Глава 36

В пятницу вечером я заканчивала пятнадцатое задание от Павла Юрьевича — мы вместе с Катей отправились в день донора, который ежегодно проходит в университете благодаря медицинскому институту и собрали много информации для репортажа — данный сюжет покажут по студенческому телевидению. Катя задала вопросы, а я должна своим голосом рассказать о мероприятии. Поначалу мне казалось это несложным — просто возьми и прочитай. Но оказалось дикция у меня не очень хорошая, и приходится один и тот же абзац перечитывать по двадцать раз. Но я не унывала, ведь за это задание обещали две тысячи.

Правда почему-то мой старый энтузиазм и восторг за работу пропал. Каждый день мое тело терзала усталость. От новых заданий я не прыгала от радости, а лишь мрачно вздыхала и надеялась, что оно будет последним. Но жизнь постоянно кипит разными событиями, и моя работа будет бесконечной. И меня это огорчало. Меня пугали эти чувства, я пыталась с ними бороться и заставлять себя бежать на работу со всей радостью…но саму себя обманывать не получалось.

Я устала от журналистики. Даже учеба меня не вдохновляла. Меня огорчала мысль, что это не моя профессия…но как мне быть?

Может я просто еще не привыкла к двойной нагрузке? Пары, домашние задания, курсовые, рефераты, написание научной статьи, подготовка к выступлению на конференции, вечная беготня по работе…Мне хотелось уснуть надолго. Уснуть под приятный шум волн, обволакивающий мой слух. Под лучами солнца, греющими мою кожу. Рядом с Эдгаром, ощущая тепло его тела. И никуда не спешить. Никуда не торопиться. Не смотреть на часы. Забить на все и вдыхать соленый аромат моря.

Даже деньги не приносили мне восторга. Они давали мне еду, но не давали покоя.

А еще мне так нравилась Катя. Такая милая, добрая девушка. Она чем-то похожа на меня. Я хотела позвать ее погулять, но почему-то до сих пор не решалась…боялась, что она пошлет меня…

— Восстановить силы после сдачи крови можно было прямо на месте. Каждому сдавшему кровь полагается сладкий чай, перекус и финансовое вознаграждение. — читала я выразительно в динамик диктофона, проговаривая каждый слог с такой же сокрушительной жестокостью, как вылетает патрон из дула автомата. Мой привычный тихий голос стал напоминать баритон хладнокровного робота. — Вся процедура занимает около получаса, ведь в университете такое мероприятие проходит не в первый раз, все действия уже хорошо знакомы и отработаны. Последняя акция состоялась в сентябре, следующая планируется уже в мае.

Кто-то по двери постучался, и я вздрогнула и уронила телефон на стол. Ну вот кто опять мне помешал?! Андрей?! Я прибью тебя за это!

Открыла дверь и увидела перед собой Захара. Парень сжимал зубами розу, верхние пуговицы его рубашки были расстегнуты и обнажали его мускулистую загорелую грудь. Хищный азартный взгляд впивался в меня, взъерошенные волосы блестели от лучей солнца и манили прикоснуться к их золотистому шелку. От парня исходил до жути приятный, сладостный аромат одеколона. На влажных губах застыли блики. Выглядел он, конечно, сексуально…чем меня еще больше оттолкнул.

— Чего тебе? — холодно спросила я.

— Это тебе. — он ближе приблизился ко мне, наклонился и опустил глаза на розу. Это такой намек, чтобы я ее из его рта взяла? Рукой взяла? Или тоже зубами, невзначай коснувшись своими губами к его губам?

— Прости, но я не могу ее взять. — быстро ответила я, почувствовав, как на щеках вспыхнул румянец. Захар заметил это и еще шире улыбнулся.

— Почему? — он еще ближе приблизился ко мне, и аромат его одеколона накрыл мне лицо и проник в нос. Ох, так вкусно пахнет. Этот аромат не на шутку ударил по голове…

Но меня больше возбуждал запах Эдгара. Его аромат околдовывал меня и мощным порывом срывал крышу.

Я сделала шаг назад, и парень зашел в комнату.

— Захар! — я почувствовала, как меня начала раздражать эта ситуация. Тряхнув головой, чтобы отбросить с головы этот вкусный аромат, одурманивающий сознание, я торопливо проговорила: — Прости, ты милый парень, но я уже занята другим!

— Так ты же с этим рассталась, разве нет? — вытащив изо рта розу, в недоумении спросил Захар.

— Да, рассталась! Но у меня уже другой!

— Кто? Этот придурок Андрей?

От имени «Андрей» меня уже начинало мутить. Ком в горле встал, и я резко проглотила его вязкой слюной.

— Нет, другой!

Азарт в глазах парня потух.

— Серьезно? Ты опять занята?

— Ну да… — кивнула я. — прости. — мрачно выдохнула. — Я не хотела, чтобы так получилось. Но моему парню не нравится, что за мной бегает Андрей и…ты.

Захар молча вручил мне в руки розу:

— Прости. Я тебя понял.

— Как так вообще получилось? — не понимала я.

— Получилось что?

— Что ты в меня влюбился?

Захар с виду помрачнел.

— Ты обаятельная, у тебя красивые глаза, и от тебя вкусно пахнет. — повторил он точь-в-точь слова Эдгара, отчего мое сердце громко стукнуло по ребру. — Ты мне еще с сентября нравилась, но твой отказ громом по мне ударил. Я решил выплеснуть все свои чувства на Владу, дабы сделать себе легче… — проговорил он слишком душевным тоном, застегивая пуговицы рубашки. — но легче мне не становилось. Я обманывал Владу и самого себя, а моя любовь к тебе продолжала медленно меня убивать. Я бросил Владу, чтобы прекратить этот обман и серьезно занялся спортом. Но после того проклятого интервью, черт его подери, у меня что-то щелкнуло в голове, и я подумал, что между нами может что-то быть…ты же с Мартыновым рассталась…но раз ты занята, то ладно. Удачи вам с парнем. Не буду его напрягать.

Захар был готов выйти из комнаты, и я его быстро остановила:

— Постой! Может нам…просто дружить?

Когда-то этот вопрос я задала полгода назад и получила на него отрицательный ответ…но может сейчас Захар согласится?

Но парень молча покачал головой:

— Мы либо встречаемся, либо друг друга не знаем. Подруги мне не нужны.

— Тогда…ладно. — я тяжело вздохнула.

Парень вышел из комнаты, и я опять ощутила себя виноватой. Не знаю почему, ведь я все сделала правильно. Я ведь Эдгара люблю. Но почему-то попрощаться с Захаром вновь стало грустно. Он заступался за меня много раз. И он, в отличие от идиота Андрея, не стал соревноваться с Эдгаром за мое внимание.

Они с Владой были красивой парой. Жаль, что он ее бросил. Жаль, что причиной их разрыва стала я. Жаль, что Захар не хочет со мной простой дружбы. Не хочет, чтобы она только нас связывала, больше ничего.

Ну что поделать. Это его выбор. Я предавать Эдгара не собираюсь. И мучать Захара не хочу. Надеюсь, он встретит ту девушку, и не будет обманом обрушать на нее те чувства, которые были адресованы мне. Пусть он искренно влюбится в ту, что заслужила это.

В комнату вновь постучались. Неужели Захар передумал? Я быстро открыла дверь и увидела перед собой Катю. Она мило мне улыбнулась. Выглядела такой бодрой, словно журналистика искрила ее изнутри и заряжала мощным порывом энтузиазма и вдохновения. Не то, что у меня. Стало даже паршиво от этого сравнения.

— Привет, ты уже закончила?

— Почти. — устало ответила я. — мне еще два синхрона сделать, и я тебе скину.

— Хорошо, жду. — Катя уже была готова уйти.

Она вновь уйдет, и я опять ее не позову гулять. Опять потеряю шанс с ней подружиться.

— Катя, постой!

Она остановилась.

— Катя…ты не хочешь на выходных погулять? — нерешительно спросила я.

Ну наконец-то я задала этот вопрос! Тяжесть за собственные страхи мгновенно поглотилась в воздухе.

— На выходных будет в общежитии вечеринка. — сказала Катя. — Если хочешь, можем вместе на ней побыть.

Вечеринка…ничего себе. Я так давно не развлекалась, что даже забыла, что такое вечеринка.

И одно это слово пронзило меня зарядом энергии. Мне хотелось расслабиться. Отвлечься. Забыть о учебе и работе. Ощутить сладкий вкус молодости и оторваться с безумной силой.

Я хотела пойти на эту вечеринку.

— Хорошо! — радостно кивнула я. — А гостей звать можно? Как было с Хэллоуином?

Без Эдгара эта вечеринка накроется темными красками и потеряет весь этот вкус бурного веселья.

— Да можно, — кивнула Катя. — правда мне звать особо некого. — грустно дрогнул ее голос.

— Зато мне есть кого. — я хитро улыбнулась. Эдгар с Гошей точно придут. И мы снова будем вчетвером, как в сентябре, только вместо Лизы будет Катя.

***

Наступил март. Снег полностью растаял на дорогах, солнце выглянуло из высотных зданий ещё выше и начало отбрасывать на город теплые лучи. Скоро высохшую жёлтую траву заменит свежая зелёная, скоро на деревьях появятся почки.

А Стас Мартынов как пил, так и продолжал пить. За целый февраль лёгкая выпивка превратилась в настоящую алкогольную зависимость. Он пытался заглушить боль, но она не покидала его и всё также свирепо его терзала. Ничто не помогало от неё избавиться. Алкоголь лишь на время облегчал парню состояние, но когда он трезвел, боль вновь заполняла его душу.

Демьян помог брату вернуть машину. Искал способ, как подставить Филиппа и выгнать его из директорского кресла. Но любимую девушку вернуть он не поможет…

Каждый день у Стаса проходил мучительно и уныло. Днём работа. Ночью алкоголь. На других девушек смотреть было тошно. Он временами посещал ночной клуб и веселился с некоторыми пьяными легкодоступными, но развлечение с ними лишь сильней травило наполненные ядом раны на собственном сердце. Отвращало его все…Хотелось видеть одну. Но мысль о ней лишь разрывала все нутро.

Стас посвятил ей около двадцати песен. Писал ей с десятки аккаунтов, но Саша не шла к нему навстречу. Она теперь с другим. Как же Стасу это было невыносимо осознавать. Как же больно было засыпать, представляя, как она спала с другим. Уснуть было пыткой. Только алкоголь помогал отключиться без мучительного градуса горечи и отчаяния.

Лера не отчаивалась и навещала Стаса чуть ли не каждый день. Но парень, видя её через глазок, либо посылал, либо делал вид, что дома никого нет.

Но в один день в голове будто что-то щёлкнуло, и он впустил Леру.

— Проходи.

Лера чуть не засияла от счастья.

— Как твои дела? — поинтересовалась она, заметив, что парень выглядел очень плохо. Не бритый, зарос, волосы давно не стриг, и они торчали в разные стороны, а в глазах отражалось тусклая боль.

— Плохо. — угрюмо ответил парень. — Зачем пришла?

Лера достала с пакета блестящую бутылку виски:

— Не хочешь вместе выпить?

***

На выходных намечалась обычная студенческая дискотека в бывшем тренажерном зале. Нет дресс-кода и определенной тематики, но можно также пригласить других, но только до двенадцати вечера. Эдгар и Гоша согласились приехать.

Надеюсь, что эта дискотека пройдет без сюрпризов. Хотя их не должно быть, Стаса же тут не будет. Леры тем более. А вот Андрей под вопросом…Он единственный, кто может все испортить.

Ближе к восьми вечера я уже собралась и надела синюю юбку с длинными черными чулками и короткий белый топ. Уже предвкушала эту дискотеку. За последнее время я так ужасно вымоталась с этой научной статьей, работой и учебой, что просто хотелось развеется.

Чулки плотно обтягивали ноги. Эдгар сегодня будет смотреть только на меня. Остальные фанатки станут серым пятном для него. Одна я буду центром его мира.

Я не одна собиралась на дискотеку. Маша надела короткое платье — эта пышная девушка явно без комплексов. У нее по бокам висел жир, а ей хоть бы хны. Любовалась своим отражением в зеркале, закручивая пальцами кудряшки. Мне бы такую высокую самооценку.

Я настырно чесала пряди волос расческой, пытаясь сделать их пышнее. Карина лежала на кровати надутая. Она явно не горела желанием идти сегодня на вечеринку. Девушка обнимала подушку, недовольным взглядом сверля потолок. Узкие брови сливались с ее темно-русыми корнями волос, разбросанными по одеялу со светлыми закрученными спиралью кончиками.

— Карина, будь веселее! — подбодрила ее Маша, проводя красной помадой по губе.

— Не пойду я никуда. — мрачно вздохнула Карина, смотря в потолок. У девушки уже немного выглядывал живот. — Андрей меня послал, мириться не хочет. Сказал, любит другую.

Я нервно царапнула по ногтю.

— Лиза будет с Демьяном танцевать. А мне что делать? Брошенной, беременной… — бормотала обиженным голосом под нос Карина.

Маша присела рядом с ней и взяла за руку:

— Сегодня придут друзья моего Тараса, я тебя с ним познакомлю. Может ты кому-нибудь понравишься.

Карина фыркнула:

— Я лучше выслежу новый любовный интерес Андрея. Интересно, в кого он там втюрился…

— Зачем? — не поняла Маша. — Зачем тебе в очередной раз ощущать предательство? Это же так больно.

Карина отвернулась от Маши:

— Потому что меня больше ничего не интересует. Я беременна, брошена, и на грани отчисления. Что мне еще делать? А так интересно узнать, по кому сохнет Андрей…

В комнату зашла радостная Тая, одетая в блестящую кофточку с узкими белыми джинсами на высокой талии.

— Там уже музыка играет, и мальчишки танцуют! Вы готовы? — она озарила улыбкой всех соседок.

— Я готова. — весело сказала я.

В комнату постучались и, когда Тая сказала "войдите!", за порог робко и застенчиво зашла Катя. Я с восторгом рассмотрела девушку. Нежно-розовое платье, подчеркивающее ее тонкую романтичную натуру и гладкие изгибы ее хрупкого тела. Светло-русые, рыжеватого оттенка волосы, волнами струились по плечам к ее небольшой округленной груди. На лице нанесен легкий макияж.

— Ты такая красавица. — сказала я.

Гоша заинтересовался Катей. Когда я ему про нее рассказала, он уже загорелся желанием с ней познакомиться. Думаю, эта приятная девушка сегодня не останется без внимания. А такая красавица должна быть кем-то замечена. Я не прощу себя, если она весь день несправедливо проведет в одиночестве.

— Пойдем? — махнула рукой Катя.

Мы вышли из комнаты. Перед тем, как закрыть дверь, увидела, как Маша рукой тянула Карину встать с кровати, а Тая заняла зеркало и начала краситься. Я сама особо не накрасилась, лишь подвела глаза карандашом, придав им хищный кошачий блеск.

— А кого ты позвала? — робко спросила Катя, когда мы шли по коридору к лифту.

— Мой парень и его друг. — ответила я, — По секрету, его друг тобой заинтересовался. — мои губы не выдержали и растянулись в улыбке.

У Кати на щеках вспыхнул румянец.

— Так сразу! — ошеломленно проговорила она. — Он меня даже не видел. Сколько ему лет хоть?

— Двадцать четыре.

— Ого, он меня намного старше, мне всего-то девятнадцать, — испуганно пробормотала Катя, — о чем с ним говорить? Как его зовут? Симпатичный хоть?

— Он милый и очень общительный. Зовут Гоша. — я достала телефон и показала фотографию Гоши и Эдгара.

Она нахмурила брови, смотря на него.

— Ну…ладно. Ну… я не думаю, что понравлюсь ему.

Я издала смешок:

— Катя, тебе немножко уверенности, и ты влюбишь в себя пол общаги. Ты такая милая, и я думаю, ты Гоше очень понравишься!

Катя неуверенно пожала плечами. Мои слова не утихомирили пыл ее удивления. На коже ее тонких рук волной выступили бугорки. Она явно волновалась, раз покрылась мурашками.

— Представь, что ты будешь брать у него интервью, и говори так с ним. Веди себя, как настоящая журналистка. Тем более, ты намного опытней меня, — сказала я, надеясь ее приободрить.

Но Катю как-то не радовала новость познакомиться с Гошей. Или она испугана? Или Гоша не в ее вкусе? В любом случае я думаю, сегодня для нее вечер пройдет веселее, чем для Карины. Тем более обычная фотография еще не раскрывает человека во всей красе. Хотя Гоша что на снимках, что в живую — один и тот же приколист.

Мы спустились с лифта, и я услышала, как стены тряслись от волн и баса громкой играющей музыки. Но пока пройти в зал мы не можем — надо парней дождаться. В отличие от вечеринки Хэллоуина, билетов нет, и нам придется гостей в журнале записать. Но от зажигательной мелодии под кожей бурлила кровь, а тело жаждало погрузиться в экстаз заразительного бушующего танца.

Мы прошли мимо стола коменды и стали ждать. В общежитие зашли пританцовывающая Лиза, ее за руку держал Демьян. Он хмурым взглядом оглядел меня. А Лиза была настолько веселой, что даже не обратила внимания и прошла мимо нас. Предательница уже с головой погрузилась в свой иллюзорный танец.

Не понравился мне этот взгляд Демьяна. Какой-то злой, ненавистный. Неужели злится от того, что я бросила Стаса?

А я должна была простить ему ту сумасшедшую выходку?

— Принцесса!

Я обернулась и увидела зашедших в холл Эдгара и Гошу. Заметив парней, Катя густо покраснела. А я подошла к гостям и открыла журнал, чтобы записать их.

Когда быстро черкнула ручкой фамилии и подпись, мы вчетвером направились в зал.

— Я уже как три года назад закончил универ, а до сих пор тусуюсь в общаге, — весело засмеялся Гоша. Тут его взгляд застыл на Кате, и обнажающие зубы губы сомкнулись, но улыбаться продолжили. Девушка даже не смотрела на парня, идя рядом со мной, а ее руки продолжали покрываться гусиной кожей.

Гоша ближе подошел к Кате:

— Привет, это ты та самая коллега Саши?

Катя тихо ответила, даже не смотря на парня. Но глаза ее широко округлились:

— Привет, да.

— Я Гоша, а это мой друг Эдгар.

— Очень п-приятно. — дрожащим голосом ответила она.

Гоша внимательным взглядом рассматривал ее фигуру, наблюдал, как воздушно колыхался подол ее платья, развеивались и сплетались между собой волосы, волну мурашек, пробежавшую по ее открытой спине, застывшие блики на ее серебристой цепочке, обвивающей порозовевшую шею.

— Нам тоже. А ты очень прелестно выглядишь.

Катя робко улыбнулась и бросила быстрый взгляд на парня:

— Спасибо.

Мы зашли в зал дискотеки. Старый прожектор продолжал отбрасывать на пол яркие лучи, которые хаотично перемещались по залу. Музыка громко играла с колонок, мощные басы трясли пол и гипнотически околдовывали ребят, заставляя их безудержно и ненасытно кружить в танце.

У стены стоял стол с напитками, к которому мы направились.

— Позволь налить тебе? — предложил Гоша и достал целлофановый стакан.

Катя кивнула, и парень налил ей Кока-Колу.

— Не против рассказать, каково это — работать журналистом? А то я по своей специальности вообще ни дня не проработал.

— Ты тоже журфак закончил? — изумленно подняла брови Катя.

— Нет, еще хуже — филологический. — засмеялся Гоша. — Думал по приколу уйти в журфак, но писать не умею.

— Как ты вообще на филолога поступил, если писать не умеешь? — не поняла Катя.

— Ну закончил как-то, причем хорошо, — пожал плечами Гоша.

— Пусть поболтают, — я шепнула Эдгару, — а мы потанцуем?

Эдгар кивнул, и мы направились к танцующей толпе. Среди них я увидела махающую руками Владу, танцующих в обнимку Захара и Полину, соседку Кати и Лизы. Ну Захар…шустрый! Он обнял Полину за талию, а она залилась смехом и ближе к нему прижалась. Видимо, парень уже не тосковал по мне…Ну и замечательно!

— Чулочки надела. — Эдгар хитро прищурил глаза, его взгляд пронзил мои ноги.

— Тебе нравится? — кокетливо улыбнувшись, я прижала свою ладонь к его щеке. Некогда холодная, она тут же налилась жаром от вспыхнувшего внутри него возбуждения, жаждущего обрушиться на меня.

— Соблазнять меня тут решила? — полушепотом сказал он, и его рука обвила меня за талию, и он плотно прижал меня к своему разгоряченному, ненасытно кипящему телу. — Я тебе это устрою. — шепча, пригрозил он, второй рукой обнимая меня за щеку. Между моих ног вспыхнул жар.

— А пока танцуем. — улыбка широко растянула мои губы.

Мы начали потихоньку двигаться в ритм. Я уже была готова погрузиться в буйный танец, но парень внезапно застыл и достал с кармана телефон.

— Прости, мне мама звонит, она болеет опять.

— Ничего, поговори в холле, — сказала я парню.

Эдгар быстро убежал. Я начала танцевать в одиночестве. Наблюдала за Гошей и Катей. Девушка повеселела, на ее лице сияла улыбка. Она махнула рукой, и Гоша взял ее за руку и повел в центр зала. Я радостно улыбнулась, смотря на них.

Я была права. Катя ему понравилась.

Они начали танцевать рядом с Лизой и Демьяном. Брат Стаса выглядел вяло. На его лице отражалось отвращение. Он холодными глазами наблюдал за людьми. Казалось, он совершенно не хотел сюда приходить, его будто заставили. А Лиза кружила в танце, обнимая его, и совершенно не обращая внимания на хмурого кавалера.

Я продолжила танцевать под ритм музыки и заметила вошедших в зал Машу, Карину и Андрея. Андрей натужной походкой шел к центру зала, Карина поймала его за руку, остановила и начала что-то говорить. Парень злобно махнул рукой и пошел в мою сторону. Карина покраснела, ее затрясло, и она расстроенно убежала из зала, прижимая ладони к лицу. Маша что-то крикнула в след Андрею, но ее голос заглушила музыка.

Я отвернулась и продолжила пританцовывать. Катя и Гоша уже двигались в ритм и над чем-то смеялись. За ними было так приятно наблюдать. Они были бы такой милой парой…

Кто-то положил руку мне на плечо. Ох, Эдгар, я уже соскучилась.

Я накрыла его руку своей и ближе прижалась спиной к его животу и начала двигаться, извиваясь всем телом. Он прижал меня к себе и обвил талию. И тут я удивленно застыла…Эдгар же высокий. А этот кавалер нет…

Я обернулась и увидела улыбающегося Андрея. Я перепутала его с Эдгаром. Это к нему я прижалась.

— Черт, отпусти меня! — страшный крик хлыстом слетел с губ.

— Ты так круто танцуешь, малышка, продолжай, — с восхищением сказал Андрей и туже прижал к себе.

Я начала отбиваться от него, но Андрей оказался слишком силен. Он вцепился мне в руку, не давая ей шевелиться. Его пальцы впились в мое запястье, а вторая рука продолжала нагло прижимать мою талию к своему телу. Почувствовала, как его тело было напряженно…от возбуждения. У него между ног что-то выступило…черт…А его губы блестели от влажности и очень набухли, стали голодными, нетерпеливыми, и со стоном жаждали прижаться к моим и крепко вцепиться, не выпуская.

— Отпусти! — крикнула я и вновь попыталась оттолкнуть его от себя. Гнев бурлил под кожей. Жар страшно накрыл тело, и оно покрылось потом.

Андрей будто пропускал мои слова мимо ушей, погружаясь в ритм музыки.

И тут этого наглеца толкнул настоящий Эдгар. На лице моего парня застыла ярость.

Андрей рухнул животом на пол. Танцующие ребята остановились и начали смотреть на нас. В зал зашли Маша с Кариной и изумленно уставились на Андрея.

— Она тебе русским языком сказала: отпусти. — злобно прошипел Эдгар и схватил Андрея за руку и поднял его, как тряпочную куклу.

— Ей раз я узнаю, что ты лезешь к моей девушке, я с тебя живьем сдеру шкуру. — яростно проговорил Эдгар сквозь учащенное яростное дыхание.

— Иди в жопу, она будет моей. — стукнул Андрей локтем Эдгара по груди.

— А у нее спросить не можешь, хочет ли она быть с тобой? Мне она сказала, что не хочет. — возмущенно проговорил Эдгар.

— Парни, успокойтесь. — растерянно проговорила я, видя, что на нас смотрят все, отчего мне стало так дико неловко, что захотелось под пол провалиться.

Но больше всего я боялась, что сейчас их вдвоем одурманит ярость, и пол прогнется под жестокой дракой и испачкается новой кровью…

— Пошли в коридоре разберемся? — предложил с хитрой усмешкой на лице Андрей.

— Нечего нам разбирать. Она любит меня, а ты катись в жопу, достал ее уже. — Эдгар зарядил Андрею по носу.

Громкий щелк, и Андрей опять рухнул на пол. Он прижал к носу ладони, и я заметила вытекающую между пальцами кровь. Эдгар смотрел на парня страшно разозленными глазами и был готов пнуть его ногой, но сдержался.

— Еще раз пристанешь к ней, малолетка, то слова про шкуру будут уже не просто словами, — присев на корточки и сжав Андрея за волосы, грозно проговорил Эдгар.

Андрей молча кивнул, и Эдгар отпустил его волосы. Андрей растерянно поднялся с пола и рванул из зала. Карина проводила его изумленными блестящими от слез глазами. Эдгар обвел взглядом застывший народ и сказал:

— А чего стоите? Музыка для кого играет?

— Ты так круто его ударил, чува-ак! — крикнул Макс, обнимая Таю за плечо.

Эдгар молча кивнул, и некоторые вновь продолжили танцевать, а другие наблюдали за нами. Меня раздражали эти взгляды, от них становилось очень душно. Эдгар подошел ко мне и спросил:

— Ты как? Нормально?

— Наверное, да, — растерянно ответила я.

— Думаю, этот кретин к тебе больше не пристанет. — улыбнулся Эдгар. — Так. Где второй, который после интервью начал за тобой бегать? — парень хмурым взглядом обвел танцпол.

— Он уже новую подругу себе нашел, — я ехидно рассмеялась и показала Эдгару танцующих Захара и Полину. Они никого не замечали, погружаясь в свой танец.

— Ну и отлично. Теперь можем спокойно потанцевать? — парень протянул мне ладонь.

Я улыбнулась и положила свою ладонь на его:

— С удовольствием.

***

Пока Саша отрывалась на вечеринке, Стас налил в рюмки виски, и они с Лерой стукнули стаканы и залпом выпили. Лера прокашлялась, Стас даже глазом не моргнул и начал наливать заново. Он уже так привык к крепкому вкусу алкоголя, что первая и даже четвертая рюмка не вскруживала ему голову.

— Воу-воу, полегче! — удивлённо проговорила Лера, когда Стас спокойно осушил вторую рюмку.

— Мне плохо… — покачал головой Стас. — Ты лишила меня её… а я люблю её…

Лера нервно прикусила губу, покрашенную настолько яркой помадой, словно на ней застыла капля алого вина.

— Она тебя сама бросила. Я тут не причём.

Стас покачал головой.

— Она меня бросила из-за тех фотографий. Кто распространил её личные фотки? Ты? — Стас пронзил Леру свирепым взглядом.

— Нет. — ответила Лера.

"Это сделала Антон за небольшую сумму денег. Сломал тебе телефон, затем починил по твоей просьбе и скачал её пикантные фоточки". — проговорил мысленный голос в голове девушки.

"Но по факту это сделала не я, а Антон". — подумала девушка.

Стас фыркнул:

— Не ври. Ты лишила меня её… А я любил её. Искренне любил. — Стас залпом осушил третью рюмку. Лера первую только допила.

— Стас, я не лазила в твоём телефоне. — пожала плечами Лера.

"Это сделал Антон. Твои деньги скружили ему голову. В октябре он её споил по твоей просьбе, а в январе личные фотки распространил". — ликовал внутренний голос.

"Вообще в этом виноват Филипп". — подумала девушка.

"Конечно, он. Ведь изначально он должен был сделать с ней интимные фотографии якобы для "модельного" агентства, чтобы фигуру лучше увидеть. А Карина должна была выставить так, что якобы эти фото Саша лично для Филиппа сделала. Пыталась изменить Стасу с его лучшим другом! Как это больно ударило бы по Стасу! Но Филипп, извращенец, всё испортил…"

Лера нервно поглаживала ногтями свою опустевшую рюмку. Стас начал наливать четвертую.

— Я потеряла её… — продолжал ошеломленно шептать он. — она с другим… с другим!

Стас сжал себя за волосы. Невыносимо представлять, как Эдгар обнимал Сашу, как они целовались. Он в ресторане один раз увидел это и был готов разнести всё в щепки… а ведь это не первый их поцелуй.

Ещё тогда в январе на дне рождении Алёны они сделали это втроём. И Саша с Эдгаром целовались на его глазах… но тогда сильно сработал алкоголь, поэтому та ночь вызывала лишь удовольствие, а не ярость.

Но сейчас вспоминать их тройное соитие стало невыносимо.

***

Дискотека переросла в самый жаркий бурный разгар. Все танцевали, кто-то подпевал, кто-то попивал газировку. Когда-то я кружила в танце со Стасом, а сегодня с Эдгаром. И танцевал он очень прекрасно, и обнимал меня так нежно, как настоящий джентльмен. Я растворилась в диком танце, утопая в омуте его гипнотизирующих ярких глаз, от которых сознанием погружалась в туманное опьяненное состояние.

Катя и Гоша тоже танцевали так, будто давно знакомы. Захар кружился по залу с Полиной. Лиза обнимала Демьяна, который был все также хмур и недоволен. Тая двигала бедрами, крутясь возле Макса, Руслана и других парней. Андрей больше не объявился.

Карина молча попивала газировку и смахивала салфеткой слезы. Маша нервно стучала по полу пяткой, будто кого-то ждала. И вскоре в зал буйно ворвалась компания незнакомых парней. Маша схватила Карину за руку и потащила к ним. Один из парней протянул Маше пакеты, и девушка свистнула на весь зал.

Все замерли.

— Эй, народ! Не хотите бухнуть? — довольно крикнула Маша.

— Так ведь нельзя? — громко спросила Тая. — Запрещено пить алкоголь в стенах общаги.

Некоторые издали смешки. Попивали, втихаря. Я прекрасно помнила, как Маша лила себе в горло пиво и ничего не боялась.

— Я споила коменду, — сообщила Маша, — она дрыхнет мертвым сном. Гуляем?

Большинство радостно завизжало и направилось к Маше. Соседка доставала с пакета бутылки рома, одной за другой. Штук пятнадцать разместилось на столе, и гости Маши начали открывать бутылки и разливать по стаканам.

Катя и Гоша направились к толпе, к ним присоединились Захар с Полиной и Лиза с Демьяном. Парень оживился, в его глазах блеснула искра.

Только мы с Эдгаром остались и растерянная Влада.

— Я пить не буду, мне вставать завтра рано, — сказала воздуху Влада и побежала к выходу из зала.

— Я тоже не буду. — покачала я головой. Отвращала мысль лить себе в горло алкоголь, который принесли непонятные незнакомцы, являющиеся друзьями Маши.

— Я и сам особо не пью. — пожал плечами Эдгар.

— Зато Гоша один из самых первых решил бухнуть. — хихикнула я, — и Катя… Вот дает, залпом весь стакан брудершафтом с Гошей. — наблюдая за ребятами, удивленно проговорила я.

— Давай проконтролируем их, чтобы бед не натворили? — предложил Эдгар, и мы направились к пьющей толпе.

Друг Маши, Тарас (она постоянно кричала это имя) разливал всем алкоголь. А Маша достала с пакета коробочку и потрясенно воскликнула:

— Это то, о чем я думаю?!

— Угу. — буркнул Тарас, налив алкоголь в стакан Захара.

— Ребята, не хотите мультики вживую посмотреть? — рассмеялась Маша.

— Там что… — я ахнула. Это слово противно застряло в горле, и я прокашлялась.

— Так, Саша, держись рядом со мной. — Эдгар взяла меня за руку. — я сейчас выкину эту наркоту.

— Маша совсем спятила. — потрясенно сказала я, видя, как к коробке подбежали любопытные ребята, жаждущие испытать мутные приключения.

— Че так мало?! — крикнул один из друзей Тараса.

— Я взял это только нам двоим. — Тарас залился довольным смехом, закинув на крепкое плечо Маши руку.

— Реально, че так мало? — обиженно простонала Маша.

Гоша с Катей выпили по второму стакану, и пьяная девушка звонко рассмеялась и заявила:

— Ма-аш, я то-оже хочу. Я му-ультики лю-юблю.

— Тебе не хватит. — фыркнула Маша. — Там только для нас с Тарасом… — она пронзила парня недовольным взглядом.

— Ну дай посмотреть!

— Катя, стой! — я остановила девушку и с ужасом увидела, как она шаталась и как бегали ее глаза. — не смей принимать эту хрень! И прекрати пить. Ты достаточно выпила за сегодня. — злобно проговорив, я вырвала из ее рук стакан, который уже несколько раз она торопливо осушила.

Маша рявкнула:

— Не мешай человеку! Иначе я все тебе подсуну!

Я пронзила Машу злым взглядом:

— Я все расскажу коменде, если ты не выкинешь эту хрень.

— Фу-у! — воскликнул народ.

— Если ты это сделаешь, мы тебя прибьем. — сказала Маша. — Все не лезь. Не хочешь бухать, иди гуляй лесом.

Я мрачно поджала губы. Ужас…что происходит?

Лиза нагло выхватила из коробки Тараса маленькую белую таблетку и положила под свой язык. Маша широко разинула рот, а Лиза пронзительно засмеялась на весь зал.

— Ну все, тут только одна осталась. — обиженно простонав, Маша вытащила последнюю таблетку и засунула себе в рот. Тарас возмущенно фыркнул.

Остальная половина общежития продолжила пить. Кошмар. Сегодняшняя невинная дискотека превратилась в пьянку с употреблением непонятной дряни. Хорошо, что ее было мало, и она досталась только таким особам, как Лиза и Маша. А что если потом новые таблетки найдутся, и остальные решат попробовать? Смешивать алкоголь с какими-то таблетками очень-очень плохая идея…

Мы с Эдгаром, единственные трезвые и в здравом рассудке, наблюдали, во что превращался некогда развлекающий народ. Все танцевали, смеялись, пили не в себя…

— А я думала, мы спокойно потанцуем. — мрачно сказала я парню.

Эдгар недовольно кивнул, наблюдая за смеющимися Гошей и Катей.

Я злобно сминала зубами нижнюю губу. До этого ощущала к Маше некую симпатию, думая, что она не настолько плоха. Ну любит пить человек — кто на Земле живет без греха? А она еще в тайне была наркоманкой. И мало того, что споила комендантшу, привела стремных типов и притащила крепкий алкоголь, так еще собралась народ кормить непонятной дрянью.

То, что Лиза выхватила у этого типа Тараса мутную таблетку, я не удивилась. Лиза была мне безразлична, и своим поступком только еще сильней убедила меня в том, что правильно судьба поступила, разлучив нас. Мне не нужны друзья-наркоманы.

А Катя до обиды удивила. Я лелеяла приятную мысль, что она просто сильно напилась и решила «поразвлекаться» дальше, но сама умом не понимала, что собралась класть себе в рот.

Хорошо, что непонятные таблетки достались той, кто решила устроить «заварушку» и той, с кем меня ничего в жизни не связывало.

Я молча наблюдала, как дружки Тараса лапали пьяных визжавших девчонок, скользя ладонями по их бедрам и талии, как Полина прижалась к Захару, как кричала и смеялась жутко-покрасневшая Лиза, прыгнувшая Демьяну в объятия и обвившая его талию ногами, и осознала, что хочу уйти отсюда.

Приятная веселая дискотека ужасно испортилась. И мне противно быть ее частью.

***

Стас вновь налил в рюмку виски.

— Может закусишь? — перепугалась Лера.

Стас молча высыпал половину пачки чипсов себе в рот.

Пятая, шестая, седьмая рюмка… На восьмой стало легче. Стас почувствовал, что ярость внутри утихла. На ее место пришло веселье.

Он приобнял Леру, положив руку ей на плечо. Лера сама сильно опьянела, и это прикосновение показалось ей не грубым, а очень нежным и чувственным. Она не сводила с парня ласкающего взора, рассматривая его влюблённо и желанно.

— Забудь её. Есть на свете много других девушек.

— На-например, т-ты? — Стас ехидно засмеялся и икнул.

— Да, я. — Лера напыщенно выпучила грудь. — Стас, мы когда-то жениться собирались. А ты к другой убежал. Это нормально?

— Прямо как Демьян сейчас… — пробурчал под нос Стас.

Он прижал палец к губе Леры:

— П-пойми, Лера…ты мне особо ни-никогда не нравилась…

— Почему? — на щеках Леры вспыхнул румянец.

Стас пожал плечами:

— Т-ты не мой ти-типаж…Я собрался жениться на тебе, потому что, дурак, думал, больше никого не полюблю… Ещё плюс батя хотел это… А потом я встретил Сашеньку. Мою любимую Сашеньку. Мою хорошую Сашеньку. Я так её люблю! — сжимая Лере плечо, воскликнул Стас. — Она самая лучшая!

Лера чувствовала, как кипела в венах ярость.

— Что в ней такого особенного, чего нет во мне? — холодной сталью прозвучал ее голос.

— Не могу объяснить. — покачал головой Стас. — Люблю ее и все. Моя любимая. Моя славная. Я был готов на ней жениться. А она выбрала другого!

Лера молча фыркнула. «Как же ты достал. Перед тобой сидит такая красотка, которая так яростно любит тебя, а ты только и делаешь, что говоришь про эту шмару, которая забила на тебя болт! Ну сколько можно?!».

***

С каждой минутой наблюдать за происходящим хаосом стало очень тяжело и мерзко. Такое ощущение, что я будто попала к каким-то маргиналам на вписку, а не на студенческую дискотеку. Мерзко находиться здесь. Хотелось, чтобы этот ужас прекратился.

Через минут десять в зале стало так противно вонять. К горлу подкатил ком, голова закружилась. Стало казаться, что меня сейчас вырвет.

— Пойдем отсюда? — предложила я Эдгару.

— Пойдем. — кивнул парень, мрачно смотря на сидящих шатающихся Гошу с Катей.

Мы пошли в мою комнату. Только здесь было тихо, одиноко и спокойно. Никто не кричал, никто не смеялся. Приятный свежий запах витал в помещении. Я заперла дверь на замок, и мы с Эдгаром сели на мою кровать.

— Если честно, я беспокоюсь за Гошу. — сказал Эдгар.

— Я тоже, за Катю. Вот умудрилась эта Маша все испортить… — я злобно сжала кулаки. — чем ей не угодила простая вечеринка? А вдруг кому-то очень плохо станет?

— Будет на ее совести. — кивнул Эдгар. — Если у нее есть еще совесть.

Тревога за ребят меня не покидала. Эдгар тоже сидел мрачным. Надо было как-то этих двоих вытащить оттуда. Но идти туда было страшно. Маша действительно все испортила…мерзавка…

Эдгар обнял меня, и я щекой прижалась к его плечу. Мы начали говорить о своем, о чем-то интересном и ни о чем одновременно. Пытались расслабиться и унять дрожь в нервах от возникшей тревоги.

Тут в комнату пытался кто-то ворваться. Но дверь была плотно заперта. Затем помещение накрыл звук щелка ключа — и за дверью выглянула Карина. Она зашла в комнату, хмуро оглядев нас, взяла что-то со своей тумбочки и вышла. Тут я услышала, как она закрыла замок с другой стороны.

— Стой! — я рванула к двери и начала кричать в замочную скважину. — Открой!

Но Карина уже скрылась. До ушей едва раздавались торопливые уходящие шаги.

Черт…Я злобно стукнула кулаком по двери. Карина специально нас заперла?! Или подумала, что раз до этого мы заперлись изнутри, то теперь нас можно запереть снаружи?!

Эдгар тяжело вздохнул:

— Что ж, видимо, придется мне тут ночевать.

— Капец, дура она. — я взяла телефон и попыталась набрать Карину. Но она не брала трубку. От долгих напряженных гудков заболело ухо.

Я набрала Таю. Внезапно песня Адама Ламберта громко заиграла на всю комнату. Я обернулась на место звука и увидела, что телефон соседки лежал возле стопки ее тетрадей на столе.

Прекрасно!

Маша тоже трубку не брала. Хотя звонить ей сейчас не было смысла. Она внизу вовсю веселилась, и ей не было дела до телефона.

— Да, Эдгар, тебе придется тут ночевать. — кивнула я, бросив телефон на кровать. — Даже не знаю, хорошо это или плохо…

— Плохо, я правила нарушаю. На тебя могут составить рапорт. — пожал плечами Эдгар. — Но учитывая, что творится внизу, не одна ты понесешь наказание.

Я мрачно вздохнула.

— Но и в то же время хорошо. Я проведу ночь с любимой. — Эдгар притянул меня к себе, посадил на колени и жадно прижался губами к моим губам.

***

Стас налил девятую рюмку. Со всей яростью осушил ее, и его затрясло. Лера налила себе тоже.

— Она сука! Она шлюха! — внезапно закричал парень под действием алкоголя.

— Вот-вот! — грызя чипсы, кивала Лера.

— Хочешь прикол, Лера? У нас был тройничок. Я, Саша и Эдгар. Мы были бухие и переспали… Ну как переспали: мы ее вдвоем отымели.

Лера широко округлила глаза. Стас продолжил яростно шептать:

— Ничего в нём такого особенного нет. Хер такой же. Чем он лучше меня? Почему она с ним? Да потому что она тварь, потаскуха!

— Даже у меня тройничка не было… — ошеломленно покачала головой Лера.

— Ох, Лера, она тогда так громко стонала, — восхищенно поговорил Стас. — я ее тогда так трахал… А она с ним! — злобно зарычал парень и налил десятую рынку.

На двенадцатой он внезапно обнял Леру.

— Знаешь, Лерочка, — близко приблизившись к ее лицу и опалив ее своим одурманивающим крепким запахом алкоголя, парень зашептал: — лучше бы я с ней не встречался. Лучше бы я на тебе женился.

Лера вновь ошеломленно округлила глаза и поперхнулась:

— Стас, наконец-то ты это понял!

— Ты меня любила, а она тупая шлюха. Конченная. Пусть со своим кудрявым дальше сосётся. А вот ты…

Он прижался к Лере и приобнял ладонью за горячо-покрасневшую щеку.

— Я помню, ты раньше такая сладкая была, такая хорошенькая… — его большой палец прочертил линию на ее верхней губе. Она нервно дрогнула от прикосновения. — Зачем ты сделала себе эти сиськи и губы? — с отвращением выплюнул он эти слова.

— Ради тебя. Чтобы понравиться тебе. — под тонкой кожей ее горло дрогнуло, и громко промчалась слюна.

— Мне нравилась ты прошлая. — шептал Стас, скользя пальцами по ее вспыхнувшим от жара щекам.

Лера не сводила своих болотных глаз от его темно-карих, и погружалась целым сознанием в транс. Под ее кожей волнами промчалось неистовое приятное пламя. Она утопала в этом наслаждением, и когда глянула на его покрасневшие губы, на которых блестели остатки рома, судорожно втянула воздух, сдерживая внутри порыв прижаться к этим губам и жадно их вкусить.

— Ты была ангельски красивая. — продолжал шептать Стас. — А сейчас…

Стас вновь выпил. Лера тоже. Девушка перестала соображать. Алкоголь затянул дымкой ей разум.

— Ты такая жестокая, Лера. Я с тебя в шоке. — покачал головой Стас. — Как ты сильно возненавидела эту дешевую проститутку, и как ты боролась за меня…это просто нечто. — его глаза ярко заблестели.

Лера улыбнулась. От этих слов внутри нее расплылось приятное пламя.

— Все просто: я социопатка.

— В смысле? — уставился на нее Стас.

— Ну врач поставил мне диагноз: социопатические расстройство личности. — засмеялась Лера.

— Не понял. Когда ты была у…психиатра?

— В восемнадцать лет. — внезапно Леру понесло на откровения. Она начала ему искренне рассказывать то, чего скрывала ото всех долгие годы. Алкоголь словно разорвал сдавливающие ее горло цепи, и дал выйти этим словами на долгожданную свободу. — Была сильная депрессия, пыталась повеситься. Отец увидел меня, вызвал врачей. Меня упекли в больницу. Накачали таблетками. Я не хотела разговаривать с этими мозгоправами, но от таблеток мне было так плохо, что я раскрыла саму себя…сказала, как ненавижу всех и жажду их убить, и что я намерена убить всех твоих поклонниц — убить в прямом смысле. — Лера хитро прищурила глаза. — и мне поставили этот диагноз. А ещё сказали, что я нарцисс и сильно эмоционально зависимая. Но при этом веду себя жестоко с другими, манипулирую, ищу их слабости, использую их. За мной долго наблюдали, следили, проводили психотерапию, и я вроде как стала более добрей…ну до тех пор, пока ты не начал тусоваться с той дурой Викой, а потом с этой курицей Сашей.

— О как, — Стас был настолько пьян, чтобы вникать во весь рассказ, и поэтому история Леры показалась ему забавной и даже выдуманной. Нет, убийство — это явно перебор. Ногтями просто расцарапать хотела и все, подумал парень.

Внезапно он вспомнил свой короткий роман с Викой. Как Лера злилась и кипела от ярости, видя их двоих…Это она еще не знала, что четыре года назад эту наивную девчонку уложили на постель двое, он и его бывший друг Филипп. Они не пылали к ней искренней любви, им просто хотелось развлечься, да и той девчонке тоже хотелось сломаться под силой двойного оргазма, ее молодое тело уж слишком сильно соскучилось по ласкам и мужским рукам. От воспоминаний широкая улыбка возникла на лице. Реакцию Леры представлять на это не очень хотелось. Хотя она бы, наверное, просто бы удивилась. Ведь это было так давно. А на ладонях вспыхнуло тепло, словно он пару минут назад прижимался к прелестям той наивной, но горячей Вики.

Лера тут же осознала, что алкоголь развязал ей язык слишком сильно, и тут же крепко сжала губы. Больше ничего она не скажет…Иначе раскроет все свои планы. А то, что ждало Сашу в апреле, знать никто не должен.

Стас настолько опьянел, что видел перед собой другую Леру, красивую Леру, соблазнительную Леру, притягивающую Леру. Она была так хороша…от нее так вкусно пахло…хотелось вкусить ее и всю опробовать…

Стас обнял Леру за щеки и резко прильнул к ее губам. У девушки от шока запульсировало сердце. Он ее целует…он ее целует! Дыхания перестало хватать…Она задыхалась, в сердце словно вонзилось тысяча игл. Внутри нее забурлил огонь, когда его влажный шершавый язык проскользнул по ее нёбу. А между ног буйно запылало желание. И терпеть его порыв стало невыносимо.

Стас оторвался от набухших блестящих губ Леры и оглядел ее внимательными изучающими глазами:

— Я хочу тебя.

Лера почувствовала вставший ком в горле:

— М-меня?

— Пошла она в жопу. Ты добилась своего, Лера.

Стас прижал ее к себе и страстно впился ей в губы. Леру затрясло от шока. Он это сказал на полном серьезе…он действительно к ней что-то почувствовал…

Ее губы расширились в счастливой улыбке. Ее тело пылало от волны желания. Она не хотела отрываться от его румяных пылающих губ, хотела хищно и ненасытно сминать их и всасывать весь их вкус. Но новая волна, обрушавшая ее сознание, заставила ее оторваться от голодного сладостного поцелуя.

— Я тебя тоже хочу. — кокетливо прошептала она и толкнула парня на диван.

Стас упал спиной, Лера села сверху и прижалась к его губам. Не отрываясь, они целовали друг друга с такой мощной силой, будто ими что-то овладело. Стас совершенно перестал соображать, под действием алкоголя ему хотелось совершить что-то невероятное, и под руку попалась она, горячая и ненасытная Лера.

Он стянул с нее кофту. Перед глазами предстала ее пышная грудь, скрытая за красным бюстгальтером с черным кружевом. Парень злобно сдвинул его вверх, обнажив ее грудь и прижавшись к ней губам. Его язык ласкал ее соски. Лера от удовольствия закатила глаза.

Стас злобно фыркнул:

— Зачем ты себе так грудь увеличила? Мне нравилась твоя маленькая.

— В смысле? — не поняла Лера.

— Ну она была такая аккуратная, и ты выглядела с ней так невинно, что отшлепать хотелось сильней за любую крохотную провинность. Нервные окончания были короткие, стоило лишь потрогать ее, и ты чуть сознание не теряла, а сейчас как-то…

— Ну ты спал с грудастыми, вот я и сделала. — фыркнула Лера.

— А если бы я с рогатыми и хвостатыми спал, тоже бы себе рога и хвост прикрепила бы? — с усмешкой спросил Стас.

Лера обиженно поджала губы.

— Ладно, иди ко мне. — он обнял ее за шею и притянул к себе, чтобы соединить губы.

Лера прижалась к его губам и чувствовала, как его наглые пальцы водили вдоль ее позвоночника, близились к юбке, крепко сжали за ягодицы.

Минута, и ее юбка упала на пол. Лера извивалась над парнем, страстная и сильно возбужденная. Она стянула с него штаны и увидела, как сильно под боксерскими трусами вздымался его член. Лера погладила его, и Стас почувствовал, что сейчас не выдержит и войдет в нее. Внутри его тело искрилось, пульс хаотично стучал под кожей.

— Погоди, я сейчас за презервативами схожу… — Стас собрался подняться с дивана.

— Не надо, — Лера положила ладонь ему на грудь и прижала к дивану. — я пью противозачаточные.

"Ты врешь. Ты не пьешь противозачаточные". — злобно проговорил внутренний голос.

"Малявка Лиза говорила, что если бы я забеременела, то он меня не бросил бы. Я хочу, чтобы нас что-нибудь связало, что никогда больше не лишит меня его. Я хочу от него ребенка…" — подумала Лера.

Стас довольно улыбнулся, и Лера стянула с него шорты. Еще одна минута — и она наконец почувствовала то, что хотела — его, его близость, его тепло, и эту прочную связь, объединившую их сейчас…

***

Голова закружилась от поцелуя. Внутри все запылало. Я запустила пальцы в его волосы, а его рука обняла меня за шею. Затем скользнула по спине, двигаясь вниз. Его прохладные губы дразнили мое наполненное жаром тело. Хотела, чтобы он сорвал с меня одежду прямо сейчас.

Эдгар будто прочел мои мысли. Я видела, как задрожали его ресницы, когда он прищурил глаза, в которых скрывался огонь. Низким бархатным голосом он прошептал:

— В общежитии у меня еще никогда не было.

— Так пусть сейчас будет. — я хитро улыбнулась.

Эдгар вновь притянул к себе и впился в губы голодным жаждущим поцелуем. Я прижалась к нему, обвила руками и ногами, стараясь чувствовать ближе его тепло, его запах, его прикосновения. Его руки сжали ягодицы и приподняли меня, чтобы я села на него. Целовались долго, чувственно, не отрываясь.

Его рука скользнула по моему плечу, и одна лямка майки скатилась вниз, принуждая парня сбросить так вторую. Пальцы Эдгара медленно перемещались по плечам, затем прижались к грудям, и скользнули вниз, под подол. Поцелуи обжигали, оставляли пламенный след. Руки сжали за подол майки и стянули ее. Прохлада обжигала кожу грудей, но жар, исходящий от тела Эдгара, прогонял ее прочь, опаляя меня неистовым теплом. Пальцами он стянул чашечки бюстгальтера, обнажая налившуюся от возбуждения грудь. Его губы прижались к соску. С нестерпимым голодом всасывал его, а ладони прижимались к моей спине и притягивали к своему телу. Я не терпела и постанывала, запрокинув голову и остро ощущая, как его шершавый язык скользил по другому набухшему соску. Я продолжала наслаждаться, не замечая, как моя майка рухнула на пол, а подол юбки нагло задрался наверх.

Его губы вновь прижались к моим и продолжили со всей яростью всасывать. Приоткрыв глаза, я заметила, как его руки ловко расстегнули ширинку своих джинсовых штанов и потянули вниз.

Внезапно он толкнул меня к кровати. Я упала, а мои ноги оказались на его крепких плечах. Эдгар, хитро улыбнувшись, начал водить своим стояком по мокрым складкам моего изголодавшего лоно сквозь прилипшие трусики. Я стонала только от одного прикосновения, и оно уже разрывало мой разум по кускам.

Разглаживая пальцами одной руки края моего чулка, Эдгар второй рукой властно сжал меня за горло, и я изогнулась, как игривая кошка и довольно закусила губу. Охмуренный взгляд его ярких глаз заметил это, и я тут же остро ощутила, как его рука сдвинула к краю задней стороны бедра трусики, и член начал скользить по интимным складкам, вспыхивая между ног сильный яркий жар. Не терпелось его уже ощутить внутри. Я ерзала от терзающего желания, показывая ему, что была уже сильно готова, что я уже его жаждала.

Его член внезапно скользнул по мокрой дырочке и глубоко проник внутрь меня. Лёгкая вспышка боли — а затем яркая волна наслаждения застила мое тело.

Прижимая мои лодыжки к своим плечам, он начал ускоренно двигаться. Наполненный жаром член скользил внутри, размазывая всю влагу.

Он прижался к моей разгоряченной груди, и его язык начал скользить по шее. Останавливался на том месте, где ускоренно стучал пульс. Я стонала, запрокидывая голову и позволяя ему целовать меня снова и снова, сильнее и сильнее. Каждый толчок скруживал голову, и я ощущала, как в мозгу раз за разом взрывались клетки от наслаждения.

Тут он перехватил меня за ягодицы и поднял вверх. Рухнул спиной на кровать, и я оказалась сверху.

Желанием своим ненасытным пульсом пронизало мое тело, и стоять неподвижно стало неуловимой пыткой. Я терлась, извивалась, прыгала, а он лежал, сжимая мои ягодицы, и наблюдал. Наше судорожное дыхание слилось воедино. Внизу кричали пьяные студенты, но до них не было дела.

— Хорошая девочка. — прошептал он, скользя пальцами по моему чулку.

Я нарастила темп, довольно улыбнувшись. Его руки сжали и начали сминать мою грудь. Делал это с такой яростью, словно хотел, чтобы весь ее жар просачивался в его ладони.

— Умница. — выдыхал он. — Видел бы тебя сейчас Андрей.

Сквозь слетевший стон я звонко рассмеялась. Вспомнилось, как однажды он нарушил наши ласки. Но если сейчас он наблюдал за нами, то мне было все равно. Внутри даже вскипело сладким ощущением злорадство. Пусть видит…пусть наблюдает за нами и понимает, что та наивная глупая девчонка, которая была три года назад, умерла и осталась только в его воспоминаниях. В том прошлом, которое он не ценил, а сейчас от него захлёбывался слезами.

Эти мысли заразили меня таким ярким экстазом, что я ещё сильней начала прыгать и извиваться, наслаждаясь, как головка члена касалась стенок матки. Боль вспышками ударяла низ живота и ещё сильней возбуждала. Между бедер словно проносились заряды молнии. Его горячее дыхание, пронзающее мою кожу, сводило с ума учащенно трясущееся сердце.

— Ух, Са-аша, ты просто чудо… — восторженно шептал Эдгар.

***

— Видела бы нас сейчас эта шлюха. — довольно промурлыкал Стас. — Она бы охринела.

— Забудь ее. — Лера впилась ему в губы, желая этим поцелуем высосать все воспоминания о ней.

От поцелуя воздух становился тяжелее, едва осязаем. Его ладони блуждали по ее телу, и от каждого прикосновения по ее жилам адским пламенем бурлила кровь. Она не могла спокойно его целовать. Она хотела его слопать. Настолько изголодалась по нему.

И от каждого укуса, каждого сжимающего зубами кусочка губы, заряды пронзали тело. Стас, словно сумасшедший, кусал ее губы, захватывал в плен ее язык, скользя по нему своим, надавливал пальцами за подбородок. Лера ощущала, как набухал внутри нее его член, и словно тысячи звезд вонзились своим сиянием ее сердце.

Она прильнула к нему ближе, ее грудь терлась об его горячее тело. Прыгая, она обхватила руками его за шею, сжимая ногами его талию. Безумная и до жути голодная терлась своим возбужденным лоном по его паху. Пыталась утолить тот сумасшедший огромный голод, который терзал ее все эти годы.

— Ты лучше ее, крошка. — оторвавшись от ее губ и прижимаясь лбами, прошептал Стас. — не знаю, зачем я вообще с ней связался.

— Может от скуки. А может от того, что она тебя, дрянь такая, обманула. Показалась хорошенькой, а на деле конченная сука. — со всей яростью выплевывала каждое слово Лера, ускоряя свои толчки.

Стас лег, запрокинув руки за голову и с хитрой ухмылкой оглядел девушку:

— У-ух, а ты…хороша. Не то, что она, полное бревно. — сжимая ладонями ее талию, прорычал он.

Лера извивалась, прижимая его горячие ладони к своей груди.

— Будешь моей и только моей? — схватив ее ягодицы и раздвигая их, прижимая ее к себе, спросил он.

— Я очень хочу быть твоей. — прошептала она каждое слово под стук своего сердца.

Одной рукой он поглаживал ее изогнутую спину, а второй обхватил за утонченную шею, прижался к ней губами и начал со всей яростью кусать за кожу, всасывать ее горячими устами, ощущать, как по ним ударялся пульс. Лера скрипела зубами, глотая боль, но понимала, что молчать было трудно. Мужской орган внутри нее кипел и бурлил, разгорая пламенем ее тело, и Лера наслаждалась этими ощущениями, этими жестокими, но безумно страстными поцелуями. Она громко застонала, когда его требовательные пальцы начали разлаживать влажный набухший клитор.

— А теперь мой черед. — прошипел он и, плотно прижав ее лоно к своему паху, начал ускоряться, как яростный тигр.

Он хотел порвать ее в клочья от обезумевшего удовольствия и жажды похоти.

***

— Ты моя и только моя. — шептал Эдгар, одной рукой обнимая меня за шею, а второй прижимая пальцы к губам.

— Твоя … — учащенно шепча, сказала я, — твоя…

— Люблю тебя, Саша…

Я жадно кусала и обсасывала соленую кожу его пальцев. Мое имя, вылетавшее из его уст, трепетно отзывалось по каждому уголку моего тела. Жар расстилался внизу живота, каждая клеточка моего тела кипела и взрывалась от пульсации твердого набухшего члена.

Мышцы тянулись до предела и дрожали от сгорающего пламени страсти.

Когда его пальцы намокли от моей слюны, Эдгар прижал свою руку к налившуюся от жажды похоти клитору и начал тянуть бугорок, крутить, массировать. А потом вставил пальцы внутрь, прижимая их к пульсирующему члену. Я вскрикнула от удовольствия, промчавшегося волной от пят до головы. Эдгар начал ускоренно шевелиться, свободной рукой прижимая меня к своему паху. Мышцы сокращались, растягивались. Закусывая губу, я постанывала, как не в себя. В груди колыхал настоящий жар. Удовольствие скручивало все внутри тугим узлом.

В мой приоткрытый дрожащий рот проникли пальцы другой руки. Не успела опомниться, как мокрые пальцы проникли в анальное отверстие. Внутри взорвался жар. Я громко застонала, чувствуя, как эйфория стекалась по венам. Мышцы ритмично сжимались под волей пальцев.

— А-а-х, — меня выгнуло, а он продолжал меня неудержимо вдалбливать во все дырки. Закусывая губу, ощущала, как с меня все обильно стекало.

***

Стас засунул Лере в рот свои пальцы. Она плотно сомкнула их губами, проводя языком и закатывая глаза.

— Лера, ты супер. — шептал он.

Стас обхватил ее голову ладонями и потянул к низу, к своему дымящему стояку. Лера уловила его намек. Ее губы тут же коснулись выпирающих вен, язык провел по твердому органу, направляясь то вниз, то вверх, к розовой головке. Губы сомкнулись на ней, и Лера начала жадно рассасывать. Стас хрипел, надавливая ладонями ее голову, и ускоренно начал двигать ею, устремляя головку к ее горлу, мечтая засунуть ей по самые гланды, чтобы она высосала из него весь этот буйный порыв, который бурлил в его венах и бил по разуму.

Лера впилась ногтями ему в бока. Царапала кожу, и это возбуждало обоих. Стас крепче прижал ладони к щекам Леры и оторвал ее от своего члена. Прижал ее к себе и вошёл в нее вновь. Оставленные ее слюни холодом прожгли их обоих.

Она стонала, как ненормальная, закатывая глаза настолько сильно, что зрачки скрывались за веером дрожащих ресниц. Он дышал так яростно, что нос плотно забился от ее жаркого, пылающего запаха, рассекающего клинком сознание.

Стас прорычал и оторвал Леру от члена. Обхватил ее за талию и прижал девушку спиной к себе. Ее горячие ягодицы вдавились к его паху и дразнили своим жаром. Она поскуливала, ощущая, что не утолила свой голод, и это скруживало ему голову.

— Ненасытная… — шептал он, кусая ее мочку уха.

Головка члена уперлась между ее ягодиц, и Лера застыла, предвкушая новое проникновение. Внутри нее все пылало и ныло, умоляя продолжить. Стас это чувствовал и решил немного над ней поиздеваться. Начал проводить тремя пальцами по ее клитору и с восторгом наблюдал, как тряслись ее коленки, как от судорожного дыхания вздымалась ее грудь, и как она своими сладкими стонами молила насадить ей поглубже.

Эти нежные касания по клитору вызывали в ней ярость. Она хотела сама схватить его член и себе вставить. Но лишь продолжала тереться бедрами.

И тут в ее голове взорвались фейерверки, когда она ощутила резкое вхождение. Толчки парня стали невероятно быстрыми, словно он слетел с катушек. Шлепки по ее ягодицам, сжимание грудей, пламенные укусы на коже — все для нее смешалось в нечто безумное. Они содрогались одновременно от этого мощного удовольствия.

Пропитанный алкоголем разум стал потихоньку выветриваться. Стас начал ощущать, что силы стали иссякать. Но сладко стонущая и извивающая Лера заставляла пылать тот приятный жар в груди, и он все продолжал, продолжал ускоряться, надеясь окончательно под ней взорваться…

***

Наши сердца касались друг друга. Наши пальцы сжимали друг друга. Губы не отрывались и со всей хищной силой сминали друг друга.

Мои покрасневшие обкусанные уста таяли под хищным нажимом его крепкой мужской челюсти.

Оргазм словно пробрал до костей. Я вскрикнула и устало рухнула вниз. Тут же Эдгар вытащил член, и теплая сперма каплями ударилась в мою ягодицу и начала разливаться по ней, устремляясь к задней стороне бедра.

Я учащенно дышала, ловила воздух, видя, как перед глазами вспыхивали искры.

Эдгар смахнул волосы со щеки, обнимая мое лицо. Я смотрела на его румяные губы. Он хотел что-то сказать, но внизу раздался крик Маши:

— Васёк, Карина твоя! Дарю ее! Только заботься о ней! И да, хочу напомнить: ты будешь батькой!

Мы с Эдгаром одновременно рассмеялись и оставили друг другу короткий поцелуй.

— Оно и к лучшему, что Карина нас заперла. Я насладился тобой. — прошептал Эдгар, блуждая кончиками пальцем по румянцу на моей щеке.

— И я…тобой…

Я устало рухнула на кровать животом, продолжая учащенно дышать. Голову кружило. Тело продолжало дрожать под судорогой. Давно не испытывала оргазма. Учеба, работа и подготовка к научной конференции отняли столько сил, что самым приятным мгновением для меня был сон в прохладной постели.

А сегодня любовная утеха с Эдгаром.

Я прикрыла глаза, наслаждаясь, как приятная боль и усталость растекались по венам и мышцам. Голову перестало кружить. Хотелось уснуть в объятиях любимого.

Вскоре Эдгар приподнялся и провел салфеткой по моей ягодице, стирая засохшую сперму. Я едва это ощутила, чувствуя приближения приятного сна.

А после мы укрылись одеялом. Я прижалась щекой к его крепкой груди. Рука Эдгара обхватила меня, и мы оба провалились в этот нежный сладостный сон.

***

Их стоны слились воедино. Жар, окутавший тела, наполнился новым градусом. Лера ощутила, как член внутри нее сильно набух и внезапно по влажным стенкам растеклось что-то очень мокрое и теплое.

"Он в меня кончил".

— Ты хороша, крошка… — слабыми губами хрипло прошептал Стас.

Лера закатила от наслаждения глаза, ощущая, как сперма жаром разливалась внутри нее, накрывая пульсирующие от желания тонкие стенки.

Стас сомкнул глаза. Из полуоткрытых губ вышел тихий выдох.

Сон забрал его мгновенно.

Лера довольно улыбнулась и прочертила ногтем линию на его нижней губе.

— Скоро нас с тобой будет кое-что связывать. — сквозь учащенное дыхание прошептала она, надавливая острием ногтя ему на губу. — И эту дрянь ты окончательно забудешь.

От выступившей капли крови, которая вонзилась ей в ноготь, улыбка Леры расширилась еще сильней.

— Очень надеюсь, что ты примешь нашего ребенка. Иначе Саша прольет за тебя свою кровь.

Она облизнула кровавую каплю и, ощущая, как ее соль тлела на языке, легла на посапывающего парня, продолжая чувствовать пульсацию его органа внутри себя, и сама не заметила, как сознанием утонула во сне.