Глава 20. Несколько дней назад
Клуб был забит до отказа. Хоть вечеринка была и приватной, народу хватало. Сплошь золотая молодежь. Кое-где мелькали и подростки, старательно косящие под более взрослых товарищей, чтобы урвать запретные сливки вечера. Это же несправедливо: просочиться на супер-крутую вечеринку по поводу дня рождения Пчёлки и не оторваться.
Но даже в таком адском шуме и толкотне за порядком тщательно следили, и мелким, не достигшим по паспорту возраста, позволяющего взрослые напитки, подавали безалкогольные коктейли или сок. Зато другого развлечения здесь было навалом. Зажигательная музыка от крутого диджея, танцы до упаду и выступление приглашённых артистов эстрады, цирка, театра. К ночи вечеринка приняла более насыщенный оттенок на грани запретного. Лёгкий алкоголь, откровенные танцы полуголых девиц и парней. Все несовершеннолетние были отправлены по домам, и золотая молодежь пошла вразнос. В пределах разумного, конечно.
Вики была королевой вечера и отмечала своё совершеннолетие. Она кинула быстрый взгляд в зеркало. Чуть выше среднего роста, миниатюрная шатенка с шоколадными глазами. Тонкими дугами вразлет брови, высокий чистый лоб, небольшой носик, который забавно морщился, когда она улыбалась, показывая миленькие ямочки, полные губы, с капризным изгибом и округлый подбородок – полный портрет Виктории Самойловой, той самой Пчёлки, единственной наследницы огромного состояния.
Её отец был одним из новых хозяев страны, далёкий от политики, но хороший стратег и бизнесмен. К тому же хороший, который не считал для себя унизительным на равных общаться с простыми людьми. Уважал их труд, помогал целеустремлённым и щедро вознаграждал за самостоятельность и рвение. Все, кто имел счастье работать с этим энергичным, красивым и умным мужчиной, уважали его. Мама – добрая, милая женщина. Домашняя и хозяйственная.
Вики смотрела на беснующуюся молодежь сверху, со второго этажа, и ей было скучно. Настолько, что возникло желание сбежать отсюда. Но нельзя. Куча гостей пришла именно к ней.
Не было здесь только единственного человека, которого она хотела бы видеть. Странная ссора, происшедшая неделю назад, не основанная ни на чём, до сих пор не давала покоя девушке. Она не прочь была бы извиниться, хоть и не считала себя виноватой.
«Раздражение сыграло роль или недопонимание, сейчас не важно. Если он появится здесь, сама к нему подойду» – подумала Вики, застыв памятником самой себе.
Кирилл пришёл, как будто прочитал её мысли, но не один. Света, как бы лучшая подруга Вики (так сама решила блондинистая стервочка), повисла на нём рахитичной воблой. Такая же большеголовая, с крупным ртом и плоским телом.
Сердце больно сжалось.
«Странные существа люди, – подумала Вики. – Будь она нормальной, я бы нашла изюминки в её недостатках. А теперь выделяю их и мне противно от собственных мыслей»
Унывать почему-то резко расхотелось. Захотелось совершить что-то такое, что сможет запустить адреналин в жилы, поджигая горючую смесь желания, обиды и толику авантюризма.
«Спокойно, Вики. Всё к лучшему. Нет никакого смысла удерживать заведомо неудержимое. Значит – не своё, не любимое. Совершеннолетие – это весомый и значимый праздник, бывает раз в жизни. Надо отметить так, чтобы было о чём вспомнить. Интересно, куда делась Агата?»
Та самая рыжая бестия Агата нашлась очень быстро, у барной стойки. Вики спустилась к подруге.
– Блин, ты точно влипнешь в какую-нибудь жутко интересную, но страшную историю из-за своей наивности. Я тебе сто раз говорила, что давно пора поставить точку в этих отношениях. Сама знаешь, какое мнение у меня об этом Кене для куклы Барби. Смазлив до тошноты и так же скользок. Даже не смотри на него. Он мерзок. Бр-р-р-р! – передёрнула плечами подруга.
– Ты прелесть, Ата. Я согласна с тобой. Но меня сейчас беспокоит не он. Что-то свербит в мозгу и не даёт расслабиться. Как будто я что-то упускаю из вида, – нахмурилась Вики.
– Хватить ныть и играть в жутко серьёзного агента, – добродушно фыркнула подруга. – Сегодня твой день рождения, детка. Расслабься, зажги. Смотри, сколько молодых самцов, готовых поклониться в ноги королеве.
– Ага. Золотому тельцу, – поморщилась Вики.
– Не суть важно. Ну и? Ты будешь шевелиться? Если нет, то мы отправляемся прямиком домой. Подружка, у тебя паспорт не поддельный? Может тебе ещё и нет восемнадцати?
– Ладно, ладно, – невольно рассмеялась Вики. – Уговорила. Смотри и учись. Сейчас я взорву этот клуб.
Свет внезапно потух и оставил освещённым только небольшой пятачок на танцплощадке. Вики вышла прямо в середину этого яркого круга.
Тихий, едва слышный стук барабанов известил о начале представления. Барабанщик умело вёл ритмом за собой. Музыка вплеталась постепенно, ненавязчиво, и девушка как язычок пламени под лёгким дуновением ветерка трепетала, извивалась, умирала и оживала десятки раз. Её движения были гибкими и нежными, страстными и обманчиво безопасными. Она завлекала движениями, подвластными музыке и барабанному ритму, отнимая разум и привораживая. Танец закончился, свет потух на сцене, но вспыхнул во всём клубе. Девушка исчезла как наваждение.
Как она сумела дотанцевать до конца, Вики не смогла бы сказать даже под дулом пистолета. Ещё в самом начале представления девушка стала замечать некоторые странные вещи. Исчезла вся охрана. А это шесть человек. В последнее время отец нервничал и настоял на том, чтобы его любимую дочурку сопровождали. Каждый день её неотступной тенью стали несколько человек, постоянно контролирующих её передвижения. Надо сказать, что уследить за ней было очень трудно, подопечная им досталась неугомонная.
Сегодня присутствовала вся команда из-за масштабности мероприятия. Так вот, ни одного из этих ребят в зале не наблюдалось. Не прекращая танцевать, Вики высмотрела подругу. Благо, что она находилась с группой общих друзей.
Про Кирилла она вспомнила в последнюю очередь. Его среди толпы не было. Когда потух свет, девушка ускользнула в боковую дверь и, быстро пройдя узкий коридор, вышла на улицу через чёрный ход.
Вот и парковка. Её любимый Yamaha стоял в метрах двадцати. Пройти по открытой местности побоялась: попой чувствовала, что её поджидают.
Всё это время она пыталась дозвониться до отца или до матери. Телефоны обоих были отключены, как и охраны. Парковка выглядела безжизненной. Страх липкой рукой схватил за сердце и не отпускал, причиняя физическую боль.
«Почему я сегодня проигнорировала своё звериное чутье? Надо было с родителями остаться, не поддаваться на уговоры папы. Видно же было, что пытается меня выпроводить»
Через пару секунд на экране высветился до боли знакомый номер, что она удалила ещё неделю назад.
– Кирилл!? – охрипшим голосом произнесла она.
– Ты куда пропала? Я хотел с тобой поговорить. Не считаешь, что задолжала мне разговор? – заявил он.
– С чего бы это? Нам не о чем разговаривать, – опешила она от его наглости.
– О родителях, например, – голос Кирилла стал вкрадчивым.
– Что ты хочешь этим сказать? Причём здесь мои родители? – страх ледяной волной пробежался по телу.
– Их у тебя нет, Вики. Больше у тебя никого нет и ничего нет. По старой дружбе могу предложить свою помощь.
Сердце дрогнуло и остановилось. Удушливая волна разрасталась внутри чёрным смерчем, извиваясь спиралью и захватывая остатки разума и воли.
– Вики!? Так скажешь, где ты? – голос Кирилла сочился заботой как сладким ядом.
– Пошёл в ад. Там тебе самое место, урод! – выкрикнула девушка и швырнула телефон на землю.
Гаджет ударился об асфальт, раскалываясь на части. Вики пихнула остатки телефона в небольшую маслянистую лужу.
Постояв немного, она рванула к мотоциклу. Из-за одной из машин к ней метнулась тень, но была сбита выстрелом. На подлёте. Шкафообразный парень рухнул Вики прямо под ноги.
Из тени появился один из её охранников, Аким. Правый бок парня был алым и влажным.
– Ты ранен? Тебе нужна помощь, – кинулась к нему девушка.
– Надо уезжать отсюда. Там ещё один лежит, – махнул парень рукой в сторону.
– Сначала окажем помощь тебе, – не унималась Вики, боясь к нему притронуться.
– Не беспокойся. Не всё так страшно, как кажется, – отмахнулся он.
– Мои родители… Это же неправда? – умоляюще посмотрела она на него.
Охранник отвёл взгляд в сторону и молча покачал головой.
В глазах Вики всё потемнело, а к горлу подступили рыдания.
– Соболезную. Но давай отложим все эмоции на потом. Сейчас надо срочно покинуть это место, скрыться, – он подвёл её к мотоциклу и, стараясь не морщиться, протянул запасной шлем.
– Куда? – всхлипнула девушка.
– Туда, где нас не найдут. По крайней мере, не сразу. К твоей бабушке.
Мощная машина, утробно урча, унеслась ракетой в ночь.