремился ввысь. Запомнила?

Я только сглотнула через силу и кивнула. Потом был головокружительный в прямом смысле слова полёт вниз. И сразу же появилась боль, тупая, ноющая, и достаточно сильная. Хотела застонать, но услышав своё имя, сдержалась и прислушалась.

Альд ругался с императрицей. Получается, она в курсе всего произошедшего?

— Что же вы дорогая «маменька» так сюда торопились, что позабыли сообщить о своём визите? Ах, да! Как я мог запамятовать, что мчались вы сюда только с одной целью — расчистить своему сыночку путь к трону. Надеялись, что избавившись от меня, сможете управлять Лейладой? Кстати, а где обещанный лекарь? Если с моей женой что-либо ещё случится, вам даже боги не помогут.

— Не много ли ты на себя берешь? Я сейчас могу приказать, и тебя схватят, и кинут в самую глубокую темницу. Нет, лучше сразу избавиться от угрозы. К тому же, девчонка тебе уже не жена и ей придётся выйти замуж за того, на кого ей укажут.

— Не вы ли будете указывать? — с сарказмом в голосе, осведомился Альд. — А вы, «маменька» фантазёрка. Всё мечтаете о несбыточном. Не боитесь, что я сейчас сверну вашу тонкую шейку, а с лордами Советниками я как-нибудь уж договорюсь? Объявим, что случилось несчастье. Так и так, бедная императрица стала жертвой заговорщика. А после вашего соучастника Крайдена прилюдно казним. Как виновника вышей смерти. Как вам такая идея?

В поддержку слов Адьда послышался тихий стрёкот Шейши. Маленькие лапки промаршировали по моей спине и замерли неподалеку от болезненного места.

— Ты не посмеешь! — возмущённо ахнула леди Мелиана. — Это всё ложь! Я никогда не вступала в сговор с лордом Крайденом! И откуда у девчонки взялась эта гадость? Кто ей позволил?

— Позволил? — я почувствовала, как паучонку с моей спины приподняли и пересадили на подушку поближе к лицу. Даже глаза попыталась приоткрыть. Некоторое время мы с Шейшей друг друга рассматривали. Потом послышалось осторожное: «хозяйка»?

— Ашшиашша разделила своё гнездо, маленькая самочка нашла себе новую хозяйку. И не вам, «маменька» указывать, чем может заниматься моя жена.

«Тихо, не шуми! Дай послушать, о чём идет разговор. Что со мной случилось?»

«Хотели убить».

Шейша мысленно начала рассказывать, о том, как одна нехорошая человечка бросилась на меня с кинжалом, но ударила вскользь по касательной. А она, Шейша, испугалась, что не смогла спасти хозяйку, и ментальным ударом вырубила вокруг меня всех, на кого хватило сил. А потом злую человечку укусила. Только её спасли, потому что она должна предстать перед судом. А вот кое-кому не так повезло. Но она совсем не жалеет. И, если бы довелось повторить, она бы опять всех вырубила, а злючку укусила. И не только злючку, но и кое-кого ещё.

Интересная картина получается. Далия меня ударила кинжалом в спину и её спасли, а ко мне лекарь до сих пор идёт. Нет, я не злопамятная. Зло помнить не хочу, поэтому завела тетрадку. И записываю туда все свои обиды.

Пока слушала отчёт своей паучонку, совершенно упустила нить разговора между Альдом и императрицей. Поэтому, когда меня осторожно попытались приподнять и избавить от лишней одежды, тем самым потревожив рану, протестующе зашипела.

— Лея, как ты? — взволнованный Альд, заметив, что я пришла в себя, тут же нарычал на лекаря, который мало что шлялся не пойми где, так ещё и причинил боль. После начал расспрашивать о моём самочувствии.

— Амсет меня выставила вон со словами, чтобы я ей на глаза в ближайшие пару сотен лет не показывалась. Так что, жить буду… — подтрунила я над собой, вспомнив, что и как обещала богине Смерти. И что та сказала напоследок, отсылая меня обратно.

— Леди изволит шутить? — поинтересовался лекарь, пытаясь рассмотреть мою рану. — Однако, у вас здесь всё уже практически зажило! В первый раз такое вижу!

— Что значит, зажило? — не поверил его словам Альд. И сам лично полез удостовериться.

— Вот, видишь, — леди Мелиана попыталась заглянуть через плечо целителя, но натолкнувшись на предостерегающий взгляд Альда, недовольно поджала губы. Вроде как, не очень и хотелось. — С твоей девчонкой всё в порядке. Как я и говорила.

— Это не твоя заслуга, — Альд осторожно поправил рубашку мне на спине, а потом, прижав к себе, усадил на колени. Я осмотрелась. Походный шатер оказался достаточно просторным, чтобы вместить пару складных кресел, столик и что-то наподобие раскладушки, только размером с двуспальную кровать. На выходе маячили спины охраны.

— Рана её светлости не опасна, края уже стянулись, видна работа хорошего целительского амулета, — отчитывался лекарь. — Могу предложить общеукрепляющую настойку и микстуру от простуды. Организм, у леди ослабленный, нуждается в поддержке.

— А разве простуду ваш целительский амулет вылечить не может? — поинтересовалась я, чувствуя как слегка сжались, обнимающие меня руки мужчины.

— Мой? — целитель удивился. — Но я не применял никаких амулетов! Я думал, что такой амулет есть у вас.

— Увы, — рёбра ещё немного болели, поэтому простое пожатие плечами вызвало дискомфорт. — Всё, что у меня было, начало разряжаться ещё по дороге. Слишком уж усердно меня пытались убить.

— Об этом мы с вами ещё поговорим, дорогая жена, — шепнул на ухо Альд, прожигая недовольным взглядом попытавшуюся улизнуть императрицу. — Куда это вы, «маменька», собрались? А ну, стоять!

Боже мой! Я вышла замуж за тирана!

— Я не тиран, но очень не люблю, когда меня обманывают и рискуют жизнью понапрасну. А ещё не доверяют.

Я, что это сказала вслух? Альд взглядом подтвердил, что да.

— А сам?

— Ладно, квиты.

— Вы там наговорились уже? — леди Мелиана попыталась сделать вид, что это не её одернули окриком. Переговорив с кем-то, вернулась обратно в шатер.

— Не капайте ядом, ваше величество, — Альд насмешливо фыркнул, продолжая меня удерживать на руках и при этом как-то оказывая давление на леди Мелиану. Не знаю, как это у него получалось, но леди явно его опасалась. И это «маменька», получается, её величество в курсе личности сидящего здесь мужчины? Я, признаться, запуталась.

— Думаю, договор с империей будет пересмотрен. Если, разумеется, вы леди, не желаете в будущем проблем для своего наследника.

Чужая рука ласково пробежалась по спине. Я попыталась выпрямиться и отодвинуться. Увы, безрезультатно. Но Альд сообразил, что ещё пару таких поползновений и я могу устроить скандал. Поэтому руки убрал подальше и вообще через пару минут ссадил со своих коленей в кресло. Но не потому, что пошел навстречу моим желаниям, а чтобы иметь пространство для маневра.

— Так уж вышло, что в мои руки попали очень интересные бумаги, — Альд извлек откуда-то (прямо ловкость рук и никакого мошенничества) шкатулку с документами и помахал ею перед лицом императрицы.

— Дорогой «сын», ты не в том положении, чтобы мне угрожать, — я видела, что леди Мелиана в бешенстве, но старательно пытается удержать лицо. — Ты своё право на эти земли потерял. И вообще, почему я должна слушать какого-то мелкого приграничного лорда? Ты не докажешь, что имеешь к императорскому роду хоть какое-то отношение! Готарра часть империи, по её законам несовершеннолетняя леди должна находиться под опекой императора. А так как эта леди также является ещё и вдовой одного из наследников, то только император может решить её дальнейшую судьбу. В данном случае, я полагаю, леди придётся выйти замуж з того, на кого ей укажет императорский Совет.

Было заметно, что произнесённая речь императрице нравится, иначе с чего бы так довольно блестеть глазами и прятать улыбку? Увы, всё удовольствие было обломано Альдом.

— Всё сказали, дорогая «маменька»? Столько денег на шпионов потрачено, а всё зря! — кажется, сарказм можно было ложкой черпать. И надо сказать, выражение лица императрицы оказалось бесценно, после того как она разглядела специально ей невзначай продемонстрированную вязь брачной татушки.

Я затаилась, чувствуя, что сейчас грядёт буря. Но Мелиана лишь пренебрежительно фыркнула, изрекая что-то на тему, что нет тела — нет проблемы. — Думаю, что вот это вы не сможете проигнорировать, — тут ей в руки вручили кипу извлечённых из шкатулки бумаг. Леди мельком их просмотрела, потом вгляделась и, вспылив, разорвала их на мелкие клочки.

— Не думали же вы, что я предоставлю вам оригиналы? — мне был знаком этот тон, и я императрице не позавидовала. Ибо, зная характер Альда, думаю, он сейчас просчитывает, как и что он с ней сделает. Видимо, обещание будущих неприятностей просто висело в воздухе, потому как леди Мелиана что-то такое тоже ощутила. Настороженно замерла, обдумывая новости, и через пару минут молчания, смогла взять себя в руки, надтреснутым голосом заявив:

— Чего ты хочешь?

— О, я много чего хочу, — в голосе Альда послышалась насмешка. — Но я потребую от вас только того, что вы в силах сделать. Например, не лезть в мои дела. Не соваться сюда. Элементарно просто: вы не лезете ко мне — я не трогаю вас. А иначе….

Намек о грядущих проблемах просто повис в воздухе.

— Вы признаете наш брак, и сделаете всё возможное, чтобы договор между империей и герцогством был пересмотрен.

— Это всё?

— Я подумаю.

— А вы, что скажете, леди Лейлада? — императрица смерила меня недовольным взглядом. И куда только делось показное радушие и доброта? А нет их.

— Так как преступления были совершены на нашей территории, то виновники будут наказаны именно здесь и сейчас.

Для меня в этот момент было важным, чтобы ни Крайден, ни его дочка не ушли от возмездия. Вместе с их сторонниками, естественно.

— Согласна, — недовольно проскрипела императрица. — Суд состоится в Теоне. Как только мы туда доберемся.

— Нет, вы не поняли, — мило улыбнулась я леди — интриганке. — Здесь и сейчас означает, что мы через пару минут отсюда выйдем, Соберём Совет лордов герцогства и озвучим преступления лорда Крайдена и его дочери. Как я понимаю, его марионетка до суда не дожила? Какая жалость… — я лицемерно улыбнулась, совершенно не чувствуя сожаления. Потому что мне совсем было, не жаль этого дурака, решившегося ради амбиций дядюшки пойти на преступления. И судить их будут по законам Готаррского герцогства. Моей волей и моим решением.

— Но леди! — попытались возразить появившиеся по приглашению императрицы два имперских советника. — Согласно уложению от две тысячи…

— Вы не поняли, — снова оборвала речь лордов я. — Вы находитесь не в империи, и здесь действуют другие законы. К тому же, грядут большие перемены, так, ваше величество?

Альд так глянул на Мелиану, что та, скрипя зубами, вынуждена была всё подтвердить.

— Не люблю чувствовать себя глупо, — шепнула я на ухо мужчине. — Ты просто обязан мне всё объяснить. А иначе….

Альд рассмеялся. Весело так, заливисто.

— У твоей фрейлины не было ни одного шанса провести меня, даже с амулетом личины, — заявил этот несносный человек, приобнимая за плечи и подталкивая в сторону выхода. — Характер нельзя спрятать под иллюзией. Не в твоём случае. Пойдём отсюда. Мои люди уже разбили лагерь. Уверен, что там найдется местечко и для нас. И я велю приготовить для тебя воду для умывания и подходящую одежду. Думаю, что суд будет скорый. Не в интересах её величества, чтобы это дело затянулось.

— Жажду подробностей, — нахально напомнила я, позволяя себя увести из императорского шатра.

Вокруг кипело людское море, но я заметила очень интересную вещь. Имперские солдаты оказались как бы в двойном кольце. Приведённые Альдом и Маром Коулдом воины составляли первый круг оцепления, а сразу за ними расположилась целая армия. Незнакомые знамена и штандарты были украшены также и гербом Готаррского герцогства. И как я поняла. Это и было то самое подкрепление, на которое так надеялся Гэри Шерисс и Альд с Коулдом. Я только ахнула изумлённо.

— Откуда?

— Не знаю, какие аргументы привёл Шерисс, но видимо, они сработали, — скупо объяснил Альд, увлекая меня в сторону палатки с герцогским штандартом. Около неё я заметила парней из замковой стражи Эртингера. И только попав внутрь, облегчённо вздохнула.

— Я могу помочь? — заглянувший следом Альд, кивнул на исходящее горячим паром ведро с водой. — К сожалению, служанок здесь нет, а твоя Вельда устроила истерику и была передана на руки прибывшему вместе с войском отцу. Я велел отыскать подходящую женщину, однако…

Альд не договорил, но я и так поняла, что поиски могут затянуться.

— Ну, помоги, — я не стала отказываться. Да и как говорят, поздно пить боржоми.… Стесняться своего тела я не собиралась, хотя надо сказать, вид у меня сейчас был совершенно непрезентабельный.

Самое удивительное, что он действительно помог, хотя далось это Альду не очень просто, судя по изменившемуся дыханию и бросаемым взглядам. Платье оказалось одним из тех, что наполняли мой гардероб в Эртингере. Я только удивилась тому, что его не забыли прихватить с собой. Очень предусмотрительно, на самом деле.

А потом был скорый суд. Прибывшие члены Совета лордов Готарры выслушали обвинение, познакомились с доказательствами вины Крайдена и некоторых его сторонников. Вышло очень зрелищно, когда Гэри стал демонстрировать запись на кристалле признание леди Элвеи в убийстве предыдущего герцога, моего здешнего родителя. До сегодняшнего дня я и не знала, что здесь есть такие технологии. Хотя,, возможно этот записывающий кристалл был придуман Гэри под влиянием моих рассказов о Земле. Всё может быть. В ходе разбирательства всплыло очень много всего неприглядного. Нашлись свидетели не только делишек Крайдена, но и маменьки. Оказывается, благодаря амбициям этих двоих около семнадцати лет назад созрел заговор, в результате которого и погиб старший сын императора Шесской империи, а Готарра потеряла независимость. Планы у Крайдена оказались грандиозные, кто же знал, что боги решат сыграть в свою игру, и пешка в моём лице дойдет до герцогского трона?

Дорога в Теону мне почти не запомнилась. Императрица отбыла, увезя с собой новый договор, согласно которому покупать энергокристалы и добытые в Готарре полезные руды им теперь придется у матушки Коулда, леди Эрин. Как так вышло? А очень просто. Альд предложил отблагодарить Коулда за помощь и поддержку и подарить один из двух рудников по добыче амарина.

— Всё равно там запасов ещё лет на десять хватит, а после всё. Жила иссякнет, — пояснил он свое предложение мне. — Мар сам этим заниматься не захочет и спихнёт на кого-то из родственников. Вот пусть они и бодаются с империей из-за амарина. А для нас эти десять лет могут стать хорошей передышкой. Тем более, что Мар Коулд как бы теперь твой родич по ритуалы.

Я только рассмеялась, восхищаясь задумкой.

— А что со вторым рудником?

— Там недавно случился обвал, и он в данный момент не действует.

Новость меня встревожила. Ни про обвал, ни про остальное я не знала.

— Я не хотел, чтобы информация просочилась. Но когда Крайден захватил власть, о произошедшем стало известно, — Альд хитро так улыбнулся. — Слава богам, пострадавших нет. Но я постарался донести эту информацию до нужных ушей.

Ну и интриган!

— Мне кажется, что ты, таким образом, отомстил леди Эрин. Я права?

На что мой невыносимый муж снова очень хитро усмехнулся.

— У меня была хорошая наставница, жаль только, что её наука дошла до меня с опозданием. А леди полезно иногда думать о том, с кем следует дружить, а с кем не стоит.

Естественно, стоило Совету лордов узнать о «подарке», как тут же начались возмущения. Но и здесь Альд как-то исхитрился всех недовольных утихомирить. Подозреваю, что на каждого крикуна нашёлся компромат.

Я только головой качала, удивляясь происходящему.

— Не стоит опасаться, что мы резко обеднеем, если закроем добычу амарина совсем, — попытался втолковать мне Альд. — Подумай сама, если этих кристаллов на рынке станет мало, значит, их цена возрастёт во много раз.

А тоя не знала. Прописные истины современной экономики.

— Ты не хочешь открывать, что в горах ещё есть богатые месторождения этого минерала, да? Но при этом, собираешься тайком приторговывать амарином?

Лучше бы и не спрашивала. Меньше знаешь — крепче спишь.

— Знаешь, этот твой орминский родственник, лорд Орсано, очень предприимчивый малый. Мы с ним немножко потолковали, и он осознал свои выгоды от сотрудничества со мной.

Другими словами, Альд и «пирата» на что-то подловил и теперь тот будет «сотрудничать» с нами.

Оставалось только восхищаться тем, как скоро решилось большинство наших проблем. Сама я бы с этим никогда не справилась.

Постепенно жизнь в Теоне начала потихоньку налаживаться. После возвращения в столицу я потребовала, чтобы в замке навели порядок, вымели и вычистили всё, что осталось от Крайдена, леди Далии и их подручных. Замок немного перестроили, сделали более комфортным для жизни.

Отдельной проблемой для нас с Альдом стало восстановление родового алтаря, разбитого Крайденом. Ведь именно там, оказывается, и погиб последний герцог, предательский убитый в спину своим «братом».

Пришлось поискать умельцев, которые могли бы всё восстановить. И только спустя год нам это удалось.

— Ваша светлость! — маг, занимавшийся восстановлением родового святилища, склонился в поклоне. — Всё ш=готово! Вы можете провести ритуал воззвания к предкам.

Было слегка боязно, потому что я должна была не только воззвать к Хранителю рода, но и представить ему своего избранника. А Альд здесь числился всё ещё под именем Арсэля Оушша, правда, у меня язык почему-то не поворачивался называть его чужим именем, а на Альда он постоянно морщился. Так что нам пришлось искать компромисс. Полным именем имперского принца было Альд Рейгар Дайрен Шесский, в то время как племянника Крайдена при рождении тоже нарекли Рейгаром, только у него полное имя звучало несколько иначе: Арсэль Рейгар Илай Оушш. Совпадение? Я не знаю, но мы решили оба варианта слегка сократить да одного общего имени. А сокращенно вообще получилось Рей.

Так что, представляла Хранителю рода я именно Рея, а не Альда или Арсэля. А так как мир здесь всё же патриархальный, моему мужу придётся войти в новый род, приняв его имя. Но это, если честно, после всего, что бы пережили, такие мелочи.

ЭПИЛОГ

Тридцать лет спустя.

Перемены в жизни Готарры происходили медленно, но уверенно. Я многое хотела изменить, но только благодаря Рею все задумки вышли почти так, как хотелось. Именно он убеждал меня не спешить, не действовать сгоряча. Доказывая, что любое навязанное силой новшество может вызвать недовольство. А мне хотелось всего и сразу.

В первый же год мы с ним ввели в практику заключение брачного контракта, в котором фиксировались права и обязанности женщины, а также полученное в качестве приданого имущество. И что она получит, в случае развода. И самым первым брачным контрактом стал мой контракт с Рейгаром Оушшем, новым герцогом Готаррским.

Появление разводов вообще для некоторых оказалось тем ещё сюрпризом. Особенно возмущены были некоторые жрецы. Они даже пытались доказать, что боги такое не одобрят. Но получившая свой новый храм в Теоне Амсет, вредничать не стала и поддержала новшество.

Лет через пять появились первые школы для детей бедноты. Их финансирование шло из герцогской казны.

— Не обеднеем, — сказала я тогда Рею, когда принесли бумаги на подпись. — Раскопаешь ещё одну шахту с амарином.

Муж только головой покачал, но безропотно всё подписал. Ещё лет через пять в эти школы стали принимать и девочек. Как-то так вышло, что в храмах Амсет появились специальные артефакты, с помощью которых можно было определить есть магическая искра в ребенке или нет. Спустя пару лет такие же артефакты имелись уже во всех храмах Готарры. И опять мы с Реем стали примером для остальных, ведь именно в храм Амсет я отнесла своих близнецов: дочку Алису и сына Эдвера, чтобы определить их способности к магии. Ещё одним сюрпризом для многих стало то, что маленькая наследница обучалась наравне с братом и получала такое же образование. Хотя мне и пытались указать, что девочка должна хорошо петь, играть на музыкальных инструментах, вести хозяйство и уметь вышивать, а вот знание математики, а тем более химии или языков ей ни к чему. Я только улыбалась в ответ непрошеным советчикам и продолжала поступать, как считала нужным. Время шло. После рождения второй дочери я поняла, что не хочу, чтобы мои девочки зависели от чьей-то воли, и всерьёз озаботилась местным законодательством. Рей только усмехался, лицемерно сочувствуя Совету лордов, с которым мне придется пободаться, прежде чем новые законы вступят в силу. Но я сдаваться не собиралась.

Время шло. Строились новые посёлки, дороги и мосты, в городах в каждом дома проводили водопровод и налаживали освещение.

Появилось несколько училищ для одаренных детей, в которые сперва принимали только мальчиков, а там и девочек тоже стали. И спустя три десятка лет я узнала, что к нам стали привозить детей из соседних стран для получения образования.

Люди привыкли, что в герцогском замке обосновалась небольшая колония секхо. И если раньше арахниды у местных ассоциировались с имперцами, то сейчас их стали считать чуть ли не местной достопримечательностью.

Шейша из маленькой паучонки вымахала в почтенную мать гнезда, но всё также любила своевольничать.

Жалела ли я, выбрав этот путь?

Ничуть.

Все мои страхи и опасения оказались напрасными. Я действительно нашла своё счастье в этом мире и с этим мужчиной. А для этого нужно было всего лишь приложить немного усилий и довериться.