Глава 21

– Это что такое? – я не верю своим глазам.

Кольцо. Красивое такое, аккуратное, но выполнено со вкусом, и что-то мне подсказывает, стоит уйму денег.

– Какое красивое! – дочка радостно хлопает в ладошки. Ей невдомёк, что всё это может значить. – Мамочка, надень, – с любопытством рассматривает украшение, а я во все глаза смотрю на Демида.

– Демид, – не хочу устраивать разборки при ребёнке, стараюсь быть сдержанной и спокойной, хотя внутри всё бушует. – Это лишнее, – с трудом выдавливаю из себя и отвожу взгляд.

– Тебе не нравится? – спрашивает удивлённо, будто не понимает, что дело может быть в другом совершенно. – Я думаю, что размер не изменился за эти годы, – оценивающе смотрит на мои пальцы, а потом и вовсе бесцеремонно берёт ладонь в свою руку и аккуратно надевает кольцо.

Красивое очень. Только на безымянном пальце правой руки ему точно не место, поэтому я демонстративно снимаю подарок бывшего и переодеваю его на другую руку.

– А у меня тоже есть сюрприз для тебя, – натянуто улыбаюсь и встаю из-за стола.

Беру небольшой конвертик с полочки в кухне и протягиваю его Демиду.

– Товары для дома? – Кравцов с любопытством рассматривает сертификат в своих руках. – Спасибо, – старается сделать вид, что рад, но я-то знаю, как на самом деле выглядит преподнесённый мой подарок.

Бывший муж снимает дом. Уж не знаю, почему за все годы не смог себе позволить обзавестись собственным жильём. Но когда-то давно мы мечтали о том, что будем вместе выбирать обои, мебель и всякие приятные штуковины для дома, когда приобретём своё гнёздышко.

И этим подарком я захотела хоть немного напомнить Демиду о прошлом, ковырнуть старые мечты, надавить на чувствительные точки. Правда бывший будто и в самом деле рад подарку, а ведь я так надеялась задеть мужчину.

После ужина я снова измеряю температуру Юленьки и, убедившись, что всё в порядке, отправляю дочку спать. В прошлый новый год она с удовольствием сидела до полуночи и вместе со мной ждала бой курантов, но сегодня из-за болезни выглядит уставшей и даже не спорит, когда я укладываю её в постель.

– А теперь, будь добр, объяснись, – проходя в кухню, снимаю кольцо и кладу его на стол.

Не хочу казаться капризной и невежливой, но и принимать такой недешёвый подарок, не получив внятных объяснений, не хочу.

– Что ты хочешь услышать? – Демид невозмутим, как и всегда. – Я подарил тебе кольцо, хочу вернуть нашу семью, – пожимает широкими плечами.

– Вот так просто? – поражаюсь наглости и самоуверенности Кравцова. – Тебе захотелось, ты так решил, а моё мнение неважно, – эмоционально взмахиваю руками. – А по какому праву, позволь поинтересоваться? – бросаю вызов.

Демид поднимается с места и делает несколько шагов в мою сторону.

– Всё просто: ты – моя женщина, а Юля – мой родная дочь, и я имею полное право решать…

– Что? – я не даю мужчине договорить. – Что ты несёшь, Кравцов, ты же бесплоден? – мне становится смешно.

– Я ошибся, – до дрожи раздражает спокойствие Демида.

– Да с чего взял-то? – эмоции захлёстывают, но я стараюсь держаться, ведь в соседней комнате спит моя маленькая дочурка.

– А вот с этого, – голос Кравцова звучит сталью.

Мужчина лезет в задний карман брюк и вынимает оттуда конверт, который тут же опускает на стол.

– И что это? – складываю руки под грудью, не двигаясь с места.

Сам пусть объяснится, я не собираюсь читать какие-то бумажки лишь ради того, чтобы понять замыслы Демида.

– А это, моя дорогая, тест ДНК, – смакует каждое слово, отчего мне становится дурно. – Я сделал его, чтобы убедиться в своих предположениях, и как видишь… – разводит руками победоносно.

– Ты… – хриплю, пытаясь спросить, как вообще осмелился на такое за моей спиной, но голос подводит.

Отчаянно смотрю в глаза мужчине и не понимаю, что дальше делать. Демид приближается, оттесняя меня к стене, а в его глазах столько всего противоречивого.

– Почему не сказала семь лет назад, что я стану отцом? – бывший муж напирает на меня, уничтожая своей бешеной энергетикой всё свободное пространство вокруг.

Вот он – тот момент, которого я так боялась с самого начала. Демид всё узнал, и теперь смеет обвинять меня, будто я одна виновата в нашем разрыве.

– Я не знала, что беременна… – шепчу пересохшими губами. – Ты уехал, разве я виновата? – защищаю себя, как могу.

– Аха, то есть, виноват я? – выдыхает в губы, прижимая меня к стене твёрдым огромным телом. – Я виноват в том, что ты не посчитала нужным сделать элементарное – просто сообщить мне о том, что у меня будет ребёнок. Просто сообщить, Вика, просто сообщить, – качает головой обречённо. – Это ведь так просто. Но ты предпочла промолчать, скажи, почему?

– Я… – из горла вырывается всхлип.

Бывшему удалось сделать это – удалось заставить меня почувствовать вину за то, что скрыла рождение Юленьки от него. И хоть умом я понимаю, что отчасти Демид прав, он отец и имел право знать обо всём, но сердцем принять не могу. Мне ведь тоже было непросто, почему теперь я одна должна отвечать за последствия?

– Я поступила так, как вышло, и не тебе меня винить, Демид, – шиплю, собравшись с духом. – Не тебе, ясно? Я все эти годы была одна, я, понимаешь? Не ты! – мой голос дрожит.

– А я разве спорю? Просто теперь хочу восполнить тот громадный пробел, который мы вместе создали, Вик, позволь мне сделать это, – пытается взять за руку, но я не даюсь. – Пожалуйста, услышь меня, я всё осознал, правда.

– Осознал? – усмехаюсь горько.

Что-то его попытки выставить меня виноватой мало похожи на осознание.

– Да, осознал. Я хочу всё вернуть, как тебе доказать? – поднимает руку и касается пальцами моего лица. Очерчивает контур, приподнимает подбородок, целует меня в губы. Легко, мимолётно, практически невесомо. – Я люблю тебя по-прежнему, как сумасшедший, позволь мне всё исправить любимая. Я обещаю, что ты об этом не пожалеешь.

Ну, надо же! Обещает он!

Прелесть какая, а как быть с теми обещаниями, что Демид давал ранее?

В ЗАГСе ведь когда-то тоже обещал, что я не пожалею о своём выборе. И что потом было? Учёба, работа, а я на вторых или даже третьих ролях. Сейчас, в тридцать, я понимаю, что это, в общем-то, норма, но тогда, в двадцать три мне безумно не хватало внимания любимого мужа, а он, вместо того, чтобы попытаться как-то исправить ситуацию, просто согласился на развод.

Да и ладно бы, только мне было больно, сейчас на кону стоит гораздо больше – на чаше весов теперь ещё и хрупкое сердечко моей дочери. Если я смогу пережить расставание, то она, привязавшись к Демиду, вряд ли с лёгкостью сможет его отпустить.

– Я не думаю, что это хорошая идея, – цежу сквозь зубы.

Пытаюсь отодвинуться от мужчины, но позади стена, а впереди – он. Его горячее тело прижимается ко мне так тесно, что, кажется, я чувствую каждую мышцу.

– Почему же? – усмехается, будто для себя уже всё решил.

Впрочем, так оно и есть. Демид прёт буром, не задумываясь о том, что я могу быть не согласна с его решением.

– Я боюсь снова наступить на те же грабли, – не знаю, зачем открываю перед ним душу, ведь можно было бы просто послать куда подальше, а я честно рассказываю о своих страхах.

– Ммм, так значит, – задумчиво качает головой.

Мы стоим как раз рядом с дверью, поэтому для Демида не составляет труда протянуть руку и задвинуть щеколду, которая служит нам вместо замка.

– Ты что творишь? – хмурю брови, переживая, что Юля наткнётся на закрытую дверь, если вдруг проснётся и пойдёт меня искать.

– Ничего особенного, – подмигнув, хватает меня под бёдра, прокручивает и усаживает на стол. – Хочу всего лишь проверить, так ли ты боишься на самом деле, как говоришь, – нагло стягивает с моих плеч рукава платья и припадает губами к шее.

Из груди против воли вырывается протяжный стон. Я, как кошка, цепляюсь пальцами за широкие плечи мужчины, и забываю обо всём на свете.

Какая же я слабая…

Не могу противостоять безумному напору бывшего мужа, но как же сладко всё то, что он творит со мной.

– Там же Юля… – шепчу обессилено, оставшись в одном белье.

Демид коротким, резким движением стягивает с себя джемпер и во всей красе демонстрирует мне свой тренированный торс.

Руки против воли прилипают к совершенному телу мужчину, пальцами очерчиваю каждую мышцу.

– Мы быстро, – отвечает Демид и тут же спешит выполнить своё обещание.

Кажется, так нельзя. Это должно быть неромантично и пресно, но вопреки всем ожиданиям, получается безумно запретно и ярко.

– Тшш, – шепчет с нескрываемой улыбкой победителя, прикрывая мой рот ладонью в самом финале.

Обессилев, обвиваю руками крепкий торс бывшего мужа и повисаю на нём, с недовольством при этом косясь на разорванный пакетик фольги, небрежно брошенный Демидом на пол в порыве страсти.

– Ты всегда вот это с собой носишь или специально готовился? – выплёвываю язвительно.

– Конечно, готовился, – отвечает невозмутимо, ладонью приглаживая мои волосы. – Я бы не отказался от сына в придачу к дочурке, но как-то с тобой не посоветовавшись делать это неправильно.

– Ты в конец охамел, Кравцов, – отпихиваю от себя мужчину. – Я ни на что не соглашалась, а ты уже планы строишь, – фыркаю недовольно, хотя в глубине души понимаю, что мне нравится его напор.

Да что там говорить, я с ума схожу не меньше Демида и с радостью отбросила бы в сторону прошлые обиды. Юля была бы рада узнать, что у неё есть папа, к тому же, не лишь бы кто, а её любимый дядь Демид.

Только, увы, на одних ощущениях и эмоциях невозможно построить что-то стоящее, мне важно понимать, что я могу доверять этому мужчине.

А я в этом пока не уверена.

– Вик, – снова приближается и нежно касается пальцами моего лица. – Хватит меня прогонять, после всего это выглядит, мягко говоря, неубедительно, – хитро улыбается и снова пытается втиснуться между моих коленей.

– Ты хам, честно, – произношу без всякой злости.

В чём-то Кравцов прав: я сначала отдаюсь ему, а потом начинаю прогонять, и это действительно выглядит странно.

Можно сколько угодно врать и себе, и ему, что между нами просто секс, но в глубине души я прекрасно знаю, что это не так.

Я по-прежнему люблю бывшего мужа, хотя должна ненавидеть его всем сердцем.

– Ты должна доучиться, – произносит вдруг совершенно не к месту, – я разговаривал с генеральным, и он не против взять тебя на должность терапевта. Пока так, но с условием, что в сентябре ты поступишь, – шокирует меня разговорами о работе.

– У тебя талант – скакать с темы на тему, – уворачиваюсь от очередного поцелуя.

– А зачем тянуть? Я говорю, как есть, не тратя времени, потому что и так упустил его предостаточно. Семь лет, Вик, это ведь не шутка, – шепчет возле уха, слегка касаясь губами кожи.

– Восемь, – грустно напоминаю о том, сколько прошло после развода.

– Тем более. Я буду с Юлькой, ты сможешь спокойно доучиться, клянусь тебе, что больше никуда не уеду, – снова поцелуй.

Такое ощущение, что этими лёгкими касаниями мужчина пытается закрепить каждое произнесённое слово. Будто ставит печать.

– У тебя две должности, Кравцов, как ты собираешься ещё и с ребёнком справляться? – справедливо возмущаюсь, не спеша верить сладким речам бывшего мужа.

Наговорить ведь можно что угодно, а вот сделать потом – нет.

– Я уменьшу нагрузку, – на всё-то у него находится ответ. – Не веришь? Спроси у генерального, он расскажет тебе о том, что я отказался от договора на долгосрочное сотрудничество, – снова удивляет меня, и на этот раз очень приятно.

Вопреки всем сомнениям я хочу согласиться, ведь получить нормальное образование – моя давняя мечта.

– Мне нужно подумать, – игнорирую недовольный взгляд Демида и спрыгиваю со стола, спеша скорее надеть на себя одежду.