Глава 2

Настоящее. Росия. Декабрь 2019 года

На следующее утро я проснулась задолго до рассвета, что было для меня совсем неудивительно в зимнее время года. Какими бы теплыми ни были одеяла, я всегда просыпалась от холода.

Сладко потянувшись, я улыбнулась легкости и безмятежности, царящей в голове. Ночь без сновидений оказалась роскошным подарком. Умывшись, дошла до комнаты сестры и, приоткрыв дверь, с наслаждением несколько минут понаблюдала за тем, как она спала, полностью раскрытая. Одеяло скомканной кучей валялось в её ногах.

Маленькая печка.

В детстве у нас была общая детская и одна большая кровать на двоих. И в ту пору я никогда не мерзла по ночам.

Сегодня я собиралась на работу более тщательно. Во-первых, не опаздывала так, как вчера, а во-вторых, сегодня мы ждали одного из спонсоров нашей клиники. Темную лошадку, не желающую раскрывать своего имени.

Вкладывать деньги таинственный спонсор начал недавно, всего два года назад, с тех пор как увидели свет мои экспериментальные исследования. Я изучала одну из неизлечимых болезней этого мира, потому что увидела связь между ней и магией. Попросту говоря, все люди, болеющие или умершие от того самого заболевания, могли стать потенциальными магами, внутри них был спящий источник, вот он-то их и убивал, просто сжигая изнутри.

Я обнаружила эту связь спустя пару лет своего пребывания в этом мире, когда работала терапевтом в муниципальной больнице. И сразу же, опасаясь за свою жизнь и жизнь сестры, начала изучать этот вопрос.

Выводы были неутешительны: Микки была в опасности. Самой мне ничего не грозило, ведь мой источник не спал и я постоянно колдовала. Все эти десять лет подтягивала свои знания в волшебстве, не без помощи темных книг, которые мне достались от сестры. Откуда те взялись у Микаэлы, я понятия не имела, как и сама Мики, не помнящая вообще ничего до перехода в этот мир.

Но факт оставался фактом. Темные знания помогли мне. Из разряда посредственного мага я перешла в профессионалы. Те же знания помогли мне найти призвание — лекарское дело — и научили чувствовать свой внутренний огонь.

— Какая ты сегодня красивая. — Сестра вышла из своей комнаты и остановилась в коридоре, рассматривая меня. — Когда ты так ярко красишь глаза, я испытываю нестерпимое желание перекрасить свои волосы.

— Зачем? — Я от неожиданности промахнулась, и ключи, которые закидывала в сумочку, оказались на полу.

— Если так накрашусь я со своим цветом волос, то это будет смотреться вызывающе, а твой макияж смотрится дорого и красиво.

— Родная, — судорожно выдохнув, я поспешила взять себя в руки, а затем, подняв ключи с пола, подошла к сестре и поцеловала ту в бледный лоб, — это все глупости. И тебе, как ни странно, очень идёт такой цвет.

— Почему как ни странно? — насупилась в ответ Мики, — Это же мой родной цвет.

Микаэла взяла в руки кончик своего длинного хвоста и постучала им по ладони, вызывая этим улыбку на моем лице. Такой знакомый жест… Независимо от цвета волос, времени, возраста или мира, Мики так делала в моменты размышлений и глубокой задумчивости.

— Просто. К слову. Не обращай внимания.

Я поспешила на выход, не понимая, что же так сильно напугало меня. Если Мики и вспомнит нашу предыдущую жизнь, это же хорошо.

Ведь правда хорошо? Почему же тогда так страшно?

Я задавала себе эти вопросы на протяжении всей дороги, и в голову пришёл лишь один ответ. Я боялась, что Мики захочет вернуться в родной мир. Ведь её жизнь не была сплошной чередой неудач, в отличие от моей.

Микаэла училась на лучшем факультете и была лучшей в своей группе, даже несмотря на то, что та состояла на восемьдесят процентов из мужчин, а их-то непросто было обогнать в боевой магии. Мики была всеобщей любимицей, а сколько у неё было поклонников — и вовсе не счесть.

— Милена Мирославовна!

— Людочка, у меня стойкое ощущение, что ты мое дежавю.

Все так же, как и вчера. Меня опять встречала помощница, у которой было полно своих обязанностей, у самого входа, будто ей и правда нечем было заняться. Я с раздражением огляделась по сторонам и задумалась: а не повесить ли мне на Людмилу пару новых служебных обязанностей, чтобы той неповадно было караулить меня у входа, как преданный песик? Такое поведение одного из работников могло пошатнуть имидж нашей клиники.

— Милена Мирославовна, просто Волынски уже здесь.

Я остановилась, не теряя зря времени, сразу сняла шубу и перекинула ее через локоть.

— Давно ждет?

— Он… он…

— Хватит мямлить. Людмила!

Я вздохнула и беззвучно прочитала заклинание успокоения. Самое начало дня, а я уже такая несдержанная — со спонсором нужно быть милой.

— Он в вашем лабораторном кабинете. Простите, — тихо проблеяла помощница.

Как же хорошо, что я прочитала заклинание до ее слов, а не после. Теперь же я стояла и как рыба, выброшенная на сушу, открывала и закрывала рот в немом отупении.

В мою лабораторию без меня никто никогда не входил, и дело было даже не в том, что я пресекала любые попытки, дело было в охранных и защитных заклинаниях, навешанных на мое детище, взломать которые мог только маг более высокого уровня, чем я.

Только не паниковать! Собралась и думай.

— Сколько он уже там?

— Почти сорок минут.

— Почему мне сразу не позвонили? — тут же осеклась я и махнула рукой. — Что с вас толку. На, — скинула ей в руки свою шубу и, выудив из сумки ключи, отцепила один-единственный и протянула Людмиле, — отнеси в мой кабинет шубу и повесь в шкаф, только аккуратней, Люда.

Стоило женщине скрыться в одном из коридоров, я вдохнула побольше воздуха и, расправив плечи, направилась к лифту.

Нужно все выяснить! Что-что, а сбегать я не намерена.

Лаборатория встретила меня тишиной. Осторожно ступив за порог, я отметила, что мое заклинание распечатали, не нарушив ни единого плетения. Это говорило о том, что наш таинственный спонсор — маг огня, более сильный и способный, нежели я.

В волнении провела ладонями по бокам, разглаживая несуществующие складки на сапфировом платье, идеально оттеняющем мои глаза, и сделала еще пару шагов вперед.

Мужчина сидел за столом с документацией и, по нос зарывшись в бумагах, внимательно изучал написанное. Широкоплечий брюнет с коротким хвостиком, на который была наложена иллюзия. Я чувствовала её, но не могла под нее пробраться. Да и нужды особой в этом не было, понятно, что мужчина прятал длинные волосы.

Глупо было отрицать очевидное: незнакомец прибыл из АКЭМа.

— Вы проделали колоссальную работу, ата Милена, — произнёс мужчина, не поднимая головы, используя приставку, обозначающую благородное происхождение в моем родном мире.

Не успела я даже передернуть плечами от того, как инородно звучало обращение «ата» в паре с выдуманным именем, как мужчина продолжил:

— Но вынужден вас огорчить. Все, что можно было узнать, вы уже узнали, и спонсировать ваши исследования впредь не вижу никакого смысла, — так и не отрывая взгляда от бумаг, подвел итог он.

— Вот как? — сухо отозвалась я, и мужчина, услышав мой голос, вмиг подорвался с места, выронив из рук всю документацию.

Он уставился на меня ярко-зелёными глазами, в которых эмоции сменялись с такой скоростью, что я не успела прочесть ни одной. На его безупречно красивом лице заходили желваки, а голос начал звучать тихо и хрипло.

— Милли… — сказал он с трудом, словно прикладывая неимоверные усилия. — Мики… где она? — закончил он почти шепотом.

От неожиданности мои ладони разжались сами собой. Глухо шмякнулась об пол сумка, и зазвенели ключи, заставив меня очнуться от шока. Я сглотнула и так же, как и мужчина, прошептала;

— Как вы поняли, что я не она? Кто вы?

Лицо мужчины казалось мне знакомым, но, как бы я ни напрягалась, вспомнить, кто он, не могла. Видимо, он был совершенно незначимым персонажем в моей прошлой жизни, потому так легко стерся из памяти.

— Ты не ответила, — грубо и сипло проговорил он сквозь стиснутые зубы.

Я растерялась от такого напора и сама не поняла, как ляпнула:

— Дома.

— Жива… — прошептал мой собеседник и рухнул на пол мимо кресла, совершенно некрасиво приземлившись задом прямо на пол. Он уронил голову и, закрыв лицо руками, громко засмеялся.

Я сделала пару шагов, приблизившись к странному мужчине, и поняла, что он не смеялся, а плакал.

О единый и матушка Мигрис, кто же он?

Незнакомец отнял от лица руки и глупо улыбнулся, в глазах у него стояли слезы, а на щеках были мокрые разводы. Я первый раз в жизни видела, как плакал мужчина. Присела рядом с ним и положила ладонь ему на плечо.

— Вы были знакомы, — тихо, не спрашивая, а подтверждая очевидную истину, произнесла я.

— Мы и с тобой были знакомы, Милли. Ты меня и правда не помнишь? — Мужчина прислонился спиной к столу, громко стукнувшись затылком, и, еле раскрывая губы, тихо продолжил: — Миэр. Меня зовут Миэр, я учился вместе с Мики.

— Простите, — я слегка смутилась, отчего-то чувствуя себя виноватой, — я мало что помню. Зелье забвения девятого уровня десять лет назад, но что-то пошло не так, — грустно улыбнулась и перевела взгляд в сторону от мужчины. — Теперь собственная память играет со мной в странные игры. Но я помню, как звали нашего с Мики отца, вас так же, Миэр. — Я потерянно улыбнулась и замолчала. Тяжело было говорить о родителях.

— А Мики? — Он распахнул глаза и уставился на меня. — Она что, тоже выпила зелье? Не понимаю, как вообще так получилось…

— Нет, она ничего не пила. Но все равно не помнит совершенно ничего. Ничего, ат Миэр, понимаете?

Посмотрела на брюнета со значением, я уже взяла себя в руки и размышляла трезво. Почти трезво.

— Это ты так мягко намекаешь, что не дашь нам с ней увидеться? — хохотнул мужчина. — Так я тебя и спрашивать не стану.

— Ей семнадцать! — выкрикнула я, понимая, что отмолчаться у меня не получится.

Это был контраргумент, мужчина заливисто рассмеялся, тогда как я с абсолютно серьёзным лицом и закушенной губой дожидалась, пока он не закончит. Когда Миэр все же прекратил смеяться аки конь и повернулся ко мне, я решила его добить.

— А ещё она блондинка. Натуральная. Со спящей стихией, причем я понятия не имею, какой именно.

Все. Теперь я рассказала ему все. Поостеречься бы незнакомца да болтать поменьше, но слова из моего рта лились бурной рекой.

— То есть ты серьёзно? — Миэр задумчиво сдвинул брови и постучал пальцами по колену, глядя при этом на меня как на умалишенную.

— Абсолютно. Она помнит только последние десять лет и ничего не знает об АКЭМе. Я, в общем-то, недалеко от неё ушла, — пожала плечами, выдавая свою растерянность, — но мы не вернемся туда, это факт.

— Говори за себя, Мелания!

Мужчина резко поднялся, скидывая мою ладонь со своего плеча, и зло уставился на меня сверху вниз.

— Если тебя никто не ждёт, это не значит, что о Мики некому было горевать и что её никто не искал. Самодурство-то какое. Неудивительно, что твой муж и тот траура не выдержал! — Миэр прокричал обидные слова и, развернувшись, направился широким размашистым шагом на выход.

А я осталась сидеть на прежнем месте и ни единого глотка воздуха сделать не смогла, последние слова мужчины вышибли из меня весь дух.

Эдвор женился… Весьма ожидаемо — и в то же время всего два слова убили меня заново. Я думала, что во мне не осталось ничего живого, но теперь понимала, что что-то все же да было. И сейчас на остатках моего больного сердца огненные духи плясали поминальный танец.

Перешагивая порог кабинета, Миэр наступил на ключи, раздавив каблуком черной лакированной туфли красивый и дорогой моей памяти брелок в виде собачки. Когда Мики было двенадцать, она целых два месяца тратила лишь половину денег, предназначенных для обедов в школе, и, накопив нужную сумму, купила для меня брелок в подарок.

Я словно из транса вышла, когда услышала хруст пластмассы. Прогнала прочь все свое так неуместное сейчас горе и, выбросив руку вперед, прошептала мощное заклинание, вложив в него половину имеющегося у меня резерва.

Каким бы сильным магом ни был ат Миэр, но, чтобы разрушить огненную стену, загородившую ему путь, мужчине придётся сильно постараться.

Сразу после вспышки пламени я поднялась и провела ладонями по щекам, собираясь смахнуть слезы, но обнаружила, что лицо было сухим. Только в этот момент я поняла, что сдержалась и так и не заплакала. Все же я изменилась. Эти десять лет заставили измениться меня. И сейчас я не собиралась молча смотреть на то, как рушится моя жизнь.

Легкими, невесомыми шагами подошла к магу и, встав за его спиной, прошептала:

— Это был подарок Микаэлы, — провела пальцами по напряженным плечам мужчины, смахивая невидимые пылинки, — вы же не хотите раздавить и саму Мики точно так же, ат Миэр?

— А ты и правда изменилась…

Я проигнорировала его слова и, фыркнув, продолжила:

— Сестра не похожа на себя прежнюю, она стала более ранимой. Я не хочу травмировать ее зря. Если бы она хоть что-то помнила, был бы другой разговор. К тому же перед тем, как выгорел её огонь, она наказала мне никогда не возвращаться в АКЭМ. Я мало что помню, но такие вещи тяжело забыть.

Мужчина развернулся и уже более осмысленным взглядом посмотрел на меня.

— Что с ней произошло?

— Радует, что вы созрели для конструктивного диалога. — Я улыбнулась и, заставив мужчину отодвинуться, забрала ключи у него из-под ног, затем повернулась и пошла к своему разворошенному столу с документами. Присев и скрестив руки, не дожидаясь мужчины, я начала короткий рассказ: — Она защищала меня и не справилась с силой собственного заклинания. Мики умирала, и я не придумала ничего, кроме как использовать силу своего обручального кольца.

— Артефакт королевского рода? — взволнованно перебил меня мужчина.

— Да, кольцо, подаренное мужем и призванное защищать его род. Мики не относилась к его роду, потому и эффект получился столь необычный: она стала ребёнком, не помнящим ни единого мига своей жизни, да ещё и блондинкой. — Глупо было с моей стороны зацикливаться на цвете ее волос, но у сестры стали не только волосы белыми, она в один миг словно выцвела вся.

— Я думаю, дело в другом, — подвёл итог Миэр, — к ней перешла сила аты Катрионы.

— Матери Эдвора? — я повысила голос и с трудом сдержала себя, чтобы не подскочить с места. — Как такое возможно?

— Она тоже была в вашем замке в день восстания.

— Не помню… — Я растерянно качнула головой и приложила пальцы к вискам, в которых внезапно запульсировало с такой силой, будто в голове зазвонили колокола.

Я прошептала заклинание, выпустив из кончиков пальцев маленькую искорку огня себе же в голову, исцеляя. Но ожидаемого эффекта не последовало — боль не прошла.

— Блок на воспоминания, причём собственноручно вами и поставленный, ата Мелания, — правильно расценив мое поведение, просветил меня мужчина.

— Кто вы? — недовольно поморщилась я.

— Я же уже…

— Что-то более конкретное, чем просто имя, — перебила мужчину, выставив вперед ладонь.

— Я один из советников короля.

— В каком направлении? — не удовлетворившись ответом, продолжила я свои расспросы. — Что вы делаете в этом мире? Как сюда попали и почему спонсируете мои исследования?

— Спонсировал, больше в этом толка нет.

— Пропустим, начните с начала, — возмутилась я в нетерпении.

— Магический департамент, тена Мелания.

— Ну само собой, — хмыкнула я и развела руками, — неспроста вы тут все время умничаете.

Советник короля по магическим делам — им мог стать только маг колоссального уровня.

— Заметьте, ата Милли, — он указал пальцем в сторону выхода, — если бы не ваша огненная стена, меня бы уже здесь не было. А попал я в этот мир так же, как и вы: руна перемещения пятого уровня и привязанный к ней кровавник.

— Так вот как называется тот красный камешек.

Я хмыкнула, поражаясь тому, каким очевидным и говорящим оказалось название у камня, который я столько раз держала в руках во время перехода.

— Очень редкий камешек, я вам скажу, — недовольно пробурчал Миэр себе под нос, — занимался я здесь тем же, чем и вы. Искал ответ на то, как обезопасить от гибели потомков магов, живущих в этом мире.

— Все-таки я оказалась права, — печально улыбнулась я.

Жаль, что от этого мне было ни горячо, ни холодно. Решения же я так и не нашла.

— Ты, кстати, понимаешь, что ставишь сестру в опасность проживанием здесь? Она тоже может подцепить эту заразу.

Мужчина зашагал по кабинету из стороны в сторону.

— Я постоянно колдую рядом с ней, — мне было стыдно, ведь я понимала, как глупо звучат мои оправдания, — это не решение, но все же…

— Никаких но! — Миэр остановился и, круто повернувшись, жестко посмотрел мне в глаза. — Ты снимаешь блок с собственных воспоминаний. Как? — Он поднял брови. — Меня это абсолютно не волнует. Затем ты все рассказываешь сестре, и она поступает в академию. В будущем году. До этого мы должны разбудить её стихию. Понятия не имею как! — выкрикнул он, когда я попыталась его перебить.

— Вы не имеете никаких прав приказывать мне!

Мужчина недобро улыбнулся и очень тихо, но предельно доходчиво проговорил, пригвождая своими словами меня к месту. Как будто единственное, чем он занимался в своей жизни, это повелевал людьми.

— Я, может, и не могу вами командовать, высокородная ата, — выплюнул он, словно оскорбление, — но я могу доложить о вас и вашем местонахождении вашему мужу. Как думаете, — брюнет подошёл к столу, за которым я по-прежнему сидела, и, уперев в столешницу ладони, наклонился ко мне еще ближе, — нужна ли ему внезапно воскресшая жена? Ведь её появление поставит под угрозу его нынешний брак и законность наследника.

Ещё один удар в самое сердце. Я прикрыла глаза и крепко сжала губы: как же мне было больно. Огонь внутри жёг, как неродной, опаляя внутренности, выжигая плоть и кровь.

Мой Эд, мой любимый Эди живет без меня, живет — и ему хорошо, у него ребёнок. Ребенок от другой. А я тихо подыхаю в другом мире, и все из-за него, чертового ублюдочного предателя.

Я распахнула ресницы — мои голубые глаза, должно быть, сейчас горели огнём, выдавая высшую степень кипения. Я испытующе посмотрела на своего собеседника и полушепотом, выделяя каждое слово, спросила:

— Он в любом случае обо мне узнает, что можете предложить мне вы, ат Миэр?

Мужчина засмеялся, словно от облегчения, и оттолкнулся от стола.

— Все же вас очень недооценивали. — Он улыбнулся и скрестил на груди руки. — Я обещаю вам защиту, новые имена и конфиденциальность. Сами понимаете, максимально долго, насколько я способен, но вечно скрываться у вас, конечно же, не получится.

Я кивнула, мне подходило его предложение. В один миг в меня словно вселился Темный Разрушитель, шепчущий на ухо, что нужно делать, как и почему.

— Я согласна, — растянула я губы в улыбке, — и давайте уже перейдем на «ты». Скрепим соглашение, так сказать. — Протянула мужчине свою тонкую ладонь, и в момент рукопожатия стена из огня за порогом кабинета погасла, не оставив после себя ни единого следа.

— Мощное заклинание, — задумчиво произнёс ат Миэр, разглядывая свободный выход, — даже у Мики оно не получалось долгое время.

— У меня был стимул, — так же задумчиво ответила я ему. — Это, знаешь ли, хорошее подспорье.

Я недовольно повела носом, отгоняя непрошеные воспоминания о том, как оказалась в незнакомом мире с маленькой Микаэлой. Я тогда сама была еще неразумным ребенком, привыкшим, что за него все решают родители, муж или сестра. А в тот день не осталось никого. Только внезапно помолодевшая Мики, чей возраст можно было определить лишь на вид. Я решила, что ей примерно восемь, так и записала в поддельных документах, которые мне удалось добыть далеко не сразу.

Видимо, я угадала с ее новым возрастом или даже завысила его, ведь на днях по новому отсчету сестре исполнится восемнадцать, а стихия у нее не проснулась до сих пор.

— Как ты предлагаешь разбудить её способности? — задала я один из самых важных вопросов. Люди на АКЭМе без магических способностей и поддержки рода за спиной даже за людей не считались.

— Нам с ней нужно встретиться… — протянул он, и я тут же перебила его, даже не дослушав.

— Исключено. Я не буду ей пока ничего говорить. Если магия так и не появится, то зачем её травмировать ненужной информацией? Об обучении в таком случае, сам понимаешь, и речи не может идти.

— Ты же понимаешь, что не можешь мне запретить? — Миэр улыбнулся одними губами. Темно-зеленые глаза по-прежнему оставались холодны.

— Мы начинаем ходить с тобой по кругу, — устало произнесла я. — Если она тебе действительно так дорога, то ты не пойдешь к ней сейчас. Хочется увидеть? — Я поднялась из-за стола и, вскинув подбородок, с долей яда в голосе произнесла: — Посмотри на нее со стороны и успокойся! Что по делу? — цедя слова, выговорила я. Разговор начинал утомлять, так же как и собеседник.

Поклонник сестры враз переменился, отвел взгляд и только через пару напряженных минут тишины признался:

— Я не знаю. Думал, она меня вспомнит и стихия проснётся сама.

Взрослый, решительный и властный мужчина на моих глазах превратился в мечтательного подростка, который был не особо уверен в правдивости собственных слов.

О святая Мигрис, пощади!

Я закатилась в приступе смеха. Эта нехитрая перемена в образе ата Миэра довела меня до финальной точки. Я смеялась до боли в щеках, пока мышцы пресса не начали ныть от перенапряжения.

Миэр все это время мрачно и молча наблюдал за мной. Я догадывалась, что он списал мое поведение на банальную истерику, но мне было все равно.

Истерика так истерика. Давно ее со мной не случалось.

Немного погодя я взяла себя в руки.

— Значит, так, ат Советник Короля по магии, ищи информацию, время ещё есть. Восемнадцать ей будет в конце недели, — произнесла, ощущая слезы в уголках глаз.

— Но сейчас же не третий огненный месяц?

— Я считаю со дня её перерождения. Скоро будет ровно десять лет, как мы попали в этот мир.

— Милли, ты, что-то путаешь, — нахмурился Миэр, — в прошлом месяце было девять.

Я грустно улыбнулась, вспоминая родные календари. К счету времени этого мира я привыкла далеко не сразу: месяцев было также двенадцать, и дней в неделе по-прежнему семь, только вот в году их было триста шестьдесят пять, а в моем мире — триста девяносто девять. Казалось бы, такая небольшая разница, а в итоге…

— Я не думала, что за это время разница станет такой большой, здесь месяцы короче, Миэр, и считаются они по-странному.

Столько лет здесь прожила, но так и не поняла, почему год начинался с середины зимы. Ну и Разрушитель с ними!

Я еще сильнее устала от этого, казалось бы, бесконечно разговора, мне хотелось прочитать заклинание тишины, приготовить ванну с горячей водой и с пеной поверх нее, разбросать по ванной комнате огоньки своей силы и погрузиться в воду, расслабляясь и отрешаясь от всего насущного. А впереди был ещё целый рабочий день.

«Не думать, только не думать ни о чем», — отдала я себе наставление. Иначе я просто не дотерплю до вечера и сойду с ума.