Глава 19

Оксана

Я прошла по коридору, и, когда собиралась свернуть в сторону своего рабочего места, острые коготки впились мне в плечо и увлекли в противоположную сторону. Я скосила глаза и, выхватив ими черное каре, поддалась напору и пошла следом.

— Ну, рассказывай! — Ленка плюхнулась на диван и, заговорщицки прищурившись, уставилась на меня.

Я принялась рассматривать ее макияж, попутно пытаясь сообразить, какой фрагмент моих вчерашних неприятностей стал известен этой офисной пигалице.

Брюнетка многозначительно посмотрела на монитор. Я проследила за ней взглядом и подошла поближе к столу. Уставилась на затемненные фотографии, зиявшие черными дырами на белом полотне экрана.

Увидела силуэты двух человек, в которых сразу опознала себя и Стамира в разгар безобразной сцены вчера в доме Земцова. И как подкошенная упала на стул.

«Совпадения быть не может! Это та самая мерзкая сцена, которую устроил мне вчера шеф!» — назойливо завертелось в голове. Козырь, который я придерживала и на который надеялась, превратился в песок и ускользнул сквозь пальцы.

Я протянула руку к мышке и почувствовала, как непроизвольно барабанят пальцы по пластику.

«Мне конец!» — испуг окатил жаром все тело. Ладони стали влажными и горячими. Я оттолкнула от себя мышку, едва увидела на новостной странице огромный кричащий заголовок.

— Так что между вами произошло? — и не подумала отстать Ленка. — Алика сегодня тоже опоздала. Шеф заявился весь помятый, как после бурной вечеринки. — Колись, вы провели ночь втроем?

Брови любопытной коллеги выгнулись, и ее губы растянулись в сальной улыбке.

— Нет, — почти шепотом произнесла я.

Говорить не хотелось, слушать и оправдываться я была не в силах. Поэтому не придумала ничего лучше, как встать и направиться к выходу.

«Знать бы, Стамир мне звонил до того, как узнал о новостях в желтой прессе, или после?»

Жаль, не стоит у меня в смартфоне приложение, автоматически записывающее все разговоры. Можно было бы зашиться в угол и переслушать наш диалог. Тогда я бы знала, чего ожидать. И смогла морально настроиться.

Но поздно пить боржоми…

На ватных ногах, изо всех сил демонстрируя твердую и уверенную в себе походку, я доковыляла до своего рабочего места. Села за компьютер и уставилась в пространство.

Мимо меня проскочил Стас. Торопливо кивнул головой в знак приветствия и скрылся за дверью в кабинете шефа.

По прошествии десяти минут мое сердце и не подумало успокаиваться. Оно словно сорвалось с ритма и раненой птицей билось о ребра. Картинки вчерашней сцены без конца крутились перед глазами и только подливали масла в огонь. Еще немного, и я буду готова разрыдаться от любого неосторожного слова.

«Нельзя допустить, чтобы Стамир увидел мои слезы!»

Я встала, неловким движением стукнулась о ножку стола и чуть не ойкнула: больно! И вышла из особняка на улицу. За углом, как я успела заметить вчера, светилась зеленым неоновым крестом вывеска аптеки.

«Сейчас возьму успокоительное, загонюсь им как следует и стану невозмутимой, как удав», — такой план мне показался самым разумным и легкоосуществимым.

— Мне, пожалуйста, валерианы с пустырником, — прошептала я в окошко, глядя на пожилую тетушку в белом халате по ту сторону стекла. — И еще вот… — решила я добавить в коктейль известный безрецептурный препарат на травах.

На столике появились заветные пузырьки и коробка зеленого цвета.

— Еще что-нибудь? — в голосе фармацевта проскочило участие, и я едва сдержалась, чтобы не разреветься.

— Это все, спасибо! — мотнула головой и протянула карточку для оплаты.

Кассовый аппарат пискнул и с жужжанием выдал чек.

— У вас нет воды? — подняла я глаза на фармацевта. Вдруг стало неловко, что я забыла про питье.

— Есть, смотрите на витрине, — вытянула она руку в сторону выстроившихся в ряд бутылок с минералками.

Я взяла самую маленькую бутылку воды без газа. Щедро плюхнула в нее валерьянку и пустырник. Проглотила целых три зеленых таблетки и запила приготовленным раствором.

Смесь приятно обожгла горло и, разогревая тело, устремилась в желудок.

— Из-за мужика изводишься? — не выдержала фармацевт, все это время не сводившая с меня глаз.

— Угу, — кивнула я и допила воду до последней капли.

— Пустое это, девочка! Будешь бегать за ним — потеряешь! Запомни мои слова. С мужиками надо иначе. Игнорируй. И тогда он сам приползет к тебе просить прощения.

— Какое уж там прощение, — всхлипнула я.

Участие добродушной тетушки меня растрогало. Захотелось вывалить на нее сейчас, пока аптека пустует, все свои горести. И услышать успокаивающие слова, что все будет хорошо.

Но я сжала волю в кулак: не стоит откровенничать с посторонними, даже если очень хочется. Иначе недолго до следующего кричащего заголовка в желтой прессе. Я рассеянно смахнула пузырьки в сумочку — они мне еще сегодня пригодятся — и направилась обратно в офис.

* * *

— Оксана! Где вас носит?

Недовольное рычание шефа, стоило мне появиться на своем рабочем месте, вызвало новую волну дрожи. Но я подняла голову повыше, распрямила спину и только после этого взглянула на мужчину.

Выглядел он неважно. Невымытые небрежно расчесанные волосы распадались на отдельные пряди. Впалые, блестящие нездоровым блеском глаза и пересушенная кожа на лице давали понять, что ночь у шефа выдалась непростой.

Он нервно сжимал и разжимал челюсти, отчего желваки то вздувались, то исчезали без следа. И от одного его вида, готового сорваться в состояние аффекта, мне стало еще страшнее находиться рядом.

«Но ничего не поделать, каша заварилась неду́рная, теперь ее мне расхлебывать», — попыталась я себя успокоить. Организм самовнушению подчинился, и меня почти перестало потряхивать.

«М-да, а я-то считала, что это у меня стрессоустойчивость слабое место», — подумала я, исподтишка рассматривая босса, и отметила, что начинаю понемногу расслабляться.