23

- На вид девочка вполне здорова, - Вейлис недоумевающе сдвинул брови. – Что с ней не так?

- С Мариллой все в порядке, - я посмотрела на Мию, на Рейну, вдохнула глубже и изложила свой план.

Выслушав меня, лекарь долго молчал, потирая подбородок.

- Вы уверены, прин… госпожа? – спросил он наконец. – Что все так опасно?

Жену наследника называли принцессой или госпожой, жену правителя только госпожой. Как только принц становился правителем, принцессами начинали звать его дочерей. Но пока все еще сбивались.

- Уверена, Вейлис. Могу сказать одно: тут замешана черная магия. Поэтому хорошего ждать не приходится. Не знаю, можно ли что-то изменить, но я попытаюсь. А для этого нас с Мариллой должны считать умершими.

- Вот как… - лекарь подошел к окну, посмотрел в сад. – Вы отдаете себе отчет, госпожа, насколько это серьезно? Если что-то пойдет не так, нас всех, без сомнения, казнят. Или отправят навечно в Ютрей.

- Разумеется. Но вы можете отказаться. Я придумаю что-нибудь другое. Рассчитывая на ваше молчание.

- Молчать я точно буду, госпожа. Участвовать в вашем плане?.. Ну что ж, попытаюсь. Для начала надо, чтобы все узнали: принцесса тяжело больна. Я заведую лекарской школой, при которой есть  больница для бедных и детский приют. Дети там умирают часто, к сожалению. Если появится подходящий мертвый младенец, я постараюсь его забрать. Одним сиротой больше, одним меньше – за этим никто не следит. Как только принесу тело, сразу объявим о смерти принцессы, а Рейна унесет девочку из дворца.

- Благодарю вас, Вейлис, - невольно всхлипнув, я обняла его.

- Благодарить будете, если все получится, госпожа, - он погладил меня по плечу. – Пока рано. Хорошо, что Марилла еще мала. Будь постарше – вряд ли бы что-то получилось. А сейчас, Мия, беги к правителю и скажи, что принцесса заболела. Возможно, он захочет убедиться сам, и тогда мне надо будет подтвердить, что это правда.

Гергис примчался бы сразу. Кэрриган появился через полчаса, с недовольным видом, как будто его оторвали от очень важного дела.

- И что с ней? – он подошел к кроватке, но даже не наклонился.

- У нее жар, и она все время плачет. Наверно, что-то болит, - доложила Рейна с поклоном.

- Плачет? Не слышу.

В этот момент Марилла действительно завопила, как резаная. То ли устала от такого количества людей рядом, то ли почувствовала под знакомым обликом кого-то чужого.

- Печально, - хмыкнул Кэрриган. – Лечите ее как следует.

Развернувшись, он вышел. Даже не взглянув в мою сторону.

- Прекрасно, - кивнул Вейлис. – Мия, ты расскажешь слугам. Вы, госпожа, идите к дамам. Говорите всем, что, по моему мнению, болезнь может быть заразной. Чтобы сюда никто не ходил. А я прямо сейчас пойду в больницу. В родильном отделении есть несколько младенцев, матери которых умерли или сбежали. Мы не переводим их в приют, потому что они очень слабы. Возможно, кому-то из этих детей не повезет, но повезет нам. Что поделаешь, жизнь жестока и насмешлива. Несчастье одних зачастую удача для других. И наоборот.

Обратной дороги не было. Только вперед. Мне даже не пришлось притворяться, изображая тревогу и страх, когда вошла в Синюю гостиную к своим дамам. От волнения бросало то в жар, то в холод, пальцы мелко дрожали – какое там рукоделье!

О том, что Марилла больна, все уже знали. Новость обогнала меня. Дамы наперебой выказывали сочувствие, кто-то от души, кто-то так фальшиво, что сводило зубы. Пожалуй, искренними были те, кто сами имели детей и знали, что это такое – переживать за них, не имея возможности помочь. В замке я не спала три ночи из-за пустяковой простуды Мариллы, а если бы то, что мы придумали, оказалось правдой? Да я бы с ума сошла! Меня бросало в ледяной пот от одной мысли: не накликать бы беду такой ложью. Утешала себя лишь тем, что эта ложь во благо.

Мелла не сказала ни слова, но вид у нее был как у кошки, стащившей кусок мяса. Разве что глаза не светились. И скрыть довольную полуулыбку никак не получалось. Это окончательно подтвердило, что я приняла правильное решение. Если эта маленькая хищница заманила Кэрригана к себе под подол, вряд ли согласится довольствоваться незавидной ролью любовницы. Развод из-за неспособности родить наследника – дело долгое и хлопотное. Для этого, как я узнала, супруга правителя должна родить трех дочерей подряд или не беременеть в течение пяти лет. Проще убить или обвинить в измене.

За ужином Кэрриган снова переглядывался с Меллой и делал вид, что меня рядом нет. В общем, старательно вел себя так, как вел бы себя заколдованный Гергис. Для этого ему не надо было прилагать никаких усилий, просто быть самим собой. Впрочем, локоть мне он все-таки подставил, намереваясь отдать дань этикету, но я сказала, что иду к Марилле. Вейлис обещал вечером зайти и рассказать, есть ли новости.

К счастью, Кэрриган со мной не пошел. Лекарь уже ждал в детской.

- Моя дорогая госпожа, - он встал при моем появлении. – Боюсь, пока мне нечем вас обрадовать. Подходящего ребенка нет.

- Вейлис, - я покачала головой, - вы правда считаете, что я обрадуюсь смерти ребенка? Я не желаю никому смерти… ну, почти никому. Но уж точно не ребенку.

- Простите, госпожа, - смутился он. – Я неудачно выразился. Конечно же, не желаете. Сейчас в больнице всего три грудных младенца-сироты, которые вряд ли выживут. Новорожденная девочка, мать умерла при родах. Еще одна подкидыш, очень слабенькая, но ей уже полгода.

- А третий ребенок?

- Третьему три месяца. Но это мальчик.

- Вейлис, если мальчик умрет, забирайте его. Наденем платьице и чепчик, кто будет раздевать и смотреть?

- Вы думаете, госпожа? – Вейлис нахмурился и потер лоб. – Наверно, вы правы. Если сказать, что принцесса умерла от заразной лихорадки, никто даже близко не подойдет.

Три дня прошли в страшном напряжении. Пожалуй, самым сложным было не думать о том, что удача нашего плана зависит от жизни и смерти ни в чем не повинного ребенка. Маленького мальчика. Такого же, как Марилла. Я бы очень хотела, чтобы он выжил, но Вейлис сказал, что помочь ему невозможно, его смерть лишь вопрос времени. Значит, я должна была набраться терпения. Не торопить его мысленно. Это было бы отвратительно.

Кэрриган о Марилле не спрашивал и больше к ней не заходил. Я отправляла Тиану, чтобы та передала через Цинтаса: принцессе становится все хуже. Вечером, за ужином, Кэрриган посматривал на меня изучающее, словно надеялся заметить признаки болезни. Раз лекарь сказал, что лихорадка заразна, значит, и я могла ее подцепить.

Мия пересказывала мне то, что узнавала от Цинтаса во время их тайных встреч в темных закоулках дворца. Каждую ночь Кэрриган уходил из своей спальни и возвращался ближе к утру. А Мелле выделили новую комнату, намного больше и роскошнее. Кто бы сомневался!

На третий день, во время обычных посиделок с дамами, я попросила ее поднять упавший моток ниток. Мелла сделала вид, что не расслышала, но при этом насмешливо прищурилась.

Да-да, как же! И не подумаю. И попробуй мне что-нибудь на это сказать.

Ну почему же не попробовать?

Я встала, подняла моток и бросила на кресло. А потом подошла к Мелле, рывком стащила ее за руку с дивана и подтолкнула к двери.

- Чтобы я тебя здесь больше не видела, - и добавила тихо: - Подстилка!

Мелла вспыхнула и ответила – так, чтобы услышали все:

- Если я подстилка, кто тогда ты, сестричка? Хочешь сказать, той ночью, когда тебя нашли на дороге, ты ходила в лес за ягодами? Или, может, все-таки на свидание? Думаешь, твой муж об этом не знал? Тебе повезло, что выпал звездный дождь, иначе ты давно гнила бы в Ютрее.

Никта уронила спицу, та со звоном прокатилась по полу, и наступила тишина. Такая же звенящая. Как и пустота в моей голове. Все смотрели на меня. Нет, не так – посматривали из-под приопущенных век.

- Госпожа, лекарь Вейлис зовет вас к принцессе, - в гостиную заглянула Тиана, и я возблагодарила высшие силы за спасение.

Первое, что я заметила, войдя в детскую, была большая плетеная корзина с крышкой, стоящая в углу.

- Это… он? – голос дрогнул. – Он умер?

- Да, госпожа, - кивнул Вейлис. – Мия, закрой дверь на задвижку. Я дал принцессе легкое сонное снадобье. Она проспит до вечера, к этому времени Рейна уже будет далеко. Сейчас мы переоденем мальчика, а Мариллу спрячем.

- У меня есть такая же корзина, - Рейна бросила взгляд в угол. – Мы положим принцессу в нее. Чтобы не прятать в пустых комнатах, где ее могут случайно заметить. Она останется здесь. Ведь это же ненадолго.

- Его точно не станут раздевать? – засомневалась я.

- Нет, госпожа. Все знают, что болезнь может быть заразной. Поэтому я все сделаю сам.

Через десять минут Марилла спала в корзине, спрятанной под кроватью Рейны, а мертвый мальчик, одетый в платье и чепчик, лежал в колыбели. Мия побежала к дворцовым слугам, которые должны были сообщить всем о смерти принцессы.

Я пыталась настроить себя на бурные рыдания, когда появится Кэрриган, но ничего изображать не пришлось. Он остановился на пороге, раздраженно сдвинув брови, и меня прорвало. В эти слезы вылилось все: гнев, страх, ненависть, жалость к себе, Гергису и Марилле. И к мальчику, которого похоронят под видом принцессы.

- Вам наплевать, Гергис! – кричала я. – Вы всегда были к ней равнодушны.

- Успокойтесь, Эллерия, - поморщился Кэрриган. – Мне очень жаль, что Марилла умерла, но ничего не поделаешь. Все мы смертны. Вы еще молоды, дорогая, у нас будут и другие дети.

- Надеюсь, что нет.

Он пожал плечами и вышел.

- А ты, - пока не разошлись придворные, столпившиеся в коридоре, я повернулась к Рейне, - собирай свои вещи. Чтобы сегодня же тебя не было во дворце. Так хорошо ты смотрела за ней, что она заболела.

- Пожалуйста, госпожа, - Рейна умоляюще сложила руки, - позвольте мне остаться хотя бы до похорон.

- Нет. Убирайся сейчас же!

Старательно выжимая из себя слезы, кормилица принялась собирать вещи. Вернее, сделала вид, потому что ее немногочисленные пожитки уже были сложены в корзину, где спала Марилла. Там же поместилась шкатулка с моими драгоценностями. Денег у меня почти не было, но, продав украшения, Рейна могла безбедно жить с детьми несколько лет.

- Господин Ториан, - Вейлис обратился к дворцовому распорядителю, - Принцесса умерла от заразной лихорадки. Я уже болел ею, поэтому мне она не опасна. Пусть сюда принесут необходимое для похорон, я сам все подготовлю и перенесу гроб в траурный зал. Однако при прощании он должен быть закрыт.

- Хорошо, - кивнул тот и повернулся в мою сторону. – Госпожа, примите мои искренние соболезнования. Мне очень жаль. Но… насчет кормилицы… Может, стоит осмотреть ее вещи? Не прихватила ли чего-нибудь ценного?

Все внутри оборвалась, но я тут же взяла себя в руки.

- Я сама сделаю это, Ториан. Рейна все время была с принцессой и могла заразиться. Не стоит подвергать кого-то риску. А мне уже все равно. Я тоже была здесь почти постоянно.

Подойдя к стоящей на полу корзине, я присела на корточки и заслонила ее собою. Откинула крышку, полюбовалась на Мариллу, тихо спящую на подстилке из платьев и белья, со шкатулкой в ногах. Быть может, в последний раз… Закрыла корзину и поднялась.

- Все в порядке. Но я прошу вас проследить за тем, чтобы она покинула дворец как можно быстрее. Лично, не доверяя это кому-то еще. И доложите мне, когда она выйдет за ворота.

- Слушаюсь, госпожа.

Ториан подождал, пока Рейна наденет плащ, и вышел из детской вслед за ней. Я без сил упала на стул рядом с кроваткой, где в платьице Мариллы лежал безымянный мальчик.

- Все будет хорошо, госпожа, - тихо сказал Вейлис. – Все будет хорошо.