Эпилог

- Ванька, ты уже уходишь?

Застаю своего травмированного братца бесконечно хмурого за надеванием куртки.

- Голова болит. Да у вас и без меня тут всё отлично.

- Вань, что с тобой? Ты в последний год сам не свой. Одичалый какой-то. Всегда был парень-рубаха, а теперь не хуже колючей меня.

Он стоит, нависая надо мной одной большой тучей. Кажется, вырос ещё больше. Сплошные мышцы и нервы. Куда ни ткни…

- Наверное, это у нас наследственное, – угрюмо хныкает. – У меня позже проявилось.

- Ванька… - расстроенно шепчу ему и хватаю за локти, не желая отпускать его такого в ночь…

- Всё нормально, Иголка. Ты лучше скажи, что тебе Ольга говорила перед уходом.

Удивлённо дёрнула бровью.

- Ничего такого. А что?

- А если подробнее.

- Подробнее… договорились встретиться, поболтать. Тем более у нас, как оказалось, много общего.

- Да ну?

- Ой, Вань! Сарказма поменьше, а мозгов побольше. У неё сын, у меня сын… мамам всегда есть что обсудить.

Брат как-то подозрительно прищуривается.

- Сын? Она же не замужем, вроде.

- О, так ты сам всё знаешь. К чему расспросы?

- У неё старая фамилия на бейджике была, а еще нет кольца.

- Какая дедукция! Браво, Ванька.

- Сколько пацану? – теряя терпение, он меня перебивает.

- Четыре. А есть разница?

А вот тут он реально теряется. В знакомой нервной привычке проводит пятернёй по волосам и морщится от боли. Забыл про раны.

- Есть, если твоя принципиальная подруга соврала мне пять лет назад.

- Ванька, ты о чём?

- О том, что у меня, походу, есть сын, которому четыре года и у которого мать коза!

Больше ничего не говоря, брат молниеносно покидает квартиру.

А я … придётся держать руку на пульсе этого события. Как бы мой раненый братец-кролик не учудил чего-нибудь!

Конец