ГЛАВА 30

ГЛАВА 30

ИРИНА

- Ну, может, кто-нибудь расскажет мне, что здесь происходит? – со строгим видом задаю вопрос моим тройняшкам-сорванцам.

Шоколад и Игрушка все еще в школьных формах, не успели переодеться, как мать призвала их к ответу. Сюрик в домашнем, подпирает подмышкой костыль. Все трое не могут отвести любопытных мордочек от черепашьих деток.

- Я слушаю!

- Ну… это... – мнется Шоколадик.

- Так это же черепашки, мамочка, смотри какие милашки! – невинно хлопает ресничками хитрущая Игрушка. – Сколько их штучек, давайте посчитаем!

- Шестеро. – мрачно пресекаю я попытку детей увильнуть от ответа. – Вы мне зубы не заговаривайте, отвечайте, каким образом Александр Сергеевич родил шестерых детей! Он же - мужчина! Тьфу ты, черепаха! Черепах! Самец, в общем! – сама путаюсь в званиях многодетного папаши. – А вообще, черепахи - не живородящие. Я прочитала в интернете. Александр Сергеевич должен был как минимум отложить яйца!

Надо признать, что скорлупки от яиц нашлись в грунте островка, на который выходит погреться наш Черепах, так что тут все более-менее нормально.

- А до этого, - продолжаю я блистать познаниями из интернета, - Пушкин должен был вынашивать эти яйца вплоть до нескольких месяцев! Вопрос только один! Он – самец! Откуда-дети-то?

Мои тройняхи потупливают взгляды. Точно, они в курсе откуда у нас пополнение.

- Я похожа на попугая? – начинаю закипать.

- Александру Сергеевичу было скучно! – лыбится мне Шоколадик, а Сюрик наоборот, хмурится.

- Да. Именно поэтому мы забрали его из магазина и купили двухсотлитровый аквариум с лампами, островком и прочими ништячками для черепашек. – напоминаю я деткам. – Я прекрасно помню, сколько это все стоило, но чего не сделаешь, дабы развлечь скучающего поэта?

- Но ему все равно было скучно, мам! – гундосит Сюрик.

- Ага, как птичке в золотой клетке! – кивает Шоколадик, глядя на грустную-прегрустную мордочку многодетного папаши.

И он прав. Аквариум и все прочие приспособления к нему обошлись мне в стоимость клетки. И именно, золотой.

- И мы решили приобрести ему подружечку! – очаровательно лыбится мне Игрушка. – Такая девочка красивая в магазине плавала, продавец говорит, «берите», вашему Пушкину понравится. Ну, мы и взяли! – разводит руками, мол это не они, а продавец виноват.

Приехали. Час от часу не легче. Я вроде дома постоянно, а у меня за спиной такие дела вытворяются.

- А… денег откуда взяли? – только и могу выговорить я.

- Я на школьных обедах скопил. – не поднимая взгляда гундосит Сюрик.

- Долго копил? – хмыкаю я, ведь поискала и цены на сайтах магазинов.

- Мы все копили.

Тройняшки энергично кивают, подтверждая.

- А еще дядя Марат дал. – неожиданно признается Шоколадик.

- Марат?! – я в полнейшем шоке. – Он вам денег давал, когда?!

- Ну он нам на мороженное всегда давал при встречах, мам… - гундит Сюрик.

- А я почему об этом не знала? – у меня сегодня прямо день откровений.

- Потому что ты была бы против. Поэтому он втихаря денег отсыпал. Игрушка вон себе тушь для ресниц покупала, а мы с Сюриком черепаху… - решает сдать всю банду Шоколадик.

Игрушка старательно хлопает в потолок длинными намазюканными ресничками.

- Я дорогую, мам, купила, в «алмазном яблоке», за пять тыщ! – признается доча. – Все девчонки упали, когда я достала на перемене! И еще больше поверили, что наш папа бандит-олигарх!

- Надо поддерживать имидж детей олигарха. – ни капли не сомневаясь в своих словах произносит Сюрик.

Вот правильно говорят, что девочки взрослеют раньше мальчиков. Игрушка уже вовсю интересуется косметикой, да не абы какой, только люксом, а пацаны вон черепаху вторую покупают.

- Ну и где же ваша очаровательная невеста Пушкина?!

- Эмм… - снова мнутся дети.

- Боже, ее Александр Сергеевич съел? – пугаюсь я, - Или она выползла из аквариума? Куда делась-то?

- Спокойно, мам. В общем, дело было так! – заводит Шоколадик.

Ну послушаем, он у нас «оратор», вот пусть и потренируется в данном виде искусства.

- В общем мы купили Подружку Пушкина, запустили ее в аквариум. Александр Сергеевич оживился, они гонялись друг за другом. Ты в тот день занятая была, на корпоратив собиралась. А потом, подружка пугливая – то на островке спрячется, то за камни, то в грунт зароется… вот ты ее и не увидела. Мы купили черепаху, и в тот же день к бабуле с ночевкой поехали. Дальше Сюрик сломал ногу, вы были в больнице, мы приехали за вещами…

- А потом?!

- А потом она снесла яйца…

- Та-а-ак…

- Снесла и закопала. Мы испугались.

- Да, мам, побоялись, что она будет нести яйца каждый день, и в итоге у нас будет сто тысяч миллионов черепашат… - гундит Сюрик.

- А потом, мы решили, что раз уж у нас остались яйца, то Александру Сергеевичу больше не будет одиноко! – смотрит на все в позитивном ключе Шоколадик.

- Так где подружка-то?!

- Получается, мы ее купили, на следующий день она отложила яйца, и мы ее вернули обратно, в магазин!

Фух, значит, Марат хоть в этом мне не врал. Черепах в тот роковой вечер было и вправду двое! Почему-то меня сей факт вгоняет в улыбку. Не совсем, Марат, значит конченный, как я о нем думала.

- Посмотри, как выгодно-то получилось! – хлопает в ладоши Игрушка, моментально переводя все в свою пользу. – Купили черепаху, она оставила нам кешбек, теперь Александру Сергеевичу уж точно скучно не будет, вернули черепаху, вернули деньги и на эти деньги я купила себе палеточку!!!

- Какую палеточку?! – бормочу я.

- Так теней же! За десять тысяч! В том же «Алмазном яблоке»! – рдеет от удовольствия Игрушка. – Девчонки в классе не то что попадали – аж завизжали от зависти!!! Теперь-то точно все уверенны, что мы – дети бандита-олигарха!

Моя дочь точно не пропадет. У нее вон тушь и тени для век дороже всей моей косметички за все десять лет вместе взятые…

- Игрушка, но ведь выходит, что ты потратила деньги мальчиков! – строго напоминаю я.

- Они мне сами отдали! – хитрит доча.

- И вам не обидно было? – гляжу на сыновей.

- Она же – девочка! – улыбается Шоколадик, ей эти все мазилки необходимы, а мы что? Мы – мужики, должны радовать женщин, так дядя Марат говорил!

- И потом, она – наша сестра. – гундит Сюрик. Нам для нее ничего не жалко!

На глазах снова слезы. Делаю глубокий вдох и выдох, чтобы не разреветься при малых.

- Идите сюда! – раскрываю для деток свои объятия.

Обнимаю три своих самых любимых на свете головушки, целую. Раздражение как рукой снимает. Все же Марат подарил мне троих самых лучших детей на свете! Четверых! – быстро исправляю саму себя. Уже четверых. С такими братьями и сестричкой нашей крошке точно ничего не будет страшно в этом мире!