Глава 14

Вероника, выпроводив облагороженного тональником Пашку, расчёсывала перед зеркалом влажные волосы и размышляла, насколько правдивы слова благоверного. Она настолько задумалась, что чуть не выронила расчёску, когда в номер ввалилась Вика, которая имела весьма помятый вид. Ревность ревностью, но девушку стало откровенно жаль. Как бы там ни было, она не виновата, что Дронов не пропускает (или не пропускал?) ни одной юбки, да и не стоит сбрасывать со счетов женскую солидарность.

— Ты как? — Ника поспешила к пошатывающейся соседке. — Каблуки хоть сними, а то точно нос расквасишь.

Коллега сбросила босоножки и кое-как добралась до постели, после чего растянулась на покрывале.

— Можно я прямо щас умру, а? — пробормотала она с несчастным видом.

Вероника вздохнула и достала из сумочки таблетку антипохмелина: благодаря периодическим загулам Паши у неё всегда было с собой пару штук, мало ли. Виктория с благодарностью приняла таблеточку, обильно запив водой, а потом опустошила ещё один стакан. Ну да, как говорил Пашка, «сушняк» на утро ещё тот.

— Ну что, жить будем? — усмехнулась Ника, продолжив заниматься волосами. Времени до общих сборов не так много, а перед началом неплохо бы не только привести себя в порядок, но и ещё раз просмотреть презентацию и перечитать доклад.

— Слушай, а что вчера было? — Вика поморщилась и потёрла виски. — Я проснулась в чужом номере, рядом никого, только мужские вещи. Одежда на мне, следов разврата, кажется, нет. Помню, мы с тобой пришли к мальчикам в номер, потом вы со Славой куда-то исчезли… Кстати, куда вы делись? Оборачиваюсь — а вас и след простыл.

«Выходит, она не видела нашего со Славой поцелуя, слишком была Пашей занята…» — то ли обрадовалась, то ли расстроилась Ника.

— Да я за ужином что-то не то съела, и мне нехорошо стало, нужно было на воздух срочно, а Славка сопроводил, — на ходу сочинила она. — Не бросит же он девушку одну среди ночи.

— Ну да, ну да, он молодец. А Петров (это коллега, с которым я приехала) точно не поднял бы свой рыхлый зад, чтобы мне помочь. Ну и чёрт с ним. Когда вы ушли, мы с Пашей разговаривали и что-то пили, а дальше всё, темнота… Эх, что же ты мне не сказала, что эти ребята с тобой приехали, я бы тогда на них не зарилась, — соседка села на кровати. — Можешь, пожалуйста, подкатить чемодан?

— Так я сама понятия не имела, что ты о них говоришь, пока не увидела, — Вероника исполнила просьбу, и девушка стала копаться в вещах, очевидно, выискивая, что наденет на тренинг. — А потом тебе, кажется, стало не до разговоров, — сказала Ника резче, чем собиралась.

— Ага, Паша такой лапочка-а… — протянула Полевая, и у Ники непроизвольно сжались кулаки. — Прямо ух! Жаль, что уже занят. Но я ж тогда не знала! А тебе всё-таки кто из них больше нравится? — соседка вынырнула из чемодана и глянула с любопытством, но потом возобновила поиски одежды. — Или ты и сама ещё не определилась?

Ещё вчера вечером Вероника бы однозначно назвала имя Паши, но сейчас… сейчас действительно не могла ответить на этот вопрос.

— Не определилась, — ответила она честно.

— Тогда определяйся, подруга, определяйся. Не совсем поняла, в каких вы трое отношениях, но держи ухо востро, не то Пашеньку у тебя из-под носа утащат. Не все такие, как я, уведут — и глазом не моргнут, — со знанием дела поиграла бровями Виктория.

«Знала бы ты, какой на самом деле Слава, то вовсе не на Пашку положила бы глаз, — неожиданно для самой себя подумала Ника, но быстро спохватилась. — Да что за бред я несу?! Во-первых, я так толком и не рассмотрела его физиономию, а во-вторых, там такой характер, что лучше сразу в гроб лечь, чем с ним жить».

— Ладно, надо ползти в душ, — вздохнула Вика и, взяв вещи и косметичку, поплелась в ванную.

«Так, надо узнать у Паши, что там всё-таки произошло и о каком таком недоразумении он говорил».

Её решения относительно их отношений это всё равно не изменит, но хотя бы прояснит ситуацию.

Пока Полевой не было, Вероника успела закончить причёску, одеться, нанести минимум косметики и подзависнуть в ноутбуке. Впрочем, девушка вернулась в комнату буквально другим человеком. Элегантное платье, неброский макияж, аккуратно подобранные волосы… В общем, Вика разделяла работу и развлечения, а это значит, что она может оказаться достойным соперником на сегодняшнем мероприятии.

— Ты как выступать будешь? В паре со своими парнями? Или вы решили по отдельности? — поинтересовалась она.

— Я решила, что каждый будет за себя, — не стала скрывать Ника.

— Вот и правильно. Я своего тоже отправила в одиночное плавание, а то вечно на вторых ролях сижу. Ну что, подружка, проявим себя? Покажем мужикам, из чего сделаны? — Вика подняла ладонь в приглашающем жесте, и Вероника согласно по ней хлопнула.

— Ещё как покажем!

В актовом зале уже толпился народ, хотя до начала мероприятия было ещё полно времени. Через большие окна в помещение попадало достаточно света, но тем не менее вдоль стен неярко горели забавные подсвечники в виде подсолнухов. Что и не удивительно, если учитывать название гостиницы — «Солнечная».

Вероника с Викторией наскоро перекусили в ресторанчике и, по пути получив пару комплиментов, поспешили сюда, чтобы встретить своих мужчин. Ника, в отличие от коллеги, надела не платье, а приталенную блузку из кремово-белой ткани и расходящуюся к низу юбку до колен ей в тон. Образ получился лёгким, летним, свежим и одновременно достаточно сдержанным.

Пошарив по залу глазами, Вика помахала упитанному мужчине, расположившемуся на третьем ряду (вероятно, это тот самый Петров, её напарник), и, шепнув Нике слова напутствия, направилась сквозь толпу, покачивая бёдрами и заставляя некоторых мужчин оборачиваться. Кажется, девушка решила, что работа работой, но сети расставить всё же стоит.

Слава и Паша тоже были уже здесь, заняв места на заднем ряду. Отличная диспозиция, чтобы тебя заметили, ничего не скажешь! Может, стоило вообще остаться в коридоре и подслушивать через дверь?!

Хотя если учитывать Пашину ситуацию, лучшего места и не придумаешь, а они со Славой вынуждены поддержать коллегу и сесть рядом, чтобы сотрудники одного филиала находились в одном месте. Что касается подготовки, доклад Дронов настрочить успел и даже распечатал, а над презентацией как раз трудился в поте лица, аж дым из ушей валил.

Поскольку выступать им предстоит под конец, у Пашки есть шанс успеть, прячась от Дятлова за спинами других участников. А ведь ещё нужно параллельно принимать участие в самом тренинге. В общем, задачка несостоявшемуся мужу предстояла непростая, но он сам виноват, так что пусть теперь выкручивается и покажет класс!

Слава же был спокоен и уверен в себе. Насколько видела Ника, с его презентацией и докладом всё было в порядке, а судя по тому, как он уделал Пашу на соревнованиях между командами, с выступлением проблем возникнуть тоже не должно. А вдруг Ковалевский выступит так здорово, что повышение отдадут ему, а не Дронову?!

«Вот и отлично, скатертью дорожка!»

Она еле выдержала одну неделю со Славой, а если он и дальше продолжит работать с ними и вмешиваться в её жизнь… Пусть бы ехал куда подальше и не нарушал с трудом обретённый покой!

Вероника не выспалась (что и неудивительно после такой-то ночки!) и отчаянно пыталась подавить зевоту, но потом общая атмосфера и жужжание множества голосов стали прогонять остатки сна. Однако не мешало бы закрепить эффект дополнительной порцией кофе.

Ника решила вспомнить, что она девушка, а не девочка на побегушках, поэтому произнесла с намёком (наверняка Вика поступила бы именно так):

— Я бы не отказалась от чашечки кофе…

Пашка вздохнул, потёр здоровый глаз (второй, видимо, трогать опасался, чтобы тональник не сошёл) и поднялся, но Слава, который тоже встал, положил ему руку на плечо:

— Не надо, я схожу, у тебя и так времени мало.

Пашка глянул на Нику, опустился обратно и снова нырнул в ноутбук, ещё активнее заработав мышкой. А Ковалевский тем временем удалился с царским видом, будто сам решил прогуляться, а не выполняет чью-то завуалированную просьбу.

Вернулся он довольно быстро, неся на специальной подставочке три закрытых стаканчика кофе, а в другой руке — три круассана. Надо же, какой заботливый, обо всех подумал. Однако на входе его остановил работник гостиницы:

— Простите, с едой в зал нельзя.

Слава глянул на Нику, которая сидела недалеко от входа, мол, что делать будем?

— Паш, я скоро вернусь, а потом тебе тоже неплохо бы перекусить, — услышав его «угу», она направилась к Ковалевскому, оставив Дронова присматривать за вещами и стучать по клавишам.

Забрав у Славки свой кофе, Вероника отошла в сторонку и с воодушевлением приникла к стаканчику, а потом вгрызлась в круассан, наслаждаясь клубничной начинкой.

— Эм, а меня не покормишь? А то руки заняты, — попросил Ковалевский.

И действительно, в одной руке у Славика был стакан, из которого он пил, а в другой — Пашин кофе и два круассана.

— Похоже, у меня нет выбора, — философски пожала плечами Ника. — Не могу же я оставить кормильца и поильца голодным!

На эти несколько часов, когда их филиал должен быть одним целым, она решила отбросить былые обиды и работать на общий результат. Поэтому, развернув второй круассан, поднесла его к губам Славки, которые приоткрылись, обнажая ровные зубы с ярко выраженными клыками, впившиеся в несчастную выпечку.

В уголке рта появилась клубничная начинка, похожая на капельку крови, совсем как ночью, когда Вероника прокусила ему губу. Да и поджившая ранка тоже напоминала события минувшего вечера. Потом мелькнул розовый язык, проворно слизывая начинку, после чего задержался на ранке, и Нике отчего-то стало жарко.

Вскинув взгляд, она увидела, что парень наблюдает за ней и, по всей видимости, специально устроил это чувственное шоу, значение которого понимали только они вдвоём. Нет, ну не гадёныш ли?!

Ника приняла вызов, зло откусила свой круассан и устроила ответное шоу, нарочито медленно слизывая начинку с уголков рта. На губах Ковалевского расцвела улыбка, а глаза за стёклами очков хитро прищурились. Очередной укус, не отрывая взгляда от лица Ники, вызвал толпу мурашек по всему телу, и она поспешила тоже откусить, с опозданием понимая, что они поменялись местами и гадский Славка ел только что её круассан, а она (чисто по инерции откусив другой) теперь приникла губами туда, где совсем недавно был его рот. Подловил, сволочь!

Хотелось закричать, выплюнуть еду прямо в его ухмыляющуюся физиономию и опрокинуть на голову кофе. Усилием воли Вероника заставила себя прожевать и проглотить. Затем, подумав, доела Славкин круассан, а свой протянула было Ковалевскому, а когда тот потянулся к нему губами, быстро отдёрнула руку и прицельным броском отправила в ближайшую урну.

— Тем, кто играет не по правилам, еда не положена, — сказала, глядя в его наглые глаза.

Славик, проведя взглядом несправедливо пострадавший круассан, поиграл бровями:

— Так по правилам неинтересно, Вер.

— Тогда век тебе ходить голодным, Мухоморчик, сочувствую, — и, допив кофе, выбросила пустой стаканчик, после чего вернулась в зал.

Пашка, как оказалось, одним глазом смотрел в монитор, а вторым косил в сторону выхода. На мгновение его стало даже жаль.

— Ну как ты, взбодрилась? — тут же спросил парень.

— О да-а, и даже очень, — ответила Ника, радуясь, что отсюда было не видно, как она кормила Славку. — Иди тоже кофе попей. Там, кстати, ещё круассан есть (если, конечно, Славка его не съел). И Паш, давай быстрее, а то скоро начнётся.

Когда Дронов потопал в коридор, Вероника быстро сцапала его доклад и просмотрела по диагонали. А молодец ненаглядный, хорошо подготовился за такой короткий срок. Ну вот может, если не ленится. Теперь только рассказать всё это, почти не заглядывая в текст.

«Так-с, а что там с презентацией?»

Презентация была готова процентов на шестьдесят, и, зная Пашу, можно быть уверенной, что даже с учётом участия в тренинге он успеет на скорую руку закончить. Выучит ли все пункты, которые нужно озвучить, — это уже другой разговор. Но тут, как говорится, его проблемы, пусть привыкает работать самостоятельно.

Стало интересно, как подготовился Слава, но заглядывать в его компьютер Ника не решилась, к тому же парни как раз показались на пороге в компании импозантного мужчины лет сорока пяти со слегка поседевшими висками. Его острый взгляд, казалось, заглядывал в душу, а аура безошибочно выдавала лидера. И если только Ника хоть что-нибудь понимает в людях, то это должен быть Дятлов, больше некому. Она много о нём слышала, но ни разу не видела его фотографий.

— А это, Валерий Максимович, Вероника Королёва, — представил её Славик странным хрипловатым голосом, подходя ближе. — Муза и фея нашего филиала. Успевает всё и сразу, готова к любым неожиданностям и не боится экспериментировать.

После этих слов Ковалевского захотелось закопать живьём прямо тут, и плевать, что под полом имеется немаленький слой фундамента. Взгляд Дятлова стал хищным, изучающим. У Ники мурашки по телу пошли, но она встала и, слегка улыбнувшись, кивнула, пробормотав вежливое приветствие. Ну вот, теперь он будет усиленно к ней присматриваться, что и не удивительно после Славкиных дифирамбов.

— С удовольствием послушаю ваше сегодняшнее выступление, — сказал мужчина. — И ты, Слав, покажи остальным, что умеешь, — он кивнул Ковалевскому и направился к первым рядам, а потом поднялся на небольшую сцену.

«Ну да, Славка же приехал из столичного филиала, так что, по идее, они должны хорошо друг друга знать».

Народ в зале стал стихать, работник гостиницы прикрыл дверь. Паша со Славиком расселись по местам, и Дронов, прячась за спинами впереди сидящих людей, снова уставился в монитор, время от времени поднимая взгляд на сцену.