21

Прошла неделя, каждый день которой был похож на предыдущий, как две капли воды. Все тот же унылый осенний дождь за окном, все те же утренние посиделки с дамами и ужины под монотонную музыку. Единственной моей радостью были книги из библиотеки и, конечно, общение с Мариллой.

- Принц за эту неделю заглянул в детскую всего один раз, - обиженно доложила Рейна. – Да и то на несколько минут. Взял дочь на руки, та заплакала, и он сразу ушел. А раньше каждый день приходил, играл с ней. Неужели так занят, что не может найти время?

С ее стороны это, конечно, было дерзостью, но кормилица, похоже, знала, что ей ничего не будет. Во всяком случае, с моей стороны – точно.

- Не знаю, Рейна, - вздохнула я. – Не может. Или не хочет. Не знаю.

Наблюдая за Кэрриганом, я стала лучше понимать, как все произошло. С самого начала.

Когда Ирита заняла место моей служанки, ведьма с ее помощью наложила на Гергиса заклятье. Может, это было какое-то зелье или наговор, не все ли равно. Не Кэрриган должен был стать копией Гергиса, а наоборот – за исключением внешности, конечно. Ведьме, как и всем в Эскаре, было известно, что Моран тяжело болен и долго не протянет. За это время все должны были привыкнуть к новому Гергису – к его изменившимся привычкам, пристрастиям и манерам. Тогда позднее в поведении принца не произойдет резких перемен, которые могли бы удивить придворных. Моя роль сводилась к тому, чтобы познакомить Кэрригана со всеми тонкостями придворной жизни, подробно рассказать обо всех, с кем ему придется иметь дело. Ну и, разумеется, всячески поддерживать и помогать.

Чем лучше всего привязать к себе обиженную женщину? Дать ей возможность отомстить. А если женщина не из тех, кто мстит мужу в постели с другим мужчиной? Глупости! Не хочешь – заставим магией. Чтобы было и полезно, и приятно. Не ей, конечно, но кого это интересует.

И ведь у них все получилось бы, если б не звездный дождь. Нет, и так получилось, но планы пришлось менять. Принцесса, больше неподвластная чарам, стала слишком опасной, и поэтому ее использовали втемную. В надежде, что ни о чем не догадается.

Но я догадалась. А приехавшие из Оддена не могли не заметить, что принц снова изменился в худшую сторону. И в первую очередь – слуги. Мия и Цинтас.

- Прошу прощения, госпожа, могу я с вами поговорить? – страдальчески наморщив лоб, спросила Мия, расстегивая на мне платье после ужина.

Я ждала этого. Пару раз мне даже хотелось подтолкнуть ее к беседе, но сдерживалась, поскольку не была в ней до конца уверена. Однажды я уже ошиблась, сначала сделав Ириту своей служанкой, а потом пойдя на поводу у доверия, когда она тайком пришла в сад и передала мне слова Кэрригана. Еще один неверный шаг мог привести к гибели. И не только моей.

- Конечно, Мия. Надеюсь, принц не приставал к тебе снова?

Я знала, что нет. Хотя и с Меллой он тоже пока не переспал – она бы не удержалась от злорадно-торжествующего взгляда. Может, с кем-то еще? Мне было все равно.

- Нет, госпожа, слава высшим силам. Но… я дважды видела его с вашей сестрой. И это не были вежливые придворные беседы. Они… целовались.

- Знаю…

Я все еще не могла решиться и довериться ей. Что, если она по-прежнему пытается угодить нам обоим? Как знать, может, Мия пришла к Кэрригану доложить обо мне, а тот приказал рассказать о якобы увиденном. Чтобы я приблизила ее к себе.

Ну же, звездный камень, что ты мне подскажешь?

Я сжала в кулаке висящий на шее медальон и вдруг почувствовала легкое покалывание – словно тонкими иголочками. И мягкое тепло, загадочным образом успокоившее меня.

- Мия, ты заметила, насколько изменился принц с тех пор, как мы покинули Одден? Как будто оттуда уехал один человек, а сюда приехал совсем другой.

- Да, госпожа, именно так. Мы говорили об этом с Цинтасом, слугой принца. Мы с ним… он ухаживает за мной, - тут Мия очаровательно покраснела. – Так вот Цинтас тоже говорит, что принц изменился. И даже не во дворце, а еще по пути, когда они ночевали на постоялом дворе. Там же, где останавливались мы. Как будто вечером заснул один принц, а проснулся совсем другой. Такой, каким был два последних года до звездного дождя. Цинтас прислуживает принцу больше десяти лет. Наверно, никто не знает его настолько хорошо.

На постоялом дворе… Я так и подумала. Если спросить охранников, которые должны были стеречь комнату Гергиса, наверняка выяснится, что они ничего и никого не видели. Возможно, ведьма их усыпила.

- Скажи, Мия, последние три месяца он был таким, как раньше? До нашей свадьбы и сразу после?

- Наверно… даже лучше. Мы думали, его так изменило рождение дочери. И то, что вы чуть не погибли, госпожа. Он стал таким внимательным к вам. Вы не видели, а мы замечали, как он смотрит на вас. Но теперь он снова такой же, как прежде. Даже хуже. И все слуги говорят об этом. Госпожа… вы не думали, что тут может быть замешана магия? Ирита, ваша служанка... она дальняя родственница болотной ведьмы, у которой вы были дважды.

Даже так? И почему я нисколько не удивлена?

Ответить Мии я не успела. В дверь постучали, и на пороге появился слуга в зеленой одежде.

- Прошу прощения, принцесса. Правитель Моран только что скончался.

По обычаю, члены семьи должны были провести ночь рядом с телом умершего. Разрешалось выходить ненадолго по естественной надобности или выпить воды. Считалось, все они молятся высшим силам о том, чтобы покойный благополучно добрался до мира мертвых и нашел там себе достойное место. Но, скорее всего, просто отчаянно боролись со сном. Чтобы никто не подумал о них дурно.

Тело Морана, одетое в парадное платье, положили на стол в большом зале. В руках у него был скипетр как знак высшего государственного достоинства. Наследник мог забрать его только перед самым погребением. Именно этот момент и считался передачей власти. Вдоль стен на стульях сидели Кэрриган, я, сестра Морана с мужем и двумя сыновьями, а также мои родители и Мелла, которые тоже считались членами семьи.

Скорбь? Вряд ли кто-то ее испытывал, но все старались изобразить. Особенно Кэрриган. Однако именно у него это получалось хуже всех. Забывшись, он переглядывался с Меллой. По ее лицу пробегала улыбка, но она тут же спохватывалась и снова принимала старательно унылый вид.

Похоже, у них все сладилось. Вот только удовлетворится ли сестричка постыдной ролью любовницы? Или захочет занять мое место? Наследник – это одно, правитель – совсем другое. Пользы от меня Кэрригану никакой, наоборот постоянная опасность. Убить – быстро и просто, но пойдут нехорошие разговоры. Развестись и удалить из дворца? Для этого должно стать очевидностью, что я не могу родить наследника.

Впрочем, для развода существовал и другой повод. Еще более быстрый и простой. Он же – повод для казни или вечного заточения. Супружеская измена. Хватило бы свидетельских показаний двух взрослых жителей Эскары, заставших меня с мужчиной. Хотя бы за поцелуем. Найти лжесвидетеля гораздо проще, чем убийцу. Значит, я ни в коем случае не должна оставаться с мужчинами наедине. Неважно с кем, даже с лекарем. А еще лучше вообще не оставаться в одиночестве.

Я решила, что буду держать Мию постоянно при себе. Если той понадобится выйти, тогда ее заменит Тиана. И спать Мия будет в моей гостиной на диване. А дверь на ночь станем закрывать, неважно, что это не принято. Так будет, пока я не придумаю, как избавиться от Кэрригана и вернуть Гергиса.

Почему-то именно в этот момент, когда, казалось бы, надежды уже не оставалось, появилась уверенность: я смогу. Рано или поздно, но мы с Гергисом снова будем вместе, а Кэрриган с ведьмой – там, откуда не возвращаются. Лучше бы, конечно, не очень поздно, но торопиться тоже не стоило. Потому что цена ошибки оказалась бы слишком высокой.

Следующие двое суток я едва вынесла. По ночам родных у тела сменяли придворные из ближнего окружения, которые должны были находиться рядом по очереди. Но днем мы снова сидели в зале и принимали соболезнования. От Мии я знала, что у простых людей все не так. Родственники проводили с умершим ночь, а не следующий день его уже хоронили.

На третье утро служанки приготовили мне желтое траурное платье и такой же плащ. По пути к месту погребения процессия должна была пройти пешком через весь город и еще немалое расстояние за воротами. Несмотря на холодный ветер и мелкий моросящий дождь.

Мы с Кэрриганом шли первыми за повозкой, на которой стоял гроб. Под руку, как и положено примерной супружеской паре, поддерживающей друг друга в горе. Мне казалось, что рука заледенела. Окажись Кэрриган по воле какого-либо колдовства на месте Морана, вряд ли бы я смогла скрыть радость.

На узких городских улицах, где стража разгоняла толпу на пути процессии, ход замедлился. Смотреть вперед, на Морана не хотелось. Влево, на Кэрригана, тем более. Поэтому я косилась вправо, на людей, стоящих вдоль проезда. И вдруг поймала пристальный взгляд темных глаз.

Что?! Вестар?!

Но похожего на него мужчины уже не было, он скрылся за спинами людей. Желающих последний раз взглянуть на того, кто правил Эскарой три десятка лет, хватало, задние волновались и напирали на передних.

Показалось? Или это действительно был Вестар? А если да, то что он делает в Неллисе? Вернулся – или никуда не уезжал?

Голова пошла кругом, я споткнулась и крепче вцепилась в локоть Кэрригана.

- Смотрите под ноги, Эллерия! – раздраженно прошипел он сквозь зубы.

На кладбище, после того как верховный священник произнес все полагающиеся молитвы, наступила самая важная часть церемонии. Новый правитель должен был получить власть от прежнего. С торжествующей улыбкой, совершенно не подходящей к скорбному моменту, Кэрриган подошел к гробу и попытался взять скипетр, однако у него ничего не получилось.

Рука Морана закостенела и держала символ власти так крепко, что вытащить его никак не удавалось. Побагровев от гнева и досады, Кэрриган пытался разжать пальцы, и все же понадобилась помощь двоих человек и немалые усилия, прежде чем скипетр оказался у него. Пролетевший по рядам шепот был похож на порыв ветра перед грозой. Я не сомневалась, что весь Неллис будет знать об этом происшествии раньше, чем мы туда вернемся. А еще через несколько дней – и вся страна. Наверняка увидят знак свыше. Но будет ли с этого какой-либо толк? 

Когда могильный холм скрылся под еловыми ветками, нам с Кэрриганом помогли сесть в ту же повозку, которая везла в последний путь Морана. Это тоже было частью ритуала: как напоминание о том, что смертью заканчивается все: и власть, и жизнь. Ты получил скипетр, новый правитель, но придет день, когда и тебя отвезут на этой же повозке на кладбище.

В городе я старательно вглядывалась в толпу, особенно в том месте, где, как мне показалось, увидела Вестара. Может быть, покажется снова? Но не заметила никого даже отдаленно похожего и сказала себе, что наверняка ошиблась.