Глава 70

Роман Терпеть не могу мягкие матрасы! А этот слишком мягкий. И кровать неудобная. И вообще гостиничный номер так себе, на заявленные четыре звезды явно не тянет. Но мне пофиг. Я устал, не выспался накануне, и меня клонило в сон уже за деловым ужином. А сейчас я, как дебил, лежу и таращусь в потолок! И улыбаюсь. Тоже, как дебил. Блаженной мечтательной улыбкой счастливого идиота. Ягодка сказала, что любит меня! Очень любит. А еще она сказала, что будет скучать и обещала присниться… А я, как назло, не могу уснуть! А, может, плюнуть на все и рвануть к ней? Да, у меня завтра утром важные переговоры. И да, наплевать на них ради ночи с обожаемой Ягодкой – это как раз показать себя незрелым щенком. Таким меня теперь будет считать Мамонтов – после того как я решил заняться реконструкций завода. Ну и хрен с ним. Но рвануть сейчас к Лере… Взрослый ответственный человек никогда бы так не сделал. Особенно, зная, что наша встреча состоится уже завтра вечером. Всего сутки потерпеть! И я потерплю. Я не сорву переговоры, от которых зависит очень многое в этом рискованном проекте. Я взял на себя ответственность и оправдаю ожидания тысяч сотрудников завода. Поворочавшись еще минут пятнадцать я, наконец, засыпаю. И мне снится удивительный сон. Я слышу скрип двери. Какое-то шуршание. Потом, кажется, шелест льющийся воды в ванной… Все эти звуки доносятся до меня как бы издалека. Из-под толщи тяжелого беспокойного сна. Снова легкий скрип двери. И после этого начинается самое удивительное… В мою кровать ныряет Ягодка! Заползает под одеяло. Прижимается ко мне. И я ощущаю, что она абсолютно голая. И влажная после душа. Она мне все-таки приснилась… Она здесь. В моей неудобной гостиничной кровати. – Ты мне снишься? – на всякий случай спрашиваю я. – Конечно. Я же обещала… – Привет, – шепчу я. И зарываюсь лицом в ее волосы. Как я люблю этот запах! И какой он реальный сейчас… Как будто наяву. – Как я по тебе соскучился, моя сладкая Ягодка! – Я заметила. Мои глаза закрыты, но я чувствую, что она улыбается. Ее нежные пальчики на моем члене. Она играет на нем, как на флейте, а он радостно трепещет и вибрирует в ее руках. Она стягивает с меня трусы, я помогаю ей, моя вздыбленная сигнальная ракета рвется навстречу этому прекрасному сновидению… Лера внезапно толкает меня в плечо, и я переворачиваюсь на спину. А она забирается на меня сверху. Ого, какая она смелая в моем сне! Ее губы напротив моих. Она целует меня – это похоже на нежное прикосновение крыльев бабочки… Мне хочется схватить ее, прижать к себе, ворваться языком в ее сладкий рот и насадить ее на нетерпеливо подпрыгивающий член… Но я боюсь. Вдруг от резких движений это прекрасное видение исчезнет? – Только не исчезай, – шепчу я. – Не исчезну, – улыбается Лера. – Обещаешь? – Обещаю. Она соскальзывает ниже. Через секунду я чувствую ее теплые губы на своем члене. Охренительный сон! Я не удерживаюсь от стона и надавливаю на ее затылок. Член в экстазе вибрирует у нее во рту. Его башка упирается в ее нежное нёбо, скользит в горло. Дальше… Глубже… Если бы это было наяву, я бы переживал, что Ягодка задохнется. Но во сне можно все… И я хочу все! Поэтому тяну Леру за волосы. Аккуратно, но сильно. Отрываю ее от своего возмущенного члена. Она тоже возмущается! Смотрит на меня непонимающе. Мол, не отбирай у меня сладкую конфетку. И этот ее жаждущий взгляд в свете фонарей… И эти пухлые губы… И этот изгиб в талии, переходящий в мою божественную “Ламборгини”… Моя голая девочка с членом в руках… Это полный отвал башки! Но мне всего мало. Я хочу сверху. Я хочу ворваться в нее и почувствовать, что мы по-настоящему вместе. Хотя бы во сне. Я пытаюсь перевернуть ее. Но Ягодка сопротивляется! Она снова толкает меня и я покорно падаю на спину. А она садится сверху. Осторожно вбирает в себя головку. Сжимает ее. Член бьется в экстазе, меня тоже трясет от невыносимого возбуждения. А эта властная затейница садится все глубже. И глубже… И глубже… Все плотнее обхватывает мой член, и при этом хрипло стонет… Я не выдерживаю и силой вбиваю последние сантиметры. Ягодка вскрикивает. Замирает…. И начинает скакать на мне, как лихая наездница. Ее грудь подпрыгивает, крутые бедра движутся в нарастающем темпе. Я в обмороке от счастья… Подложив под шею подушку, тянусь языком к ее соску. Вбираю его в себя, щекочу, покусываю. Перехожу к другому… Лера хрипло стонет и впивается ногтями мне в затылок. – Да… – шепчет она. – Это так приятно… Это… Боже! Это самое прекрасное зрелище на свете – подпрыгивающие груди моей любимой у меня перед глазами. И ее сочная задница в моих ладонях… Я то целую ее в страстный рот, то ловлю подпрыгивающие соски губами, то, не выдержав, страстно кусаю ее в плечо. Мы стонем и хрипим. Я упираюсь пятками в неудобный мягкий матрас с такой силой работаю бедрами, что Лера подлетает вверх и чуть ли не слетает с члена. Но тут же приземляется обратно. И с разбегу насаживается на него по самые помидоры. Вскрикивает. И каждый раз я в полутьме вижу, как ее зрачки расширяются… Она выгибается назад. Я чувствую, что уже развязка близко. Помогаю Ягодке, касаясь пальцем возбужденного клитора. Она уже не стонет, а кричит. Падает назад, я ловлю ее и притягиваю к себе. Член содрогается внутри нее, она содрогается в синхронной амплитуде и у меня совсем сносит крышу… Я судорожно обнимаю обмякшую Ягодку. Боюсь, что она внезапно исчезнет. Сон, говорите? У меня в жизни не было такого реального сна! А если это не сон… Да какая, блин, разница! Что бы это ни было – я никуда не отпущу свою любимую девочку.