ГЛАВА 59
ГЛАВА 59
МАРАТ
- Давайте, мужики, потише! – командую я бригадой хмурых ремонтников, что пригнал мне Хряк в Иришкину квартиру. – Соседи уже приходили, ругались.
Этот дурацкий день никогда не закончится. Я кое-как заказал доставку из ресторана, накормил детей, дал лекарство Коле, усадил Ингу и Сюрика за уроки, а сам погнал решать вопрос с кухней.
Не дело это, в раскуроченной квартире обитать. Еще срач повсюду, но главное – это потолок и раковину заменить, все остальное можно отмыть и почистить.
- Выучил стих, проверь! – заглядывает в кухню Сюрик.
- Давай.
Сын протягивает мне мобильный со страничкой новогоднего стиха.
- Новый год придет к нам в дом
Счастья радости принесет он
- Счастья, радости подарит он! – поправляю я.
- Я так и сказал! – злится Сюрик.
- Все деревья, пни и ели
От счастья все позеленели…
- Все деревья, пни и ели,
Укрылись снегом, побелели… - опять не выдерживаю я.
- Не перебивай! – злится сынок. – Я так и говорю!!!
У меня голова идет кругом.
- Папа Марат, Сюрик не запоминает стихи, это бесполезно! Ему даже логопед диагноз ставил… - снова поясняет мне все Инга.
- Если у него диагноз, - недоумеваю я, - зачем тогда именно ему дали этот стих?
- Издевается училка надо мной. – хмурится Сюрик.
- Вот стерва! Ну ничего, сынок, мы этот стих выучим! Давай заново!
Еще десять раз я выслушиваю исковерканные строчки неизвестного поэта, уже даже хмурые мужики, натягивающие новенький потолок, подсказывают Сюрику строчки, но он никак не может запомнить. В итоге, швыряет телефон на пол и со злости убегает из кухни.
- М-да… - комментирую я это все. – А как же он раньше справлялся?
- Двойки получал, или Коля им притворялся, они же близнецы. Училка не просекала фишки.
- Коля им притворялся? – недоумеваю я. – Как их можно перепутать?!
А теперь Инга подозрительно смотрит на меня.
- Ты правда их различаешь, папа Марат?
- Ну конечно, они совершенно разные! Нет, похожи, разумеется, но я вижу отличия, и ни за что не перепутаю Сюрика с Колей.
- Мама и я тоже видим отличия, а остальные не замечают! Сюрик и Коля часто притворяются друг другом, потому что один понимает в математику, а у второго язык хорошо подвешен!
А Инга очень хитрая, дипломатичная и изворотливая! Разве так бывает, что все трое моих детей взяли от меня качества, присущие мне и поделили на троих?!
- Значит, ты и правда наш папа, раз различаешь пацанов! – улыбается Инга.
- Конечно, ваш! Я даже не сомневаюсь в этом!
Но расчувствоваться от слов дочери мне не дает звонок от Иришки.
- Да, солнышко! – как можно спокойнее говорю я. – Так поздно, чего ты не спишь?
- Как ты там, справляешься? – у Иры тревожный голос. – Мне соседка звонила, кричала что-то про пожар, потоп и скорую!!! Ты что там устроил?!
- Дрррррр - как заорет дрель на весь дом.
- Мужики, потише! – ору я.
- Что происходит?!
- Ириш, все хорошо, ты только не нервничай, - прошу я девушку. – Мы жарили блинчики.
- Господи, мне хоть есть, куда возвращаться из больницы?! – истерически кричит Ира.
- Конечно, есть. – вот сейчас в кухне натянут потолок, поменяют раковину и…
- Боже… так это все правда! Ты спалил мне кухню, залил соседей, а скорая… господи, к кому скорая приезжала?! – обморочным голосом сипит Ириша.
- К Коле… эээ… только…
- К Шоколаду?! Мой малыш пострадал в пожаре?! Шторм, ты в своем уме?!
- Ириша, все хорошо, - тут же заверяю я.
- Я тебя убью, слышишь! Если хоть один волос упал с головы моего ребенка, я тебя прирежу, тварь ты такая!!! Десять лет тебя не видела, еще бы столько же не видела!!!
- Ириша, у Коли просто поднялась температура… - пытаюсь я вставить хоть слово в поток угроз.
- От ожогов?! – обмирает Иришка.
- От каких ожогов? От колы холодной! – поясняю я. – Он хотел пить в магазине, я разрешил ему выпить колы, у него заболело горло и поднялась температура. Приехала врачиха, попыталась сделать ему укол.
- Но он не дается с уколами.
- Я так и понял, взял у нее шприц, сделал сам.
- Сам?! Коле?! Укол?!
- Да… То есть нет… То есть не совсем… Короче, Ириша… как ты с ними справлялась?! Все эти годы?! Одна?! Я полдня провел с детьми и… я боюсь завтра не проснусь, если вообще спать лягу…
- Вот так, Шторм! Почувствовал всю прелесть отцовства?! Понравилось?
Прислоняюсь пылающим лбом к холодной стене.
- Ириша, я очень люблю наших детей, но они…
- Они – дети, Марат! И когда я говорю, что за ними нужен глаз да глаз, я именно это имею ввиду! А ты вон как расхрабрился! Ну и что из этого получилось?
- Я все исправлю, малыш, не нервничай, - заверяю я Иришу.
- Вот ты с ними полдня провел, а я их вынашивала! Рожала! Я первые три года не спала! Вообще не спала! Думала с ума сойду!
- Ириша, тебе памятник надо поставить! – без капли иронии говорю я. – Ноги целовать! Мне правда жаль, что так все получилось! Я бы не бросил тебя, если бы знал, что беременна! Я бы отыскал тебя после ранения!
- Не звезди, Штормовский! – как рявкнет любимая, - Отыскал бы он меня… да ты меня даже не вспомнил!
- Но теперь я тебя не брошу! И детей наших не брошу! Сейчас все исправлю, и будет у тебя кухонька как новая! А вообще знаешь, что, шестеро детей и двое взрослых в твоем скворечнике не поместятся! Так что, как выпишешься из больницы, я заберу тебя в свой дом!
- Иди в задницу! – рявкает Ирина, и бросает трубку.
Тут же звонит мобильный у детей в глубине квартиры.
- Да, мамочка, да, все хорошо, не переживай. Папа Марат? – слышится милый голосок Игрушки. – Он старается. Коле укол сделал. – хихикает. – Правда не ему, а в подушку, но потом дал ему сироп. Коля спит. Температуры нет, я проверяла. Нет, мам, к бабушке не хотим пока. С папой Маратом прикольно. Весело. Все, мамочка, пока, целую!
* * *
Марат
Полночь. Стою, дышу в форточку. Правая бровь отчаянно дергается нервным тиком. На столе остывает кофе. Я устал как собака. Я вымотан морально и физически. У меня нет даже сил принять душ и улечься спать в гостиной на диване.
Коля спит, Сюрик тоже ушел в мальчиковскую. Инга тихонько репетирует танец у себя в комнате.
А у меня такое чувство, будто с утра пораньше пахал мотыгой в поле…
- Папа Марат… - заглядывает в комнату подавленная дочь.
Моргаю три раза, трясу головой, и нацепив улыбку на сводящиеся скулы оборачиваюсь к дочери.
- Отрепетировала свой танец?
- Танец – полное говно…
- Инга, ты же девочка, что за слова?! – а у самого поясницу ломит от усталости, и даже Ириши рядом нет, чтобы промяла.
- Да какая разница, девочка, или мальчик? – у Инги чуть ли не слезы на глазах. – Не получается у меня танцевать, не могу я!
О, господи, только не это… Я тоже ни хрена не понимаю в танцах. Тем более, в девчачьих…
- Я не знаю, что делать… завтра Новогодний праздник, а у меня ничего не получается!!!
Инга все же брызгает слезами. Подается ко мне, я обнимаю ее, неловко глажу по голове. Почему-то мне жаль ее больше пацанов. Маленькая хрупкая девочка. Моя дочь не должна плакать, тем более, по пустякам! Я за ее слезы готов кого угодно убить!
- Так, милая, пойдем, покажешь мне свой танец! – стараюсь я взять себя в руки, и не показать, что смертельно устал.
- Идем. – вздыхает дочь.
У нее милая комната, девчачья спаленка. Она включает колонку негромко, чтобы не перебудить весь дом. Начинает танцевать. Ну, как, танцевать… неловко дергается под музыку. Ну не дано некоторым людям петь, играть музыку, танцевать… так нет же, надо детей унижать и заставлять выглядеть идиотами!
- Вот, меня завтра вообще засмеют за такой танец!!! – выключает Инга колонку и снова плачет навзрыд.
Уф!!! Моя голова просто взрывается от всего этого.
- А может, это, завтра не пойдете в школу? – вдруг озаряет меня. – И не придется, играть, рассказывать стихи и танцевать… Ваша мама меня конечно убьет, но один-то раз можно…
- Нельзя-я-я!!! – продолжает рыдать Инга. – Нам подарки будут раздавать, за таланты! А мы хотим эти подарки-и-и…
- Ну, Коля по-любому на больничном… - бормочу я.
- А мы с Сюриком хотим подарки-и-и…
Что же делать? Нельзя Ингу с таким танцем на сцену пускать…
И тут меня озаряет! Ну конечно! Как я сразу не додумался!!!
- Отставить слезы! – командую я. – Есть выход!
- Какой? – поднимает Игрушка заплаканное личико.
- Есть такой сериал, «Тьюздэй», называется!
Инга удивленно вытаращивает на меня свои глазки.
- Папа Марат… - с придыханием шепчет она. – Ты что, смотрел «Тьюздэй»?!
- Ну да, немного - усмехаюсь я. – Так вот, там эта Тьюздэй танец танцевала…
- Да!!! – вскакивает Инга на ноги, и подпрыгивает от нетерпения. – Папа Марат, ты – гений! – начинает она рыться в интернете, отыскивая видео танца. Этот танец легкий, можно легко его выучить и скосплеить Тьюздэй!
- Что сделать?! – не пойму я.
- Скосплеить… ну, переодеться в персонажа и повторять за ним действия!
Следующий час мы просто дергаемся под музыку, повторяя все движения актрисы из завирусившегося танца. Даже не замечаем, как к нам в комнату заглядывают две одинаковые заспанные мордашки сыновей.
- Что вы тут делаете?
- Ингин танец репетируем, присоединяйтесь!
Они быстро смекают, что к чему и начинают выделываться с нами.
Давно я так не дурачился, тем более с собственными детьми. Не важно, что произошло за день, главное, что сейчас никто из них не плачет, а на оборот с удовольствием дурачится с нами под веселую песенку.