ГЛАВА 24

ГЛАВА 24

Марат

Не успеваю заснуть с Иришкой на груди, как меня будит настойчивый звонок смартфона.

Млять! Может нахер послать его и дальше спать рядом с теплым уютным девичьим телом?

Но нет, звонок у яблочника настолько резкий и противный, что приходится аккуратно переложить Иришку на подушку, поднять валяющиеся на полу брюки и ответить на звонок.

- Да, Хряк!

- Шторм, ты куда подевался?

- Я тебе сейчас отчитываться буду, угу! – натягиваю боксеры на голую жопу.

- Слушай, полная жопа случилась! В Питере на нас Солницкие наехали. С фирмой полный швах. Как бы заграницу к тамошним челикам ехать не пришлось.

- Чтоб их мать так перетак! – ругаюсь сквозь зубы. – Я ж приеду в Питер, жопы Солницких на британский флаг порву! – рычу недобро.

- Шторм, в Питер надо срочно мотать! А оттуда подберу рейс во Франкфурт-на-Майне, действовать надо быстро, не то без тамошнего филиала останемся.

- Приезжай за мной, я у Ирины массажистки. Адрес помнишь?

- У тебя, что, спину схватило? – в голосе Хряка слышна нервозность.

Ну потому что коли мою поясницу схватило, то все – тушите свет.

- Не-а, со спиной полный порядок. Меня за кое-что другое схватили! – ржу я несмотря на весь песец ситуации.

Хряк понимающе ржёт в ответ, тоже напряжение тупыми шутками снимает.

Бросаю трубку. Матерюсь. Натягивая брюки, отыскиваю под кроватью рубашку и пиджак. Капец мы с Иришкой раздевались – мои вещи по всей комнате летали – так сильно мы с ней стремились к обоюдному соитию.

Оборачиваюсь на Иришку. Такую уютную, теплую, свою.

Она так сладко спит, что будить ее не хочется. Подбираю одеяло, накрываю ее голенькое желанное тело. Еще не хватало, чтобы она простудилась за ночь. Целую ее в сладкие пухлые губки.

- М… Марат… - произносит она во сне охрипшим голосом. А у меня от этого ее голоса опять все встает.

Нет, Марат, нужно идти и разруливать весь трындец что сотворили Солницкие. И я выстегну их хотя бы за то, что даже эту ночь с Иришкой они у меня украли!

- Я должен бежать, ириш, убираю пшеничные пряди от ее лица, глажу по волосам.

Мне не по себе. Припер к бабе, трахнул ее и испаряюсь бесследно. Написать записку – тупо. О, точно! Деньги. Оставлю ей, пускай мальцам от меня подарки купит, и себе цацку какую в ювелирном. У меня с собой не так много налички, но сотку косарей по пятере из кошелька вытаскиваю. Должно хватить. Оставляю на Иришкиной тумбочке.

В кармане брюк снова оживает мой мобильный.

- Шторм, я внизу.

- Все, спускаюсь, Хряк!

Еще раз целую Иришку. Она так охрененно пахнет! Домом, уютом… даже запах молока учуиваю. Небось тройняшкам своим хлопья молоком на завтрак заливает… Не могу оторваться от нее, но бизнес, чтоб его!

Выхожу из квартиры, плотно прикрыв за собой дверь.

* * *

Ирина

Просыпаюсь. Шторы открыты и в окна бьет радостное утреннее солнце. Морщусь. Голова раскалывается так сильно, что любое движение приводит к гвоздю. Раскаленному такому, и впивающемуся в мой череп гвоздю. Мне нельзя пить. Сейчас я снова в этом убедилась.

Бошка-то раскалывается, а вот тело, напротив, легкое-легкое, будто бы его веселящим газом накачали.

Так, Марат. Стоп. Был он или не был? Стараясь не раскрывать глаза шарю по простыни.

- Марат… ты тут? – боже какой хриплый голос! – Принеси мне водички… помираю!

Но в ответ мне тишина.

Неужто приснился?!

Хоть бы приснился!!!

Нахер мне эти проблемы – спать с чужим женихом?

С трудом разлепляю глаза – никого. Видимо придется ползти ползком до кухни, чтобы добыть стакан воды, за который я сейчас готова отдать многое.

Придя немного в себя, понимаю в комнате витает густой запах мускуса. Моя подушка пахнет Маратом. Я этот запах не перепутаю ни с одним в жизни!

Черт, значит не приснилось и не показалось.

Че-е-ерт!!! Откидываю одеяло и понимаю, что бедра мои слиплись. Вообще, черт!!!! Естественно сейчас я прекрасно понимаю от чего именно они слиплись!

Резко сажусь на кровати. Голова кружится, мысли в мозгу ворочаются тяжело, точно гири. Марат вообще обалдел, взяв меня без защиты?! Это же пипец!!! А если я снова залечу? Нет, мне вообще вот эти проблемы под сраку лет нужны? Мне скоро тридцать – я старая больная женщина, с тремя детьми. Ну куда мне еще четвертого?!

Но, может, пронесет, а? Ведь бывает так, что люди занимаются любовью и не беременеют?!

В голову лезут обрывки ночного страстного соития. Тело мое потягивает сладкой медовой истомой. Черт, это что еще такое?

Прекрати, мерзкое предательское тело, и ты туда же? Он – чужой жених, уже однажды заделавший мне тройню и смывшийся в закат. Ничего не напоминает тебе?! Вот где он сейчас? На кухне заваривает для нас растворимый кофе? Если так, то у него еще есть шанс остаться в живых, а вот если он смылся без предупреждения, то пусть держит свои шары крепче, ибо в этот раз я их ему оторву!!!

Раздумаю над всем этим, а глаз в это время падает на прикроватную тумбочку. Чего-чего?!

На тумбе небрежно красуется денежная котлета из пятитысячных купюр. Деньги сто процентов не мои – я свои на картах храню, у детей так же есть детские дебетовые карточки… Тогда это откуда тут?!

Тянусь к деньгам. Машинально перечитываю. Сто тысяч рублей. Сколько-сколько?! Нет, сумма по нынешним временам не такая уж и астрономическая, зарабатывала я и поболее за месяц, но! Откуда блин они тут?!

У Марата из кармана выпали? Вполне вероятно.

С превеликим трудом скидываю свое тело с кровати и в раскоряку иду на поиски бандита. Черт, ноги вместе вообще не сводятся. Я и забыла на сколько Шторм огромен как мужчина. И хотя вчера я кайфовала, выла и стонала от удовольствия под ним, сегодня у меня там все натружено, еще и дергает сладостной болью.

Обойдя пустую квартиру, возвращаюсь обратно в спальню. Марата нигде нет. И его вещей тоже нигде нет. Взгляд снова падает на тумбочку с денежной котлетой.

И тут ка-а-ак вспышка озарения долбанет меня по башке: ведь это он заплатил мне за ночь! Как шлюхе подзаборной кинул деньги и свалил с утра пораньше! Я ему троих детей родила!!! Я мать двух его сыновей и дочери, а он мне за ночь заплатил… да как он мог?! Господи, как мужчины вообще могут быть столь жестокими?!