Глава 11

Слова Колхера заставляют шокировано замолчать. Лишь киваю в ответ, ломая голову над очередной загадкой – зачем брат Маркуса идет на такой риск. В чем его выгода?

Углубившись в свои мысли, даже не замечаю, как Кол меняется местами с графиней Лирой. Теперь уже мы с бабулей идем впереди, а он о чем-то оживленно беседует с леди Сабиной.

Графиня тоже вдохновлено рассказывает о растениях, указывая то на чахлый куст с ярко-красными ягодками на ветвях, но на дерево, склонившееся почти до самой земли. А я только и могу думать о том, как бы поскорее закончить с прогулкой и устремиться на поиски венца. Вожделенная цель сейчас так близко, что сердце замирает в груди, а по телу прокатывается дрожь нетерпения.

Из задумчивости выводит внезапный тихий вскрик графини. Женщина слегка подается в сторону и тяжело наваливается на меня.

– Леди Лирой? – испуганно восклицаю, видя как бледнеет лицо бабули.

– Ой, милая, – всхлипывает она. – Похоже я подвернула лодыжку. Неуклюжая я стала на старости лет...

Она мученически вздыхает и сжимает губы в тонкую линию, сдерживая стон.

– Ну какая старость? Вы еще всех нас с легкостью переплюнете! – вспыхиваю, и поудобнее перехватываю ее за талию. – Давайте я вам помогу добраться до ваших покоев и позовем врача.

Мы потихоньку разворачиваемся и ковыляем в сторону увлеченно беседующей парочки.

Сабина резко отступает от Колхера, гневно хмурясь, и в следующее мгновение ее взгляд падает на нас. В глазах поселяется беспокойство.

– Саби, милая, все в порядке? – леди Лирой тоже замечает напряженность между собеседниками.

– Да, конечно, – отмахивается жена Маркуса. – А у вас? Что-то случилось?

– Да я вот ногу подвернула, – принимается объяснять графиня, снова вздыхая и сетуя на свой возраст.

Приходится женщину еще раз заверить, что она молода, полна сил, и даст еще фору всем нам вместе взятым.

– Разрешите, и я вам помогу, – внезапно произносит Кол, подхватывая зардевшуюся от удовольствия бабулю на руки. – А ты подумай над моими словами, Саби, – кидает он напоследок.

Сабина бледнеет и упрямо вздергивает подбородок. Видимо, лорд Колхер не особо нравится женщине. Интересно, что же он ей сказал? А вдруг о венце? И обо мне?

Взволнованно всматриваюсь в лицо девушки, но она даже не видит меня, полностью погрузившись в свои мысли, нервно кусает бескровные губы и крепко сжимает побелевшими пальцами подол платья.

Встряхиваю головой и устремляюсь за Колом и графиней. Если дракон меня выдал, то тем более нужно спешить. Как раз есть шанс ускользнуть из-под бдительного надзора. Да и когда мы пересекаем холл, лорд Колхер кидает на меня настолько многозначительный взгляд, что сразу понимаю – он ждет немедленных действий.

Отвожу глаза и плотно сжимаю губы. Отчего-то совсем не хочется отвечать на этот его безмолвный призыв.

Но при первой же возможности я все-таки сбегаю, естественно, перед этим дождавшись лекаря, выслушав его диагноз и пожелав графине выздоровления. Кол еще раньше покинул нас, поспешив куда-то по делам… Теперь и у меня появилась такая возможность.

Только в последний момент, когда уже собираюсь выходить, графиня внезапно хватает меня за руку. Ее пальцы сжимают мой запястье, не причиняя боли и дискомфорта, но я чувствую в них силу и возможность остановить меня в любой момент.

– Ноэль, детка, – хмурится пожилая женщина. – Поверь, белое не всегда белое… Нужно верить своему сердцу.

Удивленно моргаю. Не послышалось ли мне…

– Леди Лирой… я не совсем понимаю… – растерянно тяну.

Но графиня уже отпускает мою руку и беззаботно машет ладонью.

– Ох, и болит доктор. Нельзя ли мне что-то от этой невыносимой боли? – переводи она взгляд на лекаря, не желая дальше развивать эту тему. Хм… загадочная женщина...

Пожав плечами, еще раз желаю графине здоровья и выхожу за дверь. А там уже быстрым шагом направляюсь в сторону зала с коронами.

Сперва возвращаюсь к дверям своей комнаты – от покоев леди Лирой я не знаю, как добраться до галереи – а потом, уже знакомой дорогой, спешно шагаю к нужному залу.

Охраны тут по-прежнему нет, лишь в начале и в конце коридора по одному стражнику. Они на меня мало обращают внимания, стоят себе неподвижно, таращась вперед.

Тут приходиться замедлить ход. Делаю вид, что прогуливаюсь, рассматривая картины, а при удобном случае проскальзываю в открытые двери комнаты с коронами.

Третья слева, кажется так сказал Кол. И обеспокоенным взглядом обвожу обилие постаментов. Но внезапно я понимаю, что указания мне не нужны. Меня словно магнитом тянет к непримечательному обручу под стеклянным колпаком. И только приблизившись, понимаю, что венец намного красивее, чем показался на первый взгляд. Искусно вырезанные листья и цветы, переплетаются стеблями. Маленькие птички покоятся на ветвях. А крохотные бутоны украшены едва заметными мелкими драгоценными камешками. Как тут не восхититься работой мастера?

От страха и волнения дыхание замирает в груди. Дрожащими пальцами снимаю колпак и откладываю в сторону. Без стекла венец кажется еще прекраснее. Он манит надеть его на голову. Пальцы так и зудят прикоснуться к этому чуду. Подобное я ощущала еще на Земле, когда нашла сережку. Все сомнения исчезают из головы. Это он, безусловно он. Портал.

Нервно сглатываю и, наконец, осмеливаюсь взять в руки обруч. Лишь секунду колеблюсь перед тем, как водрузить его на голову. И знакомый туман белесой дымкой обступает меня. Приветствую его как родного, и снова оказываюсь в белом, слепящем небытие. Но через несколько секунд сияющий свет заволакивает темным маревом. И среди этого тумана появляется огромная фигура черного, как смоль, дракона.

***

Мне страшно. Паника охватывает ледяными клещами. Дракон! Настояний. Всамделишный. Огромный. В горле пересыхает от ужаса. И я отступаю на шаг.

Но где-то в глубине души пугливой бабочкой трепещется сочувствие к этому величественному зверю. Откуда взялось это сочувствие. Это странное ощущение родства. Объяснить мне не под силу.

Венец тисками сдавливает виски, толкает вперед, навстречу дракону. И я не в силах сопротивляться этому влечению.

Дракон на миг замирает. В его ониксовых глазах с отблесками оранжевого пламени горит надежда и любопытство. Я вижу, что он отчаянно сопротивляется непреодолимому зову. Зову из тьмы, которая заполняет ясный свет небытия своим грязно-серым туманом. Эта тьма манит дракона. А я отчаянно хочу, чтобы он остался.

− Не уходи, – едва слышно шепчу и протягиваю ладонь.

Голова зверя склоняется к моей руке. Угольно-черная переносица прижимается к коже. Я ощущаю под пальцами, как шершавые чешуйки едва заметно царапают раскрытую ладонь.

− Не уходи, − снова повторяю.

Мне невыносимо знать, что скоро этого величественного создания не станет. Я чувствую связь между нами. Еще робкую, свежую, едва-едва появившуюся. Но уже невыносимо мне дорогую.

Дракон недоверчиво склоняет голову набок. Словно прислушивается к чему-то. Затихает несмело под моими ласками. Пылающие глаза прикрываются в блаженстве, пока я медленно и аккуратно поглаживаю шероховатую переносицу.

Пугающая тьма отступает. Забирает гадкие щупальца тумана. Мои легкие наполняются воздухом. Чистым. Искристым. Как белый сияющий свет вокруг. И все исчезает. И зовущая всепоглощающая тьма. И дракон. И серый туман. Только ощущение связи остается. Крепнет. Наращивает силу.

***

Я удивленно таращусь на стены знакомого зала. Под стеклянными колпаками покоятся все те же короны. И сомнения не возникает – я все еще в драконьем королевстве, в странном мире Мизелья. Ничего не вышло из моей затеи.

От отчаяния и обиды на глазах выступают слезы. Как же так? Почему?

Пелена застилает взор. Я выбегаю из зала и, не разбирая дороги, лечу в свои покои. Ноги сами несут меня в нужном направлении. И только перед угольно черной дверью я понимаю, что венец по-прежнему на моей голове.

Срываю его, не замечая как тонкие волосинки запутываются в ажурной вязи металла. Дергаю в отчаянии, не обращая внимания на боль. Прячу артефакт в карман платья. И только затем переступаю порог своей спальни. А там уже мадам Кану взволнованно меряет шагами комнату. И Дениз, сжавшись, сидит в уголке.

− Где ты была, дрянная девчонка, − дуэнья сразу же накидывается на меня.

В первом порыве мне хочется отступить, уклонится от оплеухи, которая, уверена, сразу же последует за гневными словами. Но я сдерживаю себя и задираю подбородок.

− Гуляла. С леди Лирой. Бабушкой его величества, − бесстрашно заявляю. И мстительно добавляю. − Мы с ней очень сдружились в последнее время.

− Ах ты маленькая проныра, − цедит сквозь зубы Кану. Но руки в ход не пускает.

Я лишь криво улыбаюсь.

− А вы лгунья! Все вы лгуны! Венец не способен перенести меня в мой мир. Не так ли? Для чего он вам? Кого вы собрались связать брачными узами?

− Не твоего ума дело, − вспыхивает мадам Кану. − Ты его достала?

Рука невольно прижимает к бедру карман, в котором покоится артефакт. Тонки веточки и цветы покалывают сквозь ткань платья

− Нет, − нагло вру. − Пока не достала.

Мне отчаянно не хочется отдавать этой злобной мегере такой ценный артефакт. Уверена, они замыслили что-то злое, что-то, что причинит вред драконам. А я вовсе не хочу, чтобы пострадали добрая леди Лирой, милая Сабина, Маркус и король Сильвестр, который и так болен неизвестной смертельной болезнью.

− Поторопись! Иначе… − фразу Кану не заканчивает. Но этого и не требуется. Угрозы я помню наизусть.

Отворачиваюсь от дуэньи. Нет больше сил видеть ее перекошенное от гнева лицо.

− Ты меня слышишь? − змеей шипит она.

Нервно дергаю плечом.

− Слышу, − хмуро отвечаю.

А вместе с моим ответом резко распахивается дверь. Дениз испуганно пискнув, едва не падает на пол. Кану вздрагивает, но сразу же берет себя в руки. А я глаз не могу отвести от стоящего на пороге короля Сильвестра.

Ноги мгновенно превращаются в желе. Сердце падает в пятки.

Пристально вглядываюсь в знакомые черты и с удивлением понимаю, что седые волосы его величества опять стали жгуче-черными. А темные, словно безлунная ночь, глаза горят гневом и яростью. Эти глаза мне до боли знакомы. Я их узнаю из тысячи подобных. Ведь буквально полчаса назад я всматривалась в точно такие же, принадлежащие ониксовому дракону.

− Выйдете! Все! Вон! − отрывисто произносит монарх.

Дениз исчезает за дверью первой. Кану открывает рот, дабы возразить, но передумывает и с величественным видом выплывает из комнаты.

Я пожимаю плечами и тоже направляюсь за ней.

− А ты… моя дорогая новообретенная женушка, останься, − рыкает он.

Ноги примерзают к полу. Поднимаю голову и вглядываюсь в его лицо. Кто? Как он меня назвал? Я, наверное, ослышалась…

− Неужели удивлена? − вздергивает бровь дракон. − Ручаюсь, не так как я… Ты верно ожидала увидеть своего милого сообщника, моего братца? Но спешу тебя огорчить, его задержали и обвиняют в измене. Осталось только выяснить, насколько велико в ней твое участие, и ты последуешь за ним…