24

В уже знакомый город Эрмза мы прибыли рано утром. Как бы мне не хотелось, чтобы Нария вместе со своими мужьями волшебным образом растаяла ещё до посадки аэроборта, чуда не случилось.

И вот мы с ней и парой наших мужей, расположившись в одной из пяти повозок, направляемся в поселение отверженных. Со мной, по понятным причинам, ехал Сарт, Нария же усадила рядом своего мужа — лериона. Не Кавеля, а значит теплое местечко единственного и неповторимого тот потерял. Надеюсь, навсегда.

Какое-то время я рассматривала чужого сказочного эльфа и нет, таких же эмоций как мой Ялей он не вызывал. Мой эльф — самый эльфячий эльф из всех эльфов.

Нария в свою очередь, внимательно присматривалась к Сарту, что, естественно, совсем не понравилось мне. Несколько раз я всерьёз намеревалась высказать нахалке, что это мой крон, а она пусть найдёт себе другого, но сдержалась. Пока. Хотя за руку своего мужа взяла и проникновенно в его глаза посмотрела. На всякий случай. Обозначила территорию, так сказать. Тот понятливо улыбнулся и ладошку, схватившую его, поцеловал. Со стороны Нарии раздался громкий умильный вздох, а я почувствовала себя героиней мыльной оперы.

Бросила взгляд на чужого мужчину, в надежде на помощь. Тот дураком не был и благородный жест моего мужа повторил, со своей женой, разумеется. Нария растрогалась до слёз от такого, казалось бы, примитивного знака внимания и кинулась к мужу в страстном поцелуе. Если ей от такого крышу сносит, то не удивительно как Кавель так долго смог манипулировать бедняжкой.

Спустя несколько минут их нескромных лобызаний, уже начавших переходить в раздевание лериона, мы с Сартом почувствовали себя немного лишними. Я, набравшись смелости, предложила парочке переместиться в другой транспорт. Тот, который занимали мужья Нарии. Ведь их у неё шесть, а значит одна из повозок была на половину свободна. Рокировку провели быстро, подгоняемые неукротимой целеустремлённостью Нарии. Что особо порадовало, Кавель на этот праздник жизни, в смысле заветную повозку со своей женой, не попал.

К нам же с Сартом подсели Доран с Варсом. Нужно спланировать дальнейшие действия. Я хотела передать Кавеля правосудию, но мужья отговаривали. Невозможно доказать, что Раух действовал с его подачи, а не сам. Так что, обойдёмся разоблачением тауда и отпустим с миром.

Тем более, Нария, вкусив других своих мужей, которые действительно ей дорожат, вряд ли захочет возвращаться к Кавелю.

— Но ведь если Доран использует на Кавеле свой дар — тот признаётся! — я никак не могла смириться.

— Ратима боится огласки, хотя он даже не подвергался приставаниям Кавеля. А другие молодые мужчины, которые не смогли избежать домогательств? Их начнут избегать, Катя, — ответил мне Варс, — их жизнь будут кончена.

И в этом мире жертва виновата, ужасно.

— Хорошо, ну может тогда хотя бы Нарии расскажем? Она ведь такая же пострадавшая и должна знать, кого пригрела. Он может быть опасен ей, — говорила и понимала, что не смогу всё так оставить.

— Мы намекнём, что Раух отправился к корфам не совсем по своему желанию. Они были друзья с Кавелем. Нария догадается, если не совсем глупая, и возненавидит мужа за это. Жизнь в семье, которая тебя презирает ужасна, Катя. Это хуже, чем тюрьма и даже отверженность, — ответил Доран.

Я была не согласна, но мужьям в данном случае виднее. Значит планы не меняются — ведём Нарию к лесу корфов, предъявляем капканы и пусть сами дальше разбираются, но уже подальше от нашей семьи.

Весь путь от стоянки повозок до поселения через лес Нарию попеременно несли на руках мужья. У неё не нашлось походной обуви и одежды, а предложение поделиться моей она отвергла. Так что женщина наслаждалась вниманием своих мужчин, а я неустанно, но, надеюсь, незаметно, бдила за Кавелем. Всегда доверяла предчувствиям, а сейчас всё внутри просто вопило об опасности. И, похоже, моя нервозность передалась и мужьям, которые ненавязчиво держали Кавеля в «окружении».

Наконец, лес закончился, мы вышли к поселению. Но вместо радости от возвращения домой я, увидев бесконечные ряды домов, ощутила неконтролируемую панику. Эти пустующие постройки и раньше наводили жути, а теперь, после истории с похищением, за занавесками каждого окна мне мерещилась наблюдающая пара глаз. Казалось, некто поджидает меня за поворотом и в каждом дворе. А эти подземные ходы? Сколько их ещё? Проверять теперь каждый дом? А вдруг кто-то ушёл от возмездия корфов? Вдруг кто-то поселился здесь тайно, пока нас не было? И теперь выжидает подходящий момент, чтобы напасть…

Сарт поднял меня на руки. Он был ближе всех и заметил, что со мной что-то не так, но вида не подал.

— Ты устала, милая, — сказал он, — донесу тебя.

Я прижалась к моему понятливому мужу и смогла, наконец, вдохнуть его родной запах. Запах, ассоциирующийся у меня с недавних пор с защитой и домом. Это помогло немного успокоиться и взять себя руки. У нас есть план, я должна его придерживаться. Иначе ничего не выйдет.

Предупредила корфов о возвращении и наших гостях. Они велели отправить капканы с Баилем. И добавили — в поселении, кроме нас, никого нет, сами выходили из леса и проверяли — никто не ушёл безнаказанным.

Гостей мы повели к Каримиусу, его дом самый просторный.

Пока гости располагались, а Нария восхищалась картинами рутала, я передала Баилю пожелание корфов. Он, под предлогом проведать своих котят, покинул нас. Часа ему должно хватить, да и корфы дадут знать, как будут готовы. Потому предложила женщине перекусить с дороги и уже потом отправляться на беседу к магзверям.

В лице Нарии я неожиданно получила поддержку, она также была в ужасе от пустущих домов:

— Здесь красивый лес, но эти жуткие дома без жильцов… Я бы осталась тут насовсем, но они меня пугают. Да и мужьям их работа не позволит уехать из города надолго. Можно иногда приезжать к тебе в гости?

— Конечно. Только одежду в следующий раз захвати попроще, — шутя ответила я.

На что Нария, наклонившись ко мне ближе, заговорщически прошептала, что и одежда и обувь подходящие у неё с собой, всё же знала, куда ехала, а вот такой близости с мужьями никогда ранее не было. Кавель заслонял собой всех, но ей от чего-то кажется сейчас, что не такой уж он и хороший.

Ох, дорогая, ты не представляешь на сколько права, но сказать я тебе об этом сейчас не могу.

Наконец, корфы дали сигнал о готовности и я, как бы не в значай, предложила гостье навестить их. Нария тут же собралась, всё таки женщина надеялась, что магзвери всё разъяснят и выясниться — её потеряшка уже на пути домой.

Когда мы всей компанией подошли к лесу корфов, нас уже ждали. Подозреваю, что все взрослые особи стаи, уж очень много их тут. Внезапно, ближе всех стоящие звери расступились, а нашим взорам открылась нелицеприятная картина — два жутких капкана, лежащие на земле.

Я, изображая непонимание, подошла к одному из животных, намереваясь узнать в чём дело. Сама же поинтересовалась новостями стаи, не появилось ли больных, раз уж я здесь.

Наконец, момент истины. Я, с выражением праведного гнева на лице, поворачиваюсь к нашей гостье и холодным тоном вопрошаю:

— Кто такой, этот твой Раух⁈ По какому праву он установил здесь, в лесу корфов, капканы⁈

Нария, резко побледнев, в ужасе отшатнулась. Покушение на корфов карается смертью в этом мире, все знают об этом. Тут же между нами, защищая, встали её мужья. В ответ, их окружили мои.

Так, пока всё идёт как надо, главное — не переусердствовать.

— Нария! Рауха и тех, кто был отправлен к нему, больше нет. Корфы на прощают такого, — смотря на испуганную женщину, всё так же холодно говорила я, — зачем твой мужчина пытался навредить корфам? Кто подговорил его? Ты?

Конечно, я знала, что она не при чём, но нужно как-то навести на мысль, что Рауха подстрекали сделать это. И уловка сработала, мужья Нарии вдруг разом повернулись к Кавелю, который совсем не торопился прикрывать собой жену от разгневанной корфовой лекарки. Да, вся эта семья знала о дружбе тауда и корта, а мужья, в отличие от Нарии, и о гнилом нутре последнего.

Я также перевела взгляд на виновника торжества. Нария отмерла, наконец, и обратилась к Кавелю:

— Это ты подговорил Рауха? Чтобы избавиться от соперника? Ты знал, что я хочу взять его в семью, я говорила тебе! Ты специально это сделал!

Ох, милая, как же ты заблуждаешься в его мотивах, но пусть, хотя бы так.

Вдруг Кавель резко достал из кармана руку, а в ней — знакое мне по похищению устройство.

Тут же в голове всплыли слова Рауха: — Вырубить его или остановить сердце?

Меня охватила паника. Я не могу, вот так глупо, потерять своих мужчин.

— Ты знаешь, что это, не так ли? — обратился ко мне мерзавец, — по взгляду вижу — знаешь.

— Кавель? — дрожащим голосом обратилась Нария, — что ты делаешь? Зачем?

— Заткнись! Ненавижу тебя! — крикнул корт и использовал на ней своё оружие. Нария рухнула без сознания, а дёрнувшиеся к ней мужья были остановлены его окриком.

— Ты не сможешь уйти живым, — уже относительно спокойным голосом сказала я.

Мужчина оскалился:

— Посмотрим. В любом случае, от кое-кого избавиться успею.

Краем глаза заметила, что Варс пытается обратить на себя внимание Кавеля. Догадавшись о его плане, осознала — если о запретном даре рыжика узнают, то его приговорят к уничтожению.

— Хочешь, провожу тебя к дому Маргариетты? Записи остались там, — уверенно врала я, — мы не смотрели их. Корфы не тронут. Пойдём?

В ответ на мои слова, корфы за моей спиной расступились, создавая живой коридор в лес.

— Подойди! — приказал Кавель, я послушалась. И вот снова, с наведённым на меня оружием, волокусь в лес.

— Я остановлю ей сердце, если хоть кто-нибудь дёрнется! — пообещал корт.

Варс не выдержал, окликнул Кавеля, чтобы поймать его взгляд, но тот, похоже, почуяв не ладное, не говорюя ни слова, вырубил моего мужа своим устройством.

— Больше не предупреждаю! Следующий разряд — смертельный, — сказал Кавель, уже таща меня в лес.

Перед нами возник корф-провожатый, велел идти за ним.

— Нужно идти за корфом, — сказала я Кавелю.

Ну как же так? Почему я расслабилась? Подставилась так глупо, снова.

Шли уже долго. Дольше, чем в прошлый раз. Хоть и дорогу я не запомнила, но сейчас мы точно направлялись в другую сторону.

Спросила об этом нашего провожатого.

— Так надо! — ответили мне.

Внезапно лес впереди потерялся в густом розовом тумане. Откуда он здесь? Почему такого странного цвета?

Кавель сильнее сдавил не сопротивляющуюся меня:

— Долго ещё?

Корф велел передать, что дом скрыт туманом. Сам же зверь развернулся и ушёл.

Я точно уверена, домик не здесь, да и тумана в этом лесу никогда не видела, но корфам виднее.

Указала в розовую непроглядную дымку:

— Дом там.

И мы шагнули в неизвестность. Я, логично опасаясь врезаться в какое-нибудь дерево, выставила вперёд руки, но ничего не почувствовала, а жёсткая хватка Кавеля исчезла. Как и он сам, опасный прибор упал к моим ногам.

— Кавель? — тихо позвала я, но ничего не услышала.

Развернулась, поводила руками, пытаясь нащупать хоть что-то в густом тумане. Ничего. Даже деревьев.

Опустилась вниз, вслепую шаря ладонями, нащупала то самое устройство, тут же — какие-то тряпки. Подтянула их ближе, практически к носу, по другому — не видать. В руках у меня оказалась рубашка Кавеля. Его самого нигде нет.

Мысленно возвала к корфам и — ничего. Закричала, но звук утонул в густом воздухе. Пустота и тишина. Лишь непроглядный, практически ощутимый кожей розовый туман.