65

Филатова позвонила в день моего рождения.

Мы отмечали его в круизе.

Как раз сидели за уютным столиком в ресторане. И только отошли от берега — связь ещё была.

Папа со Славой обсуждали инвестиции — что выгоднее: ценные бумаги, недвижимость, стартап. Маме звонила подруга — соседка по даче.

Дача — это была одна из её новостей. Во-первых, папу на ближайший год перевели на консульскую работу, поэтому они будут жить дома. Во-вторых, мамина подруга покупала дачу себе, а рядом продавалась ещё одна «ухоженная, как игрушечка, жалко такую упускать», поэтому мама неожиданно загорелась идеей обзавестись «огородиком» и осуществила свою задумку.

Я ничего не понимала в стартапах и вряд ли могла объяснить разницу между В2В и В2С, не рабиралась в помидорах, даже не знала, что бывают такие сорта: Мятежный звёздный истребитель, Долговязая пурпурная Салли, Одинокое сердце сержанта Пеппера, ковыряла салат и украдкой рассматривала кольцо, что подарил мне Слава на помолвку, когда прилетело сообщение.

« Привет! Ты тут? »

Я подхватила со стола телефон:

« Тут »

« Позвоню? »

« Да »

— Сейчас приду, — сказала я и вышла на палубу.

Даже успела немного озябнуть, глядя на огни оставленного позади Бангкока (мы шли из Гонконга в Сингапур), когда, наконец, раздался звонок.

— Дианка, я поступила! — заорала в трубку Филатова.

— Что? Как? Куда? — опешила я.

— В театральный! Куда же ещё! — ликовала она. И, видимо, отмечала — на заднем плане слышались звуки радостной попойки.

— В какой? — уточнила я.

Но её ответ из-за помех не услышала. Посмотрела на стремительно убывающий уровень сигнала.

— Оксан, сейчас связь пропадёт, я в море, — на всякий случай сказала я.

Не знаю, услышала ли она.

— Я говорю, ладно, я просто сказать, — услышала я после очередных помех. — Кстати, с днюхой!

— Спасибо! — сказала я в уже молчащий телефон. Она отключилась.

— Всё нормально? — вышел ко мне Адамов.

— Да, — кивнула я. — Поздравляли.

Видя, что я замёрзла, он прижал меня к себе спиной, обнял и не спросил кто.

Про Филатову я всё лето и не вспоминала.

Впрочем, как обычно. Лето — время каникул, а каникулы мы проводили врозь.

Чем она занималась, что делала, где была, как всегда, расскажет осенью.

Я даже не знала, бросила ли она Торна.

Его я как раз видела постоянно, и судя по тому, что рядом с ним периодически мелькала какая-нибудь девчонка, была в его жизни Филатова или нет, Стаса Торнева это не сильно беспокоило.

Где-то чуть раньше, когда Стас только стал появляться у нас дома и в клубе, я пыталась завести со Славой разговор.

— Слав… В общем, может, — запиналась я, — тебе не нужно вести со Стасом дела?

Завела я его не на пустом месте. Накануне Торнев с кем-то повздорил в клубе, устроил драку. Полицию не вызывали — охрана справилась сама, но случай был не первый.

Адамов поднял бровь. Посмотрел на меня поверх монитора.

Он сидел в родительской гостиной, держа ноут на коленях.

— Не то, чтобы я тебе указываю, — испугалась я. Порой у него был такой взгляд, что я тут же жалела, что вообще открыла рот. — Просто…

— Что просто? — переспросил он, когда я так ничего и не сказала.

Я, конечно, имела в виду садистские наклонности Торнева и некую неблагонадёжность, к которой склонны неуравновешенные люди. Как сухой порох, он порой вспыхивал от малейшей искры, и Слава не мог этого не видеть, не замечать, не знать.

Но то, куда перевёл разговор Адамов, наверное, интересовало меня больше.

— Если ты о том, что нам с ним как-то понравилась одна и та же девчонка, так это было давно. Он мне нужен, — жёстко, по-деловому ответил Адамов.