Глава 25. Все зависит от тебя

Айрис места себе не находила. Холмы бурлили и полнились слухами, в резиденции раскрывались преступления и назревали события века, а проклятую невесту оставили не у дел. В замок отправили! Сочли, что ее жизни ничто не угрожает, а для здоровья будет полезен покой.

Джи Лин Ри с головой погрузился в дела, король будто позабыл о прежних планах, Мелиса пропадала непонятно где… Лишь тетушка Руденс находилась рядом, но ее присутствие ситуацию не улучшало.

Она переживала и страдала. Ее мучило то, что она повелась на сладкие речи талантливого волокиты, поддалась минутной слабости и бросила Айрис на произвол судьбы. Племянницу едва не убили, а Эреса Руденс тем временем думала о чужих детях! Этого она себе простить не могла, и изводила окружающих невыносимым раскаянием.

Ближе к вечеру тетушка успокоила нервы приличным бокалом вина и задремала. Это было самым настоящим подарком судьбы, потому что Айрис дошла до предела и готовилась перехватить эстафету сожалений. А так… Атмосфера безнадежной горечи пропала, и волнения утихли сами собой.

Когда стемнело, в комнату постучались. Сердце едва не выпрыгнуло из груди, ведь единственный визитер, что мог прийти в такой час, занимал все мысли: и приятные, и печальные. Но это оказался Олис, паренек из флигеля. Безуспешно пытаясь стереть след розовой помады со щеки, он сообщил, что госпоже Миллс звонят из Валесии. Срочно.

Айрис не успела переодеться ко сну. После той страшной ночи с убийцами она боялась темноты и тишины, поэтому старалась не ложиться как можно дольше.

— Кто звонит? — Длинное светлое платье свободного покроя зацепилось за щепку в двери, что появилась после смены замка. — Он представился? — Хотелось избежать прорехи и понять, чего ожидать от ближайшего будущего. — Это мужчина или женщина?

Звонил отец. Очень тревожился. Не о дочери, которую не видел почти месяц, а о том, что король почему-то не спешит пополнять счет. Уж не обидела ли его глупая дочурка? Деньги, между прочим, на деревьях не растут. Родовое гнездо заложено и перезаложено, за сахарный завод надо вносить очередной платеж, братьев вот-вот выгонят из академии — они сильно накуролесили, а возмещать ущерб нечем. Что Айрис себе думает? Небось, насмотрелась на противную полукровку и тоже начала дерзить Фабиану? Так эта Стау может делать что угодно, у нее ни кола, ни двора, ни чести. А у Айрис есть обязанности. Ей нельзя расстраивать короля ни при каких обстоятельствах.

— Я замуж выхожу. — От всего этого разболелась голова, на ум лезли сплошь нехорошие слова.

— Умничка, так держать! — Тон разговора резко изменился. — И напомни Фабиану, что его желания имеют цену.

— По-настоящему выхожу.

На том конце провода раскашлялись и что-то уронили.

— За кого?! — прозвучало с затаенным трепетом.

— А того, кто не боится ни проклятия, ни короля.

— Боги, за самого князя?! Это же чудесно! Постарайся сказать: «Да» прежде, чем он…

— За лесника. Будущего. У него есть домик в деревне, огород, бабка-ведьма и грызня с выводком. Вряд ли вы захотите приехать к нам в гости, но если вдруг надумаете, я продиктую адрес.

— Ненормальная!

— И вам всего хорошего, отец. Передавайте мои сожаления маме и братьям. Надеюсь, вам предоставят отсрочку с залогом.

В трубке послышались гудки.

Айрис глубоко вздохнула и покинула флигель. Зачем она это все наговорила? Со злости, не иначе. Раньше было лучше. Память не лгала! Айрис Миллс любили ровно до тех пор, пока она не стала «не такой». Проклятие сделало ее прокаженной. Те, кто пылинки с нее сдувал, отвернулись. Они видели перед собой не дочь, а проблему.

И вдруг проблема начала приносить доход. Жизнь изменилась, но не благодаря Айрис — за ее счет! Отныне Айрис Миллс была средством, а не живым человеком, и к ней относились соответственно.

Паренек-связист почти оттер помаду с одной щеки, зато на второй появился новый четкий след. Его наверняка могли объяснить быстрые затихающие шаги на покрытой гравием дорожке, но Айрис не задала неудобный вопрос. Коротко поблагодарила и заколебалась, не зная, куда отправиться. В комнату? Нет, это даже не рассматривалось! Там словно жили призраки прошлого, и каждый шорох приносил боль. Лучше в сад, к малиновым кустам, на которых изредка попадались переспевшие ягоды.

Двор не пугал и не вызывал неприятных ассоциаций. Несмотря на позднюю пору, его наполняла жизнь. К фонарям слетались беспечные мотыльки, в траве прятались громкие цикады, одинокая лягушка выводила заунывные рулады где-то под низко нависшими ветками яблонь… Айрис чувствовала здесь покой. Каждый звук имел свой источник, каждое движение — безобидную причину. Все подчинялось ночи и ее неписаным правилам.

— Кхе-кхе…

Легкие шаги предупредили о постороннем раньше, чем рыжая конопатая девчушка в приютской одежде выскочила из-за угла и тактично кашлянула.

— Добрый вечер, Лика.

— Как жизнь, госпожа невеста? Есть минутка?

Почему бы и нет? Живая душа — это всегда хорошо.

— Что-то случилось? — Айрис напомнила себе, что с точки зрения подростка она — взрослая, относительно важная персона, и нацепила на лицо серьезное выражение. — Все в порядке?

Нет, все было отнюдь не в порядке! Настолько не в порядке, что Лика и Ло Ла сходили с ума от плохого предчувствия. Но Ло Ле проще — она красивая, случай что, в любой момент может выскочить замуж, надо лишь подобрать жениха нормального: симпатичного, молодого, послушного, без родственников-зазнаек. А Лика в растерянности. Ей надеяться не на что, и ускоренный курс флирта от подруги ситуацию не улучшил. Строить глазки трудно, от этого голова кружится. С поцелуями дело выглядело проще, но Олис-связист, единственный подходящий подопытный, это явно не оценил.

— Да что же произошло? — Айрис теряла терпение.

«Произошла» тетушка Руденс. Вчера она вернулась в замок с разбитым сердцем и наткнулась на Лику и Ло Лу, что украсили комнату князя по высшему разряду, одобренному журналом «Светская жизнь Валесии», и осаждали связиста, требуя самые свежие новости о Джи Лин Ри, шесс и короле. Происходило это поздно, и тетушка пришла в неистовство. Она весьма грубо отозвалась о руководстве приюта, о современном воспитании, о подлых мужчинах… И заявила, что спасет хотя бы две невинные души.

Помня нашумевший фильм о старушке с топором, девочки приготовились к бегству, но госпожа Руденс имела в виду не радикальные методы решения проблем, а старое доброе опекунство. Лучась слегка безумной улыбкой, она пообещала увезти Лику и Ло Лу в настоящий город и лично заняться их воспитанием.

Согласия девчонок никто не спрашивал, горячие возражения тетушка выслушивать не собиралась, потому что знала сама, как для них будет лучше. Холмы — сущее болото, гнездо разврата, обитель порока… Приличная девушка ноги целовать должна за возможность выбраться отсюда, получить хорошее образование, стать полезным членом общества вроде учительницы или, в крайнем случае, медсестры, и найти достойного мужа.

В красках расписанная госпожой Руденс перспектива подружек не обрадовала. У них были другие планы.

Ло Ла мечтала стать модельером, заканчивала курсы швеи и уже договорилась с господином Пиксом, самым модным портным княжества, о практике в его агентстве. Госпожа Майва не возражала — наоборот, она поощряла воспитанниц искать свой путь и ценила активность. Но отказать даме вроде госпожи Руденс госпожа Майва не посмеет. Она куда-то пропала, а когда вернется, всенепременно начнет выслуживаться и не нарушит правила.

Ло Ле оставалось три года до совершеннолетия, потратить их она собиралась с практичной пользой для будущего, но пока ее судьбой управляли другие. Девушка не хотела, чтобы в их числе оказалась госпожа Руденс, равно как и не хотела избавляться от опекунства посредством замужества. Во-первых, в шестнадцать лет разрешение на него получить не просто; во-вторых, муж — это надолго (как минимум до совершеннолетия), и не факт, что попадется нормальный. Многие парни на словах современные и прогрессивные, а как доходит до отношений, сразу меняют взгляды. Но на самый крайний случай у Ло Лы была пара-тройка кандидатур.

С Ликой все обстояло сложнее. Она любила рисовать карикатуры, выращивать цветы, наблюдать за крячами и печь булочки. Конкретных планов девушка не строила, но собиралась в Лесное училище и это не обсуждалось. В приюте она жила вместе с двумя младшими кузинами и считала своим долгом о них заботиться как сейчас, так и по достижению девятнадцатилетия. Ни госпожу Руденс, ни Валесию будущее Лики не включало.

— Легко ей говорить… Она ничего о нас не знает! — возмущались девочки. — Мы ж не котята в коробке на базаре, подходи и бери с доплатой! У нас это… История есть! Мы не просто так в мире болтаемся! Мало ей мелких? Они все про мамку мечтают, выбирай любого и опекай сколько влезет!

Айрис пообещала разобраться. А что ей оставалось? У тетушки печаль-беда, сгоряча она может наворотить дел… Или проплачется и забудет обо всем.

После трескотни Лики тишина в саду стала особенно заметной и немного гнетущей. Ветер почти не ощущался, но едва слышный шелест листьев мешал просто закрыть глаза и вдыхать наполненный свежестью воздух. Шорох, шуршание, легкое дыхание… Айрис обнаружила, что забрела слишком далеко и прислушивается к собственным вдохам и выдохами. Это нервировало. Сад, совсем недавно такой мирный и приветливый, вдруг изменился, погрузился во тьму… Точно! Фонари остались далеко позади, здесь же, под сенью старых деревьев, царили тени и пауки.

— Эй, невеста!

Айрис подскочила. Она не заметила приближения А Ли, хотя была на взводе и следила за окружающим миром изо всех сил.

— Невеста… — Он шел медленно, будто боясь напугать. — Почему ты одна? Ничему тебя жизнь не учит.

— А Ли Шин…

— Я освобожу тебя, невеста. Помнишь, я обещал? Я сделаю это.

— Как? — прошептала Айрис и подбежала к нему, прижалась к груди, уцепилась непослушными пальцами за плечи, силясь не отпустить, оставить рядом с собой навсегда. — Как, А Ли Шин? Предлагаешь бежать?

— Нет, не бежать. — А Ли снова пах клубникой и малиной. И где он их находит? Садовые уже перезрели и опали. — Разве это выход? Ты не создана для скитаний, Айрис. Ты слишком хрупкая и нежная… — Его руки были теплыми, бережными, крепкими. — Тебе нельзя мыкаться по миру, поэтому я раскрыл заговор против короля. Настоящий заговор, представляешь? Проведи меня к Фабиану, и наша жизнь изменится. Верь мне, невеста. Моя невеста… Веришь?

Айрис верила. А Ли мог делать глупости и попадать в неприятности, но его это не останавливало. Он шел к цели, не боясь показаться смешным. Для него Айрис Миллс была важнее, чем мнение посторонних людей.

* * *

— Итак, еще раз. — Фабиан пребывал в прекрасном расположении духа, однако напрочь отказывался воспринимать Айрис всерьез. — Ты требуешь встречи в пять минут первого ночи, мотивируя это тем, что мой любимый циркач А Ли Шин за полдня раскрыл дело, над которым спецслужбы трудятся четыре месяца? Очень интересно… Начнем с самого очевидного вопроса.

— Кто возглавляет заговор? — с надеждой предположила Айрис.

— Что ты принимала, Ириса? Кустарную ерунду или что-то покрепче? Я, конечно, придерживаюсь весьма широких взглядов, но от тебя такого не ожидал.

— Вы же согласились меня выслушать!

— Ты прорвалась сквозь ворота с воплем: «За Родину! За короля! За любовь!», а я ценю зрелища. Разве у меня был выбор?

Айрис почувствовала, как запылали щеки, и опустила глаза. Все верно, она избрала единственный гарантированный способ привлечь внимание Фабиана, но воспоминания об этом останутся с ней надолго. И со стражей, н-да…

Они к такому явно не привыкли. Остолбенели, позволили настоять на своем, проводили в приемную на первом этаже… Жаль, если король отыграется на них. Они не виноваты, что впервые в жизни Айрис Миллс захотела чего-то по-настоящему и наплевала на методы. И те парни не пожаловались на то, что она угрожала им окаменением как целиком, так и частично.

— Иди домой, Ириса. — Король поплотнее запахнул полы длинного халата с изумительной вышивкой, из-под которого выглядывала черная пижама. — На днях мы со всем разберемся, и тогда делай что хочешь.

— Я не пойду к алтарю!

— Пойдешь как миленькая. Ну или уговоришь Лису, или ту кусачую революционерку, или еще кого… По большому счету мне без разницы. Нужна шумиха, понимаешь? Грандиозное событие. Балаган. Проклятье, ваше всестороннее нытье так достало, что я уже сам готов жениться! Не хочешь замуж? Найди мне выгодную принцессу и спи спокойно.

— И найду!

— Флаг в руки. А теперь будь добра, исчезни раньше, чем я разозлюсь.

Айрис инстинктивно сделала шаг к выходу и запнулась. Нет, так не пойдет! Не для того она летела сюда посреди ночи, чтобы отступить. Не казнят же ее в самом деле за назойливость?

— Вас убьют, сир. Вас, ваших ярых сторонников и князя.

— Люди смертны. — Фабиан пересек комнату и нажал выключатель. — Хороших снов.

— Это будет не на свадьбе! Вы не подготовитесь! Они знают, что вы расставили сети, и не попадутся! Все произойдет в день отъезда!

Выключатель щелкнул еще раз. Король вернулся к Айрис и столу, за которым она сидела.

— С этого момента поподробнее, Ириса. Как ты узнала про день отъезда?

— Я… Э… Все дело в бабке и крячах…

— Ириса!

— Окно.

Фабиан не переспрашивал. Снова выключил свет и рывком распахнул занавески и ставни.

— А Ли Шин? — произнес полувопросительным тоном.

— Я очень сильно извиняюсь за вчерашнее, — донеслось из темноты. — Я правда не хотел ничего такого оскорбительного, думал, пьянь какая-то ползает или извращенец. И за озеро извиняюсь, и за попойку, и за шлем… А шлем почему грязный и погнутый вернули? Тут столько челяди, могли бы и почистить.

— А Ли Шин!

— Можно мне войти?

— Нужно, чтоб тебя!..

— Я тут на коленях стою, — прозвучало довольно агрессивно. — Извиняюсь.

— Да хоть на голове пляши! — Король высунулся в окно, слепо зашарил в пустоте. — Где ты?!

Несколько секунд тишины — и дверь отворилась.

— Добрый вечер, — степенно изрек А Ли. — Снаружи патрули, страшно немного… Я не рискнул. — Лампы вспыхнули, Фабиан резко повернулся на звук. — Почему вы в темноте сидите? Это странно.

— Не настолько, как ты у меня за спиной, — прошипел король сквозь зубы. — Кто тебя впустил?!

— Имени не знаю, но у него с женой не ладилось, пока бабка ему советов не нарисовала.

— Не написала, — механически поправил Фабиан.

— Нет, то было иллюстрированное издание. «Сто восемнадцать встреч под ветками персика» или что-то такое. Не читали? Очень увлекательно. Кстати, насчет чтения… — А Ли выудил из внутреннего кармана пиджака записную книжку в кожаной обложке с золотым тиснением. — Это схема. Там шифр, но он простенький. Некоторые буквы заменены цифрами, фразы строятся как в языке линг, вместо союзов символы. Закономерности сразу в глаза бросаются. Позорище полное… Могли бы и лучше постараться.

Король рванул блокнот с такой силой, что А Ли покачнулся. Айрис поманила его к себе, успокаивающе погладила по руке, хотя не чувствовала ни малейшей уверенности. Фабиану могло прийти в голову что угодно, прецедентов хватало.

Правитель пялился на аккуратные строки и хмурился, напряженно шевелил губами, нервно теребил большую блестящую пуговицу халата. Наконец поднял голову и уставился на обоих визитеров с одинаковым недоверием.

— Где ты это взял, А Ли Шин? — спросил требовательно.

— В городском управлении. Прочитали? Там планируется подорвать ваш поезд на отрезке пути между Лисьей Топью и Зеленой Топью и обвинить в этом сторонников Джи Лин Ри, которого вы убьете перед отъездом за то, что он участвует в заговоре. Подробности того заговора… Ну, всем известного заговора! Подробности и доказательства обнародуют в день покушения, потом князя застрелят и свалят все на ваш приказ. А когда вы взорветесь, это назовут местью за Джи Лин Ри.

— Тише! — Фабиан захлопнул ставни и отшатнулся, когда ему в лицо врезался ночной мотылек. — Поделись еще разоблачениями со всем миром… Мы давно уже разрабатываем это направление. Но главного здесь нет… Ничего не хочешь добавить?

Айрис дернула А Ли за рукав, напоминая: пришло время переговоров.

— Он назовет имя главаря в обмен на… — уверенно начала она и сникла. — На… А Ли Шин хочет…

«Почему он молчит?! Вдруг передумал? Понял, что может получить все, и уже не рад, что со мной связался?!» — замельтешили испуганные мысли.

— Да ради бога, — поморщился король, — знаю я его желания, он мне их озвучивает при каждой встрече. Хорошо, я сделаю это. Даю слово. Что вы смотрите как бездомные котята? Мне надо имя, торговаться я не намерен. Полкоролевства не отдам, а такую мелочь… Не о чем разговаривать. Итак?..

— Это Кан Ди Мин, — выпалил А Ли. — Я подумал о нем, когда врал бабке, что в питомнике только чищу пустые вольеры, хотя на самом деле я еще и корм разношу. Понимаете? Она в любом случае узнала бы, что я работаю с крячами, но я признался в безопасной работе и ее это успокоило. Она поверила, потому что знала: я захочу пойти туда, и сама подталкивала меня к идее насчет работы уборщика. Но за уборку платят мало и хочется чего-то большего, а для «большего» надо рискнуть. Вот и Кан Ди Мин сделал так же. Признался в том, что никогда не сработает, и спокойно занимается важными делами. Его не подозревают ни в чем серьезном, ведь для всех, и в первую очередь для вас, сир, он посмешище.

Айрис упустила момент, когда Фабиан крутнулся на пятках и выскочил из приемной. Она смотрела на А Ли и волновалась как никогда в жизни. В ушах шумело, и звук легких шагов не сразу пробился к сознанию, но хлопнувшая дверь подействовала как гром выстрела.

— Это что сейчас было, невеста? Если он поверил, то почему не потребовал доказательств, если не поверил, почему не орал, как он любит?

Дверь стукнула снова. Покачиваясь, через порог просеменил невысокий толстый человек в мятом сером костюме. Одной рукой он пытался застегнуть пиджак и рубашку одновременно, второй приглаживал редкие курчавые волосы. Где-то Айрис его уже встречала… Ассоциировался незнакомец с бедой.

— Спокойно, Ириса. — Фабиан вошел следом. — Не надо криков, Шан То Ман здесь не в качестве палача. Он эксперт по Холмам и знает имена, которые мне ни о чем не говорят. Итак, начнем сначала. Как, зачем и почему?

В изложении А Ли все звучало просто. Он сделал ставку на шесский карандаш, проследил его путь от фабрики до административного крыла замка, раскрыл дело о мелких кражах и уверился: амулет попал к королю не из рук злодеев.

— Мне его подбросили, — возразил Фабиан. — Я обнаружил его у своей постели и подумал, что кто-то из подпевал Джи Лин Ри шпионил за мной и проявил неаккуратность. Но потом я встретил крячу и понял, что ошибся… Волшебный карандаш с именем князя — это же верх наглости!

— Вы не ошиблись, сир. — Айрис уже слышала эту историю от А Ли и попыталась представить ее под другим углом. — Амулет действительно обронили без злого умысла. В Холмах есть старая добрая традиция… Очень давняя традиция! Самые важные люди княжества должны спать в постели, усыпанной розами, и украшают ее юные красивые девушки.

— Хорошая традиция, — кивнул король. — Помню такое, девочки сказали, что они от Джи Лин Ри. Подозрительно, конечно, но мило. Правда, я бы предпочел розы без стеблей с шипами, но с обычаем не поспоришь. И, будем откровенны, понятия о красоте в Холмах весьма оригинальные. Значит, тех троих послали не заговорщики?

А Ли с несчастным видом сообщил, что «те трое» действовали по собственному почину. Одна из них постоянно рисует смешные картинки и не упускает случая одолжить бесхозный карандаш и бумагу. Амулет находился в административном крыле вместе с другими канцелярскими принадлежностями, потом сменил владельца и попал в резиденцию. Девочки в незнакомом месте нервничали, выпавший карандаш не заметили…

— Охрану тоже не заметили, — буркнул Фабиан. — Четыре раза подряд не заметили. Надо придумать униформу поярче. Так что с Кан Ди Мином?

* * *

Кан Ди Мину не повезло — из-за стычки с Нитой Лист и многочисленного прибавления в семействе он был у всех на слуху. Когда А Ли уверился, что шесс и заговор из разных, как говорится, опер, то начал рассматривать другие варианты.

Первый: король сам раздул вокруг себя шумиху, чтобы иметь повод захапать Холмы.

Второй: заговорщики — дилетанты, и все, что о них знает каждая собака, правда.

Третий: вся эта катавасия с историческими документами, приворотными зельями и поисками добровольца-убийцы — отвлекающий маневр, прикрытие для чего-то серьезного.

Рассуждая здраво, короля при желании можно убить где угодно, ведь современные оптические прицелы — удобная штука, а публичность Фабиан любит. Тогда почему княжество? Здесь любой чужак как на ладони. Конечно, свадьба князя выгонит на улицы десятки тысяч местных жителей, но король не дурак, на рожон не полезет. Да и сразу видно: ему хочется, чтобы что-то произошло на празднике. Он подготовлен к этому. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: Фабиан нарывается не просто так. Это ловушка.

А Ли сомневался, что покушение случится в храме. Заговорщики не идиоты, на поводу у эмоций не пойдут. А где тогда? Либо в резиденции (место хорошо охраняемое — когда его хотят охранять), либо при отъезде, либо в Валесии.

С Валесией все обстояло туманно, а вот отъезд давал приличную возможность избавиться от всех приезжих одним махом. Бомба в поезде — это нереально, его обыщут с лупой. Амулет и крячи? Доказательств того, что заговорщики пользовались поделками шесс, не было. Заминированные пути? Маловероятно. Их тоже проверят. Правда, не люди короля, а местные железнодорожные службы… Помнится, они с размахом отметили завершение ремонта. Спонсировал то мероприятие городской совет. И с какого перепугу это сборище скупцов вдруг расщедрилось?

А Ли посетил ратушу, не рассчитывая на многое. Половину советников из списка подозреваемых он сразу выкинул — для государственной измены у них не хватало ни духу, ни денег. Кан Ди Мина тоже не рассматривал — он участвовал в «заговоре князя» и наверняка находился под присмотром. Службы короля бдят не хуже, чем всеведущая бабка, и ничего не пускают на самотек.

«Но бабку я обманул полуправдой», — А Ли обмозговал эту идею и решил начать именно с неудачливого господина Мина.

Кан Ди Мин интересу к своей персоне не обрадовался, и выяснилось, что этот добродушный бородатый толстячок бывает весьма агрессивным. Его охрана — тоже, а домочадцы так вообще как цепные псы.

Пока А Ли колотили (благодаря угрозе проклятия от бабки, не очень сильно), он проверил карманы господина Мина на наличие улик и раздобыл записную книжку. Это принесло несколько ружейных выстрелов вдогонку, из чего стало ясно: улов попался непростой. А Ли отправился в резиденцию, но его туда и близко не пустили. Вечер на дворе, видите ли. Король изволит опочивать.

Тем временем Кан Ди Мин лично наведался к ведьме Шессе, чтобы пожаловаться на ее беспутного внучка. А Ли счел, что визита с погромом ждать не стоит, отконвоировал бабку в замок и попробовал достучаться до Фабиана проверенным способом — с помощью Айрис.

* * *

«Эксперт по Холмам» Шан То Ман слушал рассказ молча, лишь часто хмурился и облизывал узкие губы. На его одутловатом лице читались десятки вопросов, но он поглядывал на короля и сдерживался.

— Цель? — Фабиан, наоборот, пылал азартом. — Зачем это Кан Ди Мину? С кем он работает?

— А ему откуда знать? — Айрис грудью заслонила А Ли. — Он выкрыл главаря, остальное — ваша задача! Вы же все спровоцировали, вот и разбирайтесь сами, куда тянутся ниточки.7d423c

— Я?..

— Вы создали себе репутацию мирового зла! Теперь пожинайте плоды!

— Посещаешь кружок революционеров, Ириса?

Айрис опомнилась, испуганно охнула, прижала пальцы к губам.

— Простите, сир…

— Да ничего, я тоже посещаю. У них печеньки к чаю очень вкусные и неплохие идеи по управлению страной иногда витают. Но в целом ты права, мотивы — не ваша задача. Да и смысл над ними думать? Это почти всегда деньги, а в случае самого богатого человека этого региона — стопроцентно деньги. Хотя с твоим энтузиазмом я рассчитывал на нечто большее, чем…

— Чем спасение вашей жизни? — вырвалось нечаянно. — Ой… Простите…

Фабиан кивнул молчаливому Шан То Ману, и тот посеменил к двери.

— Ириса-Ириса… То, что я веду себя как идиот, не делает меня идиотом, но тсс… Это государственный секрет. А за Кан Ди Мина благодарю. Такие прохвосты, как он, будут мне полезны.

— Его не арестуют?!

— Посмотрим. Если до утра мне не придет в голову гениальный план насчет него, то арестуют.

Айрис прикусила костяшку пальца, чтобы не ляпнуть ничего непростительного. Методы короля противоречили и ее убеждениям, и здравому смыслу, однако до сих пор Фабиан ведь жив?

— Вы сдержите обещание, сир? — Она опасалась смотреть на него, чтобы не спровоцировать очередную оригинальную идею со своим участием.

— О чем речь? — Король выглядел обиженным недоверием. — Конечно!

— Она свободна? — А Ли решительно выступил на передний план. — Точно?

Фабиан взглянул на него с искренним недоумением.

— Кто? — уточнил с подозрением. — Ферма? Разумеется. Я не арестовываю имущество каприза ради.

— Невеста!

— Какая невеста? Ты же просил ферму, А Ли Шин. Ферму грызней. Не переживай, документы уже оформлены. Чудесное место, тебе оно обязательно понравится. Тихий уютный уголок вдали от цивилизации… В получасе ходьбы к северу от княжеского замка.

Айрис успокаивающе погладила А Ли по спине, чувствуя: еще немного — и он взорвется от гнева. Тогда нынешние проблемы покажутся им обоим детским садом.

— Но я хочу невесту, сир! — скрип зубов напрочь перечеркивал вежливое обращение.

Фабиан безразлично пожал плечами.

— Извини, ничем не могу помочь. Рабовладения уже лет двести нет. Хочешь невесту — договаривайся с невестой. Говорят, в нынешние времена эта схема как-то так работает.

Король ушел, провожаемый ошеломленными взглядами. Бросил кому-то в коридоре: «В доме дети, присмотрите, чтоб было без разврата» и убрался в ночную тишину, насвистывая мотив из шпионского фильма.

— Э… Невеста… — А Ли будто разом позабыл половину слов. — Договоримся?

Айрис достигла двери и рывком ее закрыла.

— Попробуй убедить меня, — пропела нарочито сладким голосом. — Тебе придется хорошенько постараться, А Ли Шин. — Почему-то придерживаться шутливого тона не получалось. — Ты ведь постараешься? — спросила с надеждой. — Или испортишь все как всегда?

— Может и испорчу. — А Ли быстро взял себя в руки и уже поражал безмятежностью. — Но я не отступлюсь, Ириса. У нас впереди вся жизнь и бесконечное количество попыток.

— А с первого раза слабо?! — возмутилась Айрис, понимая: он абсолютно серьезен.

— Все зависит только от тебя, невеста.

«Только от меня…» — эта мысль грела душу больше, чем любые сокровища и обещания. Право распоряжаться своей жизнью — лучшая из наград, и Айрис собиралась пользоваться ею без ограничений.