Глава 17

Официант принес счет, и Ирина привычно потянулась за кошельком. Подруги в Стэнфорде привили ей подобную привычку: долго и настойчиво втолковывали они подруге с русскими корнями, что мужчина не должен оплачивать счёт. Стоит позволить ему это, как он немедленно потребует реванша.

— Не обижайте меня, — едва ли не испуганно произнес Марк, заметив порыв девушки. — Позвольте мне заплатить за кофе.

Ирина неверяще взглянула на жениха: он это серьезно? У нее не было цели обидеть или оскорбить. Напротив, она привыкла сама расплачиваться по счетам, тем более что никогда не испытывала стеснения в средствах.

Правда, Марк — первый соотечественник, с которым она пришла на свидание. Павел не в счет. Он только друг и никогда не противился разделить счет поровну.

— При чем здесь обида? — искренне не поняла Ирина. Но кошелек все же спрятала.

— Я пригласил вас, потому плачу за кофе, — терпеливо объяснил Марк. — Неужели прежде мужчины позволяли вам оплачивать счета?..

Недоумение на его лице сменилось сомнением. Ирина часто вела себя странно, не как все девушки, с которыми он встречался прежде. К тому же порой у нее проскальзывал акцент, но только в бутике Марк убедился, что Ирина отлично говорит на английском. Она все больше интриговала и очаровывала его. И он даже не пытался этому сопротивляться.

— Да, — кивнула Ирина с мягкой улыбкой. — А почему нет? Что плохого в том, чтобы девушка заплатила за себя в кафе?

— Порой у меня складывается ощущение, что вы явились в мой дом из другой галактики, — признался Марк. — Для вас, может быть, это и неплохо. Но я привык к иному.

— Но у меня есть деньги, — оборвала его Ирина.

Ей все еще был непонятен его порыв. Марк вел себя так, будто она собиралась записать на себя его долги и платить их до конца жизни. Почему для него это так важно? Ирина могла бы сказать, что действительно привыкла к другому. Конечно, она не из другой галактики, но вот на свидании с русским парнем оказалась впервые.

Боясь выдать себя, Ирина судорожно размышляла, как выбраться из щекотливой ситуации. Нервно скомкала салфетку и поджала губы, не понимая, как вести себя дальше.

— Дело не в деньгах, а во внимании, — улыбнулся Марк. Накрыл ее ладонь своей, успокаивая и ободряя. — Я хочу позаботиться о вас, а вы отказываете даже в мелочи. Мужчину делает мужчиной именно способность поддержать и содержать женщину — в том числе в материальном плане.

Подобного откровения Ирина не ожидала. Брови ее темными дугами взлетели вверх, с губ сорвался удивленный возглас. Она словно сняла очки, которые привыкла носить в другой стране. Здесь, на Родине, они оказались ненужными.

Мама Ольга, или Хельга, как привыкли называть ее американские подружки, так долго и настойчиво втолковывала дочери, что настоящие русские мужчины — самые лучшие в мире. Что с ними рядом можно не беспокоиться ни о чем, чувствовать себя любимой и защищенной. Но только сейчас Ирина начала верить ее словам.

— Вот как… — прошептала она. — Это в корне меняет дело. Простите, я действительно немного не в себе. Наверное, всему виной то, что вы хозяин дома, в котором я работаю.

— Был договор, что наедине мы просто пара, мужчина и женщина, — напомнил Марк. — И вообще, предлагаю перейти на «ты».

— Хорошо, — поспешно согласилась Ирина с небольшой поправкой: — Но только вне стен особняка. В противном случае другая прислуга посереет от зависти.

— Звучит как сценарий фильма ужасов, — рассмеялся Марк. — Даже представлять не хочу, что по дому слоняется толпа серых зомби… Или кто там еще имеет серый оттенок кожи?

Веселье жениха передалось и Ирине. Она расслабилась и рассмеялась шутке. Позволила-таки Марку заплатить за кофе и отметила про себя: настала пора пересмотреть установки и, пожалуй, даже некоторые принципы. Роли, которые она играла перед парнями из Стэнфорда, не годятся для новой реальности. Марк совсем другой мужчина, неизведанный прежде экземпляр. И отношение к нему должно быть соответствующим.

— Улыбка так идет тебе, — прошептал Марк, рассматривая профиль отвернувшейся к окну Ирины. — Я еще не встречал девушки красивее и образованнее.

Ирина вспыхнула, точно это был первый услышанный ею комплимент. Стоило обернуться и пристально посмотреть на Марка, как он возобновил наступление. Поднес ее узкую ладошку к лицу и коснулся губами. Сладкая дрожь предвкушения прошла по телу Ирины. Впервые она не хотела сопротивляться, напротив, все в ней молило о продолжении. Глаза прикрылись, точно веки налились свинцовой тяжестью.

Ее тихий вздох заставил Марка возликовать. Наконец-то лед непонимания тронулся и Ирина отбросила броню, став нежной и хрупкой девушкой.

— Наверное, нам пора возвращаться, — неуверенно произнесла она, вновь отворачиваясь к окну. — Уже темнеет…

— Будет дождь, — обронил Марк. — Но разве это страшно?

Ирина покачала головой. Нет, дождя она не боялась. Ни грозы, ни грома, ни молний. Чего она действительно опасалась, так это реакции Марка, когда он узнает об обмане.

Вспомнив об этом, Ирина непроизвольно отдернула руку. Марк с сожалением выпустил ее, поднялся и, обойдя столик, положил ладони на спинку стула девушки.

— Ты снова хочешь сбежать?

— Вовсе нет, — соврала Ирина. — Но нам правда пора возвращаться.

Марк вывел ее на крыльцо кафе. Темное небо заплыло облаками, скрыв солнце. Листья на деревьях колыхались от резких порывов ветра. Первые тяжелые капли дождя резко ударяли по козырьку крыши. В воздухе витал запах грозы.

С улицы пропали пешеходы, окна квартир захлопнулись, даже дворовый кот поспешил укрыться в нише между домами. Казалось, что все замерло в преддверии бури. Настороженная тишина словно предупреждала: скройся, пока еще есть время.

— Позволите? — Ласковый, уверенный голос Марка вывел Ирину из минутного оцепенения. Она обернулась и непонимающе уставилась на жениха.

Не дождавшись ответа, он накинул ей на плечи пиджак. Обнял, чтобы согреть. Заглянул в глаза.

Ирина хотела избежать объятий, уперлась ладошками в его широкую грудь, но не нашла сил оттолкнуть…

В кольце его рук было так тепло и уютно. Свежий цитрусовый аромат его парфюма словно укутал ее от всех бед и напастей. Что там приближающаяся гроза, когда в сердце бушует настоящий ураган?

— Как женщина может быть такой сильной и одновременно хрупкой и нежной? — спросил он внезапно охрипшим голосом.

Ирина пожала плечами, не зная ответа. Мысли в ее голове скакали как раззадоренные весной зайцы. Близость Марка будоражила, заставляя кровь быстрее бежать по венам.

Он осторожно, будто прикасался к хрупкому цветку, дотронулся до лица Ирины, мягко погладил щеку. В его взгляде читалось обещание счастья. В глазах Ирины плескалось искреннее удивление, недоверие и вместе с тем трепет зарождающейся страсти.

Его губы нарыли ее рот дерзким, ослепительно жарким поцелуем.

Она зарылась пальцами в его волосы, с пылом отвечая взаимностью. Его руки переместились на девичью узкую талию. Твердые мужские губы тесно прижались ко рту Ирины, даря несравненное удовольствие.

У нее кружилась голова от близости Марка. Его язык ласкал ее губы, стремясь прорваться внутрь. У нее не осталось сил на сопротивление. И вот его твердый горячий язык проник в ее рот, лаская и изучая. От него пахло только что выпитым кофе и страстью. Поцелуй пьянил и дурманил, точно крепленое вино.

Сладкая эйфория Ирины продлилась недолго. Небо перечеркнула молния, ударил гром. Ливень обрушился на город, точно неведомый гигант перевернул в небе огромный чан с ледяной водой. Косые струи ударили в спину девушки, и она отпрянула.

— Пора возвращаться. — Ее тихий шепот почти заглушил ливень.

Марк прочитал фразу по губам. Он смотрел на Ирину так, словно она была главной ценностью в его жизни. Отпустить ее в тот миг — все равно что лишиться конечности. Добровольно отрезать себе руку или ногу. На короткое мгновение Ирина стала его частью, неотделимой составляющей. И все же Марк слишком отчетливо понимал: излишняя настойчивость только заставит девушку сопротивляться активнее.

— Я довезу тебя до особняка, — предложил он.

— Лучше возьму такси, — смущенно возразила Ирина.

Поцелуй настолько поразил ее, что она никак не могла прийти в себя. Что вдруг на нее нашло? Она никогда не была холодной, но чтобы вдруг вот так, стоя посреди улицы, потерять рассудок? Так делают только школьницы. А Ирины считала себя достаточно опытной, взрослой девушкой, чтобы сойти с ума от одного прикосновения.

Но, как бы она ни корила себя, не могла унять бешено бьющегося сердца. Поцелуй Марка взбудоражил ее, заставил желать большего.

— Уверена? — переспросил он, не скрывая разочарования в голосе.

Засунул руки в карманы брюк, точно избавляясь от настойчивого желания вновь обнять несравненную горничную, прижать и больше никогда не отпускать.

— Да, так будет лучше, — произнесла она. — Для нас обоих.

Поймала такси и, прежде чем уехать, вернула пиджак жениху. Он хотел было вновь поцеловать ее на прощание, но она не позволила даже коснуться ее щеки. Слишком боялась, что водоворот чувств закружит её в диком вихре и утащит в омут страсти. Толкнет совершить то, о чем после она будет дико сожалеть.

— До скорой встречи, — примирительно улыбнулась Ирина и отправила Марку воздушный поцелуй.

Он сделал вид, будто поймал его и приложил к сердцу.

Такси давно отъехало, но Марк не спешил следовать за ним. Не чувствовал ни хлещущих по спине и плечам холодных струй дождя, не слышал раската грома. Внутри него пылал такой пожар, который могла потушить только Ирина. Но, вот беда, она не стремилась подпустить ближе. Стоило ему сделать шаг вперед, как она отходила на два назад. Что за волнующую игру затеяла с ним своенравная горничная?

Вернувшись в особняк, Ирина с головой окунулась в работу. Вызвалась помочь убрать гостиную, несмотря на поздний час. Но даже физическая активность не помогла справиться с тяжкими думами. Горничная с таким упорством натирала мебель воском, что экономка не преминула заметить:

— Осторожнее, деточка, еще немного усилий, и Марку Борисовичу придется покупать не только новую одежду, но и мебель.

— Она это делает нарочно! — подала голос Вера. — Всячески стремится привлечь к себе внимание. И за уборку взялась только для того, чтобы отвести от себя подозрение. Будто мы не знаем, почему она так долго отсутствовала и чем занималась с хозяином.

Гневную речь горничная закончила многозначительным хмыканьем. Сама она не спешила трудиться, скорее делала вид, будто поливает цветы и протирает пыль, чем действительно помогала.

— Мы всего лишь покупали одежду, — вяло возразила Ирина. Переубедить Веру она больше не пыталась, осознавая всю тщетность попыток. — А почему ты еще здесь? Неужели настолько веришь в собственную безнаказанность?

— Не понимаю, о чем ты… — Вера притворилась паинькой.

— Не ругайтесь, девочки, — взмолилась Тетушка. — Марк Борисович сам разберется, кто прав, а кто виноват. Лучше работайте побыстрее. Хотелось бы закончить дела до полуночи.

Ирина последовала совету и через полчаса смогла оказаться в спальне. Не чувствуя ни усталости, ни сонливости, она удобно устроилась на постели, укрывшись с головой одеялом, и набрала номер Лизы. Ей просто необходимо было с кем-то поделиться радостью и сомнениями.

— Что-то случилось? — не на шутку встревожилась Лиза.

Девушки договорились, что будут использовать телефон только в крайнем случае.

— Нет, нет, ничего такого, — тотчас заверила Ирина. — Просто… Хотелось поговорить немного. С тобой рядом нет посторонних?..

Дождавшись отрицательного ответа, Ирина рассказала о встречах с Марком и его настойчивом желании заполучить ее в подружки. О походе в кино, бутик и утренней пробежке. И пусть она не упоминала всех подробностей, по голосу было несложно определить главное.

— Уж не влюбилась ли ты в собственного жениха? — радостно спросила Лиза.

— Похоже на то, — призналась Ирина.

— Значит, твой план удался на славу. Теперь тебе не составит труда лучше узнать Марка. Он ни о чем не подозревает?

— Нет… вроде бы. Но я очень боюсь, что он рассердится, узнав об обмане. Как думаешь, я поступила плохо, не сказав правду о себе?

Лиза не отвечала подозрительно долго. Несколько невыносимо длинных минут в сотовом раздавалось ее шумное дыхание, точно девушке стало плохо.

Ей и на самом деле будто бы не хватало воздуха. Вернее, не хватало смелости признаться и в своем обмане.

Когда к Лизе вернулся дар речи, она произнесла то, о чем так мучительно размышляла:

— Обманывать всегда плохо. Но если Марк в тебя по-настоящему влюбится, то сможет простить. Я очень надеюсь, что маленькая ложь пойдет всем нам во благо.

Слова Лизы немного успокоили Ирину. Поговорив, она все же смогла уснуть, но всю ночь ее преследовали грезы о Марке. Ее подсознание позволяло то, что запрещал рассудок. В сновидениях Ирина зашла так далеко, что наутро проснулась возбужденная и потная.

Наскоро приняв душ, она отправилась на пробежку. После вчерашнего ливня воздух был свеж и прохладен. Мокрые тропинки сада грелись под рассветным солнцем. Птицы вовсю возвещали наступление нового дня.

Неожиданно к их трелям присоединился собачий лай. Он раздавался все ближе и ближе.

На этот раз Ирина была готова к встрече с Барсом. Резко развернулась, присела, встретившись нос к носу с лохматым псом. Гавкнула так, точно была не девушкой, а своенравной гончей.

От неожиданности Барс присел на задние лапы и низко опустил голову.

— То-то же. — Ирина погрозила ему пальцем. — Небось, хотел извалять меня в грязи? Нет, дружок, не выйдет.

На тропинку вышел Марк. Завидев Барса в покорной позе, он изумленно охнул, а после рассмеялся:

— Похоже, тебе, Лиза, удалось совершить невозможное.

— Что именно? — переспросила Ирина, едва заметно поморщившись.

Отзываться на чужое имя она уже привыкла, но не перестала испытывать стыд и неловкость. Особенно перед Марком.

— Укротить вздорный нрав Барса, — отозвался Марк. Подошел ближе, одну ладонь положил на голову пса, второй обнял Ирину. — А что насчет его хозяина? Что мне сделать, чтобы получить еще один поцелуй? Подать голос, сесть на задние лапы?

— Ничего такого, Марк, — ответила Ирина. Ей так нравилось называть жениха по имени, было в этом что-то интимное, теплое. Точно они действительно пара, а не просто хозяин и горничная. — Вы нравитесь мне таким, какой есть. Без дополнительной дрессировки.

Марк потянулся к ее губам, но она подставила щеку. Чувства ее еще не остыли после вчерашнего поцелуя, да и место совершенно неподходящее. Ирина спинным мозгом чувствовала на себе посторонний, прожигающий насквозь взгляд.

— Лестно это слышать, — сказал Марк, делая вид, будто нисколько не расстроен. — Продолжим пробежку вместе?

Ирина кивнула и первой сорвалась с места. Барс ринулся за ней, Марк — следом.

И только Вера, затаившаяся за кустом акации, осталась на месте. Она проследила за Ириной, будучи уверенной, что та ходит вовсе не на пробежку, а на свидание с хозяином.

— Так и знала, что вы любовники, — раздраженно шепнула завистливая горничная. От злости сломала ни в чем не повинную ветку акации и отбросила в сторону. — Ничего, я все равно изведу эту выскочку. На этот раз наверняка.