Глава 4

В приемной было многолюдно. Девушки всех возрастов и цветов щебетали что-то невразумительное, если их слушать вкупе. Из отдельных фраз поняла, что сегодня проходят собеседования на две должности — секретаря приемной и личного помощника директора по маркетингу.

Я со своим образованием, квалификацией и опытом работы могла бы претендовать и на второе, но решила обойтись вариантом попроще. Лучше синица в руках, учитывая мое семейное положение. И нагрузки меньше, и ответственности. Мало ли, придется отпрашиваться с работы. А наверняка придется… В общем, лиха беда начало. Поработаю в приемной, а потом посмотрим, как дело пойдет.

Мне нужна эта работа!

Девушка на ресепшен с округлившимся животом, на чье место, очевидно, искали замену, подала мне стандартную анкету. Быстро пробежавшись взглядом по графам, с удивлением обнаружила, что здесь не требуется расписывать свое семейное положение и количество детей до четырнадцати лет. Ну ладно, наверняка, речь об этом зайдет на собеседовании.

Я нашла место на крохотном диванчике среди кадок с фикусами и быстро заполнила анкету, вернула ее секретарше и мельком осмотрела будущее, надеюсь, место работы. Все очень аккуратно, но непривычно. Нет никаких приглушенных и набивших оскомину бежевых цветов. Все ярко, энергично и вызывает эмоции. Несколько диванов с ярко-красной кожаной обивкой, белые стены, увешанные красочными постерами с изображением быта дальних стран. Это не удивительно, учитывая, что материнская компания является известным туроператором. А «Розовый слон» — одним из дочерних турагентств.

Пожалуй, неплохо я выбрала вариант для собеседования. Если не повезет здесь, то можно будет спросить, не требуются ли сотрудники в другие подразделения. Или сами предложат. В таких крупных организациях всегда так делают.

Приободрившись, с большим оптимизмом осмотрела очередь из соискателей. Мне сообщили, что требуется подождать не менее получаса, прежде чем настанет моя очередь. Поэтому решила спуститься вниз — по дороге сюда приметила кофейню.

Уже встала, как вдруг из лифта выскочил высокий мужчина и уверенно направился в кабинет директора, бросив на ходу секретарю:

— Ко мне под страхом смерти никого не пускать, Маша. Вообще.

— Ясно, Матвей Викторович.

Стремительная походка мужчины не позволила рассмотреть директора по маркетингу, взору предстала только широкая спина, затянутая в дорогую ткань делового костюма. Очевидно, это и есть директор по маркетингу.

Я решила поторопиться и спустилась за кофе быстро, боясь пропустить свою очередь. Стаканчик с черным кофе с двумя кусочками сахара обжигал руки, поэтому пить его сразу не стала. Поспешила в приемную.

Там все было по-прежнему — огромная очередь из соискателей, среди которых затесались и пара молодых парней. Что ж, профессия секретаря давно перестала быть исключительно женской. Стрессоустойчивость тут нужна.

И все-таки, так хочется прыгнуть повыше. Помощником директора — в самый раз. Я решила одним глазком взглянуть на место, которое могло бы стать моим рабочим, если бы я решилась замахнуться повыше. Дверь в промежуточное помещение между приемной с ресепшен и кабинетом руководителя была распахнута. Значит, можно без проблем посмотреть.

Обстановка в комнате площадью около двадцати квадратов оказалась более традиционной. Стены, окрашенные в элегантный платиново-серый цвет, большой рабочий стол не из ДСП, а явно из массива, заставленный оргтехникой. Напротив — кресла для посетителей и маленький диван, обитые белоснежной кожей. Минимум растений завершали декор.

Да, в таком я бы сама поработала.

— Меня ждут! — раздался чуть визгливый женский голос, а вместе с ним на пороге возникла девушка лет двадцати двух с крашеными в блонд волосами. Хотя, кто их сегодня разберет? С таким же успехом ей может быть и за тридцать.

Холеная внешность, высокие каблуки, очень узкая юбка-мини и белая майка, мало что скрывающая. Сплошной диссонанс. Единственное, что звучало в девушке соответственно ее виду — голос и далекие от такта манеры.

Она помчалась было к директорской двери с явным намерением ворваться в кабинет, полностью игнорируя крики секретарши, которой беременность не позволяла быть шустрой.

Вдруг вспомнилось распоряжение директора не пускать вообще никого.

Сама не знаю зачем, преградила путь даме, для надежности даже расставив руки. И сделала это аккурат у закрытой двери, уперевшись в косяки. То есть одной рукой уперлась в косяк, а второй все еще держала стаканчик с бодрящим напитком, поэтому во второй косяк уперлась локтем.

— А ты еще кто? — подофигела блонди, уставившись на меня круглыми глазами, выражавшими недоверие. Как это — ее да не пустили?

— Директор сказал не пускать никого! — веско изрекла я, поверх девичьего плеча уставившись в чуть ошалевшие глаза секретарши, которой все же удалось добраться до двери. Помимо удивления в них читалась и благодарность. Чуть дальше мелькали любопытные физиономии соискательниц.

— Меня можно! — высокомерно фыркнула девушка и попыталась поднырнуть под мой локоть.

Она как-то совсем неловко задела его, от чего стаканчик с кофе подскочил, накренился, и уже чуть остывший напиток частично выплеснулся на крашеную макушку.

Офис огласил истошный женский визг. Почти в тот же миг дверь распахнулась, явив, собственно, начальство.

И я обомлела.

— Что здесь происходит? — на меня уставились глаза цвета маренго того самого незнакомца из магазина, три месяца назад оказавшего помощь в критический момент. Высокие скулы, резко очерченный подбородок, темно-русые очень коротко стриженные волосы. Я его лицо запомнила на всю жизнь.

Кстати, счет за испорченные вещи мне так и не пришел. Что бы это значило?

На самом деле, сейчас занимал другой вопрос — какого хрена? Высшие силы, вы там шутить изволите, что ли?

Будто в ответ в помещении раздался смех. Нет, нервный смешок.

Я огляделась в поисках того, кто издавал неуместные звуки, и осознала, что так нетактично реагирую на всю ситуацию лично я.

— Матвей Викторович, эта девушка… эээ… — начала секретарша, но замолчала..

— Елена Зайцева, — подсказала ей, мысленно уже успев попрощаться с новой работой. Кажется, я только что излишним рвением все испортила.

— Елена помогла мне. Альбина Генриховна хотела пройти в кабинет без записи, а я не успела… потому что… — она выразительно указала на свой живот.

Взгляд директора сначала уткнулся туда же, мельком скользнул по блондинке со стекающими по локонам грязно-коричневыми каплями, готовой лопнуть от ярости. Затем метнулся ко мне, все еще пребывающей в шоке, окинул оценивающим взглядом. То есть наверняка оценил офисный внешний вид.

Я готова была к тому, что во взгляде отразится узнавание. Даже готова была к выражению ужаса на выразительном лице. Но нет.

Мужчина лишь нахмурился:

— Вы кто?

— Я пришла на собеседование…

— Ясно, — перебил меня директор, вмиг растеряв часть привлекательности. — Маша, а где мой кофе? Я же просил десять минут назад.

— Но, Мат…

— Вот, — я, вдруг разозлившись от его невежливости, буквально втиснула в его руку стаканчик с кофе и повернулась, чтобы уйти.

За спиной хлопнула дверь.

Ну вот, идти или не идти на собеседование дальше? Я тут навела шухер, потом большому начальнику нахамила.

Дверь позади вновь заскрипела. Петли им надо смазать.

— Маша, сообщите в отдел кадров, чтобы оформляли Елену Зайцеву. По всем вопросам пусть свяжутся лично со мной. Остальным отбой.

Я удивленно обернулась и успела заметить, как мужчина отсалютовал мне стаканчиком с кофе и вновь захлопнул дверь.

И что это было?